СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068  

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № 17АП-2949/2022(7)-АК

Дело № А50-10081/2021

11 июля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июля 2023 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 11 июля 2023 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Чепурченко О.Н.,  

судей Мартемьянова В.И., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии: 

от ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 19.03.2021;  третьего лица ФИО4, паспорт;  

от финансового управляющего ФИО5: ФИО6, паспорт,  доверенность от 10.01.2023;  

кредитора ФИО7, паспорт, 

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не  направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим  образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации  о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора  ФИО7  

на определение Арбитражного суда Пермского края от 05 мая 2023 года об  отказе в удовлетворении заявления ФИО7 о  признании сделок должника недействительными и применении последствий их  недействительности,  

вынесенное в рамках дела № А50-10081/2021 о признании несостоятельным  (банкротом) ФИО8 (ИНН 

<

***>),  

третьи лица: ФИО4, ФИО9,  ФИО10,  

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24.06.2021 принято  к производству заявление ФИО8 о признании ее  несостоятельной (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.  

Определением от 16.08.2021 заявление признано обоснованным, в  отношении ФИО8 введена процедура  реструктуризация долгов гражданина-должника; финансовым управляющим  утверждена ФИО5, член Союза «Саморегулируемая  организация арбитражных управляющих Северо-Запада».  

Сведения о введении в отношении должника процедуры  реструктуризации опубликованы в газете «Коммерсантъ» (выпуск за  21.08.2022).  

Решением арбитражного суда от 10.01.2023 года ФИО8 (должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении  нее введена процедура реализации имущества; финансовым управляющим  имуществом должника утверждена ФИО5.  

16 сентября 2022 года в арбитражный суд поступило заявление  ФИО7 о признании недействительными сделками договоров ипотеки  и займа № 1 от 06.08.2019, заключенных между ФИО8 (заемщик,  залогодатель) и ФИО2 (займодавец, залогодержатель), по условиям  которых залогодатель передал в залог в обеспечение исполнения заемных  обязательств объект недвижимости – квартиру, площадью 81,8 кв.м.,  расположенную на ул. Новосибирская г. Перми; применении последствий  недействительности сделок в виде признания отсутствующим право залога у  ФИО2 на указанный объект недвижимости.  

Представитель ФИО2 против удовлетворения заявленных  требований возражал, указывал на реальность правоотношений, отсутствие  аффилированности сторон оспариваемой сделки, недоказанность факта  причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Пояснил, что  денежные средства по договору займа были переданы наличным способом и  частично возвращены; источником происхождения денежных средств выступил  договор займа, заключенный с ФИО10  

Представитель третьего лица ФИО10 возражал относительно  заявленных требований, ссылаясь на факт предоставления денежных средств по  договору займа ФИО2 Пояснил, что ФИО10 и ФИО2  являются родственниками.  

ФИО9 указывал, что денежные средства фактически получены в  пользование ФИО9 от ФИО4 и по его просьбе возвращались  ФИО2; полагал, что обязательства Ц-вых не являются общими  обязательствами супругов.  

ФИО4 пояснял, что по просьбе своей троюродной сестры  ФИО8 обратился к знакомому ФИО2 с целью  предоставления денежных средств в заем, ФИО2 предоставил  

 

необходимую сумму; указывал, что факт получения ФИО8 денежных  средств может быть подтвержден видеофиксацией записи на авторегистраторе,  находящегося в автомобиле.  

Ссылаясь на то, что в рассматриваемом случае, согласие от ФИО8 на воспроизведение видеозаписи с ее участием отсутствует, в приобщении  диска с видеозаписью к материалам дела судом отказано.  

ФИО7 заявлено о фальсификации представленного ответчиком  доказательства – договора займа (целевой) от 02.08.2019, заключенного между  ФИО10 и ФИО2, со ссылкой на его безденежность.  

Данное заявление принято арбитражным судом к рассмотрению в  порядке ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (АПК РФ), заявителю разъяснены уголовно-правовые последствия заявления о  фальсификации доказательств; представителю ФИО2 предложено  исключить оспариваемое доказательство из числа доказательств по делу.  

Представитель ФИО2 исключать оспариваемый договор из  числа доказательств по делу отказался.  

С целью проверки заявления о фальсификации доказательств в судебном  заседании 04.05.2023 ФИО7 заявила ходатайство об истребовании:  

- у ФИО10 книг учета доходов и расходов (КУДИР) за 2013, 2014,  2015, 2016, 2017, 2018 гг.;  

- у ИФНС по Свердловскому району города Перми сведения об открытых  на имя ФИО10 счетах в кредитных организациях  (банках) как физического лица и как индивидуального предпринимателя (ИНН  

<

***>) за период с 01.01.2015 по 01.08.2019 для последующего  истребования из кредитных организаций (банков) сведений о полученных  доходах и произведенных расходах для подтверждения (опровержения)  возможности предоставления денежных средств в размере 2 650 000 руб. по  договору займа от 02.08.2019 с ФИО2;  

- у Управления Федеральной службы государственной регистрации,  кадастра и картографии по Пермскому краю сведения о приобретении  ФИО10 объектов недвижимого имущества за  период с 2015 года по 2019 год.  

Представитель третьего лица ФИО10 возражал относительно  удовлетворения предъявленного ходатайства в связи с достаточностью иных  доказательств финансовой возможности по предоставлению заемных денежных  средств; пояснил, что истребуемые книги учета доходов и расходов с большой  долей вероятности не сохранились по причине истечения установленного срока  хранения документации (5 лет).  

Судом принят отказ ФИО7 от ходатайства в части  истребования у ФИО10 выписок по расчетным счетам индивидуального  предпринимателя и физического лица за период 2017, 2018, январь-июль 2019  годов, производство по ходатайству в данной части прекращено (ст. 49, п. 4 ч. 1  ст. 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК  

 

РФ)).  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 05 мая 2023 года  ходатайство об истребовании сведений отклонено.  

В удовлетворении заявления ФИО7 о  признании сделок недействительными и применении последствий их  недействительности отказано.  

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО7  обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить,  заявленные требования удовлетворить.  

В обоснование апелляционной жалобы указывает на отказ в  удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, что привело к  непринятию судом достаточных мер для проверки заявления о фальсификации,  разрешая ходатайство о фальсификации суд ограничился заслушиванием  пояснения сторон, касающихся обстоятельств заключения сделки, а также  порядка расчетов между сторонами; несмотря на предоставление ФИО10 документов в подтверждение факта предоставления ФИО2  займа, в материалах дела отсутствует расходный кассовый ордер от 06.08.2019  на сумму 2 650 000 руб., документы финансового характера не отвечают  требованиям о допустимости и достоверности. Апеллянт считает, что внесение  денежных средств на счет ФИО11 в том же размере что и сумма,  переданная по договору займа, не вызвала у суда подозрений несмотря на то,  что денежные средства были внесены на счет и сняты наличными со счета с  разницей в несколько минут; при этом, ФИО11 сохранил именно эту  выписку, что свидетельствует о создании видимости наличия финансовой  возможности. В обоснование аффилированности лиц, участвующих в сделках,  апеллянт указывает на то, что ФИО11 является знакомым брата должника  ФИО4, о чем в отзыве на заявление указывает сам ФИО4, при этом  имущественная возможность у ФИО11 появляется только с помощью  родственных связей (ФИО10). Также по мнению апеллянта, договор между  ФИО11 и ФИО10 заключен на странных условиях, учитывая что дата  заключения договора ранее даты заключения договора между ФИО11 и  должником; ФИО10 не знал и не мог знать на момент заключения договора  (целевого) на каких условиях будет заключен договор с должником; размер  процентов за пользование определен в виде процентов от размера по договору  займа с должником (50%), установлена обязанность по заключению договора  залога, но ответственность за неисполнение указанного условия не  установлена; займ ФИО10 не возвращен, несмотря на наступление срока его  возврата; ссылаясь на то, что ФИО10 является учредителем с долей в 95% в  юридическом лице и индивидуальным предпринимателем, апеллянт полагает  неразумным экономическом его поведении при заключении договора займа с  ФИО11. Ссылается на не исследование судом вопроса о расходовании  должником полученных в заем денежных средств; получение денежных  

 

средств супругом должника, а не должником, находящимся в отпуске по уходу  за ребенком.  

ФИО2 и ФИО10 согласно письменным отзывам против  удовлетворения апелляционной жалобы возражают, ссылаясь на законность  обжалуемого акта и необоснованность доводов апелляционной жалобы.  

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц,  участвующих в деле не поступило.  

ФИО10 заявлено о рассмотрении апелляционной жалобы в его  отсутствие.  

В судебном заседании ФИО7 заявлено ходатайство об  истребовании доказательств из правоохранительных органов в подтверждение  наличия у ФИО8 неисполненных обязательств на дату заключения  оспариваемых договоров (ранее заявленное в суде первой инстанции), а также  ходатайство об истребовании сведений о расходах ФИО10  

Рассмотрев заявленные ходатайства в порядке ст. 159 АПК РФ, придя к  выводу о том, что наличие у должника неисполненных обязательств не могут  быть подтверждены пояснениями лиц, данными сотрудникам  правоохранительных органов, а также учитывая предоставление в материалы  дела доказательств наличия у ФИО10 денежных средств для  предоставления ответчику по оспариваемым сделкам займа в спорном размере  (ордер, выписки по счету), суд апелляционной инстанции не усматривает  оснований для удовлетворения заявленных ФИО7 ходатайств в  связи с чем отказал в их удовлетворении, о чем вынесено протокольное  определение.  

В судебном заседании 29.06.2023 при рассмотрении апелляционной  жалобы ФИО7 в порядке ст. 163 АПК РФ апелляционным судом (в  составе судей Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А., Шаркевич М.С.) был  объявлен перерыв до 06.07.2023.  

Определением от 30.06.2023 на основании ст. 18 АПК РФ произведена  замена судьи Шаркевич М.С. на судью Мартемьянова В.И.. После замены  судьи рассмотрение спора начато сначала в составе председательствующего  Чепурченко О.Н., судей Мартемьянова В.И., Чухманцева М.А.  

04 июля 2023 года в апелляционный суд поступили дополнения к  апелляционной жалобе, в которых апеллянт указывает на создание судом  условий (отказ в истребовании доказательств, практически не рассмотрено  заявление о фальсификации), которые не позволили принять по делу  справедливое и обоснованное решение.  

После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда,  при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1  

В судебном заседании приняли участие ФИО7, представители  ФИО2, финансового управляющего ФИО5  

ФИО7 на доводах апелляционной жалобы и дополнений к ней  настаивала, просила обжалуемое определение отменить.  

 

Представитель ФИО2 против удовлетворения апелляционной  жалобы возражал по основаниям, приведенным в отзыве.  

Представитель финансового управляющего ФИО5 своей  позиции относительно доводов приведенных в апелляционной жалобе не  высказал, оставил на усмотрение суда.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о  месте и времени судебного разбирательства, представителей в суд  апелляционной инстанции не направили, что в силу ст. 156 АПК РФ не  является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их  отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  06.08.2019 между ФИО2 (заимодавец) и ФИО8  (заемщиком) заключен договор займа № 1.  

В соответствии с п. 1.1 договора займа заимодавец передает заемщику  денежные средства в размере 2 650 000 руб., а заемщик обязуется возвратить  заимодавцу сумму займа в срок не позднее 18 месяцев с момента получения  суммы займа и уплатить проценты за пользование займом в соответствии с  условиями договора.  

Порядок возврата суммы займа и уплаты процентов определен в п. 4.2  договора: 3% ежемесячно в соответствии с графиком № 1, а при выборе  заемщиком графика № 2 – 20%.  

В случае невозврата суммы зама или ее части в срок, обусловленный п.  4.2 договора, заемщик уплачивает неустойку в размере 1% от невозвращенной  суммы займа за каждый день просрочки.  

Согласно расписке о получении денежных средств по договору займа № 1  от 06.08.2019 денежные средства в размере 2 650 000 руб. переданы ФИО8  

Одновременно, при заключении договора займа, в обеспечение  исполнение заемщиком принятых на себя обязательств по возврату денежных  средств, сторонами заключен договор ипотеки № 1 (залога недвижимости) 3- комнатной квартиры, назначение жилое, площадь 81,8 кв.м., этаж 15, адрес  (местонахождение) объекта Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул.  Новосибирская, д. 13, кв. 176.  

В соответствии с актом сверки платежей по договору займа и ипотеки  (залога) № 1 от 06.08.2020 ФИО8 в период с 06.09.2019 по 12.03.2020  вносились платежи по договору займа в размере 79 500 руб., что соответствует  условиям порядка возврата суммы по договору займа по графику № 1 (п. 4.2.4  договора). Затем ФИО8 допускались просрочки исполнения  обязательства, оплата задолженности производилась частями. Так в апреле 2020  платеж не поступил, в мае 2020 общая сумма оплачена в размере 30 000 руб., в  

 

июне 2020 года – 60 000 руб., июле 2020 года – 60 000 руб., августе 2020 года –  60 000 руб., сентябре 2020 года – 60 000 руб., что сторонами не оспаривается.  Всего за период с 06.09.2019 по 23.09.2020 ФИО8 возвратила  ФИО2 826 500 руб.  

01 октября 2020 года между сторонами подписаны дополнительные  соглашения к договорам займа и ипотеки (залога недвижимости) № 1 от  06.08.2019, по условиям которого соглашения стороны пришли к соглашению о  продлении договора займа и ипотеки № 1 от 06.08.2019 на 18 месяцев и  снижении альтернативной процентной ставки по графику № 2 до 6% при этом,  остальные условия договора остаются неизменными. Кроме того стороны  пришли к соглашению о снижении неустойки по договору займа № 1 от  06.08.2019 с 1% в день до 0,4% в день.  

После заключения дополнительного соглашения какие-либо платежи в  адрес ФИО2 не поступали.  

По состоянию на 26.11.2020 сумма задолженности по договору займа  составила 2 650 000 руб., сумма неуплаченных договорных процентов на  06.11.2020 – 366 000 руб., а также неустойка за период с 21.10.2020 по  26.11.2020 – 392 200 руб.  

Пунктом 7.3 договора займа № 1 от 06.08.2019 стороны согласовали, что  все споры и разногласия, возникающие из договора или в связи с ним, подлежат  рассмотрению третейским судьей.  

02 декабря 2020 года ФИО2 обратился в третейский суд с  исковым заявлением о взыскании с ФИО8 задолженности по договору  займа и обращении взыскания на заложенное имущество (исковые требования  уточнений 17.12.2020).  

Арбитражным решением Третейского суда, образованный сторонами для  разрешения конкретного спора (ad hoc), в составе единоличного арбитра  ФИО12 от 13.01.2021 по делу № ТСАН-59/01/09/12/2020 исковые  требования ФИО2 к ФИО8 удовлетворены частично, судом  взыскано:  

- сумма основного долга по договору займа № 1 от 06.08.2019 в размере  2 650 000 руб.,  

- проценты за пользование займом за период с 06.08.2019 по 06.11.2020 в  сумме 366 000 руб., с продолжением начисления договорных процентов в  размере 3% ежемесячно за период с 07.11.2020 на сумму 2 650 000 руб. до  момента фактической оплаты долга,  

- неустойка за период с 21.10.2020 по 26.11.2020 в размере 196 100 руб., с  продолжением начисления договорной неустойки в размере 0,2% в день от  суммы основного долга 2 650 000 руб. за период с 27.11.2020 по дату  фактической оплаты суммы основного долга,  

- уплаченный арбитражный сбор в размере 47 123 руб.; 

- обращено взыскание на заложенное имущество: 3-комнатную квартиру  площадью 81,8 кв.м., расположенную на ул. Новосибирская г. Перми, путем  

 

продажи с публичных торгов, с первоначальной продажной стоимостью 4 000  000 руб.  

Определением Дзержинского районного суда г. Перми от 04.06.2021 по  делу № 2-2028/2021 заявление ФИО8 об отмене  арбитражного решения Третейского суда, образованного сторонами для  разрешения конкретного спора (ad hoc), от 13.01.2021 по делу № ТСАН-  59/01/09/12/2020, по иску ФИО2 к ФИО8 оставлено без удовлетворения.  

Выдан исполнительный лист на принудительное исполнение  арбитражного решения Третейского суда; а также о взыскании с ФИО8 в пользу ФИО2 расходов по уплате государственной пошлины в  размере 2 250 руб.  

Определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от  24.08.2021 определение Дзержинского районного суда г. Перми от 04.06.2021  по делу № 2-2028/2021 оставлено без изменения, кассационная жалоба  ФИО8 – без удовлетворения.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда  Пермского края от 17.02.2022 требование ФИО2 в сумме 2 650 000  руб. основного долга, 1 102 670,25 руб. процентов за пользование займом,  296 100 руб. неустойки, 47 123 руб. судебных расходов включено в третью  очередь реестра требований кредиторов индивидуального предпринимателя  ФИО8, как обеспеченное залогом имущества  должника – 3-комнатной квартиры площадью 81,8 кв.м, расположенной на ул.  Новосибирская г. Перми.  

Полагая, что договор займа и ипотеки (залога недвижимости) № 1 от  06.08.2019 подписаны между заинтересованными лицами, при  злоупотреблении правом, а также с целью причинения вреда имущественным  правам кредиторов, без намерения создать соответствующие правовые  последствия (мнимые), кредитор ФИО7 обратилась в арбитражный  суд с рассматриваемым заявлением о признании их недействительными  сделками на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой  инстанции исходил из недоказанности совокупности условий влекущих  недействительность сделок.  

Исследовав представленные в дело доказательства каждое в отдельности  и в их совокупности в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной  жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и  процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд  апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены обжалуемого  определения в силу следующего.  

Согласно п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) отношения,  

 

связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой,  регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2  главы XI настоящего Федерального закона.  

В силу положений ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о  банкротстве.  

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд,  рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в  деле о банкротстве должника (п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве).  

Исходя из положений п.п. 1, 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление  об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям,  предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона,  может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по  решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным  кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской  задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более  десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в  реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в  отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина  по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям  возникает с даты введения процедуры реструктуризации долгов.  

Наличие у ФИО7 права как кредитора на обращение в  арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки должника,  подтверждается материалами дела и иными участниками спора не  опровергается.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 названного Закона, совершенная должником  в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после  принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств  другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или)  иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от  цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах  совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение  обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества  или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно  превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств,  определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения  обязательств.  

 

Пунктом 2 вышеуказанной статьи Закона установлено, что сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  заинтересованное лицо знало или должно было знать об ущемлении интересов  кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

В соответствии с разъяснениями, данными в п.п. 5-7 постановления  Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, в силу указанной выше нормы права для  признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 постановления).  

Согласно абзацам второму – пятому п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве  цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацами вторым – пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под  ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и  (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании  подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят  обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с  установлением цели (направленности) сделки на причинение вреда кредиторам  

 

и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника  на момент ее совершения.  

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите  гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники  гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.  

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

При этом в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников  гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.  

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1  ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных  интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть  признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о  банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных  интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной  массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества  должника третьим лицам (п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009   № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по  основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)»).  

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  предусмотрено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный  п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть  признана судом недействительной (п.п. 1, 2 ст. 168 ГК РФ).  

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью,  подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых  она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана  недействительной на основании положений ст. 10 и пунктов 1 или 2 ст. 168 ГК  РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая  сделка признается недействительной по этому основанию (например, по  правилам ст. 170 ГК РФ) (п. 8 названного Постановления).  

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных  п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования  закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не  следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные  с недействительностью сделки.  

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при  этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом  интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка  

 

оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не  связанные с недействительностью сделки (п. 2 названной статьи).  

Из содержания ст. 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом  понимается умышленное поведение лица, управомоченного по осуществлению  принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением  установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав,  причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления  вреда.  

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности)  злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских  прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый  субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в  своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других  лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим  лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными)  и признаются злоупотреблением правом.  

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо  злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить  факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о  противоправных целях должника.  

При этом осведомленность контрагента должника может носить  реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть  презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя  добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является  заинтересованным лицом).  

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками  гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок  необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц  с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и  законных интересов иных граждан и юридических лиц.  

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по  причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении  обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного  разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или  отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой  при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие  действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским  правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных  правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов  иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке  иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или  создаст в будущем препятствия.  

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью,  

 

подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которой  она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана  недействительной на основании положений ст. 10 и пунктов 1 или 2 ст. 168 ГК  РФ.  

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (ч. 1  ст. 170 ГК РФ).  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки  нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой  сделки не соответствует их внутренней воле. В то же время для этой категории  ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта  того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение,  изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки  как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих  ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все  документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому  факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем  анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений  сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности  согласующихся между собой доказательств.  

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой  сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке  правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает  совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих  видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов),  создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как  действительной.  

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая  мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее  исполнения.  

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее  совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех  правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.  

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида  государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое  имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на  основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.  

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки совершены  06.08.2019, то есть в течении трех лет до момента возбуждения в отношении  должника дела о банкротстве (определение от 24.06.2021) – период  подозрительности установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

 

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании  подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят  обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с  установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой  стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.  

Исходя из положений действующего законодательства, договор займа  является реальной сделкой, заключенной с момента передачи/перечисления  заемщику денежных средств.  

Договор залога является обеспечительной сделкой и не предусматривает  встречного предоставления, в связи с чем признание такой сделки  недействительной, как совершенной с целью причинения вреда  имущественным правам кредиторов, возможно лишь в отсутствие  обеспечивающего обязательства, в данном случае заемных правоотношений.  

Как указывалось ранее, выдача должнику займа по оспариваемому  договору в общей сумме 2 650 000 руб. руб. осуществлена наличными  средствами по расписке.  

Согласно п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке  достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику  наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или  квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди  прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение  кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие  денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как  полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение  этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.  

В материалы дела представлена выписка о состоянии вклада ФИО2 на день заключения договора займа и сведения о выдаче банком наличных  денежных средств в указанную дату (расходный кассовый ордер от 06.08.2019  на сумму 2 650 000 руб.), подтверждающие факт того, что у ФИО2  06.08.2019 – в день заключения договора займа, имелись наличные денежные  средства в сумме 2 650 000 руб. для предоставления в заем ФИО8  

Ссылка апеллянта на отсутствие в материалах дела расходного кассового  ордера от 06.08.2019 на сумму 2 650 000 руб., не соответствует  действительности и опровергается материалами дела (т. 1, л.д. 29).  

В подтверждение наличия денежных средств у ФИО2 и их  происхождение, также был представлен договор займа (целевой) от 02.08.2019,  заключенный ответчиком с ФИО10, в отношении которого  кредитором ФИО7 было заявлено о фальсификации доказательства.  

В связи с отказом ФИО2 в исключении оспариваемого договора  займа, представленного в подтверждение наличия у него финансовой  возможности выдать должнику займ из числа доказательств, данное заявление  

 

было проверено судом первой инстанции в соответствии со ст. 161 АПК РФ в  соответствии с абзацем вторым п. 3 ч. 1 ст. 161 Кодекса путем оценки  оспариваемого доказательства в совокупности с иными доказательствами в  порядке, предусмотренном ст. 71 этого Кодекса.  

Возможность заключения договора займа между ФИО10 и  ФИО2 обусловлена их родственными связями – ФИО10  является родным дядей ФИО13, которая в свою  очередь является гражданской женой ФИО2; у ФИО2 и  ФИО13 имеется общий ребенок, они ведут совместное хозяйство.  

Финансовая возможность ФИО10 подтверждена представленными  в материалы дела письменными доказательствами. В частности, наличие  денежных средств у ФИО10 позволяющее заключить целевой договор  займа от 02.08.2019 на сумму 2 650 000 руб. подтверждается представленными  суду квитанциями о приеме налоговых деклараций за период с 2015 по 2018  годы, согласно которым за период с 2015 по 2018 гг. налогооблагаемый доход  ИП ФИО10 превысил 20 миллионов рублей.  

Доказательствами, дополнительно подтверждающими фактическое  наличие денежных средств у ИП ФИО10, являются представленными в  материалы дела выписки с карточки счета 51 согласно которым за период с  01.01.2013 по 31.12.2018 ИП ФИО10 были получены наличные  денежные средства из банка в сумме 10 910 000 руб., а также перечислено на  свой лицевой счет 6 707 000 руб.  

Проверив заявление о фальсификации доказательств посредством анализа  и сопоставления имеющихся в материалах дела доказательств, принимая во  внимание не оспоренный сторонами факт внесения ФИО2  наличных денежных средств на свой счет в том же размере 2 650 000 руб.  06.08.2019, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о  доказанности факта реальности заемных правоотношений между ФИО2 и ФИО10, наличия у ФИО10 финансовой возможности по  предоставлению заемных денежных средств ФИО2 02.08.2019 в  сумме 2 650 000 руб., что явилось основанием для признания заявления  ФИО7 о фальсификации договора займа (целевой) от 02.08.2019,  заключенного между ФИО10 и ФИО2 необоснованным.  

Доводы апеллянта об обратном следует признать необоснованными. 

При этом, принимая во внимание совокупность представленных в дело  доказательств, апелляционный суд не может не согласиться с выводом об  отсутствии у суда первой инстанции необходимости в удовлетворении  ходатайства ФИО7 об истребовании сведений для дополнительного  установления финансовой возможности ФИО10, учитывая, что договор  займа от 02.08.2019 между ФИО2 и ФИО10 является  факультативным доказательством не имеющим самостоятельного правового  значения при наличии в материалах дела доказательств достоверно  свидетельствующих о наличии у ФИО2 финансовой возможности  

 

выдать должнику займ – банковская выписка о состоянии вклада ФИО2 на день заключения договора займа и сведения о выдаче банком денежных  средств в указанную дату в сумме необходимой для предоставления должнику  займа (расходный кассовый ордер от 06.08.2019 на сумму 2 650 000 руб.).  

Учитывая установленные выше обстоятельства наличия у ФИО2 реальной возможности предоставления должнику 06.08.2019 займа в  размере 2 650 000 руб., обеспечение его исполнения посредством передачи  должником займодавцу/залогодержателю принадлежащего ей имущества по  договору залога, что является обычным поведением при заключении договоров  займа (договор залога зарегистрирован в установленном законом порядке  14.08.2019), дальнейшее частичное погашение долга (всего за период с  06.09.2019 по 23.09.2020 ФИО8 оплатила ФИО2 826 500  руб.), подписание между сторонами дополнительного соглашения к  оспариваемым договорам от 01.10.2020, а также принятие ФИО2  действий по взысканию с должника задолженности по договору займа и  обращении взыскания на заложенное имущество, суд первой инстанции пришел  к обоснованному выводу о реальности оспариваемых правоотношений между  ФИО8 и ФИО2, что исключает возможность признания  их мнимыми сделками.  

Доказательств того, что на момент совершения оспариваемой сделки  ФИО2 являлся заинтересованным (аффилированным) по отношению к  должнику лицом, применительно к ст. 19 Закона о банкротстве, ст. 4 Закона  РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении  монополистической деятельности на товарных рынках», а также позиции,  изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от  15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК  РФ).  

Тот факт, что ФИО11 является знакомым троюродного брата  должника – Галкина В.3., объясняет обстоятельства заключения договора займа  между должником и ФИО11, при этом не может свидетельствовать о  какой-либо взаимосвязи между ФИО8 и ФИО2, а также  являться достаточным для установления заинтересованности  (аффилированности) сторон спариваемых сделок, в отсутствие иных  доказательств.  

Отсутствие между сторонами оспариваемых сделок признаков  заинтересованности (аффилированности) исключает возможность применения  в данном случае презумпции осведомленности контрагента по оспариваемым  сделкам о совершении их должником с противоправной целью.  

Как правомерно отмечено судом первой инстанции, ФИО2 не  мог знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности,  недостаточности имущества, поскольку информация о взыскании  задолженности с должника, о возбуждении исполнительных производств в  отношении ФИО8 в общедоступных источниках, на момент  

 

заключения оспариваемых сделок, отсутствовала.  

Более того, проверяя обстоятельства наличия у должника на момент  совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности и/или  недостаточности имущества, судом апелляционной инстанции установлено  отсутствие у должника на момент заключения оспариваемых сделок  неисполненных обязательств перед кредиторами, включенных в реестр, что  исключает вывод о совершении должником оспариваемых сделок с целью  причинения вреда.  

Из анализа содержащихся в Картотеке арбитражных дел судебных актов  о включении в реестр усматривается, что самое ранее неисполненное  требование к должнику основано на договоре займа заключенном через 6  месяцев, после совершения оспариваемых сделок, в связи с чем апелляционный  суд не усматривает наличие кредиторов, которым бы мог быть причинен вред в  результате совершения оспариваемых сделок, что исключает сам факт  возможного причинения кредиторам вреда при совершении оспариваемых  сделок.  

Вышеизложенное, а именно отсутствие доказанных обстоятельств  причинения вреда кредиторам оспариваемыми сделками, преследуемой  должником противоправной цели, а также осведомленности ответчика о ее  наличии, а также подтвержденная материалами дела реальность оспариваемых  заемных и залоговых правоотношений, исключает возможность признания  оспариваемых договоров займа и залога № 1 от 06.08.2019 недействительными  сделками на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 170 ГК РФ.  

Вопреки доводам апелляционной жалобы, при наличии документального  подтверждения факта получения должником займа, не установление судом  обстоятельств расходования должником полученных заемных денежных  средств, основанием для признания сделок недействительными являться не  может.  

Утверждение апеллянта о том, что фактически заемные денежные  средства были получены не должником, а ее супругом, принимая во внимание  семейные правоотношения, выдачу расписки о получении займа, а также  осуществление частичных выплат по договору именно должником, правового  значения для рассмотрения настоящего спора иметь не может.  

Поскольку достаточных оснований полагать, что совершение  оспариваемых сделок выходит за пределы доказывания по специальным  основаниям (ст. 61.2 Закона о банкротстве), судом апелляционной инстанции не  установлено наличие оснований для признания оспариваемых договоров  ничтожными сделками по общим основаниям.  

В основном доводы апелляционной жалобы основаны на сомнениях  апеллянта, которые носят предположительный характер, что основанием для  иных выводов являться не может. Апеллянт сам является кредитором должника  по аналогичному договору займа, только заключенный апеллянтом договор  залога признан в судебном порядке недействительным, что и является,  

 

вероятно, мотивом оспаривания настоящей сделки.  

Доводов, опровергающих установленные судом по делу обстоятельства, в  апелляционной жалобе и дополнениях к ней не приведено. Апелляционная  жалоба не содержит фактов, которые не были бы проверены и учтены судом  первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли  бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта, в связи  с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.  

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст.  270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.  

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать. 

В силу положений ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной  пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб подлежат отнесению на их  заявителей.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 05 мая 2023 года по  делу № А50-10081/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий О.Н. Чепурченко  

Судьи В.И. Мартемьянов 

 М.А. Чухманцев