АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

 ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  кассационной инстанции по проверке законности  и обоснованности судебных актов арбитражных судов, 

 вступивших в законную силу

Дело № А48-11179/2020

г. Калуга

2 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления принята 22.07.2024 Постановление в полном объеме изготовлено 02.08.2024 

Арбитражный суд Центрального округа в составе:  

Председательствующего Ахромкиной Т.Ф.  Судей Звягольской Е.С.  

 ФИО1, 

при участии в заседании: 

от заявителя жалобы: не явились, извещены надлежаще;  

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежаще.  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Орловской области от 19.03.2024 и  постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2024 по делу   № А48-11179/2020,  

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (далее – ФИО3, должник) обратился в  Арбитражный суд Орловской области с заявлением о признании его несостоятельным  (банкротом).  

Решением Арбитражного суда Орловской области от 27.12.2021 ФИО3  признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества,  финансовым управляющим утвержден ФИО4.  

Определением Арбитражного суда Орловской области от 19.03.2024 (судья Деева  Н.Е.), оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 29.05.2024 (судьи: Ботвинников В.В., Орехова Т.И., Мокроусова  Л.М.), процедура реализации имущества гражданина ФИО3 завершена, должник  освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований,  не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации  имущества гражданина.  

Не согласившись с указанными судебными актами в части освобождения ФИО3 от дальнейшего исполнения обязательств, кредитор ФИО2  

обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой  просит определение Арбитражного суда Орловской области от 19.03.2024 и  постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2024 в  указанной части отменить.  

 В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами  первой и апелляционной инстанций норм материального права. Указывает на  злоупотребление правом со стороны должника, что установлено судом общей  юрисдикции. По мнению кассатора, не имеет правового значения то обстоятельство, что  имущество, которое должник пытался скрыть, исключено из конкурсной массы как  единственное жилье.  

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного  разбирательства надлежащим образом, в том числе путем размещения информации в  Картотеке арбитражных дел, в суд округа не явились. Дело рассмотрено в порядке статьи  284 АПК РФ в отсутствие неявившихся лиц.  

Поскольку кассатором судебные акты обжалуются только в части освобождения  должника от исполнения обязательств перед кредитором, суд округа, по правилам части 1  статьи 286 АПК РФ, проверяет законность судебных актов, исходя из доводов,  содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, только в  обжалуемой части.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия  кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов в  связи со следующим.  

Согласно пункту 6 статьи 213.27 Закона о банкротстве требования кредиторов, не  удовлетворенные по причине недостаточности имущества гражданина, считаются  погашенными, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным  законом.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения  расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от  дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не  заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации  имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).  

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования  кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о  наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия  определения о завершении реализации имущества гражданина.  

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение  гражданина от обязательств не допускается, в том числе в случае, если доказано, что при  возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или  уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина,  гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно  уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и  (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при  получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.  

Аналогичная позиция изложена в пункте 45 Постановления Пленума Верховного  Суда РФ № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие  процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан».  

Согласно абзацу третьему пункта 28 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о  банкротстве индивидуальных предпринимателей» в случаях, когда при рассмотрении дела  о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства  либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими  правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на  

себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных  сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества,  вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и т.п.), суд  вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в  отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств  (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Таким образом, отказ в освобождении должника от обязательств должен быть  обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное  уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.  

Законодатель установил строгий определенный порядок реализации имущества  гражданина и ограниченный перечень исключительных ситуаций, при которых  физическое лицо не подлежит освобождению от обязательств, которые в данном случае  отсутствуют.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от  25.01.2018 № 310-ЭС17-14013, институт банкротства граждан предусматривает  экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое  положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью  института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина -  предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно  избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной  степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося  им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные  требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное  сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с  судом.  

Возражая против применения к должнику правил об освобождении от исполнения  обязательств, ФИО2 указывал на то, что определением Судебной коллегии по  гражданским делам Орловского областного суда от 15.01.2020 установлен факт  злоупотребления правом и совершения должником мнимой сделки с имуществом с целью  избежания возможного обращения на него по исполнительному производству.  

Судами установлено, что 29.05.2015 ФИО3, являясь собственником  земельного участка и расположенного на нем жилого дома по адресу: д. Бутово, ФИО6  район, Орловская область, заключил со своим сыном - ФИО5 договор купли-продажи указанных объектов недвижимости.  

На основании данного договора 08.06.2015 Управлением Федеральной службы  государственной регистрации, кадастра и картографии по Орловской области произведена  регистрация права собственности на вышеуказанные объекты недвижимости за  покупателем (ФИО5).  

ФИО2 обратился в ФИО6 районный суд Орловской области с иском к  ФИО3, ФИО5 о признании договора купли-продажи жилого дома и  земельного участка недействительным и применении последствий недействительности  сделки.  

Решением Урицкого районного суда Орловской области от 27.09.2019 по делу N 2-1- 271/2019 в исковых требованиях ФИО2 отказано.  

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам  Орловского областного суда от 15.01.2020 по делу № 2-1-271/2019 апелляционная жалоба  ФИО2 удовлетворена, решение Урицкого районного суда Орловской области от  27.09.2019 отменено, исковые требования ФИО2 к ФИО3, ФИО5  удовлетворены, договор купли-продажи жилого дома и земельного участка (кадастровый  номер 57:06:0740101:0013), расположенных по адресу Орловская обл., ФИО6, р-н, д.  Бутово, заключенный 29.05.2015 между ФИО3 и ФИО5, признан  недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде  

исключения из ЕГРН сведений о ФИО5, как о собственнике жилого дома и  земельного участка с кадастровым номером 57:06:0740101:0013, расположенного по  адресу: Орловская обл., ФИО6 район, д. Бутово.  

Указанные объекты недвижимости были зарегистрированы за должником. 

Отклоняя доводы кредитора о наличии в действиях должника признаков  злоупотребления правом, суды исходили из того, что обстоятельства, установленные в  рамках гражданского дела № 2-1-271/2019, не привели к нарушению прав и законных  интересов кредитора, поскольку имущество, которое было реализовано должником по  договору купли-продажи, впоследствии признанному недействительной сделкой,  наделено исполнительским иммунитетом.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Орловской  области от 04.04.2023, оставленным без изменения Постановлением Девятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 22.06.2023, Постановлением Арбитражного суда  Центрального округа от 28.09.2023, из конкурсной массы ФИО3 исключены  жилой дом площадью 28,2 кв. с кадастровым № 57:06:0740101:63 по адресу - 303929,  Орловская обл., ФИО6 р-н, д. Бутово и земельный участок с кадастровым N  57:06:0740101:13 площадью 5 412 кв. м по адресу - 303929, Орловская обл., ФИО6 р-н,  д. Бутово, на основании статьи 446 ГПК РФ как единственное пригодное жилое  помещение для постоянного проживания должника.  

Таким образом, указанное имущество не подлежало включению в конкурсную массу  должника и, соответственно, за счет этого имущества не могли быть удовлетворены  требования кредиторов.  

Из разъяснений, данных в пункте 45 постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №  45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в  делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», следует, что в случаях, когда при  рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или  фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о  злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном  поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств,  предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или  умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о  предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 ГК РФ,  вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в  отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.  

Аналогичная позиция сформулирована в определении Верховного Суда РФ от  03.09.2020 № 310-ЭС20-6956.  

При этом злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком  умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности.  Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило,  поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия  для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать  от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения  домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности  уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает  свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено  взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе  мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК  РФ)), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или  имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю  или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию  имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение  

задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга  ведет явно роскошный образ жизни.  

В рассматриваемом случае таких обстоятельств установлено не было. 

Соглашаясь с данным выводом судов, суд округа считает необходимым отметить,  что договор купли-продажи спорного имущества между ФИО3 и ФИО5 был заключен 29.05.2015, то есть до принятия Арбитражный судом Орловской  области решения о взыскании с ИП ФИО3 в пользу ПАО «Сбербанк России»  задолженности по кредиту в сумме 1 373 310,24 руб., из которой 1 213 807,39 руб. – сумма  основного долга, 155 074,03 руб.– проценты за пользование кредитом, 4 428,82 руб.–  неустойка за несвоевременное погашение процентов за пользование кредитом, а также  взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 26 733 руб. (дело   № А48-6770/2015) и задолго до возбуждения в отношении должника дела о  несостоятельности (банкротстве).  

Стоит также отметить, что, заключая 13.12.2016 с Банком договор цессии, кредитор  ФИО2 должен был знать о том, что в отношении ФИО3 ведется  исполнительное производство (возбуждено 22.03.2016). При этом кредитором не дано  разумного экономического обоснования приобретения у Банка просроченной  задолженности в значительном размере, которая не взыскивается на протяжении  длительного времени. Таким образом, ФИО2, приобретая такую задолженность,  должен был осознавать возможность наступления негативных последствий в виде  невозврата долга.  

Верховным Судом РФ в Определении от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820  сформулирован правовой подход о недопустимости использования института банкротства  для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств,  когда непредоставление сведений или предоставление заведомо недостоверных сведений  должником отрицательным образом влияет на возможность максимально полного  удовлетворения требований кредиторов.  

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным  поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих  обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование  деятельности финансового управляющего и т.д.) (Определение Верховного Суда РФ от  15.06.2017 № 304-ЭС17-76).  

Между тем, по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» принятие на себя непосильных долговых обязательств  ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных  обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от  недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким  препятствием не является.  

Из материалов дела следует, что признаки фиктивного или преднамеренного  банкротства отсутствуют. На что также указал в ходе рассмотрения дела финансовый  управляющий имуществом должника ФИО4 При этом финансовым управляющим  обращено внимание на отсутствие фактов незаконных действий должника,  мошенничества, злостного уклонения от исполнения обязательств, сокрытия или  умышленного уничтожения имущества.  

Исходя из изложенного, принимая во внимание отсутствие доказательств,  свидетельствующих о наличии каких-либо обстоятельств, при которых должник не может  быть освобожден от исполнения обязательств ввиду злоупотребления правом с его  стороны, противоправных действий направленных на умышленное причинение ущерба  ФИО2 и иным кредиторам, сокрытие имущества, воспрепятствование  деятельности финансового управляющего или суда и тому подобных фактов  недобросовестного поведения, суд первой инстанции, с которым впоследствии согласился  апелляционный суд, пришел к выводу об освобождении должника от дальнейшего  

исполнения требований перед кредитором ФИО2 в соответствии с  положениями статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».  

Вместе с тем, суд округа считает необходимым отметить, что если обстоятельства,  указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после  завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации  имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может  быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению  конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего. Такое  заявление может быть подано указанными лицами в порядке и сроки, предусмотренные  статьей 312 АПК РФ (пункт 46 постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45).  

Также в случае выявления фактов сокрытия гражданином имущества или незаконной  передачи гражданином имущества третьим лицам конкурсные кредиторы или  уполномоченный орган, требования которых не были удовлетворены в ходе реализации  имущества гражданина, вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о пересмотре  определения о завершении реструктуризации долгов гражданина или реализации  имущества гражданина и предъявить требование об обращении взыскания на указанное  имущество (пункт 1 статьи 213.29 Закона о банкротстве).  

В силу положений статьи 286 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается исходя  из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражений относительно жалобы.  Между тем доводов, опровергающих выводы суда апелляционной инстанции,  кассационная жалоба не содержит.  

По сути, доводы, изложенные в кассационной жалобе, указывают на несогласие  заявителя с выводом суда, сделанным на основании представленных в материалы дела  доказательств. Вместе с тем, вопрос оценки доказательств в силу части 1 статьи 71 АПК  РФ является компетенцией суда, рассматривающего спор по существу. Разрешая  настоящий обособленный спор, суд действовал в рамках предоставленных ему  полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует  положениям статьи 71 АПК РФ.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288  АПК РФ, безусловным основанием для отмены обжалуемого постановления, судом  кассационной инстанции не установлено.  

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения кассационной  жалобы ФИО2 и отмены судебных актов не имеется.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Орловской области от 19.03.2024 и постановление  Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2024 по делу № А4811179/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в  двухмесячный срок в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Т.Ф. Ахромкина  

Судьи Е.С. Звягольская  

 ФИО1