АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-27729/2020 

Дата принятия решения –  13 апреля 2021 года.

Дата объявления резолютивной части –  07 апреля 2021 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Хафизова И.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью "Управление ЖКХ", г.Казань к Обществу с ограниченной ответственностью "Управляющая компания - НАШ ДОМ", г.Казань, с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований в порядке ст. 51 АПК РФ – ТСН «Чистопольская 79», конкурсного управляющего  ООО "Управляющая компания - НАШ ДОМ" ФИО2, о признании недействительным договора уступки права требования от 18.02.2019, заключенного между ООО "Управляющая компания - Наш Дом" и ООО "Управление Жилищно-коммунального хозяйства",

с участием:

от заявителя – представитель по доверенности от 11.02.2021г. ФИО3; 

от ответчика – не явился, извещен;

от ТСН «Чистопольская 79» – представитель по доверенности от 07.02.2020 г. ФИО4;

от конкурсного управляющего  ООО "Управляющая компания - НАШ ДОМ" ФИО2 – не явился, извещен;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Управление Жилищно-коммунального хозяйства", г. Казань (заявитель) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Управляющая компания - НАШ ДОМ", г.Казань (ответчик) о признании недействительным договора уступки права требования от 18.02.2019, заключенного между ООО "Управляющая компания - Наш Дом" и ООО "Управление Жилищно-коммунального хозяйства".

Определением от 01.02.2021г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований в порядке ст. 51 АПК РФ привлечены – ТСН «Чистопольская 79», конкурсный управляющий  ООО "Управляющая компания - НАШ ДОМ" ФИО2

Ответчик, конкурсный управляющий ООО "Управляющая компания - НАШ ДОМ" ФИО2 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены.

Представитель заявителя представил заявление о фальсификации договора уступки права требования от 18 февраля 2019 года, пояснил, что договор со стороны ООО "Управляющая компания - НАШ ДОМ"  подписан ФИО5, а также заявил ходатайство о вызове свидетеля ФИО5 

Рассмотрев ходатайство заявителя о фальсификации договора уступки права требования от 18 февраля 2019 года, суд отказал в удовлетворении данного ходатайства по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

В силу пункта 2 статьи 50 Конституции Российской Федерации, пункта 3 статьи 64 АПК РФ не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (пункт 1 статьи 71 АПК РФ).

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (пункты 2, 3 статьи 71 АПК РФ).

Недостоверные доказательства не могут быть положены в обоснование судебного акта, поскольку такой судебный акт не будет отвечать принципам его законности и обоснованности (пункт 3 статьи 15 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 161 АПК РФ если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Таким образом, на основании абзаца второго части 3 статьи 161 АПК РФ судебная экспертиза является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств. Однако, процессуальный закон не исключает возможности проверки судом заявления о фальсификации иными (помимо назначения экспертизы) способами.

Истец, заявляя ходатайство о фальсификации доказательств, не учел тот факт, что указанное доказательство (его копия), а именно договор уступки права требования от 18 февраля 2019 года был представлен непосредственно им же самим. Иными лицами данное доказательство не представлялось.

Исследовав и оценив доказательства в их совокупности, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, руководствуясь положениями действующего законодательства, в соответствии с  п. 3 ч. 1 ст. 161 АПК РФ суд пришел к выводу о его необоснованности, в соответствии с частью 1 статьи 161 АПК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

По смыслу статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда, и обуславливается предметом доказывания и необходимостью в получении определенного доказательственного материала (относимого и допустимого) в подтверждение наличия какого-либо юридического факта.

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В рамках дискреционных полномочий суд принимает решение о вызове и допросе свидетелей, исходя из конкретных обстоятельств дела и при наличии для этого соответствующих оснований.

Судом в ходатайстве о вызове свидетеля отказано, поскольку в рассматриваемом случае суд, руководствуясь положениями статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установил необходимости в допросе свидетеля - ФИО5 Положенный в обоснование иска довод об отрицании ФИО5 факта подписания спорного договора, следует из иных материалов дела и не требует отдельного подтверждения свидетельскими показаниями.

Представитель заявителя для приобщения к материалам дела представила копию квитанции об отправке заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам. Документ приобщен к материалам дела.

До судебного заседания на запрос суда от МРИ ФНС №18 по РТ поступил ответ, от заявителя поступило ходатайство о приобщении к материалам дела ответа  МРИ ФНС №18 по РТ от 10.03.2021. Документы приобщены к материалам дела.

Представитель заявителя поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представитель ТСН «Чистопольская 79» требования заявителя не признал, просил отказать в удовлетворении требований.

Дело рассмотрено в порядке ст.156 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между ООО «УК Наш Дом» (цедент) и ООО «УПЖКХ» (цессионарий) заключен договор уступки права требования от 18 февраля 2019 года, предметом которого является уступка цессионарию принадлежащего цеденту права требования взыскания задолженности по коммунальным платежам с жильцов домов № 79 и № 85а по улице Чистопольской, домов № 58в и 59г по улице Маршала Чуйкова города Казани. 

Полагая, что данный договор является недействительным в силу того, что лицо от имени которого оно подписано (со стороны ООО «УК Наш Дом») отрицает факт осуществления деятельности от имени Общества, истец 20.11.2020 обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения сторон, оценив представленные доказательства в совокупности, суд пришел к  следующим выводам.

Согласно статье 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации Право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

По своему правовому содержанию договор уступки требования означает перемену лиц в обязательстве, что обязывает стороны при заключении подобного договора конкретно обозначить это обязательство. Такое обозначение обязательства является необходимым условием определения предмета соглашения, связанного с уступкой требования. 

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

В соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. 

Передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования). 

При этом, под недействительным требованием понимается как право (требование), которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее (например, прекращенное надлежащим исполнением) право (пункт 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации"). 

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 15 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации", если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

По смыслу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способы защиты прав подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Согласно пункту 1 статьи 160 Гражданского Кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Подписи участников сделки являются необходимым элементом простой письменной формы, которую нельзя признать соблюденной при их отсутствии. Согласно статьям 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В качестве основания для признания спорного договора недействительным истец указывает, что оспариваемый договор от имени ООО «Управляющая компания – Наш Дом» подписан директором ФИО5, между тем указанное лицо отрицает тот факт, что он являлся директором указанного общества.

Суд полагает, сам по себе факт отрицания одной из сторон договора факта заключения сделки, не является достаточным основанием для выводов о недействительности оспариваемой сделки.

На момент совершения сделки, лицо, от имени  которого подписан договор, согласно данным ЕГРЮЛ, было указано в качестве директора ООО «УК «Наш Дом» и в отношении сведений о единоличном исполнительном органе общества, не была внесена запись о недостоверности. 

Согласно пункту 2 статьи 431.1 Гражданского Кодекса российской Федерации сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным. 

По правилам статьи 807 ГК РФ договор является заключенным с момента его исполнения, в данном случае с момента передачи денежных средств во исполнение договора займа, что ответчиками не оспорено. 

Судом установлено, что фактически, основанием для обращения истца с рассматриваемым иском послужило то обстоятельство, что ранее ООО «Управляющая компания Наш Дом» (ответчик по настоящему делу) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Управление Жилищно-коммунального хозяйства» (истец по настоящему делу) о взыскании долга и процентов в связи с неисполнением обязанности по оплате в рамках заключенного между ними договора уступки права требования от 18 февраля 2019г. (оспариваемого в рамках настоящего дела), предметом которого является уступка цессионарию принадлежащего цеденту права требования взыскания задолженности по коммунальным платежам с жильцов домов № 79 и № 85а по улице Чистопольской, домов № 58в и 59г по улице Маршала Чуйкова города Казани. Дело №А65-8959/2020.

При этом, в рамках указанного дела, ООО «Управление Жилищно-коммунального хозяйства» было заявлено встречное требование о признании договора расторгнутым.

Арбитражный суд Республики Татарстан решением от 18.12.2020 первоначальные исковые требования удовлетворил полностью, взыскав с ответчика 9 426 249 руб. 40 коп. долга и 760 741 руб. 85 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, в удовлетворении встречного иска отказал.

Как следует из содержания вступившего в силу решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.12.2020, изначально позиция ответчика по основному иску (истец по настоящему делу) сводилась к расторжению договора уступки права требования посредством заключения соглашения от 01.09.2019. 

С целью проверки заявления третьего лица о фальсификации соглашения о расторжении договора от 01.09.2019, было инициировано проведение судебной экспертизы на предмет установления подлинности указанного документа, в связи с чем арбитражным судом направлены судебные запросы для установления возможности и условий проведения судебной экспертизы.

По ходатайству третьего лица в качестве свидетеля был вызван ФИО5, от чьего имени в том числе было подписано соглашение о расторжении договора с учётом того, что согласно представленным ФИО5 в органы полиции объяснениям он отрицал наличие какого-либо отношения к организации ООО «УК Наш Дом».

После этого ООО «УПЖКХ» заявило ходатайство об исключении соглашения о расторжении договора от 01.09.2019 из числа доказательств по делу. На основании пункта 2 части 1 статьи 161 АПК РФ протокольным определением арбитражного суда от 8 октября 2020 г. соглашение о расторжении договора уступки права требования от 1 сентября 2019 г. исключено из числа доказательств по настоящему делу №А65-8959/2020.

Также, судом первой инстанции были отклонены доводы ООО «УПЖКХ» относительно отсутствия доказательств передачи прав требования, в том числе по отдельному акту.

При этом отдельно было отмечено, что особенностью рассмотренного спора является то обстоятельство, что договор заключен ООО «УК Наш Дом» до введения в отношении него процедуры банкротства. В настоящее время ООО «УК Наш Дом» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура конкурсного производства. Не представление ООО «УК Наш Дом» акта передачи уступленных прав обусловлено неисполнением учредителем ООО «УК Наш Дом» (ФИО5) обязанности по передаче документации, что подтверждено вступившим постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2020, принятого в рамках обособленного спора об истребовании документации по делу о несостоятельности (банкротстве) №А65-7414/2019. 

Как указано судом первой инстанции, предоставление доказательств исполнения условий договора уступки права требования от 18.02.2019 о необходимости составления акта передачи документов по уступаемому праву является объективно возможным лишь со стороны ООО «УПЖКХ», которое, в свою очередь, требуемый акт не предоставило со ссылкой на необходимость доказывания указанного обстоятельства истцом. Более того, ООО «УПЖКХ» представило соглашение о расторжении договора от 01.09.2019, которое было исключено из числа доказательств по делу лишь под страхом проверки заявления третьего лица о фальсификации доказательства.

В свою очередь, соглашение о расторжении договора содержит перечень частично переданных цессионарию документов, при том, что сам акт передачи таких документов отсутствует. С позиции ответчика по основному иску (ООО «УПЖКХ»), указание перечня дебиторов, по которым документы были переданы, зависит исключительно от его волеизъявления, которым может быть указан любой размер принятых прав требования без предоставления соответствующих подтверждающих данное обстоятельство доказательств.

При этом, указываемое ответчиком (ООО «УПЖКХ») отсутствие акта передачи документов не повлияло на частичную реализацию им как цессионарием прав нового кредитора. Данное обстоятельство в совокупности с частичным взысканием ООО «УПЖКХ» дебиторской задолженности свидетельствует о том, что документы по договору уступки права требования передавались. При этом, несмотря на установленный договором срок передачи прав требования в 3 календарных дня, цессионарий (ООО «УПЖКХ») на протяжении длительного периода времени с требованием о передачи документов к цеденту (ООО «УК Наш Дом») не обращался.

Как указано в решении, уклонение ООО «УПЖКХ» от предоставления акта либо иных доказательств, подтверждающих передачу прав требований, обусловлено желанием избежать ответственности за неисполнение принятого на себя обязательства по оплате. Учитывая нахождение ООО «УК Наш Дом» в процедуре банкротства, а также неисполнение бывшим руководителем обязанности по передаче документации, риск не представления доказательств отсутствия состоявшейся передачи прав требования в данном случае лежит на ответчике по основному иску. Данный вывод поддержан апелляционным судом со ссылкой на аналогичный подход, содержащийся в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 07.09.2011 по делу № А65-15225/2010.

Истец по настоящему делу (ООО «УПЖКХ») фактически не оспаривает того факта, что часть документов по кредиторам, подлежащих передаче в рамках договора цессии имелась в его распоряжении, о чем также было указано при обращении с апелляционной жалобой в рамках дела №А65-8959/2020. Как отметил суд апелляционной инстанции со ссылкой на пункт 11 Информационного письма ВАС РФ № 120 от 30.10.2007, уклонение цедента от передачи цессионарию документов, удостоверяющих переданное последнему право (требование), само по себе не свидетельствует о том, что данное право (требование) не перешло к цессионарию. Соответственно, само по себе отсутствие оформленного отдельным документом акта о передачи прав не опровергает переход права требования к цессионарию. У ООО «УПЖКХ» возникла обязанность оплатить полученное право требования независимо от того, переданы ли ему документы, удостоверяющие данное право. 

Кроме того, представленные цессионарием доказательства взыскания в судебном порядке дебиторской задолженности с отдельных должников (жильцов дома) свидетельствует о наличии у ООО «УПЖКХ» документов, необходимых и достаточных для реализации прав кредитора по уступленному обязательству. Отсутствие акта не препятствовало цессионарию реализовать свои права по взысканию дебиторской задолженности.

Необходимо также отметить, что судами при рассмотрении дела №А65-8959/2020 установлено недобросовестное поведение истца по настоящему делу, связанное с исполнением оспариваемой в рамках настоящего дела сделки.

Так, истцом в адрес ответчика было направлено уведомление о расторжении договора. При этом, такое уведомление направлено уже после обращения ООО «УК Наш Дом» с иском о взыскании долга и процентов по указанному договору. Суды посчитали, что направление уведомления о расторжении договора обусловлено заявлением о фальсификации и последующим исключением соглашения о расторжении договора из числа доказательств. Такое поведение ответчика по основному иску свидетельствует о его недобросовестном поведении и желании освободиться от исполнения ранее принятых на себя обязательств. 

Отказывая в удовлетворении встречного иска, судами указано, что в рассматриваемом споре подача встречного иска обусловлена проверкой заявления о фальсификации и исключением ненадлежащего документа из числа доказательств в рамках рассмотрения основного иска, и, как следствие, уклонение от исполнения обязательства по оплате договора по причине его расторжения в период инициированного судебного спора.

Применительно же к рассматриваемому делу, суд полагает, что действия истца по инициированию процедуры расторжения договора, свидетельствуют о признании сорной сделки как фактически заключенной.

Согласно пункту 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Таким образом, на обстоятельства, установленные судом решением по делу №А65-8959/2020 в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации распространяется преюдиция: они не подлежат новому доказыванию. Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, установленном в законе. Арбитражный суд при разрешении спора не наделен полномочиями по оценке вступивших в законную силу судебных актов.

Согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств, явно свидетельствующих о недействительности спорной сделки не представлено. В данном случае истец в результате заключения договора приступил к его реализации, путем обращения в суд с исками о  взыскании выкупленной дебиторской задолженности. 

В соответствии с требованиями части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Как указано в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки.

В силу пункта 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Как установлено судом, обе стороны приступили к исполнению договора цессии, в частности ответчиком передана часть документации по кредиторам, а истцом инициированы судебные иски о взыскании задолженности с должников, право на взыскание которых у него возникло на основании оспариваемого договора цессии. 

То есть, его поведение после заключения сделки давало основание истцу полагаться на действительность сделки. При таких обстоятельствах суд полагает, что его заявление о недействительности сделки в силу пункта 5 статьи 166 ГК РФ не имеет правового значения.

То обстоятельство, что ФИО5 после поступления в арбитражный суд заявления о признании ООО «УК Наш Дом» банкротом 15.03.2019 отрицал свое участие в фактическом управлении обществом в данном случае, с учетом установленных фактических обстоятельств, не имеет правового значения и не является достаточным основанием для признания недействительной сделки (по которой истцом совершены фактические действия, связанные с его исполнением).

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований истца.

Госпошлина относится на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Самара) через Арбитражный суд Республики Татарстан.

Судья                                                                                                            И.А. Хафизов