СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13500/2017(13)-АК

Дело №А50-15034/2017

27 января 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 января 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мухаметдиновой Г.Н.,  

судей Герасименко Т.С., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

при участии:

от заявителя жалобы - должника ФИО5: ФИО2, доверенность от 01.02.2018, паспорт;

финансового управляющего ФИО3, на основании решения Арбитражного суда Пермского края от 21.12.2017 по делу №А50-15034/2017, паспорт; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО5

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 12 октября 2021 года

о завершении процедуры реализации имущества должника и не применении правил об освобождении его от исполнения обязательств перед кредиторами, 

вынесенное в рамках дела №А50-15034/2017

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5,

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 01.06.2017 принято к производству заявление ФИО4 (далее – ФИО4) о признании ФИО5 (далее – ФИО5, должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве №А50-15034/2017.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 09.08.2017 заявление ФИО4 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 21.12.2017 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

По окончании проведения процедуры банкротства, финансовым управляющим ФИО3 (далее – финансовый управляющий)  направлены в арбитражный суд ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника и о выплате процентов по вознаграждению финансового управляющего от 06.09.2021, а также документы, относящиеся к проведению процедуры банкротства, в том числе, отчет финансового управляющего о результатах проведения процедуры реализации имущества должника на 10.09.2021, отчет финансового управляющего об использовании денежных средств должника на 10.09.2021 и иные документы. 

При разрешении судом ходатайства  о завершении  процедуры реализации имущества в отношении должника финансовый управляющий ФИО3 и кредитор ФИО4 заявили о неприменении в отношении ФИО5 правил об освобождения гражданина от исполнения обязательств. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.10.2021 процедура реализации имущества гражданина в отношении ФИО5 завершена, при этом судом указано на не применение в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов. 

Не согласившись с указанным определением, должник ФИО5 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить в части неприменения в отношении него правил об освобождении от исполнения  обязательств.

В обосновании апелляционной жалобы ее заявитель указывает на то, что  при анализе вынесенных в рамках настоящего дела судебных актов, а именно: определений Арбитражного суда Пермского края от 06.09.2018, от 06.03.2019, от 05.08.2019, от 12.08.2019, от 25.12.2020 судом первой инстанции были нарушены положения статей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьи 213.28 Закона о банкротстве. Отмечает, что единственным судебным актом, в котором имеются выводы о недобросовестном поведении ФИО5, является определение Арбитражного суда Пермского края от 06.09.2018 о признании недействительным заключенного между должником и ФИО5 брачного договора, вместе с тем, судом первой инстанции не учтено, что в результате заключения брачного договора какой-либо вред имущественным интересам кредиторов причинен не был; более того, супруги ФИО11 изначально указывали на отсутствие какого-либо правового и экономического смысла в признании данной сделки недействительной, поскольку квартира является единственным пригодным для проживания должника помещением (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), а, следовательно, признание брачного договора недействительным в данной части не повлечет пополнение конкурсной массы. Рассматривая данный довод, суды указали, что этот вопрос подлежит рассмотрению в рамках отдельного обособленного спора. Таким образом, потенциально недобросовестное поведение при заключении брачного договора изначально не могло причинить какого-либо существенного вреда имущественным интересам кредиторов. В иных обозначенных судом определений какая-либо недобросовестность в поведении должника установлена не была. Поясняет, что фактически на ФИО5 была возложена ответственность за действия третьих лиц, а не его собственные. Более того, ранее суды не усматривали в данных действиях третьих лиц недобросовестного поведения, обратного из судебных актов не следует; в данном случае, делая вывод о неприменении в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, суд первой инстанции необоснованно не учел специфические фактические обстоятельства обособленных споров, что повлекло установление некорректной преюдициальности судебных актов. Обращает внимание на то, что само по себе банкротство ФИО5 обусловлено конфликтом с его бывшим бизнес-партнером и другом - ФИО4, разворачивающимся в рамках двух процедур банкротства: настоящей и общества с ограниченной ответственностью «Промпроект» (далее – ООО «Промпроект») (дело №А50-28733/2016), при этом, в рамках настоящего дела о банкротстве все инициированные финансовым управляющим обособленные споры к должнику поддерживаются кредитором ФИО4, а в рамках дела ООО «Промпроект» - обществом с ограниченной ответственностью «Персил», управляемым ФИО4 Отмечает, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Промпроект» (дело №А50-28733/2016) в определении Арбитражного суда Пермского края от 18.11.2019, постановлении Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 07.02.2020, постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 16.06.2020 содержатся выводы о том, что ФИО4 получал от ФИО5 денежные средства в счет возврата выданных займов без составления на то подтверждающих (оправдательных) документов, то есть расписок, при этом, суды также допускают, что причиной такого поведения могло быть намерение ФИО4 исключить возможность оспаривания данных сделок в процедуре банкротства. Таким образом, мотивы ФИО4 и в рамках настоящего дела о банкротстве могут отличаться от декларируемых и не состоять в максимальном удовлетворении собственных требований, чему судом первой инстанции не была дана какая-либо оценка в обжалуемом определении. Также, полагает, что судом первой инстанции допущено неправильное применение положений статьи 213.28 Закона о банкротстве, поскольку ни один из кредиторов, кроме ФИО4, не возражал против освобождения ФИО5 от исполнения обязательств, в связи с чем, по мнению апеллянта, суду первой инстанции надлежало учесть волеизъявление кредиторов должника, а также их поведение в ходе всего дела о банкротстве, при этом, даже если суд пришел к выводам о невозможности полного освобождения ФИО5 от исполнения обязательств, то надлежало отказать в освобождении лишь по тем обязательствам, кредиторы по которым настаивают на их исполнении (т.е. ФИО4), а по остальным обязательствам применить правило об освобождении.

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО3 и кредитора ФИО4 поступил письменный отзыв, согласно которому просят определение суда в обжалуемой части оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель должника ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене определения суда в обжалуемой части настаивал.

Финансовый управляющий ФИО3 против позиции апеллянта возражал по мотивам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. 

Иные лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, до начала судебного заседания от Территориального Управления Министерства социального развития Пермского края по г.Перми  поступило письменное ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителя. В силу части 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Лицами, участвующими в деле, возражений относительно проверки судебного акта только в части неприменения к ФИО5 положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении его от исполнения обязательств, не представлено. В остальной части определение суда сторонами не оспаривается, в связи с чем, не исследуется судом апелляционной инстанции.

Законность и обоснованность определения суда в обжалуемой части проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 266, части 5 статьи 268 АПК РФ.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения в обжалуемой части в силу следующего.

Как следует из материалов дела и указывалось ранее, определением Арбитражного суда Пермского края от 01.06.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО5; определением Арбитражного суда Пермского края от 09.08.2017 в отношении должника введена процедура реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3

Решением Арбитражного суда Пермского края от 21.12.2017 в отношении должника введена процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Из материалов дела усматривается, что в ходе процедуры банкротства сформирован реестр требований кредиторов, закрытый 28.02.2018, в который в составе третьей очереди были включены требования восьми кредиторов на общую сумму 14 392 321,22 руб., в том числе: 13 697 207,93 руб. основного долга и 695 113,29 руб. штрафов, пеней), а именно: ФИО4 в размере 7 354 652,09 руб., публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России») в размере 690 373,73 руб.,  ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России №2 по Пермскому краю в размере 63 026 руб., публичного акционерного общества АКБ «Урал ФД» (далее – ПАО АКБ «Урал ФД») в размере 1 540 464,02 руб., ФИО6 в размере 788 646,58 руб., Акционерного общества «ЮниКредит Банк» в размере 1 121 307,38 руб., Банк ВТБ (публичное акционерное общество) в размере 1 556 761,25 руб.

Согласно отчету финансового управляющего от 10.09.2021 за счет реализации имущества должника (земельного участка, общей площадью 1807 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, кадастровый номер: 59:37:0630101, незавершенного строительством жилого дом и набора строительных материалов, расположенных по адресу: Пермский край, Усольский райн, пгт.Огурдино, переулок Огурдинский, д.4;  1/61 доли в праве собственности на встроенные помещения нежилые, общей площадью: 1947,5 кв.м. этаж: подвал, номера на поэтажном плане 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7 с кадастровым номером 59:01:4410044 (машиноместо), расположенные по адресу: 

<

...>) в конкурсную массу поступили денежные средства в размере 1 580 000 руб. 

В конкурсную массу также были включены денежные средства, которые находились на расчетном счете ФИО5, открытом в Банке ВТБ (ПАО), в размере 1 644,80 руб., а также полученные на лицевой счет в виде капитализации вклада ПАО «Сбербанк России» в размере 8 407,73 руб. 

Полученные денежные средства в полном объеме были направлены на погашение текущих платежей, размер которых составил 1 453 744,98 руб. Денежные средства в сумме 136 307,55 руб. были  зарезервированы на счете должника для выплаты финансовому управляющему фиксированного вознаграждения и вознаграждения в виде процентов.

Какого-либо иного имущество либо денежных средств на счетах должника, за счет которого возможно формирование конкурсной массы, обнаружено не было.

В связи с чем, финансовым управляющим  сделан вывод о том, что возможность формирования конкурсной массы исчерпана, имущества для пополнения конкурсной массы должника не имеется и вероятность его обнаружения отсутствует, дальнейшее проведение процедуры банкротства нецелесообразно.

Принимая во внимание, что финансовым управляющим были проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, суд первой инстанции правомерно завершил процедуру реализации имущества в отношении должника на основании положений статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В данной части определение суда первой инстанции в апелляционном порядке не обжалуется.

По общему правилу требования кредиторов, не удовлетворенные в ходе процедуры реализации имущества, в том числе и требования, не заявленные кредиторами в процедурах реструктуризации долгов и реализации имущества, признаются погашенными, а должник после завершения расчетов с кредиторами освобождается от их дальнейшего исполнения (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве) с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве.

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. К таким обстоятельствам относятся следующие: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Пунктами 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45) разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункт 4 статья 213.28 Закона о банкротстве, пункт 45 вышеуказанного постановления №45).

Из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статья 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац 19 статья 2, статья 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений постановления №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Как указывалось выше, при разрешении судом ходатайства  о завершении  процедуры реализации имущества в отношении должника финансовый управляющий ФИО3 и кредитор ФИО4 заявили о неприменении в отношении ФИО5 положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

В обосновании своей позиции финансовый управляющий указал на то, что в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) судами неоднократно устанавливался факт недобросовестного поведения должника и совершение им сделок, направленных на причинение вреда кредиторам (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2018, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2019, определение Арбитражного суда Пермского края от 25.12.2020, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2021).

Возражая против применения к должнику правил об освобождения гражданина от исполнения обязательств, кредитор ФИО4 указывал на наличие со стороны ФИО5 признаков недобросовестного поведения, выразившееся в совершении действий по выводу принадлежащих ему активов в преддверии банкротства, в осуществлении смены места регистрации без наличия на то каких-либо объективных причин и без предварительного уведомления финансового управляющею и кредиторов об этом, в непринятии мер к погашению долга, в неуплате коммунальных расходов, что повлекло увеличение задолженности по текущим платежам и, как следствие, привело к неудовлетворению требований кредиторов, в непринятии им каких-либо мер к трудоустройству.

Рассматривая вопрос о наличии/отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств, судом первой инстанции были приняты во внимание обстоятельства, установленные в рамках рассмотрения отдельных обособленных споров в настоящем деле о банкротстве.

Так, в частности, судом установлено и материалами дела подтверждено, что 08.09.2016 между ФИО5 и ФИО5 (далее - ФИО5) был заключен брачный договор, зарегистрированный в реестре временно исполняющего обязанности нотариуса Пермского городского нотариального округа ФИО7 08.09.2016 за номером 1/Н-119, по условиям которого стороны, в частности, установили, что жилое помещение - квартира, площадью 135,7 кв.м, этаж 4, расположенное по адресу г.Пермь, Ленинский район, ул.Петропавловская, д.29, кв.19, с кадастровым номером 59:01:4410044:418, а также 1/61 доли в праве собственности на встроенные помещения, назначение: нежилое, общей площадью 1 947,5 кв.м, этаж: подвал, номера на поэтажном плане 1,2,3,4,5,6,7 на нежилое помещение с кадастровым номером 59:01:4410044:316, расположенное по адресу: г.Пермь, Ленинский район, ул.Петропавловская, д.29, пом.5, поступают в раздельную собственность супруги - ФИО5

В пунктом 6 данного указанного договора супруги установили режим раздельной собственности, согласно которому все недвижимое имущество, которое будет приобретаться супругами после удостоверения брачного договора, будет являться раздельной собственностью супруги ФИО5

Определением Арбитражного суда Пермского края от 06.09.2018 по настоящему делу  брачный договор от 08.09.2016, за исключением пункта 5 и пункта 12 брачного договора, был признан недействительной сделкой. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности имущества, приобретенного ФИО5 и ФИО5 в период брака.

Указанным судебным актом арбитражный суд констатировал, что сделка совершена супругами ФИО11 в период подозрительности, в преддверии банкротства, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов, о чем оба супруга были осведомлены, сделка совершена с противоправной целью.

Помимо этого, 25.12.2013 между закрытым акционерным обществом  «Финтехинвест» (продавец) и ФИО5 (покупатель) был заключен договор купли-продажи, по условиям которого ФИО5 приобрела в собственность по цене 1 100 000 руб. машиноместо №57, соответствующее 1/61 доли в праве общей долевой собственности на встроенные помещения, назначение: нежилое, общей площадью 1947, 5 кв.м, этаж подвал, номера на поэтажном плане: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, расположенные по адресу: 

<

...>, условный номер: 59-59-20/034/2009-818.

В рамках настоящего дела о банкротстве ФИО5 обратилась в арбитражный суд с ходатайством об исключении указанного выше имущества (машиноместо №57) из конкурсной массы должника, поскольку оно не подпадает под режим совместной собственности супругов, так как было  приобретено за счет денежных средств, подаренных ФИО5 ее родителями на день рождения 10.01.2011. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 05.08.2019 по настоящему делу в удовлетворении заявления ФИО5 было отказано.

При этом, из содержания указанного судебного акт следует, что при вынесении определения судом учтена совокупность обстоятельств, в том числе, нераскрытие ФИО5 обстоятельств как приобретение машиноместа за счет личных (подаренных) денежных средств при рассмотрении спора о признании брачного договора от 08.09.2016 недействительным и установленные в ходе процедуры банкротства должника сведения об образе жизни семьи должника (регулярные заграничные поездки, в частности, в личных (туристических) целях, приобретение роскошных транспортных средств, требующих их не менее затратного обслуживания и т.п.).

В рамках рассмотрения обособленного спора по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании недействительным заключенного между ФИО8 (далее – ФИО8) и супругой должника ФИО5 договора займа от с залогом от 03.10.2016 в части обременения залогом (ипотекой) 1/61 доли в праве общей долевой собственности на встроенные помещения, назначение: нежилое, общей площадью 1947, 5 кв.м, этаж подвал, номера на поэтажном плане: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, расположенные по адресу: 

<

...>, судом установлено, что менее чем через месяц после заключения брачного договора от 08.09.2016 между должником и ФИО5, изменившего режим собственности в отношении машиноместа, ФИО5 и ФИО8 заключили договор займа с залогом от 03.10.2016, согласно которому ФИО8 как займодавец передает ФИО5 как заемщику 1 000 000 руб., тогда как ФИО5 обязуется возвратить ФИО8 сумму займа через пять лет без установления процентов за пользование суммой займа, при этом, в качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств заемщика стороны договора займа установили передачу заемщиком в залог займодавцу машиноместа.

Из представленных налоговым органом в ходе судебного разбирательства сведений, суду стало известно о том, что ФИО8 и ФИО5 состоят в отношениях фактической заинтересованности ввиду того, что ФИО8 является «гражданской женой» родного брата ФИО5, как следствие, через ФИО5 и должник на момент заключения оспоренной сделки подлежит признанию состоявшим в отношениях фактической заинтересованности с ФИО8

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.08.2019 по настоящему делу оспариваемый договор займа с залогом от 03.10.2016 в части обременения залогом (ипотекой) 1/61 доли в праве общей долевой собственности на встроенные помещения, назначение: нежилое, общей площадью 1947, 5 кв.м, этаж подвал, номера на поэтажном плане: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, расположенные по адресу: 

<

...> был признан недействительным. Применены последствия недействительности части сделки в виде погашения обременения 1/61 доли в праве общей долевой собственности на встроенные помещения, назначение: нежилое, общей площадью 1947, 5 кв.м, этаж подвал, номера на поэтажном плане: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, расположенные по адресу: 

<

...> залогом в пользу ФИО8(регистрационная запись от 11.10.2016 №59-59/020-59/020/223/2016-462/1).

Далее, при рассмотрении заявления ФИО5 об исключении из конкурсной массы ½ доли в праве общей совместной собственности на жилого помещения - квартиры, площадью 135,7 кв.м, этаж 4, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 59:01:4410044:418, было установлено, что согласно справке о постоянно проживающих в жилом помещении/квартире лицах от 18.01.2019, ФИО5, ФИО5 и их несовершеннолетние дети проживают совместно по указанному адресу, несмотря на расторжение брака решением мирового судьи судебного участка №5 Ленинского судебного района г.Перми решением от 14.12.2017 (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2019).

Также материалами дела о банкротстве подтверждено, что, должник ФИО5 состоял в зарегистрированном браке с ФИО5 с 06.08.2004 и имеет с ней общих трех детей ФИО9 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), ФИО10 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) и ФИО9 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения); брак между ними был расторгнут вступившим в законную силу 16.01.2018 решением мирового судьи судебного участка №5 Ленинского судебного района г.Перми от 14.12.2017.

27.02.2018 по заявлению ФИО5 мировым судьей судебного участка №5 Ленинского судебного района г.Перми был выдан судебный приказ (производство №2-274/2018), согласно которому с должника в пользу ФИО5 были признаны подлежащими взысканию алименты на содержание несовершеннолетних детей (ФИО9, ФИО10 и ФИО9) в размере ½ части всех видов заработка и (или) иного дохода ежемесячно, начиная с 21.02.2018 и до совершеннолетия детей.

Таким образом, судебный акт о расторжении брака ФИО11 вступил в законную силу, а судебный приказ о взыскании алиментов был выдан сразу после принятия судом решения о признании должника банкротом, что отражено в определении Арбитражного суда Пермского края от 25.12.2020 по настоящему делу. 

Из содержания указанного определения следует, что на момент возбуждения в отношении ФИО5 дела о банкротстве он был зарегистрирован в пос.Огурдино Усольского района Пермского края, тогда как прежним местом регистрации являлась квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, в которой должник проживал со своей супругой и детьми.

В ходе рассмотрения обособленного спора по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании недействительным в части заключенного между Зайцевыми А.В. и Зайцевой М.В. брачного договора от 08.09.2016 судами также было установлено, что объект, в котором на момент возбуждения производства по делу о банкротстве должник был зарегистрирован, является объектом незавершенного строительства, который не пригоден для проживания; также судами было установлено, что 20.02.2019 должник был вновь зарегистрирован в квартире по адресу: 

<

...> (определение арбитражного суда от 06.09.2018 по настоящему делу). 

На основании пояснений ФИО5 и справки обслуживающей соответствующий дом организации было установлено и фактическое проживание должника в квартире совместно с его бывшей супругой и детьми.

В ходе рассмотрения обособленного спора по заявлению финансового управляющего о признании недействительной сделки по отчуждению жилого дома отцу должника по договору от 22.01.2015 являвшаяся, в отличие от должника, в отдельные судебные заседания ФИО5 поясняла, что после возникновения у ФИО5 задолженности перед его кредиторами и после предпринятых последними мер оказания воздействия на должника в целях исполнения им своих обязательств им было принято решение о формальном изменении адреса регистрации места жительства (определение арбитражного  суда от 28.07.2019 по настоящему делу)

Таким образом, должник как до выдачи ФИО5 мировым судьей судебного участка №5 Ленинского судебного района г.Перми судебного приказа, так и после его выдачи фактически совместно проживал с ФИО5 и их тремя детьми.

Кроме того, в ходе рассмотрения возникших между финансовым управляющим ФИО3 и супругой должника ФИО5 разногласий судом установлено, что в ходе процедуры реализации имущества гражданина конкурсная масса должника за счет денежных средств, полученные в качестве заработной платы и иного вознаграждения должника за осуществление им трудовой и иной экономической деятельности, не формировалась, несмотря на то, что должник в отдельные периоды времени был трудоустроен и получал доход. 

Так, из поступивших в материалы данного спора письменных пояснений ФИО5 следует, что в период с февраля по декабрь 2019 года он был трудоустроен, о чем было сообщено суду и финансовому управляющему, вместе с тем, в связи с неполучением какого-либо ответа о трудоустройстве должник от управляющего последним была израсходована полученная заработная плата на собственные нужды. При этом, должник ссылался на то, что полученного дохода было достаточно лишь на обеспечение его самого и было недостаточно для уплаты алиментов.

ФИО5, ранее работавшая в возглавляемой должником организации в качестве бухгалтера, представила в табличной форме расчет задолженности должника по уплате алиментов за период с марта 2018 года по декабрь 2020 года, выполнив его, исходя из полученной ФИО5 заработной платы в период с декабрь 2018 года по декабрь 2019 года (105 125,28 руб.), а также величин прожиточного минимума (117 088,50 руб.), среднего размера заработной платы (415 127 руб.) и прожиточного минимума на детей (287 181 руб.).

При рассмотрении разногласий суд признал обоснованными доводы финансового управляющего о том, что подтвержденное самой ФИО5 совместное проживание должника с ней и их детьми, ведение ими совместного хозяйства презюмируют осведомленность ФИО5 об образе жизни ФИО5, получении или неполучении им дохода, необходимого как для удовлетворения личных потребностей, так и обязанностей родителя по содержанию своих детей, в связи с чем, у суда появились неустранимые сомнения в действительном добровольном неисполнении ФИО5 обязательств родителя по содержанию своих детей. 

Исходя из совокупности установленных обстоятельств, суд пришел к выводу о наличие между ФИО11 нормальных, неконфликтных отношений, которые после расторжения брака приняли решение проживать совместно, при том, что с учетом исключения из конкурсной массы ½ доли в праве общей совместной собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 59:01:4410044:418 и с учетом того, что данная квартира имеет площадь 135,7 кв.м, расположена в жилом комплексе «Театральный», жилые помещения в котором отнесены к классу «Премиум», что подтверждается сведениям публичного информационного ресурса по ссылке: http://xn--j1aihe7cc.com/katalog-jk/686-zhiloj-kompleks-teatralnyj-petropavlovskaya-29, то есть может быть признана элитным жильем, при конфликтных отношениях указанных лиц, невозможности совместного проживания, в том числе ввиду необходимости обеспечения воспитания детей в нормальной психологической атмосфере, ФИО11 могли разделить и реализовать квартиру, а на вырученные от ее продажи денежные средства приобрести два менее дорогостоящих жилых помещения.

Из вынесенного по итогам рассмотрения разногласий между финансовым управляющим ФИО3 и супругой должника ФИО5 определения от 25.12.2020 следует, что вышеперечисленные обстоятельства в совокупности с ранее установленными в ходе рассмотрения настоящего дела о банкротстве пояснениями ФИО5 о принятии после возникновения у ее бывшего супруга задолженности перед кредиторами решения и формальной смене адреса регистрации должника, фактически с учетом непригодности для проживания соответствующего объекта не приведшей к изменению действительного места жительства должника, а также в совокупности с последовательными действиями З-вых А.В и М.В. по заключению брачного договора, расторжению брака, обращением за выдачей судебного приказа, не предъявленного к исполнению, которые были совершены в преддверии и после возбуждения производства по делу о банкротстве должника, позволяют согласиться с доводами финансового управляющего о том, что обращение ФИО5 с рассматриваемой жалобой именно в связи с реализацией части конкурсной массы должника и именно сразу после таковой имеет признаки использования ФИО5 института судебной защиты не связи с его истинным назначением, а для целей ограничения права независимых кредиторов должника на получение максимально возможного удовлетворения требований к должнику (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Таким образом, исследовав и оценив фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции, учитывая установленные в рамках настоящего дела при рассмотрении отдельных обособленных споров обстоятельства, а именно: совершение бывшими супругами З-выми А.В и М.В. последовательных действия по заключению брачного договора от 08.09.2016, расторжению брака, несмотря на фактическое совместное проживание и наличие нормальных, неконфликтных отношений; действия по обращению ФИО5 к мировому судье судебного участка №5 Ленинского судебного района г.Перми за выдачей судебного приказа о взыскании алиментов, имевшее целью приоритетное погашение текущих алиментных обязательств вопреки интересам независимых кредиторов; попытки ФИО5 в установленном законом порядке исключить из конкурсной массы должника машиноместа и по обременению указанного имущества залогом; формальная смена адреса регистрации должника, не смотря на фактическое проживание в жилом комплексе «Театральный», жилые помещения в котором отнесены к классу «Премиум», сведения об образе жизни семьи должника (регулярные заграничные поездки, в частности в личных (туристических) целях, приобретение роскошных транспортных средств, требующих их не менее затратного обслуживания и т.п.) в период его неплатежеспособности, принимая во внимание, что несмотря на фактическое проживание должника по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 59:01:4410044:418 и наличие нераскрытого перед финансовым управляющим дохода, коммунальные платежи им не оплачивались, что привело к расходованию поступивших от реализации имущества должника денежных средств на погашение текущих обязательств 3 и 4 очереди, а не на удовлетворение требований кредиторов (в частности, 553 244,29 руб. было направлено на погашение задолженности по коммунальным услугам, 62 101,72 руб. - на погашение задолженности по взносам на капитальный ремонт, 25 257 руб. - на содержание автостоянки, 807,42 руб. - на возмещение уплаты ТСЖ штрафа Роспотребнадзора, 3 556,02 руб. - пени по коммунальным платежам, 793,18 руб. - пени по взносам на капитальный ремонт; 566 539,68 руб. - на погашение задолженности по ИП в отношении ФИО5), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о заведомо недобросовестных и согласованных действиях должника и ФИО5 в период предшествующий и при проведении процедуры банкротства.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции правомерно усмотрел в поведении должника цели неправомерного освобождения от долгов и счел доказанным совокупность условий для не применения к нему к нему реабилитационных процедур в виде освобождении от исполнения обязательств. 

Соответствующие доводы апелляционной жалобы об обратном подлежат отклонению отклоняются как противоречащие фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательства.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции финансовый управляющий пояснил, что в ходе процедур банкротства лично с должником он не общался, а взаимодействовал только с его представителем или супругой ФИО5, в том числе, когда выезжал по месту регистрации должника по адресу: 

<

...>.

При этом, судом апелляционной инстанции также принимается во внимание, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Промпроект» (дело №А50-28733/2016) определением Арбитражного суда Пермского края от 18.11.2019, оставленного без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2020 и Арбитражного суда Уральского округа от 16.06.2020, на основании пункта 1,2 статьи 61.2 Закона о банкротстве были признаны недействительными сделки ООО «Промпроект» по перечислению в пользу ФИО5 в период с 08.09.2016 и 16.09.2016 денежных средств в общей сумме 6 150 000 руб.; применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО5 в пользу ООО «ПромПроект» 6 150 000 руб., при этом, удовлетворяя заявленные требования в данной части, суду трех инстанций исходили, в том числе из доказанности  направленность действий ООО «ПромПроект» в лице своего руководителя ФИО5 и аффилированного по отношению к должнику лица – ФИО5 на вывод активов общества в пользу супругов З-вых при наличии у руководимого должником общества финансовых трудностей с середины 2015 года, отмечая, что денежные средства получены ответчиком в отсутствие законных оснований и встречного предоставления. При этом, всего размер перечислений, совершенных  ООО «ПромПроект»   в пользу ФИО5 в период с 13.12.2013 по 16.09.2016  составил 12 175 000 рублей, отказывая в признании недействительными сделками иные платежи, помимо 6 150 000 руб., суд исходил из того, что неправомерность получения ФИО5 от общества «Промпроект» денежных средств за период с января 2016 по 11.08.2016 достаточными доказательствами не подтверждена.

В рамках настоящего дела о банкротстве, в частности, при рассмотрении обособленного спора о признании  недействительным в части заключенного между Зайцевыми А.В. и Зайцевой М.В. брачного договора от 08.09.2016 было установлено, что на момент совершения данной сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором ФИО4, а также перед кредитором ПАО АКБ «Урал ФД», что подтверждается решением Березниковского городского суда Пермского края от 16.09.2016 по делу №2-3414/2016 (определение арбитражного суда от 06.09.2018 по настоящему делу). 

При таких обстоятельствах, учитывая установленные в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Промпроект» (дело №А50-28733/2016) обстоятельства получения ФИО5 от подконтрольного должнику юридического лица значительной суммы денежных средств (6 150 000 руб.) в период наличия у последнего неисполненных обязательств перед своими кредиторами, принимая во внимание, что в рамках настоящего дела о банкротстве ни ФИО5, ни его супруга источники получения денежных средств, за счет которых производилась оплата коммунальных услуг по квартире, расположенной по адресу: 

<

...>, содержания себя и троих  несовершеннолетних детей, не раскрыли, приходит к выводу о возможном сокрытии денежных средств от кредиторов, что также свидетельствует о недобросовестном поведении должника. 

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения суда в обжалуемой части, с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 12 октября 2021 года  по делу № А50-15034/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

Г.Н. Мухаметдинова 

 

Судьи

Т.С. Герасименко 

 

М.А. Чухманцев