АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 

http://fasuo.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № Ф09-743/21  

Екатеринбург 19 марта 2024 г. Дело № А60-10035/2020 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 марта 2024 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 19 марта 2024 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Столяренко Г.М., судей Пирской О.Н., Соловцова С.Н. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «РНГО» (далее – общество «РНГО») на  определение Арбитражного суда Свердловской области от 25.10.2023 по делу   № А60-10035/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 13.12.2023 по тому же делу.  

Определением суда от 04.03.2024 в порядке статьи 18 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена  председательствующего судьи Оденцовой Ю.А., находящейся на больничном,  на судью Столяренко Г.М.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и  месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения  данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского  округа в сети «Интернет».  

В судебном заседании приняли участие представители:  общества «РНГО» – ФИО1 (доверенность от 19.01.12024);  

ФИО2 – ФИО3 (доверенность  от 29.02.2024);  

общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания  «Перспектива» (далее – общество «УК «Перспектива») – ФИО4  (доверенность от 18.05.2021).  

Конкурсный управляющий ФИО5 направил  ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие (часть 3  статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2020  возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной  ответственностью «Продовольственная компания» (далее – общество «ПК»,  должник) несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.06.2020 в  отношении общества «ПК» введена процедура наблюдения; решением  арбитражного суда от 21.10.2020 должник признан несостоятельным  (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства,  исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО6  

Определением суда от 04.03.2022 конкурсным управляющим должником  утвержден ФИО5  

В арбитражный суд 27.07.2020 поступило заявление общества «УК  «Перспектива» о включении в реестр требований кредиторов требования в  сумме 27 545 164 руб., в том числе 25 191 230 руб. основного долга,  2 353 934 руб. процентов за пользование займом.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.03.2021,  оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 27.09.2021, в удовлетворении заявления отказано.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.03.2023  определение суда от 05.03.2021 отменено по вновь открывшимся  обстоятельствам, назначено судебное заседание по рассмотрению  обоснованности требования кредитора.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.10.2023,  оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 13.12.2023, требование общества «УК «Перспектива» в  размере 27 545 164 руб. включено в третью очередь реестра требований  кредиторов должника.  

В кассационной жалобе общество «РНГО» просит определение суда  первой инстанции от 25.10.2023 и постановление суда апелляционной  инстанции от 13.12.2023 отменить, направить спор на новое рассмотрение,  ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела и  неприменение правовых позиций, изложенных в Обзоре судебной практики  разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства  требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц,  утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020). Как указывает заявитель, в данном  случае на дату рассмотрения требования отсутствовали судебные акты,  которыми договор займа от 01.09.2017 и платежи по нему признаны реальной,  экономически целесообразной сделкой для должника, приведенный заявителем  и описанный судом алгоритм поведения сторон сделки не подтверждается  материалами дела, не представлены доказательства, подтверждающие выдачу  обществом «УК «Перспектива» денежных средств за свой счет,  свидетельствующие о том, что данное общество получало денежные средства  по договорам аренды, а не по другим основаниям, в том числе от компаний  группы «Бест». Из выписки по счетам общества с ограниченной  ответственностью «Бест-Ботлинг» усматривается, что кредитор привлекал у  него заемные средства по договору от 13.06.2019 на сумму более 10 млн руб.  Как указывает кассатор, обществом «УК «Перспектива» представлены не  выписки о движении денежных средств по его расчетным счетам, а лишь  

выдержки из них. Заявитель не согласен с выводом судов о том, что в  результате совершения займа должник пополнил оборотные средства и смог  рассчитываться с поставщиками, считает, что в материалах дела отсутствуют  доказательства приобретения продукции именно на полученные денежные  средства; общая сумма требований аффилированных кредиторов по займам,  выданным в 2018 – 2020 годах, является значительной. Совокупность  указанных обстоятельств, подтверждающих финансирование в период  имущественного кризиса, который так и не был преодолен, свидетельствует о  наличии в данном случае признаков компенсационного финансирования, а не о  рядовом предоставлении займов для пополнения оборотных средств на  осуществление текущей деятельности. Заявитель обращает внимание на то, что  требования аффилированных кредиторов должника, совокупный размер  которых при их включении в реестр без понижения превышал требования  независимого кредитора общества «РНГО», предъявлены в один период с  целью контроля над процедурой банкротства, однако эту цель не удалось  реализовать, так как судом было субординировано требование общества с  ограниченной ответственностью «Продукт-ленд», при этом соответствующими  судебными актами установлено наличие у должника в 2018 году  имущественного кризиса, тогда как в данном случае судами сделан иной  вывод. Как отмечает заявитель, причиной банкротства общества «ПК» стал  перевод его деятельности на иные компании группы Бест, до указанного  момента предоставлялось компенсационное финансирование, в том числе за  обществом «УК Перспектива».  

Общество «УК Перспектива» в отзыве просит в удовлетворении  кассационной жалобы отказать.  

ФИО2 в отзыве оставляет разрешение кассационной жалобы на  усмотрение суда, при этом возражает по доводам жалобы о переводе бизнеса  должника.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в  порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, 01.09.2017  общество «УК Перспектива» (заимодавец) и общество «ПК» (заемщик)  заключили договор процентного займа, в соответствии с которым заимодавец  передает заемщику заем в размере 30 000 000 руб., перечисляя указанную  сумму на банковский счет заемщика частями по заявкам заемщика, а заемщик  обязуется вернуть указанную сумму займа в установленный договором срок –  01.09.2019; заем также может быть возвращен досрочно и частями.  

Пунктом 2.3 договора установлено, что за пользование денежными  средствами заемщик уплачивает займодавцу проценты по ставке 6 % годовых.  

В дополнительном соглашении к договору, подписанном сторонами  30.08.2019, согласован иной срок возврата займа – 28.02.2020; этим же  соглашением внесены изменения в отношении банковских реквизитов  заемщика.  

Дополнительным соглашением от 29.12.2019 размер процентов за  

пользование предоставленными заемными средствами по соглашению сторон  увеличен до 20 % годовых.  

Во исполнение обязательств по договору займа кредитор в период с  01.09.2017 по 27.09.2019 предоставил должнику денежные средства в размере  38 703 500 руб., что подтверждается представленными в материалы дела  платежными поручениями.  

С учетом пункта 2.3 договора займа от 01.09.2017 за период с 01.01.2020  по 19.06.2020 должнику начислены проценты за пользование заемными  денежными средствами в размере 2 353 934 руб.  

Частично обязательства по возврату займа должником исполнены (в  размере 14 млн руб.).  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2020  возбуждено производство по делу о банкротстве общества «ПК», определением  суда от 26.06.2020 в отношении должника введено наблюдение, решением суда  от 21.10.2020 должник признан банкротом с введением в отношении него  конкурсного производства  

Ссылаясь на неисполнение должником обязательств по договору займа и  наличие задолженности в сумме 27 545 164 руб., в том числе 25 191 230 руб.  основного долга и 2 353 934 руб. процентов, общество «УК «Перспектива»  обратилось в суд с рассматриваемым требованием.  

Возражая против требования, управляющий и кредиторы ссылались на  то, что заемные денежные средства являются активами группы компаний  «Бест», предоставленными должнику в качестве компенсационного  финансирования.  

Включая требование кредитора в реестр требований кредиторов  должника, суды исходили из следующего.  

Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по  включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель,  обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить  первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику  какого-либо имущества (денежных средств), иные участники процесса при  наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например,  представить доказательства встречного предоставления от должника).  

При этом в ситуации предъявления требований аффилированным  кредитором сложившейся судебной практикой выработаны следующие  критерии распределения бремени доказывания: при представлении  доказательств общности экономических интересов (аффилированности)  должника с участником процесса (лицом, заявившем о включении требований в  реестр, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и  заявлении возражений о наличии и размере долга должника перед  аффилированным кредитором на последнего переходит бремя опровержения  соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена  обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки  либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения  (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016  

 № 308-ЭС16-7060, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), от 26.05.2017   № 306-ЭС16-20056(6)).  

Такое распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью  установления обоснованности и размера заявленного долга, возникшего из  договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований  (созданных формально для искусственного формирования задолженности с  целью контролируемого банкротства либо имевшихся, но фактически  погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного  управляющего документации должника и непредставлении такой документации  аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению  прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.  

Таким образом, аффилированность кредитора и должника хотя и не  свидетельствует о намерении сторон искусственно создать долг, но при  заявлении незаинтересованными лицами обоснованных возражений возлагает  бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.  

К числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники,  предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта  участия, по смыслу этой нормы к подобного рода обязательствам относятся и  обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую  природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине  того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы  заимодавец не участвовал в капитале должника) (абзац 8 статьи 2 Закона о  банкротстве).  

При оценке допустимости включения основанных на договорах займа  требований участников следует детально исследовать природу отношений  между должником и заимодавцем, поведение займодавца в период,  предшествующий банкротству, в частности, выдача должнику займа (в том  числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах  свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать  негативные результаты своего воздействия на деятельность должника и заем  может использоваться вместо увеличения уставного капитала, позволяя на  случай банкротства формально нарастить подконтрольный кредиторский долг с  противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его  аффилированных лиц количества голосов независимых кредиторов, чем  нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.  

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств  корпоративного характера требования участника, на последнего переходит  бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания  гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо  может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы  выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного  лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.  

Контролирующее лицо, пытающееся вернуть подконтрольное общество,  находящееся в имущественном кризисе, к нормальной деятельности путем  предоставления данному обществу финансирования, в частности, выдавая  

займы, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о  банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск  утраты компенсационного финансирования на случай объективного  банкротства, и при банкротстве требование о возврате компенсационного  финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых  кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения их требований,  приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество  должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8  статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункты 3.1, 3.2 Обзора  от 29.01.2020).  

Невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок, отказ  от реализации права на досрочное истребование займа, или подписание  дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу  являются формами финансирования должника. Если такого рода  финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя  должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от  заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно  признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех  рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай  объективного банкротства (пункт 3.2 Обзора от 29.01.2020).  

В данном случае судами установлено и лицами, участвующими в деле, не  оспаривается, что договор займа заключен должником с заинтересованным  лицом (общества «ПК» и «УК Перспектива» входят в группу компаний «Бест»).  

Исходя из указанного обстоятельства, приняв во внимание заявленные  управляющим и иными кредиторами возражения в отношении реальности  долга, суды возложили на должника и кредитора обязанность опровергнуть все  возникшие существенные сомнения, в том числе относительно транзитного  характера перечислений (учитывая, что при первоначальном рассмотрении  требования основанием для отказа во включении его в реестр послужил вывод  о транзитности операций между должником и кредитором).  

Рассмотрев заявленное требование с учетом состоявшегося в рамках  настоящего дела обособленного спора о признании недействительными сделок  должника по перечислению денежных средств в сумме 14 062 376 руб.  обществу «УК Перспектива» (с назначением платежа «Возврат денежных  средств (частичное погашение) по договору процентного займа от 01.09.2017»,  «Уплата процентов по договору процентного займа от 01.09.2017»), где была  установлена реальность правоотношений между должником и кредитором,  подтверждено, что заем выдан кредитором за счет собственных средств,  поступивших ему в рамках отношений с независимыми контрагентами,  полученные должником средства расходовались на ведение хозяйственной  деятельности в отсутствие транзитного характера и были необходимы в целях  устранения кассового разрыва, периодически возникающего в связи с  заключением государственных (муниципальных) контрактов (определение  Арбитражного суда Свердловской области от 07.11.2023, постановление  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2024), что было  

также установлено и в рамках иных обособленных споров, суды пришли к  верному выводу о том, что договор займа является реальной сделкой,  совершение которой было обусловлено разумными экономическими  причинами.  

При исследовании вопроса о наличии оснований для субординации  требования суды приняли во внимание имеющие преюдициальное значение  вынесенные по настоящему делу о банкротстве судебные акты, которыми  установлено отсутствие признаков неплатежеспособности у должника вплоть  до апреля 2019 года; учли также, что должник занимался оптовой торговлей  продуктами питания, при которой производство продукции и получение  денежных средств разорваны по времени, в такой ситуации образовывался  период отсутствия у должника денежных средств, что восполнялось  договорами займа. При этом суды отметили, что в период с 01.04.2019 по  30.09.2020 (в том числе в процедуре наблюдения) общество «ПК» продолжало  производить закуп продукции с целью ее дальнейшей поставки.  

Исходя из указанных обстоятельств, установленных и в рамках других  обособленных споров, суды признали доказанным отсутствие у должника  какого-либо финансового кризиса в момент заключения и действия договора  займа с обществом «УК Перспектива», прямые или косвенные доказательства  обратного обществом «РНГО» не представлены.  

Учитывая изложенные установленные судами обстоятельства, признав  доказанным наличие заемных обязательств общества «ПК» перед обществом  «УК Перспектива», установив разумные экономические мотивы сторон при  заключении сделки, отсутствие доказательств, свидетельствующих о  финансировании должника в условиях имущественного кризиса, суды пришли  к выводу о наличии оснований для включения требования кредитора в реестр  требований кредиторов должника в составе третьей очереди.  

Довод кассатора, что реальность спорных отношений не являлась ранее  предметом оценки судов, подлежит отклонению. Как было указано выше, суды  исследовали правомерность перечислений должником денежных средств  кредитору в счет возврата займа (уплаты процентов) по договору от 01.09.2017  в рамках настоящего дела о банкротстве; определением суда от 07.11.2023,  оставленным в силе постановлением апелляционного суда от 18.01.2024, в  удовлетворении заявления управляющего о признании сделок  недействительными отказано.  

Вопреки доводам общества «РНГО», его позиция относительно наличия в  данном случае признаков группового финансирования оценена судами и  признана несостоятельной. В данном случае материалами дела подтверждается,  что полученные денежные средства использовались должником для исполнения  обязательств по действительным сделкам в обычной хозяйственной  деятельности, заключение договора займа было произведено с целью  компенсации временных, периодически возникающих кассовых разрывов, с  учетом характера хозяйственной деятельности должника. Основания для иных  выводов относительно очередности удовлетворения требований общества «УК  Перспектива» отсутствуют.  

Судебные акты в части размера требования общества «УК Перспектива»  лицами, участвующими в деле, не обжалуются, судом округа не  пересматриваются.  

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не  свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к  переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель  фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а  выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит  еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в  деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие  существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства  исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований  для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда  кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для  отмены судебных актов на основании части 4 статьи 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной  инстанции не установлено.  

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты отмене не подлежат,  оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 25.10.2023  по делу № А60-10035/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 13.12.2023 по тому же делу оставить без изменения,  кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «РНГО» –  без удовлетворения.  

 Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Г.М. Столяренко 

Судьи О.Н. Пирская 

 С.Н. Соловцов