ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-181039/16

06 июня 2017 года

город Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 июня 2017 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Григорьевой И.Ю., Латыповой Р.Р., 

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО1, доверенность от 12.05.2017;

от заинтересованного лица: ФИО2, доверенность от 28.12.2016; 

от третьего лица: представитель не явился, извещен;

рассмотрев 30 мая 2017 года в судебном заседании кассационную жалобу

заявителя - ГУП «Московский метрополитен» 

на решение от 19 октября 2016 года

Арбитражного суда города Москвы,

принятое судьей Аксеновой Е.А.,

на постановление от 19 января 2017 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Свиридовым В.А., Чеботаревой И.А., Захаровым С.Л.,

по делу № А40-181039/16

по заявлению ГУП «Московский метрополитен» 

о признании недействительным решения

к Московскому УФАС России, 

третье лицо: ООО «ЧЭКОС», 

УСТАНОВИЛ:

ГУП «Московский метрополитен» (далее - предприятие) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Московскому УФАС России (далее антимонопольный орган) об оспаривании решения от 27.04.2016 по делу № 1-00-745/77-16 о нарушении процедуры торгов и порядка заключения договоров.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «ЧЭКОС» (далее - общество).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19 октября 2016 года в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2017 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ГУП «Московский метрополитен» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, своего представителя в судебное заседание суда кассационной инстанции не направило, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель заинтересованного лица возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что заявителем не пропущен срок на обращение в арбитражный суд, предусмотренный частью 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, заявителем была проведена закупочная процедура в форме открытого аукциона в электронной форме на право заключения договора на выполнение работ по замене аккумуляторных батарей для нужд предприятия за реестровым номером извещения № 31603416259.

В антимонопольный орган поступила жалоба ООО «ЧЭКОС», которая мотивирована установлением необоснованных требований и незаконным отклонением заявки общества.

Оспариваемым решением антимонопольный орган признал названную жалобу частично обоснованной, установив в действиях заказчика нарушение пунктов 1, 2 части 1, части 6 статьи 3 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее - Закон о закупках), пункта 3.13.2.2 аукционной документации. Обязательного предписания предприятию не выдавалось в связи с заключением по итогам аукциона гражданско-правового договора.

Не согласившись с решением антимонопольного органа, заявитель оспорил его в судебном порядке.

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В статье 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

Предприятие отнесено к числу заказчиков со специальной правосубъектностью, к закупочной деятельности которых применяются требования пункта 1 части 2 статьи 1 Закона о закупках.

Положениями части 10 статьи 3 Закона о закупках установлен ряд случаев, позволяющих участнику закупки обжаловать в антимонопольный орган в порядке, установленном таким органом, действия (бездействие) заказчика при закупке товаров, работ, услуг. При этом, буквальное толкование указанной нормы позволяет сделать вывод о том, что речь в данном случае идет об обжаловании действий (бездействия) заказчика в названных случаях именно по правилам, установленным антимонопольным органом.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.05.2014  № ВАС-5634/14, требования статьи 18.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) распространяются на все закупочные процедуры (торги). Положения названной нормы права допустимо применять в совокупности с иными нормативными актами, регулирующими проведение закупок (торгов).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 18.1 Закона о защите конкуренции, по правилам указанной статьи антимонопольный орган рассматривает жалобы на действия (бездействие) юридического лица, организатора торгов, оператора электронной площадки, конкурсной или аукционной комиссии при организации и проведении торгов, заключении договоров по результатам торгов или в случае, если торги, проведение которых является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, признаны несостоявшимися, а также при организации и проведении закупок в соответствии с Законом о закупках, за исключением жалоб, рассмотрение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Положения статьи 18.1 Закона о защите конкуренции, которая является полностью процедурной, дополняют и развивают положения Закона о закупках, о чем свидетельствует указание в части 1 названной статьи на возможность применения ее положений на стадии проведения закупки, в то время как положения Закона о закупках распространяют свое действие лишь на стадию их организации.

В этой связи, вопреки утверждению заявителя, перечень оснований для обращения в антимонопольный орган с жалобой на действия организатора торгов исчерпывающим не является и не препятствует рассмотрению жалобы по существу.

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из того, что упомянутая норма права не дифференцирует закупки для антимонопольного органа ни в зависимости от обязательности их проведения, ни по перечню оснований для обжалования, ни по субъектному составу лиц, подающих жалобы, и лиц, на действия которых такие жалобы поданы, а позволяет последнему рассматривать жалобы на все закупочные процедуры на любой стадии их проведения.

Таким образом, положения статьи 18.1 Закона о защите конкуренции допустимо применять как в совокупности с частью10 статьи 3 Закона о закупках, так и в отдельности, в том числе в случае неурегулированности Законом о закупках отдельных процедурных моментов. В противном случае отсутствие законодательно закрепленной возможности контроля стадии проведения закупок неизбежно приведет к злоупотреблениям со стороны организаторов торгов и, как следствие, не приведет к достижению основных целей как Закона о защите конкуренции, так и Закона о закупках.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из того, что оспариваемое решение принято заинтересованным лицом в рамках предоставленных полномочий.

Исходя из содержания оспариваемого акта антимонопольного органа, нарушение статьи 17 Закона о защите конкуренции предприятию не вменялось; самостоятельно установить за антимонопольный орган указанное нарушение, учитывая конституционно разделенный принцип разделения властей и принцип диспозитивности арбитражного процесса, суд не вправе.

При этом, оценивая доводы заявителя, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из того, что у антимонопольного органа отсутствует обязанность в каждом случае устанавливать нарушение именно Закона о защите конкуренции при рассмотрении жалоб по правилам статьи 18.1 названного закона, поскольку законодательные требования к заказчикам со специальной правосубъектностью установлены также Законом о закупках, а не каждое отступление от предписаний упомянутого закона и конкурсной документации требует установления факта нарушения статьи 17 Закона о защите конкуренции.

Как установлено судами и следует из материалов дела, на участие в аукционе было подано три заявки, две из которых были отклонены. Заявка общества признана не соответствующей условиям аукциона, поскольку содержала нарушения требований аукционной документации (пункт 5.1.7 документации, пункт 17 информационной карты). Упомянутыми разделами документации предусмотрена возможность отклонения заявок в случае отсутствия копий документов бухгалтерской (финансовой) отчетности за последний завершенный отчетный период, с отметкой налогового органа или выпиской, подтверждающей принятие отчетности; неподтверждения наличия у участника опыта выполнения работ по замене аккумуляторных батарей на электростанциях не менее чем за два года; наличия ограничения в свидетельстве саморегулируемой организации по стоимости заключаемого договора до 10 миллионов рублей (протокол рассмотрения заявок на участие в аукционе от 11.04.2016 № 2777226).

Из пункта 14.2 Положения о закупках следует, что заказчиком могут быть установлены дополнительные требования к участникам закупок, в том числе: квалификационные требования (включая требования к опыту работы); к наличию материальных, финансовых и трудовых ресурсов.

В соответствии с частью 1 статьи 2 Закона о закупках, при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, названным Законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принятыми в соответствии с ними и утвержденными с учетом положений части 3 упомянутой нормы правовыми актами, регламентирующими правила закупки. Учитывая наличие в рассматриваемых правоотношениях публично-правовых элементов, действующее законодательство предъявляет к заказчику повышенные требования при проведении закупочных процедур.

Положение о закупках не является единственным правовым актом, регламентирующим деятельность заказчиков, и не актом нормативного содержания (его законность не презюмируется). Поэтому положение о закупках должно применяться в той мере, в которой не противоречит действующему законодательству. Разрабатываемые заказчиками со специальной правосубъектностью положения о закупках не могут и не должны противоречить действующему законодательству, а право заказчиков устанавливать особенности проведения закупочных процедур не освобождает их от необходимости соблюдения действующего законодательства, прав и законных интересов участников как более слабой стороны в правоотношениях.

При проверке той или иной конкурентной процедуры в административном порядке, уполномоченный (антимонопольный) орган не может ограничиться исключительно проверкой соответствия обжалуемых действий разработанному заказчиком положению о закупках. Законность действий заказчика при формальном соответствии проводимой процедуры требованиям собственного положения о закупках не презюмирует их соответствие действующему законодательству, в том числе специальному.

При этом, постановление Правительства Москвы от 05.07.2013 № 441-ПП «Об утверждении Перечня дополнительных требований к Положению о закупках товаров (работ, услуг) государственных унитарных предприятий города Москвы и хозяйственных обществ, в уставном капитале которых доля города Москвы в совокупности превышает 50 процентов, государственных автономных и бюджетных учреждений города Москвы» (далее - Постановление № 441-ПП) не может быть положено в правовое обоснование правомерности действий заявителя, поскольку, исходя из содержания названного нормативного акта, заказчики имеют право, но не обязанность, предъявлять повышенные требования к участникам.

В соответствии с пунктом 5.1.7 аукционной документации, участник должен подать заявку, включающую в себя, кроме прочего, документы, предусмотренные пунктом 17 информационной карты.

Подпунктом 4 пункта 17 информационной карты установлено требование о наличии у участника опыта выполнения работ по замене аккумуляторных батарей на электростанциях не менее чем за два года. При этом заявка общества отклонена именно на основании подпункта 4 пункта 17 информационной карты в связи с отсутствием опыта выполнения работ по замене аккумуляторных батарей на электростанциях не менее чем за два года.

Из материалов дела следует, что предметом аукциона являлось право на заключение договора по замене аккумуляторных батарей.

Пунктом 2.2.1 технического задания аукционной документации установлены общие требования, среди которых предусмотрено требование к работам на объектах, указанных в таблице № 3 к техническому заданию. В указанной таблице имеется указание на проведение работ, связанных с подстанциями, упоминаются конкретные подстанции - СТП-87, СТП-717, СТП-818, СТП-835, СТП-836 (то есть конкретные подстанции, где будут производиться работы по замене батарей).

Таким образом, в техническом задании аукционной документации (то есть в том разделе, обозревая который потенциальные участники должны соотнести наличие собственного опыта с потребностями заказчика) отсутствуют какие-либо указания на выполнение работ, связанных с электростанциями.

В то же время, понятия «электростанция» и «подстанция» не тождественны, вопреки доводам об обратном.

Понятие «электростанция», приведенное в законодательстве об электроэнергетике, связано с генерацией (производством) электроэнергии (производство энергии в электрическую энергию), с функционированием оптовых рынков электроэнергии.

В силу пункта 156 Правил оптового рынка электрической энергии и мощности и о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации по вопросам организации функционирования оптового рынка электрической энергии и мощности, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2010 № 1172, потребление электрической энергии и мощности на собственные и хозяйственные нужды электростанций определяется в соответствии с договором о присоединении к торговой системе оптового рынка как потребление электрической энергии и мощности, необходимое для функционирования электростанций и подстанций в технологическом процессе выработки, преобразования и распределения электрической энергии, и потребление, необходимое для обслуживания основного производства, но непосредственно не связанное с технологическими процессами производства тепловой и электрической энергии на электростанциях, и не включает потребление электрической энергии и мощности в объемах поставки потребителям на розничном рынке и иным организациям.

Согласно «ГОСТ 24291-90. Государственный стандарт Союза ССР. Электрическая часть электростанции и электрической сети. Термины и определения», утвержденному постановлением Госстандарта СССР от 27.12.1990 № 3403 (далее - ГОСТ 24291-90.), электрическая подстанция представляет собой электроустановку, предназначенную для приема, преобразования и распределения электрической энергии, состоящая из трансформаторов или других преобразователей электрической энергии.

Исходя из толкования приведенных норм, электростанции и электрические подстанции детерминированы в качестве отдельных объектов инфраструктуры электроэнергетики для выработки, производства (электростанции) и преобразования и распределения (электрические подстанции) электроэнергии. Иное толкование означало бы невозможность разграничения статуса пользователей данных объектов в целях нормального функционирования оптовых и розничных рынков электроэнергетики.

Несмотря на то, что электрическая подстанция может являться составной частью электростанции, в случае проведения работ на подстанции, входящей в состав электростанции, на такие работы в любом случае будут распространяться требования, предъявляемые к работам, проводимым на самой электростанции. В то же время, такие повышенные требования не могут и не должны распространяться на подстанции, находящиеся в рамках электрохозяйства субъекта, не занимающегося генерацией электроэнергии. Доказательств обратного заявителем не представлено, а судами не установлено.

Оценивая доводы заявителя, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из того, что в случае эксплуатации именно электростанции эксплуатирующее лицо несет обязательства в качестве субъекта, генерирующего (вырабатывающего) электрическую мощность, в то время как лицо, эксплуатирующее подстанцию, ответственно за преобразование уже выработанной и используемой электрической энергии в рамках уже существующей инфраструктуры, как в рассматриваемом случае.

Таким образом, наличие в аукционной документации требований к опыту как на электростанциях, так и на подстанциях, существенно ограничивает права участников, которые могут быть введены в заблуждение подобными требованиями; такие участники могут быть отклонены в связи с отсутствием опыта работ на электростанциях (подпункт 4 пункта 17 информационной карты), в то время как в рассматриваемом случае надлежало поставить аккумуляторы в уже функционирующие СТП.

В этой связи суды пришли к обоснованному выводу о том, что отождествлять опыт работ на электростанциях с опытом работ на подстанциях необоснованно, поскольку электростанция - не собирательное наименование для всех объектов инфраструктуры (в том числе и электрических подстанций), занятых преобразованием энергии.

Исходя из пункта 2.2.1 технического задания, работы, указанные в таблице 3 (с указанием на «подстанции»), выполняются в соответствии с техническим заданием, в то время как опыт участник должен подтвердить опыт по замене батарей на электростанциях (подпункт 4 пункта 17 информационной карты).

Обязанность доказывания предъявления требований к участникам при рассмотрении жалоб по правилам статьи 18.1 Закона о защите конкуренции относится на заказчика. Соответствующая обязанность не может быть отнесена ни на подателя жалобы, ни на юрисдикционный орган.

При рассмотрении жалобы в антимонопольном органе предприятие не доказало взаимосвязь между предметом аукциона и требованием о наличии опыта выполнения работ по замене аккумуляторных батарей именно на электростанциях, более того, общество представляло сведения о наличии соответствующего опыта, соответственно, у антимонопольного органа отсутствовали правовые основания для непризнания жалобы в рассматриваемой части необоснованной.

При этом предприятие отклонило заявку общества именно на основании пункта 5.1.7 аукционной документации, пункта 17 информационной карты. Таким образом, предприятие сформулировано свои требования к участникам таким образом, что они могли ввести их в заблуждение (ввиду наличия различных терминов в разделах аукционной документации), и, пользуясь несовершенством собственной документации и наличием у заказчика соответствующего права устанавливать подобные требования, необоснованно отклонило заявку общества. В то же время, согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Определяя предмет торгов, а потому - требования к потенциальному контрагенту, - заказчик должен формулировать соответствующие требования таким образом, чтобы, с одной стороны, были удовлетворены соответствующие нужды заказчика, а с другой - такие требования в полной мере отвечали бы предмету торгов и содержали исчерпывающие описания непосредственно тех работ, выполнение которых приведет к достижению целей их проведения. Документация о проведении закупки, являющаяся, по своей сути, офертой, в соответствии с положениями которой впоследствии заключается договор, не должна содержать возможности ее множественного толкования. Указанная документация должна содержать в себе четкие, исчерпывающие требования к претендентам, подающим заявки на право участия в торгах, что исключает возможность субъективного толкования указанных в заявках предложений заказчиком.

В целях исключения какого-либо субъективного правоусмотрения при разрешении вопроса о допуске той или иной заявки к участию в закупке, а также недопустимости злоупотребления правом заказчику надлежит максимально четко и конкретно сформулировать свои требования относительно требуемых к выполнению работ или услуг. Наличие же в таких требованиях каких-либо разночтений, либо отсутствие в закупочной документации какого-либо требования исключает последующую возможность отклонения заявок со ссылкой на их несоответствие таким требованиям документации.

Названный правовой подход наиболее полно обеспечивает баланс частных и публичных интересов, поскольку направлен на повышенную защиту участника торгов как более слабой стороны в указанных правоотношениях. Если заказчик не детерминирует опыт работ на подстанциях с опытом работ по замене батарей на электростанциях, представляется необоснованным указание им в итоговом протоколе от 11.04.2016 № 2777226 отсутствие у общества опыта работ именно по замене батарей на электростанциях.

Довод заявителя о том, что соответствующие требования усматриваются из сметы, содержащейся в составе аукционной документации, обоснованно отклонены, поскольку суды первой и апелляционной инстанций исследовали содержащийся на официальном сайте расчет начальной максимальной цены и не усмотрели из данного документа обоснования предъявления требований о наличии одновременно опыта работ на электростанциях и на подстанциях, т.к. приведены расчеты по замене батарей на подстанциях.

Как обоснованно указано судами, довод предприятия о поступлении трех заявок (из которых две отклонены) не свидетельствует о незаконности оспариваемого решения в рассматриваемой части, поскольку были нарушены права конкретного участника, необоснованно отклоненного, что нарушает требования и принципы Закона о закупках, на что верно указано антимонопольным органом.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 3 Закона о закупках, при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются, в том числе принципом равноправия, справедливости, отсутствия дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки.

Согласно части 6 статьи 3 Закона о закупках, не допускается предъявлять к участникам закупки, к закупаемым товарам, работам, услугам, а также к условиям исполнения договора требования и осуществлять оценку и сопоставление заявок на участие в закупке по критериям и в порядке, которые не указаны в документации о закупке.

Требования, предъявляемые к участникам закупки, к закупаемым товарам, работам, услугам, а также к условиям исполнения договора, критерии и порядок оценки и сопоставления заявок на участие в закупке, установленные заказчиком, применяются в равной степени ко всем участникам закупки, к предлагаемым ими товарам, работам, услугам, к условиям исполнения договора.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции находит правомерным вывод судов о том, что необоснованное отклонение заявки общества правильно квалифицировано антимонопольным органом в качестве нарушения основных принципов закупочной деятельности, установленных пунктами 1, 2 части 1, части 6 статьи 3 Закона о закупках.

Исходя из системного толкования статей 2, 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, целью обращения в суд является защита или восстановление нарушенного или оспариваемого права.

Между тем, статей 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрена необходимость указания в резолютивной части решения суда на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. Поэтому избранный стороной способ защиты нарушенного права должен соответствовать такому праву и быть направлен на его восстановление.

Заявителем не доказано нарушение оспариваемым решением его прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, равно как и не конкретизировано, какое его право подлежит восстановлению путем удовлетворения требования о признании решения антимонопольного органа недействительным, поскольку обязательного к исполнению предписания предприятию не выдавалось, оно заключило договор с тем субъектом, кого самостоятельно определило в качестве контрагента, в материальных интересах заявителя отсутствует неопределенность, устранение которой было бы возможно в случае удовлетворения заявленного требования.

Согласно части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права, с установлением всех обстоятельств по делу, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора по существу.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, могущих повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 19 октября 2016 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2017 года по делу № А40-181039/16 оставить без изменения, кассационную жалобу ГУП «Московский метрополитен» - без удовлетворения. 

Председательствующий-судьяВ.В. Кузнецов

СудьиИ.Ю. Григорьева

Р.Р. Латыпова