Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, https://fasvso.arbitr.ru

тел./факс 

<

***>, 210-172

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-4633/2025

Дело № А19-13673/2024

16 февраля 2026 года

город Иркутск

Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Левошко А.Н.,

судей: Рудых А.И., Шелёминой М.М.,

при участии в судебном заседании представителей: Общества с ограниченной ответственностью «ДеКом» - ФИО1 (доверенность № 10/2026 от 12.01.2026, паспорт, диплом); Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Иркутской области – ФИО2 (доверенность № 08-19/013245 от 16.07.2025, паспорт, диплом), ФИО3, являющегося также представителем Управления Федеральной налоговой службы по Иркутской области (доверенности № 08-21/015063

от 16.09.2025, № 08-19/005129 от 19.03.2025, паспорт, диплом),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «ДеКом» на решение Арбитражного суда Иркутской области

от 29 апреля 2025 года по делу № А19-13673/2024 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 02 октября 2025 года по тому же делу,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ДеКом» (ОГРН 

<

***>,

ИНН 

<

***>, далее – общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Иркутской области (далее – инспекция, налоговый орган) о признании незаконным решения № 1027 от 28.02.2024 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Иркутской области (далее – управление).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 29 апреля 2025 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 02 октября 2025 года, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с решением и постановлением судов, общество обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просило данные судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение.

Заявитель жалобы оспаривает выводы судов первой и апелляционной инстанции об отсутствии оснований для признания полученной в ходе хозяйственных отношений с Обществом с ограниченной ответственностью «СпецТехКомплект» (далее – ООО «СТК»), у которого общество приобрело заточной станок Weinig Rondomat 970, строгальную голову Weinig, измерительную систему Weinigopticontrol и строгальную линию на базе станка Weinig Powermat 2000 (далее - оборудование), налоговой выгоды необоснованной, поскольку реальность поставки оборудования данным контрагентом и, соответственно, несение в связи с этим фактических расходов налоговым органом не опровергнуты; приобретенное оборудование использовано в хозяйственной деятельности налогоплательщика; выводы инспекции о формальности соответствующего документооборота противоречат фактическим обстоятельствам дела; налогоплательщик проявил должную степень осмотрительности при выборе контрагента, удостоверившись в его государственной регистрации, наличии у него на праве собственности спорного оборудования, с учетом неоднократности совершения с данным контрагентом сделок по приобретению у него запчастей для деревообрабатывающего оборудования; заключенный между обществом и ООО «СТК» договор купли-продажи № 08/07/21 от 29.07.2021

(далее – договор от 29.07.2021) по своей природе является рамочным, а конкретные условия приобретения оборудования определялись сторонами посредством подписания спецификаций к данному договору № 3 и № 4 от 04.04.2022 и приложения № 1 к договору, содержащего схему расстановки и описание оборудования; ООО «СТК» являлось действующим и реальным поставщиком общества, о наличии спорного оборудования стало известно из поступившего от данного контрагента коммерческого предложения; 30.03.2022 в г. Вологда был произведен осмотр оборудования с участием работников общества, генерального директора ООО «СТК» и ИП ФИО4; после проверки легальности происхождения оборудования и наличия у ООО «СТК» права распоряжения им, обществом были подписаны указанные спецификации и перечислен аванс, а само оборудование было погружено силами и за счет продавца в транспортные средства привлеченной транспортной организации на складе в г. Вологда; протокол осмотра нотариусом доказательств от 19.04.2024 с достоверностью подтверждает наличие у общества первичных документов относительно происхождения приобретаемого у

ООО «СТК» оборудования (ранее его собственником являлся ИП ФИО4, а не иные поставщики, указанные в акте налоговой проверки); работоспособность оборудования подтверждена в ходе его монтажа и испытания налогоплательщиком на своем производстве, кроме того представитель налогового органа присутствовал при осмотре оборудования 26.12.2023; вывод налогового органа об организации обществом схемы умышленного получения необоснованной налоговой выгоды вследствие использования ООО «СТК» в качестве «технической компании» является результатом искажения фактических обстоятельств исполнения сделки с данным контрагентом; в нарушение требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судом дана оценка представленным участвующими в деле лицами исключительно в интерпретации, изложенной в оспариваемом решении; судами не учтен тот факт, что в распоряжении инспекции находилось два пакета взаимоисключающих документов, представленных обществом и его контрагентом, при этом налоговый орган контрольные мероприятия в отношении ООО «СТК» не проводил, однако решение необоснованно базируется на доказательствах, предоставленных последним; в материалах налоговой проверки отсутствуют факты имитации обществом хозяйственных связей или доказательства согласованности действий, аффилированности сторон сделки, деловая цель налогоплательщика налоговым органом не опровергнута, но не учтена при квалификации его действий; не установлены факты взаимозависимости общества с ООО «СТК», контрагентами второго и последующих звеньев, признаки вывода денежных средств ООО «СТК» или связанных с ним лиц по фиктивным документам из легального оборота в пользу налогоплательщика, наличия у общества информации об уклонении от уплаты налога на добавленную стоимость (далее – НДС) иными лицами; при этом ООО «СТК» отразил в отчетности выручку от реализации оборудования и уплатил НДС с данной хозяйственной операции в бюджет; утверждая о наличии у общества информации о том, что поставщиком оборудования являлся ИП ФИО4, применяющий специальный режим налогообложения (УСН) по цене ниже предложенной ООО «СТК», налоговый орган не представил суду надлежащих доказательств с подтверждение изложенных выводов, не пояснил, каким образом или на основании чего общество должно было располагать указанными сведениями; обществом соблюдены все предусмотренные статьями 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) условия для принятия к вычету сумм НДС, предъявленных контрагентом ООО «СТК»; доначисление НДС обусловлено безосновательным переложением налоговых обязательств иных лиц на налогоплательщика; доводы заявителя жалобы подтверждаются сложившейся судебной практикой.

В представленных отзывах инспекция и управление указали на несостоятельность доводов кассационной жалобы и на законность оспариваемых судебных актов, полагали кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению.

В судебном заседании представители общества, инспекции и управления поддержали правовые позиции, изложенные в кассационной жалобе и отзывах на нее соответственно.

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, а также с учетом доводов, содержащихся в кассационной жалобе и отзывах на нее, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество в соответствии со статьей 143 НК РФ является плательщиком НДС.

Инспекцией в отношении общества проведена камеральная налоговая проверка представленной уточненной (корректировка 1) декларации по НДС за 2 квартал 2022 года с составлением акта № 12083 от 10.11.2022.

По результатам рассмотрения материалов проверки 28.02.2024 инспекцией вынесены решение № 1027 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, решение № 4 об отказе в возмещении частично суммы НДС, заявленной к возмещению, и решение № 2 об отмене решения № 16 от 28.07.2022 о возмещении суммы НДС, заявленной к возмещению, в заявительном порядке.

Решением управления № 26-13/010006@ от 13.05.2024 решение инспекции

№ 1027 от 28.02.2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба общества – без удовлетворения.

Не согласившись с решением инспекции № 1027 от 28.02.2024, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением об его оспаривании.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия у общества правовых оснований для возмещения НДС из бюджета по заявленной им сделке приобретения оборудования у ООО «СТК», в связи с чем пришли к выводам о законности оспариваемого решения и отсутствии нарушения им прав и законных интересов общества.

В силу положений главы 24 АПК РФ требование об оспаривании принятых органом власти решений может быть удовлетворено при доказанности наличия совокупности следующих условий: несоответствие данных решений закону или иному нормативному правовому акту и нарушение ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 4 статьи 200

АПК РФ). Установив отсутствие совокупности указанных условий, арбитражный суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования (часть 3

статьи 201 АПК РФ).

В силу требований статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика (пункт 1); при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону (пункт 2).

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации

от 12 октября 2006 года № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53) предусмотрено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды (получения налогового вычета, уменьшения налоговой базы) является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в таких документах, неполны, недостоверны или противоречивы (пункт 1); налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера) (пункт 3); налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 4); если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции (пункт 7); установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности; судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели; поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (пункт 9); признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением (пункт 11).

Согласно статье 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты (пункт 1); вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с Главой 21 НК РФ (пункт 2). Порядок применения налоговых вычетов при исчислении НДС регламентирован статьей 172 НК РФ.

При этом в силу части 1 статьи 9, части 1 статьи 13 Федерального закона

от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами.

Таким образом, обязанность по доказыванию правомерности заявленного к вычету НДС возложена на налогоплательщика. При этом сведения первичных документов, составляемых при совершении хозяйственных операций и представляемых налогоплательщиком в налоговый орган, должны отвечать установленным законодательством требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает реализацию права на заявление вычетов для целей налогообложения.

Исследовав и оценив представленные участвующими в деле лицами в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, руководствуясь изложенными нормами материального права и правовыми позициями высшей судебной инстанции, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно установили следующие обстоятельства.

В рамках заключенного с ООО «СТК» (поставщик) договора от 29.07.2021 в адрес общества поставлены деревообрабатывающий инструмент и запчасти к деревообрабатывающему оборудованию (нож для защитной фрезы, пластина направляющая левая, правая, болты, держатель направляющего рельса левый, правый) в количестве, ассортименте и номенклатуре, указанных в спецификациях. Вместе с тем, при проверке заявленной обществом хозяйственной операции по приобретению в рамках данного договора в рассматриваемый период иного оборудования (заточной станок Weinig Rondomat 970, строгальная голова Weinig, измерительная система Weinigopticontrol и строгальная линия на базе станка Weinig Powermat 2000) установлены согласованность действий, формальность и пороки документооборота при отсутствии реальности осуществления данной операции по следующим основаниям.

Согласно доводов налогоплательщика, основанием для заключения сделки по поставке указанного оборудования послужили обстоятельства поступления в адрес исполнительного директора общества ФИО5 от генерального директора

ООО «СТК» ФИО6 коммерческого предложения о продаже автоматической линии строгания на базе 4-х сторонника станка Weinig Powermat 2000, согласно которому она находится в РФ на складе, стоимость составляет 550 000 евро, возможен монтаж оборудования под ключ (оговаривается отдельно), при этом ООО «СТК» не располагает квалифицированными сотрудниками для монтажа линии. После получения коммерческого предложения в присутствии исполнительного директора общества ФИО5, генерального директора ООО «СТК» ФИО6, двух бывших работников общества и ИП ФИО4 30.03.2022 произведен осмотр оборудования – строгальной линии, находящейся в демонтированном виде (крупноузловая разборка) в здании склада (г. Вологда). Приобретение оборудования оформлено путем подписания обществом направленных ООО «СТК» спецификаций №№ 3, 4 от 04.04.2022 и приложения № 1 к договору от 29.07.2021, в которых указана стоимость товара, порядок оплаты за товар, срок поставки со склада, схема расстановки строгальной линии; техническая документация, в том числе в отношении иного поставленного оборудования (заточного станка Weinig Rondomat 970, измерительной системы Weinig Opticontrol, строгальной головы Weinig), подробно раскрывающая параметры линии и оборудования, их технические характеристики (вес, размеры, материалы, производителя) не представлена.

В рамках мероприятий налогового контроля установлено, что в подтверждение легальности происхождения оборудования ООО «СТК» обществу предоставлен договор

от 01.04.2022, заключенный с ИП ФИО4 как с собственником оборудования; на момент проведения осмотра, совершения сделки с обществом (отгрузки в адрес последнего) оно хранилось на территории (склад) ИП ФИО4 по договору ответственного хранения от 01.04.2022, заключенного с ООО «СТК», при этом оплата по данному договору как и отраженная в бухгалтерском учете последнего задолженность отсутствуют; акты приема-передачи оборудования на ответственное хранение

ИП ФИО4 представлены за период с 06.04.2022 по 14.04.2022, из анализа которых следует, что на хранение принята только часть оборудования, иное заявленное на отправку с указанного склада в адрес общества в товарно-транспортных накладных оборудование на хранение не передавалось; в период с 15.04.2022 по 19.04.2022 погрузка оборудования на складе осуществлялась силами и за счет ООО «СТК» в транспортные средства общества (представленными транспортной организацией по договору о транспортно-экспедиторском обслуживании), грузоотправителем согласно ТТН указано ООО «СТК», однако по счету ООО «СТК» в банке отсутствуют перечисления за выполненные работы по разгрузке, погрузке оборудования.

В результате анализа документов, представленных отдельно обществом и ООО «СТК» в подтверждение спорной сделки, установлено, что текст договора от 01.04.2022, заключенного между ИП ФИО4 и ООО «СТК» идентичен, при этом, спецификации № 1 от 01.04.2022 к договору, подписанные руководителем ООО «СТК» ФИО6 и ИП ФИО4, отличаются относительно наименования товара, цены, условий поставки, в представленной обществом спецификации № 2

от 04.04.2022 также указано и на поставку других товаров. В ходе проведения мероприятий налогового контроля в распоряжение налогового органа представлены два пакета документов относительно происхождения спорного оборудования: от общества, согласно которому оно приобретено ООО «СТК» у ИП ФИО4; от ООО «СТК», согласно которому оно приобретено по частям у ООО «Мтехстрой», ООО «Цитадель», ООО «Рубин», ООО «Технореал» и ИП ФИО4 (транспортная схема доставки товаров от данных организаций до ООО «СТК» также не подтверждена) и реализовано в адрес общества единым комплексом. Вместе с тем, в отношении данных контрагентов установлены признаки «технических» организаций (хозяйственная деятельность взаимосвязана и согласована между собой, основные средства, имущество и трудовые ресурсы отсутствуют, имеют минимальные показатели налоговой нагрузки;

ООО «Мтехстрой», ООО «Рубин» созданы за несколько дней до заключения сделки с ООО «СТК», установлена согласованность действий по обналичиванию денежных средств, поступивших от ООО «СТК», совпадение IP адресов и т.д.).

Кроме того установлено, что рассматриваемая сделка с обществом является нетипичной для ООО «СТК», поскольку последнее ни до, ни после данной сделки не занималось покупкой - продажей крупногабаритного оборудования, реальные и постоянные взаимоотношения установлены только с поставщиками некрупногабаритных товаров и одним постоянным покупателем данных товаров, при этом доставка товара в адрес покупателей осуществлялась всегда со склада ООО «СТК» в г. Санкт-Петербурге за счет покупателя. Именно в период заявления обществом в налоговых вычетов по сделке с

ООО «СТК» у последнего значительно вырос размер реализации в сопоставлении с предыдущими и последующими налоговыми периодами, сумма сделки с обществом во

2 квартале 2022 года в 3,6 раза превышает годовой доход ООО «СТК» в 2021 году, при этом 39% вычетов по НДС в рассматриваемый налоговый период заявлены ООО «СТК» по выставленным обществом счетам-фактурам (авансы), 59% - по взаимоотношениям с «техническими» организациями, в связи с чем реальная сумма к вычету составляет около 1%. В отношении данного контрагента в ЕГРЮЛ неоднократно вносилась информация о недостоверности сведений об адресе, руководителе, учредителе организации, какие-либо объекты в собственности отсутствовали, число работников – 1-2 человека, поступающие от общества денежные средства выводились из оборота с использованием банковских карт физических лиц, в том числе руководителей контрагентов ООО «СТК».

Таким образом, спорное оборудование на момент получения обществом коммерческого предложения и осмотра принадлежало ИП ФИО4, который в связи с применением УСН не являлся плательщиком НДС, находилось на хранении на принадлежащем ему складе, а сделка с ООО «СТК» по приобретению у него оборудования была оформлена только после проведенного осмотра и согласия общества на его приобретение, товар загружен и отправлен в адрес последнего с указанного склада; при этом ИП ФИО4 проверен обществом посредством Контур Фокус при наличии сведений и документов, подтверждающих нахождение оборудования в собственности ИП ФИО4; следовательно, сделка между ООО «СТК» и

ИП ФИО4 оформлена именно для общества, поскольку приобретение оборудования напрямую у индивидуального предпринимателя препятствовало бы дальнейшей реализации обществом права на предъявление к вычету НДС.

С учетом всей совокупности изложенных выше обстоятельств, а также противоречивости представленных сторонами заявленной сделки доказательств происхождения оборудования, перехода прав на него, техническом характере деятельности заявленных контрагентов, нетипичности для деятельности ООО «СТК» сделки по продаже крупногабаритного оборудования и фактической невозможности выполнения своих обязательств по спорной сделке, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильным выводам о том, что в соответствии с требованиями части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ налоговым органом исполнена обязанность по доказыванию нереальности заявленной обществом хозяйственной операции по поставке оборудования именно от ООО «СТК» при непроявлении обществом должной осмотрительности при выборе данного контрагента, создании формального документооборота и искусственной видимости проведения спорной сделки, а в совокупности - направленности действий налогоплательщика путем преднамеренного введения хозяйственной операции с данным контрагентом в единый производственный процесс с целью получения необоснованной налоговой выгоды путем предъявления к вычету НДС, связи с чем, руководствуясь изложенными положениями статьи 54.1 НК РФ, Постановления № 53, правомерно признали решение инспекции № 1027 от 28.02.2024 соответствующим закону, не нарушающим права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности и на основании части 3 статьи 201 АПК РФ не нашли оснований для удовлетворения заявленных требований.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа считает, что изложенные выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на надлежащей оценке всех доказательств, представленных участвующими в деле лицами в обоснование своих требований и возражений, установлении всех обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего спора, и правильности применения норм материального права, регулирующих рассматриваемые правоотношения, а также соблюдении норм процессуального права.

Доводы заявителя жалобы, в том числе о ненадлежащей оценке представленных доказательств, сводятся к несогласию с выводами судов по рассматриваемому спору, принятыми по результатам надлежащего исследования и оценки по правилам статьи 71 АПК РФ всей совокупности доказательств по делу, по существу направлены на их переоценку и установление фактических обстоятельств дела, отличных от установленных судами, что в силу требований статьи 286 АПК РФ и разъяснений, содержащихся в

пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», не входит в полномочия суда округа.

Ссылка заявителя жалобы на имеющуюся судебную практику отклоняется судом округа, как постановленную с участием иных лиц и при других установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельствах.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд

Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты на основании пункта 1 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежат оставлению без изменения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей,

в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения

в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»

в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 29 апреля 2025 года по делу

№ А19-13673/2024 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда

от 02 октября 2025 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном

статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

А.Н. Левошко

А.И. Рудых

М.М. Шелёмина