ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-8880/2018

г. Красноярск

26 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена

«20» июня 2023 года

Полный текст постановления изготовлен

«26» июня 2023 года

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего: Яковенко И.В.,

судей:  Дамбарова С.Д., Парфентьевой О.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от должника - ФИО2: ФИО3, представитель по нотариальной доверенности от 16.05.2023,  паспорт.

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда Красноярского края  

от 12 мая 2023 года по делу № А33-8880/2018   

 

установил:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее - кредитор) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением от 08.05.2018 заявление принято к производству суда.

Определением от 27.07.2018 заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим утверждена ФИО4.

Решением суда от 12.11.2019 ФИО2 признан банкротом, в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО4. Определением от 14.03.2023 срок реализации имущества продлен до 08.05.2023. Судебное заседание по рассмотрению отчета назначено на 04.05.2023.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 12 мая 2023 года по делу № А33-8880/2018  реализацию имущества ФИО2 завершена с неприменением правила об освобождении от исполнения обязательств.

Не согласившись с данным судебным актом в части неприменение правила об освобождении должника от исполнения обязательств, ФИО2 (далее – заявитель, апеллянт) обратился с апелляционной жалобой, согласно которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт, которым освободить должника от исполнения обязательств.

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что делая вывод о недобросовестности ФИО2, суд в то же время не учел, что должник в ходе процедуры банкротства раскрыл суду и управляющему всю информацию, источник доходов, за счет которых он намеревался исполнить кредитные обязательства, а также обстоятельства, повлекшие невозможность их исполнения, при этом должник не сообщал кредитору при заключении договора недостоверную информацию, при том, что иное не доказано и Сбербанк на такие обстоятельства не ссылался. Кроме того, должник раскрыл информацию об источниках существования, и финансовый управляющий в этой связи никаких доводов о недобросовестности должника в процедуре банкротства не заявлял.

Заявитель также указывает, что при заключении кредитного договора с банком должник не указывал никаких недостоверных сведений, на момент принятия на себя обязательств, был трудоустроен и намеревался погасить кредит, но был вынужден уволиться, с учетом его возраста ФИО2, а в настоящее время с учетом состояния его здоровья (оформляется группа инвалидности по общему заболеванию) трудоустройство не представляется возможным. В подтверждение своей добросовестности ФИО2 также ссылался на отсутствие признаков его преднамеренного и (или) фиктивного банкротства и отсутствие обстоятельств сокрытия им или уничтожения принадлежащего ему имущества, сокрытия либо предоставления недостоверных сведений. Имевшееся в его собственности имущество реализовано на торгах, и денежные средства направлены на удовлетворение требований кредиторов. 

Отзывы на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле, в материалы дела не поступили.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 26.05.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 20.06.2023.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 26.05.2023, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

До начала рассмотрения доводов апелляционной жалобы по существу представителем должника заявлен отвод судье Яковенко И.В. рассматривающему дело № А33-8880/2018.

Вместе с тем, приведенные заявителем мотивы отвода не свидетельствуют о личной, прямой или косвенной заинтересованности председательствующего судьи Яковенко И.В. и наличии обстоятельств, являющихся основанием для применения статьи 21 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и отвода судьи, в связи с чем ходатайство об отводе судьи Яковенко И.В. отклонено, о чем вынесено отдельное определение.

Кроме того, представителем заявителя апелляционной жалобы ФИО3 заявлено устное ходатайство об отложении судебного заседания для ознакомления с материалами дела и подготовки дополнительной позиции по делу.

Указанное ходатайство мотивировано нехваткой времени для подготовки дополнительной апелляционной жалобы, а также невозможностью донести до суда позицию должника, находящегося на лечении.

В соответствии с частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Доводы о невозможности представителя ознакомиться с материалами дела ранее, чем 12.06.2023 (дата выдачи ФИО2 поручения ФИО3), не может быть принят во внимание в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 12.6 раздела I Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций) (утв. Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 100 (ред. от 11.07.2014) «Об утверждении Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций)», лицо, ответственное за ознакомление, до выдачи судебного дела заявителю для ознакомления проверяет документы, удостоверяющие его личность и подтверждающие полномочия представителя.

Документом, подтверждающим полномочия представителя, в настоящем случае является доверенность, выданная должником 16.05.2023. При этом указанная доверенность выдана в отношении двух лиц – ФИО5, ФИО3.

Таким образом, в распоряжении указанных лиц имелось достаточно времени для ознакомления с материалами дела и выработки правовой позиции совместно с должником, в связи с чем ходатайство об отложении судебного заседания, заявленное в судебном заседании 20.06.2023, суд апелляционной инстанции расценивает как попытку затягивания процесса.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что нахождение заявителя на лечении не помешало выдать 12.06.2023 представителю ФИО3 поручение (заключить с ней соглашение), соответственно препятствий для согласования правовой позиции и доведения её до суда не имелось.

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 158, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил отказать в удовлетворении заявленного ходатайства, поскольку судом не установлено оснований, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом, для отложения судебного заседания по делу.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Как следует из отчета финансового управляющего, за период реализации имущества выполнены следующие мероприятия.

Сообщение финансового управляющего об открытии процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» №212 от 17.11.2018.

В третью очередь реестра требований кредиторов включены требования кредиторов на общую сумму 15 214 572,55 руб., в том числе 14 389 568,85 руб. – основной долг (погашено 1 390 600 руб. или 9,14%), 825 003,70 руб. – штрафные санкции. Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют. Реестр требований закрыт.

В соответствии с отчетом финансового управляющего у должника выявлено следующее имущество:

- 50% доли в уставном капитале ООО «Бензо» рыночной стоимостью 305 000 руб.;

- 50% доли в уставном капитале ООО «Красноярская топливная компания – САКС» рыночной стоимостью 10 000 руб.;

- 1/3 доли в уставном капитале ООО «Красноярская топливная компания – АССА» рыночной стоимостью 5 000 руб.;

- прицеп универсал 821305, 2012 г.в. рыночной стоимостью 35 000 руб.;

- ППЦ НЕФАЗ 9693-10, 2003 г.в., рыночной стоимостью 368 000 руб. (залог);

- автомобиль FREIGHTLI№ER CST120CE№TURY, 2003 г.в., рыночной стоимостью 1 109 000 руб. (залог).

Из отчета финансового управляющего следует, что имущество в виде долей в уставных капиталах хозяйственных обществ исключено из конкурсной массы.

Определением от 29.05.2019 по делу №А33-8880-5/2018 утверждено Положение о порядке, условиях и о сроках реализации движимого имущества (прицеп) с установлением начальной цены продажи в размере 35000 руб.

Первые и повторные торги по реализации залогового имущества не состоялись по причине отсутствия заявок. По итогам торгов, проведенных в форме публичного предложения на основании договоров купли-продажи от 20.09.2019, от 01.10.2019 залоговое имущество реализовано по общей цене 832000 руб. В результате торгов незалоговое имущество на основании договора купли-продажи от 06.09.2019 реализовано по цене 13 500 руб. Денежные средства поступили в конкурсную массу.

Определением от 13.12.2022 по делу №А33-8880-11/2018 утверждено Положение о порядке, условиях и о сроках реализации имущества (права требования к ФИО2 в размере 239 600 руб., ФИО6 в размере  6 000 руб., ФИО7 в размере 523 000 руб.). Установлена начальная цена продажи имущества в размере 76 860 руб.

По итогам торгов, состоявшихся 06.02.2023, имущество (дебиторская задолженность) реализовано на общую сумму 108 430 руб. Денежные средства поступили в конкурсную массу.

За период процедуры банкротства на основной счет должника поступили денежные средства в размере 1 882 157,02 руб., израсходовано 1 882 157,02 руб., с учетом резервирования денежных средств в размере 115264,82 руб. для выплаты процентов по вознаграждения финансового управляющего.

По сведениям финансового управляющего по состоянию на 02.05.2023 размер текущих обязательств составляет 211 336,62 руб., которые погашены в полном объеме.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суд исходил из того, что мероприятия, направленные на обнаружение имущества должника и формирование конкурсной массы для расчетов с кредиторами, выполнены финансовым управляющим в полном объеме. В то же время суд установил обстоятельства, предусмотренные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, в силу которых не допускается освобождение гражданина от исполнения обязательств.

Так в обоснование вывода о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, судом первой инстанции указано следующее.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Красноярского края от 28.10.2019 по делу №А33-8880-6/2018 признан недействительной сделкой договор купли-продажи автомототранспортного средства (прицепа, номерного агрегата) от 01.04.2015, заключенный между должником ФИО2 и ответчиком ФИО2 в отношении автомототранспортного средства (прицепа) - полуприцеп цистерна ППЦНЕФА3969310, 2005 года выпуска, рег. номер 

<

***> номер кузова 50000376, цвет оранжевый, идентификационный номер (VI№) Х1F96930050000376, паспорт ТС 24 OК 332503 от 03.12.2014. Применены последствия недействительности сделки: обязать ответчика ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника - ФИО2 автомототранспортное средство (прицеп) - полуприцеп цистерна ППЦНЕФА3969310, 2005 года выпуска, рег. номер 

<

***> номер кузова 50000376, цвет оранжевый, идентификационный номер (VI№) Х1F96930050000376, паспорт ТС 24 OК 332503 от 03.12.2014. Восстановить право требование ФИО2 к ФИО2 в сумме 50 000 руб.

Данным судебным актом установлено, что 01.04.2015 между ФИО2 (продавец) и ФИО2 (покупатель) договора купли-продажи автомототранспортного средства (прицепа) - полуприцеп цистерна ППЦНЕФА3969310, 2005 года выпуска, рег. номер 

<

***> номер кузова 50000376, цвет оранжевый, идентификационный номер (VI№) Х1F96930050000376, паспорт ТС 24 OК 332503 от 05.12.2014. Согласно указанному договору его цена составляет 50 000 руб. Оспариваемая сделка заключена по цене 50 000 рублей, то есть в 4,67 раз ниже рыночной (233 600 руб.). В соответствии с информацией, представленной ПАО «Сбербанк России», на момент заключения спорного договора купли-продажи автомототранспортного средства от 01.04.2015 по кредитному договору 

<

***> от 30.10.2014 уже имелась просроченная задолженность в размере 2 472 317, 81 руб. Таким образом, судом установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненные кредитные обязательства перед ПАО «Сбербанк России». Оспариваемая сделка совершена при наличии у должника признаков неплатежеспособности. ФИО2 является сыном должника ФИО2. В связи с указанными обстоятельствами суд приходит к выводу, что ФИО2 мог знать о совершении спорной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.Вывод о причинении вреда имущественным интересам кредиторов должника в результате совершения оспариваемой сделки следует из того, что движимое имущество отчуждено при неравноценном встречном предоставлении. Более того, принимая во внимание, что оспариваемый договор купли-продажи заключен при наличии признака неплатежеспособности должника, в отношении заинтересованного лица, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается. В связи с установленными по делу обстоятельствами, суд приходит к выводу, что в результате совершения оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку отчуждение имущества должника заинтересованному лицу при неравноценном встречном предоставлении привела к уменьшению активов должника. В результате совершения оспариваемой сделки фактически произведен вывод активов должника, что влияет на возможность удовлетворения требований иных кредиторов должника, рассчитывающих на соразмерное удовлетворение своих требований, что свидетельствует о причинении вреда должнику и кредиторам. При таких обстоятельствах, оценив вышеуказанные действия сторон как недобросовестное поведение, установив, что спорной сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов должника, суд приходит к выводу, что данная сделка в виде купли-продажи автомототранспортного средства (прицепа) является недействительной на основании ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В последующем, определением Арбитражного суда Красноярского края от 20.07.2020 по делу №А33-8880-6/2018 изменен способ исполнения определения Арбитражного суда Красноярского края от 28.10.2019 по делу А33-8880-6/2018 на взыскание с ФИО2 в конкурсную массу должника - ФИО2 рыночной стоимости имущества в размере 233 600 рублей. Доказательства исполнения судебного акта не представлены.

Кроме того, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Красноярского края от 19.11.2020 по делу №А33-8880-8/2018 признан недействительной сделкой договор купли-продажи транспортных средств и прицепов от 06.08.2019, заключенный между ФИО6 и ФИО7 ФИО8. Применены последствия недействительности сделки: обязать ФИО7 ФИО8 возвратить в конкурсную массу ФИО2 легковой автомобиль Kia GE / Magentis / Optima, 2010 года выпуска, цвет – черный, идентификационный номер VI№ №XWEGH417BA0000334, номер двигателя G4KD AH074528, кузов №XWEGH417BA0000334, гос.рег.знак С980ОЕ124.2); взыскать солидарно с ФИО6 и ФИО2 в пользу ФИО7 ФИО8 денежные средства в размере 520000 рублей. Также признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 02.03.2019, заключенный между ФИО6 и ФИО9. Применены последствия недействительности сделки: взыскать с ФИО9 в пользу конкурсной массы ФИО2 денежные средства в размере 754000 рублей; взыскать солидарно с ФИО6 и ФИО2 в пользу ФИО9 денежные средства в размере 754000 рублей.

Из данного судебного акта следует, что 06.08.2019 между ФИО6 (продавец) и ФИО7 ФИО8 (покупатель) заключен договор купли-продажи легкового автомобиля Kia GE / Magentis / Optima, 2010 года выпуска, цвет – черный, идентификационный номер VI№ №XWEGH417BA0000334, номер двигателя G4KD AH074528, кузов №XWEGH417BA0000334, гос.рег.знак С980ОЕ124 по цене 520 000 руб. Кроме того, 02.03.2019 между ФИО6 (продавец) и ФИО9 (покупатель) заключен договор купли-продажи TOYOTA Venza, VI№ 4T3BA3BB60U055604, 2013 года выпуска, номер двигателя 1ARM520358, кузов № 4T3BA3BB60U055604, цвет белый по цене 1 500 000 руб. Спорное имущество (транспортные средства) является совместно нажитым имуществом ФИО2 и ФИО6 С учетом положений пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве ФИО6 имела право на часть денежных средств (равную ее доле в праве) от продажи транспортных средств только после реализации имущества в деле о банкротстве должника. При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для распоряжения конкурсной массой у супруги должника. На момент совершения оспариваемых сделок в отношении должника была введена процедура реализации имущества. Учитывая, что сделки совершены супругой должника, т.е. заинтересованным лицом по отношению к должнику (статья 19 Закона о банкротстве), а также после вынесения судом решения о признании должника банкротом, суд приходит к выводу, что ответчики знали или должны были знать том, что в отношении ФИО2 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) и он признан банкротом. Оспариваемые сделки по отчуждении спорных транспортных средств совершены супругой должника в обход положений абзаца третьего пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, после открытия в отношении ФИО2(после 08.11.2018) процедуры реализации имущества, то есть с нарушением законодательно установленного запрета распоряжения имуществом, подлежащим включению в конкурсную массу, в связи с чем, данные сделки имеют признаки ничтожности в силу закона и подлежат признанию недействительными. В связи с чем, сделки признаны недействительными на основании статей 10 и 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В последующем, определением Арбитражного суда Красноярского края от 17.01.2022 по делу №А33-8880-8/2018 изменен способ исполнения определения Арбитражного суда Красноярского края 19.11.2020 по делу № А33-8880-8/2018 в части применения последствий недействительности сделки и вместо обязания ФИО7 ФИО8 возвратить в конкурсную массу ФИО2 легковой автомобиль Kia GE / Magentis / Optima, 2010 года выпуска с ФИО7 ФИО8 в пользу конкурсной массы ФИО2 взыскана рыночная стоимость легкового автомобиля Kia GE / Magentis / Optima в размере 520 000 рублей. Доказательства исполнения судебного акта не представлены.

С учётом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор (ПАО «Сбербанк России»), основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, должник действовал незаконно, а именно, своими недобросовестными действиями покушался на сокрытие имущества, которые не достигли преследуемой цели по не зависящим от ФИО2 обстоятельствам. Указанные действия должника были пресечены в результате действий суда по признанию сделок недействительными, путем вынесения вышеперечисленных судебных актов.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Судом апелляционной инстанции установлено, что определение суда в части завершения реализации имущества ФИО2 не оспаривается, должник не согласен с определением суда в части неосвобождения ее от исполнения обязательств.

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемой части.

Суд апелляционной инстанции полагает судебный акт суда первой инстанции в обжалуемой части правомерным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению в силу следующего.

По общему правилу согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

В пункте 4 статьи 213.28 Закона определены случаи, при которых освобождение гражданина от обязательств не допускается.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45), освобождение должника от обязательств не допускается, если установлено, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве, должник действовал незаконно. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Из приведенных норм права и разъяснений правоприменительной практики (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 № 304-ЭС17-76) следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 23.06.2017 № Ф04-1583/2017 по делу № А27-20797/2015).

Как следует из материалов дела, вступившими в законную силу определениями об оспаривании сделок подтверждается, что поведение ФИО2 при совершении оспоренных сделок по отчуждению спорного имущества, являлось недобросовестным и противоправным, направленным исключительно на вывод имущества из конкурсной массы.

На основании пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этой связи указанные действия ФИО2 расценены судом как злоупотребление правом (статья 10 Гражданского кодекса РФ).

Материалами дела подтверждены обстоятельства, приведенные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, которые исключают возможность признания должника добросовестным и возможность освобождения его от исполнения обязательств.

Повторно рассмотрев материалы дела, апелляционный суд исходит из того, что институт банкротства граждан предусматривает иной, отличный от обычного способа прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей (надлежащее исполнение), экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, а также открытое взаимодействие с судом.

Как отметил суд первой инстанции, должник в силу его заинтересованности с супругой знал о том, что в результате отчуждение супругой должника совместно нажитого имущества может быть причинен вред имущественным правам кредиторов, учитывая, что оспариваемые сделки по отчуждении спорных транспортных средств совершены в обход положений абзаца третьего пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, после открытия в отношении ФИО2(после 08.11.2018) процедуры реализации имущества, то есть с нарушением законодательно установленного запрета распоряжения имуществом, подлежащим включению в конкурсную массу.

Согласно абзацу 3 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом, сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны.

Это самостоятельное основание для признания недействительными сделок должника - гражданина с его имуществом без согласия финансового управляющего независимо от цели сделки и ее характера (полное отчуждение или передача во временное владение и пользование, передача в залог, внесение в качестве вклада в уставный капитал, передача в управление и т.п.).

Смысл такого законодательного регулирования состоит в том, чтобы гражданин-банкрот своими действиями не мог путем несогласованных сделок создать предпосылки к сокращению конкурсной массы и неоправданному обременению или износу имущества.

С учётом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что такое поведение должника является ничем иным как преднамеренным выводом имущества из конкурсной массы должника и не может свидетельствовать о честном сотрудничестве с финансовым управляющим и кредиторами.

Указание же в апелляционной жалобе на тот факт, что должник в ходе процедуры банкротства раскрыл суду и финансовому управляющему всю информацию, при заключении кредитного договора не указывал недостоверных сведений, был трудоустроен и намеревался погасить кредит, а также на иные обстоятельства, характеризующие должника лишь с положительной стороны, не свидетельствует о том, что при заключении оспоренных сделок должник действовал добросовестно.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что апелляционная жалоба вообще не содержит каких-либо доводов, опровергающих выводы суда в этой части и указывающих на то, что при исполнении вышеуказанных сделок должник действовал добросовестно и не пытался скрыть или вывести из конкурсной массы своё имущество.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, установленные судом обстоятельства свидетельствуют об очевидном и явном отклонении действий должника как участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

При этом немаловажным обстоятельством, имеющим значение для решения вопроса об освобождении должника от исполнения обязательств, является и тот, факт, что в результате совершения оспариваемых сделок произошло уменьшение конкурсной массы на 1 166 320 руб. = (1 274 000 руб. – 107 680 руб.) или 88,17 % и кредиторы фактически лишены возможности удовлетворить свои требования за счет данных активов. В связи с чем, реализация на торгах прав требований (дебиторской задолженности) не привела к какому-либо положительному экономическому эффекту для конкурсной массы и, как следствие, для кредиторов. Полное возмещение имущественных потерь в данной части не осуществлено. Фактически имущественные потери возмещены в минимальном размере по итогам торгов по реализации дебиторской задолженности, которая, как правило, в рамках дела о банкротстве реализуется с большим дисконтом ввиду её неликвидности.

Таким образом, недобросовестные действия должника по совершению указанных сделок не могут быть признаны малозначительными, так как возникший в результате вред интересам кредиторов не был возмещен.

С учётом изложенного, судебный акт в обжалуемой части принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его изменения, по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена, в связи с чем государственная пошлина, уплаченная по чеку Сбербанк Онлайн от 13.05.2023 (19:26:14 мск) подлежит возврату ФИО2.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 12 мая 2023 года по делу № А33-8880/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета 3000 (три тысячи) рублей государственной пошлины, уплаченной по чеку Сбербанк Онлайн от 13.05.2023 (19:26:14 мск).

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

 

И.В. Яковенко

Судьи:

 

С.Д. Дамбаров

 

О.Ю. Парфентьева