АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

19 сентября 2022 года

Дело №

А56-68123/2014

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Казарян К.Г., Кравченко Т.В., 

при участии от публичного акционерного общества «Аэропортстрой» ФИО1 (доверенность от 09.03.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Сиббизнес консалтинг групп» ФИО2 (доверенность от 31.12.2021), от общества с ограниченной ответственностью «А-Групп» ФИО3 (доверенность от 23.05.2022),

рассмотрев 12.09.2022 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО4 и ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2022 по делу № А56?68123/2014/суб.,  

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.06.2015 принято к производству заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России», адрес: 117997, Москва, ул. Вавилова, д. 19, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Банк), о признании публичного акционерного общества «Аэропортстрой», адрес: 196210, Санкт-Петербург, Штурманская ул., д. 11, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 08.07.2018 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6.

Определением суда от 14.08.2018 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей временного управляющего, временным управляющим Обществом утверждена ФИО7.

Решением суда от 25.12.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО7 

Определением суда от 15.03.2019 ФИО7 утверждена конкурсным управляющим Обществом.

Конкурсный управляющий ФИО7 06.05.2021 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 837 429 570 руб. 30 коп.; привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 837 429 570 руб. 30 коп.

Определением суда первой инстанции от 01.04.2022 заявление конкурсного управляющего ФИО7 признано обоснованным, производство по обособленному спору приостановлено до окончания мероприятий по формированию конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2022 определение от 01.04.2022 оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе ФИО4 просит отменить определение от 01.04.2022 и  постановление от 14.06.2022, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что суды первой и апелляционной инстанций  неправомерно отклонили заявление ответчиков о применении исковой давности; полагает, что срок исковой давности  по заявленным требованиям истек не позднее 07.08.2019.

ФИО4 также считает, что суды первой и апелляционной инстанций ошибочно отождествили неплатежеспособность Общества с неуплатой долга отдельному кредитору, обязательства перед которым были впоследствии погашены; не дали надлежащей оценки доводам о том, что чистые активы Общества на конец 2014 года составляли 153 188 000 руб., выручка за 2014 год составила 295 190 000 руб.; полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный  с заявлением о банкротстве должника не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

По мнению подателя жалобы, основания для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с заключением договора поручительства с Банком и договора субаренды с ООО «Петропанель», а также в связи с непринятием мер по взысканию дебиторской задолженности  отсутствуют.   

В поданной в электронном виде кассационной жалобе ФИО5 также  просит отменить определение от 01.04.2022 и  постановление от 14.06.2022, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование кассационной жалобы ФИО5 приводит доводы, аналогичные доводам, содержащимся в кассационной жалобе ФИО4

ФИО5 также указывает, что при рассмотрении настоящего обособленного спора факты принятия ею каких-либо самостоятельных управленческих решений в отношении Общества, одобрения сделок должника установлены не были; полагает, что основанием для привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества послужило лишь наличие родственных связей с генеральным директором должника ФИО4 

В представленных в электронном виде отзывах конкурсный управляющий ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Сиббизнес консалтинг групп» и «А-Групп», являющиеся конкурсными кредиторами, считают обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просят оставить их без изменения, а кассационные жалобы –  без удовлетворения.

В судебном заседании представители Общества, ООО Сиббизнес консалтинг групп» и  ООО «А-Групп» возражали против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (далее –  АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, ФИО4 избран генеральным директором Общества советом директоров должника (протокол заседания совета директоров  от 11.03.2014)  и занимал эту должность  до 29.03.2017. 

После 29.03.2017 ФИО4 переведен на должность заместителя генерального директора Общества и занимал эту должность  до 19.12.2018.

ФИО5 являлась владельцем 25 658 обыкновенных именных акций Общества, что согласно списку акционеров Общества по состоянию на 11.04.2016 составляет 86% от общего количества акций должника.

ФИО5 (продавец) 08.08.2016 заключила  с ООО «Пулково Строй-Инвест» (покупателем) договор купли-продажи акций; указанный договор был надлежащим образом исполнен сторонами и в последующем никем не оспорен и не признан недействительным.

Производство по делу о банкротстве Общества возбуждено 24.11.2014.

В обоснование требований о привлечении ФИО4 и ФИО5 к  субсидиарной ответственности  по обязательствам Общества конкурсный управляющий  ФИО7 сослалась на неисполнение ФИО5 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом), которая, по мнению заявителя, должна была быть исполнена не позднее 31.03.2014, а также на действия (бездействие) ответчиков, повлекшие невозможность полного погашения требований кредиторов.

В качестве таких действий конкурсный управляющий ФИО7 сослалась на заключение контролирующими должника лицами сделок, повлекших причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов:

- договора поручительства от 17.12.2013, в соответствии с которым Общество поручилось за исполнение ООО «ПСК «Пулково» обязательств по кредитному договору, заключенному с Банком;

- договора на оказание охранных услуг  от 20.09.2016 с ООО «АСБ»;

- договора субаренды от 01.07.2015 с ООО «Петропанель».

Конкурсный управляющий ФИО7 также указала, что ФИО4 и ФИО5 допущено недобросовестное бездействие, выразившееся в непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции представителем ФИО4, одновременно представляющим интересы ФИО5, заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения исковой давности; признал доказанным наличие предусмотренных пунктом 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в применяемой к спорным отношениям редакции оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, а также предусмотренных абзацем третьим пункта  4 статьи 10 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

С учетом того, что формирование конкурсной массы Общества не завершено, определением от 01.04.2022 суд первой инстанции приостановил производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности.

Постановлением апелляционного суда от 14.06.2022 определение от 01.04.2022 оставлено без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационных жалобах и в возражениях относительно указанных жалоб, Арбитражный суд  Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»  (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной  статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ,  независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266?ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Исходя из обстоятельств настоящего обособленного спора при решении вопроса о продолжительности исковой давности подлежит применению абзац четвертый пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным правоотношениям  редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям», в соответствии с которым заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4  названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Положения абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве  в названной редакции содержали указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ);

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Общество признано несостоятельным (банкротом) решением суда от 25.12.2018, таким образом,  конкурсный управляющий  ФИО7, обратившись в арбитражный суд с настоящим заявлением 06.05.2021, не пропустила трехлетний срок исковой давности, исчисляемый со дня признания должника банкротом.

Достаточные доказательства того, что конкурсный управляющий ФИО7 ранее чем за год до обращения в арбитражный суд с настоящим  заявлением располагала сведениями о наличии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при рассмотрении настоящего обособленного спора не представлены.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции полагает, что суды первой и апелляционной инстанций правомерно отклонили доводы  ответчиков о необходимости применения исковой давности.

Наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурсный управляющий ФИО7 связывает, в том числе, с неисполнением ответчиком обязанности по обращению в арбитражный суд с  заявлением о банкротстве должника, которая, по мнению заявителя, должна была быть исполнена не позднее 31.03.2014.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на  указанную дату, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

 органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве  заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1  этой  статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве  возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ  статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако  основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся  в ее пункте 2, не устранены и в настоящее время содержатся в  статье 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве  возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с пунктом 1 данной статьи  равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016,  в  предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Признавая доказанным наличие предусмотренных пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным правоотношениям редакции оснований  для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды  первой   и апелляционной инстанций исходили из того, что обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве Общества должна была быть исполнена ответчиком не позднее 31.03.2014;  указанная обязанность ФИО4 не исполнена.

Вместе с тем наличие и объем обязательств должника, возникших после указанной даты, судами первой и апелляционной инстанций не установлены.

При таком положении вывод судов о том, что заявителем доказано наличие предусмотренных пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным правоотношениям редакции оснований  для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, следует признать не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование требования о привлечении ФИО4 и ФИО5 к  субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурсный управляющий ФИО7 сослалась на заключение Обществом сделок, повлекших причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов: договора поручительства от 17.12.2013,  договора на оказание охранных услуг  от 20.09.2016, договора субаренды от 01.07.2015.

В соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой  к спорным правоотношениям, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ  статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако  основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся  в абзаце третьем пункта 4 указанной статьи, не устранены и в настоящее время содержатся в подпункте 1 пункта 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2  указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 данной статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Вопрос о наличии у обеспечительной сделки признаков причинения вреда интересам кредиторов или злоупотребления правом неоднократно являлся предметом рассмотрения Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации  от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611, наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности. Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции соглашается с содержащимся в кассационных жалобах доводом о том, что заключение Обществом договора поручительства с Банком от 17.12.2013 не может служить основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Необходимо также учесть, что на дату заключения указанного договора ФИО4 не являлся генеральным директором Общества; сведения о том, что решение об одобрении указанной сделки принималось ФИО5, в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют.

Из материалов настоящего обособленного спора не усматривается, что заключенные должником на оказание охранных услуг  от 20.09.2016 и субаренды от 01.07.2015 оспаривались в рамках дела о банкротстве Общества и были признаны недействительными.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 Постановления № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Обстоятельства, позволяющие сделать вывод о том, что договоры на оказание охранных услуг  от 20.09.2016 и субаренды от 01.07.2015 заключены  Обществом на  условиях, существенно в худшую для должника сторону отличающихся от рыночных и в результате их заключения Общество утратило возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход, при рассмотрении настоящего обособленного спора судами первой и апелляционной инстанций не установлены.

При таком положении вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии предусмотренных абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника также не может быть признан соответствующим фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В обоснование требований о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурсный управляющий ФИО7 также сослалась на то, что ответчиками допущено недобросовестное бездействие, выразившееся в непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности.

В соответствии с абзацем первым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Приведенные положения в отличие от положений абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве не устанавливают презумпции доведения до банкротства в результате непринятия мер по взысканию дебиторской задолженности, в связи с чем лицо, заявившее такое требование, несет бремя доказывания как неправомерного бездействия ответчиков, так и причинной связи между таким бездействием и банкротством должника.

По мнению суда кассационной инстанции, указанные обстоятельства судами первой и апелляционной инстанции установлены не полностью.

Изложенное в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов с направлением дела в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

 Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2022 по делу № А56?68123/2014/суб.  отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

 

К.Г. Казарян

 Т.В. Кравченко