ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-726/2023

Дело № А41-83087/19

22 марта 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 марта 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи   Терешина А.В.,

судей: Муриной В.А., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: 

конкурсный управляющий ООО «СПХ «Семеновские газоны» - ФИО2,

от ООО «Смарт» - ФИО3, представитель по доверенности от 24.03.2022,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «СПХ «Семеновские газоны» на определение Арбитражного суда Московской области от 13.12.2022 по делу  № А41-83087/19,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 08 октября 2019 г. возбуждено производство по делу № А41-83087/19 о несостоятельности (банкротстве) ООО «СХП «Семеновские газоны» (далее – должник). 

Решением Арбитражного суда Московской области от 06 декабря 2019 г. 

ООО «СХП «Семеновские газоны» признано несостоятельным (банкротом) в отношении него введено конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждена член Ассоциации СРО «ЦААУ» ФИО2. 

Указанные сведения в установленном порядке опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14 декабря 2019 г. № 231. 

04 августа 2022 г. конкурсный управляющий обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просила признать недействительной сделкой заключенный между должником и ООО «Смарт» договор купли-продажи от 27 марта 2017 г. в части безвозмездной передачи по акту приема-передачи от 02 февраля 2018 г. следующей самоходной техники: трактора NEW HOLLAND T4020, 2008 года выпуска, заводской № машины (рамы): Z8JA10459, двигатель № 0009542, цвет: синий; трактора NEW HOLLAND Т4030, 2008 года выпуска, идентификационный номер машины: Z8JA13668, номер двигателя: основной 0012145, цвет: синий; трактора NEW HOLLAND Т4030, 2008 года выпуска, идентификационный номер машины: Z8JA13651, номер двигателя: основной 0012115, цвет: синий; трактора JOHN DEER 5225, 2008 года выпуска, идентификационный номер машины: LV5225S420179, номер двигателя: основной PE5030T165037, цвет: зеленый; трактора JOHN DEER 5225, 2008 года выпуска, идентификационный номер машины: LV5225S420152, номер двигателя: основной PE5030T163919, цвет: зеленый; трактора JOHN DEER 5225, 2008 года выпуска, идентификационный номер машины: LV5225S420212, номер двигателя: основной PE5030T165056, цвет: зеленый. 

В качестве применения последствий признания сделки недействительной конкурсный управляющий просит обязать ООО «Смарт» возвратить в конкурсную массу ООО «СХП «Семеновские газоны» вышеуказанную самоходную технику.

Определением от 13.12.2022 Арбитражный суд Московской области в удовлетворении заявленных требований об оспаривании сделки отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «СПХ «Семеновские газоны» обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

До начала судебного разбирательства 09.03.2023 от конкурсного управляющего ООО «СПХ «Семеновские газоны» поступили дополнения к апелляционной жалобе.

Ходатайство о принятии уточнения к апелляционной жалобы судом отклоняется, так как подано с нарушением срока на обжалование судебного акта.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

            Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

            Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

            В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

   Из материалов дела следует, что 27 марта 2017 г. между ООО «СХП «Семеновские газоны» и ООО «Смарт» был заключен договор купли-продажи оборудования, самоходной техники и машин, согласно условиям которого должник обязался продать ООО «Смарт» имущество (оборудование, самоходную технику и машины), указанное в спецификации, являющейся неотъемлемой частью договора, на общую сумму 21 527 032 руб. 

Конкурсный управляющий представил в Арбитражный суд Московской области спецификацию к договору купли-продажи оборудования, самоходной техники и машин от 27 марта 2017 г., из которой следует, что ООО «Смарт» подлежит передаче 12 единиц техники. 

Денежные средства в счет оплаты по договору купли-продажи оборудования от 27 марта 2017 г. на счет должника от ООО «Смарт» поступили в полном объеме. 

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает, что в нарушении условий договора и спецификации ООО «Смарт» от ООО «СХП «Семеновские газоны» были переданы не указанные в спецификации самоходные машины, а именно: трактор NEW HOLLAND T4020, 2008 года выпуска, заводской № машины (рамы): Z8JA10459, двигатель № 0009542, цвет: синий; трактор NEW HOLLAND Т4030, 2008 года выпуска, идентификационный номер машины: Z8JA13668, номер двигателя: основной 0012145, цвет: синий; трактор NEW HOLLAND Т4030, 2008 года выпуска, идентификационный номер машины: Z8JA13651, номер двигателя: основной 0012115, цвет: синий; трактор JOHN DEER 5225, 2008 года выпуска, идентификационный номер машины: LV5225S420179, номер двигателя: основной PE5030T165037, цвет: зеленый; трактор JOHN DEER 5225, 2008 года выпуска, идентификационный номер машины: LV5225S420152, номер двигателя: основной PE5030T163919, цвет: зеленый; трактор JOHN DEER 5225, 2008 года выпуска, идентификационный номер машины: LV5225S420212, номер двигателя: основной PE5030T165056, цвет: зеленый. 

Указанная самоходная техника указана в акте приема - передачи от 02 февраля 2018 г. 

Данную передачу спорной техники просит признать недействительной сделкой конкурсный управляющий, указывая на ее фактическую безвозмездность, что, по его мнению причинило вред имущественным правам кредиторов. 

Кроме того, в обоснование заявленных требований ссылается на то, что сделка по отчуждению спорной техники являлась мнимой.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия совокупности условий для признания сделки недействительной в соответствии со ст. 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве) и в соответствии со ст. ст. 10, 168, 170  ГК РФ.

Апелляционная коллегия считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Заявление о банкротстве принято судом к производству 28.12.2020, то есть оспариваемая сделка подпадает под предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве период подозрительности.

В пункте 5 Постановления N 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона знала о совершении сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Довод заявителя о наличии оснований для применения статьи 61.2 Закона о банкротстве арбитражным судом признан необоснованным, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что действия должника и кредитора по заключению договора являлись злонамеренными, и именно в результате их совершения стало невозможным погашение кредиторской задолженности должника, и у сторон имелась противоправная цель, связанная с причинением вреда кредиторам должника.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с п. 1, п. 3 ст. 19 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии статуса заинтересованного лица, равно как и иных доказательств, свидетельствующих об осведомленности Ответчика о признаках банкротства, с учетом недоказанности конкурсным управляющим наличия признаков банкротства Общества по состоянию на дату совершения сделок.

Заявитель указывает, что  ООО «Смарт» фактически безвозмездно были переданы три трактора NEW HOLLAND и три трактора JOHN DEER, поскольку перечень техники, указанной в спецификации к договору и в акте приема-передачи различен. 

В рамках дела № А41-36153/22 конкурсный управляющий обратилась в арбитражный суд с иском к ООО «Смарт» об истребовании спорной техники из чужого незаконного владения, указывая на отсутствие оснований для перехода права собственности к ООО «Смарт». 

Определением Арбитражного суда Московской области от 23 августа 2022 г. по делу № А41-36153/22 суд обязал Министерство экологии и природопользования Московской области предоставить документы, являвшиеся основанием для перехода права собственности на спорные шесть единиц техники от должника к ООО «Смарт». 

В ответ на запрос в Арбитражный суд Московской области был предоставлен ответ от 23 августа 2022 г., содержащий копии представленных при постановке на учет спорной техник договора купли-продажи оборудования от 27 марта 2017 г., спецификации к нему и акта приема-передачи от 02 февраля 2018 г. 

Указанные документы предоставлялись в Министерство экологии и природопользования Московской области при постановке техники на учет 02 июля 2018 г. Представленный Министерство экологии и природопользования Московской области договор купли-продажи оборудования от 27 марта 2017 г. и спецификация полностью соответствует акту приема-передачи. 

В соответствии со спецификацией должник должен был передать ООО «Смарт» восемнадцать единиц техники и по акту приема-передачи должник также передал восемнадцать единиц техники. 

Наименования техники в спецификации и акте приема-передачи совпадают.

Договор купли-продажи был заключен 27 марта 2017 г., а техника была передана по акту приема-передачи 02 февраля 2018 г., т. е. спустя почти год после заключения договора купли-продажи. 

Перед передачей техники стороны изменили условия договора (спецификацию) к договору, исключив из нее два подрезчика Kesmac 2200, добавив вместо них, в том числе спорные тракторы равной стоимости. 

Таким образом, ООО «Смарт» получило по акту приема-передачи тот перечень техники, который был указан в спецификации к договору купли-продажи оборудования, самоходной техники и машин от 27 марта 2017 г. по цене 21 527 032 руб., которую полностью оплатило должнику. 

В первоначальной редакции спецификации должник принял на себя обязательство передать ООО «Смарт» два подрезчика Kesmac 2200, которые, согласно спецификации были оценены в 5 721 900 руб. и 4 120 200 руб. соответственно. 

Подрезчики Kesmac SOD harvester 2200 являются навесным оборудованием на трактор, которое всегда продается вместе с ним. 

Без трактора подрезчики применяться не могут. 

Из первоначально подписанной спецификации следует, что подрезчика Kesmac 2200 продавалось вместе с тракторами JOHN DEER 5225, имеющими номера кузовов LV5225S420192 и LV5225S420208. 

Согласно заключению специалиста-оценщика АНО «Региональная организация судебных экспертиз» № 1250ис-22 от 17 октября 2022 г. стоимость двух вышеуказанных тракторов JOHN DEER 5225 с навесным оборудованием Kesmac 2200 составило на 27 марта 2017 г. 3 494 384,97 руб. за штуку. 

Отдельно стоимость оборудования Kesmac 2200 по состоянию на 27 марта 2017 г. составила 1 476 776,97 руб. за штуку. 

Должник должен был передать навесное оборудование Kesmac 2200 и трактора JOHN DEER 5225 в сборе, которые согласно спецификации стоили 5 721 900 руб. и 2 212 900 руб. 

Согласно измененной спецификации и акту приема-передачи должник передал ООО «Смарт» только два трактора JOHN DEER 5225, имеющих номера кузовов LV5225S420192 и LV5225S420208, без навесного оборудования Kesmac 2200 по цене   1 907 300 руб. каждый. 

В измененной спецификации должник и ООО «Смарт» исключили передачу двух комплектов навесного оборудования Kesmac 2200 и тракторов JOHN DEER 5225, заменив их на восемь тракторов без навесного оборудования, в том числе трактора JOHN DEER 5225, имеющих номера кузовов LV5225S420192 и LV5225S420208.

Фактически ООО «СХП «Семеновские газоны» передало ООО «Смарт» два трактора JOHN DEER 5225, имеющих номера кузовов LV5225S420192 и LV5225S420208, без оборудования Kesmac 2200 и еще шесть тракторов. 

Перед экспертом АНО «Региональная организация судебных экспертиз» при подготовке заключения № 1250ис-22 от 17 октября 2022 г. был поставлен следующий вопрос: «определить стоимость 18 единиц техники, переданной ООО «Смарт» по акту приема-передачи от 02 февраля 2018 г. к договору купли-продажи оборудования, самоходной техники и машин от 27 марта 2017 г., по состоянию на дату передачи.

Эксперт установил, что рыночная стоимость 18 единиц переданной должником в пользу ООО «Смарт» техники по акту приема-передачи от 02 февраля 2018 г. составляет 19 510 912,60 руб. ООО «Смарт» оплатило на расчетный счет должника       21 527 032 руб., что более чем на два миллиона рублей, чем рыночная стоимость переданной техники по состоянию на дату передачи.

Указывая на то, что шесть единиц техники были переданы в пользу ООО «Смарт» безвозмездно, конкурсный управляющий не учитывает, что должник не передал в пользу ООО «Смарт» 2 подрезчика Kesmac 2200. 

Учитывая довольно длительный промежуток между заключением договора купли-продажи (27 марта 2017 г.) и фактическим его исполнением в виде подписания акта приема-передачи (02 февраля 2018 г.), стороны внесли изменения в спецификацию к договору купли-продажи в части наименования и количества техники.

Таким образом, оспариваемый договор купли-продажи не является безвозмездной сделкой или сделкой, совершенной в отношении заинтересованного лица.

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Также заявителем не доказано, что при заключении спорной сделки у должника имелась цель причинения вреда кредиторам и что заинтересованное лицо знало о предполагаемой цели причинения вреда кредиторам.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что сделка совершена с целью прикрытия другой сделки, в материалы дела, не представлено.

Ответчик не является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Доказательств того, что у него имелась возможность осуществлять контроль финансового состояния должника и установить признаки его неплатежеспособности, в материалы дела не представлено.

Исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что конкурсным управляющим не доказана совокупность условий, необходимых для признания оспариваемых договоров недействительным на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд приходит к выводу  о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для оспаривания сделки.

В силу ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно ч. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. 

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. 

При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. 

В соответствии с п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12 июля 2018 г. № 305-ЭС18-2393 для выявления факта совершения оспоримых сделок конкурсному управляющему должника предоставляется разумный срок, после которого начинает течь исковая давность по требованиям о признании подобных сделок недействительными (п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве и п. 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

В течение такого срока конкурсный управляющий, в том числе, должен принять меры к получению документов, отражающих экономическую деятельность предприятия, на основании полученных документов провести анализ финансового состояния должника, по итогам которого подготовить заключение о финансовом состоянии должника, о наличии или отсутствии оснований для оспаривания сделок, если иной срок не доказан сторонами 

Заявитель указал, что узнал о совершении сделки только 30 сентября 2021 г.

Решением Арбитражного суда Московской области от 06 декабря 2019 г. ООО «СХП «Семеновские газоны» признано несостоятельным (банкротом) в отношении него введено конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждена член Ассоциации СРО «ЦААУ» ФИО2. 

Из отчета конкурсного управляющею от 25 мая 2020 г. следует, что ею направлялся запрос в Управление по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники Министерства сельского хозяйства и продовольствия Московской области. 

В соответствии с п. 60 постановления Правительства Российской Федерации от 21 сентября 2020 г. № 1507 «Об утверждении Правил государственной регистрации самоходных машин и других видов техники» справки о совершенных регистрационных действиях выдаются арбитражным управляющим, назначенным в установленном порядке при помощи единой системы межведомственного электронного взаимодействия или по письменным запросам. 

Учитывая тот факт, что в своем отчете от 25 мая 2020 г. конкурсный управляющий указала на направление запроса в Управление по надзору за техническим состоянием самоходных машин, то не позднее 25 мая 2020 г. конкурсному управляющему должно было быть известно о снятой с учета технике. 

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т. п. 

В соответствии с позиций высшей судебной инстанции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09 марта 2021 г. № 307-ЭС19-20020 (8,10), законодательство связывает начало течения срока исковой давности, прежде всего, с моментом, когда первый уполномоченный на оспаривание сделок арбитражный управляющий должен был, то есть имел реальную возможность, узнать о сделке и о нарушении этой сделкой прав кредиторов. 

Конкурсный управляющий направлял запрос в соответствующий государственный орган, имеющий документы, на основании которых можно было узнать о совершении спорной сделки 20 мая 2020 г., то есть именно с этой даты она должна был узнать о ее совершении, и, соответственно, с нее начинает свое течение срок исковой давности.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2018 г. № 310-ЭС17- 13555, от 12 февраля 2018 г. № 305-ЭС17-13752, от 19 ноября 2018 г. № 301-ЭС18-11487 и от 11 февраля 2019 г. № 305-ЭС16-20779 срок исковой давности не может течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации, то есть момента, начиная с которого истец должен был узнать не только о нарушении своих прав, но и об основаниях для предъявления иска, а также о личности надлежащего ответчика. 

Поскольку при определении начала исчисления срока исковой давности необходимо учитывать объективное знание конкурсного управляющего о наличии оснований для оспаривания сделки, суды не могут руководствоваться формальным подходом и считать срок исковой давности с момента утверждения конкурсного управляющего. 

Таким образом, принимая во внимание дату подачи в арбитражный суд настоящего заявления (04 августа 2022 г.), арбитражный суд приходит к выводу, что конкурсным управляющим пропущен годичный срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для применения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 само по себе наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, не препятствуют суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на дату совершения оспариваемых сделок) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления свои х прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне, данное требование не выполнено.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу ст. 421, 424 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, арбитражный суд считает, что материалами дела не подтверждается, что должником оспариваемая сделка совершена со злоупотреблением сторонами сделки принадлежащими им правами.

Кроме того, согласно положениям ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия; ничтожна. 

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки на момент ее совершения не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. 

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных результатов. 

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. 

При этом реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и (или) участия в распределении имущества должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25 июля 2016 г. № 305-ЭС16-2411), противоправное сокрытие имущества от взыскания со стороны кредиторов (постановление Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 06 февраля 2002 г. № 2352/01), либо иные противоправные цели сторон. Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25 июля 2016 г. № 305-ЭС16-2411, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. 

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку. 

При этом, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Признаков того, что оспариваемая сделка является мнимой сделкой, материалы дела не содержат, в частности конкурсным управляющим не доказано, что должник после отчуждения спорной техник продолжал пользоваться ею, нес бремя ее содержания и не имел реального намерения ее отчуждения. 

Напротив, ООО «Смарт» была осуществлена постановка техники на учет, что подтверждается ответом Министерством экологии и природопользования Московской области. 

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 апреля 2009 г. № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). 

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 июня 2014 г. № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2016 г. № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28 апреля 2016 г. № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014). 

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а сделка, совершенная при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка) является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника, заявляя о ничтожности сделки, фактически приводит довод о том, что в результате отчуждения имущества кредиторам ООО «СХП «Семеновские газоны» был причинен вред, при этом не указывая, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Иной подход приводит к тому, что содержание п. 1 и п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений только на основании вступившего в законную силу судебного акта, что недопустимо.

Таким образом, суд считает, что конкурсным управляющим не доказана совокупность условий для признания оспариваемой им сделки недействительной.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении и проведении по настоящему спору судебной почерковедческой экспертизы с целью установления принадлежности подписей в договоре от 27.03.2017, спецификации к нему и акте приема - передачи от 02.02.2018 руководителю должника ФИО4, также отклонены арбитражным апелляционным судом.

Согласно части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос.

Определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 09 марта 2011 г. N 13765/10 разъяснил, что судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

Исследовав материалы дела, заслушав мнение участников процесса, исходя из предмета доказывания по настоящему спору, арбитражный апелляционный суд считает, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении по настоящему спору судебной экспертизы, так как имеющиеся в деле доказательства достаточны для установления юридически значимых обстоятельств и принятия судебного акта по существу спора.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность судебного акта, не содержат оснований, установленных статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда.

Оценив все имеющиеся доказательства по делу, апелляционный суд полагает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого судебного акта судом нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 13.12.2022 по делу  №А41-83087/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий cудья 

 

А.В. Терешин

Судьи 

 

В.А Мурина

Н.В. Шальнева