СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-2056/2023-АК

г. Пермь

28 августа 2023 года

Дело № А60-53952/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 августа 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Герасименко Т.С.,

судей Васильевой Е.В., Трефиловой Е.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от заявителя: ФИО2, паспорт, доверенность от 28.07.2023, диплом; ФИО3, паспорт, доверенность от 28.07.2023, диплом;

от заинтересованного лица: ФИО4, служебное удостоверение, доверенность от 24.03.2021, диплом; ФИО5, служебное удостоверение, доверенность от 31.05.2022,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда)

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу заявителя, общества с ограниченной ответственностью "Шпалопропиточный завод Балтымский",

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 12 апреля 2023 года

по делу № А60-53952/2022  

по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Шпалопропиточный завод Балтымский" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 32 по Свердловской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение правонарушения №13-03/2075 от 31.05.2022, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Шпалопропиточный завод Балтымский" (далее – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «ШПЗ Балтымский») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы  России № 32 по Свердловской области (далее – заинтересованное лицо, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение правонарушения №13-03/2075 от 31.05.2022.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12 апреля 2023 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, заявитель обратился с апелляционной жалобой, в соответствии с которой просит  отменить решение суда, заявленные требования удовлетворить.

По мнению апеллянта, в обжалуемом решении имеет место несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; судебный акт принят при нарушении норм материального права и процессуального права; судом не исследованы все представленные в дело доказательства.

В обоснование жалобы апеллянт указывает на отсутствие оснований для доначисления налогов, настаивает, что сам заявитель не мог произвести шпалы в реализованном количестве, не допускал нарушений при ведении бухгалтерского учёта и не искажал его, а указанное обстоятельство может и должно быть подтверждено заключением эксперта, при этом экспертизу суд первой инстанции необоснованно не назначил. Также в жалобе апеллянт приводит анализ объемов закупленной и произведенной продукции, производительность имеющегося у него оборудования. По мнению апеллянта, соответствующий анализ однозначно свидетельствует о необоснованности выводов суда первой инстанции. Апеллянт считает также, что суд первой инстанции неправомерно не дал оценку доводам заявителя о том, что им на протяжении длительного времени осуществлялся закуп шпат, что подтверждено соответствующими доказательствами. Выводы о том, что налогоплательщиком нарушены правила бухгалтерского учёта с целью воспрепятствованию проведения проверки не соответствуют действительности и положениям НПА в области бухгалтерского учёта. При этом несмотря на то, что налогоплательщиком не велся учет готовой продукции именно на счете 43, последним в целях обеспечения возможности проведения налогового контроля налоговым органом представлен анализ карточки счета 43, из которого можно установить сопоставить списание счетов 10, 20, для определения себестоимости продукции, отраженной на счете 90, а также наличие товара, в части наименования и количества, а карточка счета 90 ООО «ШПЗ Балтымский» предоставлялась в налоговый орган 11.09.2020 г., о чем свидетельствует ответ на требования №30927, №35872. Кроме того, в жалобе налогоплательщик приводит анализ контрагентов заявителя, в отношении которых заинтересованное лицо пришло к выводу, что они являются недействующими юридическими лицами со ссылкой на материалы проверки, а также ссылается на доказательства, которые подтверждают фактическую деятельность ряда юридических лиц.  По мнению апеллянта, совокупность имеющихся в деле доказательств очевидно опровергает выводы суда первой инстанции. Кроме того, апеллянт в отношении каждого из спорных контрагентов приводит в жалобе анализ информации, отраженной в дополнениях к акту, который не подписан уполномоченными лицами, что является существенным процессуальным нарушением. Апеллянт указывает на недостоверность соответствующей информации, ее противоречие иным имеющимся в деле доказательствам. Кроме того, апеллянт ссылается на иные допущенные заинтересованным лицом процессуальные нарушения, которые привели к вынесению незаконного решения. Заявитель полагает, что обжалуемым судебным актом нарушены не только законодательно установленное распределение бремени доказывания, но и принципы законности, обоснованности судебного акта, состязательности сторон. Суд не мотивировал отказы в истребовании доказательств, а также в назначении экспертизы, чем нарушил права налогоплательщика. Апеллянт считает, что обжалуемое решение подлежит отмене, т.к. суд первой инстанции допустил неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (ч. 1 ст 270 АПК РФ).

Также апеллянт представил дополнения к апелляционной жалобе с приложением документов, касающихся возможности проведения экспертизы.

Налоговым органом в порядке ст. 262 АПК РФ представлен письменный отзыв на апелляционную жалобу, решение суда считает законным и обоснованным, апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению. Также представлены документы, касающиеся перерасчета доначисленных пеней с  учетом периода моратория.

Апеллянтом представлены возражения на отзыв налогового органа.

Дополнения, отзыв и приложенные к ним документы приобщены к материалам дела.

Заявленные апеллянтом ходатайства об истребовании документов и о проведении экспертизы суд определил разрешить после заслушивания позиции по делу.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 15 августа 2023 года представители заявителя и заинтересованного лица поддержали доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, соответственно.

Определением от 15.08.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено, суд обязал инспекцию предоставить письменные пояснения относительно расчета доначисления налога на прибыль с учетом признаваемых налоговым органом объемов реализованной, приобретенной и произведенной продукции (в отношении которых также необходимо предоставить соответствующие расчеты со ссылками на материалы дела).

После отложения судебного заседания от налогового органа поступили письменные пояснения с соответствующим расчетом.

Также письменные пояснения поступили (23.08.2023 и 24.03.2023) от налогоплательщика, который расчет инспекции считает необоснованным, представил контррасчет доначисления налогов.

Определением от 24.08.2023 в порядке ст. 18 АПК РФ произведена замена судьи Шаламовой Ю.В. на судью Васильеву Е.В. Рассмотрение дела начато с самого начала.

Заявителем заявлено ходатайства об истребовании доказательств, просит суд в  соответствии с ч. 4 ст. 66 АПК РФ истребовать следующие доказательства:

- из УГИБДД ГУ МВД России по Свердловской области (Адрес: 620102, 

<

...>) сведения о всех зарегистрированных транспортных средствах за ФИО6 (ориентировочно 1982-1992 года рождения), а также сведения об административных правонарушениях, совершенных ФИО6 (ориентировочно 1982-1992 года рождения);

- у ООО «Екатеринбург-2000» (Адрес: 620075, 

<

...>, этаж 8, офис 29, ОГРН 

<

***>) и у ООО «Т2 Мобайл» (Адрес: 108811, город Москва, 

<

...> километр, домовладение 6, строение 1, этаж 5, комната 33) сведения о владельце телефонного номера 89527449995;

- у Филиала ПАО «МТС» в Свердловской области (Адрес: 620014, 

<

...> этаж) сведения о владельце телефонного номера 89193946787;

- у Уральского филиала ПАО «МЕГАФОН (Адрес: 620078, 

<

...>) сведения о владельце телефонного номера 89221557820.

Согласно части 4 статьи 66 АПК РФ, лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

При этом обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2 статьи 65 АПК РФ).

По итогам рассмотрения в порядке статьи 159 АПК РФ ходатайства заявителя об истребовании доказательств, апелляционный суд отказал в его удовлетворении ввиду достаточности имеющихся в деле доказательств для оценки доводов и возражений сторон.

Также заявитель в соответствии со ст. 82 АПК РФ просит назначить по делу экспертизу, поставив на разрешение эксперта следующие вопросы:

- «Какое количество шпалы могло быть произведено на Ленточнопильном станке МВ- 2000 из сырья, общим объёмом 2 313, 232 м3, при условии, что из этого количества сырья было произведено прочей продукции (брус, доска, дровяная древесина, пиломатериал) в общем количестве 1 358,862 м3?»

- «Какое количество рабочих часов потребуется для распиловки древесины общим объёмом 2 313, 232 м3 на одном и двух Ленточнопильных станках МВ-2000?».

Проведение экспертизы просит поручить сотруднику негосударственной экспертной организации ООО «Независимая экспертиза» ФИО7 (согласие получено по запросу и инициативе суда) или сотруднику некоммерческой организации ЧСЭУ «Константа Плюс» ФИО8.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое не имеет заранее установленной силы, и оценивается наряду с другими доказательствами (часть 2 статьи 64, часть 3 статьи 86 АПК РФ).

Таким образом, вопрос о необходимости проведения экспертизы находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

При отсутствии необходимости разрешения вопросов, требующих специальных знаний, установив наличие возможности рассмотрения настоящего спора по представленным в материалы дела доказательствам и правовую нецелесообразность проведения экспертизы по поставленным в ходатайстве вопросам, суд апелляционной инстанции в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы отказал.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 28.08.2023 представители заявителя и заинтересованного лица поддержали доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, соответственно, с учетом представленных дополнений и письменных пояснений. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, налоговым органом проведена выездная налоговая проверка (далее –ВНП) по всем налогам, сборам, страховым взносам за период с 28.09.2016 по 31.12.2018. 

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки вынесено решение №13-03/2075 от 31.05.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому Обществу доначислен налог на добавленную стоимость (далее - НДС) в размере 6 890 514 руб., налог на прибыль организаций - 7 892 092 руб.; начислены пени в размере 9 064 753,04 руб.; ООО «ШПЗ Балтымский» привлечено к налоговой ответственности по п. 3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в виде штрафа в размере 26 221 рублей.

Заявитель, не согласившись с вынесенным решением, обратился с апелляционной  жалобой  в Управление Федеральной налоговой службы по Свердловской области. 

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Свердловской области №13-06/26958@ от 08.09.2022  решение инспекции оставлено без изменения, жалоба без удовлетворения. 

Не согласившись с решением инспекции, заявитель обратился в суд с требованиями по настоящему делу.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что в ходе ВНП инспекцией установлены и налогоплательщиком в ходе арбитражного рассмотрения дела не опровергнуты обстоятельства, свидетельствующие о создании обществом искусственной схемы взаимоотношений с контрагентами, направленной на получение налоговой экономии и незаконной минимизации налоговых обязательств по НДС и налогу на прибыль.

Заявитель по доводам, изложенным в апелляционной жалобе и дополнениях, настаивает на том, что решение подлежит отмене.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Статьей 52 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.

В силу пункта 1 статьи 173 НК РФ сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьей 171 НК РФ (за исключением налоговых вычетов, предусмотренных пунктом 3 статьи 172 НК РФ), общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со статьей 166 НК РФ и увеличенная на суммы налога, восстановленного в соответствии с настоящей главой.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные данной статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 НК РФ, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно статье 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 НК РФ.

Вычетам подлежат, если иное не установлено указанной статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Каждый первичный учетный документ должен содержать реквизиты, установленные частью 2 статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете». Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

По правилам статьи 313 Кодекса для целей налогообложения принимаются те же первичные учетные документы, которые используются для целей бухгалтерского учета.

Таким образом, перечисленные требования касаются не только полноты заполнения всех реквизитов, но и достоверности содержащихся в них сведений.

Основанием для применения налоговых вычетов в силу статьи 169 НК РФ являются счета-фактуры, выставленные поставщиками при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг) и оформленные в установленном порядке.

Пунктом 5 статьи 169 НК РФ определен перечень сведений, которые должны быть указаны в счете-фактуре, в том числе цена (тариф) за единицу товара, стоимость товара за все количество отгруженных по счету-фактуре товаров, сумма налога, предъявленная покупателю товаров исходя из примененных налоговых ставок.

В силу пункта 6 статьи 169 НК РФ счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 169 НК РФ счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5, 6 статьи 169 НК РФ, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от 15.02.2005 № 93-О, буквальный смысл абзаца 2 пункта 1 статьи 172 НК РФ позволяет сделать однозначный вывод о том, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками товаров работ, услуг).

Из изложенных правовых норм следует, что для налогоплательщиков налога на добавленную стоимость право на применение налогового вычета по налогу возникает при соблюдении следующих условий: товары, работы и услуги должны быть приобретены для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации, и поставлены на учет; у налогоплательщика имеются счета-фактуры, соответствующие требованиям статьи 169 Налогового кодекса, и первичные документы с выделенной в них отдельной строкой суммой налога на добавленную стоимость, оформленные в соответствии со статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

Указанные документы должны содержать достоверные данные относительно совершенных хозяйственных операций и лиц, совершивших такие операции.

В соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судами высшей инстанции, в том числе определением Верховного Суда РФ от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920 неоднократно указано на то, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных статьями 169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственных операций.

В соответствии со статьей 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Для российских организаций прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 252 НК РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 настоящего Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

При этом НК РФ не устанавливает перечень документов, подлежащих оформлению при осуществлении налогоплательщиком тех или иных расходных операций, не предъявляет каких-либо специальных требований к их оформлению (заполнению). Решение вопроса о возможности учета тех или иных расходов при наличии их связи с деятельностью налогоплательщика по извлечению прибыли в целях налогообложения зависит от того, подтверждают документы, имеющиеся у налогоплательщика, факт осуществления заявленных им расходов или нет.

Поскольку налогоплательщик самостоятельно определяет налоговую базу по налогу на прибыль, состав расходов и соблюдение условий, позволяющих учесть указанные расходы для целей налогообложения, он должен доказать те обстоятельства, которые, по его мнению, позволяют учесть произведенные расходы в целях налогообложения.

Как указано в пункте 4 Постановления № 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В силу пункта 5 Постановления № 53 о необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновение налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

На основании пункта 9 Постановления № 53 наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Согласно пункту 10 Постановления № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной) налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

Представление в налоговый орган первичных документов не влечет автоматического применения налоговых вычетов, а является лишь основанием для подтверждения факта реальности хозяйственных операций и уплаты налогов, поэтому при решении вопроса о правомерности применения налогоплательщиком налоговых вычетов учитываются результаты проведенных налоговыми органами проверок достоверности и непротиворечивости представленных документов, а также предприятий - контрагентов.

В частности, если налоговым органом представлены доказательства того, что в действительности контрагенты хозяйственных операций не осуществляли, в систему сделок и взаиморасчетов были вовлечены юридические лица, зарегистрированные по несуществующим адресам, схема взаимодействия контрагентов указывает на их цель получение необоснованной налоговой выгоды, судам не следует ограничиваться проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов требованиям НК РФ, а необходимо оценить все доказательства по делу в совокупности и взаимной связи для исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.

Отказ в получении налоговых выгод при наличии в документах налогоплательщика недостоверных и противоречивых сведений является его налоговым риском. В целях подтверждения обоснованности заявленных налоговых выгод должна быть установлена их объективная предметная взаимосвязь с фактами и результатами реальной предпринимательской и иной экономической деятельности, что служит основанием для вывода о достоверности представленных первичных документов, в том числе в части сведений об участниках и условиях хозяйственных операций.

Сам факт наличия первичных документов без подтверждения факта реальности хозяйственных операций не предоставляет права на получение налоговых вычетов по НДС.

Как определено пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно пункту 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Исходя из пункта 3 статьи 54.1 НК РФ в целях пунктов 1 и 2 этой статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Тем же Федеральным законом от 18.07.2017 № 163-ФЗ статья 82 НК РФ дополнена пунктом 5, согласно которому доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Кодекса, и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса, производится налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля в соответствии с разделами V, V1, V2 Кодекса.

По смыслу положений пункта 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации в сфере налоговых правоотношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков. В силу части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 АПК РФ именно налоговый орган должен доказать наличие обстоятельств, послуживших основанием для принятия обжалуемого решения.

В силу этой же части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Изложенное в рассматриваемой ситуации означает, что налоговый орган должен доказать наличие оснований, по которым налогоплательщик не имеет права на применение налогового вычета по НДС.

Налогоплательщик, в свою очередь, должен доказать правомерность принятия сумм НДС к вычету, то есть доказать, в том числе, что представленные им первичные бухгалтерские документы являются надлежащим образом оформленными, подписаны уполномоченными лицами и подтверждают реальную хозяйственную операцию.

В силу пункта 11 Постановления № 53 признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

По результатам анализа налоговой проверки сделок заявителя, субъективного состава их участников, с учетом представленных заявителем документов, имеющейся в Инспекции информации, проведенных допросов свидетелей, и полученной информации, налоговым органом установлены обстоятельства, явившиеся основанием для вынесения оспариваемого заявителем ненормативного акта.

Так, в ходе мероприятий налогового контроля инспекцией установлено и материалами дела подтверждено, что налогоплательщиком создан формальный документооборот и имитация сделок по оказанию транспортных услуг в рамках финансово-хозяйственного взаимодействия со «спорными» контрагентами, с целью минимизации налога, подлежащего уплате в бюджет.

Судом первой инстанции установлено, материалами дела подтверждено и лицами, участвующими в деле, не опровергнуто следующее.

По итогам проведения проверки налоговый орган пришел к выводу об умышленном создании заявителем формального документооборота для получения необоснованной налоговой выгоды при приобретении у ООО «Хорт- Трейд», ООО «Марк и К», ООО «Сантол», ООО «Классик Холл», ООО «Екатеринбург 21 век», ООО «Полевской АБЗ», ООО «Декстер», ООО «Шевронд», ООО «Металлэкс», ООО «ТД Транс», ООО «Градар», ООО «Новатор», ООО «Юнитон», ООО «Строй-Континент», ООО «Пром-Т», ООО «Универсальные Технологии - Урал», ООО «Коек-Демонтаж», ООО «Автолайн Урал», ООО «Петстрой», ООО «Кипрон», ООО «Техрон-ЕК», ООО «Риасофт», ООО «Альянсгрупп-ЕКБ», ООО «Уралпродторг», ООО «Прогресс Торг», ООО «Лестрейд», ООО «УралТрак-ЕК», ООО «Электевропроект», ООО «Новатекс», ИП ФИО9 фактически не поставленного данными контрагентами товара (шпалы деревянные пропитанные, непропитанные). 

Налоговым органом с учетом установленных обстоятельств о наличии у ООО «ШПЗ Балтымский» ресурсов для производства шпалы, а также фиктивности ведения деятельности спорным контрагентами, сделан вывод, что Обществом шпалы деревянные пропитанные, непропитанные изготавливались самостоятельно. 

Как следует из материалов проверки, между ООО «ШПЗ Балтымский» и вышеуказанными контрагентами заключены договоры поставки - шпал пропитанных и непропитанных, в целях последующей реализации налогоплательщиком.

Налоговый орган, проанализировав представленные в ходе проверки доказательства, представленные в целях подтверждения правоотношений по поставке, в том числе договоры поставки, УПД, платежные поручения, установил отсутствие документального подтверждения исполнения заявленными спорными контрагентами обязательств по договорам поставки шпал.

Суд первой инстанции выводы налогового органа посчитал обоснованными.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам, установленным ст. 71 АПК РФ, апелляционный суд оснований для иных выводов не усматривает, при этом исходит из следующего.

В отношении спорных контрагентов налоговой инспекцией установлена и материалами дела подтверждена следующая совокупность обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии у контрагентов возможности произвести поставку продукции:

- основная часть контрагентов исключена из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) (2019-2021 годы), в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридических лицах, в отношении которых внесена запись об их недостоверности (недостоверная информация о юридическом адресе, руководителе/учредителе);

- заявленные коды ОКВЭД основного вида деятельности у спорных контрагентов не соответствуют характеру приобретаемой спорной продукции (шпалы);

- руководители части контрагентов отказались от участия в финансово-хозяйственной деятельности указанных организаций, указав, что зарегистрировали организации за вознаграждение. Лица, указанные в качестве руководителей спорных контрагентов доход от названных организаций, не получали;

- спорные контрагенты по заявленному адресу регистрации и отгрузки спорного товара в проверяемый период не находились. Каких-либо помещений в собственности или в пользовании, которые по своим техническим и проектным характеристикам свидетельствовали бы о наличии возможности поставщиками по приему и хранению в спорный период товара в объемах, указанных в соответствующих счетах-фактурах, у спорных контрагентов не имелось. Расчеты за аренду помещений, операции на выплату заработной платы, коммунальные услуги, электроэнергию, канцтовары, обслуживание и т.д. по расчетным счетам контрагентов отсутствуют. Основные средства на балансе организаций отсутствуют;

- спорные контрагенты не имеют трудовых ресурсов для ведения реальной предпринимательской деятельности и исполнения своих договорных обязательств перед заявителем. Справки по форме 2-НДФЛ не представлялись, налог на доходы физических лиц не удерживался и в бюджет не перечислялся;

- отчетность спорными контрагентами представлялась с незначительными начислениями непродолжительный период или представлялась нулевая отчетность. Из показателей отчетности по НДС и налогу на прибыль организаций установлен высокий удельный вес налоговых вычетов и расходов от 99,1% до 99,7 %, установлена несопоставимость данных с контрагентами (прямые и сложные разрывы). ООО ТД "ТРАНС", ООО «СТРОЙ-КОНТИНЕНТ», ООО "ЮНИТОН", ООО "ГРАДАР", ООО "Пром-Т", ООО "Универсальные технологии-Урал", "Коск-Демонтаж", ООО "Автолайн", ООО "Петстрой", ООО "Кипрон", ООО "Техтрон-ЕК", ООО ПКФ "Риасофт", ООО "Альянс Групп-ЕКБ", ООО "Уралпродторг", ООО "Прогресс Торг", ООО «Новатор», ООО "Лестрейд", ООО "Уралтрак-ЕК», ООО "Электевропроект", ООО "Новатекс", ФИО9 налоги в бюджет не уплачивали, остальные контрагенты уплачивают налоги в минимальном размере, что несопоставимо с оборотами денежных средств на расчетных счетах;

- заключенные между ООО «ШПЗ Балтымский» и указанными контрагентами договоры действовали не продолжительный период времени;

- в цепочке поставщиков со «спорными» поставщиками повторяются одни и те же контрагенты (по ООО «Сантол», ООО «Классик Холл», ООО «Хорт - Трейд» - ИП ФИО10, ИП ФИО11, по ООО «Полевской АБЗ», ООО «Шевронд», ООО «Кипрон» - ИП ФИО12, ИП ФИО13) не осуществляющие поставку спорного товара;

- согласно анализа выписок по расчетным счетам «спорных» контрагентов установлено, что обозначенные общества не осуществляли покупку спорного вида продукции. По расчетному счету спорных контрагентов не установлено приобретение шпал деревянных, в т.ч. поставляемых в адрес ООО «ШПЗ Балтымский», поставщики шпал не установлены;

- установлено «обналичивание» денежных средств со счетов спорных контрагентов через банкоматы и операции по выдаче займов;

- установлена взаимозависимость и подконтрольность участников финансово-хозяйственной деятельности, между «проблемными» поставщиками ООО «ШПЗ Балтымский» (совпадение ip-адресов по отправке отчетности и управлению денежными средствами на расчетном счете). Совпадение IP-адреса указывает на то, что контрагенты имеют территориально близкие друг к другу точки доступа, все указанные' лица использовали одну точку доступа для выхода в Интернет. При этом территориально спорные контрагенты зарегистрированы по разным адресам;

- расчеты Общества с ООО «Металлекс», ООО «Градар» отсутствуют. 

Также в ходе налоговой проверки не подтвержден факт доставки товаров в адрес ООО «ШПЗ БАЛТЫМСКИИ» от спорных контрагентов, соответствующие доказательства не представлены. Кроме того, Инспекцией установлено, что у спорных контрагентов отсутствуют собственные транспортные средства, расходы на аренду (лизинг) транспортных средств, при том, что в договорах со спорными контрагентами указано, что перевозка осуществляться транспортом продавца.

Кроме того, указываемые в проверяемом периоде обществом контрагенты по поставке шпал, а именно  ООО «Транстэк», ООО «Альянс», ООО «Техраспил», ООО «Коуровский лес», ООО «ТД БШПЗ», ООО «Д-Групп», ООО «ТК Логистические решения», ООО «ТЭП УралСпецСклад», ООО «ТД Алмаз», ООО «Транслессервис», ООО «Эталон М», ООО «Магнат», ООО «УЗВСП», ООО «Приоритет плюс», ООО «Спика», согласно данным ЛЕС ЕГАИС среди поставщиков древесины не значатся.

Договоры поставки со спорными контрагентами представлены ООО «ШПЗ Балтымский» не в полном объеме, только в отношении контрагентов: ООО «Хорт-Трейд», ООО «Марк и К», ООО «Сантол», ООО «Классик Холл», ООО «Полевской АБЗ», ООО «Металлэкс». В отношении иных поставщиков представлены только УПД и/или счет-фактуры.

Проанализировав представленные договоры, налоговый орган установил, что условия договоров ООО «ШПЗ Балтымский» со всеми «спорными» контрагентами идентичны, договоры являются типовыми. 

При этом пунктом 3.1. договоров установлено, что качество товара должно соответствовать ГОСТУ, указанному в сертификатах качества, которые заявителем не предоставлены.

Согласно данным программы ЛЕС ЕГАИС среди поставщиков шпал в адрес ООО «ШПЗ Балтымский» указаны  ООО «Транслес-М», ООО «Техраспил», ООО «Инвест-Плюс», ООО «ТД БШПЗ», ООО «Тагиллестранс»; ООО «Транслессервис», ООО ПП «Коуровский лес»; ИП ФИО14; ООО «Уральский завод Верхних строений путей», ФИО15; ФИО16, ФИО17, относительно которых налоговым органом не оспаривается реальность операций по поставке шпал.

Проведенный налоговым органом сравнительный анализ ведения документооборота со «спорными» контрагентами и реальными контрагентами, поставляющим в адрес заявителя шпалу, сырье, показал, что в отличие от договоров со спорным контрагентами, которые не содержат ни наименование товара (в нарушение п. 3 ст. 455 ГК РФ), ни количество товара (в нарушение п. 3 ст. 455 ГК РФ, ст. 465 ГК РФ), ни ссылки на отражение указанных сведений в Приложении, являющимся неотъемлемой частью договора, договоры с  реальными контрагентами содержат все существенные условия.

Таким образом, в рамках налоговой проверки инспекций была подтверждена согласованность действий налогоплательщика ООО «ШПЗ Балтымский» с его контрагентами, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды (налоговой экономии) путем составления формального документооборота с контрагентами, фактически не участвовавшими в процессе поставки товара и не подтвердивших реальность спорных хозяйственных операций. 

Доводы апелляционной жалобы, касающиеся реальности ведения ООО «Полевской АБЗ», получили надлежащую оценку суда первой инстанции, который обоснованно учел следующее.

Представленный нотариально удостоверенный протокол допроса ФИО18 противоречит совокупности доказательств исследованных судом, не опровергает доказательства и выводы налогового органа и не подтверждается иными доказательствами. Кроме того, суд учел, что в соответствии со статьей 80 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1, свидетельствуя подлинность подписи, нотариус удостоверяет, что подпись на документе сделана определенным лицом, но не удостоверяет фактов, изложенных в документе. Таким образом, сам факт нотариального удостоверения соответствующих документов не означает, что содержащиеся в них сведения являются достоверными. В связи с чем, указанное заявление не может являться доказательством реальности ведения деятельности ООО «Полевской АБЗ».

Иного из материалов дела не следует, апелляционному суду не доказано.

Оценка налогоплательщиком отдельных доказательств не опровергает выводы суда первой инстанции, основанные на оценке именно совокупности доказательств о невозможности поставки товара силами спорных контрагентов (в том числе, ООО «Полевской АБЗ»).

В отношении перечисления денег данному контрагенту, как указано выше, налоговый орган установил направленность расчетов на вывод денежных средств.

Более того, ООО «ШПЗ Балтымский» ни в ходе проверки, ни в ходе судебного заседания не подтвердило движение товара от поставщика к покупателю, принятие товара к учету.

На основании установленных обстоятельств, с учетом положений ст.71 АПК ПФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что  налоговым органом в ходе налоговой проверки установлено и доказано, что в проверяемый период между налогоплательщиком и спорным контрагентом реальные хозяйственные отношения отсутствовали. 

Документы, об истребовании которых заявлено налогоплательщиком, как в суде первой инстанции, так и в апелляционном суде, с учетом совокупности представленных доказательств на соответствующие выводы налогового органа не влияют.

При этом вопреки доводам заявителя материалами дела подтверждено, что спорные контрагенты не располагают необходимыми условиями для достижения результатов соответствующей экономической деятельности, документы контрагентов содержат недостоверные сведения о хозяйственных операциях.

Доводы жалобы, касающиеся оценки отдельных представленных в материалы дела доказательств, апелляционный суд отклоняет с учетом того, что в силу ст. 71 АПК РФ доказательства подлежат оценке в совокупности и взаимосвязи, а не каждое доказательство в отдельности.

При этом вышеприведенные доказательства в своей совокупности и логической взаимосвязи позволили инспекции сделать обоснованный вывод о том, что документы, представленные заявителем, не соответствуют требованиям законодательства о налогах и сборах, содержат недостоверные сведения о субъектах, совершивших хозяйственные операции. Участие заявленных контрагентов в спорных хозяйственных операциях носило искусственный характер и сводилось лишь к оформлению комплекта документов с исключительной целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Вывод налогового органа о наличии ресурсов для самостоятельного производства шпал основан на обстоятельствах наличия у организации производственных ресурсов и соответствующего персонала и признан судом первой инстанции обоснованным.

В отношении этого вывода суд апелляционной инстанции учитывает следующее.

В ходе проведенных допросов сотрудников налогоплательщика налоговым органом установлено, что в проверяемом периоде имело место самостоятельное изготовление шпал, в том числе данным допроса начальника  по производству ФИО19, директор по производству ФИО20

Также с целью исследования производственной деятельности налогоплательщика налоговым органом в ходе проверки проведены осмотры производственных площадей.

Налоговым органом установлено, что деятельность по производству шпал осуществляется на территории базы «СХП Балтымский» по адресу: 

<

...>, используемой ООО «ШПЗ Балтымский» на основании договора аренды. На территории находится две производственные открытые площадки, 4 подсобных помещения (одно является рабочим местом ФИО19, остальные используются для отдыха и приема пищи сотрудниками, директором которых является ФИО21 (ООО «ШПЗ Балтымский», ООО «ТД «БШПЗ»).

Из проведенного осмотра установлено, что фактически деятельность на территории осуществляют две организации ООО «ШПЗ Балтымский» и ООО «ТД «БШПЗ». Организации занимаются как производством шпал из приобретенного леса, так и его пропиткой.

В ходе осмотра (протокол от 25.09.2020 б/н) установлено, что у налогоплательщика имеется соответствующее оборудование для пропитки шпал.

Кроме того, материалами дела подтверждено, что в 2016-2017гг. ООО «ШПЗ Балтымский» приобретены у  ИП Сивконенко, ООО «Русские пилы» ленточные пилы (12 шт.),  полотно ленточное 31 шт., сварка ленточных пил в целях распиловки шпал.  

Также у ООО «ШПЗ Балтымский» имелся соответствующий персонал. В 2016-2017гг. для ООО «ШПЗ Балтымский» персонал предоставляла ИП ФИО22 По требованию налогового органа ООО «ШПЗ Балтымский» в ходе налоговой проверки предоставлена информация,  из которой следует, что ИП ФИО22 предоставлялись работники, для выполнения работ по погрузке-разгрузке, разбору древесины по номенклатуре, прокладке, переработке, подготовке древесины.

Таким образом, представленные заявителем в подтверждение поставки шпал УПД, счета-фактуры со спорным контрагентами с учетом установленных инспекцией обстоятельств невозможности поставки товара спорными контрагентами не подтверждают несение заявителем затрат на приобретение шпал в заявленном объеме, что обоснованно учтено судом первой инстанции. 

При этом суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для проведения экспертизы по вопросам о том, какое количество шпалы могло быть произведено на Ленточнопильном станке МВ2000 из сырья, общим объёмом 2 313, 232 м3, при условии, что из этого количества сырья было произведено прочей продукции (брус, доска, дровяная древесина, пиломатериал) в общем количестве 1 358,862 м3? какое количество рабочих часов потребуется для распиловки древесины общим объёмом 2 313, 232 м3 на одном и двух Ленточнопильных станках МВ-2000? 

Отказывая в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы, суд первой инстанции обоснованно учел, что в рассматриваемом случае  Заявителем не представлены в материалы дела производственные документы, отчеты производства, позволяющие определить даты фактической производственной деятельности, время работы котла, производственный цикл, сколько шпал за один цикл пропитывался автоклавным способом. 

Учитывая отсутствие каких-либо документов по движению складской продукции, производственному циклу, бухгалтерскому учету (данные счетов 10, 20)  судом правомерно констатирована нецелесообразность проведения экспертизы по вопросам, поставленным налогоплательщиком. 

Кроме того, суд первой инстанции правомерно отметил, что установленное экспертизой возможное количество готовой продукции изготовленной из приобретенного сырья не будет являться объективным показателем, так как брус поставляется заявителем на реализацию в разных количественных единицах измерения: м3, комплект, шт.

Также суд первой инстанции обоснованно отметил, что вопросы, поставленные на разрешение эксперта, носят теоретический характер и обоснованно учел, что предметом рассматриваемого спора является законность решения налогового органа, связанного с доначислением сумм НДС и налога на прибыль по взаимоотношениям со спорными контрагентами. Соответственно, заключение эксперта с учетом предлагаемых вопросов не сможет подтвердить или опровергнуть факт поставки товара именно указанными контрагентами, поскольку даже если в заключении эксперта будет указано на невозможность самостоятельного изготовления ООО «ШПЗ Балтымский» шпалы, то данное обстоятельство не будет свидетельствовать об их поставке спорными контрагентами, что обоснованно учтено судом.

Кроме того, как указано выше, соответствующее ходатайство о проведении экспертизы также рассмотрено и апелляционным судом, оснований для его удовлетворения не установлено.

То обстоятельство, что суд первой инстанции осуществил действия, связанные с рассмотрением ходатайства о проведении экспертизы, не свидетельствует о наличии безусловной обязанности суда назначить экспертизу, поскольку это является правом, а не обязанностью суда. 

Соответствующие доводы жалобы об обратном апелляционный суд отклоняет, как необоснованные. 

С учетом вышеизложенных обстоятельств суд первой инстанции правомерно посчитал, что в ходе проверки инспекцией установлены обстоятельства, свидетельствующие о направленности действий налогоплательщика в нарушение положений ст. 54.1 НК РФ на совершение сделок, основной целью которой являлось создание  искусственных условий по применению налоговых вычетов по НДС и налогу на прибыль.

Невыполнение налогоплательщиком условий, предусмотренных ст. 54.1 НК РФ, повлекло необоснованное уменьшение подлежащего уплате налога на добавленную стоимость и налога на прибыль.

Вопреки доводам апеллянта суд первой инстанции пришел к справедливому выводу о том, что в ходе ВНП инспекцией установлены, налогоплательщиком не опровергнуты ни при обжаловании решения инспекции в вышестоящий налоговый орган, ни при рассмотрении настоящего арбитражного дела, обстоятельства, свидетельствующие о том, что основной целью заключения налогоплательщиком спорных сделок (операций) являлось не достижение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии. Такие сделки (операции) не имеют какого-либо разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости их заключения и совершения, а имеют своей целью лишь уменьшение налоговых обязательств, что указывает на несоблюдение условия, установленного подпунктом 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, и, как следствие, отсутствие права на учет для целей налогообложения вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль.

Также вопреки доводам жалобы судом установлено, что общество умышленно использовало формальный документооборот с сомнительными контрагентами, с целью получения налоговых вычетов по НДС и увеличению расходов по налогу на прибыль.

Иного их материалов дела не следует, апелляционному суду не доказано.

Вышеприведенные доказательства в своей совокупности и логической взаимосвязи позволили инспекции сделать обоснованный вывод о том, что документы, представленные заявителем в обоснование вычета по НДС и расходов по налогу на прибыль, не соответствуют требованиям законодательства о налогах и сборах, содержат недостоверные сведения о субъектах, совершивших хозяйственные операции. Участие спорных контрагентов в спорных хозяйственных операциях носило искусственный характер и сводилось лишь к оформлению комплекта документов с исключительной целью получения заявителем  необоснованной налоговой выгоды  в виде предъявления к вычету НДС по счетам-фактурам указанных контрагентов и учету расходов по налогу на прибыль. 

В рассматриваемом случае недостоверность сведений заключается в недостоверности сведений о самих контрагентах и совершаемых ими операциях, реальность которых опровергается материалами дела.

При этом, в налоговых правоотношениях недопустима ситуация, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создавать ситуации формального наличия права на получение налоговых выгод.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что действия инспекции по отказу в праве на применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и доначислению НДС и налога на прибыль, начислению соответствующих сумм пени в порядке статьи 75 НК РФ являются правомерными и в рамках действующего законодательства.

Представленные заявителем доказательства сводятся к формальному выполнению требований действующего налогового законодательства в части документального оформления взаимоотношений с контрагентами, как подтверждающих право на возмещение НДС из бюджета и учету расходов по налогу на прибыль, но не подтверждаемых фактическими обстоятельствами этих взаимоотношений.

На основании установленных обстоятельств судом сделан вывод о том, что налоговым органом в ходе налоговой проверки установлено и доказано в суде, что в проверяемый период между налогоплательщиком и спорными контрагентами реальные хозяйственные отношения отсутствовали. Налоговым органом установлены факты, свидетельствующие о том, что Общество осуществляло деятельность в схеме единой группы с контрагентами, введенными в цепочку умышленно, не обладающими материально-производственными ресурсами.

На данный факт указывает совокупность обстоятельств взаимодействия участников хозяйственных операций, подтвержденных материалами дела. Реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим наличием приобретенных товаров, но и реальностью исполнения договора именно данным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, материалами дела подтверждено, что спорные контрагенты не располагают необходимыми условиями для достижения результатов соответствующей экономической деятельности, документы содержат недостоверные сведения о хозяйственных операциях. 

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о создании налогоплательщиком схемы ухода от налогообложения. Документооборот и расчеты между указанными организациями носят формальный характер, направлены не на ведение реальной хозяйственной деятельности, а на выведение денежных средств из оборота.

Суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы жалобы о том, что требования статей 171, 172 НК РФ, устанавливающие право требования налогоплательщика на получение вычета при исчислении НДС, заявителем выполнены, отмечает, что в рассматриваемом случае недостоверность сведений заключается в недостоверности сведений о самих контрагентах и совершаемых ими операциях, реальность которых опровергается материалами дела.

Общество как налогоплательщик не вправе претендовать на получение налоговой выгоды по операциям с контрагентами, если последние их не осуществляли, что корреспондирует правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 02.10.2007 № 3355/07, от 11.11.2008 № 9299/08.

В апелляционной жалобе налогоплательщик настаивает на том, что обществом в материалы дела представлены достоверные и исчерпывающие доказательства проявления обществом должной осмотрительности при выборе спорных контрагентов, в том числе с учетом их значительного количества.

Однако с учетом того, что материалами дела подтверждено и заявителем не опровергнуто, что обществом создана схема восстановления налога из бюджета путем заключения договорных обязательств с организациями - плательщиками НДС, при том, что договорные обязательства не исполнялись, указанные доводы судом не принимаются.

Из совокупности обстоятельств, установленных налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля, следует, что заявитель допустил умышленное противоправное занижение налоговых обязательств по налогу на добавленную стоимость за спорный период.

Представленные налоговым органом доказательства, в том числе показания свидетелей, являются относимыми и допустимыми, а оценка их достаточности, достоверности и непротиворечивости относится к полномочиям суда, рассматривающего дело.

При этом, названные показания относительно фактических обстоятельств осуществления налогоплательщиком деятельности в спорный период добровольно представлены налоговому органу, изложенная в них информация не противоречит полученным  налоговым органом в ходе проверки иным сведениям, а потому спорные доказательства могут быть учтены судом при рассмотрении настоящего спора.

Само по себе несогласие заявителя с установленными налоговым органом и подтвержденными материалами дела обстоятельствами не свидетельствует о недоказанности таких обстоятельств.

Исходя из представленных в дело документов, налоговым органом доказаны факты получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, что предопределило корректировку налоговых обязательств Общества по НДС и налогу на прибыль за спорный налоговый период, начисление пени в порядке статьи 75 НК РФ за неуплату в установленный срок НДС (пункт 2 статьи 57, пункт 1 статьи 72, статья 75 НК РФ).

Наличие события и состава налогового правонарушения (пункт 5 статьи 23, статьи 106, 108, 110 НК РФ) в связи неуплатой НДС при установленной умышленной форме вины Общества предопределили привлечение заявителя к налоговой ответственности по пункту 2 статьи 122 НК РФ.

Исходя из правовой позиции, отраженной в постановлении Президиума ВАС РФ от 29.07.2003 № 2916/03 умышленная форма вины может быть установлена не только приговором суда в отношении должностных лиц налогоплательщика, умысел налогоплательщика может быть установлен с помощью различных доказательств, представленных налоговым органом.

Из совокупности обстоятельств, установленных налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля, следует, что заявитель целенаправленно, систематически и с использованием сформированного документооборота использовал взаимозависимые общества в целях получения необоснованной налоговой выгоды и  уменьшения налоговых обязательств по НДС. В связи с чем,  Инспекция правомерно квалифицировала совершенные заявителем правонарушения по пункту 2 статьи 122 НК РФ, что отмечено выше.

Вопреки доводам жалобы заявителя, налоговым органом с учетом форм, временных интервалов расчетов, выведения и расходования денежных средств, свидетельских показаний и документов, доказаны факты использования фиктивных договорных конструкций для целей наращивания вычетов и расходов в целях налогообложения и получения необоснованной налоговой выгоды. 

Отражение сделок в бухгалтерском учете заявителя-налогоплательщика не может свидетельствовать об их реальности, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету хозяйственных операций.

В то же время суд апелляционной инстанции считает заслуживающими внимания доводы налогоплательщика, касающиеся необходимости определения реальных налоговых обязательств исходя из доказанности факта реальности сделок по реализации продукции.

Реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим наличием приобретенных товаров, работ, услуг, но и реальностью исполнения договора именно данными контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом. 

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 54.1 Налогового кодекса одним из условий получения налоговой выгоды является исполнение обязательства по соответствующей сделке надлежащим субъектом - лицом, заключившим договор с налогоплательщиком, либо лицом, на которое обязанность исполнения обязательства переведена (возложена) в силу договора или закона.

Как указано выше, суд первой инстанции правомерно посчитал обоснованными выводы налогового органа о наличии у налогоплательщика возможности производства продукции своими силами, при этом данные о том, какой объем может быть произведен суд первой инстанции не исследовал, ограничившись указанием на то, что представленное ООО «ШПЗ Балтымский»  заключение специалиста от 15.02.2023 №2-02/2023 в отношении данного вопроса не содержит сведений об обстоятельствах, имеющих значение для дела, в связи с чем не может быть принято  судом в качестве относимого доказательства. 

В то же время при оценке соответствующих доводов апелляционной жалобы, по мнению апелляционного суда, необходимо учитывать следующее.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 3 Постановления N 53 изложил в полной мере соответствующую статье 3 НК РФ правовую позицию, согласно которой определение размера налоговых обязательств при наличии сомнений в обоснованности налоговой выгоды должно производиться с учетом реального характера сделки и ее действительного экономического смысла.

Данные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая НК РФ дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика в зависимости от: наличия искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (часть 1); основной цели совершения сделки (операции) (подпункт 1 части 2); исполнения обязательства по сделке надлежащим лицом (подпункт 2 части 2).

Таким образом, по общему правилу не допускается извлечение налоговой выгоды из потерь казны налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием организаций, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени (технические компании), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

Ранее судом отмечено, что налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Выявление искажений сведений о фактах хозяйственной жизни предполагает доначисление суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, таким образом, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом; противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения не должно приводить к определению налоговой обязанности в относительно более высоком размере - превышающем потери казны от неуплаты налогов, возникшие на той или иной стадии обращения товаров (работ, услуг), приобретенных налогоплательщиком. Иное означало бы применение санкции, что выходит за пределы мер, необходимых для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005).

Применительно к операциям налогоплательщика, совершенным с использованием "технических" компаний это означает, что возможность применения "налоговой реконструкции", в том числе в условиях действия статьи 54.1 НК РФ, определяется не формальными, а материальными условиями - установлением по результатам налоговой проверки, в том числе при содействии самого налогоплательщика, лица, которое фактически производило исполнение по сделке, таким образом, чтобы вывести реально совершенные хозяйственные операции из "теневого" (необлагаемого налогами) оборота и осуществить их полное налогообложение (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 N 309-ЭС20-23981).

Если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием "технических" компаний преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как "техническую" компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности не отвечает предназначению данного института, по сути, уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций (пункт 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

В письме ФНС России от 10.03.2021 N БВ-4-7/3060@ "О практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации" указано на возможность налоговой реконструкции при определенных условиях, зависящих от поведения налогоплательщика.

Пункт 10 письма ФНС России от 10.03.2021 разъясняет, что в целях реализации возможности налоговой реконструкции, бремя доказывания размера документально не подтвержденных операций с лицом, осуществившим фактическое исполнение по сделке, лежит на налогоплательщике. Налогоплательщиком в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23, пункта 1 статьи 54 Кодекса должны быть представлены сведения и документы, позволяющие установить указанное лицо и параметры спорной операции.

Вместе с тем, при нераскрытии налогоплательщиком сведений и непредставлении подтверждающих их документов о действительном поставщике (подрядчике, исполнителе) и параметрах совершенных операций, как разъяснено в пункте 11 письма ФНС России от 10.03.2021, налогоплательщику не предоставляется ни право на налоговый вычет сумм налога на добавленную стоимость, ни право на учет расходов по спорным операциям в полном объеме.

Принимая во внимание изложенное, противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения не должно приводить к определению налоговой обязанности в относительно более высоком размере - превышающем потери казны от неуплаты налогов, возникшие на той или иной стадии обращения товаров (работ, услуг), приобретенных налогоплательщиком. Иное означало бы применение санкции, что выходит за пределы мер, необходимых для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения.

Изложенное согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определении от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 по делу N А40-131167/2020.

В настоящем случае налоговый орган в соответствии с представленным апелляционному суду расчетом признает, что возможность производства всего спорного объема реализованных шпал (с учетом исключения объема, приобретенного у реальных поставщиков) у налогоплательщика отсутствует.

Данное обстоятельство было установлено налоговым органом в ходе проведения проверки. В рамках судебного разбирательства инспекция лишь представила уточненный расчет.

При этом налоговый орган безосновательно не определил объективный размер налоговых обязательств заявителя как налогоплательщика по налогу на прибыль с учетом реального характера сделки и ее действительного экономического смысла.

Указанные обстоятельства судом первой инстанции не исследованы и не учтены, правовые позиции, изложенные судом высшей инстанции относительно "налоговой реконструкции", не применены.

Таким образом отказ налогового органа в полном объеме спорных затрат при исчислении налога на прибыль организаций в ситуации, когда реальность реализации части объема продукции установлена в ходе выездной налоговой проверки, а также налогоплательщиком были представлены доказательства несения соответствующих расходов, неизбежно влечет искажение реального размера налоговых обязательств по налогу на прибыль организаций, поскольку обязательным условием признания понесенных организацией расходов при исчислении налога на прибыль организаций является лишь действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика (статьи 247, 252 НК РФ).

В то же время в отношении расчета объемов приобретенной и реализованной продукции (шпал) материалами дела подтверждается следующее.

В решении о привлечении к налоговой ответственности № 13-03/2075 от 31.05.2022г. налоговым органом на основании имеющихся первичных документов был отражен следующий объем приобретенной и реализованной продукции (Шпал):

- 108 825 шт. - количество приобретенных шпал (с учетом шпал, приобретенных у спорных контрагентов);

- 114 612 шт. - количество реализованных шпал;

Разница на дату вынесения решения составляла - 5 787 шт. шпал. Как указывает налоговый орган, по мнению налогоплательщика, им мог быть произведен лишь указанный объем.

При этом в обжалуемом решении налогового органа количество приобретенного сырья, из которого могли быть изготовлены шпалы, было определено в размере 8 006,412 м3. Данный показатель определялся как по первичным документам, так и по карточке счета 10 расчетным путем, так как данный счет велся заявителем только с использованием суммовых показателей (в случае отсутствия первичных документов).

В дальнейшем с целью произведения расчетов количество приобретенного сырья было уменьшено на количество реализованного бруса. В перерасчете на количество израсходованного сырья этот объем  составил - 1 489,323 м3.

Таким образом, количество сырья, из которого ООО «ШПЗ Балтымский» мог произвести шпалу составило 6 517,089 м3 (8 006,412- 1 489,323).

Соответствующие данные указаны налоговым органом апелляционному суду в дополнительном расчете.

При этом расчет количества произведенных шпал производится налоговым органом следующим образом:

6 517,089/2 (количество выхода готовой продукции определено как 50%) = 3 258.545 м3 шпал.

1 шпала = 0,0943894886083412 м3 (показатель для перерасчета в 1 шт.)

Соответственно, налоговый орган посчитал, что налогоплательщиком могло быть произведено 34 522 шт. шпал.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции (20.02.2023г.) заявителем были предоставлены в бумажном виде документы, в том числе УПД и счет-фактуры по приобретению и реализации продукции.

Налоговый орган, ознакомившись с представленным документами, произвел перерасчет показателей по приобретенной и реализованной продукции, а также по количеству приобретенного сырья.

В письменных пояснениях от 17.03.2023г. № 03-10/02540 налоговый орган указал следующий расчет:

Общее количество приобретенного сырья составило 6 317.883 м3.

- количество приобретенных Заявителем шпал составило 112 657 шт.;

- количество реализованных шпал составило - 116 799 шт.

Итого количество произведенных шпал равно 5 712 шт. (116 799 шт. - 112 657 шт.).

Из количества приобретенного сырья также было исключено сырье, используемое ООО «ШПЗ Балтымский» на производство бруса в количестве 1 737,788 м3.

Таким образом, количество сырья из которого изготавливалась шпальная продукция, составило 4 580,095 м3. (6 317,883 - 1 737,788)

1         шпала = 0,0943894886083412 м3 (показатель для перерасчета в 1 шт.)

Во исполнение определения апелляционного суда от 15.08.2023г. в адрес ООО «ШПЗ Балтымский» направлен расчет количества реализованного бруса, произведенный налоговым органом (с учетом уточнения, сделанным Заявителем) в котором количество реализованного бруса определено в количестве 952,9515м3.

Вместе с тем, в заключении специалиста, на которое ссылается заявитель, количество реализованного сырья составило 965,602мЗ.

Расхождение, как указывает налоговый орган, в данном случаи возникло из-за перерасчета единицы измерения «комплект» в м3. Налоговым органом был использован единый средний показатель - 10 м3. Заявитель же определил его в перерасчете от 8,92м3 до 12,75м3.

Учитывая данные обстоятельства, налоговый орган посчитал количество реализованного бруса с учетом тех перерасчетов, которые приведены по данным Заявителя и сумма реализованного бруса составила 958,7171 м3.

Учитывая данные обстоятельства и незначительную разницу сумм налоговый орган посчитал возможным принять данные, рассчитанные заявителем и определить количество реализованного бруса в размере 958,7171 м3.

В то же время из данного показателя налоговый орган посчитал необходимым исключить количество уже приобретённого готового пропитанного бруса в количестве 234.62м3 (ИП ФИО23 и ИП ФИО14), так как фактически Заявитель его не изготавливал, а соответственно сырье на изготовление не расходовал.

Таким образом, количество реализованного бруса составляет при перерасчете 730,982 м3. (958,7171 - 234.62), что соответствует 1448,194 м3 использованного сырья (724,0971мЗ*2) при минимальном показателе в 50 % выхода готовой продукции.

Соответственно, по уточенному расчету на производство шпал остается 4 869  ,689 м3 сырья (6 317,883-1 448,194).

Далее для расчета определен выход готовой продукции из полученного сырья в размере 50%, то есть в сумме 2 434,84м3 (исходя из минимального показателя).

1 шпала = 0,0943894886083412 м3 (показатель для перерасчета в 1 шт.)

Таким образом, в соответствии с представленным налоговым органом расчетом ООО «ШПЗ Балтымский» могла быть произведено 25 796 шт. шпал (2 434  ,84/0,0943894886083412).

При этом, как указано выше, налоговым органом по последним произведенным расчетам по документам, предоставленным заявителем в суд первой инстанции, количество приобретенных шпал определено в размере 112 657  шт. (в том числе 62 971  штук приобретены у спорных контрагентов и 49 681 шт. приобретены у иных контрагентов, претензий в отношении которых налоговый орган не предъявил).

Согласно расчетов, произведенных налоговым органом, количество реализованных шпал составляет 116 799 шт.

Таким образом, в отношении шпал в количестве 41 322 шт. (116 799 - 49 681   - 25 796) возможность производства не определена.

Вместе с тем указанный объем продукции был реализован налогоплательщиком, что налоговым органом не оспаривается.

Соответственно, несение расходов на приобретение данной продукции, установленное налоговым органом в ходе проверки, подлежало учету при определении реальных налоговых обязательств по налогу на прибыль.

Доводы налогового органа о том, что налоговым органом установлены дополнительные источники получения сырья заявителем - взаимозависимая организация ООО «Торговый дом «БШПЗ», видом деятельности которого является деятельность агентов по оптовой торговле лесоматериалами и строительными материалами (при этом распиловку пиломатериалов ООО «ТД «БШПЗ» не осуществляло, однако в 2016г. приобрело бревна сосновые для распиловки и строгания на сумму 3 470 тыс. руб., которые в дальнейшем, согласно выписки банка не реализовывало), суд апелляционной инстанции отклоняет, как недоказанные.

Для расчета реальных налоговых обязательств суд апелляционной инстанции считает возможным принять во внимание следующий представленный налоговым органом расчет.

Средняя цена по приобретению шпал определена налоговым органом в 700 руб. за ед. (так как сумма приобретенных шпал ООО «ШПЗ Балтымский» варьировалась в диапазоне от 483, 60 руб. за ед. продукции до 1 271,19 руб.)

Соответственно, сумма расходов в отношении 41 322 шт. шпал составила 28 925 400 руб. Таким образом, сумма налога на прибыль, доначисленная в отношении соответствующей суммы расходов,  составила 5 785 080 руб.

То обстоятельство, что в отношении контрагента ООО «Металлэкс» реально понесенные расходы у ООО «ШПЗ Балтымский» отсутствуют, так как оплата за поставленную продукцию не производилась на правильность вышеуказанного расчета не влияет, учитывая, что в отношении данного контрагента сумма расходов составила 847 457,63 руб., сумма налога на прибыль 169 492 руб. (при этом, как указано выше, суд принимает во внимание расходы в отношении 41 322 шт. шпал, в то время как у спорных контрагентов закуплено более 60 тыс. шпал).

Ссылки Инспекции на правовую позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 № 309-ЭС20-23981 по делу № А76-46624/2019 не опровергают выводы суда о необходимости в данном конкретном случае произвести действия по определению реальных налоговых обязательств налогоплательщика по налогу на прибыль.

Обоснованность непринятия вышеуказанной суммы расходов налоговым органом не подтверждена.

Соответственно, основания для доначисления налога на прибыль в сумме 5 785 080 руб. материалами дела не подтверждаются. Законность обжалуемого решения в соответствующей части налоговым органом не доказана.

В связи с изложенным, требования заявителя в соответствующей части подлежали удовлетворению, решение налогового органа в части доначисления налога на прибыль, соответствующих сумм пени и штрафа следовало признать недействительным, как несоответствующее налоговому законодательству. 

Иного из материалов дела не следует, апелляционному суду не доказано.

Доводы налогоплательщика, опровергающие вышеприведенный расчет, в том числе с учетом производственных мощностей используемого им оборудования, необходимости использования сырья при производстве пропитанных шпал, оценены апелляционным судом и подлежат отклонению, как недоказанные.

Предлагаемый налогоплательщиком в представленных после отложения судебного заседания письменных объяснениях, расчет объема сырья, из которого могла производиться готовая продукция, а также расчет объема произведенной продукции апелляционный суд оценивает критически, поскольку , как указано выше, данные о производительности надлежащими доказательствами не подтверждены. При этом в представленном в материалы дела налогоплательщиком заключении специалиста указаны данные о производительности, которые превышают данные, на которые ссылается налоговый орган. Более того, исходя из предлагаемого налогоплательщиком расчета, сумма доначисленного налога превышает реально произведенные инспекцией доначисления.

В отношении доводов о расходе сырья на изготовление досок и подогрев масла для пропитки шпал, апелляционный суд отмечает, что данные доводы правильность предлагаемого инспекцией расчета также не опровергают.

Апелляционный суд учитывает, что соответствующий расчет произведен налоговым органом на основании полного анализа предоставленной налогоплательщиком информации, в том числе с учетом наличия значительных пробелов в ведении учета заявителем.

Что, тем не менее, не освобождает инспекцию определить реальные налоговые обязательства заявителя.

Все аргументы, приводимые налогоплательщиком, апелляционный суд исследовал и отклоняет, поскольку они вышеприведенный расчет реальных налоговых обязательств не опровергают.

В отношении "налоговой реконструкции" по НДС доводы жалобы удовлетворению не подлежат с учетом того, что спорные контрагенты признаны судами "номинальными" (установленные в ходе ВНП обстоятельства заявителем жалобы не опровергнуты), при этом не доказано, что реальные поставщики спорного объема продукции являются плательщиками НДС.

Доводы апеллянта относительно наличия существенных процессуальных нарушений при проведении проверки и оформлении ее результатов получили надлежащую оценку суда первой инстанции, с которой суд апелляционной инстанции считает возможным согласиться.

Так, суд первой инстанции правомерно учел следующее.

Общество указывает на нарушения в ходе проведения налоговой проверки, в том числе на подписания дополнения к акту проверки неуполномоченным лицом.

В то же время требования к составлению акта налоговой проверки утверждены Приказом  ФНС России от 07.11.2018 N ММВ-7-2/628@.

В соответствии со статьей 100 НК РФ акт налоговой проверки составляется уполномоченными должностными лицами налоговых органов и подписывается лицами, проводившими соответствующую проверку, и лицом, в отношении которого проводилась эта проверка (его представителем).

Решение по результатам рассмотрения материалов налоговой проверки выносится руководителем (заместителем руководителя) налогового органа, проводившего налоговую проверку.

Согласно пункту 2 статьи 89 НК РФ состав проверяющих определяется решением налогового органа. 

Таким образом, действующее законодательство не содержит запрета на проведение мероприятий налогового контроля и вынесение решения по их результатам разными должностными лицами налогового органа.

Судом первой инстанции установлено, что по результатам проверки составлен акт налоговой проверки от 09.12.2020 № 15-08/15, вручен налогоплательщику 18.11.2021, дополнение к акту налоговой проверки от 14.04.2022 № 13-03/15/1 вручено 21.04.2022, решение от 31.05.2022 № 13-03/2075 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения вручено налогоплательщику 07.06.2022.

При этом материалами дела подтверждено, что налогоплательщику на всех стадиях рассмотрения материалов проверки было предоставлено право на представление возражений и пояснений по делу, налоговым органом реализовано право Общества на ознакомление с материалами проверки, а также обеспечено участие в процессе рассмотрения материалов проверки, в связи с чем, существенных нарушений процедуры рассмотрения материалов проверки и вынесения решения не допущено.

Кроме того, по мнению заявителя, действия (бездействие) налогового органа по затягиванию сроков проведения выездной налоговой без фактических на то оснований привело к начислению сумм пени в значительном объеме.

Данные доводы также правомерно отклонены судом первой инстанции на основании следующего.

Как указал Конституционный суд в Определении от 20.04.2017 № 790-О нарушение налоговым органом сроков рассмотрения материалов налоговой проверки не препятствует ему в принятии того или иного итогового решения и не может само по себе предрешать его законность, что не позволяет признать такое процессуальное нарушение в качестве безусловного основания для отмены итогового решения налогового органа по смыслу пункта 14 статьи 101 Кодекса. Данная позиция также нашла отражение в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.08.2019 № 309-ЭС19-13355 по делу № А50-24146/2018.

Положения НК РФ не предусматривают возможность уменьшения размера начисленных налогоплательщику пеней, которые являются компенсацией потерь государственной казны в результате недополучения налоговых сумм в установленный срок по иным, не установленным Кодексом основаниям.

Пени являются правовосстановительной мерой государственного принуждения, носящей компенсационный характер за несвоевременную уплату налога в бюджет и взыскиваются с лица, на которое возложена такая обязанность. Начисление пеней определяется неисполнением налогоплательщиком предусмотренной законодательством о налогах и сборах обязанности по уплате причитающихся сумм налогов в установленные данным законодательством сроки, а не решением, вынесенным по результатам налоговой проверки (постановление Президиума ВАС РФ от 16.04.2013 № 15638/12).

Основания для снижения размера налоговой санкции конкретного размера оставшейся санкции и отсутствия доказательств ее явной чрезмерности, налогоплательщиком не заявлено и не приведено, судом не усмотрено, поскольку это может нивелировать значение института налоговой ответственности, направленного, в том числе на предупреждения новых нарушений законодательства о налогах и сборах (общая и частная превенции).

Все иные доводы и аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Верховный суд Российской Федерации в определении от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113 указал, что неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки. Все иные доводы и аргументы апелляционной жалобы также проверены судом апелляционной инстанции и признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Также суд апелляционной инстанции по результатам проверки правомерности оспариваемого решения инспекции также пришел к выводу о незаконном начислении Обществу пени после 31.03.2022.

В соответствии с пунктом 1 статьи 75 НК РФ пеней признается установленная настоящей статьей денежная сумма, которую налогоплательщик должен уплатить в бюджетную систему Российской Федерации в случае неисполнения обязанности по уплате причитающихся сумм налогов в установленные законодательством о налогах и сборах сроки.

Пеня начисляется за каждый календарный день просрочки исполнения обязанности по уплате налогов начиная со дня возникновения недоимки по день (включительно) исполнения совокупной обязанности по уплате налогов (пункт 3 статьи 75 НК РФ).

Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротства по заявлениям, подаваемым кредиторами" с 01.04.2022 по 01.10.2022 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении всех юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, за исключением лиц, указанных в п. 2 данного Постановления.

Соответственно, Постановлением установлена презумпция того, что все лица, подпадающие под действие моратория, освобождаются от уплаты пеней и штрафов за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате налогов, независимо от того, обладают ли они признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.

Как разъяснено в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда от 24.12.2020 N 44, в период действия моратория пени за просрочку уплаты налога или сбора (ст. 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (п.п. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория.

Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты пени (п.п. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

В письме ФНС России от 08.04.2022 N КЧ-4-18/4265@ "О реализации моратория на возбуждение дел о банкротстве" под мораторий в виде неначисления пени попадает сумма непогашенной задолженности по основному долгу, день окончания налогового (отчетного) периода которой возник до 01.04.2022 (пункт 6 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016).

Указанное означает, что в период действия моратория пени за просрочку уплаты налога или сбора, предусмотренные ст. 75 Налогового кодекса Российской Федерации, а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория.

Состав и размер обязательных платежей, администрируемых ФНС России, подпадающих под мораторий, определяются на дату введения моратория, т.е. на 01.04.2022.

Под мораторий в виде неначисления пени попадает сумма непогашенной задолженности по основному долгу, день окончания налогового (отчетного) периода которой возник до 01.04.2022.

Согласно пункту 6 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, при разрешении вопроса о квалификации задолженности по обязательным платежам в качестве текущей либо реестровой следует исходить из момента окончания налогового (отчетного) периода, по результатам которого образовался долг.

В соответствии с п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2021)" (утв. Президиумом ВС РФ 10.11.2021) мораторием предусмотрен запрет на применение финансовых санкций за неисполнение пострадавшими компаниями денежных обязательств по требованиям, возникшим до введения моратория (п.п. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве).

При этом запрет не ставился в зависимость ни от причин просрочки исполнения обязательств, ни от доказанности факта нахождения ответчика в предбанкротном состоянии. Указание основного вида деятельности в регистрационных документах юридического лица предполагает, что именно этой деятельностью оно и занимается.

Освобождение от финансовых санкций в период действия моратория применяется в силу закона и не носит заявительный характер, установленные действующим законодательством правила о моратории имеют императивный характер и применяются в равной степени ко всем участникам гражданско-правовых отношений, за исключением лиц, прямо указанных в п. 2 Постановления N 497 (застройщики многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, включенных в единый реестр проблемных объектов), независимо от того, обладают они признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет. Указанный подход о неначислении пеней полностью подтверждается судебной практикой.

Поскольку оспариваемые налоги доначислены обществу в результате выездной налоговой проверки за период, предшествующий 2022 году, они не являются текущими платежами.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции приходит к выводу о неправомерном начислении налоговым органом пени с 01.04.2022 в спорном решении. Однако, в указанной части решение инспекции прав налогоплательщика не нарушает, учитывая, что соответствующая ошибка была самостоятельно исправлена налоговым органом путем внесения соответствующих изменений в оспариваемое решение, что налогоплательщиком не оспаривается.

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ для отмены (изменения) судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции подлежит отмене в части отказа в удовлетворении требований о признании недействительным оспариваемого решения в части доначисления налога на прибыль в вышеуказанной сумме и соответствующей суммы пени и штрафа. На налоговый орган возлагается обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Расходы по уплате государственной пошлины по жалобе и заявлению суд относит на налоговый орган в порядке статьи 110 АПК РФ.

Также апелляционный суд разъясняет, что внесенные на депозит суда денежные средства за оплату экспертизу подлежат возврату заявителю по его заявлению с указанием реквизитов для возврата денежных средств, по которому будет вынесено отдельное определение.

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271 АПК РФ, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 12 апреля 2023 года по делу № А60-53952/2022 отменить в части, изложив п. 1 его резолютивной части в следующей редакции:

«Заявленные обществом с ограниченной ответственностью "Шпалопропиточный завод Балтымский" требования частично удовлетворить.

Признать недействительным как несоответствующее налоговому законодательству вынесенное Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы России № 32 по Свердловской области решение о привлечении к ответственности за совершение правонарушения №13-03/2075 от 31.05.2022 в части доначисления налога на прибыль в сумме 5 785 080 руб., соответствующих сумм пени и штрафов.

Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы России № 32 по Свердловской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью "Шпалопропиточный завод Балтымский".

В удовлетворении остальной части требований отказать.».

В остальной части решение Арбитражного суда Свердловской области от 12 апреля 2023 года по делу № А60-53952/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 32 по Свердловской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Шпалопропиточный завод Балтымский" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) расходы по уплате государственной пошлины по заявлению в сумме 3 000 (Три тысячи) рублей, по апелляционной жалобе в сумме 1 500 (Одна тысяча пятьсот) рублей.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью "Шпалопропиточный завод Балтымский" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета излишне уплаченную по чеку-ордеру от 19.06.2023 (операция 4992) государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 1 500 (Одна тысяча пятьсот) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.С. Герасименко 

 

Судьи

 

Е.В. Васильева 

 

Е.М. Трефилова