АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А15-4299/2015

05 сентября 2017 года

г. Махачкала

 

Резолютивная часть решения объявлена 05 сентября 2017 года. 

Решение в полном объеме изготовлено 05 сентября 2017 года.

 

Арбитражный суд Республики Дагестан в составе судьи Хавчаевой К.Н., 

при ведении протокола помощником судьи Абдуллаевым Э.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

индивидуального предпринимателя ФИО1 

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 и 

АО «Россельхозбанк» 

о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности, 

при участии в судебном заседании истицы ФИО1 (лично), ее представителя ФИО3, представителя ответчика (банка) – ФИО4, в отсутствие представителей иных лиц, 

 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель) обратилась в Арбитражный суд Республики Дагестан с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 и АО «Россельхозбанк» (далее – банк) о признании недействительными договоров ипотеки от 23.04.2008 и от 21.10.2011 с дополнительными соглашениями и применении последствий их недействительности (с учетом уточнения, принятого судом в части определением от 14.03.2016).

Решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 21.07.2016, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от  28.12.2016, исковые требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.04.2017 решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 21.07.2016 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2016 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Дагестан. 

Исковые требования мотивированы заключением банком и ФИО2 договоров ипотеки в отсутствие ее согласия как супруги.

В судебном заседании истица и ее представитель просили исковые требования удовлетворить по основаниям, изложенным в иске, дополнениях к нему и возражениях на отзыв на исковое заявление.

В судебном заседании представитель ответчика просила в удовлетворении исковых требований отказать по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление и дополнениях к нему.

Ответчик ФИО2 исковые требования признал, просил их удовлетворить.

Управление Росреестра по РД отзывом с исковыми требованиями не согласилось, просило в их удовлетворении отказать, поскольку регистрация прав проводилась в соответствии с нормами действующего законодательства, при проведении правовой экспертизы не были выявлены обстоятельства, препятствующие проведению госрегистрации. 

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив, руководствуясь статьей 71 АПК РФ, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворения исковых требований по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, между банком (залогодержатель) и ФИО2 (залогодатель) в обеспечение исполнения обязательств по договору №080400/0016-11.2 об открытии кредитной линии между залогодержателем и ООО «АРС» в городе Махачкале, подписан договор ипотеки №080400/0016-7.3П от 23.04.2008 об ипотеке (залоге недвижимости), по условиям которого залогодатель передает залогодержателю в залог недвижимое имущество: объект недвижимости здания и сооружения производственной базы, характеристики и залоговая стоимость которого определены в статье 3 настоящего договора и приложении №1 к нему.

21.10.2011 между банком (залогодержатель) и ФИО2 (залогодатель) подписан договор об ипотеке (залоге недвижимости) №110400/0019-7.3П, по условиям которого залогодатель, обеспечивая надлежащее исполнение обязательств по договору №110400/0019-11.2 об открытии кредитной линии, заключенному 21.10.2011 между залогодержателем и ООО «АРС», передает залогодержателю в залог объект недвижимости (производственная база).

Согласно оттискам штампов Управления Росреестра по РД указанные договоры и право ипотеки зарегистрированы соответственно 25.04.2008 номер регистрации 05-05-05/030/2008-371 и 26.10.2011 номер регистрации 05-05-01/132/2011-790. 

Согласно свидетельству брак между ФИО2 и ФИО1 зарегистрирован 16.04.1983.

ФИО1 06.10.2011 дано нотариально удостоверенное согласие супругу ФИО2 заложить в дагестанском филиале ОАО «Россельхозбанк» совместно нажитого в браке имущества, состоящего из нежилых помещений производственной базы литера А., Б, В, Г, Г1, Г2, Г3, Г4, Г5, Г6, общей полезной площадью 1700,1 кв.м., находящиеся на земельном участке площадью 8100 кв.м., расположенные по адресу: Россия, РД, г. Махачкала, Пром. Шоссе, 8, переданное в качестве способа исполнения обязательства по кредиту, выданному ООО «АРС» в сумме 46 000 000 руб. под 10% годовых, сроком на один год.

17.10.2011 ФИО1 нотариально удостоверенным распоряжением, выполненным на бланке 05 АА 0318317, отменила свое согласие от 06.10.2011 заложить нежилые помещения. 

В силу пункта 1 статьи 2 АПК РФ одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность. 

Статья 4 АПК РФ предусматривает, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном   Кодексом.

Статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.  В соответствии со статьей 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными названной статьей, либо иными способами, предусмотренными законом.

Выбор способа защиты права избирается заявителем, при этом он должен соответствовать характеру допущенного нарушения, удовлетворение заявленных требований должно привести к восстановлению нарушенного права или защите законного интереса.

По общему правилу право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи (пункт 2 статьи 335 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - Семейный кодекс) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Частью 1 статьи 35 Семейного кодекса предусмотрено, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО1 состояла в зарегистрированном браке с ФИО2 с 16.04.1983 по 23.06.2015. Согласно свидетельству 1БД №603653 от 23.06.2015 брак между указанными гражданами Управлением ЗАГС администрации городского округа «город Махачкала» прекращен с 23 июня 2015 года.   

Спорные объекты недвижимости  приобретены ФИО2 в период, когда он состоял в зарегистрированном браке с ФИО1 

Следовательно, на спорное имущество распространяется режим совместной собственности супругов (статьи 33, 34 Семейного кодекса). Последующее расторжение брака между указанными лицами правового значения не имеет, поскольку раздел совместно нажитого в период супружества имущества в связи с расторжением брака не произведен. Более того, спорные правоотношения возникли в период, когда между указанными лицами  брак не был прекращен.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 16.07.1998 №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке) на имущество, находящееся в общей совместной собственности (без определения доли каждого из собственников в праве собственности), ипотека может быть установлена при наличии согласия на это всех собственников. Согласие должно быть дано в письменной форме, если федеральным законом не установлено иное. Участник общей долевой собственности может заложить свою долю в праве на общее имущество без согласия других собственников.

Частью 3 статьи 253 ГК РФ предусмотрено, что каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

  Вместе с тем частью 4 статьи 253 ГК РФ установлено, что правила настоящей статьи применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности настоящим Кодексом или другими законами не установлено иное.

Иная форма согласия установлена частью 3 статьи 35 Семейного кодекса, согласно которой для совершения одним из супругов сделки, требующей регистрации в установленном порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки  не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Данной нормой закона не предусмотрена обязанность супруга, обратившегося в суд, доказывать то, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, совершенной одним из супругов без нотариального согласия другого супруга, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия. Такой правовой подход отражен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2015 №19-КГ15-8.

Заявлением от 08.04.2016 ФИО2 сообщил суду, что требования ФИО1 считает полностью обоснованными, поскольку при регистрации договора ипотеки от 23.04.2008 им не было получено согласие истца на распоряжение недвижимым имуществом, а при регистрации договора ипотеки от 21.10.2011 согласие от 06.10.2011 было отменено распоряжением истца от 17.10.2011, о чем он был уведомлен. Согласно письменному заявлению ФИО2 представитель банка также знал об этом, поскольку заявление на регистрацию договоров ипотеки  и получали соответствующие расписки в получении документов на регистрацию, среди которых согласие не значилось.

Кроме того, о том, что ФИО1 распоряжением от 17.10.2011 отозвано нотариальное согласие на заключение договора залога, ею в адрес Управления ФС госрегистрации по РД (367013, 

<

...> «а») направлено ценное письмо с описью вложения, о чем имеется оттиск штампа отделения почтовой связи.

Представитель Управления Росреестра по РД при первоначальном рассмотрении дела отрицала поступление в адрес Управления указанного документа, в подтверждение чего в материалы дела представлены копии материалов, а в судебном заседании судом обозревались подлинные журналы (наряды) входящей корреспонденции за спорный период. При этом записи о регистрации в качестве входящего документа указанного уведомления не обнаружено.

В отзыве на исковое заявление банк, не соглашаясь с исковыми требованиями, просил в их удовлетворении отказать, ссылаясь на следующие обстоятельства. 

По мнению банка, производство по делу подлежит прекращению в связи с неподведомственностью спора арбитражному суду в связи с тем, что истица зарегистрирована в качестве предпринимателя лишь 16.09.2015.

Возражая относительно указанного довода, истица указывает, что на момент обращения в суд с иском она являлась предпринимателем, предметом спора являются нежилые помещения производственной базы, то есть имущество, используемое в предпринимательских целях. Кроме того, пояснила, что в настоящее время С-вы супругами не являются и их отношения носят гражданско-правовой, а не семейный характер, а оспариваемые договоры препятствуют ей использовать принадлежащее ей имущество в целях извлечения дохода. 

Оценив доводы сторон, суд приходит к выводу о том, что указанный довод банка подлежит отклонению, поскольку согласно части 2 статьи 27 АПК РФ арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

 Согласно сведениям из ЕГРЮЛ ФИО1 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 16.09.2015, а ФИО2 – 17.11.2015.

Таким образом, с учетом субъектного состава спор подлежит рассмотрению в арбитражном суде.

Кроме того, по мнению банка, производство делу подлежало прекращению на основании части 2 статьи 150 АПК РФ в связи с наличием вступившего в законную силу принятого по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебного акта суда общей юрисдикции (решение Ленинского районного суда г. Махачкалы от 31.12.2014, апелляционное определение Верховного суда РД от 16.04.2015 по делу №33-1506, постановление Президиума Верховного суда Республики Дагестан).

Указанный довод суд считает подлежащим отклонению исходя из следующего.

Как видно из представленных в материалы дела копий решения Ленинского районного суда г. Махачкалы, определения Верховного суда Республики Дагестан  по делу №33-1506 от 16.04.2015, постановления Президиума Верховного суда Республики Дагестан от 26.08.2015, ФИО1 обратилась в суд с иском к банку и ФИО2 об освобождении имущества от ареста, признании недействительными договоров ипотеки №080400/0016-7.3П от 23.04.2008 и №110400/0019-7.3П от 21.10.2011 и исключении записей о них из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Требования мотивированы тем, что судебным приставом-исполнителем  12.08.2014 наложен арест на нежилые помещения под литерами «А», «Б», «Г», «Г1», «Г2», «Г3», «Г4», «Г5», «Г6», расположенные на земельном участке общей площадью 8100 кв.м. по адресу: ФИО3, 8 в рамках исполнительного производства, должниками по которому являются ответчики ФИО2 и ООО «АРС», однако собственником указанного недвижимого имущества согласно соглашению о разделе имущества между супругами от 20.09.2006 является ФИО1 

Решением Ленинского районного суда г. Махачкалы от 31.12.2014 требования удовлетворены, перечисленные нежилые помещения производственной базы освобождены от ареста, договоры ипотеки №080400/0016-7.3П от 23.04.2008 и о№110400/0019-7.3П от 21.10.2011 признаны недействительными и записи о регистрации этих договоров ипотеки исключены из ЕГРП.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Дагестан от 16.04.2015, оставленным без изменения Постановлением Президиума Верховного суда Республики Дагестан от 26.08.2015, решение Ленинского районного суда г. Махачкалы от 31.12.2014 отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении иска отказано. 

В силу пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда.

Предметом иска является указанное истцом субъективное право, о котором он просит суд вынести решение, то есть материально-правовое требование, обращенное к ответчику.

Основание иска – это юридические факты, обстоятельства, а также действия фактического порядка, на которых основаны предъявляемые исковые требования, при этом основание иска состоит обычно не из одного факта, а из их совокупности (фактический состав).

Проанализировав предмет (о признании сделки недействительной) и основание (отсутствие нотариального согласия супруги, часть 3 статьи 35 Семейного кодекса РФ) иска по настоящему делу, а также предмет (о признании сделки недействительной) и основание иска (наличие соглашения о разделе имущества между супругами, согласно которому спорное имущество принадлежит ФИО1) по делу, рассмотренному Ленинским районным судом города Махачкалы и далее по апелляционной жалобе – Верховным судом РД, суд приходит к выводу о том, что они нетождественны, поскольку различны основания указанных исков.

Кроме того, банк ссылается на преюдициальность судебных актов судов общей юрисдикции, в которых дана оценка действиям ФИО1 как злоупотреблению правом.

В постановлении Президиума Верховного суда Республики Дагестан от 26.08.2015 установлено, что в 2011 году ФИО1 дала согласие на залог спорного имущества по договору ипотеки, заведомо зная, что данное имущество не может быть  предметом залога, поскольку право на него перешло к ней. При этом ни ФИО1, ни ее супруг ФИО2 не сообщают банку о заключении соглашения о разделе имущества между супругами и намеренно вводят его в заблуждение, составляя и передавая банку нотариально удостоверенное согласие, из которого следует, что спорное имущество по-прежнему является совместно нажитым, а ФИО1, как супруга ФИО2, согласна на залог имущества. О распоряжении об отмене согласия на ипотеку, составленном за три дня до заключения договора ипотеки, ФИО1 не известила банк. 

Изложенные обстоятельства свидетельствуют, что намерения ФИО1 носили недобросовестный характер, а ее действия правильно квалифицированы судом апелляционной инстанции как злоупотребление правом. ФИО1 в рамках дела № 2-67/14 Советского районного суда г. Махачкалы обращалась со встречным иском о признании недействительным договора ипотеки от 21.10.2011 на основании пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации и применении последствий недействительности сделки. 

Апелляционным определением Верховного суда Республики Дагестан от 16.11.2015 ФИО1 отказано в принятии к производству встречного искового заявления. Суд указал, что постановлением Президиума Верховного суда Республики Дагестан от 26.08.2015 установлено наличие в действиях ФИО1 и его супруга признаки злоупотребления правом. 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей в период заключения оспариваемых договоров) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства (пункт 5 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей. 

По общему правилу статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что суды не исследовали и не оценили доводы банка о наличии в действиях ФИО1 и ФИО2 злоупотребления правом с учетом фактических обстоятельств и предпринимавшихся ФИО1 мер к оспариванию договоров ипотеки, не оценили на предмет добросовестности поведение ФИО1, в собственность которой в соответствии с соглашением о разделе имущества супругов переходили спорные объекты. При этом ФИО1 длительное время не предпринимала мер к регистрации права собственности на это имущество. ФИО1 при наличии указанного соглашения дала согласие на залог имущества, которое отменила за 3 дня до заключения договора от 21.10.2011. Обращаясь в суд общей юрисдикции с иском о признании договоров ипотеки недействительными и применении последствий их недействительности, ФИО1 в качестве основания иска указала только наличие соглашения о разделе имущества. Вместе с тем согласие на заключение договора ипотеки и последующее распоряжение о его отмене также являлись предметом рассмотрения судебных инстанций как одно из фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения заявленных ФИО1 требований. ФИО2 приобрел статус индивидуального предпринимателя 17.11.2015 после отказа в принятии к рассмотрению встречного иска о признании недействительным договора ипотеки от 21.10.2011 (по основанию отсутствия согласия на заключение договора) апелляционным судом Верховного суда Республики Дагестан, что создало возможность ФИО1 обратиться в арбитражный суд с аналогичным иском. 

Оценив данные обстоятельства в совокупности на предмет добросовестности ФИО1 и ФИО2, суд учитывает, что нельзя допускать принятие судебных актов, в которых одно и то же обстоятельство квалифицируется в суде общей юрисдикции как недобросовестное, а в арбитражном суде как добросовестное, в связи с чем соглашается с доводами банка.

Кроме того, банк ссылается на пропуск истцом предусмотренного частью 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации срока исковой давности.

Согласно статье 195 ГК  РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

 Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума  №43) разъяснено, что факт истечения срока исковой давности служит самостоятельным основанием для отказа в иске.

Пунктом 27 постановления Пленума №43 предусмотрено, что положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 года  № 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", в том числе закрепленные в статьях 181, 181.4, пункте 2 статьи 196 и пункте 2 статьи 200 ГК РФ, применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года (пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации").

    В пункте 1 постановления Пленума №43 даны следующие разъяснения: в соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

   Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Ответчик (банк) в отзыве на исковое заявление и его представитель в судебном заседании заявили о пропуске истцом срока исковой давности, предусмотренного частью 1 статьи 181 ГК РФ.

   В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса  супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной (оспоримая сделка) в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

  Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной  (часть 2 статьи 181 ГК РФ).   

  Следовательно, к требованиям истицы о признании недействительным договоров залога (с дополнительными соглашениями к нему) и о применении последствий недействительности  сделки применяется срок исковой давности  один год  (часть 1 статьи 181 ГК РФ в применимой к спорным правоотношениям редакции).

В качестве доказательства того, что истица пропустила срок исковой давности, ответчик приводит распоряжение об отмене 17.10.2011 ранее выданного согласия на передачу в имущества в залог, а также на апелляционную жалобу от 11.07.2014 на решение Советского районного суда г. Махачкалы от 24.03.2014.

Довод банка о том, что с даты распоряжения об отмене согласия (17.10.2011) ФИО1 знала или должна была знать о наличии заключенных договоров ипотеки, судом отклоняется, поскольку на указанную дату договор ипотеки от 21.10.2011 еще заключен не был, согласно пояснениям представителя банка, его второй экземпляр представляется титульному собственнику имущества (ФИО2) и супруге не направлялся. 

Вместе с тем, направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что при разрешении спора суды первой и апелляционной инстанций не учли следующего.

Поскольку банк заявил о применении исковой давности, суд должен был установить момент, с которого истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права в результате совершения оспариваемых сделок. Однако суд не исследовал вопрос о том, в какой момент ФИО1, действуя добросовестно и осмотрительно, должна была убедиться и получить информацию о заключении или незаключении кредитного договора и договора залога спорного имущества. Из содержания ее согласия от 06.10.2011 о залоге имущества следует, что она была осведомлена, что залог предоставляется в обеспечение исполнения обязательств по кредиту для ООО "АРС" в сумме 46 млн. рублей. В материалах дела отсутствуют письменные доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО1 обращалась в указанный период в банк или иной компетентный орган за получением соответствующей информации о залоге спорного имущества.

По правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации именно ФИО1 должна доказать, что она в разумный срок после 21.10.2011 не могла узнать о состоявшемся залоге.

Во исполнение указаний кассационной инстанции судом в определениях предложено представить сведения об обращениях ФИО1 в банк по вопросу наличия (отсутствия) договоров залога спорного имущества после 21.10.2011.

Банк письмом от 27.08.2017 ответил, что согласно данным службы делопроизводства банка ФИО1 в банк с запросами относительно наличия (отсутствия) договоров залога спорного имущества после 21.10.2011 не обращалась.

В судебных заседаниях ФИО1 также пояснила суду, что с такими запросами ни в банк, ни в регистрирующий орган не обращалась, полагая направление в адрес Управления Росреестра по РД распоряжения об отмене достаточным.

Более того, договор ипотеки мог быть заключен в промежутке времени между согласием 06.10.2011 и его отзывом 17.10.2011, в связи с чем разумным, осмотрительным и добросовестным поведением истицы было бы получение информации о заключении или незаключении кредитного договора и договора залога спорного имущества в банке, уполномоченном органе.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ФИО1, действуя разумно, осмотрительно и добросовестно, обратившись в банк, которому давала согласие на залог спорного имущества, позднее ею отозванное, могла и должна была узнать о наличии спорных договоров ипотеки после 21.10.2011 (до участия в судебных процессах в судах общей юрисдикции в 2014 году). О наличии уважительных причин пропуска срока предприниматель суду не сообщила, соответствующие доказательства не представила.

В связи с этим довод ответчика (банка) об истечении срока исковой давности суд признает обоснованным.

В силу статьи 199 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российский Федерации от  29.09.2015 №43, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

При таких обстоятельствах в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать.

В соответствии со статьями 112 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, разрешаются вопросы распределения между сторонами судебных расходов. Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

 В связи с отказом в удовлетворении исковых требований в полном объеме государственная пошлина подлежит отнесению на истца. Вместе с тем, согласно статье 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с арбитражным процессуальным законодательством Российской Федерации, арбитражными судами, с учетом положений пункта 3 настоящей статьи освобождаются истцы – инвалиды I и II группы. 

Учитывая изложенное, а также, что ФИО1 является инвалидом 2 группы, государственная пошлина с нее взысканию не подлежит.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170, 176 и 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

 

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

 

Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение суда может быть обжаловано в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Ессентуки) в месячный срок со дня его принятия в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, через Арбитражный суд Республики Дагестан.

 

Судья                                                                                                                К.Н. Хавчаева