,  

 № 09АП-73215/2019

Дело № А40-180748/18

г. Москва

21 января 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2020 года  

Постановление

 изготовлено в полном объеме 21 января 2020 года  Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, судей В.С.Гарипова, И.М. Клеандрова, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3, ФИО2 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 24 октября 2019,  вынесенное судьей Сафроновой А.А.,  

о взыскании солидарно с ФИО3 и ФИО2 в пользу Ассоциации проектировщиков «Региональный альянс проектировщиков» убытков в размере 45 800 000 рублей 00 копеек; Взыскании с ФИО2 в пользу Ассоциации 

проектировщиков «Региональный альянс проектировщиков» убытков в размере 3 810  000 рублей 00 копеек.  

по делу № А40-180748/18 о признании несостоятельным (банкротом) Ассоциации проектировщиков «Региональный альянс проектировщиков» при участии в судебном заседании: 

от ФИО3, ФИО2 – ФИО4 по дов. от 12.08.2019, по дов. 19.09.2019  

от к/у Ассоциации проектировщиков «Региональный альянс проектировщиков» - ФИО5 по дов. от 20.03.2019  

Иные лица не явились, извещены. 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2019г. должник  Ассоциация проектировщиков «Региональный альянс проектировщиков» (ИНН  

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто  конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим  утверждена ФИО6 (ИНН 

<

***>), являющаяся членом  Ассоциации «НацАрбитр».  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного  управляющего АП «Региональный альянс проектировщиков» ФИО6 о  

взыскании с Харуцкого Д.В. убытков в размере 45 800 000 рублей 00 копеек, с  Джандиери Г.Р. и Алчиниди Р.Ю. солидарно в размере 49 610 000 рублей.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24 октября 2019 заявление  конкурсного управляющего ФИО6 о взыскании убытков удовлетворено  частично; с ФИО3 и ФИО2 в  пользу Ассоциации проектировщиков «Региональный альянс проектировщиков»  взысканы убытки в размере 45 800 000 рублей 00 копеек; с ФИО2 в пользу Ассоциации проектировщиков «Региональный альянс  проектировщиков» также взысканы убытки в размере 3 810 000 рублей. В  удовлетворении остальной части заявления – отказано.  

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3, ФИО2 обратились в Девятый арбитражный  апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить  определение Арбитражного суда города Москвы от 24 октября 2019 года о взыскании с  них убытков в пользу должника, принять по делу новый судебный акт.  

В апелляционных жалобах ФИО3 и ФИО2 приведены доводы  о незаконности и необоснованности судебного акта, в частности, ответчики указали,  что при покупке ценных бумаг они действовали в рамках представленных полномочий,  совершение спорных сделок было направлено на реализацию их финансовых  стратегий, направленных на преумножение средств компенсационного фонда  посредством дальнейшей продажи ценных бумаг по более выгодной стоимости через  их размещение под финансовое управление через управляющую компанию ООО  «Первоинвест-Управление активами». Также ответчики ссылаются на то, что убытки  возникли не в результате действий ФИО3 и ФИО2, а в результате  неисполнения контрагентом условий договоров и в результате совершения  руководителем ООО «Первоинвест-Управление активами» мошеннических действий,  выраженных в хищении ценных бумаг.  

Заявители апелляционных жалоб также указали на отсутствие в материалах дела  доказательств, подтверждающих невыгодность спорных сделок, ссылались на  отсутствие обязанности по взысканию дивидентови неосновательного обогащения с  контрагентов по сделкам, т.к. приобретенные векселя были безпроцентными, а срок  исковой давности по обращению в суд с исковым заявлением не наступил.  

ФИО3 и ФИО2 полагают, что материалами дела не  подтверждена вся совокупность обстоятельств, необходимых для возложения  ответственности на них в виде возмещения убытков.  

От конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционные  жалобы, согласно которому он возражает по их доводам, а также проект судебного  акта.  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего доводы  апелляционной жалобы поддержал, просили суд ее удовлетворить.  

Представители ответчиков поддержали доводы апелляционных жалоб в полном  объеме.  

Представитель конкурсного управляющего должника возражал против их  удовлетворения, указывая на законность определения суда.  

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии  со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, оценив доводы  апелляционных жалоб и возражения по ним, исследовав материалы дела, суд  апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения и  удовлетворения апелляционных жалоб.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  

арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).  

Согласно пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве  юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей,  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным  процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными  настоящим Федеральным законом.  

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 53 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты  введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства  требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков,  причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве),  а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его  органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N  208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N  14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть  предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.  

Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют  права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с  рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.  

 Заявление конкурсного управляющего должника мотивировано тем, что в  период с 2014 по 2017г. с расчетного счета Должника были перечислены денежные  средства в общем размере 49 610 000 рублей с наименованием платежа «Оплата по  договору купли-продажи ценных бумаг», однако какой-либо прибыли (дивиденды) от  купленных ценных бумаг не поступало.  

Согласно заявлению, из выписок по расчетным счетам должника не  усматривается поступление какой-либо прибыли (дивидентов) от купленных ценных  бумаг. Должником попытки по взысканию дивидентов не предпринимались.  Информация о том, что контрагенты по указанным сделкам являлись управляющими  компаниями или профессиональными участниками рынка ценных бумаг, а также о  наличии у них лицензии на соответствующий вид деятельности. Конкурсному  управляющему документы по сделкам не передавались, а контрагенты по указанным  сделкам в настоящее время исключены из ЕГРЮЛ как недействующие юридические  лица.  

При указанных обстоятельствах, по мнению конкурсного управляющего,  заключение указанных сделок по купле-продаже ценных бумаг не соответствует  признакам добросовестности и разумности, поскольку отсутствуют доказательства,  подтверждающие реальность и законность их совершения.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования в части взыскания  убытков с ФИО3 и ФИО2,  исходил из доказанности конкурсным управляющим всей совокупности необходимых  условий для применении мер гражданско-правовой ответственности по правилам ст. 15  ГК РФ в виде солидарного взыскания убытков бывших руководителей должника  ФИО3 и ФИО2  

Также суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении  заявленных требований в части взыскания убытков с ФИО7, суд первой  инстанции пришел к выводу, что вина ФИО7 в совершении действий,  повлекших за собой убытки должника, не установлена.  

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, приходит к следующим  выводам.  

Как следует из материалов дела, в период с 20.09.2012 по 29.05.2017 Ассоциация  проектировщиков «Региональный альянс проектировщиков» относилась к  саморегулируемым организациям в области инженерных изысканий, архитектурно- строительного проектирования, строительства, реконструкции, капитального ремонта  объектов капитального строительства и осуществляло деятельность, как  саморегулируемая организация, основанная на членстве лиц, осуществляющих  подготовку проектной документации объектов капитального строительства.  

Судом первой инстанции установлено, что согласно выписке из ЕГРЮЛ  Должника в период с 22.11.2013 по 31.05.2016г. руководителем (Президентом)  Должника являлся ФИО3, в период с 31.05.2016 по  06.04.2017г. ФИО2, с 04.07.2017г. ФИО7.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в  отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о  возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными  выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов  юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том  числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими  фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит  рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам,  предусмотренным настоящей главой.  

Согласно п. 2 ст. 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное  пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о  банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем,  учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе  либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным  кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим  работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или  уполномоченными органами.  

Согласно п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта  или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его  имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица  добросовестно и разумно.  

Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица  (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).  

В соответствии с п. 1 ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества,  единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального  исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав  и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и  разумно.  

В соответствии с п. 2 ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества,  единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального  исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед  обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями  (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены  федеральными законами.  

В соответствии с п. 3 ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» при определении оснований и размера ответственности членов  совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного  органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно  

управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота  и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.  

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах  возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо,  входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган -  директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный  орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества,  руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены  коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров  (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления,  дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее -  директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и  разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК  РФ).  

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического  лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на  предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные  юридическому лицу таким нарушением. Арбитражным судам следует принимать во  внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период  времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не  свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий  (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует  рисковому характеру предпринимательской деятельности.  

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических  лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность  решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к  ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его  действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного  делового (предпринимательского) риска.  

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств,  свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий  (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического  лица.  

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или)  неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков  юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор  может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на  причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура,  недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя  юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия  и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.  

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд  сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя 5  доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах  юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на  директора.  

Согласно разъяснениям, изложенным в ч. 5 п. 2 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых  вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического  лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия  

(бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица,  например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для  юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство  лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).  

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные  условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются  от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке  юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления,  совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).  

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же  невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из  нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет  доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо  ненадлежащего исполнения.  

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им  сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных  сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых  предполагалось получение выгоды юридическим лицом.  

Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная  сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического  лица.  

При определении интересов юридического лица следует, в частности,  учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является  извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во  внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов  юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его  деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).  

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического  лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в  ущерб юридическому лицу.  

Согласно разъяснениям, изложенным в ч. 3 п. 3 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых  вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического  лица», неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда директор совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или  принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения  аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и  т.п.).  

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того  или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового  оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов  деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.  

Судом первой инстанции установлено, что в период с 01.12.2014 по 17.06.2016 с  расчетных счетов должника в адрес контрагентов были перечислены денежные  средства в общем размере 49 610 000,00 рублей с наименованием платежа «Оплата по  договору купли-продажи ценных бумаг».  

Согласно п. 5 ст. 13 Федерального закона от 01.12.2007 № 35-ФЗ «О  саморегулируемых организациях» (далее - Закон о СРО) размещение средств  компенсационного фонда в целях их сохранения и прироста и инвестирование таких  средств осуществляются через управляющие компании, если иное не установлено  федеральным законом.  

Пунктами 7,8 ст. 13 Закона о СРО определено, что доход, полученный от  размещения и инвестирования средств компенсационного фонда, направляется на  пополнение компенсационного фонда и покрытие расходов, связанных с обеспечением  надлежащих условий инвестирования средств компенсационного фонда.  

Саморегулируемая организация вправе заключать договоры только с  управляющими компаниями и специализированным депозитарием, которые отобраны  по результатам конкурса, проведенного в порядке, установленном внутренними  документами саморегулируемой организации.  

Однако, как верно указал суд первой инстанции, В материалах дела отсутствуют  доказательства, подтверждающие реальность и законность совершения сделок по  купле-продажи ценных бумаг, в том числе первичная документация, подтверждающая  существование договорных отношений между должником АП «Региональный альянс  проектировщиков» и контрагентами по сделкам, ценные бумаги, являющиеся  предметом договоров купли-продажи.  

Указанный вывод суда первой инстанции апеллянтами не опровергнут.  

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право  которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков,  под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или  должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или  повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое  это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право  не было нарушено (упущенная выгода).  

Предусмотренная данными нормами ответственность носит гражданско- правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий.  Лицо, требующее возмещение убытков, должно доказать противоправность поведения  ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между  противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.  

Бремя доказывания наличия этих условий лежит на истце. 

Для привлечения виновного лица к ответственности в форме возмещения  убытков истцу необходимо доказать совокупность следующих условий: наличие и  размер убытков, противоправность поведения лица, причинную связь между  допущенным нарушением и возникшими убытками, вину причинителя вреда.  

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятия вреда, причиненного  имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества  должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за  счет его имущества.  

Выводы суда первой инстанции о причинении бывшими руководителями  должника ФИО3 и ФИО2 убытков в заявленном размере основаны на недобросовестности  действий бывших руководителей должника по перечислению средств  компенсационного фонда на покупку ценных бумаг в нарушение правовых норм по  размещению указанных средств, либо фактическому присвоению принадлежащего  должнику имущества в виде имущественных прав, что, в конечном итоге, привело к  невозможности формирования конкурсной массы должника.  

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав и оценив представленные в  материалы дела доказательства в их совокупности, полагает, что заявителем по  настоящему спору доказана совокупность условий для привлечения как ФИО3, так и ФИО2 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения  убытков, руководствуясь следующим.  

По сути, доводы заявителя жалобы сводятся лишь к ссылкам на недоказанность  конкурсным управляющим должника обоснованности своих требований.  

Кроме того, до настоящего времени ФИО3 и ФИО2 не  исполнена обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника,  печатей и штампов, материальных и иных ценностей должника конкурсному  управляющему ФИО6, что, в том числе, делает невозможным обнаружение  имущества должника, оспаривание сделок должника.  

Обстоятельства наличия либо отсутствия и утраты указанного имущества  ФИО3 и ФИО2 суду первой инстанции не пояснены,  соответствующего отзыва на заявление о взыскании убытков не представлено, в  судебное заседание указанные лица не явились.  

Таким образом, перечисление денежных средств в общем размере 49 610 000  рублей с расчетного счета Должника судом первой инстанции правомерно признано  ничем не обоснованным.  

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что  материалами дела подтвержден факт недобросовестности действий ФИО3 и  ФИО2 при исполнении обязанностей руководителей должника, что привело к  причинению должнику убытков на сумму 49 610 000 рублей.  

При указанных обстоятельствах заявление конкурсного управляющего  ФИО6 о взыскании с ФИО3 суммы убытков в размере 45 800 000  рублей и с ФИО2 в размере 3 810 000 рублей, причиненных их действиями  как руководителями Ассоциации проектировщиков «Региональный альянс  проектировщиков», суд апелляционной инстанции также признает обоснованным и  подлежащим удовлетворению.  

Утверждение ответчиков о том, что убытки должнику были причинены третьим  лицом, а именно в результате совершения руководителем ООО «Первоинвест- Управление активами» мошеннических действий, выраженных в хищении ценных  бумаг, не находят своего документального подтверждения, т.к. ответчиками не  представлены в материалы дела доказательства в обоснование данного довода.  

Также ответчиками не представлено доказательств того, что ценные бумаги,  приобретенные по спорным сделкам, передавались ими последующим руководителям  должника либо документы, опосредующие их дальнейшую судьбу, что могло бы  свидетельствовать об отсутствии вины ответчиков в причинении должнику убытков.  

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы  проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в  апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность  принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции  несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи  270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не  установлено.  

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации  уплата государственной пошлины при обжаловании данного определения не  предусмотрена.  

 Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального  Кодекса Российской Федерации  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 24 октября 2019 по делу № А40- 180748/18 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО3, ФИО2 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: В.В. Лапшина  Судьи:  В.С. Гарипов  

 И.М. Клеандров