/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-11483/2017-10

31 октября 2018 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     24 октября 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  31 октября 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Зайцевой Е.К.

судей  Аносовой Н.В., Копыловой Л.С.

при ведении протокола судебного заседания:  Потаповой А.В. 

при участии:  

от заявителя: представитель  не явился (извещен) 

от должника: представитель  не явился (извещен) 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-21050/2018) Урсакия А.В. на определение Арбитражного суда  Калининградской области от 12.07.2018 по делу № А21-11483/2017-10 (судья  А.Н. Чепель), принятое 

по заявлению Урсакия Анатолия Васильевича 

о включении в реестр требований кредиторов должника, 

и заявлению финансового управляющего Кущенко А.В. 

к Урсакию А.В. 

о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Щербакова Евгения Павловича,

3-е лицо: Росфинмониторинг, 

установил:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Щербакова Евгения Павловича (далее – должник)  Урсакий Анатолий Васильевич (далее - заявитель) обратился в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов Щербакова Е.П. требования в размере 35 212 170 руб.  задолженности на основании Договора займа от 16.11.2016 .

            05.03.2018 финансовый управляющий Кущенко Александр Васильевич обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора займа от 16.11.2016,  заключенного между должником и заявителем.

            Суд определением от 29.03.2018 с согласия сторон и в целях процессуальной экономии объединил для совместного рассмотрения требование

Урсакия А.В. о включении в реестр требований кредиторов и заявление финансового управляющего об оспаривании сделки должника. 

            Также определением от 29.03.2018 к рассмотрению обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен Росфинмониторинг в лице его территориального органа – Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Северо-Западному федеральному округу.      

             Определением суда от 12.07.2018 заявление финансового управляющего Кущенко Александра Васильевича удовлетворено. Суд признал  недействительной сделкой договор денежного займа от 16.11.2016, заключенный между Щербаковым Е.П.  и Урсакием А.В., и отказал Урсакию А.В. в удовлетворении требования о включении в реестр требований кредиторов должника  с суммой 35 212 170 руб.

             На указанное определением Урсакием Анатолием Васильевичем подана апелляционная жалоба, в которой ее податель просит определение суда от 12.07.2017 по делу № А21-11483-10/2017 отменить, заявленные Урсакием А.В. требования о включении в реестр требований кредиторов Щербакова Е.П. с суммой 35 212 170 руб. удовлетворить. В удовлетворении требований финансового управляющего Кущенко А.В. о признании недействительным договора займа от 16.11.2016  податель жалобы  просит  отказать.

             В апелляционной жалобе ее податель указывает, что финансовым управляющим не представлено доказательств мнимости заключенного между ним и Щербаковым Е.П. договора займа от 16.11.2016, а именно, что указанная сделка была заключена только для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Между Урсакием А.В.  и Щербаковым Е.П. сложились длящиеся заемные правоотношения и при заключении последующих договоров подлежащие выплате проценты и возврату заемные средства при истечении срока действия договора передавались в качестве займа по вновь заключенному договору, в связи с чем и произошло значительное увеличение суммы займов. В нарушение положений законодательства арбитражный суд первой инстанции никакой правовой оценки имеющимся в материалах дела договорам займа от 31.08.2009, 16.11.2011, 16.11.2012, 16.11.2013, 16.11.2014 и 16.11.2015  не дал. При этом указанные договоры никем не оспаривались и недействительными признаны не были. Выводы суда о нецелесообразности предоставления займа на значительную сумму для физического лица и необходимость предоставления займа с составлением документов объективного характера (безналичная банковская операция) заявитель  считает необоснованными, так как не  подтверждены каким-либо доказательствами и не соответствуют положениям законодательства. Гражданское законодательство не содержит каких-либо условий, ограничивающих возможность предоставления займа наличными денежными средствами или устанавливающими действительность данной сделки только при условии безналичного перечисления суммы займа.

            Податель жалобы указывает, что выводы суда первой инстанции о приобретении заявителем в 2007-2009, 2011 годах объектов недвижимости, что подтверждает несение расходов в указанный период, не свидетельствует о невозможности предоставления займа должнику, так как практически все имущество было в дальнейшем продано со значительной прибылью. В данном случае суд первой инстанции ограничился формальной констатацией факта приобретения недвижимого имущества и также не дал никакой правовой оценки факту дальнейшей реализации данного имущества со значительной прибылью.  Представленные в материалы дела документы, в  том числе международные банковские SWIFT переводы, копии выписок из ПАО «Сбербанк России» , КБ «Энерготрансбанк» по счетам, договоры  купли-продажи недвижимости, справки о  доходах. При этом  заявитель пояснил, что  денежные средства Щербакову Е.П. передавал только в 2008-2011 и в 2015 годах, а вся остальная сумма займа по договору от 16.11.2016  образовалась за счет процентов, которые им не получались за отсутствием надобности в наличных денежных средствах. 

             Податель жалобы также считает необоснованными выводы суда первой инстанции о мнимости договора займа от 16.11.2016, ввиду его заключения с целью искусственного создания кредиторской задолженности в целях включения в реестр кредитор, так как исковое заявление о взыскании задолженности было подано им в Советский городской суд 24.11.2017, то есть до подачи Сарычевым А.В. заявления в Арбитражный суд Калининградской области о признании должников банкротами (было подано 28.11.2017), в связи с чем на момент обращения с иском в суд общей юрисдикции о взыскании задолженности по договору займа заявитель не  знал и не мог знать о намерении Сарычева А.В. обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве Щербакова Е.П. Факту  обращения с иском в суд к Щербакову Е.П. до возбуждения дела о банкротстве с целью взыскания задолженности суд первой инстанции также никакой правовой сценки не дал.

            Финансовый управляющий Кущенко А.В. представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором указывает, что доводы, изложенные  в апелляционной жалобе не могут служить основанием для отмены  судебного акта.

            Извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства участвующие в деле лица своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем  апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.            Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

            Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Калининградской области от 22.12.2017 в отношении должника Щербакова Евгения Павловича введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина сроком на 5 месяцев, финансовым управляющим утвержден Кущенко Александр Васильевич, о чем произведена публикация в газете «Коммерсантъ» 28.12.2017  № 243.

            19.02.2018  Урсакий Анатолий Васильевич обратился в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов Щербакова Евгения Павловича требования в размере 35 212 170 руб.  задолженности на основании Договора займа от 16.11.2016.

            Требование кредитора основано на неисполненных должником обязательствах, вытекающих из договора займа от 16.11.2016, по условиям  которого займодавец на момент подписания договора передал заемщику    указанную в пункте 1.1 договора сумму займа наличными денежными  средствами. Настоящий договор содержит условие: будучи подписанным, договор является   актом  приема-передачи указанных в пункте 1.1 договора  денежных средств, в связи с  чем факт  передачи суммы займа не требует дополнительного  подтверждения.

            От должника Щербакова Е.П. поступило заявление (отзыв) на требования о включении в реестр требований кредиторов, в котором должник пояснил, что денежные средства от полученных займов тратились на строительные организации ООО «Аркада», ООО «АркСтрой». При этом должник пояснил, что неоднократно заключал договоры займа и достоверно вспомнить куда и какие денежные средства тратились не может.

             От кредитора ПАО «Сбербанк России» поступил отзыв на заявление, в котором кредитор просит во включении Урсакия А.В. в реестр требований кредиторов Щербакова Е.П. отказать, признать недействительной сделкой договор денежного займа от 16.11.2016.

            Финансовый управляющий Кущенко А.В.,  возражая против  включения  требования Урсакия А.В. в реестр требований кредиторов должника,  поддержал свое заявление о признании сделки недействительной, представил для приобщения к материалам дела бухгалтерский баланс ООО «Аркада», который, по мнению финансового управляющего, свидетельствует об отсутствии несения ООО «Аркада»  убытков.

            Исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с соблюдением положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции  признал  спорный договор займа  от  16.11.2016 мнимой сделкой, ввиду  недоказанности заявителем финансовой возможности предоставления должнику заемных денежных средств в указанном им размере, в связи с чем отказал во включении требования Урсакия А.В. в реестр требований кредиторов должника.            Суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы и считает, что суд первой инстанции при вынесении определения обоснованно исходил из следующего.            В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            В соответствии с пунктом 2 статьи 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

            Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 настоящего Закона о банкротстве.

            Пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве предусмотрено, что для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.            Согласно пункту 5 названной статьи требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.            По смыслу данной нормы в круг доказывания по спорам об установлении размера требований кредиторов в обязательном порядке входят обстоятельства возникновения долга.

            Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

            В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

            При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

            В соответствии с частью 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

            Как установлено судом первой инстанции, в подтверждение факта представления займа заявитель ссылается на договор займа от  16.11.2016.

             Оценив доводы заявления  финансового управляющего о признании недействительным Договора денежного займа от 16.11.2016 на основании положений статей 168, 170 Гражданского кодекса РФ, суд первой инстанции  признал их обоснованными в силу следующего. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, с включении в реестр требований кредиторов).

При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, подтверждающих его исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В соответствии со статьями 16, 71 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 3 статьи 71 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (ст. ст. 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств. Поскольку процедура банкротства нередко сопровождается предъявлением лицами, близкими к должнику (его исполнительному органу, участникам), искусственно созданных требований в целях возможности контроля за процедурами банкротства, а также в целях выведения части имущества в ущерб реальным кредиторам, суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности, существования ее на дату вынесения определения и убедиться в достоверности доказательств.

Согласно пункту 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора.

В пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, разъяснено, что при рассмотрении обособленного спора об установлении требования кредитора при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, а также должника и его учредителей (участников), законный интерес которых состоит в наиболее полном и справедливом погашении долгов.

При наличии возражений о невозможности исполнения договора и представлении в материалы дела подтверждающих эти возражения косвенных доказательств на заявившее требование лицо, согласно части 1 статьи 65 АПК РФ, возлагается бремя опровержения сомнений в исполнении сделки.

Мнимость указанного финансовым управляющим договора займа от 16.11.2016, как полагает суд первой инстанции, выражается в отсутствии реальных правоотношений между сторонами, что подтверждается следующими обстоятельствами.

В подтверждение возможности предоставления должнику заемных средств Урсакием А.В. в материалы дела представлены: сведения о доходах физического лица Урсакия А.В. за 2007-2016, сведения о доходах физического лица Урсакий А.А. (супруга Урсакия А.В.) за 2007-2014, договора денежного займа от 16.11.2011, от 16.11.2012, 16.11.2013, от 16.11.2014, от 16.11.2015, выписки международных платежей с банковского счета за 2004-2006, договор купли-продажи жилого помещения от 22.04.2015, договор купли-продажи нежилого помещения от 25.03.2008, договор купли-продажи нежилого помещения от 15.08.2011, выписка по счету в КБ «Энерготрансбанк». 

            Вместе с тем, представленные в материалы дела кредитором документы о его совокупном доходе не позволяют сделать вывод о наличии  финансовой возможности Урсакия А.В. предоставить Щербакову Е.П. в указанный  период денежные средства в заявленном размере. Доказательств расходования должником полученных от Урсакия А.В. заемных денежных средств в материалы дела также не представлено.

            Представленные Урсакием А.В. в материалы дела международные банковские SWIFT переводы, договоры  купли-продажи  недвижимости, заключены  в 208, 2011, 2015 годах не приняты судом первой инстанции в качестве доказательств наличия у кредитора денежных средств в достаточном размере, поскольку спорный заем был предоставлен  2016 году  по прошествии значительного количества времени с момента продажи недвижимости и совершения международных переводов.  

            Учитывая, что кредитор является физическим лицом, суд первой инстанции, исходя из представленных документов финансового положения  займодавца, пришел к обоснованному выводу о  том, что  предоставленная должнику в качестве займа  сумма 210 000 евро и 214 000 долларов США не являлась  для Урсакия А.В. незначительной. При этом заявитель не обосновал необходимость выдачи займа наличными средствами и невозможность совершения этого путем безналичных операций. 

            Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что Урсакием А.В. должным образом не подтвержден факт наличия у него свободных денежных средств в размере суммы эквивалентной 210 000 евро и 214 000 долларов США для целей предоставления их в заем должнику, а последним - факт поступления денежных средств по спорному договору займа и их расходование,  при этом целью совершения оспариваемой сделки было противоправное намерение сторон, направленное на создание видимости совершения сделки и получения контроля над процедурой банкротства, введения иных участников дела о банкротстве в заблуждение относительно истиной воли каждой из сторон оспариваемой сделки, суд первой инстанции пришел  обоснованному выводу о том, что спорный договор денежного займа от 16.11.2016, заключенный между Урсакием А.В. и Щербаковым Е.П. является мнимой сделкой.

             В силу изложенного оснований для включения требования Урсакия А.В. в реестр требований кредиторов должника у суда первой инстанции  не имелось.       Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении заявления  финансового управляющего Кущенко А.В. и требования Урсакия А.В. фактические обстоятельства судом первой инстанций установлены правильно, проверены доводы и возражения сторон, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

            Доводы апелляционной жалобы Урсакия А.В. не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

            Доказательств реального исполнения договора займа   в материалы дела  не  представлено, равно как и объективных доказательств финансовой возможности  Урсакия  А.В. предоставить должнику  денежные  средства в заявленном размере. 

            При изложенных выше обстоятельствах оспариваемое определение является законным и обоснованным, в силу чего отсутствуют основания для его отмены.            Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  Калининградской области  от 12.07.2018 по делу №  А21-11483/2017  оставить без изменения, а апелляционную жалобу  - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Е.К. Зайцева

 

Судьи

 

Н.В. Аносова

 

 Л.С. Копылова