РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-217197/21-171-1697

г. Москва

13 сентября 2023 г.

Резолютивная часть решения объявлена 04 сентября 2023года

Полный текст решения изготовлен 13 сентября 2023 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Р.Т. Абрекова (единолично)

при ведении протокола помощником судьи К.А. Лыткиной

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ПАО БАНК "ЮГРА" в лице конкурсного управляющего ГК АСВ, 101000, 

<

...>, , ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 23.07.2002, ИНН: 

<

***>,

к ответчику АО "ПРАГМАТИК" 107023, МОСКВА ГОРОД, ПЕРЕУЛОК МАЖОРОВ, 14, СТР.10, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 20.12.2006, ИНН: 

<

***>,

третьи лица: ООО "КОНСАЛТ-ГРУПП" 115088, МОСКВА ГОРОД, ЮЖНОПОРТОВАЯ УЛИЦА, 5, СТР.1, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 28.05.2007, ИНН: 

<

***>

ПРАВИТЕЛЬСТВО МОСКВЫ, ДЕПАРТАМЕНТ ГОРОДСКОГО ИМУЩЕСТВА ГОРОДА МОСКВЫ об обращении взыскания на предмет залога по договору об ипотеке (залоге недвижимости) № 115/ДЗ-17 от 06.06.2017 г.

при участии: согласно протокола 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику АО "ПРАГМАТИК" с требованием об обращении взыскания на имущество, заложенное по договору об ипотеке (залоге недвижимости) 115/ДЗ-17 от 06.06.2017, а также с требованием удовлетворить за счет стоимости указанного недвижимого имущества задолженность ответчика по кредитному договору 

<

***> от 11.10.2013, размер которой по состоянию на 12.10.2021 составляет 8 209 156 937,08 рубля, а именно: 1 972 703 800,00 рублей - задолженность по просроченному основному долгу; 969 685 991,06 рублей - задолженность по начисленным процентам за пользование кредитом; 1 088 580 497,62 рубля - пени по просроченным процентам; 4 178 186 648,40 рублей - пени на просроченный основной долг.

Ответчиком представлен отзыв, в котором заявлено о пропуске срока исковой давности, с учетом досрочного истребования кредита еще в 11.2017 года. 

Истцом представлены письменные возражения на заявление о пропуске срока исковой давности, обращено внимание на то, что досрочное истребование не сокращает срок действия ипотеки, определяемый исходя из первоначальных условий основного обязательства; также со ссылкой на ст. 204 ГК РФ указывает на то, что срок исковой давности в период с 21.02.2017 по 24.10.2018, с 30.08.2019 по 14.12.2019 не тек, ввиду обращения Банка с иском в суд к Заемщику, а также последующим судебным процессом по включению такой задолженной в  реестра требований кредиторов должника (Заемщика), в связи с чем, срок исковой давности даже с учетом истребования кредита в 11.2017 года к моменту обращения с настоящим иском в суд не истек. 

Исследовав материалы дела, доводы сторон, суд приходит к следующим выводам. 

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 02.10.2018 (резолютивная часть объявлена 25.09.2018) по делу № А40-145500/2017 ПАО Банк «ЮГРА» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

11.10.2013 г. между ПАО Банк «ЮГРА» (Кредитор) и ООО "КОНСАЛТ-ГРУПП" (Заемщик) заключен кредитный договор № 

<

***> в соответствии с условиями которого Банк принял на себя обязательство предоставлять Заемщику кредит частями в рамках установленною лимита кредитования, сроком уплаты кредита и процентов не позднее 12.10.2020 г. (в редакции дополнительного соглашения № 5 от 01.03.2017 к кредитному договору).

Обязательства по кредитному договору Заемщиком не исполнены, что послужило основанием для обращения с иском в суд. 

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 28.04.2018 по делу № А40-247933/17-81-2209, вступившим в законную силу 10.07.2018, с ООО "КОНСАЛТ-ГРУПП" в пользу ПАО Банк «ЮГРА» взыскана задолженность по кредитному договору от 11.10.2013 

<

***> в размере 1 972 703 800 руб. основного долга, 68 098 816,13 руб. процентов за пользование кредитом, 3 937 084,41 руб. неустойки, начисленной на проценты, 200 000 руб. госпошлины.

По состоянию на 12.10.2021 задолженность ответчика перед Банком по кредитному договору составляет 8 209 156 937,08 рубля, а именно: 1 972 703 800,00 рублей - задолженность по просроченному основному долгу; 969 685 991,06 рублей - задолженность по начисленным процентам за пользование кредитом; 1 088 580 497,62 рубля - пени по просроченным процентам; 4 178 186 648,40 рублей - пени на просроченный основной долг.

В обеспечение надлежащего исполнения обязательств по договору кредитной линии ПАО Банк «ЮГРА» (Залогодержатель) 06.07.2017 заключен с АО "ПРАГМАТИК" (Залогодатель) договор об ипотеке (залоге недвижимости) № 115/ДЗ-17, в соответствии с положениями которого Залогодатель передал Банку в залог принадлежавшее Залогодателю на праве собственности недвижимое имущество, а именно:

здание, назначение: нежилое, количество этажей - 5, кадастровый номер: 77:04:0003003:1124, адрес 

<

...>, площадь 2 824,4 кв.м.;

здание, назначение: нежилое, количество этажей - 5, кадастровый номер: 77:04:0003003:1120, адрес 

<

...>, площадь 3 751,0 кв.м.

Согласно п. 3 договора об ипотеке (залоге недвижимости) стоимость предмета залога составляет 990 119 658,00 руб. 

Положениями Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ (ред. от 20.10.2022) "Об ипотеке (залоге недвижимости)" предусмотрена государственная регистрация ипотеки в качестве обременения в Едином государственном реестре недвижимости путем внесения об этом соответствующей записи (пункт 1 статьи 19 Закона об ипотеке).

ПАО «Банк «ЮГРА» 26.06.2018 обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к АО «Прагматик» о государственной регистрации договора ипотеки (залоге недвижимости) от 06.07.2017 № 115/ДЗ-17.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.09.2018 по делу №А40-145659/18, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2019, постановление Арбитражного суда Московского округа от 31.05.2019 требования удовлетворены.

Суд первой инстанции установил, что договор об ипотеке между ПАО Банк «ЮГРА» и АО «Прагматик» заключен в надлежащей письменной форме, подписан сторонами, в них согласованы все предусмотренные пунктом 1 статьи 339 ГК РФ, пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 16.07.1998г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» существенные условия: предмет ипотеки, его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательств, обеспечиваемых ипотекой.

Поскольку Заемщиком не исполнены в полном объеме обязательства по кредитному договору, то кредитор в соответствии с положениями ст. 334, 348 ГК РФ, п. 5.4 кредитного договора вправе получить возмещение своих требований за счет обращения взыскания на заложенное имущество и его реализации. 

Указанное послужило основанием для обращения с настоящим иском в суд.

В соответствии с положениями ст. 337 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в частности проценты, неустойку, возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также возмещение необходимых расходов залогодержателя на содержание предмета залога и связанных с обращением взыскания на предмет залога и его реализацией расходов.

В силу п. 1 ст. 349 ГК РФ обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется по решению суда, если соглашением залогодателя и залогодержателя не предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество.

Согласно разделу 6 договора об ипотеке (залоге недвижимости), внесудебный порядок обращения взыскания на предмет залога, предусмотренный договором не ограничивает право Залогодержателя обратить взыскание на предмет залога в судебном порядке в соответствии с действующим законодательством. 

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя", если судом не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет: возникло ли у залогодержателя право в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона); не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством; имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него). 

В ходе производства по делу, ответчиком было доведено до сведения суда о наличии спора в рамках дела №А40-182069/20-142-1279 по иску Правительства Москвы, Департамента городского имущества г. Москвы к АО "ПРАГМАТИК" с требованиями о признании зданий с кадастровыми номерами:

77:04:0003003:1124 (адрес 

<

...>, площадь 2 824,4 кв.м.); 

77:04:0003003:1120 (адрес 

<

...>, площадь 3 751,0 кв.м.) самовольными постройками, об обязании в месячный срок снести вышеуказанные здания. 

Как указывал ответчик, в случае удовлетворения вышеуказанных исковых требований предмет залога перестанет существовать и обращение взыскания на предмет залога станет невозможным. С учетом указанного ответчиком и Департаментом городского имущества г. Москвы заявлено ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу.

Учитывая, что в рамках дела №А40-182069/20-142-1279 заявлено о сносе самовольных построек, которые и являются предметом договора об ипотеке (залоге недвижимости) № 115/ДЗ-17 от 06.06.2017 г., суд пришел к выводу, что  обстоятельства подлежащие установлению в рамках иного дела являются существенными для настоящего спора, определением от 11.02.2022 приостановил производство по делу до вступления в законную силу судебного акта по вышеуказанному делу.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16.05.2022 по делу № А40-182069/20-142-1279 исковые требования удовлетворены в части требований о признании объектов самовольными постройками и о сносе самовольных построек. В остальной части в удовлетворении требований отказано. Судом первой инстанции назначена и проведена судебная экспертиза, в рамках которой установлены и подтверждены признаки исследуемых объектов в качестве самовольных, а так же установлен факт угрозы жизни и здоровью граждан. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2022 решение Арбитражного суда города Москвы от 16.05.2022 отменено в части обязания АО «Прагматик» в месячный срок с момента вступления в законную силу решения суда снести указанные здания. В остальной части решение оставлено без изменения.

Отменяя судебный акт в части суд апелляционной инстанции руководствовался следующим.

В целях проверки доводов заявителей апелляционных жалоб, оспаривающих факт угрозы жизни и здоровью граждан, определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2022 по делу назначена повторная судебная строительная-техническая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта №26732 от 08.09.2022 установлено, что за периоды, указанные в вопросах по каждому строению, индивидуально-определённые характеристики (высота, площадь, объем, количество этажей, материалы несущих конструкций) спорных зданий не изменились, создание новых помещений и увеличение площади зданий произошло в результате капитального ремонта помещений за счет работ, указанных в заключениях. Комплекс фактически выполненных строительно-монтажных работ на объектах не являются новым строительством и реконструкцией. Невозможно осуществить снос или демонтаж вновь возникших помещений в зданиях; отсутствует техническая возможность приведения зданий в соответствие с первоначальной технической документацией, проведение таких работ приведёт к вероятности создания угрозы жизни и здоровью неопределенного круга лиц, на основании вышеизложенного осуществить снос или демонтаж вновь возникших помещений невозможно, так как отсутствует техническая возможность без нанесения несоразмерного ущерба его назначению. 

Тем самым, суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, учитывая заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, учитывая, что истцами не подтвержден факт создания нового объекта недвижимости, в отсутствие соответствующих разрешений о его возведения, а также учитывая то обстоятельство, что спорный объект не нарушает права и законные интересы третьих лиц, не создает угрозу жизни и здоровью граждан, и что иск предъявлен за пределами трехлетнего срока, пришел к выводу об отсутствии оснований для сноса самовольной постройки.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15.02.2023 года постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2022 по делу оставлено без изменения.

Судом кассационной инстанции подержаны выводы суда апелляционной инстанции о пропуске срока исковой давности.

При этом, суд кассационной инстанции в постановлении от 15.02.2023 указал на то, вывод суда апелляционной инстанции о том, что ответчик производил капитальный ремонт, а не реконструкцию объектов, с учетом ответов эксперта на вопросы не обоснованы. Изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства признаются реконструкцией (пункт 14 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации). 

Вместе с тем доказательств того, что спорный объект нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и создают угрозу жизни и здоровью граждан, в дело не представлены. Судебной экспертизой установлено, что спорный объект создан без нарушения строительных норм и правил, не создает угрозу жизни и здоровья граждан. 

По результатам рассмотрения вышеуказанного спора, производство по настоящему делу возобновлено.

Суд, учитывая вышеуказанные выводы, имеющие преюдицильное значение в ряде обстоятельств, считает необходимым в рамках настоящего спора в первую очередь исследовать вопрос возникновения залога.

В соответствии с пунктом 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Согласно п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" положения статьи 222 ГК РФ распространяются на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которого возник новый объект. 

В силу пункта 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки.

По общему правилу самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет.

Из указанного следует, что самовольная постройка по общему правилу не может выступать предметом залога, за исключением случая, когда она была легализована в установленном законом порядке. 

В рассматриваемом случае имеется вступивший в законную силу судебный акт, которым здания, являющиеся в рамках настоящего дела предметами залога признаны самовольными постройками.

Учитывая вышеуказанное, однако, приходя к выводу о возникновении залога, суд исходит из следующего. 

В рамках дела № А40-182069/20-142-1279 судами установлено, что изначально согласно данным ГБУ МосгорБТИ от 28.01.1999 на земельном участке по адресу: 

<

...>, располагалось двухэтажное здание с общей площадью 1 106,3 кв.м, площадь застройки 812,0 кв.м, 1930 года постройки; в приложении № 2 же к договору аренды от 24.07.1997 № М-04-009341 (ситуационный план земельного участка) указанное здание являлось одноэтажным, обозначено литерой «К».

Госинспекцией по недвижимости установлено, что в период времени 2014-2015 без надлежащего оформления разрешительной документации здание площадью 1106,3 кв.м демонтировано, а на его месте возведено новое пятиэтажное здание площадью 3751,0 кв.м.

Здание, расположенное по адресу: 

<

...>, площадью 3751,0 кв.м поставлено на государственный кадастровый учет от 25.02.2012 за номером 77:04:0003003:1120. 

На указанное здание площадью 3751,0 кв.м зарегистрировано право собственности ответчика (запись о государственной регистрации права от 08.10.2010 № 77-77-04/082/2010-600).

В части объекта недвижимости по адресу: 

<

...> установлено следующее. 

Согласно технической документации ГБУ «МосгорБТИ» по состоянию на 21.03.2007 на земельном участке располагалось двухэтажное здание 1930 года постройки общей площадью 1232,5 кв.м, площадь застройки 715,0 кв.м.

Госинспекцией по недвижимости установлено, что в период 2014-2015 без надлежащего оформления разрешительной документации к двухэтажному зданию площадью 1232,5 кв.м возведена надстройка третьего, четвертого и пятого этажей общей площадью 1591,9 кв.м, в результате реконструкции площадь здания составила 2824,4 кв.м.

Здание с адресным ориентиром: 

<

...>, площадью 2824,4 кв.м поставлено на государственный кадастровый учет 25.02.2012 за номером 77:04:0003003:1124. 

На здание площадью 2824,4 кв.м зарегистрировано право собственности ответчика (запись о государственной регистрации от 08.10.2010 № 77-77-04/082/2010-601).

Из вышеуказанного следует, что право собственности на объекты с площадью, в том числе включающей в себя площадь недвижимого имущества признанного самовольными постройками, зарегистрировано за ответчиком еще в 2010 году, то есть до признания зданий самовольными постройками. 

Согласно п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в случае, когда недвижимое имущество, право на которое зарегистрировано, имеет признаки самовольной постройки, наличие такой регистрации не исключает возможности предъявления требования о его сносе.

Решение суда об удовлетворении иска о сносе самовольной постройки в данном случае служит основанием для внесения записи в ЕГРП о прекращении права собственности ответчика на самовольную постройку.

Если самовольная постройка была обременена правами третьих лиц, например правами залогодержателя, арендатора, соответствующие обременения также прекращаются.

Однако в рассматриваемом случае, установив то обстоятельство, что спорные объекты созданы без нарушения строительных норм и правил и не создают угрозу жизни и здоровью граждан суды в рамках дела № А40-182069/20-142-1279 пришли к выводу о возможности сохранения самовольных построек, отказав в их сносе. 

Таким образом, поскольку решение о сносе нежилых зданий как самовольных построек не принималось (отменено судом апелляционной инстанции), оснований для признания договора об ипотеке (залога недвижимого имущества) недействительным в рассматриваемом случае по мотиву самовольной постройки не имеется.

Суд приходит к выводу о возникновении залоговых правоотношений, поскольку:

- как установлено ранее право собственности на здания зарегистрировано за ответчиком еще в 2010 году,

- доказательств того, что в настоящее время запись о праве собственности ответчика на объекты исключена из ЕГРН не представлено, 

- сторонами право собственности ответчика на переданные в залог объекты не оспаривается,

- предметы залога с площадью переданной в залог существуют в настоящее время в натуре, им присвоены соответствующие кадастровые номера. 

Факт самовольного возведения объекта и отказ одновременно как в иске о его сносе, так и в иске о признании права собственности застройщика на этот объект, возведенный на публичном земельном участке, по существу нарушает принципу правовой определенности, предполагающему стабильность и гарантирующему справедливое правовое регулирование. 

Также суд отмечает, что запись о правах добросовестного залогодержателя на здание могла быть аннулирована лишь в случае принятия в порядке, предусмотренном статьей 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, решения о сносе самовольной постройки и его исполнения (абзац третий пункта 23 совместного постановления пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").

Ответчик, в ходе производства по делу, руководствуясь положениями ст. 54 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ (ред. от 20.10.2022) "Об ипотеке (залоге недвижимости)", а также тем обстоятельством, что с момента определения стоимости предмета залога прошло более пяти лет, заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости предмета залога, также представлял свою оценку по определению рыночной стоимости недвижимого имущества. 

Определением суда от 01.03.2023 года судом назначена судебная экспертиза. Проведение которой поручено ООО «Судебные экспертизы и исследования» (ОГРН: 

<

***>), экспертам: ФИО1 и/или ФИО2, и/или ФИО3.

Экспертами по результатам проведения судебной экспертизы по определению рыночной стоимости объектов на дату проведения оценки представлено заключение №119/ССТЭ-23 от 16.06.2023.

По результатам исследования эксперты пришли к выводу, что рыночная стоимость на дату оценки составляет:

здание, кадастровый номер: 77:04:0003003:1124, адрес 

<

...>, площадь 2 824,4 кв.м. – 315 000 000 руб.;

здание, кадастровый номер: 77:04:0003003:1120, адрес 

<

...>, площадь 3 751,0 кв.м. – 418 000 000 руб.

Общая рыночная стоимость объектов недвижимости составляет 733 000 000 руб.

 Истец возражений в части представленного в дело заключения не заявил, при этом настаивал на удовлетворении исковых требований в заявленном им размере, с учетом стоимости объектов залога установленной в договоре об ипотеке. 

Ответчик, ознакомившись с экспертным заключением заявил в порядке ст. 86 АПК РФ ходатайство о вызове в судебное заседание экспертов проводивших исследование, представил заключение на экспертизу. 

29.08.2023 в материалы дела поступили письменные пояснения к заключению. 

Ответчик в судебном заседании 04.09.2023 указал на отсутствие возражений в части представленного в дело заключения, ходатайство о назначении повторной/дополнительной экспертизы не заявил.

По существу позиция ответчика сводились лишь заявленному ранее заявления о пропуске срока исковой давности, как следствие отсутствию оснований для удовлетворения иска. 

До рассмотрения заявления ответчика о пропуске срока исковой давности, суд считает необходимым высказать позицию в части применения положений п. 6 ст. 367 к рассматриваемым правоотношениям, поскольку истец возражая в части заявления о пропуске срока исковой давности, в том числе подменяет понятия срока исковой давности и установленного п. 6 ст. 367 ГК РФ пресекательного срока, влекущего прекращение залога. 

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 335 ГК РФ, в случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила ст. ст. 364 - 367 настоящего Кодекса, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.

В настоящем случае Заемщик и Залогодатель не совпадают в одном лице.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 335 ГК РФ в случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 ГК РФ, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.

Согласно п. 6. ст. 367 ГК РФ (в редакции действовавшей на момент заключения договора залога)  поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

Предъявление кредитором к должнику требования о досрочном исполнении обязательства не сокращает срок действия поручительства, определяемый исходя из первоначальных условий основного обязательства.

Данная норма о прекращении поручительства в случае отсутствия в договоре условия о сроке поручительства и пропуске кредитором годичного срока для предъявления требований к поручителю является императивной.

При этом, пункт 6 статьи 367 ГК РФ регулирует не порядок принудительной (в судебном порядке) реализации прав залогодателя по договору залога, заключенному с третьим лицом, а устанавливает правило определения срока действия залога (срока существования субъективного права залога) в случаях, когда в указанном договоре этот срок не определен. 

При этом правовая природа сроков исковой давности и пресекательных сроков различна и к предусмотренному пунктом 6 статьи 367 ГК РФ сроку правила главы 12 ГК РФ не подлежат применению (пункт 42 постановления Пленума Верховного 6 Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»). 

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.04.2020 N 18-П указано, что срок обращения взыскания на предмет залога, предоставленный лицом, не являющимся должником по основному обязательству, - пресекательный, т.е. это, по сути, срок существования залога. К отношениям с участием залогодателя - третьего лица, не применяются правила главы 12 ГК РФ об исковой давности, в частности, нормы о приостановлении и перерыве течения срока исковой давности и о его восстановлении. Последствия истечения срока предъявления требования к такому залогодателю, в отличие от последствий пропуска срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), применяются судом по своей инициативе, независимо от заявления стороны в споре. Это соответствует требованиям защиты прав такого залогодателя при соблюдении баланса интересов участвующих в сложившихся правоотношениях лиц.

Аналогичные разъяснения приведены в пунктах 42, 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 45 "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве", согласно которым условие договора о действии поручительства до момента фактического исполнения основного обязательства не свидетельствует об установлении определенного срока поручительства.

Как установлено ст. 190 Гражданского кодекса Российской Федерации, сроки могут устанавливаться законом, иными правовыми актами, сделкой путем определения календарной даты, периода времени, исчисляемого годами, месяцами, неделями, днями или часами, либо определяться указанием на событие, которое должно неизбежно наступить. 

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 34 постановления от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» в связи с этим разъяснил, что условие договора о действии поручительства до фактического исполнения обеспечиваемого обязательства не может рассматриваться как устанавливающее срок действия поручительства, поскольку не соответствует требованиям статьи 190 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В Определении Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 41-КГ18-16 (Судебная коллегия по гражданским делам) Верховный суд Российской Федерации указал, что из ст. 190 и п. 4 ст. 367 ГК РФ следует, что условие договора поручительства, предусматривающее его действие до полного исполнения основного обязательства, не может быть квалифицировано как условие о сроке поручительства, поскольку этот срок может определяться только календарной датой, периодом времени или событием, которое неизбежно должно наступить. 

Из содержания раздела 8 договора об ипотеке (залоге недвижимого имущества) следует, что срок действия залога конкретно не установлен, имеется лишь указание на то, что он действуют до полного исполнения Заемщиком своих обязательств по кредитному договору.

Таким образом, срок договора залога конкретно не определен. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 г. N 45 "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве", предъявление кредитором к должнику требования о досрочном исполнении основного обязательства, в том числе когда срок исполнения в силу закона считается наступившим ранее, чем предусмотрено условиями этого обязательства, не сокращает срок действия поручительства. В этом случае срок действия поручительства исчисляется исходя из первоначальных условий основного обязательства, как если бы не было предъявлено требование о досрочном исполнении обязательства.

Согласно п. 54 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 N 45 "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве" положения параграфа 5 главы 23 раздела III части первой Гражданского кодекса Российской Федерации в измененной Федеральным законом от 8 марта 2015 года N 42-ФЗ редакции не применяются к правам и обязанностям, возникшим из договоров, заключенных до дня вступления его в силу (до 1 июня 2015 года). При рассмотрении споров из указанных договоров следует руководствоваться ранее действовавшей редакцией Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе правилами о сроке поручительства, с учетом сложившейся практики их применения (пункт 2 статьи 4, абзац второй пункта 4 статьи 421, пункт 2 статьи 422 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, заимодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с процентами за пользование займом, причитающимися на момент его возврата.

Из содержания указанных норм в их взаимосвязи следует, что предъявление кредитором требования о досрочном возврате суммы займа (кредита) изменяет срок исполнения обязательства по возврату суммы долга (кредита).

Однако требование кредитора о досрочном исполнении обеспеченного обязательства не влияет на течение срока действия поручительства, которое в случае неустановления его срока в договоре прекращается по истечении года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства, указанного в первоначальных условиях основного обязательства.

Из материалов дела следует, что договор залога с АО "ПРАГМАТИК" заключены после 1 июня 2015 г., согласно условиям кредитного договора срок возврата кредита наступал 12.10.2020 г. 

Таким образом, срок действия залога - до 12.10.2021 г.

С настоящим же исковым заявлением банк обратился 08.10.2021 (загружено в «Мой арбитр»). Годичный срок действия залога АО "ПРАГМАТИК", подлежавший исчислению с предусмотренной кредитным договором даты возврата кредита и оканчивавшийся 12.10.2021 г., Банком пропущен не был.

Вышеуказанное согласуется с позицией Верховного суд Российской Федерации, изложенной в  Определениях от 24.01.2023 N 5-КГ22-141-К2, от 25.10.2022 N 5-КГ22-83-К2.

Пункт 34 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 N 42 (не подлежит применению в силу п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 N 45).

Рассмотрев заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, одновременно отклонив доводы истца об обратном суд пришел к следующим выводам. 

В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года. 

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. 

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Согласно положениям пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите права. 

Применимо к обстоятельствам настоящего спора, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (ст. 196 ГК РФ).

Как следует из положений статьи 348 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

Срок исковой давности по требованию об обращении взыскания на предмет залога начинает течь с момента возникновения оснований для обращения взыскания на заложенное имущество, о которых залогодержатель знал или должен был знать.

Согласно п. 3.2.4 кредитного договора Банк вправе требовать досрочного возврата предоставленных кредитных средств, уплаты причитающихся процентов, неустоек и штрафов, в том числе, при полном или частичном неисполнении Заемщиком обязательств, предусмотренных кредитным договором.

Из материалов дела следует, что в связи с неисполнением обязательств по кредитному договору, руководствуясь нормами п. 8 ст. 811 ГК РФ, п. 3.2.4 кредитного договора, Банк предъявил в адрес Заемщика требование о досрочном возврате кредита, установив срок возврата кредита, уплаты процентов в указанном в требовании размере в течение 7 рабочих дней с момента получения требования.  

В требовании Банк также разъяснил, что в случае неисполнения обязательств им будут предприняты действия по обращению с иском в суд о взыскании задолженности, равно как с иском об обращении взыскания на заложенное имущество. 

Судом установлено, 07.11.2017 ПАО Банком «Югра» в адрес ООО "КОНСАЛТ-ГРУПП" направлено требование о досрочном истребовании денежных средств по кредитному договору № 

<

***> от 11.10.2013 (идентификатор 10100017032104). 

Банком факт направления требования о досрочном истребовании кредита не оспаривается. 

Равным образом Банком не оспаривается факт направления требования о досрочном истребовании кредита и в адрес Залогодателя (ответчика), в материалы дела представлен текст требования адресованный Залогодателю. 

Залогодатель факт получения требования не оспорил. 

Согласно пункту 2 статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, заимодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами

По смыслу приведенной нормы закона, предъявление кредитором требования о досрочном возврате суммы займа (кредита) изменяет срок исполнения обязательства по возврату суммы долга (кредита).

Аналогичная позиция содержится в п.7 "Обзора судебной практики … N 4 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2022).

При таких обстоятельствах срок исковой давности, как по основному, так и по дополнительному требованиям следует исчислять с момента неисполнения должником требования о досрочном возврате всей суммы кредита.

07.11.2017 направлено требование, 21.11.2017 требование получено заемщиком, 30.11.2017 последний день добровольного исполнения, 01.12.2017 день, когда Банк узнал о нарушенном праве.

Таким образом, 01.12.2017 г. у Банка возникло право на обращение с иском в суд, как к основному должнику, так и по акцессорным требованиям. 

С настоящим исковым заявлением банк обратился 08.10.2021, то есть с пропуском срока исковой давности. 

Тот факт, что в судебном акте по делу № А40-247933/17-81-2209 о взыскании с Заемщика задолженности указано на наличие просроченной задолженности по состоянию на 13.11.2017 не изменяет выводов суда о пропуске срока исковой давности (+3 года).

С истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию (пункт 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем истечение срока давности по дополнительному требованию не влияет на течение срока исковой давности по основному обязательству, равно как и изменение течения срока исковой давности по главному требованию не влияет на течение срока давности по дополнительным требованиям до тех пор, пока он не истек.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", предъявление в суд главного требования не влияет на течение срока исковой давности по дополнительным требованиям (статья 207 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Указанная правовая позиция также изложена в Определении ВС РФ от 01.11.2016 по делу №127-КГ16-10, от 08.12.2020 №38-КГ20-4-К1.

Возражения истца на доводы отзыва об истечении срока исковой давности со ссылкой на положения ст. 367 ГК РФ, судом подлежат отклонению, как основанные на ошибочном толковании норм ст. 367 ГК РФ и ст. 196, 200 ГК РФ.

Довод о том, что срок исковой давности прерывался в период рассмотрения судами его иска о взыскании задолженности с основного Заемщика, равно как в период рассмотрения его требования о включении в реестр требований кредитором ООО "КОНСАЛТ-ГРУПП" суд признает ошибочным, противоречащим вышеуказанным нормам. 

С учетом изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Согласно п. 2 ст. 110 АПК РФ, расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Статьей 106 АПК РФ установлено, что к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

По смыслу ст.ст. 101, 106 АПК РФ перечень судебных издержек не является исчерпывающим.

Расходы на проведение судебной экспертизы в размере 40 000 руб., подтверждённые платежными поручениями №873773 от 18.01.2022, №949834 от 25.11.2021 понесены ответчиком в связи с рассмотрением настоящего спора, в рамках подготовки ходатайства о назначении экспертизы.

На основании изложенного, а также с учётом отказа истцу в удовлетворении заявленных им исковых требованиях, расходы ответчика по госпошлине, по экспертизе относятся в полном объеме на истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 8, 11, 12, 168, 309, 310, 314, 334, 348, 349, 350, 352, 367, 811, 819 ГК РФ,  ст.ст. 65, 66, 71, 110, 112, 123, 156, 167-171, 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В иске отказать. 

Взыскать  с ПАО БАНК "ЮГРА" в пользу АО "ПРАГМАТИК" расходы на экспертизы в размере 40 000 руб. 

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья

Р.Т. Абреков