﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-6196/2019-ГК

г. Пермь

21 июня 2019 года

Дело № А60-67102/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 июня 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Балдина Р.А.,

судей  Дружининой Л.В., Муталлиевой И.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Полуднициным К.А.,

при участии:

от истца АО «Уралкабель»: Шаляева Г.В. – доверенность от 25.07.2018, паспорт;  

от ответчика ООО «Научно-производственная фирма «Битек»: Харинов И.Н. – доверенность от 19.01.2018, паспорт; Шишкина С.В. – доверенность от 15.12.2017, паспорт; Жгарев О.С. – доверенность от 19.01.2018, удостоверение адвоката;

от третьего лица  ООО «Холдинг Кабельный Альянс»: Каплан Е.А. – доверенность от 31.12.2018, паспорт;

от иных третьих лиц: не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу

истца, АО «Уралкабель»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 14 марта 2019 года 

по делу № А60-67102/2017,

принятое судьей Ефимовым Д.В.

по иску АО «Уралкабель»  (ИНН 6658004598, ОГРН1026602310514)

к ООО «Научно-производственная фирма «Битек» (ИНН 6660091703, ОГРН 1026604970138),

третьи лица: ОАО «Томскгазпром» (ОГРН, 1027000905140, ИНН 7019035722), ООО «БСК Гранд» (ОГРН1067017157921, ИНН 7017150776), ООО «КРС Траст» (ОГРН1087017028977, ИНН7017226369), ООО «Римера-Сервис»

(ОГРН 1107746018060, ИНН 7705907626), ООО «Холдинг Кабельный Альянс» (ОГРН 1116658014032, ИНН 6658388288), ПАО «Ники» (ОГРН1027000883062, ИНН 7020017904)

о взыскании убытков,

установил:

Акционерное общество «Уралкабель» (далее – АО, общество «Уралкабель», истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Битек» (далее – ООО, общество НПФ «Битек», ответчик) о взыскании 8 756 678 руб. 39 коп. убытков.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  ОАО «Томскгазпром», ООО «БСК Гранд», ООО «КРС Траст», ООО «Римера-Сервис», ООО «Холдинг Кабельный Альянс», ПАО «Ники» (далее – третьи лица).

Решением суда от 14.03.2019 в удовлетворении исковых требований отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда  и принять по делу новый судебный акт  об удовлетворении иска АО «Уралкабель». В апелляционной жалобе ее заявитель оспаривает выводы суда первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности, полагая, что о нарушении своих прав АО «Уралкабель»  узнало  23.12.216 из претензии ООО «Холдинг Кабельный Альянс», именно с этого момента следует исчислять срок исковой давности, поскольку с данного момента истец мог определить способ защиты своего права и размер требований. С учетом данного обстоятельства истец полагает, что на дату подачи иска в суд (07.12.2017) срок исковой давности не истек. Истец не согласен и с выводом суда об отсутствии причинно-следственной связи между  действиями ответчика и возникшими у истца убытками, который, как полагает заявитель жалобы, противоречит имеющимся в деле доказательствам, свидетельствующим о нарушении  ответчиком технологической инструкции по изготовлению сростков. Вина ответчика в изготовлении некачественной сростки кабельной линии, по мнению истца, подтверждается  протоколом заседания комиссии «День качества» по расследованию причин аварий и преждевременных отказов УЦН «УЭЦПК» по ОАО «Томскгазпром» от 02.06.2016, поскольку во исполнение решений, принятых на данном заседании комиссии, ООО НПФ «Битек»  внесены изменения в технологическую инструкцию. Не согласен истец и с выводами экспертного заключения, отмечая, что суд при принятии решения не принял во внимание возражения истца на заключение независимой экспертизы относительно отсутствия у экспертов ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России Б.Н. Ельцина» требуемой квалификации, необходимой для экспертизы по настоящему делу;  наличия в экспертном заключении ссылок на недействующие ГОСТы, которыми руководствовались эксперты при подготовке заключения; отсутствия в заключении исследования, проведенного непосредственно экспертами, и их собственной оценки результатов своих исследований; противоречия выводов экспертизы другим имеющимся в деле доказательствам; наличия заинтересованности между ответчиком и экспертной организацией. Истец отмечает, что экспертами не дан ответ на вопрос, поставленный судом; не исследован вопрос о технологии изготовления ответчиком сростков, о том, правильно ли она выбрана, правильно ли наложены слои изоляции. Вывод экспертов и суда о причинах прогара кабеля, по мнению истца, не находит подтверждения в других материалах дела. Вывод экспертов об основной причине выхода кабельных линий из строя (перегрев в результате высоких рабочих температур), полагает АО «Уралкабель», основан не на фактических обстоятельствах дела, а на теоретических рассуждениях.

Ответчиком представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором данная сторона просит оставить обжалуемое решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 18.06.2019 представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы; представители ответчика против удовлетворения апелляционной жалобы возражали по мотивам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу; представитель третьего лица ООО «Холдинг Кабельный Альянс» доводы апелляционной жалобы поддержал. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, верно установлено судом первой инстанции и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, между АО «Уралкабель» (заказчик) и ООО НПФ «Битек» (подрядчик) заключен договор подряда на изготовление продукции производственно-технического назначения от 31.10.2014 №УК/ПРОЧ/14/00440/14/03-35 (далее – договор), по условиям которого ООО НПФ «Битек»  обязалось выполнить работы по изготовлению кабельных удлинителей в кабельных линиях.

Конечным потребителем продукции общества НПФ «Битек» явилось ОАО «Томскгазпром».

При этом ООО НПФ «Битек» предоставило гарантию на изготовленные кабельные линии с удлинителями в 12 месяцев со дня ввода в эксплуатацию, но не более 18 месяцев со дня отгрузки кабельной линии потребителю.

Из искового заявления следует, что в период гарантийного срока при эксплуатации ОАО «Томскгазпром» выявлены недостатки в поставленных кабельных линиях (с заводскими номерами 439872, 443910, 443054, 443867, 443137).

Обществом «Томскгазпром» с привлечением представителей ООО «Холдинг Кабельный Альянс», АО «Уралкабель» и ООО НПФ «Битек» составлен протокол заседания комиссии «День качества» от 02.06.2016, согласно которому в результате прогара сростка основной длины кабеля с удлинителем произошел отказ погружного насоса.

В исковом заявлении содержится указание на то, что  прогар произошел вследствие некачественного изготовления сростка ответчиком, нарушений эксплуатации со стороны ОАО «Томскгазпром» или АО «Уралкабель» не выявлено.

Прогар кабельного удлинителя повлек необходимость  замены кабельных линий в скважинном насосном оборудовании; соответствующие работы проводили подрядные организации ОАО «Томскгазпром», их стоимость составила  13 917 273 руб. 50 коп., которая предъявлена обществом «Томскгазпром»  в адрес  ООО «Холдинг Кабельный Альянс». Последнее, в свою очередь, перевыставило счет в адрес АО «Уралкабель».

АО «Уралкабель» по платежному поручению от 29.11.2017 № 8338 возместило обществу «Холдинг Кабельный Альянс» причиненные убытки в размере 8 756 678 руб. 39 коп. и, как следствие, направило обществу НПФ «Битек» претензию от 29.12.2016 с требованием возместить причиненные убытки в размере 8 756 678 руб. 39 коп.

Неисполнение обществом НПФ «Битек» претензионных требований общества «Уралкабель» явилось основанием для обращения последнего в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции руководствовался положениями, предусмотренными статьями 15, 309, 310, 393, 702, 721 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, данными в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», и исходил из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по договору, а также отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика и возникшими у истца убытками. Кроме того суд признал обоснованным заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности (статьи 199, 200, пункты 1 и 3 статьи 725 ГФ РФ).

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав явившихся в судебное заседание представителей сторон, третьего лица ООО «Холдинг Кабельный Альянс», суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта не установил.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков необходимо установить совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя, причинно-следственную связь между противоправными действиями (бездействием) и наступлением вредных последствий, вину причинителя и размер убытков. Недоказанность одного из указанных обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании убытков.

Из материалов дела следует, что в целях установления причин отказа работы насосного оборудования судом первой инстанции по делу была назначена экспертиза, на разрешение перед экспертом поставлен вопрос: «Имелся ли в кабельных линиях № 439872, 443910, 443054, 443867, 443137, установленных в насосном оборудовании, недостаток в виде прогара сростка? При положительном ответе на первый вопрос определить причины возникновения недостатка в виде прогара сростка».

Установив, что в представленном экспертом заключении запись о предупреждении эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения отсутствует, судом по делу назначена повторная экспертиза, проведение которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н. Ельцина» Кокину А.Е., Торокиной О.Г., Вашляеву М.Э. 

На разрешение перед экспертами судом поставлен указанный выше вопрос.

По результатам проведенного исследования (экспертное заключение от 22.01.2019) эксперты пришли к выводу о том, что в соответствии с документами, имеющимися в материалах дела, на кабельных линиях (удлинители) №439872, №443910, №443054, № 443867 и № 443137, установленных на насосном оборудовании, нет недостатка в виде прогара кабеля. Все повреждения в виде прогаров произошли на линиях (основной питающий кабель) №14320, №14303, №14229, №14235, №14254, соединенных с удлинителем №439872, № 443910, №443054, №443867 и №443137 посредством соединительной муфты (сростка). Отказ кабельных линий на скважинах: №123 куст 7; №1г куст 1; №200 куст 2; №10р куст Од и №126 куст 7 Казанского месторождения представляет собой отказ УЭЦН из-за снижения изоляции погружной кабельной линии. Данный вид отказа характеризуется оплавлением, прогаром погружного кабеля и (или) удлинителя в результате ресурсного износа кабельной линии или перегрева в результате высоких рабочих температур. Прогар кабеля происходит в результате совокупности причин эксплуатационного и/или конструкционного характера одного или нескольких узлов УЭЦН одновременно. Некачественное изготовление соединения (сростка) не является причиной отказа УЭЦН, так как прогар кабеля в районе сростка это последствие ряда причин, перечисленных в заключении. При некачественном исполнении соединения (сростка) УЭЦН не может быть запущена в эксплуатацию, так как не будет обеспечено прохождение электрического тока по кабельной линии. 

Приняв во внимание изложенные выводы, установив, что лицами, участвующими в деле, не представлено доказательств ненадлежащего качества изготовленных ООО НПФ «Битек» кабельных линий с удлинителем, а  АО «Уралкабель» не опровергло выводы экспертов о выходе кабельных линий из строя по причинам ресурсного износа кабельной линии, перегрева в результате высоких рабочих температур, в результате совокупности причин эксплуатационного и/или конструкционного характера, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками в связи с отсутствием доказательств ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по договору №УК/ПРОЧ/14/00440/14/03-35 от 31.10.2014.

В отсутствие совокупности обстоятельств, необходимой для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков, отказ в удовлетворении исковых требований общества «Уралкабель» к ООО НПФ «Битек» является правомерным.

Вопреки позиции истца о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками не свидетельствуют бесспорно те материалы дела, на которые ссылается в апелляционной жалобе АО «Уралкабель» (протокол заседания комиссии «День Качества» по расследованию причин аварий и преждевременных отказов УЦН (УЭЦПК) по ОАО «Томскгазпром» от 02.06.2016; полученная истцом от третьего лица ООО «Холдинг Кабельный Альянс» претензия с требованиями об уплате убытков в размере 13 917 273,51 руб.; факт оплаты истцом убытков в адрес ООО «Холдинг Кабельный Альянс»; документы, свидетельствующие о том, что убытки у третьего лица ОАО «Томскгазпром» возникли из-за некачественного изготовления сростков: ПДК от 02.06.2016, акты комиссионных разборов по каждой кабельной линии, акты КС-2 подрядных организаций, проводивших ремонт на кабельных линиях и вырезавших сгоревшие участка кабельных линий на сростках, факт внесения ответчиком изменений в свою технологическую инструкцию по изготовлению сростков, устные признания представителя ответчика о несоблюдении технологической инструкции по изготовлению сростков).

Представленные истцом в обоснование заявленных требований документы с учетом их составления заинтересованными лицами не могут быть признаны достоверными и объективными доказательствами, с очевидностью подтверждающими обоснованность позиции АО «Уралкабель». Само же по себе внесение ответчиком изменений в свою технологическую инструкцию по изготовлению сростков наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками также не подтверждает (статьи 65, 67, 68, 71 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, арбитражный суд назначает экспертизу.

В силу статьи 64 АПК РФ заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

При рассмотрении настоящего спора доказыванию подлежат факт наличия и размер убытков у истца, факт противоправного поведения ответчика и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами.

Следовательно, заключение экспертизы является средством доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения настоящего спора. При этом установить указанные обстоятельства возможно только путем применения специальных познаний.

Признав, что для установления имеющих существенное значение для разрешения настоящего спора обстоятельств требуются специальные познания, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости проверки данных вопросов посредством соответствующего экспертного исследования в рамках назначаемой арбитражным судом экспертизы.

Поскольку экспертным заключением наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками не подтверждено, а указано на то, что некачественное изготовление соединения (сростка) не является причиной отказа УЭЦН, так как прогар кабеля в районе сростка – это последствие ряда причин, перечисленных в заключении, прогар кабеля происходит в результате совокупности причин эксплуатационного и/или конструкционного характера одного или нескольких узлов УЭЦН одновременно, руководствуясь выводами экспертов, суд первой инстанции обоснованно не установил оснований для удовлетворения иска.

Апелляционная жалоба содержит ряд возражений истца относительно заключения экспертов, касающихся отсутствия у экспертов ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России Б.Н. Ельцина» требуемой квалификации, необходимой для экспертизы по настоящему делу; наличия в экспертном заключении ссылок на недействующие ГОСТы, которыми руководствовались эксперты при подготовке заключения; отсутствия в заключении исследования, проведенного непосредственно экспертами, и их собственной оценки результатов своих исследований; противоречий выводов экспертизы другим имеющимся в деле доказательствам; наличия заинтересованности между ответчиком и экспертной организацией.

Заявитель жалобы также ссылается на то, что эксперты в ответе на первый вопрос говорят об отсутствии прогара в кабеле, но не отвечают на вопрос, поставленный судом: «Имелся ли в кабельных линиях №439872, 443910, 443054, 443867, 443137, установленных в насосном оборудовании, недостаток в виде прогара сростка? При положительном ответе на первый вопрос определить причины возникновения недостатка в виде прогара сростка»; не исследовали вопрос о технологии изготовления ответчиком сростков.

Между тем в отношении заявленных истцом возражений экспертами Торокиной О.Г., Вашляевым М.Э.  в материалы дела представлено письменное мнение (л. д. 69-75 т. 16), исследованное судом первой инстанции и принятое во внимание при оценке доводов сторон.

Кроме того на вопросы, подготовленные истцом для экспертов, проводивших экспертное исследование (л. д. 6-8 т. 17), эксперты Торокина О.Г., Вашляев М.Э и Кокин А.Е.  дали письменные ответы (л. д. 33-35 т. 17), а также дали устные пояснения на заданные им вопросы в судебном заседании суда первой инстанции (протокол судебного заседания и аудиозапись судебного заседания от 05.03.2019, л. д. 36-38 т. 17).

Так, эксперты пояснили, что перед экспертами стоял вопрос об идентификации на кабельных линиях недостатка в виде прогара сростка и определения причин его возникновения. Вопрос соблюдения технологии изготовления кабельных удлинителей и соединений (сростка) двух частей кабеля перед экспертами не ставился. Отсутствие образцов элементов, по которым произошла авария, не позволяет экспертам сделать выводы как о качестве изготовления самого кабеля, так и качестве изготовления соединения его частей (сростка); в отсутствии конкретных спорных образцов невозможно сделать достоверный вывод о соблюдении или несоблюдении соответствующей Инструкции; по предоставленным экспертам фотоматериалам также нельзя судить о качестве составляющих кабельной линии; ни на одной из фотографий не зафиксирован прогар в месте соединения (сростка) двух частей кабеля, все повреждения в виде прогаров зафиксированы на токопроводящих жилах.

Эксперты также пояснили, что делать выводы о причинах возникновения прогара эксперты могли только на основании анализа Паспортов скважин и Актов комиссионного разбора, чему предшествовало изучение технологии добычи нефти с применением УЭЦН; изучение состава электрооборудования и требований к электрооборудованию, которое используется при методе добычи нефти с использованием УЭЦН; изучение наработок по решению проблем, связанных с данной технологией добычи нефти; изучение технологий, инструкций, регламентов, имеющих отношение к отдельным составляющим УЭЦН и ко всем этапам эксплуатации скважин оборудованных УЭЦН; изучение нормативных документов, имеющих отношение к поставленному вопросу. При этом эксперты отметили, что подтвержденное успешное прохождение выходного и входного контроля кабельной линии позволяет прийти к выводу об отсутствии недостатков в совершенном соединении, которые были бы неизбежно выявлены при проверке кабельной линии до начала ее эксплуатации.

Эксперты указали, что, отвечая на первый вопрос, ими имелось в виду, что прогар произошел не на сростке (соединении) отдельных отрезков кабеля, а на токопроводящих жилах около соединения отдельных отрезков кабеля, соответственно, ответ на второй вопрос демонстрирует и описывает причины возникновения такого прогара; формулировки ответов, данные экспертами, позволяют однозначно сделать вывод об имеющихся недостатках кабельной линии, мест их возникновения и о причинах их возникновения в условиях терминологического разнообразия. Причины, объясняющие разное количество часов наработки скважин, указаны экспертами в разделе 9 заключения.

Претензии к неполноте ответов экспертов, как считают последние,  являются следствием существующей терминологической путаницы и не ставят под сомнение содержательные выводы.

Оценив заключение экспертов, учитывая их исчерпывающие письменные и устные пояснения, данные в судебном заседании, по всем возникшим у истца вопросам, суд первой инстанции признал, что заключение экспертов является надлежащим доказательством по делу.

Выбор конкретного эксперта является прерогативой суда, рассматривающего дело по существу. 

Суд первой инстанции оценил кандидатуры экспертов, предложенных истцом и ответчиком, и, с учетом квалификации экспертов ответчика, мотивированно назначил экспертизу, признав, что их квалификация соответствует характеру исследования (с учетом поставленных вопросов).

В случае же несогласия с кандидатурой конкретного эксперта, которому будет поручено проведение экспертизы, в соответствии с частью 3 статьи 82 АПК РФ истец не был лишен возможности заявить отвод экспертам и в ходе производства судебной экспертизы.

Установление обстоятельств, свидетельствующих о наличии личной, прямой или косвенной заинтересованности экспертов в исходе дела либо иных обстоятельств, которые могут вызвать сомнение в их беспристрастности, является основанием для отвода экспертов по заявлению лиц, участвующих в деле (статьи 21, 23 АПК РФ).

При этом следует отметить, что с заявлением об отводе экспертов истец не обращался, соответствующие доказательства о наличии объективных препятствий для проведения судебной экспертизы выбранными судом экспертами в материалы дела не представил.

Исследовав и оценив названное экспертное заключение в отдельности и в совокупности со всеми иными имеющимися в деле доказательствами (статья 71 АПК РФ), приняв о внимание, что заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями действующего законодательства, является ясным и полным, не содержит противоречивых выводов, сомнений в квалификации экспертов и использованных ими методиках не имеется, учитывая, что само по себе несогласие заявителя с изложенными в заключении экспертов выводами и произведенной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств не свидетельствует о нарушении положений статьи 87 АПК РФ и о незаконности обжалуемого решения суда, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что данное заключение независимой экспертизы от 22.01.2019 является допустимым доказательством по делу (статьи 68, 71 АПК РФ, пункт 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Оспаривая выводы, к которым пришли эксперты в результате проведенного исследования (о причинах выхода кабельных линий из строя), истец не представил данных, опровергающих выводы проведенной экспертизы. 

Оснований не доверять выводам экспертов, имеющих необходимые специальные познания и предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не имеется.

В то же время возражения истца по представленному экспертному заключению носят субъективный характер, доказательства того, что истец обладает специальными познаниями, позволяющими выражать компетентное мнение о проведенной экспертизе (в том числе о действительных, по его мнению, причинах выхода кабельных линий из строя), наряду с возражениями не представлены (статьи 9, 65 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции также поддерживает выводы суда первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года (статья 196 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 197 ГК РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Для требований заказчика, предъявляемых к подрядчику в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, пунктом 1 статьи 725 ГК РФ установлен специальный срок исковой давности, который составляет один год. Течение указанного срока исковой давности начинается со дня заявления о недостатках (пункт 3 статьи 725 ГК РФ).

Поскольку предъявленные требования вытекают из договора и связаны с некачественным выполнением работ, к рассматриваемым требованиям применяется специальный срок исковой давности, предусмотренный статьей 725 ГК РФ.

Пункт 3 статьи 725 ГК РФ, не определяя обязательную форму заявления о недостатках, не связывает начало течения срока исковой давности с моментом направления или вручения претензии заказчика подрядчику об оплате понесенных расходов. Иное приведет к тому, что истец будет обладать возможностью произвольно изменять момент начала исчисления срока исковой давности своим односторонним действием, выбирая момент оплаты понесенных расходов и (или) направления соответствующей претензии (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2018 № 301-ЭС17-13765, пункт 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

Как верно указал суд первой инстанции, в рассматриваемом случае начало течения срока исковой давности следует исчислять с даты составления ОАО «Томскгазпром» с участием представителей ООО «Холдинг Кабельный Альянс, АО «Уралкабель» и ООО НПФ «Битек» протокола заседания комиссии «День качества» от 02.06.2016, поскольку истцу уже 02.06.2016 было известно об обстоятельствах, повлекших составление протокола «Дня качества», истец обосновывает свои требования именно на основании протокола «Дня качества», протоколом зафиксирована причина отказов всех спорных УЭЦН – брак изготовления кабельной линии (некачественное изготовление сростка). Несмотря на то, что в протоколе указано виновное лицо – ООО «Холдинг кабельный альянс», именно ответчику было предписано пересмотреть технологию изготовления сростка нефтепогружного кабеля, поскольку ООО НПФ «Битек» изготавливало сростки для ООО «Холдинг Кабельный Альянс». Согласно протоколу АО «Уралкабель» и ООО «Холдинг кабельный альянс» знали о том, что ООО НПФ «Битек» изготавливало сростки нефтепогружного кабеля для ООО «Холдинг Кабельный Альянс». Кроме того сам истец в претензии от 29.12.2016 № 18-07-10 в адрес ответчика подчеркивает, что ненадлежащее качество результатов работы ответчика подтверждается протоколом от 02.06.2016.

Таким образом, право предъявить требования, связанные с ненадлежащим качеством результата работы, возникло у истца с момента составления протокола «Дня качества», именно данным моментом определяется начало течения срока исковой давности.

Настоящее исковое заявление в Арбитражный суд Свердловской области  поступило 07.12.2017, то есть действия по обращению в арбитражный суд с заявленными требованиями совершены истцом за пределами установленного годичного срока исковой давности, предусмотренного пунктом 1 статьи 725 ГК РФ.

Ввиду того, что пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, суд правомерно отказал в удовлетворении исковых требований и по этому основанию.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 14 марта 2019 года по делу №А60-67102/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Р.А. Балдин

 

Судьи 

 

Л.В. Дружинина 

И.О. Муталлиева