СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068  

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № 17АП-3799/2022(1)-АК

Дело № А60-29993/2021

17 августа 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2022 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 17 августа 2022 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макарова Т.В., судей Гладких Е.О., Даниловой И.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,   при участии в судебном заседании:  

от ООО «Ниагара» – ФИО2, доверенность от 01.06.2020, паспорт;  (лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены  надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в том  числе публично, путем размещения информации о времени и месте  судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда),  

рассмотрел в судебном заседании по правилам, установленным для  рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции,  

дело № А60-29993/2021 по иску ООО «Ниагара» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО3 

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО «Магра СМС» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере  2 451 543 руб. 14 коп.  

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.06.2020  по делу № А60-28639/2020 было принято к производству поданное в суд  10.06.2020 заявление ООО «Ниагара» о признании ООО «Магра СМС»  

 

несостоятельным (банкротом).  

Требования кредитора к должнику были подтверждены решением  Арбитражного суда Свердловской области от 15.08.2019 по делу № А6030545/2019 о взыскании с ООО «Магра СМС» в пользу ООО «Ниагара»  636 141 руб. 00 коп. основного долга по договору № 007-А субаренды  помещений от 01.11.2012 за период с за период с 01.05.2018 по 30.11.2018, а  также 1 784 248 руб. 44 коп. неустойки за просрочки, возникшие в период с  01.06.2017 по 27.12.2018, и 35 102 руб. в возмещение судебных расходов по  уплате государственной пошлины.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.12.2020  по делу № А60-28639/2020 (резолютивная часть от 26.11.2020) заявление  ООО «Ниагара» было признано обоснованным, в отношении  ООО «Магра СМС» введено наблюдение. Требования ООО «Ниагара» в  размере 2 451 543 руб. 14 коп., в том числе: 636 141 руб. основного долга,  1 784 248 руб. 44 коп. неустойки и 31 153 руб. 70 коп. расходов по уплате  государственной пошлины включены в третью очередь реестра требования  кредиторов ООО «Магра СМС».  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.05.2021  по делу № А60-28639/2020 (резолютивная часть от 17.05.2021) по делу по  заявлению ООО «Ниагара» о признании ООО «Магра СМС»  несостоятельным (банкротом) было прекращено на основании абзаца  восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве связи с отсутствием  денежных средств и имущества, достаточных для покрытия судебных  расходов по делу о банкротстве.  

Согласно пункту 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу  заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию,  предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после  завершения конкурсного производства или прекращения производства по  делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для  возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в  деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о  признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники  либо бывшие работники должника или уполномоченные органы,  обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12  настоящего Федерального закона.  

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что после  прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств,  достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства,  

 

заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать  только те кредиторы, чьи требования в деле о банкротстве были признаны  обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в  том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о  банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).  

ООО «Ниагара» 17.06.2021 обратилось в Арбитражный суд  Свердловской области с иском ФИО3 о  привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО «Магра СМС» на основании статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.  

В качестве фактических оснований иска ООО «Ниагара» указывало (с  учетом заявления от 13.07.2021 об устранении недостатков оставленного без  движения искового заявления), что договор субаренды был расторгнут  31.12.2018, и, соответственно, 30.04.2019 руководитель ООО «Магра СМС»  должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества. Кроме  того, истец настаивает на том, что документы бухгалтерского учета и (или)  отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых  установлена законодательством, к моменту вынесения определения о  введении наблюдения отсутствуют, информация об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование  которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, искажена, в результате чего было существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том  числе формирование и реализация конкурсной массы. Настаивает на том, что  ФИО3 своими действиями препятствовал законной деятельности  временного управляющего, вследствие чего принадлежащие должнику  активы не были обнаружены.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 08.02.2022 в  удовлетворении иска отказано.  

Отказывая в иске, суд первой инстанции исходил из того, что  взысканная с ООО «Магра СМС» задолженность не может быть включена в  размер субсидиарной ответственности руководителя должника, поскольку  возникла после процедуры банкротства и не может быть учтена при  определении размера субсидиарной ответственности на основании пункта 2  статьи 61.12 Закона о банкротстве; должник являлся действующим  обществом, доказательства того, что соотношение размеров активов и  обязательств должника носит неустранимый характер и не может быть  исправлено в ходе хозяйственной деятельности, не представлены; истец не  представил в материалы дела доказательства совершения ответчиком  действий, в результате которых общество утратило активы, что повлекло  неплатежеспособности должника.  

Истец ООО «Ниагара», не согласившись с принятым судебным актом,  

 

обжаловал его в апелляционном порядке, просит решение отменить и  принять по делу новый судебный акт, которым привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам  должника.  

В апелляционной жалобе истец указывал, что ФИО3 являлся  единственным контролирующим должника лицом и не предпринимал  действий, способствующих снижению долгов организации, продолжал  арендовать помещения, накапливая долги, признавал, что ведение  деятельности ООО «Магра СМС» стало невозможным и именно из-за  имеющихся долгов по договорам аренды. Оспаривает вывод суда о том, что  возникновение признаков неплатежеспособности являлось лишь  проявлением временных финансовых затруднений и не свидетельствовало об  объективном банкротстве, а также вывод суда об отсутствии у общества  обязательств, возникших после возникновения у руководителя обязанности  обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества. Считает, что судом  было проигнорировано то обстоятельство, что производство по делу о  банкротстве ООО «Магра СМС» было прекращено в связи с отсутствием у  должника средств, достаточных для возмещения судебных расходов на  проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. Оспаривает вывод  суда о недоказанности неисполнения со стороны ФИО3 обязанности  передать арбитражному управляющему документов, связанных с  деятельностью организации, существенно затруднившего процедуру  банкротства. Ссылаясь на то, что в ходе судебных разбирательств  ФИО3 неоднократно упоминалось о наличии у организации  имущества, в том числе производственного оборудования и дебиторской  задолженности более чем на 18 млн. руб., настаивает на том, что при наличии  полного пакета документации у арбитражного управляющего имелась бы  возможность обнаружения имущества общества и пополнения конкурсной  массы, и именно несоблюдение со стороны директора организации  обязанности по предоставлению необходимых документов арбитражному  управляющему, существенно повлияло на проведение процедур банкротства  и является основанием для привлечения контролирующего лица должника к  субсидиарной ответственности. Полагая, что объективной причиной  банкротства ООО «Магра СМС» послужили обстоятельства, связанные  именно с виновными действиями руководителя организации; действия  руководителя по преодолению финансового кризиса в ООО «Магра СМС» не  отвечали требованиям разумности и добросовестности, настаивает на том,  что ФИО3 должен нести ответственность за вред, причиненный по его  вине юридическому лицу.  

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  

 

12.05.2022, вынесенным в составе председательствующего Макарова Т.В.,  судей Гладких Е.О., Даниловой И.П., апелляционный суд перешел к  рассмотрению дела № А60-29993/2021 по правилам, установленным  Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для  рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции; рассмотрение  дела назначено на 30.05.2022. Указанным определением на истца возложена  обязанность представить в суд, а также направить лицам, участвующим в  деле исковое заявление, отвечающее требованиям статей 125, 126 АПК РФ,  содержащее в просительной части указание на размер требований к  ответчику и соответствующий расчет взыскиваемой денежной суммы.  

До начала судебного заседания, во исполнение определения  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2022, от  ООО «Ниагара» представлено исковое заявление, отвечающее требованиям  статей 125, 126 АПК РФ.  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  30.05.2022 в прядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Гладких  Е.О., на судью Нилогову Т.С.  

В судебном заседании представитель ООО «Ниагара» просила о  принятии к производству, направленного к судебному заседанию  уточненного искового заявления, в соответствии с которым истец просит на  основании статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве привлечь директора  ООО «Магра СМС» ФИО3 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника в общем размере 2 451 543 руб.  14 коп., в том числе: 636 141 руб. 00 коп. – сумма основного долга,  1 784 248 руб. 44 коп. – сумма неустойки, а также 35 102 руб. 00 коп. – сумма  расходов на возмещение расходов по оплате государственной пошлины.  

Кроме того, в исковом заявлении ООО «Ниагара» настаивает на том, что  также и заключение ООО «Магра СМС» последующего договора субаренды   № 204 от 18.04.2019 привело компанию к многочисленным долгам перед  кредиторами и к новому банкротству.  

Уточнения исковых требований приняты судом в порядке статьи 49  АПК РФ.  

Поскольку уточнения исковых требований были представлены в  апелляционный суд непосредственно к судебному заседанию 30.05.2022, а  также с учетом того, что принятые судом уточнения исковых требований  были направлены лицам, участвующим в деле, только 19.05.2022, в силу  положения статьи 9 АПК РФ им должна быть предоставлена возможность  высказать свои доводы и соображения и дать объяснения по всем  возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с принятым  уточнением исковых требований, суд апелляционной инстанции отложил  судебное разбирательство по делу № А60-29993/2021 на 12.07.2022, о чем  

 

судом 30.05.2022 было вынесено (в составе председательствующего  Макарова Т.В., судей Даниловой И.П., Нилоговой Т.С.) соответствующее  определение.  

Кроме того, с учетом отсутствия в материалах дела доказательств,  необходимых для рассмотрения настоящего дела, указанным определением  из Арбитражного суда Свердловской области был истребован основной том  дела № А60-28639/2020 о признании ООО «Магра СМС» несостоятельным  (банкротом), содержащий распечатанный и представленный суду отчет  временного управляющего с приложениями (пункты 6 и 7 Общих правил  подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего).  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  11.07.2022 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи  Даниловой И.П. на судью Саликову Л.В.  

В судебном заседании 12.07.2022 представитель ООО «Ниагара»  просила об отложении судебного разбирательства.  

Принимая во внимание, что истребуемый апелляционным судом из суда  первой инстанции основной том дела № А60-28639/2020 о признании  ООО «Магра СМС» несостоятельным (банкротом), содержащий отчет  временного управляющего не поступил, суд на основании статьи 158 АПК  РФ отложил судебное разбирательство на 10.08.2022,  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  09.08.2022 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судей Саликовой  Л.В., Нилоговой Т.С. на судей Данилову И.П., Гладких Е.О.  

Истребованные материалы дела № А60-28639/2020 о признании  ООО «Магра СМС» несостоятельным (банкротом) до судебного заседания  поступил в апелляционный суд.  

В судебном заседании апелляционного суда 10.08.2022 представитель  истца ФИО2 поддержала доводы и требования, изложенные в  уточненном исковом заявлении.  

Ответчик надлежащим образом извещенный о времени месте  рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, представителей не  направил, в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.  

Апелляционный суд, исследовав и оценив представленные в материалы  дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам,  предусмотренным статьей 71 АПК РФ, приходит к следующим выводам.  

Согласно пункту 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, статьей 32 Закона о банкротстве, дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  

 

(банкротства).  

Согласно сведениям ЕГРЮЛ общество с ограниченной  ответственностью «Магра СМС» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  было зарегистрировано при создании 11.03.2010 с уставным капиталом  10 000 руб., единственным учредителем/участником общества являлся  ФИО3.  

ФИО3 также является директором общества  «Магра СМС» с момента его создания.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если  полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий  и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет  субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлены  доказательственные презумпции невозможности полного погашения  требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих  обстоятельств:  

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в  результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения  этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких  сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и  61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11  Закона);  

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении  наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  организации) или принятия решения о признании должника банкротом  отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, формирование которой является  обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации,  либо указанная информация искажена, в результате чего существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том  числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или)  бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не  несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании  должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.  

Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало  добросовестно и разумно в интересах должника.  

В силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  

 

уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение  размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной  приведенными нормами права, необходимо установление совокупности  условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца  либо возможности иным образом определять действия истца; совершение  ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и  (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между  использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении  истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство);  недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами;  необходимость установления вины ответчика для возложения на него  ответственности (пункт 22 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с  применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53)  разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица,  приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья  61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие),  которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те,  без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает  существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на  положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между  названными действиями (бездействием) и фактически наступившим  объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с  нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе  согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом  («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно  убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат  деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам  

 

возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы  управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение  выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.».  

Согласно Постановлению Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 в силу  прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве  контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности и в том случае, когда после наступления объективного  банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно  ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по  общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего  значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и  размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его  действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления  в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на  восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность  реального погашения всех долговых обязательств в будущем.  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 Постановления Пленума ВС  РФ от 21.12.2017 № 53, привлечение контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности является исключительным механизмом  восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам  необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица,  предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1  статьи 48 ГК РФ, его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ),  наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций,  иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы  усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на  причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством  недобросовестного использования института юридического лица (статья 10  ГК РФ).  

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством  сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана  единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная  контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому  изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения -  появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать  совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием  контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц),  способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и  переходу в стадию объективного банкротства.  

Как разъяснено в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда  

 

РФ от 21.12.2017 № 53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12  статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит  привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после  наступления объективного банкротства оно совершило действия  (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.  

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо,  создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции  между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит  привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку  презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена  возможность осуществления в отношении должника реабилитационных  мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как  следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых  обязательств в будущем. Контролирующее лицо, которое несет  субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 п. 12 ст. 61.11  Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную  ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают  солидарно. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица,  совершенных после появления признаков объективного банкротства,  произошло несущественное ухудшение финансового положения должника,  такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой  ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с  субсидиарной ответственностью основаниям.  

В пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017   № 53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит  привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия  (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не  выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на  нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества,  объединяющего всех кредиторов (п. 3 ст. 1 ГК РФ, абзац 2 п. 10 ст. 61.11  Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении  контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о  защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся  практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не  вытекает из существа законодательного регулирования в сфере  несостоятельности.  

Также в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств,  составляющих основания опровержимых презумпций доведения до  банкротства, закрепленные в п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве,  предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица  

 

явились необходимой причиной объективного банкротства.  

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной  ответственности, в том числе при опровержении установленных законом  презумпций (п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо  вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно  внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой,  финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса,  авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).  

Как разъяснено в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда  РФ от 21.12.2017 № 53 презумпция доведения до банкротства в результате  совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к  контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен  существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в  частности, сделки должника, значимые для него (применительно к  масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно  убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка  существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть  признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно  отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также  сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой  должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько  направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый  доход. В рассматриваемой ситуации действия  

В пунктах 3 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 53 указано на то, что по общему правилу, необходимым  условием отнесения лица к числу контролирующих должника является  наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для  исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3  статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне  зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков  аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в  состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале  либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица,  привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления  должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на  принятие существенных деловых решений относительно деятельности  должника.  

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу  должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные  условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим  

 

должника.  

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на  том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с  членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на  совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в  рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности  главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3  пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть  признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с  использованием предусмотренных законодательством о банкротстве  презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их  положения.  

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта  2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей  применения специальных положений законодательства о субсидиарной  ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место  в период, предшествующий фактическому возникновению признаков  банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое  состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний  период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в  полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате  обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств  над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).  

Как следует из решения Арбитражного суда Свердловской области от  15.08.2019 по делу № А60-30545/2019, долг ООО «Магра СМС» перед  ООО «Ниагара» по договору субаренды помещений № 007-А от 01.11.2012 в  размере 636 141 руб. 00 коп. основного долга сформировался за период с  01.05.2018 по 30.11.2018, просрочки перед кредитором по договору  субаренды возникали с 01.06.2017.  

Заключение самого договора субаренды помещений № 007-А от  01.11.2012 с единственным кредитором, ООО «Ниагара», а равно и  заключение с ним последующего договора субаренды № 204 от 18.04.2019,  вопреки доводам истца, нельзя считать совершенными во вред должнику и  причиной неоплатности долга перед ООО «Ниагара».  

Согласно подпункту 3 статьи 619 ГК РФ, по требованию арендодателя  договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда  арендатор более двух раз подряд по истечении установленного договором  срока платежа не вносит арендную плату.  

ООО «Ниагара» имело возможность и право заявить о расторжении  договора аренды, однако своим правом долго не пользовалось, чем  наращивало задолженность общества.  

 

Никакие обстоятельства, указывающие на то, что неоплатность  наращиваемого долга явилась следствием действий ФИО3,  выходящих за рамки нормальной хозяйственной деятельности, истцом не  раскрыты, доказательств тому в материалы дела истцом не представлено.  

Напротив, заключение с ООО «Магра СМС» последующего договора  субаренды № 204 от 18.04.2019 указывает на то, что ООО «Ниагара»  принимало неоплатность долга за предыдущий период как норму  хозяйственной деятельности, взаимоотношений с субарендатором, и  рассчитывало на погашение долга.  

Доказательств того, что ФИО3 обманом убедил ООО «Ниагара»  в том, что субарендатор в процессе будущей деятельности изыщет денежные  средства для оплаты долга, в материалы дела не представлено.  

Отсутствуют в материалах дела и доказательства того, что  ООО «Магра СМС» лишилось активов вследствие действий ФИО3,  но не вследствие убыточной деятельности.  

Временный управляющий ФИО4 в ходе анализа  финансового состояния ООО «Магра СМС», выполненного в рамках дела   № А60-28639/2020 о признании указанного общества банкротом, указал на  выявление подозрительных сделок должника на сумму 189 000 руб., а также  сделал вывод о наличии признаков преднамеренного банкротства должника в  связи с прекращением и переводом его деятельности на ООО «Продторг»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).  

Однако материалы дела № А60-28639/2020 о признании  ООО «Магра СМС» банкротом не содержат доказательств, первичных  документов, указывающих на такой перевод деятельности должника на  другое юридическое лицо, истец данные обстоятельства не конкретизировал,  каких-либо доказательств этому в материалы настоящего дела в нарушение  требований статьи 65 АПК РФ не представил. Также истцом не  конкретизированы обстоятельства совершения должником подозрительных  сделок и не представлены соответствующие этим обстоятельствам  доказательства.  

Таким образом, апелляционный суд полагает недоказанным наличие  предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве оснований для  привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Магра СМС».  

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что  руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в  арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного  кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности  исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате  обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед  

 

другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с  его учредительными документами на принятие решения о ликвидации  должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением  должника; обращение взыскания на имущество должника существенно  осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;  должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем  трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность  по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся  работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые  устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим  Федеральным законом предусмотрены иные случаи.  

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника  должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных  пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через  месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве если в  течение предусмотренного пунктом 2 указанной статьи срока руководитель  должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не  устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым -  восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со  дня истечения этого срока: лица, имеющие право инициировать созыв  внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо  иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения  досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на  принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об  обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника  банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных  дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан  принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника,  если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные  абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 названной статьи.  

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву  заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок,  которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за  собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим  Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для  принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или)  принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный  

 

суд.  

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен  размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам),  возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 3 статьи 9  настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве  должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании  должника банкротом).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 12, 13 Постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, в  абзаце втором пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется  наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем  должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения  требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период  просрочки подачи заявления о банкротстве. Лицо, не являющееся  руководителем должника, может быть привлечено к субсидиарной  ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника  о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:  это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не  опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника  корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о  контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4  статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о  нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его  руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по  обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной  обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания  коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено  принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало  полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;  оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв  собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об  обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого  решения.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью  имущества понимается превышение размера денежных обязательств и  обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества  (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения  должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате  обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.  При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества  должны носить объективный характер.  

 

При этом, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9  Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», наличие  кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не  свидетельствует о неплатежеспособности последнего, либо о  недостаточности у него имущества и не порождает у руководителя  обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.  

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о  банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный  руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках  стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности  должника, должен был объективно определить наличие одного из  обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

При установлении обязанности руководителя по обращению в  арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника и наличии оснований  для привлечения бывшего руководителя или участника юридического лица к  субсидиарной ответственности в связи с нарушением указанной обязанности  необходимо исследовать: финансовые показатели юридического лица  (отсутствие доходности, неспособность исполнять свои обязательства перед  кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей, анализ  наличия денежных средств на счетах должника и ведение им финансовых  операций); осуществляемую должником в спорный период хозяйственную  деятельность; установить когда возникли признаки неплатежеспособности  должника и, в зависимости от этого, когда руководитель должен был узнать о  действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо  недостаточности имущества должника.  

Само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства  не является достаточным основанием для вывода о возложении на  руководителя должника и его участников ответственности за исполнение  обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о  банкротстве, показатели, с которыми законодатель связывает обязанность  должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны  объективно отображать наступление критического для должника  финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных  интересов других лиц.  

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал  наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со  стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о  возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично  сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и  

 

негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по  неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в  действительности банкротом, явно неспособному передать встречное  исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя  ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми  кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения  месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о  банкротстве.  

Истец настаивает на том, что ФИО3 должен был инициировать  процесс банкротства должника не позднее 31.04.2019.  

Момент возникновения такой обязанности истец связывает с  неисполнением должником обязательств по внесению арендной платы за  период с за период с 01.05.2018 по 30.11.2018 в размере 636 141 руб.  

Вместе с тем, обязательства, ответственность по которым истец требует  возложить на ФИО3, представляют собой ежемесячные платежи по   № 007-А субаренды помещений от 01.11.2012 с учетом дополнительных  соглашений от 31.10.2013, от 19.06.2014, от 01.01.2017, от 01.04.2017, от  01.07.2017, от 31.08.2017, от 01.09.2017, от 31.12.2017, от 31.03.2018, то есть  должник принял на себя эти обязательства еще в марте 2018 года, в момент  заключения указанных сделок.  

В это время на стороне руководителя еще не возникла обязанность по  обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества, а  значит, не имел место обман кредиторов руководителем путем нераскрытия  информации о тяжелом финансовом положении общества, что следует также  из подписания последующего договора субаренды № 204 от 18.04.2019 при  наличии непогашенного долга.  

При таких условиях указанные обязательства не могли быть включены в  размер субсидиарной ответственности, определяемый на основании пункта 2  статьи 61.12 Закона о банкротстве.  

На наличие каких-либо иных обязательств должника в обоснование  заявления истец не ссылался.  

С учетом изложенного, основания для привлечения ФИО3 к  субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве  должника также отсутствуют.  

Поскольку определением от 12.05.2022апелляционный суд перешел к  рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным АПК РФ для  рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, то решение  Арбитражного суда Свердловской области от 08.02.2022 по делу № А6029993/2021 подлежит отмене по основанию, предусмотренному пунктом 4  части 4 статьи 270 АПК РФ.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы, связанные с судебным  

 

разбирательством должны быть отнесены на истца.  

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 08.02.2022 по  делу № А60-29993/2021 отменить.  

В удовлетворении иска ООО «Ниагара» к ФИО3 о привлечении его к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Магра СМС» (ОГРН 

<

***>) отказать.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не  превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд  Свердловской области.  

Председательствующий Т.В. Макаров  

Судьи Е.О. Гладких  

И.П. Данилова