№ 09АП-56253/2019

Дело № А40-10260/16

г. Москва

14 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2019 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 14 октября 2019 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Д.Г.Вигдорчика,

судей С.А.Назаровой, А.А.Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И.Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2019по делу № А40-10260/16, вынесенное судьей Бубновой Н.Л.,об установлении наличия оснований, предусмотренных статьями 10 и 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ»; привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» ФИО1 в размере 181 634 561,82 руб. по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 61.12 Закона о банкротстве; отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ»; о приостановлении производства по заявлению конкурсного управляющего и ПАО «МОЭК» до окончания расчетов с кредиторами,

при участии в судебном заседании:

ФИО5-лично,паспорт,

от ПАО «МОЭК»-ФИО6 по дов.от 22.03.2019,

от ФИО1-ФИО7 по дов.от 27.03.2017,ФИО8 по дов.от 30.05.2019,

ФИО2-лично,паспорт,

от ФИО2-ФИО9 по дов.от 27.06.2018,

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.12.2016 ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО10, о чем опубликовано в газете «Коммерсантъ» №240 от 24.12.2016.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.07.2018 ФИО10 освобожден от обязанностей конкурсного управляющего ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 07.09.2018 конкурсным управляющим ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» ФИО10 13.02.2017 обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ».

В Арбитражный суд города Москвы 20.10.2018 поступило заявление ПАО «МОЭК» о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ».

Протокольным определением от 20.11.2018 суд объединил в одно производство для совместного рассмотрения заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, поступившее в суд 13.02.2017 и заявление ПАО «МОЭК» о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО1 к субсидиарной ответственности, поступившее в суд 20.10.2018, поскольку данные заявления связаны между собой по основаниям возникновения заявленных требований и представленным доказательствам.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2019 суд установил наличие оснований, предусмотренных статьями 10 и 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ»; привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» ФИО1 в размере 181 634 561,82 руб. по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 61.12 Закона о банкротстве; отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ»; приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего и ПАО «МОЭК» до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с указанным определением ФИО1 и ФИО2 поданы апелляционные жалобы, в рамках которых просят определение отменить, принять новый судебный акт. 

В обоснование требований апелляционной жалобы ФИО11 указывает, что суд необоснованно объединил в одно производство заявление поданное конкурсным кредитором ПАО «МОЭК», поскольку пропущен срок исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Судом не установлено противоправность каких-либо действий ответчика, причинно-следственная связь, неразумность, недобросовестность действий ответчиком не доказаны. Апеллянт, также выражает несогласие с принятием в качестве надлежащего доказательства анализа финансового состояния должника.

ФИО2 в обоснование требований апелляционной жалобы указывает, что судом неправомерно отклонены, как ненадлежащие доказательства документы подтверждающие передачу документации. Апеллянт указывает на то обстоятельство, что исходя из контррасчета представленного ООО УК ДЕЗ Богородское, следует вывод, что за период 2014 год вся сумма денежных средств, выставленная к оплате ПАО МОЭК по договорам ГВС и ТЭ заключенным с УК ДЭЗ Богородское, полностью погашена. Указывает на законность сделок в период его деятельности. Также указывает на  необоснованное объединение дел в одно производство.

В судебном заседании представители ФИО1, ФИО2, ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержали, указали на незаконность Определения от 15.08.2019.

В судебном заседании представитель ПАО «МОЭК», ФИО5 поддержали определение суда от 15.08.2019.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени её рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности (ст. ст. 9, 10 ФЗ N 127-ФЗ в редакции 134-ФЗ).

Однако порядок привлечения лица к субсидиарной ответственности и его новые нормы, не ухудшающие положения лица, подлежит применению с учетом изменений, введенных ФЗ N 266-ФЗ.

Следовательно, суд первой инстанции пришел к выводу о возможности применении положений о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", однако с учетом положений норм Закона о банкротстве, действующих в рассматриваемый период в отношении ответчиков (ст. ст. 9, 10 ФЗ N 134-ФЗ).

Пределы апелляционной жалобы устанавливаются по ее доводам, а не просительной части жалобы. То есть, если в апелляционной жалобе заявитель оспаривает судебные акты в части, а в просительной части жалобы просит отменить их полностью, то следует понимать, что судебные акты оспорены только в той части, о которой идет речь в доводах жалобы. Само по себе указание в просительной части апелляционной жалобы требования об отмене судебных актов в полном объеме без приведения соответствующих мотивов процессуального значения не имеет (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 N 302-ЭС15-17338 по делу N А58-4189/2014, постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 23.04.2019 N Ф04-1035/2019 по делу N А03-583/2018).

Учитывая, что доводы апелляционных жалоб заключаются только в отношении привлеченных к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО1, жалоба рассматривается в пределах заявленных в ней доводов, законность и обоснованность судебного акта проверяется только в обжалуемой части на основании части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ», руководителем должника с 04.07.2011 года по 19.07.2013 года являлся ФИО1

В соответствии с требованием п.1 ст.6 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» - экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

В соответствии с подп. 5 п. 1 ст. 23 «Налогового кодекса РФ» годовая отчетность сдается в налоговую инспекцию не позднее трех месяцев после окончания отчетного года.

Судом первой инстанции установлено, на протяжении деятельности должника, начиная с 2011 года, показатели бухгалтерской отчётности носили негативный характер. В соответствии с представленными в ИФНС № 18 по г. Москве бухгалтерскими балансами, ООО «УК ДЭЗ Богородское» по состоянию на 31.12.2011 года, имело непокрытый убыток (строка 1370) в размере 34 935 000 рублей, по состоянию на 31.12.2012 года в размере 20 778 000 рублей, по состоянию на 31.12.2013 в размере 15 541 000 рублей.

Кроме того, согласно представленным в материалы дела вступившим в законную силу решениям арбитражного суда, с должника была взыскана задолженность в пользу кредитора ПАО «МОЭК» в размере 32 901 119,60 рублей, возникшая в период с января 2011 года по декабрь 2012 года. Также, в пользу кредитора ПАО «МОЭК» была взыскана задолженность в размере 151 253 110, 03 рубля, возникшая в период с января 2013 по июль 2014.

Из этого следует, что в период руководства предприятием ФИО1, ООО «УК ДЭЗ Богородское» уже отвечало признакам неплатежеспособности.

Таким образом, ФИО1 стало известно о наличии признаков несостоятельности (банкротства), начиная с 01.04.2012 года, в соответствии с требованиями статьи 9 Закона о банкротстве (в ред. № 24, от 07.02.2011), в связи с чем, обязан был обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 01.05.2012 года.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер такой ответственности равен размеру обязательств должника, возникших после истечения срока, в который контролирующее лицо должно было исполнить свою обязанность, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В период с 01.05.2012 года по 18.02.2016 года (дата принятия заявления о банкротстве) у должника возникли обязательства перед кредитором ПАО «МОЭК» - в размере 174 689 819,60 рублей, перед ГКУ «Дирекция ЖКХИБ В АО» - 5 217 688,26 рублей, перед АО «МОСГАЗ» -1 727 053,96 рублей.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции было установлено наличие причинно-следственной связи между неподачей ФИО1 заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов возникших в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

О данном обстоятельстве свидетельствует нарушение требования п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве руководителем ФИО1 заявление о признании должника банкротом в арбитражный суд не было направлено.

Заявление о банкротстве было подано кредитором ПАО «МОЭК». 

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно ч. 2 ст. 8, ч. 2 ст. 9 АПК РФ стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Доказательства, свидетельствующие о наличии у должника денежных средств в размере, достаточном для исполнения долговых обязательств, в материалах дела о банкротстве отсутствуют.

В бездействии ФИО1 усматривается состав правонарушения, влекущего, за собой привлечение его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о банкротстве.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что размер субсидиарной ответственности ФИО1 за неподачу заявления о признании должника банкротом согласно расчету конкурсного управляющего составляет 181 634 561, 82 руб. Представленный расчет судом был проверен, признан верным.

Кроме того, согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В суде первой инстанции, конкурсный управляющий первоначально также заявлял о привлечении ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 10, ст. 61.12 Закона о банкротстве. Несмотря на то, что конкурсный управляющий в представленных уточнениях не поддержал заявление о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности по данной норме Закона о банкротстве, судом установлены основания для привлечения к субсидиарной ответственности по ст.10, ст. 61.12 Закона о банкротстве ФИО3, исполнявшего обязанности руководителя должника с 19.07.2013 по 09.01.2014, и ФИО2, исполнявшего обязанности руководителя должника с 09.01.2014 по 10.01.2015, поскольку они, являясь последующими после ФИО1 руководителями должника, не исполнили обязанность по подаче в суд заявления о банкротстве.

Апелляционная коллегия соглашается с указанным выводом.

Так, суд первой инстанции правомерно полагал, последующие уточнения конкурсного управляющего не нарушили права кредиторов, должника и иных лиц, поскольку в действиях ФИО2 содержатся основания для его привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям, закрепленным в подпунктах 1, 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. При этом размер субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве охватывает размер субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Апелляционная коллегия обращает внимание апеллянтов, что доводы ответчиков о том, проведенный временным управляющим анализ финансового управляющего не соответствует требованиям действующего законодательства (заключением эксперта №17/08/2018-эк от 17.08.2018), в связи с чем, сведения, указанные в анализе финансового управляющего, не могут быть учтены при определении периода возникновения признаков неплатежеспособности должника, уже рассматривались в суде первой инстанции, коллегия не находит оснований для их переоценки, поскольку доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельства и его выводы, в апелляционной жалобе, вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ, не приведено.

Так, определением от 28.06.2018 суд назначил в рамках обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего ООО УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц судебную экспертизу, поставив на разрешение эксперта следующий вопрос: соответствует ли представленный анализ финансового состояния ООО «УК «ДЭЗ Богородское», выполненный временным управляющим ООО «УК «ДЭЗ Богородское» ФИО10 по результатам процедуры наблюдения с 28 июня 2016 г. по делу №А40-10260/16, датированный 03 ноября 2016 г., требованиям действующего законодательства, регламентирующего проведение анализа финансового состояния должника в ходе процедуры банкротства.

В заключения эксперта №17/08/2018-эк от 17.08.2018 сделан вывод, в котором указано, что анализ финансового состояния не соответствует требованиям действующего законодательства в части принципов проведения финансового анализа, условий проведения финансового анализа, а также оформления документов, содержащих анализ финансового состояния должника.

В соответствии с п. 1 ст. 70 Закона о банкротстве Анализ финансового состояния должника проводится в целях определения достаточности принадлежащего должнику имущества для покрытия расходов в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражным управляющим, а также в целях определения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Анализ финансового состояния должника проводится на основании документов, определенных пунктом 4 Правил проведения арбитражным управляющим финансового анализа, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 N 367.

При этом, суд критически расценил указанное экспертное  заключение, поскольку из последнего не следует каким образом указанные нарушения повлияли на сделанный временным управляющим вывод о невозможности восстановления платежеспособности должника.

Суд отметил, что анализ финансового состояния является документом, имеющим правовое значение, на основании которого принимается решение о введении соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве должника.

Анализ финансового состояния был предметом исследования в судебном заседании от 07.12.2016 г. при принятии судом решения о переходе к следующей процедуре банкротства - признании должника несостоятельным (банкротом).

Суд первой инстанции верно указал, что ответчиками в материалы дела, в нарушение ст. 65 АПК РФ, не представлены доказательства платежеспособности должника, учитывая, что в процедуре конкурсного производства требования кредиторов не погашались. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Рассмотрев заявления конкурсного управляющего и кредитора ПАО «МОЭК» в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 ст. 10 и подпунктами 1, 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных п. 4 ст. 10 и ст. 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Судом было отмечено, что необходимость применения данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

В силу п. 3 ст. 61.11 Закона о банкротстве вышеназванные положения Закона применяются независимо от того, были ли предусмотренные вышеуказанным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если: 1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось; 2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 16 Постановления Пленума N 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В то же время, в п. 19 Постановления Пленума N 53 указано, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В свою очередь в силу положений п. 23 Постановления Пленума N 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону.

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 являлся генеральным директором ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» в период с 09.01.2014 по 10.01.2015.

В соответствии с представленными в материалы дела настоящего обособленного спора копиями судебный актов, вступивших в законную силу, в рамках дела о банкротстве ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» удовлетворены шесть заявлений конкурсного управляющего о признании недействительными сделок должника, совершенных в период с 27.01.2014 г. по 09.09.2014 г. на общую сумму 12 112 414,35 руб.

Как следует из вступивших в законную силу судебных актов, все сделки, признанные судом недействительными, были совершены должником в период нахождения на должности генерального директора должника ФИО2.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, суд, установив вышеприведенные обстоятельства, пришел к выводу о том, что в результате неправомерных действий ФИО2 фактически были выведены из оборота ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» денежные средства на общую сумму более 12 112 414,35 руб.

Апелляционная коллегия соглашается с указанным выводом суда первой инстанции, поскольку недействительность сделок установлена судебными актами, имеющие преюдициальное значение.

Доводы апеллянта о не рассмотрении судом первой инстанции представленных доказательствах по указанным сделкам отклоняется судом апелляционной инстанции, как необоснованные, поскольку не относятся к предмету настоящего обособленного спора. Кроме того, коллегия полагает, что документы, свидетельствующие о законности сделок должны были быть переданы вместе с иной документацией конкурсному управляющему, последующему контролирующему должника лицу. 

Доказательств, опровергающих данные выводы, в нарушение п. 1 ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

ФИО12 Хафизовича о возможности оспаривания обстоятельств, установленных вышеуказанными судебными актами о признании сделок недействительными в виду не привлечения его в качестве стороны по обособленным спорам подлежат отклонению. Апелляционный суд также обращает внимание, что необходимые доказательства действительности сделок должны быть представлены руководством организации до инициирования  судебных процессов по обжалованию указанных сделок. При этом необходимые доказательства не были представлены, как и не были представлены достаточные доказательства иным участником спорных отношений, что послужило основанием для принятия указанных судебных актов.  

При этом, учитывая срок заявления указанных возражений, ответчик не принял действия, направленные на апелляционное или кассационное обжалование, а также пересмотр указанных определений. Доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Кроме того, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за непередачу документации конкурсному управляющему по следующим основаниям.

Согласно пп. 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В соответствии со статьей 29 Федерального закона от 06.12.2011 года N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухучете) организации обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

В силу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве на конкурсного управляющего возложены, в частности, обязанности по принятию в ведение имущества должника, проведению инвентаризации такого имущества; по принятию мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; по принятию мер по обеспечению сохранности имущества должника; по предъявлению к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требований о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. С целью исполнения указанных обязанностей конкурсный управляющий должен располагать бухгалтерской и иной документацией должника.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, возложена на руководителя Общества Законом об АО, Законом о бухучете в силу наделения руководителя общества его полномочиями.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2016 по делу № А40-10260/16-44-20 Б ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» признано несостоятельным (банкротом), суд обязал руководителя ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» в трехдневный срок передать конкурсному управляющему должника бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы. материальные и иные ценности должника.

Как указывал конкурсный управляющий в своем заявлении, до настоящего момента бывшим руководителем ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» не было исполнено решение суда о передаче бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов и материальных ценностей конкурсному управляющему ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ».

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

ФИО2, будучи руководителем должника, обязан был обеспечить сохранность первичных учетных документов должника и в последующем должен был в соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве произвести передачу всей бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на руководителя должника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности. Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

При рассмотрении обособленного спора судом было установлено, что ФИО2 представлены копии решения №1 от 17.09.2014 об освобождении его от исполнения обязанностей генерального директора, акта приема-передачи всей документации общества Управляющей компании ЕМАРКЕТ ЭНТЕРТЕЙНМЕНТ ЛТД от 28.08.2014 и справки о передаче документации управляющей компании.

В силу ст. 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Частью 8 ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Согласно п. 1 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно ч. 2 ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Суд первой инстанции не принял в качестве надлежащих доказательств, представленные копии документов, поскольку не заверены надлежащим образом, не представлены полномочия ФИО13 на выдачу справки и принятии документации должника.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО2 не передал конкурсному управляющему истребованные у него решением от 07.12.2016 бухгалтерские документы и материальные ценности должника.

Довод апеллянта о том, что судом необоснованно не приняты указанные документы в качестве доказательств отклоняется коллегией, поскольку противоречат действующему законодательству, в т.ч. ч. 8 ст. 75 АПК РФ.

Судом сделан обоснованный вывод, что отсутствие документации не позволило арбитражному управляющему составить полное представление о финансово-хозяйственной деятельности должника и судьбе его активов и как следствие повлекло негативные последствия для процедуры банкротства в виде невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований, предусмотренных п. 4 ст. 10 и ст. 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В пункте 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, указано, что если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление ВС РФ от 21.12.2017 N 53) по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

Учитывая, что совокупность обстоятельств, необходимая для привлечения ответчиков - ФИО2 к субсидиарной ответственности, доказана, однако в связи с тем, что на момент судебного заседания мероприятия по формированию конкурсной массы, а также расчеты с кредиторами не завершены, производство по заявлению в части определения размера ответственности подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

Доводы ФИО1 о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права во времени подлежат отклонению по следующим основаниям.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 13.09.2018 по делу № А40-162110/2016, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Так в статье 10, равно как и в статье 61.12. Закона о банкротстве, была установлена ответственность контролирующих должника лиц за необращение с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в установленный статьей 9 Закона о банкротстве срок.

Таким образом, нормы статей 10 и 61.12 при оценке наличия оснований для привлечения ФИО1 как руководителя Должника, к субсидиарной ответственности, применены судом первой инстанции верно.

Доводы ответчиков о необоснованном объединении судом первой инстанции в одно производство заявления ПАО «МОЭК» и заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности также несостоятельны.

В соответствии с положениями части 2 статьи 130 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции вправе объединить несколько однородных дел, в которых участвуют одни и те же лица, в одно производство для совместного рассмотрения.

Арбитражный суд первой инстанции, установив, что в его производстве имеются несколько дел, связанных между собой по основаниям возникновения заявленных требований и (или) представленным доказательствам, а также в иных случаях возникновения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов, по собственной инициативе или по ходатайству лица, участвующего в деле, объединяет эти дела в одно производство для их совместного рассмотрения.

Требования, содержащиеся в заявлении ПАО «МОЭК» были предъявлены к тем же лицам, что и требования конкурсного управляющего должника, основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности также являлись совершение действий, повлекших несостоятельность должника и необращение контролирующих лиц в суд с заявлением о банкротстве в установленный статьей 9 Закона о банкротстве срок.

Таким образом, суд первой инстанции с целю исключения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов, а также оценки обстоятельств до рассмотрения одного из споров по существу, верно объединил заявление конкурсного управляющего должника и ПАО «МОЭК» для совместного рассмотрения.

Не соответствует фактическим обстоятельствам дела утверждения ответчиков об отсутствии у ООО «УК «ДЭЗ Богородское» задолженности перед ПАО «МОЭК» ссылаясь на четырехстороннее соглашение между ПАО «МОЭК», ГУ ИС, Банком Москвы и ООО УК «ДЭЗ Богородское».

ГУ ИС либо МФЦ осуществляет начисление, формирование единого платежного документа и перечисление поступивших от собственников жилых помещений в пользу ПАО «МОЭК» денежных средств, на основании договора об организации расчетов населения за отопление и горячее водоснабжение с использованием Единого платежного документа, с участием в договоре ПАО «МОЭК», ГУ ИС, Банка Москвы и ООО УК «ДЭЗ Богородское» (Договор № 31-115/14/641-10 от03.11.2010 -четырехстороннее соглашение).

Согласно представленной ПАО «МОЭК» копии дополнительного соглашения от 01.06.2011 к договору теплоснабжения от 01.08.2010 № 04.303132-ТЭ, а именно пунктов 1, 2 дополнительного соглашения, ООО «УК ДЭЗ Богородское» обязалось самостоятельно регулировать вопросы с ГУ ГЦЖС (Государственный центр жилищных субсидий), связанных с начислением и получением выпадающих доходов, связанных с предоставлением гражданам льгот по оплате коммунальных услуг отопления и горячего водоснабжения, а также самостоятельно производить оплату 100% фактически потребленной тепловой энергии теплоснабжающей организации.

Таким образом, ПАО «МОЭК» перестал быть участником Договора № 31-115/14/641-10 от 03.11.2010, начиная с 01.06.2011 денежные средства от населения, а также от ГЦЖС поступали напрямую на расчетный счет ООО «УК ДЭЗ Богородское» и на размер фактической задолженности перед ПАО «МОЭК» не влияли.

Новое четырехстороннее соглашение -Договор № 31-115/14/71-14 от 28.02.2014 с участием ПАО «МОЭК» было заключен 28.02.2014.

За этот период Решениями Арбитражного суда г. Москвы по делам №№ А40-28977/2014, А40-218138/2014 с ООО «УК ДЭЗ Богородское» в пользу ПАО «МОЭК» было взыскано в общей сложности 173 323 443,40 рублей задолженности за поставленную тепловую энергию.

Также размер задолженности подтвержден вступившими в законную силу судебными актами о взыскании задолженности и о включении ее в реестр требований кредиторов должника.

Коллегия отмечает, что доводы апеллянтов о пропуске срока исковой давности подлежат отклонению, как несоответствующие действующему законодательству.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

ПАО «МОЭК» обратилось с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3 и ФИО1 02.10.2018, то есть после 01.07.2017, соответственно к заявлению и требованиям, содержащихся в нем применяются нормы пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Кроме того, в соответствии с положениями пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение сроков исковой давности осуществляется судами исключительно по заявлению стороны, сделанному до вынесения судом решения.

В соответствии с частью 3 статьи 46 АПК РФ, каждый из истцов или ответчиков по отношению к другой стороне выступает в процессе самостоятельно.

В силу абзаца 2 пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в силу части 3 статьи 40 ГПК РФ, части 3 статьи 46 АПК РФ, пункта 1 статьи 308 ГК РФ заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).

При указанных обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ» ФИО1 в размере 181 634 561,82 руб. по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 61.12 Закона о банкротстве, а также установил наличие оснований, предусмотренных статьями 10 и 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «ДЭЗ БОГОРОДСКОЕ», в связи с чем, определение суда от 15.08.2019г. отмене не подлежит.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.08.2019по делу № А40-10260/16 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:  Д.Г. Вигдорчик 

Судьи:  С.А. Назарова 

 А.А. Комаров