ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-38371/2016

город Ростов-на-Дону

30 октября 2019 года

15АП-11554/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 30 октября 2019 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Сулименко Н.В., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 22.07.2019; 

ФИО4: лично, по паспорту;

от финансового управляющего ФИО4 - ФИО5: представитель ФИО6 по доверенности от 14.02.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.03.2019 по делу № А32-38371/2016 о признании сделки должника недействительной по заявлению финансового управляющего ФИО5 к ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, принятое в составе судьи ФИО7 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее  - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился финансовый управляющий ФИО5 с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи недвижимости от 19.02.2016, заключенного между должником и ФИО2 и применении последствий недействительности сделки, а также просит признать за должником право собственности на спорное имущество.

Финансовый управляющий ходатайствовал о фальсификации доказательств и о назначении экспертизы, а именно в отношении дополнительного соглашения от 25.02.2016 к договору купли-продажи недвижимости от 19.02.2016; расписки ФИО4 в получении денежных средств в размере 1 271 000 руб.; отчета об определении рыночной стоимости № 0077 от 22.02.2016.

Должник ходатайствовал об исключении доказательств, в отношении которых заявлено требование о фальсификации.

Судом установлено, что доказательства в отношении, которых заявлено требование о фальсификации представлены должником и стороной сделки, а именно: должником представлена копия договора купли-продажи от 19.02.2016, копия дополнительного соглашения от 25.02.2016, отчет № 0077 от 22.02.2016; ФИО2 - копия договора купли-продажи от 19.02.2016, копия дополнительного соглашения от 25.02.2016, копия расписки, копия отчета № 0077 от 22.02.2016.

Суд исключил копию договора купли-продажи от 19.02.2016, копию дополнительного соглашения от 25.02.2016, отчет № 0077 от 22.02.2016, предоставленные в материалы дела должником, из числа доказательств по делу, на основании п. 2 ч. 1 ст. 161 АПК.

В удовлетворении ходатайство о фальсификации доказательств, представленных ФИО2 суд отказал ввиду следующего.

Согласно ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения, возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Исходя из смысла ст. 82 АПК РФ, экспертиза назначается для разъяснения только тех вопросов, которые касаются важных для дела фактических обстоятельств.

Суд указал, что доказательства, представленные ФИО2, не имеют существенного влияния на результат рассмотрения спора.

При этом суд оценил указанные доказательства с учетом исключения аналогичных доказательств должником, отсутствия документов, подтверждающих возможность оплаты как первоначальной суммы, так и последующей.

Кроме того, суду указал, что не представлены сведения об экспертах для проверки ходатайства о фальсификации, а также доказательств внесения денежных средств в депозит суда для проведения экспертизы.

Определением от 28.03.2019 суд отклонил ходатайство о фальсификации доказательств. Суд удовлетворил заявление финансового управляющего об оспаривании сделки должника.

Суд признал недействительным договор купли-продажи недвижимости от 19.02.2016, заключенный между ФИО4 и ФИО2. 

Суд применил последствия недействительности сделки, взыскав с ФИО2 в пользу ФИО4 денежные средства в сумме 3 903 000 руб. 

Производство по заявлению в части признания права собственности суд прекратил.

Суд отменил обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.07.2017 в виде наложения ареста на нежилые помещения мансарды №№ 3, 4, 4/4, 4/2 здания литер над/А, общей площадью 60,9 кв. м, расположенные по адресу: 

<

...>. 

Суд выплатил эксперту 8 000 руб. с депозитного счета Арбитражного суда Краснодарского края, внесенные ООО «Гелос» по платежному поручению от 23.05.2018 № 110, на банковские реквизиты, представленные экспертом. Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Гелос» расходы по оплате экспертизы в сумме 8 000 руб. 

Суд взыскал с ФИО2 в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 9 000 руб.

ФИО2 обжаловала определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила отменить судебный акт, принять новый.

В судебном заседании суд огласил, что от ООО «Гелос» через канцелярию суда поступили возражения на ходатайство  ФИО2 о назначении повторной судебной экспертизы для приобщения к материалам дела. 

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить возражения на ходатайство  к материалам дела.

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддержал ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы по делу.

Представитель финансового управляющего ФИО4 - ФИО5 возражал против удовлетворения ходатайства.

Вместе с тем представитель финансового управляющего ФИО4 - ФИО5 пояснил, что в случае, если суд придет к выводу о возможности назначения повторной судебной экспертизы по делу, просил поручить проведение повторной судебной экспертизы оценщику ФИО8, поставить на разрешение эксперта вопрос: - Какова рыночная стоимость нежилых  помещений мансарды № 3, № 4, № 4/1, № 4/2, общей площадью 60,9 кв. м, расположенных по адресу: 

<

...>, по состоянию на 19.06.2016?

Суд отложил рассмотрение ходатайства и определил рассмотреть его в совещательной комнате.

Представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

ФИО4 просила определение суда отменить.

Представитель финансового управляющего ФИО4 - ФИО5 просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

ФИО2 заявила ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы. 

В обоснование заявленного ходатайства о проведении повторной судебной экспертизы, ФИО2 ссылается на следующие обстоятельства. 

Согласно Рецензия №0193-р от 15.07.2019 на заключение эксперта №1-9-18 от 21.09.2018 об определении рыночной стоимости нежилых помещений мансарды №3, №4, №4/1, №4/2, общей площадью 60,9 кв.м, расположенных по адресу: 

<

...>, по состоянию на 19.02.2016, выполненное экспертом ФИО9, при проверке соответствия заключения эксперта №1-9-18 от 21.09.2018 Федеральному закону № 135-ФЗ от 29.07.1998 г. «Об оценочной деятельности Российской Федерации» (далее - ФЗ № 135-ФЗ), Федеральным стандартам оценки (далее - ФСО), Приказу Министерства юстиции РФ от 20.12.2002 № 346 «Об утверждении Методических рекомендаций по производству судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы министерства юстиции Российской Федерации», существующим принципам и методикам проведения оценки, было выявлено следующее:

1.                    На стр. 5 указано, что осмотр участка и здания производился 21.09.2018, однако участок не является объектом оценки, так как оцениваются нежилые помещения.

2.                    В заключении эксперта отсутствует анализ наилучшего и наиболее эффективного использования. В связи с вышеизложенным, невозможно идентифицировать сегмент рынка недвижимости, к которому относится объект оценки. А разброс цен на производственно-складские, офисные и торговые объекты значительный, т.е. нарушен п. 15 ФСО-7 «...При определении рыночной стоимости оценщик руководствуется результатами анализа ЫНЭИ для выбора подходов и методов оценки объекта оценки и выбора сопоставимых объектов недвижимости при применении каждого подхода...».

3.                    На стр. 10 анализируется рынок офисной недвижимости за 1 квартал 2016 года, хотя дата оценки 19.02.2016. Таким образом, анализ цен выполнен за период после даты оценки (март 2016 года), т.е. нарушен п. 8 ФСО № 1. Кроме того, нет ссылки на источник информации для средней стоимости 1 кв.м офисной недвижимости в г. Краснодар, т.е. нарушен п. 4 ФСО-3 «...Информация, приведенная в отчете об оценке, использованная или полученная в результате расчетов при проведении оценки, существенная с точки зрения стоимости объекта оценки, должна быть подтверждена (принцип обоснованности)...».

4.                    На стр. 10-11 анализируется рынок торговой и складской недвижимости по состоянию на 3, 4 кварталы 2015 года и первые три месяца 2016 года, хотя объект оценки является офисом (согласно данным таблицы 2 на стр. 7 заключения эксперта) и дата оценки 19.02.2016. На стр. 12 для объектов, назначение которых не совпадает с назначением объектов оценки, приведен диапазон стоимости без ссылки на источник информации от 52 000 до 120 000 рублей за 1 кв.м общей площади коммерческих объектов с совмещением нескольких функций - гостиница (мотель, мини-отель)+ кафе (столовая, ресторан), или дом + магазин (кафе) + сауна, СТО + магазин (закусочная, бар) и т.д., которые продаются как действующие, полностью или частично укомплектованные доходообразующие объекты с оборудованием, мебелью, посудой, текстилем. Таким образом, анализ выполнен за период до даты оценки (3, 4 кварталы 2015 года) и за период после даты оценки (март 2016 года) для сегментов рынка, отличных от сегмента рынка объекта оценки, т.е. нарушен п.4 ФСО-3 «...Отчет об оценке не должен содержать информацию, не использующуюся при проведении оценки при определении промежуточных и итоговых результатов, если она не является обязательной согласно требованиям федеральных стандартов оценки и стандартов и правил оценочной деятельности, установленных саморегулируемой организацией, членом которой является оценщик, подготовивший отчет (принцип достаточности)...», а также нарушен п. 10 ФСО-7 «...Для определения стоимости недвижимости оценщик исследует рынок в тех его сегментах, к которым относятся фактическое использование оцениваемого объекта...».

На стр. 12 указано, что арендные ставки за коммерческие помещения составляют 500-700 руб. за 1 кв.м в месяц. Однако не конкретизировано, для какого вида коммерческих помещений (торговых, офисных, складских помещений) указаны данные ставки, кроме того, нет ссылки на источник информации, т.е. нарушен п. 4 ФСО-3 «...Информация, приведенная в отчете об оценке, использованная или полученная в результате расчетов при проведении оценки, существенная с точки зрения стоимости объекта оценки, должна быть подтверждена (принцип обоснованности)...».

6.                    На стр. 10 средняя стоимость офисной недвижимости по итогам 1 квартала 2016 года составила 55 тыс.руб./кв.м. При этом цены аналогов (75000; 74279; 85106; 74138 руб./кв.м), используемых в сравнительном подходе, не попадают в стоимость офисной недвижимости (55 тыс.руб./кв.м), приведенную в анализе рынка, т.е. полученная рыночная стоимость объекта оценки завышена по сравнению с рыночными данными.

7.                    На стр. 12 ставки аренды за коммерческие помещения составляют 500-700 руб. за 1 кв.м в месяц. При этом ставки аренды аналогов (823,5; 862; 1313 руб./кв.м в мес), используемых в доходом подходе, не попадают в стоимость аренды коммерческих площадей (500-700 руб. за 1 кв.м), приведенную в анализе рынка, т.е. полученная рыночная стоимость объекта оценки завышена по сравнению с рыночными данными.

8.                    Нарушен п. 8ж ФСО-3 «...В разделе анализа рынка должна быть представлена информация по всем ценообразующим факторам, использовавшимся при определении стоимости, и содержаться обоснование значений или диапазонов значений ценообразующих факторов...», так как на стр. 12 нет обоснования значений или диапазонов значений ценообразующих факторов. Ценообразующие факторы (такие, как местоположение, наличие озеленения и иного благоустройства, наличие сауны, состав коммуникаций, наличие движимого имущества, необходимого для полноценного функционирования бизнеса), указанные в анализе рынка на стр. 12, не используются в расчетах. В расчетах используются другие ценообразующие факторы, которые отсутствуют в анализе рынка, однако влияют на рыночную стоимость: на стр. 16-20 указаны следующие факторы: торг, качество прав, материал стен, площадь объекта, удаленность от остановки общественного транспорта, расположение на линии домов, этаж расположения, наличие отдельного входа, наличие охран; на стр. 24-27 указаны следующие факторы: уторговывание, площадь объекта, расположение на линии зданий, удаленность от общественного транспорта, этаж расположения, наличие отдельного входа, наличие охраны. Кроме того, такие факторы, как наличие озеленения и иного благоустройства, наличие сауны (сауна, как правило, в офисах отсутствует) не влияют на стоимость офисов. Так как оценивается офис как недвижимое имущество, а не как бизнес, то фактор «наличие движимого имущества, необходимого для полноценного функционирования бизнеса» не влияет на стоимость офисов.

9.                    Объект оценки является офисными помещениями согласно данным таблицы 2 на стр. 7 заключения эксперта, однако на стр. 19 в таблице 14 и на стр. 26 в таблице 20 указано, что объект экспертизы - помещение свободного назначения. Офис на мансарде не может являться помещением свободного назначения, так как оцениваемые помещения не расположены на 1 этаже, не имеют отдельного входа и под торговое или любое другое назначение, кроме офисного, использоваться не могут. Таким образом, в экспертном заключении имеются противоречия, которые приводят к неверному подбору аналогов и завышению рыночной стоимости.

Аналог, площадью 47 кв.м, используемый в сравнительном подходе, подобран некорректно, так как не является офисом согласно данным объявления на стр. 33 (в объявлении указано, что продается готовое торговое помещение и что активный пешеходный трафик создает выгодное место для торговой деятельности). Таким образом, в экспертном заключении используется аналог, не соответствующий по назначению объекту оценки, что приводит к завышению рыночной стоимости.

11.               В сравнительном подходе аналоги №№1, 4 на стр. 32, 33 предлагались к продаже в марте 2015 года, т.е. даты предложений аналогов №№1, 4 значительно отличаются от даты оценки (более 11 месяцев) и в доходном подходе аналоги №№2, 3 на стр. 34 предлагались к продаже в апреле 2015 года и марте 2015 года соответственно, т.е. даты предложений аналогов №№2, 3 значительно отличаются от даты оценки (более 10 месяцев). Таким образом, в заключении использована информация о событиях на дату оценки (19.02.2016) только для аналога №3 в сравнительном подходе (стр. 33). Доходный подход выполнен за период февраль 2015 года - август 2015 года, т.е. за период, не относящийся к дате оценки (19.02.2016).

12.               Аналог, площадью 58 кв.м на стр. 15 пронумерован как аналог №3, а в приложении на стр. 33 он пронумерован как аналог №4. Аналог, площадью 47 кв.м, на стр. 15 пронумерован как аналог №4, а в приложении на стр. 33 он пронумерован как аналог №3.

13.               Аналог, площадью 58 кв.м (стр. 15, стр. 33, стр. 23, стр. 34) представляет собой один и тот же объект и имеет отдельный вход с крыльцом и навесом. При расчете стоимости сравнительным подходом на стр. 17 указано, что объект оценки и объекты-аналоги сопоставимы по параметру (наличие отдельного входа), т.е. не имеют отдельного входа, и введение корректировки не требуется. При расчете стоимости сравнительным подходом на стр. 19 в таблице 14 неверно указано, что у всех аналогов нет отдельного входа и корректировка на наличие отдельного входа равна 0%. При расчете стоимости доходным подходом на стр. 25 указано, что корректировка на наличие отдельного входа для всех аналогов составит -15%, на стр. 26 в таблице 20 неверно указано, что у аналогов №№1, 3 нет отдельного входа, при этом в нижеследующей строке корректировка на наличие отдельного входа для аналогов №№1,3 равна -15%. Таким образом, один и тот же объект в сравнительном подходе не имеет отдельного входа, а в доходном подходе имеет отдельный вход, что в результате приводит к неверным выводам о рыночной стоимости. По состоянию на 4 марта 2015 г. для аналога, площадью 58 кв.м, на стр. 33 и стр. 34 указано, что в связи с продажей помещение пустое, ранее была аренда около 50 000 руб./мес, т.е. фактически цена аренды не 50 000 руб./мес, а около 50000 руб./мес. за период до 04.03.2018 и на дату оценки (19.02.2016) вышеуказанная цена аренды не актуальна.

14.               Аналог, площадью 47 кв.м, используемый в сравнительном подходе, имеет отдельный вход согласно данным объявления на стр. 33 (в объявлении указано, что имеется отдельная входная группа). Однако при расчете стоимости сравнительным подходом на стр. 17 указано, что объект оценки и объекты-аналоги сопоставимы по параметру (наличие отдельного входа), т.е. не имеют отдельного входа, и введение корректировки не требуется. При расчете стоимости сравнительным подходом на стр. 19 в таблице 14 неверно указано, что у всех аналогов нет отдельного входа и корректировка на наличие отдельного входа равна 0%. Для корректных расчетов необходимо было применить понижающую корректировку на наличие отдельного входа к цене аналога, площадью 47 кв.м. Таким образом, нарушен п. 22д ФСО-7 «...При применении метода корректировок каждый объект-аналог сравнивается с объектом оценки по ценообразующим факторам (элементам сравнения), выявляются различия объектов по этим факторам и цена объекта-аналога или ее удельный показатель корректируется по выявленным различиям с целью дальнейшего определения стоимости объекта оценки...». В связи с тем, что не было внесено понижающей корректировки на наличие отдельного входа для аналога №3, рыночная стоимость объекта оценки была завышена.

15. На стр. 21 ставка капитализации рассчитана без скидки на торг в средней стоимости кв.м. Рыночные данные о ценах предложений, которые указаны в источнике https://rosrealt.ru, сильно отличаются от цен, которые устанавливаются покупателем и продавцом при заключении сделки, следовательно, результаты доходного подхода соответствуют ценам предложений, а не ценам сделок. В связи с тем, что не было внесено понижающей корректировки на торг в среднюю стоимость кв.м, итоговая рыночная стоимость объекта оценки была завышена.

Экспертом сделаны следующие выводы: По мнению эксперта ФИО10, на основании вышеизложенного, заключение эксперта №1-9-18 от 21.09.2018 об определении рыночной стоимости нежилых помещений мансарды №3, №4, №4/1, №4/2, общей площадью 60,9 кв.м, расположенных по адресу: 

<

...>, по состоянию на 19.02.2016. выполненного экспертом ФИО9:

не соответствует требованиям Федерального закона № 135-ФЗ от 29 июля 1998г. «Об оценочной деятельности в Российской Федерации»;

не соответствует федеральным стандартам оценки;

не соответствует Приказу Министерства юстиции РФ от 20.12.2002 № 346 «Об утверждении Методических рекомендаций по производству судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы министерства юстиции Российской Федерации»

информация, использованная при расчётах, не обладает полнотой и достоверностью;

использованные в расчетах величины являются недостоверными и необоснованными, выбор объектов-аналогов и величин поправочных коэффициентов к их стоимостям некорректны.

ФИО2 полагает, что сделанные экспертом в заключении №1-9-18 от 21.09.2018 выводы о величине рыночной стоимости объекта оценки, можно признать необоснованными, величину рыночной стоимости завышенной.

Возражения ФИО2 сводятся к несогласию только выбранных объектов-аналогов, для производства оценки.

Суд апелляционной инстанции определением от 26.08.2019 предложил эксперту индивидуальному предпринимателю ФИО9 подготовить подробные письменные пояснения и ответы на вышеизложенные возражения ФИО2 (15 пунктов), указанные в ходатайстве о проведении по делу повторной судебной экспертизы.

Во исполнение определения суда от 26.08.2019 эксперт ФИО9 направил письменные пояснения, из которых следует, что 15.07.2019 ИП ФИО10 оценщиком - членом ООО «Российское общество оценщиков» в соответствии с договором №0193-р от 12.07.2019г. заключенным с неизвестным лицом произведена рецензия заключения эксперта №1-9-18 от 21.09.2018г.

Неизвестным лицом на разрешение оценщику ФИО10 было указано: «провести рецензирование заключения эксперта №1-9-18 от 21.09.2018г. об определении рыночной стоимости нежилых помещений мансарды №3, №4, №4/1, №4/2, общей площадью 60,9 кв.м., расположенных по адресу: 

<

...> по состоянию на 19.02.2016г., выполненного экспертом ФИО9»

Оценщиком ФИО10 при проведении проверки экспертизы на соответствие: ФЗ РФ №135-ФЗ от 29.07.1998г. «Об оценочной деятельности Российской Федерации», Федеральным стандартам оценки, Приказу Министерства юстиции РФ от 20.12.2002г. №346 «Об утверждении Методических рекомендаций по производству судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы министерства юстиции Российской Федерации» существующим принципам и методикам проведения оценки (не экспертизы) установлено:

1. Пояснение к пункту 1:

Осмотр, в том числе и прилегающего к зданию земельного участка производился для уточнения возможности свободного доступа к строению, в котором находиться объект экспертизы, наличие либо возможности парковки автомобилей, так как данные факторы оказывают влияние на ликвидность объекта экспертизы. Вывод оценщика-рецензента о влиянии данного пункта на выводы экспертизы отсутствует.

2. Пояснение к пункту 2:

Проведение Анализа наилучшего и наиболее эффективного использования противоречит ст. 16 Федерального закона от 31.05.2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебно - экспертной деятельности в Российской Федерации» (в определении и материалах дела арбитражного суда объект и сфера его использования определена). Вывод оценщика-рецензента о нарушении Федеральных стандартов оценки в экспертизе не обоснован.

3. Пояснение к пункту 3:

Анализ рынка недвижимости за 1 квартал 2016г. указывает на тенденции развития рынка, при экспертизе, все аналоги-объекты, описанные и применяемые в экспертизе взяты до даты продажи объекта экспертизы 19.02.2016г., источник информации указан на стр.12 заключения эксперта. Вывод оценщика-рецензента о нарушении Федеральных стандартов оценки в экспертизе не обоснован.

4. Пояснение к пункту 4:

По мнению эксперта указанное исследование рынка проведено в сегментах близких к офисным, а это торговая и складская недвижимость, исследование проводились ввиду недостаточности и противоречивости информации о ценах офисной недвижимости, а применение ФСО-3 и ФСО -7 ограничено в связи с тем, что это заключение эксперта, а не отчет оценщика. Вывод оценщика-рецензента о нарушении Федеральных стандартов оценки в экспертизе не обоснован.

5. Пояснение к пункту 5:

Понятие «коммерческих помещений» обобщено «обывателем» при размещении объявлений в открытом доступе (в СМИ) и подразумевает в том числе офисные и торговые помещения. Вывод оценщика-рецензента о нарушении Федеральных стандартов оценки в экспертизе не обоснован.

6. Пояснение к пункту 6:

Средняя рыночная стоимость кв.м. по рынку недвижимости к объекту экспертизы не может быть применена, применялись наиболее подходящие по параметрам объекты-аналоги, находящиеся в непосредственной близости от объекта экспертизы. Вывод оценщика-рецензента о завышенной стоимости в экспертизе без проведения альтернативных расчетов не обоснован.

7. Пояснение к пункту 7:

Средняя рыночная стоимость 1 кв.м. по рынку недвижимости к объекту экспертизы не может быть применена, применялись наиболее подходящие по параметрам объекты аналоги, находящиеся вблизи от объекта экспертизы. Вывод оценщика-рецензента о завышенной стоимости в экспертизе без проведения альтернативных расчетов не обоснован.

8. Пояснение к пункту 8:

Экспертиза не может быть «полноценным отчетом» с учетом определения ретроспективной стоимости объекта экспертизы при расчетах применены корректировки (величины) ценообразующих факторов взятых из аналитических исследований профильных научных учреждений на период времени, предшествующий дате экспертизы. Кроме этого, учитывая ретроспективность экспертизы, отсутствует возможность уточнения параметров объектов аналогов. Выводы оценщика-рецензента о влиянии данного пункта рецензии на определенную экспертом величину рыночной стоимости объекта экспертизы отсутствуют и оформлено как частное мнение.

9. Пояснение к пункту 9:

Понятие «объекта свободного назначения» включает в себя в том числе и офисные помещения. В здании, где находиться объект экспертизы, расположены на разных этажах салоны, медицинские учреждения, школа танцев, образовательные центры, а также объекты, совмещающие продажу товаров (для здоровья, печатной продукции, онлайн-касс, цифровых подписей и т.д.) и оказанием услуг. Утверждение о том, что указанное помещение не может использоваться кроме как офисное, ничем не обосновано. Вывод рецензента о завышении рыночной стоимости не обоснован и оформлен как рассуждение.

10. Пояснение к пункту 10:

В экспертизе в разделе сравнительного подхода, при определении стоимости объекта экспертизы расчет стоимости производился по четырем аналогам, для аналога №3 с площадью 47 кв.м. применены корректировки, в том числе и по расположению (включающая в себя все выгоды расположения, в том числе и активный пешеходный трафик). Вывод оценщика-рецензента о завышении рыночной стоимости объекта экспертизы не обоснован, изложено личное суждение.

11. Пояснение к пункту 11 :

Указанные архивные объявления имеют дату размещения, дату обновления и дату скачивания в архив (простыми словами объявления имеют «период жизни») существование данных объявлений в СМИ занимает довольно значительные периоды (как до даты экспертизы 19.02.2016г., так и после нее). В аналитической части экспертизы, в таблицах на стр. 11,12 (рис. 9-11) приведены данные об изменении цен за 2015г. и I квартал 2016г., изменения составили (для офисов): отрицательная динамика в 2015г. (-1,8% в месяц) и положительная в 2016г. (+1,2% в месяц), указанные изменение цен незначительны для расчета стоимости объекта экспертизы, корректировка на дату предложения не проводилась. Вывод оценщика-рецензента о несоответствии временных периодов при расчете стоимости объекта экспертизы не обоснован.

12. Пояснение к пункту 12:

Объекты аналоги имеют свои отличительные особенности, в частности размеры (площадь), место расположение (адрес) и расположение в приложении, в нумерации отличной от основного текста экспертизы не может вводить в заблуждение. Связь данного пункта (вопроса) и его влияние на окончательную стоимостью объекта экспертизы не установлена рецензентом.

13.      Пояснение к пункту 13:

В сравнительном подходе применена корректировка для аналога площадью 58 кв.м. на этажность (применение отдельной корректировки на вход в сравнительном подходе экспертом по этой причине не применялась). Вывод оценщика-рецензента о неверном выводе о величине рыночной стоимости на основании анализа одного объекта-аналога и вывод о неактуальности цены аренды ничем не обоснованы. При расчете окончательной величины стоимости объекта экспертизы, ни одному из подходов ни присвоено 100%. Преимущества и недостатки подходов оценивались по пятибалльной шкале, с приданием каждому подходу соответствующих весовых коэффициентов с использованием квалиметрического подхода, доходному подходу в установлении окончательной стоимости объекта экспертизы присвоен вес 0,3, сравнительному 0,7. Вывод оценщика-рецензента о неверных выводах экспертизы на основе предположений о некорректном корректировке одного из объектов-аналогов при расчете стоимости объекта экспертизы не обоснован. Свой расчет рецензентом не представлен.

14.      Пояснение к пункту 14:

Понятие «входная группа» (примером может являться галерея гипермаркетов) не всегда сопоставима с понятием «отдельный вход» корректировка не производилась.

Связь данного пункта (вопроса) и его влияние на определение рыночной стоимости объекта экспертизы не установлена рецензентом.

15. Пояснение к пункту 15:

Оценщиком-рецензентом, без проведения какого-либо анализа, как аксиома утверждается о необходимости учета скидки при расчете ставки капитализации. Расчет ставки капитализации в экспертизе рассчитывался без скидки на торг, так как в данном случае она минимальна либо отсутствовала. Вывод оценщика-рецензента на основе лишь его предположений о необходимости внесения поправки на торг при расчете стоимости объекта экспертизы не обоснован.

Эксперт ФИО9 указал, что мнение оценщика ФИО10 в «рецензии» не совпадает с мнением эксперта, проведенный оценщиком анализ применим к отчету об оценке (практически в каждом пункте указывается слово отчет), но не к экспертизе. Императивная форма выражения мнения рецензента возможна, когда очевидна непосредственная причинная связь между ошибкой и выводом.

Рецензент, анализируя заключение эксперта, должен выявить недостатки и оценить их значимость для решения экспертной задачи. Рецензент не оценил значимость выявленных, по его мнению, «недостатков» экспертизы, а лишь обозначил свое мнение и в завершении в выводах указал на несоответствие: ФЗ РФ №135-ФЗ от 29.07.1998г. «Об оценочной деятельности Российской Федерации», Федеральным стандартам оценки, Приказу Министерства юстиции РФ от 20.12.2002г. №346 «Об утверждении Методических рекомендаций по производству судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы министерства юстиции Российской Федерации». Кроме этого, рецензент намеренно опускает тот факт, что имеются свои особенности как в правовом регулировании процессов судебной экспертизы и оценки объектов оценки, так и в оформлении результатов деятельности эксперта и оценщика.

Эксперт также указал, что в рецензии оценщика ИП ФИО10 не содержится: общая оценка заключения эксперта как научно-практического документа, его соответствие (или несоответствие) требованиям методического обеспечения данного вида экспертизы; перечень выявленных недостатков, оценка значимости каждого из них и в совокупности для сделанного экспертом вывода.

В связи с вышеизложенным, судебная коллегия не усматривает правовых оснований для назначения повторной судебной экспертизы. 

В соответствии со ст. 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

В соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", к числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного частью 4 статьи 198 Кодекса, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующих в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Ответчик, не заявлял в суде первой инстанции ходатайств о проведении повторной экспертизы, а равно не представил доказательств, того что имелись препятствия в предоставлении доказательств.

Возражений против проведенной экспертизы в суде первой инстанции, ответчиком заявлено не было. 

Таким образом, оснований для удовлетворения ходатайства о назначении повторной экспертизы у суда апелляционной инстанции не имеется.

Кроме того, представленная в суд апелляционной инстанции Рецензия, не опровергает выводов судебного эксперта, ИП ФИО10, оспаривает только выбранные объекты-аналоги, для производства оценки.

При этом не делается выводов о среднерыночной стоимости объектов недвижимости, что приводит к тому, что сама по себе данная рецензия не является надлежащим доказательством по делу.

Таким образом, оснований для назначения повторной судебной экспертизы в данном деле не имеется.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что определение суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Между должником и ФИО2 заключен договор купли-продажи недвижимости от 19.02.2016, согласно условиям которого должник передал в собственность, а другая сторона сделки приняла нежилые помещения мансарды №№ 3, 4, 4/4, 4/2 здания литер над/А, общей площадью 60,9 кв. м, расположенные по адресу: 

<

...>.

Согласно условиям договора стоимость земельного участка была установлена в сумме 500 000 руб.

Поскольку, по мнению финансового управляющего, заключение договора произведено при условии неравноценного встречного исполнения, указанной сделкой был причинен вред имущественным правам должника и его кредиторам, управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявление в части признания недействительным договор купли-продажи недвижимости от 19.02.2016, заключенный между ФИО4 и ФИО2, исходя из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно п. 1 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом п. 6 настоящего Постановления).

Из материалов дела следует, что по спорному договору было передано имущество, оцененное в сумме 500 000 руб.

Определением арбитражного суда от 04.06.2018 была назначена оценочная экспертиза для определения рыночной стоимости спорного имущества.

Суду представлено экспертное заключение № 1-9-8 от 21.09.2018, согласно которому рыночная стоимость спорного имущества по состоянию на 19.02.2016 составляет 3 903 000 руб.

Указанное заключение эксперта не оспорено, возражений относительно выводов суду не представлено, доказательств отличия стоимости спорного имущества от стоимости, определенной в результате экспертизы также представлено не было.

В спорном договоре указано, что стоимость спорного имущества составляет 500 000 руб.

Доказательств возможности оплаты по спорному договору суду первой инстанции представлено не было, реальность оплаты не подтверждена.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь ввиду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из представленного отчета об оценке следует, что рыночная стоимость спорного имущества на дату заключения договора составляет 3 903 000 руб., в то время как самим договором предусмотрена стоимость имущества 500 000 руб., что является меньше более чем в 7 раз.

Указанное свидетельствует о том, что в результате заключения и исполнения оспариваемой сделки была уменьшена конкурсная масса должника путем реализации имущества по заведомо заниженной цене, что в свою очередь может повлечь убытки кредиторов должника в виде неудовлетворения их требований за счет имущества должника в большем объеме.

Суд первой инстанции, оценив представленные документы, пришел к выводу, что при совершении оспариваемой сделки имеется неравноценность встречного обеспечения, вследствие чего оспариваемая сделка подлежит признанию недействительной по данным основаниям.

В указанной части выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200, части 1 - 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод апелляционной жалобы об отсутствии у ФИО4, задолженности перед кредиторами на дату сделки, судом апелляционной инстанции отклоняется ввиду необоснованности.

Как установлено судом апелляционной инстанции, на основании кредитного договора 

<

***> от 15.08.2019 года ПАО «Краинвестбанк» выдал кредит ООО «Южный трубный завод» в размере 70 000 000 рублей.

Согласно договора поручительства 

<

***>/1 от 15.08.2014 года ФИО4, поручилась за надлежащее исполнение кредитного договора.

25.09.2015 года в ООО «ЮТЗ» была введена процедура наблюдения в деле а32-22528/2015.

09.11.2015 года ПАО «Краинвестбанк» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о включении в реестр кредиторов ООО «ЮТЗ».

04.04.2016 года ПАО «Крайинвестбанк» было включено в реестр кредиторов ООО «ЮТЗ» в сумме 74 992 054,78 рублей.

ФИО4, являясь участником ООО «ЮТЗ», не могла не знать, о том что ООО «ЮТЗ» не исполнило обязательство перед ПАО «Крайинвестбанк» и требования об оплате задолженности предъявлены ей, как сопоручителю.

Как верно указал, податель жалобы решение Октябрьского районного суда г. Краснодара от 18.02.2016 года не обжаловалось и вступило в законную силу.

Однако данное решение суда только закрепило наличие существующей задолженности, а не установило ее.

В материалы дела представлены доказательства наличия неисполненной задолженности на дату совершения сделки.

Доводы подателя жалобы, приведенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и имеющихся в материалах дела доказательств, которым суд первой инстанции дал надлежащую оценку. Апелляционный суд считает, что оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 АПК РФ, не имеется.

При решении вопроса о применении последствий недействительности сделки суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В силу п. 1 ст. 61.6 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Как установил суд первой инстанции и следует из материалов дела, спорное имущество было продано по договору купли-продажи от 10.12.2016 ФИО11

В связи с чем, суд первой инстанции сделал вывод о том, что применить последствия признания сделки недействительной, обязав сторону сделки возвратить в конкурсную массу имущество, в данном случае невозможно.

Таким образом, суд пришел к выводы о том, что в порядке применения последствий признания договора купли-продажи недвижимости от 19.02.2016 недействительным, сторона сделки обязана возместить стоимость переданного имущества.

В соответствии с экспертным заключением № 1-9-8 от 21.09.2018 рыночная стоимость спорного имущества на дату заключения договора составляет 3 903 000 руб. Указанный отчет об оценки не оспорен.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Суд первой инстанции также сослался на то, что в материалы дела доказательства реальности и возможности оплаты стороной сделки по договору не представлены.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, опровергающие вывод о соответствии цены спорного имущества по договору купли-продажи недвижимости от 19.02.2016 его рыночной стоимости, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в качестве применения последствий недействительности сделки следует взыскать со стороны сделки рыночную стоимость спорного имущества в сумме 3 903 000 руб.

Между тем, суд апелляционной инстанции установил, что согласно п. 2 договора купли-продажи недвижимости от 19.02.2016 стоимость имущества по сделке составляет 500 000 руб., уплачиваемых покупателем продавцу полностью до подписания договора.

Суду апелляционной инстанции представлена расписка ФИО4 от 19.02.2016 о получении от ФИО2 денежных средств в размере 500 000 руб. в счет расчетов по договору купли-продажи от 19.02.2016.

Стороны о фальсификации данной расписки не заявили.

Суду апелляционной инстанции также представлены доказательства, подтверждающие финансовое положение ФИО2, позволяющее ей приобрести спорное недвижимое имущество.

Так согласно справке о доходах физического лица от 01.02.2016 № 147 за 2015 год, общая сумма дохода ФИО2 составила 132 532, 43 руб. Представлены пояснения ФИО12, который является мужем ФИО2, из которых следует, что он предоставил денежные средства в размере 500 000 руб. своей супруге – ФИО2, для приобретения спорного недвижимого имущества по договору купли-продажи 19.02.2016. К данным пояснениям приложена выписка из лицевого счета открытого в ПАО «Сбербанк России» на имя ФИО12, из которой следует, что с 04.07.2015 по 21.07.2015 производились операции по счету на сумму 1 400 001, 53 руб. 

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ФИО2 имела финансовую возможность произвести оплату по спорному договору купли-продажи недвижимости от 19.02.2016.

Таким образом, исходя из положений нормы ст. 167 ГК РФ, а также учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 25 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", суд апелляционной инстанции дополнительно считает необходимым указать на применение последствий в отношении должника в виде восстановления права требования ФИО2 к ФИО4 на сумму 500 000 руб., так как применение последствий в таком виде позволит восстановить положение, имевшее место до заключения недействительной сделки.

При этом суд апелляционной инстанции руководствуется позицией судебной коллегией по экономическим спорам ВС РФ, изложенной в определении от 21.07.2015 по делу № 303-ЭС15-2858, согласно которой по смыслу пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае признания на основании статьи 61.2 названного Закона недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства, обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки.

Эти правила обеспечивают равную, а, значит, наиболее справедливую защиту интересов кредиторов должника, претендующих на удовлетворение своих требований за счет конкурсной массы, и исключают преимущественное удовлетворение требований кредитора, восстановившихся в результате признания недействительной соответствующей сделки должника.

Следовательно, применением последствий недействительности оспоренной сделки должника в данном случае будет также являться восстановление права требования ФИО2 к ФИО4 на сумму 500 000 руб., уплаченных по договору.

В соответствии с пунктом 27 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в случае, когда упомянутая в пункте 25 настоящего Постановления сделка была признана недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 или пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов и удовлетворению в составе требований третьей очереди (пункт 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве); такое требование может быть предъявлено должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в ходе внешнего управления или конкурсного производства.

Однако, поскольку данное требование кредитор может предъявить должнику только после вступления в законную силу судебного акта, которым сделка была признана недействительной, такое требование считается заявленным в установленный абзацем третьим пункта 1 статьи 142 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" срок, если оно будет предъявлено в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу указанного судебного акта. В таком случае пункт 4 статьи 142 Закона о банкротстве применяется с учетом названного порядка применения срока предъявления требования кредитором.

Данное требование предоставляет кредитору право голоса на собрании кредиторов с даты вынесения судом определения о включении его в реестр требований кредиторов.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.03.2019 г. по делу № А32-38371/2016, ввиду неполного выяснения обстоятельств, имеющих значения для дела, надлежит изменить в части применения последствий недействительности сделки.

При принятии решения арбитражный суд решает вопросы о сохранении действия мер по обеспечению иска или об отмене обеспечения иска согласно ч. 2 ст. 168 АПК РФ.

Судом установлено, что определением Арбитражного суда Краснодарского края 28.07.2017 в рамках настоящего обособленного спора приняты обеспечительные меры.

Исходя из смысла обеспечительных мер, они отменяются в случаях, когда основания, послужившие причиной их принятия, отпали либо появились новые обстоятельства, обусловившие необходимость их отмены.

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции пришел к выводу, что основания для дальнейшего обеспечения заявления финансового управляющего о признании договоров недействительными отсутствуют и обеспечительные меры следует отменить.

Изучив требование заявителя о признании за должником право собственности на спорное имущество, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что производство по нему подлежит прекращению по следующим основаниям.

В п. 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.

В соответствии с п. 1 ст. 201.8 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения в отношении застройщика, в ходе проведения наблюдения и всех последующих процедур, применяемых в деле о банкротстве застройщика, только в рамках дела о банкротстве с соблюдением установленного настоящей статьей порядка подлежат предъявлению и рассмотрению следующие требования других лиц к застройщику или застройщика к другим лицам: о признании наличия или отсутствия права собственности или иного права либо обременения в отношении недвижимого имущества, в том числе объектов незавершенного строительства.

Таким образом, Законом о банкротстве предусмотрена возможность участника строительства в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника-застройщика защитить свои права в отношении жилого помещения не только путем обращения с требованием о передаче жилого помещения, но и путем подачи заявления о признании права собственности.

Должник не является застройщиком.

Заявитель, обратившись в арбитражный суд с требованием о признании за должником право собственности, избрал ненадлежащий способ защиты права, такое заявление не подлежит рассмотрению в рамках настоящего дела о банкротстве.

При этом в силу ч. 1 ст. 27 АПК РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Представляется очевидным, что требование заявителя не относятся к экономическим спорам или другим спорам, связанным с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности как участника гражданского оборота, и, следовательно, не относится к подведомственности арбитражного суда.

Таким образом, заявленное требование подведомственно суду общей юрисдикции и не подлежит рассмотрению в арбитражном суде.

С учетом изложенного, производство по заявлению на основании пп. 1, 5 ч. 1 ст. 150 АПК РФ подлежит прекращению.

При изготовлении резолютивной части определения были допущены арифметические ошибки. Руководствуясь п. 3 ст. 179 АПК РФ суд первой инстанции счел необходимым исправить допущенные ошибки, вместо «10 000 руб.» читать «8 000 руб.».

Суд апелляционной инстанции разъясняет, что поскольку в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы отказано, то ООО «Гелос» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) следует возвратить с депозитного счета Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда денежные средства в сумме 10 000 руб., перечисленные по платежному поручению от 12.09.2019 г. № 187, после предоставления заявления с указанием реквизитов банковского счета, открытого в банке на территории Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

В удовлетворении ходатайства ФИО2 о назначении по делу повторной судебной экспертизы отказать.

Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.03.2019 г. по делу № А32-38371/2016 изменить. Дополнить резолютивную часть определения абзацем следующего содержания: 

"Восстановить право требования ФИО2 к ФИО4 в сумме 500 000 руб.".

В остальной части определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ООО «Гелос» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) с депозитного счета Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда денежные средства в сумме 10 000 руб., перечисленные по платежному поручению от 12.09.2019 г. № 187, после предоставления заявления с указанием реквизитов банковского счета, открытого в банке на территории Российской Федерации.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           Д.В. Николаев

 

Судьи                                                                                             Г.А. Сурмалян

 

Н.В. Сулименко