АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2067/25 

Екатеринбург

24 июля 2025 г.

Дело № А71-3733/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 июля 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Смагиной К.А.,

судей Осипова А.А., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.11.2024 по делу № А71-3733/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие представители:

акционерного общества «Энергосбыт Плюс» - ФИО3 (паспорт доверенность от 05.09.2022);

ФИО2 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 21.05.2025).

Представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Водосток» ФИО5, которому со стороны Арбитражного суда Уральского округа обеспечена надлежащая техническая возможность участия в судебном заседании с использованием систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), подключение к системе не осуществил.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03.02.2021 общество с ограниченной ответственностью «Водосток» (далее – общество «Водосток», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства.

Определением суда от 06.07.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Определением суда от 14.01.2025 конкурсным управляющим утверждена ФИО5 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, в котором просил установить наличие оснований для привлечения ФИО2 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением суда от 27.09.2022 общество с ограниченной ответственностью «Аквафонд» (далее – общество «Аквафонд») привлечено к участию в деле в качестве соответчика, к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство строительства, жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Удмуртской Республики.

В последующем конкурсным управляющим направлено уточнение заявленных требований, в котором он в качестве соответчиков просит привлечь ФИО7, являющегося учредителем общества «Аквафонд».

Определениями суда от 05.04.2023 ФИО7 привлечен к участиюв деле в качестве соответчика.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.11.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2025, заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, суд привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Водосток», установил размер субсидиарной ответственности в размере 3 893 103 руб. 16 коп., в порядке субсидиарной ответственности с ФИО2 в пользу Федеральной налоговой службы взыскано 636 086 руб. 57 коп., в пользу общества «Водосток» - 3 257 016 руб. 59 коп.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить и направить спор на новое рассмотрение в соответствующий суд.

В обоснование кассационной жалобы ответчик указывает на то, что ФИО2 надлежащим образом осуществлял обязанность по ведению и сохранению документации должника, не уклонялся от передачи конкурсному управляющему документов общества «Восток», ссылается на то, что суды связали отсутствие объективной возможности передать документы должника лишь с фактом заключения абонентского договора с обществом «Аквафонд», в то время как отсутствие объективной возможности передать документы было связано с фактом изъятия документов и компьютеров названного общества правоохранительными органами и неисправностью техники после ее возврата. Кроме того, податель кассационной жалобы приводит доводы о том, что в действительности доверенность обществу «Аквафонд» выдавалась обществом «Водосток», велась работа с дебиторской задолженностью; полагает, что выводы судов о том, что общество «Аквафонд» не обеспечило надлежащее хранение документации должника и не занималось взысканию дебиторской задолженности, а ФИО2 как руководитель данного общества не осуществлял контроль за действиями агента являются неверными; указывает, что суд апелляционной инстанции должен был приостановить производство по обособленному спору в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Акционерное общество «ЭнергосбыТ Плюс» (далее – общество «ЭнергосбыТ Плюс») и конкурсный управляющий представили в суд округа отзывы на кассационную жалобу, в которых просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, указанную жалобу – без удовлетворения. В соответствии со статьей 279 АПК РФ отзывы приобщены к материалам дела.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, единственным учредителем и директором должника (вплоть до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства) является ФИО2 

Обращаясь с заявлением о привлечении лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указывал следующие основания: ФИО2 – непередача документации должника, необходимой для проведения мероприятий в процедуре банкротства; отсутствие работы с дебиторской задолженностью, одобрение действий общества «Аквафонд» по самопроизвольному и бесконтрольному использованию денежных средств должника; общества «Аквафонд» - выгодоприобретатель по сделке должника (использование средств, собранных агентом не по целевому назначению), непередача документации должника, необходимой для проведения мероприятий в процедуре банкротства, отсутствие такой документации, вследствие поведения агента; фактическое доведение должника до банкротства, совместными с ФИО2 действиями, в результате которых средства сопоставимые с размером кредиторской задолженности общества «Водосток» были использованы на личные нужды учредителя ФИО7; ФИО7 – выгодоприобретатель от действий должника.

При этом конкурсный управляющий просил суд установить размер субсидиарной ответственности в сумме 3 893 103 руб. 16 коп., поскольку сумма реестровых требований кредиторов составляет 2 594 962 руб. 86 коп., текущих требования – 1 298 140 руб. 30 коп.

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, пришел к выводу о том, что имеются основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, не усмотрев при том наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности общества «Аквафонд» и ФИО7, поскольку не доказано, что указанные ответчики являются контролирующими должника лицами.

Рассматривая заявленные требования и представленные против них возражения, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено названным Законом под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 22 установлено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Для привлечения руководителя должника к гражданско-правовой ответственности, которая является субсидиарная ответственность, заявитель должен доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для ее наступления: противоправный характер поведения лица о привлечении к ответственности которого заявлено, наличие вины, наличие вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением и причиненным вредом.

Согласно положениям статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Ответственность, предусмотренная пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения главы 25 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств в части не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации, либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Между тем, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Руководитель, реализовавший право на делегирование конкретных функций контрагенту, не может устраниться от контроля за выполнением делегированных функций, так как руководитель в любом случае отвечает за бездействие, выразившееся в неосуществлении контроля за действиями лица, на которого возложил свои функции руководитель. Таким образом, делегирование руководителем части своих функций по управлению хозяйственной деятельности юридического лица сама по себе не является основанием для освобождения его от ответственности.

Решением суда от 03.02.2021 общество «Водосток» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, пунктом 5 указанного решения суд обязал руководителя общества «Водосток» в течение трех дней с даты оглашения резолютивной части решения обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему ФИО8 В случае неисполнении обязанности в указанный срок выдать исполнительный лист.

Конкурсному управляющему 03.08.2021 выдан исполнительный лист серии ФС № 031257203, который в службу судебных приставов для принудительного исполнения не предъявлялся.

В адрес ФИО2 конкурсным управляющим было направлено требование о передаче документов и материальных ценностей должника от 16.02.2022, которое было исполнено частично. Так, из описи, составленной ФИО9, следует, что 25.03.2022 конкурсному управляющему переданы документы в количестве 49 наименований, в том числе журналы 1-9 за 1,2,3 кварталы 2016 года, договоры с населением, журналы пересчетов начислений, входящая и исходящая корреспонденция за 2019-2021 годы.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что в рамках проводимой проверки в отношении общества «Аквафонд», сотрудниками МВД по Удмуртской Республики были изъяты бухгалтерские документы и компьютеры (протокол выемки от 23.07.2021), которые возвращены руководителю общества «Аквафонд» 18.04.2022 (расписка от 28.04.2022).

После передачи документации и компьютеров органами МВД, в процессе рассмотрения обособленного спора конкурсному управляющему переданы сведения базы 1С, однако, как отмечалось ФИО6, в поступившей от общества «Аквафонд» копии базы 1С отсутствует информация о дебиторской задолженности, возникшей позднее 2013 года, несмотря на то, что должник фактически осуществлял хозяйственную деятельности до 2020 года.

Определением суда от 27.02.2023 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании у ФИО2 бухгалтерской и иной документации, материальных и иных ценностей должника, поскольку с учетом невозможности предоставления иной документации, бывшими руководителями должника – ФИО2 и обществом «Аквафонд» предприняты действия по передачи документации и имущества конкурсному управляющему ФИО6

Как следует из бухгалтерской отчетности, по итогам 2019 года у должника имелась дебиторская задолженность на сумму 8 309 000 руб., согласно проведенной инвентаризации какое-либо имущество не выявлено.

Поступившая конкурсному управляющему копия базы 1С содержит сведения о дебиторской задолженности в сумме 752 904 руб. 09 коп.: общества с ограниченной ответственностью «Октябрьский» в сумме 632 315 руб. 98 коп. (за период 2010-2013 годы); иные – 120 588 руб. 11 коп. (2010-2013 годы).

Таким образом, непередача ФИО2 конкурсному управляющему в полном объеме расшифровки показателей отчетности, первичных документов в отношении дебиторской задолженности привела к возникновению препятствия для проведения мероприятий в процедуре банкротства для взыскания дебиторской задолженности, и, как следствие, удовлетворения требований кредиторов должника.

Возражая против заявленных требований, ФИО2 указывал на то, что у него отсутствует объективная возможность передать первичную документацию по дебиторам (абонентам), поскольку между обществами «Водосток» и «Аквафонд» был заключен агентский договор от 09.12.2017 № 01/2017/Н, которым должник полностью делегировал полномочия по начислению и приему коммунальных платежей от населения обществу «Аквафонд».

Так, между обществом «Аквафонд» (исполнитель) и должником (заказчик) заключен договор на оказание услуг по начислению и организации сбора платежей с населения за предоставляемые жилищно-коммунальные услуги от 09.12.2017 № 01/2017Н сроком до 31.12.2018 с правом дальнейшей пролонгации, а по расчетам до полного исполнения сторонами своих обязательств; 16.07.2018 между сторонами заключено дополнительное соглашение к договору от 09.12.2017, которым установлено, что для исполнения обязательств по договору исполнитель вправе привлекать соисполнителя. Для выполнения обязательств во исполнение договора от 09.12.2017 в части потребителей - физических лиц, обществом «Аквафонд» привлечено общество «ЭнергосбыТ Плюс» на основании агентского договора от 01.07.2018 № ЖКХ-13.

В соответствии с условиями договора от 09.12.2017 № 01/2017Н, на общество «Аквафонд» возложена обязанность по осуществлению взыскания с населения в судебном порядке задолженности по оплате оказанных заказчиком услуг, на основании выданной исполнителю доверенности.

Как указывалось обществом «Аквафонд», указанная доверенность заказчиком исполнителю не выдавалась, общество не имело возможности проводить работу по взысканию дебиторской задолженности в пользу общества «Водосток», в связи с чем, мероприятия проводились лишь путем деятельности абонентского отдела общества «Аквафонд».

Мотивы невыдачи доверенности ФИО2 не приведены, общество «Водосток» взаимодействовало с обществом «Аквафонд» в связи с отсутствием у должника собственного абонентского отдела, транспортных (технических) средств, персонала для ежедневного обслуживании сетей, устранения аварий.

Руководствуясь вышеизложенными нормами права и разъяснениями к ним, принимая во внимание позиции лиц, участвующих в деле, исследовав представленные в материалы дела доказательства, установив, что ФИО2 является контролирующим общество «Водосток» лицом, приняв во внимание, что ответчиком первичная документация в отношении дебиторской задолженности конкурсному управляющему так и не передана, учитывая дату возбуждения дела о банкротстве и сроки давности, по вине руководителя общества ФИО2 общество «Водосток» лишилось единственного актива в виде дебиторской задолженности, размер которой значительно превышал реестр требований кредиторов, а также отметив, что ФИО2, делегировав полномочия по начислению и приему коммунальных платежей от населения обществу «Аквафонд», не обеспечил данному обществу необходимые условия для осуществления деятельности в рамках заключенного агентского договора от 09.12.2017 № 01/2017Н (не выдал доверенность), суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что указанные обстоятельства являются основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в связи с не передачей документации должника, необходимой для проведения мероприятий в процедуре банкротства, а также неосуществлением работы с дебиторской задолженностью, что привело к невозможности полного погашения требований кредиторов (пункт 1, подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Кроме того, конкурсный управляющий указывал на наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 23 Постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Установив, что определением от 01.07.2024, оставленным в силе постановлением апелляционного суда от 20.09.2024, суды отказали в признании зачета обязательств между должником и обществом «Аквафонд», совершенных 31.12.2020 и 31.12.2020 на сумму 4 565 388 руб. 26 коп., недействительной сделкой, учитывая, что иные сделки, подлежащие оспариванию, конкурсным управляющим не установлены, соответствующие заявления в адрес суда не направлены, в связи с чем суды не усмотрели оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Учитывая, что размер реестровых требований кредиторов составляет 2 594 962 руб. 86 коп., размер текущих требования – 1 298 140 руб. 30 коп., суды заключили, что общий размер субсидиарной ответственности равен 3 893 103 руб. 16 коп.

Принимая во внимание, что кредитор – Федеральная налоговая служба выбрала способ распоряжения правом требования – уступки кредитору части требований в размере требования кредитора, суды пришли к выводу о возможности взыскания в пользу названного кредитора части требования о привлечении к субсидиарной ответственности в размере заявленных требований, в оставшейся части взыскателем следует указать должника – общество «Водосток».

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, находит выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора и основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что ФИО2 надлежащим образом осуществлял обязанность по ведению и хранению документации должника, не уклонялся от передачи конкурсному управляющему документов общества «Восток», а часть документов он не смог передать ввиду объективных причин (фактом изъятия документов и компьютеров названного общества правоохранительными органами и неисправностью техники после ее возврата), судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении спора и могли повлиять на законность судебного акта либо опровергнуть выводы судов, являлись предметом исследования в нижестоящих судах, сводятся к иной оценке ФИО2 фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств.

Суд кассационной инстанции полагает, что исходя из предмета и оснований заявленных требований, обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены верно, доказательства исследованы и оценены надлежащим образом. Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 АПК РФ не имеется.

Доводы ФИО2 о том, что суд апелляционной инстанции должен был приостановить производство по обособленному спору в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 143 АПК РФ судом округа отклоняются, поскольку, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие участие ответчика в боевых действиях в составе Вооруженных Сил Российской Федерации или иные обстоятельства,  указанные в данной норме, названные доводы основаны на неверном понимании норм права – пункта 2 части 1 статьи 143 АПК РФ, о нарушении апелляционным судом норм процессуального права не свидетельствуют.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Поскольку определением суда кассационной инстанции от 18.06.2025 при принятии кассационной жалобы к производству удовлетворено ходатайство ФИО2 о предоставлении ему отсрочки уплаты государственной пошлины до окончания кассационного производства, государственная пошлина по кассационной жалобе в размере 20000 руб. подлежит взысканию с ФИО2 в доход федерального бюджета на основании пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.11.2024 по делу № А71-3733/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 20000 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                                       К.А. Смагина 

Судьи                                                                                    А.А. Осипов 

                                                                                              Ф.И. Тихоновский