АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-28530/2017

г. Краснодар

04 апреля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 апреля 2018 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Рыжкова Ю.В., судей Айбатулина К.К. и Чесняк Н.В., при участии от истца – некоммерческого партнерства «Профессиональный баскетбольный клуб "Локомотив – Кубань"» (ИНН 6165108656, ОГРН 1036165018229) – Кация Т.В. (доверенность от 18.08.2017), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Арт Сайд» (ИНН 2310173864, ОГРН 1132310010546) – Каряновой О.Ю. (доверенность от 15.11.2017), Денисовой И.А. (доверенность от 18.01.2018), от третьего лица – Инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по городу Краснодару (ИНН 2311024047, ОГРН 1042306453078) – Скляр Д.А. (доверенность от 02.04.2018), Макиевской И.В. (доверенность от 02.04.2018), в отсутствие третьего лица – Департамента архитектуры и градостроительства администрации муниципального образования город Краснодар (ИНН 2310095359, ОГРН 1042305701954), извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», рассмотрев кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Арт Сайд» и Инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по городу Краснодару на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2017 по делу № А3228530/2017 (судьи Малыхина М.Н., Галов В.В., Попов А.А.), установил следующее.

НП «Профессиональный баскетбольный клуб "Локомотив – Кубань"» (далее – баскетбольный клуб) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ООО «Арт Сайд» (далее – общество) о признании договора от 19.12.2014 № 15-1412-418 в части возмездного оказания услуг по размещению рекламно-информационных материалов договором аренды, а также о признании названного договора недействительным.

Исковые требования мотивированы притворностью оспариваемой сделки (у сторон отсутствовали намерения на вступление в правоотношения по оказанию услуг по размещению рекламно-информационных материалов). Кроме того, истец указал, что в этой части оспариваемая сделка фактически является договором аренды рекламной конструкции.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Департамент архитектуры и градостроительства администрации муниципального образования города Краснодара (далее – департамент) и Инспекция Федеральной налоговой службы № 4 по городу Краснодару (далее – налоговый орган).

Решением от 15.09.2017 (судья Миргородская О.П.) иск удовлетворен. Суд исходил из того, что заявленные требования обоснованы по праву и подтверждены материалами дела.

Постановлением апелляционного суда от 25.12.2017 решение от 15.09.2017 отменено, в иске отказано. Судебный акт мотивирован тем, что суд первой инстанции ошибочно посчитал несоответствие действительной правовой квалификации, которая отражена в пункте 2.1 договора от 19.12.2014 № 15-1412-418, достаточной для признания сделки недействительной как прикрывающей иную сделку.

В кассационных жалобах общество и налоговый орган просят изменить постановление и исключить из его мотивировочной части неверные выводы о квалификации спорного договора, как договора аренды. По мнению заявителей, истец намеренно создал данный гражданско-правовой спор с целью получения судебного решения с выводом о нужной ему квалификации договора для применения названной позиции в споре с налоговым органом. Действующее законодательство не предусматривает такого способа защиты, как квалификация договора. Признаки арендных отношений в указанном договоре отсутствуют. Ответчик в пользование рекламные конструкции не передавал, а истец их не получал; рекламная конструкция не являлась объектом спорного договора, который не предусматривает передачу имущества. Баскетбольный клуб не был владельцем рекламной конструкции. По условиям спорного договора реклама истца размещалась не на рекламной конструкции, а на рекламной поверхности. Рекламная поверхность не относится к объектам, которые являются предметом договора аренды.

В отзыве баскетбольный клуб отклонил доводы кассационных жалоб.

Изучив материалы дела и выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что в удовлетворении жалоб надлежит отказать.

Как видно из материалов дела, 19.12.2014 баскетбольный клуб и общество заключили договор № 15-14120418, по условиям которого ответчик взял на себя обязательства по оказанию услуг по организации размещения, технического обслуживания рекламного материала, представленного истцом, клиентом истца (рекламодателем) или третьим лицом по поручению истца на рекламных конструкциях, на условиях, согласованных в договоре и приложениях к нему.

Согласно исковому заявлению, данный договор является притворной сделкой, поскольку в действительности предполагалось арендное использование истцом рекламных конструкций ответчика. Ответчик не осуществлял какую-либо деятельность, которая могла бы рассматриваться в качестве размещения рекламно-информационных материалов истца. Договор является смешанным, содержащим элементы аренды (предоставление в пользование рекламных конструкций для размещения на них рекламно-информационных материалов) и подряда (изготовление и монтаж рекламно-информационных материалов). Договор устанавливал отдельную ежемесячную плату за пользование рекламными конструкциями и отдельную плату за монтаж и изготовление рекламно-информационных материалов по отдельным приложениям. Для истца достижение правовой определенности в вопросе действительного соглашения сторон является значимым с точки зрения применяемого режима налогообложения.

Поскольку ответчик отказался подписывать дополнительное соглашение к договору, фиксирующее его реальное содержание, баскетбольный клуб обратился в арбитражный суд с иском.

Возражая против иска, общество настаивало на квалификации спорного договора как договора на оказание услуг.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из того, что стороны не согласовали перечень и объем действий, которые должно осуществить общество при оказании услуг. При этом из условий договора не следует, что на ответчика возложена обязанность по осуществлению размещения рекламной продукции в виде активных действий, связанных с размещением рекламы. Из материалов дела видно, что ответчик является владельцем рекламных конструкций, право на установку и эксплуатацию которых у него возникло на основании заключенных с департаментом договоров. Суд отметил, что именно истец выступает в качестве рекламораспространителя на основании спонсорского договора с ОАО «Российские железные дороги», согласно которому им оказываются услуги по размещению рекламно-информационных материалов. Именно истец формировал техническое задание на изготовление рекламных баннеров, имел возможность в любое время осуществить их размещение и замену. Фактически ответчиком предоставлен истцу доступ к поверхностям его рекламных конструкций, что соответствует арендным отношениям. На это указывают и равные ежемесячные платежи, согласованные сторонами. Суд отклонил довод ответчика о том, что договор нельзя квалифицировать как договор аренды, поскольку его предметом является размещение рекламно-информационных материалов на рекламной конструкции, установленной для данной цели.

Отменяя решение и отказывая в иске, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из следующего.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Для признания сделки недействительной по основанию притворности должно быть установлено, что притворная (прикрывающая) сделка совершается для создания ложного представления у третьих лиц, когда намерение сторон направлено на достижение иных правовых последствий, вытекающих из прикрываемой сделки.

Для квалификации сделки как притворной требуется выявить действительную волю сторон и сравнить ее с тем волеизъявлением, которое зафиксировано в договоре. При этом выявленная воля на прикрытие договорного взаимодействия на иных основаниях должна быть совпадающей для обеих сторон.

Выявление действительной воли сторон возможно путем оценки фактических действий сторон по исполнению сделки.

Суд указал, что согласно пунктам 1.4, 3.1.2 – 3.1.5, 3.3.2 – 3.3.3 договора от 19.12.2014 № 15-1412-418 предполагалась следующая модель взаимодействия сторон: предоставление заказчиком (истец) рекламного материала (плакаты, постеры, баннеры) в виде, готовом для размещения; данный материал подлежал размещению на рекламных конструкциях, принадлежащих исполнителю (ответчик), с последующим техническим обслуживанием рекламных конструкций: устранение последствий порчи конструкции, дефектов освещения, предоставление альтернативной рекламной конструкции при необходимости (ДТП, строительные работы) и на основании дополнительного соглашения. Исполнитель мог потребовать устранения недостатков рекламного материала, нарушающего законодательные запреты (пункт 3.2.2 договора). При этом риски таких нарушений оставлены на заказчике (пункт 3.3.5 договора), равно как и ответственность за достоверность рекламы (пункт 3.3.7 договора). В силу пунктов 3.1.6, 3.1.7, 3.1.8 договора о монтаже рекламного материала на конструкцию исполнитель представляет заказчику фотоотчет, неиспользованный рекламный материал подлежит возврату. Подписание актов сдачи-приемки услуг предполагалось ежемесячным.

Суд установил, что оплата производилась сторонами согласно приложениям к договору от 19.12.2014 № 15-1412-418, называемым «Адресная программа». Указанные приложения включали в себя перечень рекламных конструкций с указанием стороны конструкции, на которой будет производиться размещение рекламного материала заказчика, стоимости размещения в месяц применительно к каждой рекламной конструкции, периода (один либо два месяца, в целом с января 2015 года по февраль 2016 года), общей стоимости за период применительно к каждой рекламной конструкции, общей стоимости услуг и порядка оплаты (до 30-го числа месяца размещения). 

При этом суд отметил, что указанные в адресных программах рекламные конструкции принадлежат ответчику. Данное обстоятельство установлено на основании представленных в материалы дела договоров, заключенных ответчиком с департаментом, и сторонами спора по делу не оспаривается.

Из материалов дела видно, что 02.02.2015 баскетбольный клуб и ОАО «РЖД» заключили договор № 1325135, по условиям которого клуб изготавливает, размещает и распространяет информацию рекламного характера о своем контрагенте, в том числе путем размещения рекламного материала в период проведения спортивных соревнований на баннерах и LED-экранах, в телевизионных роликах, в сети «Интернет», на автомобилях, автобусе, а также на щитах наружной рекламы.

Сопоставив акты выполненных работ (услуг), подписанные истцом и ОАО «РЖД», а также акты, подписанные сторонами настоящего спора, суд установил, что в целях исполнения договора от 02.02.2015 № 1325135 истец взаимодействовал, в частности, с ответчиком в рамках договора от 19.12.2014 № 15-1412-418. При этом суд отметил, что дизайн и составление макетов рекламно-информационных материалов осуществлялись истцом, о чем свидетельствует наличие в штате истца дизайнера с ноября 2014 года (приказ, должностная инструкция, переписка дизайнера с ответчиком). Ответчик для истца дизайнерскую деятельность и разработку макетов не осуществлял. Печать рекламно-информационных материалов истец заказывал частично у сторонних организаций (счета, платежные поручения), частично у ответчика на основании дополнительных соглашений – данные работы баскетбольный клуб оплатил обществу отдельно. Монтаж рекламного материала истца на рекламные конструкции ответчика осуществлялся также по дополнительным соглашениям, которые оплачены отдельно. Сторонами подписан ряд приложений (№ 12, 15, 16, 18 19, 21, 22 23) к договору отдельно на монтаж рекламных материалов заказчика на рекламных конструкциях ответчика, отдельно на печать рекламных материалов заказчика, а также и на монтаж, и на печать рекламных материалов одновременно. На выполнение соответствующих работ ответчик выставлял счета, сторонами подписывались акты, оплата произведена отдельно за соответствующие виды и объемы работ. В свою очередь оплата за то, что на рекламных конструкциях ответчика в течение установленного адресными программами срока находились рекламные материалы истца, осуществлялась после подписания актов за период «на размещение плоскостей наружной рекламы на конструкциях».

В соответствии с пунктом 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Оценив направленность воли и интересы сторон в настоящем споре, с учетом названных норм права апелляционный суд пришел к выводу о том, что спорный договор носит смешанный характер, сочетая в себе элементы договоров аренды и подряда. Установленные судом фактические обстоятельства реального взаимодействия сторон свидетельствуют о том, что истец осуществлял помимо прочего временное возмездное пользование имуществом (рекламными конструкциями) ответчика. Вместе с тем ошибка в правовой квалификации договорных правоотношений не является сама по себе достаточным поводом для констатации недействительности соответствующей сделки как притворной. Судом отмечено выполнение сторонами спорной сделки в соответствии с содержанием договора. Различная квалификация договора сторонами не отражается на содержании действий, совершаемых ими по отношению друг к другу во исполнение названного договора. Кроме того, судом не установлена единая направленность воли сторон на прикрытие какой-либо сделки.

Суд правильно отклонил доводы о том, что конструкции не передавались партнерству как имущество по актам, поскольку наличие либо отсутствие акта незначимо в условиях реального исполнения договора. Кроме того, суд правильно указал, что в данном случае имеет место предоставление имущества (рекламных конструкций) не во временное владение и пользование, а только во временное пользование, что соответствует статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу о том, что основания для применения положений статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Доводы кассационных жалоб относительно необходимости исключения из обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции выводов о правовой квалификации спорного договора подлежат отклонению. Суд правильно указал, что фактические действия сторон по исполнению договора свидетельствуют о наличии отношений, в частности, по аренде рекламных конструкций. При этом возможность предоставления части площади данных конструкций не только истцу, но и иному контрагенту не противоречит нормам статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, по смыслу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации юридическая квалификация отношений, возникших между сторонами, преюдициальной не является, а потому не может нарушать права лиц, участвующих в данном деле, при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства.

В пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства. При установлении в ходе налоговой проверки факта занижения налоговой базы вследствие неправильной юридической квалификации налогоплательщиком совершенных сделок и оценки налоговых последствий их исполнения налоговый орган, руководствуясь подпунктом 3 пункта 2 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации, вправе самостоятельно осуществить изменение юридической квалификации сделок, статуса и характера деятельности налогоплательщика и обратиться в суд с требованием о взыскании доначисленных налогов. Если суд на основании оценки доказательств, представленных налоговым органом и налогоплательщиком, придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения не учел операции либо учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания данной операции или совокупности операций в их взаимосвязи.

Довод общества о том, что апелляционный суд, определяя правовую квалификацию договора, незаконно вышел за пределы предмета спора, является необоснованным и противоречит положениям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, предполагающей установление квалификации сделки, которую стороны заключили, и сделки, которую стороны действительно имели в виду.

Утверждение налогового органа о том, что общество не является законным владельцем рекламных конструкций, не подкреплено доказательствами, напротив, ни стороны, ни третьи лица не оспаривали факт правомерного распоряжения ответчиком спорными конструкциями, о чем указано выше.

Довод налогового органа об отсутствии конкретизации имущества (рекламных конструкций), предоставляемого в пользование баскетбольному клубу для размещения рекламы, противоречит условиям договора. Заявитель не обосновал, что имеющийся в договоре перечень мест нахождения каждой из рекламных конструкций недостаточен для индивидуализации имущества, предоставляемого в пользование. 

Апелляционный суд правильно отклонил довод заявителей об иной судебной практике относительно правовой квалификации предоставления мест для размещения рекламы, поскольку она, в отличие от рассматриваемого спора, относится к случаям размещения рекламы на недвижимости (стены зданий, крыши и т.д.). 

Основания для изменения или отмены постановления не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2017 по делу № А32-28530/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							          Ю.В. Рыжков

Судьи										          К.К. Айбатулин

										          Н.В. Чесняк