АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3906/2023

11 сентября 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 сентября 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.,

судей: Кучеренко С.О., Сецко А.Ю.

при участии: 

представителя ФИО1 – ФИО2 (онлайн), по доверенности от 11.09.2019 № 23АА 9467411;

рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием  системы веб-конференции, кассационные жалобы ФИО1, конкурсного управляющего  обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая организация «Город» Николайчука Александра Васильевича

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 24.04.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023

по делу №  А73-1756/2020

по заявлению ФИО1

к ФИО4, Зинченко Роману Юрьевичу

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая организация «Город» (ОГРН: 

<

***>,                          ИНН: 

<

***>) несостоятельным (банкротом) 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Обслуживающая компания «Город» обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая организация «Город» (далее – ООО «УО «Город», должник, общество) несостоятельным (банкротом).

Определением от 13.02.2020 указанное заявление принято судом, возбуждено производство по делу о банкротстве, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления о признании должника банкротом.

Решением от 12.03.2020 (резолютивная часть от 04.03.2020)                 ООО «УО «Город» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство сроком на пять месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Конкурсный кредитор ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц (бывшего руководителя должника ФИО4 и учредителя – ФИО5 (далее также – ответчики)) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УО «Город», взыскании с указанных лиц солидарно 3 299 442 руб.

Определением суда первой инстанции от 03.11.2021, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2022, заявление ФИО1 удовлетворено: ФИО4, ФИО5 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с ответчиков взыскано солидарно в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «УО «Город» 3 299 442 руб.

Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 15.04.2022 судебные акты от 03.11.2021, от 02.02.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Хабаровского края.

При повторном рассмотрении определением суда от 15.06.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено муниципальное унитарное предприятие «РКЦ» (далее – МУП «РКЦ»).

Определением суда от 07.12.2022 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3.

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 24.04.2023, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023, в удовлетворении заявленных кредитором ФИО1 требований (вх.168079) отказано.

В кассационных жалобах ФИО1, конкурсный управляющий (далее также – заявители, податели жалоб, кассаторы) просят Арбитражный суд Дальневосточного округа отменить определение суда первой инстанции от 24.04.2023 и постановление апелляционного суда от 26.06.2023, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления в полном объеме.

В обоснование кассационных жалоб их податели приводят доводы о том, что в настоящее время ответчиками не передана конкурсному управляющему вся документация общества-должника, в том числе: бухгалтерские документы, необходимые для взыскания дебиторской задолженности на сумму 11 665 000 руб., отраженной в последней отчетности ООО «УО «Город»; кроме того, по состоянию на 07.10.2015 у должника имелись признаки неплатежеспособности, ответчики обязаны были обратиться в суд с заявлением о признании ООО «УО «Город» несостоятельным (банкротом) не позднее 07.12.2015, однако этого не сделали.

Также ссылаются на выявленные несоответствия в бухгалтерской отчетности должника, ненадлежащее исполнение обязательств по ведению документации предприятия, что, по мнению заявителей, привело к утрате возможности для взыскания дебиторской задолженности на сумму 10 454 876,02 руб., затруднило установление даты возникновения неплатежеспособности должника, что, в свою очередь, существенно затруднило проведение процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов.

Кроме того, конкурсный управляющий отметил, что ФИО5 после 30.04.2019, обладая сведениями о совершенной обществом сделке по передаче прав требования – дебиторской задолженности аффилированному лицу, не предпринял каких-либо действий, направленных на восстановление нарушенных прав ООО «УО «Город», что также свидетельствует о наличии оснований для привлечения названного ответчика к субсидиарной ответственности.

Определением от 08.08.2023 кассационные жалобы приняты к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, судебное заседание по их рассмотрению назначено на 10 час. 10 мин. 05.09.2023.

В представленном отзыве на кассационные жалобы ФИО5  выразил несогласие с доводами кассаторов, просил оставить обжалованные судебные акты без изменения, как законные и обоснованные.

В судебном онлайн-заседании суда округа представитель              ФИО1 на доводах собственной кассационной жалобы настаивал, дав суду соответствующие пояснения.

Представитель ФИО5 – ФИО7, которому также была согласована возможность участия в судебном заседании путем использования системы веб-конференции (онлайн-заседание), подключение для участия в нем не произвел.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в заседание суда кассационной инстанции также не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационных жалоб, Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела и установлено судами двух инстанций, ООО «УО «Город» зарегистрировано в качестве юридического лица 17.12.2008, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации юридического лица от 17.12.2008 серия 27 № 001807721. Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) с июля 2015 года единственным участником должника является ФИО5, руководителем должника с 18.08.2015 являлся ФИО4, а с ноября 2019 года являлся его ликвидатором.

В обоснование заявления о привлечении ФИО4 и                   ФИО5 к субсидиарной ответственности конкурсный кредитор ФИО1 о указал, что дебиторская задолженность организации-должника безвозмездно передана третьему лицу - аффилированному с должником обществу с ограниченной ответственностью «Обслуживающая компания «Город» (далее - ООО «ОК «Город»); бухгалтерские документы для взыскания указанной задолженности управляющему руководителем должника не переданы; кроме того, по состоянию на 07.10.2015 у должника имелись признаки неплатежеспособности, ответчики обязаны были обратиться в суд с заявлением о признании ООО «УО «Город» несостоятельным (банкротом) не позднее 07.12.2015.

Также кредитор ссылался на то, что имеет место искажение бухгалтерской отчетности, вводившее в заблуждение сторонних кредиторов относительно состояния должника, что следует из отсутствия дебиторской задолженности, которая могла бы обеспечить погашение требований, либо имеет место сокрытие дебиторской задолженности, отраженной в отчетности, исходя из разницы с размером выявленной части задолженности. Указывал, в частности, что ФИО5 как учредитель не предпринимал мер к назначению эффективного руководителя, проверке сведений отчетности, бездействовал, что свидетельствует о согласованности действий.

Указанные обстоятельства, по мнению кредитора, являются основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности применительно статье 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Возражая против доводов кредитора, ФИО5, в свою очередь, в письменных позициях настаивал на том, что с 30.07.2017, когда на учредителя должника возлагалось законодателем бремя по принятию мер к подаче заявления о банкротстве, задолженность перед кредитором не наращивалась. В частности, отсутствовали безусловные признаки банкротства, поскольку принимались меры к погашению долга до марта  2019 года, в связи с чем, датой объективного банкротства, при котором руководитель хозяйствующего субъекта должен был знать и полагать о наличии безусловной невозможности продолжения деятельности, определен датой 25.03.2019. Указал на то, что размер отчужденной задолженности в размере 1 210 123,98 руб. был возвращен, иной размер задолженности являлся бухгалтерской ошибкой, которая не привела к существенным последствиям, в том числе применительно к реальной возможности пополнения конкурсной массы.

Разрешая спор, суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, оценив представленные в материалы дела доказательства, посчитал недоказанным наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за недоказанностью причинно-следственной связи между вмененными ответчикам неправомерными действиями и банкротством должника и фактов совершения со стороны ответчиков каких-либо действий в отношении должника, непосредственно приведших к объективному банкротству, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления конкурсного кредитора.

Судебная коллегия суда округа в настоящем случае исходит из конкретных доводов поданных по делу кассационных жалоб и руководствуется нижеследующим.

В статью 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ) были внесены соответствующие изменения. Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В пункте 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ регламентировано, что он вступает в силу с момента его официального опубликования, то есть с 30.07.2017. Законом № 266-ФЗ прекращено действие положений статьи 10 Закона о банкротстве, которой была установлена ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве.

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 30.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Поскольку в части исследуемых обстоятельств, относящихся к неподаче заявления о банкротстве должника в дату 07.12.2015, последние имели место, соответственно, в период действия Закона № 134-ФЗ и до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежали положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ (действовала с 30.06.2013 до 30.07.2017), а в дальнейшем (в отношении учредителя должника) в последующей редакции, поскольку вменяемое кредитором бездействие определено длящимся характером, то есть применению подлежит редакция Закона о банкротстве, действовавшая в соответствующий период.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В пунктах 9, 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), указано, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в статье 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Положения статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливают равные презумпции доказывания обстоятельств наступления признаков неплатежеспособности из-за действий (бездействий) контролировавших должника лиц, но не ограничивают возможность указания на обстоятельства, повлекшие банкротства исключительно данными презумпциями, равно как и не лишают ответчиков опровергнуть данные презумпции. В связи с чем, подлежат применению разъяснения, изложенные в постановлении Пленума № 53.

В пункте 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве закреплена презумпция, согласно которой пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Правила подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» обязанность по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возложена на руководителя экономического субъекта.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между невозможностью полного погашения требований кредиторов и действиями (бездействием) контролирующего должника лица, связанными с отсутствием документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, неотражением в них либо искажением предусмотренной законодательством информации, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 4, 6 названной статьи оговорено, что положения подпункта 2 пункта 2 этой статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно пункту 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 4 пункта 2 указанной статьи также применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Исследовав и оценив по правилам главы 7 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в споре, судами установлено, что деятельность должника в части организации хозяйственной деятельности была обособленна в части проведения расчетов с должником потребителями и расчета должника с поставщиками – через МУП «РКЦ» (договор поручения №1/2015-ЮГ-ООО от 05.11.2015). Аналогичные договоры перезаключались с участием ресурсоснабжающих организаций, управляющих организаций и Администрации Ванинского муниципального района ежегодно, чем была организована схема управления и обеспечения ресурсами Ванинского муниципального района, организации порядка  функционирования и расчетов данных организаций по основным видам деятельности.

ООО «УО «Город» приобретено ФИО5 с июля 2015 года                (на что также ссылается кредитор), что при смене руководства должника, включая бухгалтера, привело к необходимости проведения переучета активов и организации ведения управленческого учета, однако, ввиду наличия недостатков ведения бухгалтерского учета ранее, невозможности передачи дел и документов новому бухгалтеру, возникла необходимость внесения изменений и корректировок, выраженных в дополнениях сведений – довнесения данных об активах в базу 1С, а впоследствии в отчетность, переданную в ФНС России. Последствием такого отражения явилось дублирование части дебиторской задолженности, сохранение необъективных данных – не соответствующих первичным документам.

Таким образом, суды констатировали, что по результатам 2014 финансового года размер дебиторской задолженности составлял                                  5 261 тыс.руб., после внесения корректировок по итогам 2015 года размер дебиторской задолженности составил 23 110 тыс.руб., что следует из данных ФНС и Росстата. При этом аналогичный характер имеет не только часть отражения активов организации, но и структура пассива (кредиторская задолженность), которые не были выявлены впоследствии в таком объеме, который отражен в отчетности должника.

Из размещенных в ЕГРЮЛ и Государственной информационной системы жилищно-коммунального хозяйства сведений судами установлено, что имевшиеся в управлении МКД должника (44 дома) были по решениям собственников помещений в МКД переданы в управление иным организациям, в частности, ООО «УП «Город».

Анализируя в сравнении характер отчетности данных организаций и принимая во внимание имеющее место изменение в части объема оказываемых услуг (количества домов, находящихся в управлении), суд первой инстанции учел как схожий характер накопления дебиторской задолженности, показателей оборотно-сальдовых ведомостей (в том случае, если не принимать во внимание размер дублирующей части отчетности),              так и пояснения бывшего бухгалтера должника о том, что ряд                 дебиторской задолженности, в частности, бюджетных организаций, который предполагался к передаче предыдущим менеджментом, не был подтвержден первичной документацией, что повлекло в части случаев, когда возможна была их идентификация, исключение такой задолженности из состава и структуры отчетности.

Применительно к изложенному суды двух инстанций, руководствуясь содержанием вышеуказанных норм Закона о банкротстве, мотивированно заключили, что ввиду того, что фактически имевшаяся документация в отношении должника позволяла установить его активы, при этом деятельность должника свидетельствовала о погашении задолженности вплоть до 2019 года (принятия решения о ликвидации предприятия) с передачей части МКД по решениям собственников под управление иной организации, оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности применительно к статье 9 Закона о банкротстве в данном конкретном случае не имеется.

При постановке соответствующих выводов в пределах собственной компетенции по исследованию и оценке доказательств нижестоящие арбитражные суды, помимо прочего, исходили из того, что специфика деятельности должника подразумевает наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями в сочетании с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным финансовым трудностям по исполнению предприятием своих обязательств; при этом динамика размера взымаемых платежей помесячно в рассмотренные периоды позволяла менеджменту должника прийти к выводу о будущем пополнении активов денежными средствами от населения, учитывая периодическое внесение платы за текущий месяц в размерах больших, нежели предполагалась оплата. Более того, задолженность ООО «ОК «Город» в размере 366 064,93 руб. основного долга, на основании которой возбуждено дело о банкротстве, является требованием аффилированного лица, возникшим лишь в периоде июнь - август  2019 года.

Таким образом, проанализировав обстоятельства, установленные в рамках настоящего обособленного спора, суды первой и  апелляционной инстанций обоснованно констатировали недоказанность конкурсным кредитором однозначного наличия всей необходимой и подтвержденной совокупности условий для возложения на контролирующих должника лиц соответствующего вида ответственности, предусмотренной нормами действующего законодательства.

В том числе судами применительно к вышеуказанной совокупности мотивированно принято во внимание, в частности, что бывшим руководителем ООО «УО «Город» в адрес конкурсного управляющего 12.03.2020 были переданы печать, штемпель, бухгалтерская отчетность за 2019 год, декларация по УСН за 2019 год (акт приема-передачи от 12.03.2020); ранее переданы уставные документы; относительно возврата дебиторской задолженности в сумме 1 210 123,98 руб. ООО «УП «Город» заявило о готовности передать в срок до 01.08.2021 полученные от должников денежные средства и документы по невзысканной дебиторской задолженности и впоследствии денежные средства в согласованном размере поступили на счет должника; при этом прочая дебиторская задолженность, указываемая заявителем, как установлено судами (в том числе заслушаны пояснения свидетеля бухгалтера ФИО8, исследованы сведения бухгалтерской отечности об активах и пассивах за весь период деятельности должника, внесенные в программу «База 1С»), не соответствовала действительно имеющейся (то есть не свидетельствовала и о реальной возможности пополнения за ее счет конкурсной массы с соответствующей постановкой подобных обстоятельств в вину ответчикам), что соотносилось и с данными, отраженными в расчетах МУП «РКЦ»; более того, сам кредитор ООО «Теплоэнерго» (правопредшественник заявителя) в исследовавшемся периоде неоднократно уменьшал исковые требования к должнику в связи с частичным погашением задолженности - из ответа           МУП «РКЦ» следовало, что долг перед ООО «Теплоэнерго» на 01.05.2019 составлял только 112 208,54 руб.

Надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства и свидетельствующие об ином (в том числе о совершении ответчиками действий (допущении бездействия), причинивших значительный ущерб должнику и повлекших банкротство общества, включая, например, обстоятельства по какому-либо выводу активов в свою пользу, совершению вредоносных для общества сделок, причинению последнему убытков определенными деяниями ответчиков и при наличии доказательств причинно-следственной связи подобных событий с наступившим банкротством и пр.), в нарушение требований статей 9 и 65 АПК РФ в материалы обособленного спора не представлены.

При изложенных в мотивировочной части настоящего постановления обстоятельствах и с учетом приведенных норм права, судами правомерно отказано в удовлетворении заявленных конкурсным кредитором требований.

При этом кредитором каких-либо иных обстоятельств  в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности (включая, в том числе, какой-либо конкретный расчет подлежащих учету новых требований, возникших за период вменяемой просрочки подачи заявления о банкротстве каждым из ответчиков) в ходе рассмотрения спора не приведено (в том числе в кассационной жалобе).

У суда кассационной инстанции отсутствуют правовые основания для несогласия с выводами судов, сделанными на основе надлежащей правовой оценки совокупности представленных в материалы дела доказательств и установленных фактических обстоятельств.

Кассационные жалобы не содержат аргументов заявителей, опровергающих указанные выводы судов, а переоценка установленных фактических обстоятельств дела и принятых доказательств в силу статьи            286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Так, пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам (части 1 и 3 статьи 286 АПК РФ); установление же фактических обстоятельств дела, исследование и оценка доказательств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, при этом в оспоренных кассатором судебных актах судами обеих инстанций приведены мотивы, по которым они пришли к соответствующим выводам, с указанием на конкретные доказательства, исследованные и оцененные в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ.

Следовательно, аргументы кассаторов, изложенные в поданных жалобах, не могут служить основанием для отмены обжалованных судебных актов и отклоняются судом округа, поскольку не свидетельствуют о нарушениях судами норм права, повлиявших на результат судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции также не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 24.04.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023               по делу №  А73-1756/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков

 

Судьи                                                                                    С.О. Кучеренко

 

А.Ю. Сецко