АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-63529/2020

Дело № А55-30707/2017

г. Казань

06 мая 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 апреля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 мая 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Кашапова А.Р.,

судей Ивановой А.Г., Самсонова В.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, 

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Росгидрострой» ФИО1 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 27.11.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2021

по делу № А55-30707/2017

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Росгидрострой», (ИНН: 

<

***>, ОГРН:

<

***>), с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: финансового управляющего имуществом ФИО2 – ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 17.11.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Росгидрострой» (далее – ООО «Росгидрострой», должник).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19.03.2018 заявление общества с ограниченной ответственностью «Вариант» признано обоснованным, в отношении ООО «Росгидрострой» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига».

Решением Арбитражного суда Самарской области от 14.06.2018 ООО «Росгидрострой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Объявление об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 108 от 23.06.2018.

Конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просит: «Привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Росгидрострой» в размере 10 088 120 руб. (Десять миллионов восемьдесят восемь тысяч сто двадцать рублей) 44 коп. Взыскать с ФИО2 10 088 120 руб. (Десять миллионов восемьдесят восемь тысяч сто двадцать рублей) 44 коп».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27.11.2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам ООО «Росгидрострой» отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2021 определение Арбитражного суда Самарской области от 27.11.2020 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 27.11.2020 и постановление апелляционной инстанции от 09.02.2021 отменить, принять новый судебный акт, которым привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Росгидрострой» в размере 10 088 120, 44 руб. и взыскать с ФИО2 10 088 120, 44 руб.

В обоснование жалобы приведены доводы о неправильном применении судами норм материального права, о несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для их отмены в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, согласно выписки из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Росгидрострой» создано 07.05.2014 за ОГРН: 

<

***>, с даты создания и до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства единственным участником общества, единоличным исполнительным органом являлся ФИО2

Из материалов дела следует, что итоговым протоколом заседания комиссии по проведению торговой процедуры «Публичное предложение продавца № 1298118» от 24.02.2015 ООО «Росгидрострой» было признано победителем торгов.

В соответствии с пунктом 5 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как следует из абзаца 1 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, 29 Закона о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Таким образом, законодатель презюмирует возникновение несостоятельности (банкротства) должника вследствие такого действия его руководителя как отсутствие обязательных документов бухгалтерского учета и (или) отчетности либо искажении их содержания.

Обязанность опровержения указанной презумпции лежит на привлекаемом к ответственности лице. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В пункте 24 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53») разъяснено, что поскольку в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему, то арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо, доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Таким образом, на ФИО2 в силу статей 9, 65 АПК РФ возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

04 марта 2015 года между ЗАО «Бетон» в лице конкурсного управляющего ФИО4 и ООО «Росгидрострой» был заключен договор купли-продажи имущества.

Для целей исполнения ООО «Росгидрострой» своих обязательств по оплате договора купли-продажи от 04.03.2015, заключенного по результатам проведенных торгов с ЗАО «Бетон», между ООО «Вариант» (Займодавец) и ООО «Росгидрострой» (Заемщик) 27.03.2015 заключен договор займа № 1 на сумму 10 247 250 руб., сроком возврата 01.06.2015.

В обеспечение вышеуказанного договора между Займодавцем и ФИО2 (далее - «Поручитель») заключен договор поручительства, согласно которого ФИО2 обязался отвечать перед Займодавцев за выполнение всех обязательств Заемщика, которые возникли согласно договору займа № 1 от 27.03.2015 в том же объеме, как и Заемщик.

Впоследствии ООО «Росгидрострой» полученную от ООО «Вариант» денежную сумму в размере 10 247 250 руб. в счет исполнения обязательств по Договору купли-продажи имущества от 04.03.2015 платежными поручениями № 19 от 30.03.2015 и № 20 от 30.03.2015 перечислило в пользу ЗАО «Бетон».

Полагая, что указанные выше торги проведены с нарушением правил, установленных законом, ООО «Парадигма» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными: торговую процедуру «Публичное предложение продавца № 1298118» от 24.02.2015, проведенную ООО «Актив и К»; итоговый протокол заседания комиссии по проведению торговой процедуры «Публичное предложение продавца № 1298118» от 24.02.2015; договор купли-продажи от 04.03.2015, заключенный между ЗАО «Бетон» и ООО «Росгидрострой» по результатам Торговой процедуры «Публичное предложение продавца № 1298118» от 24.02.2015.

Определением от 30.11.2016 Арбитражный суд Самарской области отказал ООО «Парадигма» в удовлетворении заявления о признании недействительными торговой процедуры «Публичное предложение продавца № 1298118» от 24.02.2015.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2017 отменено определение Арбитражного суда Самарской области от 30.11.2016 по делу № А55-1061/2011, принят по делу новый судебный акт; признаны недействительными торги в форме публичного предложения продавца от 24.02.2015 № 1298118 по продаже имущества ЗАО «Бетон»; признан недействительным итоговый прокол заседания комиссии по проведению торговой процедуры «Публичное предложение продавца № 1298118» от 24.02.2015 по продаже имущества ЗАО «Бетон»; признан недействительным договор купли-продажи от 04.03.2015, заключенный между ЗАО «Бетон» и ООО «Росгидрострой» по результатам торговой процедуры «Публичное предложение продавца № 1298118» от 24.02.2015; применены последствия недействительности договора купли-продажи от 04.03.2015 в виде взыскания с ЗАО «Бетон» в пользу ООО «Росгидрострой» 10 247 250 руб.; распределены расходы по уплате государственной пошлины.

Решением Ленинского районного суда г. Самары от 22.12.2015 по гражданскому делу № 2-4447/15 с ФИО2 и ООО «Росгидрострой» солидарно в пользу ООО «Вариант» взыскана сумма займа в размере 10 247 250 руб. и пени в сумме 44 063 руб. 17 коп. по договору целевого займа № 1 от 27.03.2015.

Судом первой инстанции установлено, согласно приобщенной в материалы дела бухгалтерского (финансовой) отчетности за 2016 г. (с информацией за 2015 г.) необоротные активы, в том числе основные средства (строка баланса 1150) у должника отсутствуют.

Оборотные активы: запасы (строка баланса 1210) равны сумме 405 тыс. руб., дебиторская задолженность (строка баланса 1230) равна сумме 11 283 тыс. рублей, кредиторская задолженность (строка баланса 1520) равна сумме 183 тыс. руб., заемные средства (строка баланса 1510) равны сумме 11 626 тыс. руб.

Наличие иного имущества, которое могло быть возвращено в конкурсную массу, в случае исполнения руководителем обязанности по передаче документов, судом не установлено.

Кроме того, суд исходил из непредставления заявителем доказательств, свидетельствующих об искажении бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Росгидрострой» за 2016 г. и 2015 г., как и доказательств того, что должник имел и/или должен был иметь активы в большем объеме.

Лицами, участвующими в деле не оспаривается, что сумма задолженности ООО «Росгидрострой» перед ООО «Вариант» отражена в составе бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Росгидрострой» за 2016 г. и 2015 годы в разделе «заемные средства» (строка баланса 1510). Задолженность ЗАО «Бетон» перед ООО «Росгидрострой» отражена в составе бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Росгидрострой» за 2016 г. и 2015 г. в разделе «дебиторская задолженность» (строка баланса 1230).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу, что сумма заемных средств и дебиторской задолженности, указанная в бухгалтерской отчетности должника в значительной степени соотносятся с размером обязательств должника перед ООО «Вариант» и суммой обязательств ЗАО «Бетон» перед ООО «Росгидрострой».

При этом суд первой инстанции учел, что документом подтверждающим возникновение единственного существенного актива должника - обязательства ЗАО «Бетон» на сумму 10 247 250 руб., является вступивший в законную силу судебный акт, размещенный в открытом и общедоступном источнике «Картотека арбитражных дел», факт его частичного исполнения ЗАО «Бетон» 22.09.2017 на сумму в размере 7 810 915,81 руб., также должно усматриваться из выписки банка по расчетному счету должника имеющейся у конкурсного управляющего, следовательно, непередача ФИО2 конкурсному управляющему судебного акта о взыскании с ЗАО «Бетон» денежных средств не могло повлиять на формирование конкурсной массы и ход процедуры конкурсного производства в отношении должника в целом.

Кроме того, ответчик ФИО2 возражая по существу заявленных требований в материалы дела представил: постановление от 22.10.2019 судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства № 90144/19/63039-ИП, возбужденного на основании исполнительного листа по делу № А55-30707/2017 от 22.11.2018, выданного Арбитражным судом Самарской области, ввиду исполнения требований исполнительного документа в полном объеме; опись вложения в письмо с объявленной ценностью об отправке 24-х позиций документов должника в адрес временного управляющего с почтовой квитанцией об оплате от 05.06.2018, в том числе перечень кредиторов и дебиторов должника (пункты 19 и 20 описи); опись вложения в письмо с объявленной ценностью об отправке 43-х позиций документов должника в адрес конкурсного управляющего с почтовой квитанцией об оплате от 10.10.2018.

Доказательств обжалования в установленном законом порядке постановления судебного пристава-исполнителя от 22.10.2019 об окончании исполнительного производства по истребованию у ФИО2 документов и имущества должника ввиду добровольного исполнения, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конкурсный управляющий должника в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил в материалы дела доказательств существенного затруднения проведения процедур банкротства, с учетом переданных и направленных ему ФИО2 документов; не представил в материалы дела доказательства, объективно свидетельствующие о невозможности определения основных активов должника и их идентификации; невозможности выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившей проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможности установления содержания принятых органами должника решений, исключившей проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Исходя из установленных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что несостоятельность (банкротство) ООО «Росгидрострой» не была вызвана действиями ФИО2, а доводы конкурсного управляющего о невозможности удовлетворить требования кредиторов ввиду не передачи документов, не подтверждаются материалами дела.

Вместе с тем, представленное ФИО2 в материалы дела заключение эксперта № 181-60-557 (в области финансового состояния и финансово-экономической деятельности хозяйствующего субъекта) с изложенными в нем выводами на Вопрос № 1: «Имелись ли в действиях (поступках и деяниях в виде предумышленного ошибочного действия или отсутствия действия, ставшие причиной негативной ситуации и/или причинные отношения, устанавливаемые между имевшим место деянием и вызванным им последствием), генерального директора и единственного учредителя ООО «Росгидрострой», ФИО2 действия, которые привели к нанесению урона и/или неплатежеспособности ООО «Росгидрострой» и Вопрос № 2: Определить причины банкротства ООО «Росгидрострой», следует оценивать критически, поскольку поставленные на разрешение в экспертном заключении вопросы, с точки зрения законодательства о банкротстве, являются юридической категорией, определение наличия которых относится к исключительной компетенции судов, равно как и категории добросовестности, разумности, злоупотребления, вины и проч. По смыслу положений арбитражного процессуального законодательства перед экспертом может быть поставлен только вопрос факта (в данном случае оценка финансового состояния должника), в то время как установление признаков неплатежеспособности относится к вопросам права.

Аналогичная правовая позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации № 310-ЭС20-7837 от 28.09.2020.

Конкурсный управляющий в качестве основания привлечения к субсидиарной ответственности также ссылается на не соблюдение ФИО2 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Росгидрострой» несостоятельным (банкротом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по оплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Частью 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 8 постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 9 постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 данного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель в силу норм статьи 65 АПК РФ должен доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротства).

Кроме того, для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные для должника указания либо возможности иным образом определять действия должника; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами; кроме того, необходимо установить вину ответчика для возложения на него ответственности.

Таким образом, применение изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по оплате обязательных платежей; наличие причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, также необходимо установить вину субъекта ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Суд первой инстанции установил, из бухгалтерского баланса должника усматривается, что за период 2015 г. по 2016 г. структура баланса ООО «Росгидрстрой» оставалась практически неизменной, в том числе в части разделов: пассив и актив, краткосрочные и долгосрочные обязательства, заемные денежные средства, запасы, дебиторская задолженность, выручка.

Согласно реестру требований кредиторов ООО «Росгидрострой» в состав требований третьей очереди включены требования на общую сумму 8 759 455,92 руб. из которых: ООО «Вариант» на сумму 7 759 062,88 руб.- основной долг, 991 588,45 руб. - пени по договору займа; МИФНС России № 16 по Самарской области на сумму 1 186,48 руб. - пени по НДС, 7618, 11 руб.- пени по транспортному налогу; АО «Транснефтепродукт» на сумму 10 000 руб. - основной долг; ФИО5 на сумму 10 000 руб. - основной долг. Других кредиторов у ООО «Росгидрострой» не имеется.

Из материалов дела следует, что основным кредитом ООО «Росгидрострой» (более 95% от суммы обязательств, включенных в реестр требований кредиторов) является ООО «Вариант», обязательства должника перед которым возникли на основании договора займа № 1 от 27.03.2015.

Как указывалось ранее решением Ленинского районного суда г. Самары от 22.12.2015 по гражданскому делу № 2-4447/15 с ФИО2 и ООО «Росгидрострой» солидарно в пользу ООО «Вариант» взыскана сумма займа в размере 10 247 250 руб. и пени в сумме 44 063 руб. 17 коп.

12.02.2018 ООО «Росгидрострой» частично погасило задолженность перед ООО «Вариант» на сумму в размере 2 483 502,95 руб., остальные денежные средства были направлены ФИО2 на погашение задолженности ООО «Росгидрострой» по налогам и сборам и по выплате заработной платы работникам должника, в том числе в пользу ФИО2

Ответчик - ФИО2 в подтверждение принятия им активных мер по возврату ООО «Росгидрострой» денежных средств, ранее полученных у ООО «Вариант» по договору займа № 1 указывает на получение им исполнительного листа о взыскании с ЗАО «Бетон» в пользу ООО «Росгидрострой» суммы в размере 10 247 250 руб., и последующее его предъявление в банк, а также в УФССП России по Самарской области, что им было подготовлено заявление о включении в реестр требований кредиторов ЗАО «Бетон.

То есть, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается тот факт, что ФИО2 предпринимал все зависящие от него меры, направленные на преодоление кризисной ситуации и соответственно ФИО2, действовал в рамках стандартной управленческой практики с должной степенью разумности, добросовестности и осмотрительности, что давало ему основания полагать, что временные финансовые трудности не свидетельствуют об объективном банкротстве и могут быть преодолены в разумный срок, посредством возврата Должнику ранее уплаченную в счет исполнения обязательств по договору купли-продажи, заключенному с ЗАО «Бетон» денежные средства в размере, соотносимом с суммой имеющихся у должника финансовых обязательств.

При этом в материалы дела не представлено доказательств того, что участие в торгах и последующее заключение по результатам которых договора купли-продажи имущества за цену 16 247 250 руб., для последующей реализации за 30 000 000 руб., являлось для ООО «Росгидрострой» не разумными и влекущими причинения вреда имущественным правам кредиторов действиями в материалы дела не представлено.

Доказательств того, что инициирование ФИО2 процедуры банкротства должника могло бы привести к уменьшению задолженности перед кредиторами, лицами, участвующими в деле не представлено.

С учётом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что в силу сложившихся обстоятельств, сам по себе факт наличия задолженности перед отдельным кредитором за определенный период времени не может свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом).

Относительно обстоятельств перечисления ФИО2 денежных средств общем в размере 5 260 000 руб. на выплату заработной платы, в том числе в свою пользу судом установлено следующее.

В соответствии с пунктом 20 постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Из отчета конкурсного управляющего, следует, что сумма в размере 398 050 руб., перечисленная в пользу ФИО6 как заработная плата, возвращена в конкурсную массу должника ФИО6 с назначением платежа: «Возврат ошибочно зачисленных денежных средств».

Вместе с тем, определением Арбитражного суда Самарской области от 07.02.2020 признан недействительным трудовой договор № 1 от 21.04.2014 в части установления и начисления ФИО2 должностного оклада (пункт 3.1) в размере 160 920 руб. в части суммы, превышающей минимальный размер оплаты труда, установленной за соответствующие периоды. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Росгидрострой» денежных средств в размере 3 446 998 руб. В настоящее время денежные средства в конкурсную массу Должника не возвращены, в отношении ФИО2 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) № А55-29355/2017.

В удовлетворении требований о признании недействительными трудовых договоров: с ФИО7 и применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 денежных средств в размере 522 000 руб.; с ФИО8 и применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО8 денежных средств в размере 698 000 руб. судом отказано.

В соответствии с положениями части 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Часть 3 названной нормы также определяет, что лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Правовая позиция, сформулированная в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285 по делу № А65-27181/2018 разъясняет приведенные положения Гражданского кодекса Российской Федерации в той части, что достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в пункте 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Однако, доказательств того, что должник стал неспособным исполнять обязательства в результате действий ФИО2, в том числе по выплате в свою пользу заработной платы в оспоренном размере в материалы дела не представлено.

Суд первой инстанции учел принятое ранее определение Арбитражного суда Самарской области от 07.02.2020 по настоящему делу о признании недействительными сделок должника по перечислению ФИО2 в виде заработной платы денежных средств и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 денежных средств в размере 3 446 998 руб.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о невозможности применения к данным правоотношениям положений статьи 61.20 Закона о банкротстве, устанавливающих ответственность в форме взыскания убытков, поскольку отнесение в настоящем обособленном споре в данной части убытков на ФИО2 приведет к повторному взысканию той же денежной суммы, уже взысканной в рамках реституционного требования, но по иному гражданско-правовому основанию, что не отвечает положениям закона.

Согласно пункту 25 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Апелляционный суд по результатам повторного рассмотрения спора, установив аналогичные обстоятельства, согласился с выводами суда первой инстанции.

Довод заявителя жалобы о непередаче в его адрес документов по дебиторской задолженности должника, отраженной в бухгалтерском балансе, апелляционным судом отклонен, так как не может являться основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, поскольку при рассмотрении настоящего дела в процедуре конкурсного производства конкурсным управляющим проанализированы имеющиеся у него документы и подавались заявления об оспаривании сделок должника, что свидетельствует о наличии информации о сделках должника, в отсутствие имущества.

Довод заявителя жалобы о том, что не передача печати дает бывшему руководителю возможность изготавливать документы и выдавать их за ранее существующие, в том числе указание на то, что в ходе рассмотрения обособленного спора в рамках настоящего дела о признании недействительными трудовых договоров ФИО2, ФИО7 и ФИО9 были представлены документы, отсутствующие у конкурсного управляющего, по мнению суда апелляционной инстанции носит предположительный характер, поскольку не подтвержден материалами дела о несостоятельности (банкротстве), экспертиза давности изготовления документов, в рамках оспаривания сделок должника не проводилась.

Довод заявителя жалобы о том, что ответчик в кризисной ситуации не только не принял мер по выводу должника из кризиса, а напротив, заключал ущербные сделки, апелляционным судом отклонен, поскольку наличие оспоренных сделок не является безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Оценка всем сделкам судом дана выше.

Арбитражный суд Поволжского округа находит, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств настоящего спора, установив непредставление истцом надлежащих доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований. 

Суд кассационной инстанции считает, что, разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку тождественны доводам являвшихся предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, отклонены судами с подробным изложением мотивов, не опровергают выводов судов, а сводятся к несогласию подателя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 АПК РФ), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 27.11.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2021 по делу № А55-30707/2017 оставить без изменений, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Председательствующий судьяА.Р. Кашапов

СудьиА.Г. Иванова

В.А. Самсонов