﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

04 июня 2021 года

Дело №

А56-106663/2018/сд.2

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Воробьевой Ю.В., Чернышевой А.А.,

при участии представителей Дьякова К.П. – Ивонина А.В. (доверенность от 09.12.2019 № 78 АБ 8152185), Дьяковой Л.В. – Лопато М.А. (доверенность от 18.02.2021 № 78 АВ 0002134),

рассмотрев 26.05.2021 в открытом судебном заседании кассационные жалобы Дьяковой Ларисы Викторовны, действующей в интересах несовершеннолетнего Дьякова Ярослава Кирилловича, и Дьякова Кирилла Петровича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.10.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2021 по делу                                   № А56-106663/2018/сд.2,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2018 в отношении Дьякова Кирилла Петровича (дата рождения 05.11.1968, место рождения Ленинград; адрес: Санкт-Петербург, г. Петергоф,  Эрлеровский б-р,  д.  4,  кв. 19;  ИНН 781910168409,                СНИЛС 134-283-903 54) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден Малышев Андрей Вячеславович.

Решением суда первой инстанции от 21.06.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Малышев Андрей Вячеславович.

В рамках процедуры банкротства 29.08.2019 финансовый управляющий Малышев А.В. обратился с заявлением к Дьяковой Ларисе Викторовне, являющейся законным представителем несовершеннолетнего Дьякова Ярослава Кирилловича, о признании недействительным соглашения об уплате алиментов на содержание ребенка от 02.11.2018, заключенного ею с     Дьяковым К.П.

В обоснование заявления финансовый управляющий ссылался на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 100 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением суда первой инстанции от 11.12.2019 к участию в обособленном споре привлечен Отдел опеки и попечительства администрации муниципального образования Ломоносовский муниципальный район Ленинградской области.

Определением суда первой инстанции от 09.10.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2021, заявление удовлетворено в полном объеме, в порядке применения последствий недействительности сделки с Дьяковой Л.В. в конкурсную массу должника взыскано 1 320 000 руб. 

Сделка признана не соответствующей требованиям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Дьякова Л.В. и Дьяков К.П. обратились с кассационными жалобами на указанные судебные акты, в которых просят их отменить, в удовлетворении заявления финансовому управляющему отказать, полагая ошибочными выводы судов об осведомленности Дьяковой Л.В. о недостаточности имущества должника на момент заключения оспариваемой сделки, так как брак между должником и Дьяковой Л.В. расторгнут с 2016 года, стороны совместно не проживают, общее хозяйство не ведут, полными и объективными сведениями о личной жизни друг друга не располагают; общение сторон осуществлялось исключительно по вопросам содержания общего ребенка; к рассмотрению дела о банкротстве Дьякова Л.В. не привлекалась, в связи с чем сведения о неплатежеспособности должника на момент заключения сделки у нее отсутствовали по объективным причинам. Не согласны податели жалоб и с выводом о наличии в сделке признаков злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ), так как заключение сделки обусловлено необходимостью несения дополнительных расходов на содержание несовершеннолетнего Дьякова Я.К., в том числе, связанных с его лечением и обучением, а не вывода и сокрытия должником денежных средств с целью причинения ущерба кредиторам. Согласно доводам жалоб действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности, а также не ставит в зависимость его заключение от указанных обстоятельств; напротив, в случае банкротства такого лица требование о взыскании алиментов обладает преференцией перед иными требованиями кредиторов (пункты 2, 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве). По утверждению подателей жалоб, выплачиваемые должником алименты являются для Дьяковой Л.В. и ее несовершеннолетнего сына единственным источником средств существования; доказательств явного превышения установленного соглашением размера алиментов уровню, достаточному для удовлетворения необходимых потребностей ребенка, финансовым управляющим не представлено.

Кроме того, податели жалоб ссылаются на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, выразившееся в несоблюдении процессуального равноправия сторон, поскольку, несмотря на объявленный судом первой инстанции перерыв, ответчикам так и не было вручено уточненное заявление финансового управляющего, которое также не было направлено органу опеки и попечительства.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий, выражая свое согласие с обжалуемыми судебными актами, просит оставить их без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что на момент заключения спорного соглашения должник и ответчик, находясь в разводе, были зарегистрированы по одному адресу: Санкт-Петербург, Петергоф, Эрлеровский б-р, д. 4, кв. 19, что отражено в тексте самого соглашения, доказательств раздельного проживания ими в материалы дела не представлено, также судами исследована адресная справка УВМ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу, согласно которой по иному адресу Дьякова Л.В. зарегистрирована только с 22.01.2019, тогда как соглашение заключено 02.11.2018.

В судебном заседании представители Дьяковой Л.В. и Дьякова К.П. поддержали доводы кассационных жалоб. Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

 Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, выслушав лиц, явившихся в суд кассационной инстанции, обсудив доводы кассационной жалобы, суд округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, в период с 23.06.2007 до 23.06.2016 Дьяков К.П. состоял в браке с Дьяковой Л.В., 02.09.2009 у супругов родился сын Дьяков Ярослав Кириллович.

На основании вступившего в законную силу судебного приказа        мирового судьи судебного участка № 158 Санкт-Петербурга от 17.09.2015 по делу № 2-1542/2015-157 с должника в пользу ответчицы взысканы алименты на содержание несовершеннолетнего ребенка Дьякова Я.К. в размере 1/4 части заработка или иного дохода ежемесячно, начиная с 17.09.2015 и до совершеннолетия ребенка.

Кроме того, 02.11.2018 между Дьяковым К.П. и Дьяковой Л.В. заключено нотариально удостоверенное соглашение об уплате алиментов на содержание ребенка (далее – Соглашение), которым в соответствии с главой 16 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) родители установили размер, условия и порядок уплаты алиментов на содержание не совершеннолетнего ребенка.

Стороны пришли к соглашению, что размер алиментов составляет сумму равную 60 000 руб., уплачивается не позднее 25 числа каждого месяца, начиная с 01.11.2018 (пункт 2 Соглашения).

Указанное соглашение действует до наступления совершеннолетия ребенка – по 02.09.2027, удостоверено нотариусом Романовской Натальей Александровной, временно исполняющей обязанности нотариуса Ломоносовского нотариального округа Ленинградской области Крохиной Светланы Николаевны, зарегистрировано в реестре 02.11.2018 за                       № 47/66-н/47-2018-10-404.

Полагая, что Соглашение от 02.11.2018 заключено в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд заявлением о признании его недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

 По смыслу абзаца второго пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» соглашение об уплате алиментов заключено между сторонами во внесудебном порядке, в связи с чем может быть оспорено в рамках дела о банкротстве.

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда определением от 31.08.2018. Таким образом, спорное Соглашение заключено спустя два месяца после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.

Материалами дела подтверждается наличие у должника с 02.11.2018 неисполненных обязательств перед ООО «Мега-Плюс», являющимся правопреемником Федорова Николая Владимировича, в отношении взысканной в его пользу с должника на основании апелляционного определения Санкт-Петербургского городского суда от 14.01.2014 по делу № 2-750/2012 задолженности в размере 6 000 000 руб. основного долга, 935 000 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами и 42 875 руб. расходов по оплате государственной пошлины, о чем ответчице, являвшейся в указанный период времени супругой должника, не могло быть неизвестно.

Задолженность, подтвержденная вступившим в законную силу решением суда, погашена не была, что свидетельствует о наличии у должника признака неплатежеспособности.

Вопреки доводам жалоб вывод судов о заключении соглашения с заинтересованным лицом соответствует нормам действующего законодательства. Так, пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве предусмотрено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые в соответствии с Законом о защите конкуренции входят в одну группу лиц с должником (согласно пункту 7 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции, группой лиц признаются физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры; к группе лиц также причисляются лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку). Поскольку Дьяков К.П. и Дьякова Л.В. являются родителями Дьякова Я.К., суды на законных основаниях признали их заинтересованными лицами.

Довод заявителя об отсутствии заинтересованности сторон основан на ошибочном толковании норм права. В пункте 1 статьи 19 Закона о банкротстве, который содержит ссылку на Закон о конкуренции, определяются общие признаки заинтересованности сторон без конкретизации категории должника, в связи с чем могут также примениться и к должнику - физическому лицу. Запрета на такое применение не предусмотрено ни в Законе о банкротстве, ни в иных правовых актах.

Установленная по отношению к должнику аффилированность        Дьяковой Л.В. позволяет презюмировать ее осведомленность о цели совершения должником оспариваемой сделки, и перенести на нее обязанность доказывания обратного. Между тем Дьякова Л.В. в материалы настоящего обособленного спора не представила доказательств, исключающих ее осведомленность о противоправной цели заключения соглашения об уплате алиментов.

При этом как на дату заключения, так и в период исполнения оспариваемого соглашения должник знал об отсутствии у него достаточных денежных средств и для выплаты алиментов в установленном соглашением размере, и для исполнения обязательств перед кредиторами, а в момент заключения соглашения должник соответствовал критерию неплатежеспособности.

Следовательно, в данном случае цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается.

 В соответствии с положениями Семейного кодекса Российской Федерации алименты уплачиваются по решению суда или по соглашению сторон.

Возможность определения суммы алиментов в твердой денежной сумме предусмотрена в статье 83 СК РФ.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов», на который ссылался заявитель, разъяснено, что размер алиментов, взыскиваемых в твердой денежной сумме на несовершеннолетних детей, определяется судом исходя из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств.

Указанные разъяснения не содержат положений, позволяющих определять сумму алиментов произвольно, без учета реальной возможности выплатить данную сумму.

В случае добросовестного поведения стороны при заключении соглашения об уплате алиментов и установлении порядка и размера выплаты, должны были руководствоваться материальным положением должника, средним уровнем его заработка, установленными федеральным законодательством правилами определения размера алиментов с учетом интересов ребенка.

 Согласно пункту 1 статьи 101 СК РФ к заключению, исполнению, расторжению и признанию недействительным соглашения об уплате алиментов применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие заключение, исполнение, расторжение и признание недействительными гражданско-правовых сделок.

 Согласно правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405, особенностью рассмотрения споров о признании недействительным соглашения об уплате алиментов на содержание несовершеннолетних детей состоит в том, что интересу кредитора в возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения взятых на себя обязательств, а противопоставляются интересы несовершеннолетних детей как кредиторов должника по алиментному соглашению.

Таким образом, разрешая вопрос о допустимости оспаривания соглашения об уплате алиментов на содержание несовершеннолетних детей, необходимо соотносить две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенка от 20.11.1989), с одной стороны, и закрепленное в статьях 307 и 309 Гражданского кодекса право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны – и установления между названными ценностями баланса.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов, поскольку Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам, так согласно пунктам 2, 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (постановление от 14.05.2012 № 11-П Конституционного Суда Российской Федерации), то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 Семейного кодекса).

В отличие от обычных условий, в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица, существенное превышение размера определенных в соглашении алиментов относительно установленного в регионе на дату его заключения размера величины прожиточного минимума для детей, может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

Судами было учтено, что наряду с установленными Соглашением алиментами, у должника также имелись обязательства по оплате алиментов за предыдущий период на основании вступившего в законную силу судебного приказа мирового судьи судебного участка № 158 Санкт-Петербурга от 17.09.2015 по делу № 2-1542/2015-157, которым с должника в пользу ответчика взысканы алименты на содержание не совершеннолетнего ребенка Дьякова Я.К. в размере 1/4 части заработка или иного дохода ежемесячно, начиная с 17.09.2015 до совершеннолетия ребенка.

Поскольку Соглашение было заключено уже после обращения кредитора в суд с заявлением о признании должника банкротом, притом, что общая сумма требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов составляет 6 977 875 руб., и ответчику в момент заключения соглашения было известно об ущемлении интересов кредиторов должника условиями соглашения, а также о признаке неплатежеспособности должника, суды пришли к верному выводу, что заключение спорного Соглашения не может быть признано добросовестным поведением, так как требование Дьяковой Л.В., основанное на соглашении, подлежало бы удовлетворению в первую очередь, требование в размере ежемесячной выплаты алиментов являлось бы текущим и подлежало бы удовлетворению в преимущественном порядке по сравнению с требованиями иных кредиторов, подлежащих включению в реестр требований кредиторов должника, что в связи с недостаточностью имущества должника может лишить кредиторов возможности получить удовлетворение имеющихся у них к должнику требований, тем самым причинив вред их имущественным правам.

В этой связи правильным является вывод судов о том, что спорное Соглашение при отсутствии у должника денежных средств, достаточных для погашения задолженности, было заключено не с намерением исполнить обязанности по содержанию ребенка, а с целью увеличения размера текущих требований к должнику, влекущим утрату кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника, то есть с целью причинения вреда кредиторам.

При этом обязанность Дьякова К.П. осуществлять ежемесячные отчисления в виде алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка не оспаривается, однако размер таких отчислений должен быть законным и обоснованным и не должен нарушать права третьих лиц - кредиторов должника.

 В рамках настоящего дела суд первой инстанции проанализировал размер установленных Соглашением алиментов и пришел к выводу, что 60 000 руб. в месяц является завышенной суммой; доказательств, подтверждающих необходимость взыскания алиментов в таком размере для поддержания достойного уровня жизни ребенка, удовлетворения его разумных потребностей в материальном обеспечении, не представлено. При этом сторонами алиментного соглашения чрезмерный характер размера алиментов не обоснован, не подтверждена нуждаемость в ежемесячных дополнительных затратах, значительно превышающих размер прожиточного минимума на несовершеннолетних в Санкт-Петербурге, а также предоставляемого ему ранее содержания, с учетом состояния здоровья несовершеннолетнего, необходимости в дополнительных расходах.

 Следует также отметить, что родители несут равную обязанность по содержанию несовершеннолетних детей.

Таким образом, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, пришел к верному выводу о доказанности всех необходимых элементов для признания соглашения об уплате алиментов недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем суд округа считает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с Дьяковой Л.В. в конкурсную массу должника 1 320 000 руб., поскольку примененные судом первой инстанции правовые последствия не учитывают следующие обстоятельства.

 В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

 В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 81 Семейного кодекса Российской Федерации, при отсутствии соглашения об уплате алиментов алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка – одной четверти, на двух детей – одной трети, на трех и более детей – половины заработка и (или) иного дохода родителей.

Таким образом, признание алиментного соглашения недействительным лишь восстанавливает законный режим выплаты алиментов, следовательно, несовершеннолетний ребенок должника вправе рассчитывать на 1/4 часть ежемесячного дохода должника, что, с учетом ежемесячного подтвержденного дохода должника в размере 114 171,20 руб., составляет 28 542,80 руб. в месяц. Тогда как судом первой инстанции правовые последствия недействительности сделки применены в отношении всех выплаченных сыну денежных          средств, исходя из 60 000 руб. в месяц, без учета законно установленных алиментов.

Должником в пользу Дьяковой Л.В. перечислено в счет уплаты алиментов 1 320 000 руб. за 22 месяца. При этом алименты в сумме 627 941,60 руб. – установленный законодателем гарантированный минимум, на который в любом случае был вправе рассчитывать ребенок должника. Следовательно, излишне перечисленными в пользу Дьяковой Л.В. являются алименты в сумме 692 058,40 руб.

Между тем основания для возврата указанной суммы в конкурсную массу у суда первой инстанции также отсутствовали, поскольку алиментное соглашение заключено 02.11.2018 – после возбуждения дела о банкротстве (31.08.2018), следовательно, все перечисленные после указанной даты платежи являются текущими и их оплата регулируется статьей 213.27 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу второму пункта 2 указанной статьи требования по текущим платежам, связанным с уплатой алиментов, удовлетворяются в первую очередь, наряду с судебными расходами по делу о банкротстве гражданина, выплатой вознаграждения финансовому управляющему, взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, привлеченным финансовым управляющим для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина.

В соответствии с разъяснениями пункта 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», который по аналогии применим и к платежам должника-гражданина, сделка по удовлетворению текущего платежа, совершенная с нарушением очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очередности. Если к моменту рассмотрения заявления об оспаривании такой сделки имевшие приоритет кредиторы получат удовлетворение в соответствующем размере или будут представлены доказательства наличия в конкурсной массе необходимых для этого средств, эта сделка не может быть признана недействительной.

Между тем финансовым управляющим не представлены в материалы дела доказательства отсутствия в конкурсной массе должника имущества, достаточного для выплаты вознаграждения финансовому управляющему и для  оплаты вознаграждения лицам, привлеченным финансовым управляющим для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина, имеющих хронологический приоритет перед требованиями Дьякова Я.К.

Суд апелляционной инстанции, оставляя в силе определение суда первой инстанции, не учел указанные обстоятельства и не устранил допущенные судом первой инстанции нарушения в применении норм права.

 Кроме того, как указывалось ранее, к заключению, исполнению, расторжению и признанию недействительным соглашения об уплате алиментов применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие заключение, исполнение, расторжение и признание недействительными гражданско-правовых сделок (пункт 1 статьи 101 Семейного кодекса Российской Федерации).

 Согласно части 2 статьи 116 СК РФ выплаченные суммы алиментов не могут быть истребованы обратно, за исключением случаев: отмены решения суда о взыскании алиментов в связи с сообщением получателем алиментов ложных сведений или в связи с представлением им подложных документов; признания соглашения об уплате алиментов недействительным вследствие заключения его под влиянием обмана, угроз или насилия со стороны получателя алиментов; установления приговором суда факта подделки решения суда, соглашения об уплате алиментов или исполнительного листа, на основании которых уплачивались алименты.

 Данная норма Семейного кодекса Российской Федерации согласуется с      п. 3 ст. 1109 ГК РФ, согласно которому не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

 Таким образом, фактически установив факт перечисления должником в пользу Дьяковой Л.В. денежных средств по сделке, признанной недействительной в счет уплаты алиментов и взыскивая указанную сумму с ответчицы, суды первой и апелляционной инстанций не учли положения части 2 статьи 116 Семейного кодекса Российской Федерации о том, что выплаченные суммы алиментов не могут быть истребованы обратно, и отсутствуют доказательства, наличия оснований, с учетом которых возможен возврат алиментов.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции считает необходимым отменить обжалуемые судебные акты в части применения последствий недействительности сделки, и, принимая во внимание, что по настоящему делу не требуется установления каких-либо новых фактических обстоятельств, считает возможным на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В связи с окончанием кассационного производства определение Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.04.2021 о приостановлении исполнения судебных актов утратило силу (часть 4 статьи 283 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.10.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2021 по делу                                    № А56-106663/2018/сд.2 в части применения последствий недействительности сделки отменить.

 В указанной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

 В остальной части названные судебные акты оставить без изменения.

 Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.10.2020 по делу                                    № А56-106663/2018/сд.2, произведенное определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.04.2021.

 

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

Ю.В. Воробьева

А.А. Чернышева