АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

08 октября 2020 года

Дело №

А66-287/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 24.09.2020.

Полный текст постановления изготовлен 08.10.2020.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Кравченко Т.В., судей Боровой А.А. и Каменева А.Л.,

при участии представителя ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 15.10.2018),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НРК Актив» на определение Арбитражного суда Тверской области от 05.12.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2020 по делу                  № А66-287/2015,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Тверской области от 03.02.2015 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Барс-Агро-Трейд» возбуждено производство по делу о банкротстве открытого акционерного общества «Мелькомбинат», адрес: 170100, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Комбинат).

Определением от 24.08.2016 в отношении Комбината введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Определением от 10.04.2018 в отношении должника введена процедура внешнего управления сроком на восемнадцать месяцев, внешним управляющим утвержден ФИО4.

Решением от 01.07.2019 Комбинат признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства.

 Определением от 24.09.2019 конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Общество с ограниченной ответственностью «НРК Актив», адрес: 125167, Москва, Ленинградский пр., д. 37А, корп. 4 ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), обратилось в суд 28.08.2018 с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО1, ФИО10, ФИО11.

Определением от 23.01.2019, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2019, в удовлетворении заявленных Компанией требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.09.2019 определение от 23.01.2019 и постановление от 06.06.2019 отменены, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении суд первой инстанции определением от 11.10.2019 привлек к участию в рассмотрении обособленного спора ФИО12 - финансового управляющего ФИО7, ФИО13 - финансового управляющего ФИО9, ФИО14 - финансового управляющего ФИО8, ФИО15 - финансового управляющего ФИО6

Определением от 05.12.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 19.05.2020, в удовлетворении заявления Компании отказано.

В кассационной жалобе Компания просит отменить определение от 05.12.2019 и постановление от 19.05.2020, привлечь ФИО6,        ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО1, ФИО10, ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам Комбината. Признать доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц  к субсидиарной ответственности и приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами Комбината.

Податель кассационной жалобы ссылается на неверное применение судами норм материального права и игнорирование выводов, приведенных в постановлении суда кассационной инстанции от 20.09.2019 по настоящему обособленному спору. Компания считает, что суды неправильно распределили бремя доказывания, поскольку ответчики не опровергли презумпцию причинной связи сделок контролирующих лиц с несостоятельностью должника.

В отзыве, поступившем в электронном виде, ФИО11 просит оставить принятые по делу судебные акты без изменения.

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.07.2020 кассационная жалоба Компании принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 03.09.2020.

От Компании 02.09.2020 поступило в электронном виде ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в ее отсутствие.

В судебном заседании представитель ФИО1 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Определением от 03.09.2020 суд кассационной инстанции (судьи       Кравченко Т.В., Каменев А.Л., Колесникова С.Г.) отложил рассмотрение кассационной жалобы на 24.09.2020.

Определением от 21.09.2020 председатель судебного состава Арбитражного суда Северо-Западного округа на основании части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) произвел замену судьи Колесниковой С.Г.  на судью Боровую А.А.

От Компании 23.09.2020 поступило в электронном виде ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в ее отсутствие.

В судебном заседании, состоявшемся 24.09.2020, председательствующий судья сообщил о замене в составе суда и рассмотрении кассационной жалобы с самого начала (часть 5 статьи 18 АПК РФ).

Представитель ФИО1 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Остальные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения от 05.12.2019 и постановления от 19.05.2020 проверена в кассационном порядке.

Компания в обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника указала следующие основания.

Как следует из материалов дела, Комбинатом заключен ряд договоров поручительства, в том числе с обществом с ограниченной ответственностью «Ржевхлебопродукт» (далее – ООО «Ржевхлебопродукт»), обществом с ограниченной ответственностью «Вязьмахлебопродукт» (далее – ООО «Вязьмахлебопродукт»), обществом с ограниченной ответственностью «РусАкваКультура» (далее – ООО «РусАкваКультура»), которые в рамках проведения процедуры банкротства были оспорены Компанией и признаны в последующем недействительными.

Кроме того, Комбинатом совершены действия, направленные на отчуждение в пользу закрытого акционерного общества «Русский бройлер» (далее – ЗАО «Русский бройлер») акций открытого акционерного общества «Птицефабрика Верхневолжская» (далее – Птицефабрика).

По мнению Компании, между аффилированными лицами (должником, Птицефабрикой, ЗАО «Русский бройлер» и закрытым акционерным обществом «СтройКом») в период с ноября 2013 года по июнь 2014 года совершены последовательные действия по дополнительному выпуску акций Птицефабрики под предлогом конвертации в них акций ЗАО «Русский бройлер» и размытию доли Комбината без поступления в уставный капитал реальных активов, в результате которых должник фактически безвозмездно произвел отчуждение в пользу ЗАО «Стройком» 90% акций Птицефабрики, рыночная стоимость которых составляла 538 172 000 руб. Совершенные действия, по мнению Компании, применительно к положениям статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации следует расценивать как единую сделку, оформленную с участием организаций, контролируемых заинтересованными лицами, в целях безвозмездного отчуждения актива должника и, как следствие, причинения вреда должнику и его кредиторам.

Комбинат также совершил цепочку сделок, вследствие которой у должника образовалась задолженность перед обществом с ограниченной ответственностью «Статус» (далее – ООО «Статус»): на основании девяти договоров купли-продажи, заключенных в период с 11.03.2014 по 16.04.2014, закрытое акционерное общество «Объединенная продовольственная компания» (далее – ЗАО «ОПК») на условиях отсрочки платежа приобрело у восьми физических лиц акции ЗАО «СтройКом» на сумму 421 310 000 руб. В период с 01.12.2014 по 17.12.2014 физические лица уступили обществу с ограниченной ответственностью «Статус» свои права требования к ЗАО «ОПК» оплаты акций ООО «СтройКом», а ООО «Статус» на основании заключенного 23.12.2014 договора цессии уступило Комбинату полученные от физических лиц эти же права требования. Должник обязался в срок до 23.06.2015 уплатить ООО «Статус» 421 310 000 руб. за уступленное ему право требования.

Вступившими в законную силу судебными актами установлено, что Комбинат в результате совершения договора цессии не получил причитающегося исполнения и не приобрел имущественных благ, в то время как основанное на договоре уступки права от 23.12.2014 требование ООО «Статус» в размере               421 310 000 руб. включено в реестр требований кредиторов должника.

Кроме того, судами в рамках обособленного спора по оспариванию договора уступки права установлено, что Комбинат, ООО «Статус» и ЗАО «ОПК» входят в одну группу лиц; оспариваемый договор уступки совершен в отсутствие намерений создать предусмотренные ему правовые последствия; действительная цель его сторон заключалась в наращивании кредиторской задолженности должника перед дружественным контрагентом в ущерб интересам независимых кредиторов.

В обоснование заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности Компания также указала на то, что в результате проведенного исследования финансово-хозяйственной деятельности Комбината установлено, что должником сформирована хозяйственная модель, при которой продажа производимой Комбинатом продукции осуществляется через ЗАО «ОПК», вследствие чего большую часть прибыли получает посредник, а не производитель товара. Такая модель финансово-хозяйственной деятельности с учетом постоянного увеличения суммы дебиторской задолженности и суммы кредиторской задолженности является следствием того, что Комбинат наращивал дебиторскую задолженность за счет предоставления отсрочки по платежам за поставку товарно-материальных ценностей или по иным основаниям, в том числе связанным с выдачей займов, при одновременном прекращении или отложении оплаты кредиторской задолженности перед поставщиками и подрядчиками. По мнению заявителя, наращивание дебиторской задолженности произведено за счет совершения сделок на условиях, не соответствующих рыночным, без равноценного встречного предоставления денежных средств.

При новом рассмотрении заявления Компании о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Комбината суды первой и апелляционной инстанций отказали в его удовлетворении.

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующему.

Обстоятельства, на которые ссылается Компания в обоснование заявленных требований, имели место в период с 18.11.2013 по 17.01.2017 - после вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ).

В соответствии с положениям гражданского и банкротного законодательства (как в настоящей редакции, так и действующей ранее) контролирующие должника лица (то есть лица, которые имеют право давать должнику обязательные для исполнения указания) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до банкротства - абзац первый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и пункт 3 статьи 3 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»).

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, имелось ли у ответчиков возможность оказывать существенное влияние на деятельность должника.

ФИО11, ФИО1, ФИО9, ФИО6 и ФИО10 не входили в органы управления должника, и Компанией не доказано, что они имели возможность оказывать существенное влияние на деятельность должника. Компания также не доказала, что формальный статус этих лиц не соответствовал их роли и выполняемым функциям.

При изложенных обстоятельствах вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что указанные ответчики не являются контролирующими Комбинат лицами, является обоснованным и соответствует имеющимся в деле доказательствам.

В этой части определение от 05.12.2019 и постановление от 19.05.2020 подлежат оставлению без изменения. 

Вместе с тем судом первой инстанции установлено и не опровергнуто ответчиками, что ФИО8 и ФИО7 «безусловно являлись контролирующими должника лицами», поскольку ФИО8 осуществлял руководство Комбинатом с 12.12.2011, а ФИО7 - с 16.04.2015. Кроме того, ФИО7 является конечным собственником (бенефициаром) группы компаний «Аграрный союз» (в состав которой входит Комбинат), имеющим неофициальное, но реальное право единолично контролировать, представлять  интересы и принимать решения от имени «Аграрного союза», о чем прямо указано в соглашении от 11.06.2014, подписанного от имени «Аграрного союза» ФИО7

Суд апелляционной инстанции с указанным выводом суда первой инстанции согласился.

Из материалов дела следует, что ФИО8 являлся генеральным директором Комбината и подписывал от его имени договоры поручительства от 30.12.2013 № 1874-П/РХП с ООО «РжевХлебопродукт» (генеральный директор ФИО6), от 03.12.2013 с ООО «РусАкваКультура» (директор ФИО11) и от 16.10.2013 с ООО «Вязьмахлебопродукт» (директор ФИО1).

Данные договоры поручительства послужили основанием для включения требований ООО «РжевХлебопродукт», ООО «РусАкваКультура» и ООО «Вязьмахлебопродукт» в реестр требований кредиторов Комбината.

Перечисленные организации аффилированы с Комбинатом и входят в группу компаний «Аграрный союз», что не оспаривается ответчиками и установлено в рамках многочисленных обособленных споров по настоящему делу о банкротстве, в том числе о признании указанных договоров поручительства недействительными.

Суды, признавая недействительными указанные договоры поручительства (после того, как требования ООО «РжевХлебопродукт», ООО «РусАкваКультура» и ООО «Вязьмахлебопродукт» были включены в реестр требований кредиторов Комбината), установили, что в условиях, когда кредитор имеет признаки аффилированности как с основным должником, так и с поручителем, заключение договора поручительства не отвечает критериям разумного и добросовестного поведения участников гражданского оборота, и в этой связи отсутствуют какие-либо правомерные экономические интересы в совершении договора поручительства. Кроме того, суды выяснили, что в нарушение требований законодательства о бухгалтерском учете по состоянию на 01.01.2014 и на 01.10.2015 в расшифровках сумм остатков на забалансовых счетах Комбината по выданным обеспечениям отсутствуют сведения об обязательствах, возникших на основании оспариваемых договоров поручительства. При таких обстоятельствах суды пришли к выводу о том, что стороны оспариваемых сделок не имели цели их исполнения, намеревались создать искусственную кредиторскую задолженность Комбината перед дружественным контрагентом для последующего установления контроля над процедурой банкротства и причинения вреда имущественным правам независимых кредиторов.

В рассматриваемый период действовали закрепленные в абзацах втором – пятом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ презумпции, касающиеся наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и банкротством контролируемой организации. Одной из таких презумпций является совершение контролирующим лицом существенно убыточной сделки, повлекшей нарушение имущественных прав кредиторов (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Компания, настаивая на привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, указывала в том числе на совершение указанных выше договоров поручительства под непосредственным контролем ФИО8 и ФИО7 в ущерб интересам кредиторов.

Указанные доводы Компании соответствуют условиям вышеупомянутой презумпции и бремя их опровержения в силу статьи 65 АПК РФ должно было перейти на ответчиков, на что было указано в постановлении суда кассационной инстанции от 20.09.2019 при направлении настоящего обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Между тем при новом рассмотрении дела суды не учли изложенное, фактически освободили ФИО8 и          ФИО7 от обязанности опровержения названных презумпций, что противоречит принципам равноправия и состязательности сторон в процессе судопроизводства.

С учетом установленного судом первой инстанции статуса контролирующих должника лиц у ФИО8 и ФИО7 и степени их непосредственного влияния на принимаемые Комбинатом решения и совершаемые должником сделки, в отсутствие соответствующего опровержения нет сомнений в том, что именно ФИО8 и ФИО7 являлись инициаторами совершения сделок (договоров поручительства) в целях создания искусственной кредиторской задолженности Комбината перед дружественными контрагентами для последующего установления контроля над процедурой банкротства и причинения вреда имущественным правам независимых кредиторов.

Последующее признание в рамках дела о банкротстве Комбината договоров поручительства недействительными не является фактором, освобождающим контролирующих должника лиц от субсидиарной ответственности. Наличие прямых убытков не является обязательным условием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

ФИО8 и ФИО7 не опровергли установленный судами в рамках обособленных споров по оспариванию договоров поручительства факт, что целью заключения сделок являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов. Более того, заключение договоров поручительства повлекло правовые последствия, поскольку требования подконтрольных должнику организаций были включены в реестр требований кредиторов и только в результате оспаривания кредитором сделок соответствующие требования были исключены из реестра.

Создание искусственной кредиторской задолженности до возбуждения дела о банкротстве направлено на подготовку Комбината к контролируемой процедуре банкротства, что безусловно нарушает права и законные интересы независимых кредиторов Комбината.

При изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции считает ошибочным, основанным на неверном применении норм материального права отказ судов первой и апелляционной инстанций в привлечении ФИО8 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с заключением названных договоров  поручительства.

Компания в обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности также указала на продажу акций ЗАО «СтройКом» через физических лиц и цепочку сделок, следствием чего стало возникновение у Комбината требования кредитора ООО «Статус» в размере более 421 млн. руб.

Суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, не усмотрел оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по указанному основанию, поскольку вывод активов должника путем заключения сделок по покупке и последующей продаже акций ЗАО «СтройКом» не произошло, имущественные интересы иных добросовестных кредиторов не нарушены.

Между тем из материалов дела следует, что на основании девяти договоров купли-продажи, заключенных в период с 11.03.2014 по 16.04.2014, ЗАО «ОПК» на условиях отсрочки платежа приобрела у восьми физических лиц акции ЗАО «СтройКом» на сумму 421 310 000 руб. В период с 01.12.2014 по 17.12.2014 физические лица уступили ООО «Статус» свои права требования к ЗАО «ОПК» оплаты акций ЗАО «СтройКом», а ООО «Статус» на основании заключенного 23.12.2014 договора цессии уступило Комбинату полученные от физических лиц эти же права требования. Комбинат обязался в срок до 23.06.2015 уплатить            ООО «Статус» 421 310 000 руб. за уступленное ему право требования. 

Внешний управляющий Комбината ФИО4 обратился в суд с заявлением об оспаривании договора от 23.12.2014 № 2595/ТМК уступки права требования и просил применить последствия недействительности в виде восстановления права требования ООО «Статус» к ЗАО «ОПК» и признания отсутствующим у ООО «Статус» права требования 421 310 000 руб. оплаты за уступленное по договору цессии право у Комбината. Внешний управляющий ссылался на неравноценность встречного исполнения по договору цессии, а также наличие у сделки признаков мнимой.

Определением от 27.12.2017, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 30.04.2019 и постановлением кассационного суда от 20.08.2019, требования удовлетворены. Судами установлено, что оспариваемая сделка совершена в течение года до возбуждения производства по делу о банкротстве Комбината; Комбинат, ООО «Статус» и ЗАО «ОПК» входят в одну группу лиц. В результате совершения договора цессии Комбинат не получил причитающегося исполнения и не приобрел имущественных благ, в то время как основанное на оспариваемом договоре требование ООО «Статус» в размере            421 310 000 руб. включено в реестр требований кредиторов Комбината. 

Суды установили, что оспариваемый договор уступки совершен в отсутствие намерений создать предусмотренные им правовые последствия; действительная цель его сторон заключалась в наращивании кредиторской задолженности Комбината перед дружественным контрагентом в ущерб интересам независимых кредиторов. При таких обстоятельствах суды пришли к выводу об отсутствии встречного предоставления по оспариваемой сделке, усмотрели в действиях ее сторон признаки злоупотребления правом и констатировали ее мнимость.

Указанные судебные акты послужили основанием для исключения требования ООО «Статус» в размере 421 310 000 руб. из реестра требований кредиторов Комбината.

Суд кассационной инстанции приходит к выводу, что приведенные обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, также служат основанием для привлечения к ФИО8 и ФИО7 к субсидиарной ответственности. 

Указанный выше договор цессии, как установлено судами, совершен с нарушением принципов добросовестности и разумности, его целью было наращивание кредиторской задолженности Комбината перед дружественным контрагентом в ущерб интересам независимых кредиторов.

Представленные Компанией пояснения относительно причинения существенного вреда кредиторам указанной сделкой, а также совокупностью совершенных договоров поручительства и договора цессии, не опровергнуты допустимыми доказательствами ФИО7 и ФИО8

В рамках настоящего обособленного спора ФИО8 и ФИО7 не представили доказательств того, что банкротство Комбината произошло вследствие объективных причин.

Компания, в свою очередь, ссылалась на обстоятельства, подтвержденные в том числе вступившими в законную силу судебными актами, свидетельствующие о совершении контролирующими должника лицами последовательных действий, направленных на подготовку Комбината к контролируемой процедуре банкротства, формированию искусственной задолженности у дружественных с должником кредиторов.

Ввиду указанного суд кассационной инстанции считает ошибочным, основанным на неверном применении норм материального права отказ судов первой и апелляционной инстанций в привлечении ФИО8 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с заключением договора цессии от 23.12.2014.

В то же время суд кассационной инстанции не усматривает законных оснований для удовлетворения заявления Компании в части такого основания для привлечения к субсидиарной ответственности как совершение ответчиками действий, направленных на отчуждение в пользу ЗАО «Русский бройлер» акций Птицефабрики.

 Из материалов дела усматривается, что в рамках настоящего дела о банкротстве Комбината определением от 06.02.2019 отказано в удовлетворении заявления Компании о признании недействительными: решения годового общего собрания акционеров Птицефабрики от 01.06.2012 о ее реорганизации в форме присоединения ЗАО «Русский бройлер» и утверждения договора о присоединении ЗАО «Русский бройлер» к Птицефабрике; договора о присоединении                         ЗАО «Русский бройлер» к Птицефабрике; дополнительного выпуска обыкновенных именных бездокументарных акций Птицефабрики (регистрационный номер                 1-01-14508-H-0022D от 30.12.2013) в количестве 387 729 шт.; конвертации 387 729 акций ЗАО «Русский бройлер» в 387 729 акций Птицефабрики»; заключенного 11.01.2013 между ФИО16 и ЗАО «СтройКом» договора купли-продажи             387 729 акций ЗАО «Русский бройлер»; договора купли-продажи акций от 23.03.2015 № 2015-ПФ-2 по отчуждению Комбинатом 38 411 акций Птицефабрики в пользу ФИО17 

Обстоятельства, установленные судом в рамках указанного обособленного спора, не опровергнуты Комбинатом в рамках настоящего спора о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности.

Суд кассационной инстанции также считает верным отказ судов в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по основанию, связанному с организованной должником хозяйственной моделью, при которой продажа производимой Комбинатом продукции осуществляется через ЗАО «ОПК», вследствие чего большую часть прибыли получает посредник, а не производитель товара.

В рамках обособленного спора по рассмотрению жалобы Компании на действия внешнего управляющего ФИО4 судами (определение от 30.10.2018 и постановление апелляционного суда от 07.02.2019) установлено, что сложившиеся финансово-хозяйственные отношения указанных организаций предполагают закупку должником, как крупнейшим мукомольным предприятием Тверской области, сырья у ЗАО «ОПК», его дальнейшую переработку и продажу готовой продукции ЗАО «ОПК» для реализации. Описанный механизм обеспечивает должнику возможность продолжения осуществления хозяйственной деятельности, способствует достижению целей внешнего управления, как реабилитационной процедуры, и, в конечном счете, выходу должника из кризисной финансовой ситуации.

При рассмотрении настоящего обособленного спора Компания не представила новых доказательств, которые не были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций в рамках других споров по настоящему делу о банкротстве Комбината и опровергали бы установленные фактические обстоятельства.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции приходит к выводу о  наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Комбината ФИО7 и ФИО8

Поскольку суд кассационной инстанции не располагает сведениями о том, окончены ли расчеты с кредиторами, дело в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО8 и ФИО7 подлежит направлению в суд первой инстанции.

 Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 05.12.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2020 по делу № А66-287/2015 в части отказа в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «НРК Актив» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества «Мелькомбинат» ФИО7 и ФИО8 отменить.

Установить наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества «Мелькомбинат» ФИО7 и ФИО8.

Дело в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО8 направить в Арбитражный суд Тверской области на новое рассмотрение.

В остальной части определение от 05.12.2019 и постановление от 19.05.2020 по указанному делу оставить без изменения.

Председательствующий

Т.В. Кравченко

Судьи

А.А. Боровая

А.Л. Каменев