АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-18167/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 августа 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Качур Ю.И.,

судей                                                         Доронина С.А.,

ФИО1 –

при ведении протокола с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Спиридоновым В.В. рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Метало-торговой компании «СибМетСклад» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО МТК «СибМетСклад», кредитор) и финансового управляющего имуществом ФИО2 – ФИО3 (далее – финансовый управляющий) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.03.2022 (судья Апциаури Л.Н.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2022 (судьи Усанина Н.А., Иванов О.А., Иващенко А.П.) по делу № А27-18167/2018 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, далее – должник), принятые по заявлению финансового управляющего о признании недействительным договора дарения от 15.03.2016, заключенного между должником и ФИО4, применении последствий его недействительности.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – ФИО5.

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Кемеровской области (судья Бондаренко С.С.) в судебном заседании приняли участие: финансовый управляющий имуществом ФИО2 – ФИО3; директор ООО МТК «СибМетСклад» - ФИО6; представитель ФИО5 – ФИО7 по доверенности от 27.11.2018.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве умершего гражданина ФИО2 финансовый управляющий его имуществом обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора дарения от 15.03.2016 двухкомнатной квартиры, общей площадью 52,1 кв. м, жилой площадью 26,2 кв. м, расположенной по адресу: 

<

...> (далее – квартира, недвижимость), заключенного между должником и ФИО4 (дочерью), применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника спорной недвижимости.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 29.03.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2022, в удовлетворении заявления отказано.

ООО МТК «СибМетСклад» и финансовый управляющий обратились с кассационными жалобами, в которых просят отменить определение арбитражного суда от 29.03.2022 и постановление апелляционного суда от 02.06.2022, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления финансового управляющего.

В обоснование своих жалоб ООО МТК «СибМетСклад» и финансовый управляющий ФИО3 указали на следующие доводы: выводы судов об отсутствии оснований для признания сделки, совершенной должником с заинтересованным лицом, недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), сделаны при неправильном применения закона и не соответствует имеющимся в деле доказательствам и фактическим обстоятельствам; на дату совершения оспариваемой сделки (15.03.2016) должник обладал признаками недостаточности имущества и неплатежеспособности; учитывая тот факт, что имущество находится в общей совместной собственности супругов, активы должника на дату совершения сделки необходимо было учитывать в размере его доли (1/2 от совместно нажитого имущества); судами неправомерно не учтено, что у должника также имеется текущая и еще не включенная в реестр требований кредиторов иная задолженность в значительном размере, в том числе перед ООО МТК «СибМетСклад»; анализ выписок по счетам ФИО2 свидетельствует об тенденции к уменьшению активов и увеличению долговых обязательств, поэтому дарение недвижимости, которое не является единственным жильем для должника, направлено на причинение вреда кредиторам и вывод ликвидных активов из конкурсной массы.

К материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщены отзывы ФИО5 и ФИО4 на кассационные жалобы ООО МТК «СибМетСклад» и финансового управляющего ФИО3

В судебное заседание суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 15.03.2016 между должником и ФИО4 заключен договор, по условиям которого должник подарил ФИО8 жилое помещение (квартиру), общей площадью 52,1 кв. м, жилой площадью 26,2 кв. м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0401014:11689 Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) переход права собственности на квартиру зарегистрирован 01.04.2016.

Полагая, что на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, сделка совершена между заинтересованными лицами, в результате вывода должником из конкурсной массы ликвидного объекта (недвижимого имущества) причинен вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании оспариваемой недействительной сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды двух инстанций, пришли к выводам об отсутствии в совершенной сделке всех необходимых признаков недействительной сделки, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также недоказанности наличия в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительности.

Суд округа считает, что судами приняты по существу правильные судебные акты.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по указанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок Данный подход неоднократно высказывался Верховным Судом Российской Федерации, например, в определениях от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ, исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

В рассматриваемом случае недействительность оспариваемого договора дарения по мотиву его совершения со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 ГК РФ) финансовый управляющий усматривал в совместных действиях заинтересованных лиц по выведению активов из собственности должника в условиях его неплатежеспособности в отсутствие встречного предоставления и экономической целесообразности сделки.

Суды пришли к правильному выводу о том, что названные пороки не выходят за пределы дефектов подозрительных сделок (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), в связи с чем оснований для признания их недействительными по общегражданским основаниям (статьи 10, 168, 170 ГК РФ) не имелось.

Таким образом, для правильного рассмотрения заявления подлежат установлению пороки, связанные с подозрительным характером оспариваемой сделки, как совершенной заинтересованными лицами в ущерб кредиторам должника.

Действительно, договор дарения является безвозмездной сделкой, заключенной (15.03.2016) должником в трехлетний период подозрительности (заявление о признании должника банкротом принято к производству определением суда от 28.08.2018) с заинтересованным лицом (ответчик – дочь должника), следовательно, договор подпадает под период и признаки подозрительности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соответственно, для признания недействительным договора дарения необходимо установить противоправную цель его заключения – причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, то есть выяснить имелись ли у ФИО2 по состоянию на 15.03.2016 кредиторы (наличие признаков неплатежеспособности, осведомленность об этом второй стороны сделки предполагается).

По результату исследования указанного обстоятельства суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что на дату совершения сделки у должника имелась только одна просроченная задолженность перед ФИО9 на сумму 390 000 руб., не оплаченная им до возбуждения дела о банкротстве, притом, что на дату совершения сделки у должника имелись денежные средства и имущество для ее полного погашения, а кредитором она не заявлялась ко взысканию. Следовательно, суды пришли к обоснованному выводу о недоказанности финансовым управляющим признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемой сделки, поскольку задолженность перед одним кредитором в незначительном размере сама по себе об этом еще не свидетельствует.

Так, решением Ленинского районного суда города Кемерово от 25.04.2018 с ФИО2 в пользу ФИО9 взыскана сумма займа в размере 390 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.08.2016 по 31.03.2018 в размере 741 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 855 руб. Задолженность взыскана по договору займа от 03.09.2015; сумма займа должна быть возвращена не позднее 25.11.2015; заем частично возвращен в сумме 210 000 руб.

Неплатежеспособность и неоплата конкретного долга отдельному кредитору не тождественны, наличие у должника неисполненных обязательств перед отдельными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, на дату совершения оспариваемого договора дарения у ФИО2 имелась задолженность по договору займа в размере 390 000 руб., которая могла быть погашена должником. Иная задолженность, на которую ссылаются кассаторы, имеющаяся на дату заключения оспариваемой сделки погашена должником в полном объеме задолго до возбуждения дело о банкротстве, а включенная в реестр возникла не ранее второй половины 2018 года и не являлась просроченной.

Судами также правомерно учтено, что активов у должника было достаточно, им активно велась предпринимательская деятельность, погашались имеющиеся кредитные обязательства, осуществлялись операции по расчетным счетам. Специфика предпринимательской деятельности предполагает практически равное соотношение доли активов и пассивов, поэтому практически равное поступление и списание денежных средств с расчетного счета должника его неплатежеспособности не подтверждает.

Судами установлено, что обороты должника за 2015 год составили 196 958 377,94 руб., за 2016 год 88 164 507,08 руб., из книги продаж ФИО2 обороты за 2015 год составили 221 455 274,78 руб., за 2016 год – 116 726 661,70 руб.

За декабрь 2015 года ФИО2 приобретено товаров на сумму 2 482 250,43 руб., при этом всем 14 продавцам стоимость покупок оплачена; за январь 2016 года ФИО2 приобретено товаров на сумму 4 000 175,74 руб., при этом всем 17 продавцам стоимость покупок также оплачена.

Кроме того, на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелось иное имущество, стоимость которого по состоянию на 31.12.2017 составляла 26 906 655,56 руб. (определение суда от 23.03.2022).

При этом необходимость учитывать лишь половину активов должника с учетом доли в совместно нажитом имуществе его супруги действующее законодательство не предусматривает, тем более что ФИО5 дала нотариальное согласие на заключение договора дарения квартиры в пользу дочери, нотариального соглашения о разделе совместно нажитого имущества между ними заключено не было.

Придя к выводу о действительности договора дарения, суды правомерно учли, что сделка по отчуждению квартиры родителями в пользу дочери была совершена ими в рамках обычных семейных отношений, без цели причинения вреда кредиторам ФИО2 Дочь должника - ФИО4 вместе со своей семьей зарегистрирована и по настоящее время проживает в спорной квартире, не производила ее дальнейшего отчуждения (определение Верховного Суда российской Федерации от 21.07.2022 № 304-ЭС20-22046(4)).

Наличие на дату совершения оспариваемой сделки иных кредиторов в отсутствие просроченной задолженности перед ними само по себе не свидетельствует о недействительности сделки и цели причинения вреда ни конкурсной массе, ни кредиторам должника.

Поскольку материалами дела не подтверждена совокупность условий для вывода о подозрительном характере оспариваемой сделки (на дату совершения договора дарения отсутствовал признак неплатежеспособности должника, осведомленности об этом другой стороны сделки (недобросовестности контрагента)), суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, что соответствует разъяснениям изложенным в абзаце шестом пункта 5 Постановления № 63.

В целом доводы, приведенные в кассационных жалобах, направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств по делу, что находится за пределами полномочий судебной коллегии (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом округа не установлено, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Поскольку при подаче кассационной жалобы финансовому управляющему предоставлена отсрочка от уплаты государственной пошлины, с конкурсной массы должника подлежит взысканию в доход федерального бюджета 3 000 руб.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.03.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2022 по делу № А27-18167/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с конкурсной массы ФИО2 в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе финансового управляющего ФИО3.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                  Ю.И. Качур

 

Судьи                                                                                                                 С.А. Доронин

 

ФИО1