Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А27-278/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2026 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 января 2026 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего	 Игошиной Е.В.,

судей	Крюковой Л.А.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы веб-конференции помощником судьи Моисеевой М.С., рассмотрел кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение от 17.06.2025 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Плискина Е.А.) и постановление от 22.09.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Назаров А.В., Ваганова Р.А., Сухотина В.М.) по делу № А27-278/2025 по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Металлэнергофинанс» (654063, Кемеровская область – Кузбасс, 

<

...> (Центральный район), дом 4, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) об урегулировании разногласий.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3, Управление Федеральной антимонопольной службы по Кемеровской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

В судебном заседании посредством веб-конференции приняли участие представители: общества с ограниченной ответственностью «Металлэнергофинанс» – ФИО4 по доверенности от 01.01.2025, индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 11.02.2025.

Суд установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее –предприниматель, ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Металлэнергофинанс» (далее – компания, ответчик) об урегулировании разногласий при заключении договора энергоснабжения от 01.12.2024 № 1621667 (далее – договор).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО3, Управление Федеральной антимонопольной службы по Кемеровской области.

Решением от 17.06.2025 Арбитражного суда Кемеровской области, оставленным без изменения постановлением от 22.09.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда, разногласия урегулированы.

Не согласившись с результатом рассмотрением дела, предприниматель обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты отменить.

В обоснование кассационной жалобы истец ссылается на незаконность и необоснованность обжалуемых решения и постановления ввиду нарушения судами норм процессуального права при оценке доказательств, выразившегося в неправомерном уклонении от исследования и оценки совокупности прямых доказательств использования жилых домов для личных и семейных нужд (сведения о составе семьи, регистрация истца и членов его семьи в жилых домах по месту постоянного проживания, семейные фотографии, ответ депутата с характеристикой семьи для подтверждения цели семейного использования домов и спортивного снаряжения, налоговая декларация по форме 3-НДФЛ по отчету за доход, полученный истцом от сдачи домов в наем в свободное от проживания время, техническое заключение специалиста по использованию электроэнергии на коммунально-бытовые нужды, отзывы соседей по факту пользования помещениями) при необоснованном приоритете косвенных - данных из сети Интернет, одностороннего акта осмотра от 11.09.2024; несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела в части признания деятельности истца предпринимательской при отсутствии установленного вида такой деятельности и доказательств систематического извлечения прибыли от коммерческого использования объектов; нарушение норм материального права (статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, далее – ЖК РФ), регламентирующих право собственника на предоставление жилого помещения гражданам по договорам найма, что не идентично ведению гостиничного бизнеса; несоблюдение конституционного принципа разделения властей, выразившееся в превышении судом компетенции путем переквалификации характера дохода истца в обход позиции налоговых органов, принявших декларацию 3-НДФЛ и подтвердивших тем самым использование имущества в личных целях с эпизодическим получением дохода от найма; деятельность предпринимателя по сдаче в найм помещений сравнима с деятельностью исполнителей коммунальных услуг, влечет применение тарифа для категории лиц, приравненных к населению.

В отзыве, приобщенном судом округа к материалам дела (статья 279 АПК РФ), компания возражает против доводов процессуального оппонента.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в деле лиц о дате и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается без участия представителей третьих лиц в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286, 288.2 АПК РФ в пределах, приведенных в кассационной жалобе доводов (часть 1 статьи 286 АПК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в соответствии с постановлением Региональной энергетической комиссии Кузбасса от 30.06.2015 № 244 «О гарантирующих поставщиках на территории Кемеровской области - Кузбасса», компания обладает статусом гарантирующего поставщика (далее – ГП) в соответствующей зоне деятельности, на которого возложена обязанность заключения публичных договоров энергоснабжения с потребителями.

Шерегешское городское поселение является горнолыжным курортом на территории Кемеровской области - Кузбасса, в отношении которого постановлением Правительства Кемеровской области - Кузбасса от 31.01.2024 № 37 утверждена Стратегия развития спортивно-туристического комплекса «Шерегеш» до 2035 года.

Истцу на праве собственности принадлежат жилые дома по адресу: Кемеровская область - Кузбасс, Шерегешское городское поселение, поселок городского типа Шерегеш, улица Весенняя, дома 1Г и 1Г/1 (далее – жилые дома, объекты), в которые компанией поставлялась электрическая энергия, оплачиваемая предпринимателем по тарифу для категории «население».

На основании акта обследования объектов от 11.09.2024 компанией установлено, что предпринимателем организована сдача спорных двухэтажных жилых домов как гостевых домов с эмблемой «Снежинка», имеются бассейн, отдельная зона барбекю.

Ответчиком посредством анализа общедоступных сведений, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (фотографиями, скриншотами с сайтов sheregeshdom.ru, 2gis.ru/sheregesh, sheregesh.sutoch№o.ru/hotels/24397, tvil.ru/city/sheregesh/houses/688180/, travel.ya№dex.ru/hotels/kemerovo-oblast/s№ezhi№ka/, vk.com/s№eshi№ka_dom), видеофайла звонка по объявлению о сдаче жилых домов с пояснениями истца об условиях предоставления жилого дома, выявлено, что в спорных объектах осуществляется предпринимательская деятельность.

Компания направила в адрес предпринимателя договор.

Истец возвратил его, подписанный с протоколом разногласий от 14.01.2025 по ряду условий.

Так истец просит урегулировать разногласия в своей редакции следующих пунктов договора:

1) в графе «Энергопринимающие устройства» в пункте 1 приложений № 3, 4 указать: жилой дом, Кемеровская область - Кузбасс, Шерегешское городское поселение, поселок городского типа Шерегеш, улица Весенняя, дом 1Г; жилой дом, Кемеровская область, Шерегешское городское поселение, поселок городского типа Шерегеш, улица Весенняя, дом 1Г/1;

2) пункт 5 договора заменить на: расчеты за потребляемую электрическую энергию производятся на основании тарифов, утвержденных Региональной энергетической комиссией Кемеровской области для тарифной группы «население», проживающее в городских населенных пунктах в домах: оборудованных стационарными электроплитами и электроотопительными установками; оборудованных стационарными электроплитами и не оборудованных электроотопительными установками. Тарифы становятся обязательными с момента их утверждения и не требуют дополнительного согласования сторон;

3) пункт 1.2 договора заменить на следующий: «По настоящему договору ГП обязуется предоставлять потребителю коммунальную услугу по электроснабжению: для потребления при использовании земельного участка, жилого дома и расположенных на нем надворных построек, а потребитель обязуется вносить ГП плату за коммунальную услугу в сроки и в порядке, установленные законодательством Российской Федерации и настоящим договором, а также соблюдать иные требования, предусмотренные законодательством Российской Федерации и настоящим договором»;

4) пункт 2, подпункт 2.1.1 договора изложить: «Осуществлять предоставление коммунальной услуги по электроснабжению потребителю в необходимых для него объемах (в пределах максимальной мощности-для жилых домов, в пределах предусмотренных технической документацией многоквартирного дома (МКД) - для помещений в МКД) и качества, соответствующего требованиям, установленным действующим законодательством Российской Федерации (ГОСТ 32144-2013). Поставка потребителю электрической энергии осуществляется по третьей категории надежности»;

5) пункт 11.1 договора изложить: «Настоящий договор вступает в силу с момента согласования сторонами условий договора в полном объеме, действует до 31.08.2025, считается продленным на очередной годичный срок, если ни одна из сторон письменно не заявит другой стороне о его прекращении или изменении, либо о заключении нового договора».

Ответчик направил в его адрес протокол разногласий к договору, полагая, что к предпринимателю, осуществляющему коммерческую деятельность на объектах, следует применять тариф для категории «прочие потребители», а не фактически применяемый тариф «население», как настаивает истец.

Не достигнув согласия по отдельным условиям договора и исчерпав переговорные возможности, предприниматель обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Рассматривая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 1, 2, 10, 23, 162, 288, 421, 422, 445, 446 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктом 39 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации, статьями 16, 17 ЖК РФ, статьями 3, 23 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», пунктами 67, 71(1), 81 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Основы ценообразования), пунктами 61, 62, 81(11), 82 - 85(3) Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354 (далее – Правила № 354), пунктами 9, 33, 170, 172, 173, 176 постановления Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 «О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии» (далее – Основные положения № 442), постановлением Региональной энергетической комиссии Кузбасса от 30.11.2024 № 461 (в редакции постановления от 13.03.2025 № 78), разъяснениями, изложенными в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление № 49), пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 14340/11, Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.03.2023 № 9-П, исходили из недопустимости применения регулируемых тарифов для категории «население» в отношении объектов, фактически используемых в предпринимательских целях, на основании чего приняли спорные условия договора в редакции ответчика.

Суд округа не усматривает нарушений законности при вынесении обжалуемых судебных актов, полагает выводы судов о применении материального и процессуального права соответствующими установленным по делу обстоятельствам, а также имеющимся в материалах дела доказательствам, при этом исходя из следующего.

Согласно статье 446 ГК РФ при передаче на рассмотрение суда разногласий, возникших у сторон при заключении и договора, такие условия договора определяются в соответствии с решением суда.

В пункте 38 Постановления № 49 разъяснено, что переданные на рассмотрение суда разногласия, возникшие в ходе заключения договора, при наличии обязанности заключить такой договор, рассматриваются в том же порядке, что и спор о понуждении к заключению договора (пункт 1 статьи 446 ГК РФ).

Разрешение судом спора об урегулировании разногласий по конкретным условиям договора сводится по существу к внесению определенности в правоотношения сторон и установлению судом условий, не урегулированных сторонами в досудебном порядке.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 422 ГК РФ).

Императивное регулирование правовыми нормами правоотношений не предполагает возможности согласования сторонами иных правил, нежели в соответствии с предусмотренными законодательством.

Таким образом, суд должен не только оценивать законность и обоснованность редакций, предложенных обеими сторонами, но также учитывать и специфику правоотношений, возникших из данного договора, проверяя, в том числе предложенные сторонами редакции на предмет их соответствия императивно установленным требованиям действующего законодательства и нормативным правовым актам, регулирующих данные правоотношения.

В соответствии со статьями 539, 542, 544 ГК РФ обязательственное правоотношение по договору энергоснабжения состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства энергоснабжающей организации передавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию надлежащего качества, а также обязательства абонента оплачивать такую энергию, соблюдая установленный режим ее потребления и безопасности используемых приборов.

В пункте 1 статьи 544 ГК РФ предусмотрено, что оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета, если иное не предусмотрено законом правовыми актами или соглашением сторон.

По общему правилу исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон, но в предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами и (или) органами местного самоуправления (пункт 1 статьи 424 ГК РФ).

Особые правила формирования цены (тарифа) на электрическую энергию (мощность), а также входящего в нее тарифа на услуги по передаче электрической энергии, поставляемой населению и приравненным к нему категориям потребителей (пункт 81 Основ ценообразования), обеспечивают социальную защиту указанных экономически слабых субъектов гражданского оборота (в частности, не учитывается дифференциация по уровням напряжения, тариф устанавливается раздельно в отношении объемов энергии в пределах социальной нормы потребления и объемов энергии, превышающих ее, и пр.).

На основании пункта 2 статьи 288 ГК РФ, части 1 статьи 17 ЖК РФ жилые помещения предназначены для проживания граждан. Гражданин - собственник жилого помещения может использовать его для личного проживания и проживания членов его семьи. Жилые помещения могут сдаваться их собственниками для проживания на основании договора.

Допускается использование жилого помещения для осуществления профессиональной деятельности или индивидуальной предпринимательской деятельности проживающими в нем на законных основаниях гражданами, если это не нарушает права и законные интересы других граждан, а также требования, которым должно отвечать жилое помещение (часть 2 статьи 17 ЖК РФ).

Поскольку жилое помещение предназначено для проживания граждан, то по общему правилу ресурсы, потребленные энергопринимающими устройствами, расположенными в этом помещении, приобретаются гражданами для удовлетворения коммунально-бытовых нужд.

Опровергая презумпцию использования жилого помещения для проживания граждан и заявляя о потреблении физическими лицами ресурса не для удовлетворения собственных коммунально-бытовых нужд, а в целях, связанных с осуществлением ими коммерческой деятельности, поставщик энергии обязан доказать соответствующие обстоятельства (статьи 9, 65 АПК РФ).

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Проанализировав и оценив доказательства по делу в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, установив достаточность доказательств фактического использования истцом жилых домов для предпринимательской деятельности и необоснованность извлечения предпринимателем преимуществ из обеспечиваемой государством социальной защиты населения путем установления специальных тарифов, констатировав, что электрическая энергия, потребляемая на объектах, использовалась в спорный период в коммерческих целях, суды пришли к аргументированному выводу об урегулировании разногласий по спорным условиям в редакции ответчика.

Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Вопреки доводам кассационной жалобы проведенная судами оценка доказательств соответствует положениям главы 7 АПК РФ, устанавливающим стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения одному из них (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308), описание и анализ доказательств являются достаточно подробными, правовая аргументация соответствует применимым к спорным отношениям нормам права, выводы судов первой и апелляционной инстанций согласуются с материалами дела, оснований не согласиться с которыми у суда округа не имеется.

Акт осмотра от 11.09.2024, доказательственное значение которого оспаривается предпринимателем, оценен судами в совокупности с иными представленными компанией доказательствами - фотографиями объектов, видеофайлами звонка по объявлению о сдаче жилых домов, с пояснениями истца об условиях предоставления жилого дома, сведениями, размещенными в информационно-телекоммуникационной сети, налоговой декларацией, подтверждающей факт сдачи жилых домов в аренду.

В общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8)).

Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска. В этом случае состав доказательств, достаточных для подтверждения оснований иска (как и для их опровержения), должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при типичном развитии, которыми должна располагать его сторона. В силу статьи 68 АПК РФ ограничение лица, участвующего в деле, в средствах доказывания определенных юридически значимых обстоятельств должно быть четко выражено в законе. Применительно к установлению обстоятельств использования физическим лицом электрической энергии на коммунально-бытовые или иные нужды ограничений в средствах доказывания энергетическим законодательством не установлено.

Судом апелляционной инстанции верно отмечено, что в качестве таковых могут выступить акты, составленные гарантирующим поставщиком (энергосбытовой, энергоснабжающей организацией) либо сетевой организацией по результатам проведенных ими проверок, обусловленных необходимостью фиксации нарушения заявленной цели потребления ресурса, применительно к положениям пунктов 170, 172, 173, 176 Основных положений № 442, подпункта «и» пункта 31, пунктов 61, 62, 81(11), 82 - 85(3) Правил № 354.

В качестве косвенных доказательств фактического использования гражданами жилых помещений для предпринимательской деятельности и необоснованного извлечения преимуществ из обеспечиваемой государством социальной защиты населения путем установления специальных тарифов (пункт 4 статьи 1, статья 10, пункт 4 статьи 23 ГК РФ) могут выступать распечатки интернет-страниц и печатных изданий, содержащие рекламу услуг, систематически оказываемых гражданином в принадлежащих ему жилых помещениях (организация гостиницы, хостела, туристической базы и пр.), сведения единого государственного реестра недвижимости о размещении на принадлежащем гражданину земельном участке значительного количества однотипных строений для проживания граждан, кадастровые паспорта на принадлежащие гражданину объекты недвижимости, содержащие информацию о таких характеристиках объектов, которые свойственны гостиничному бизнесу, и т.п.

При представлении подобных доказательств в достаточной, по мнению суда, совокупности, подтверждающей опровержение презумпции коммунально-бытового потребления, на гражданина-потребителя электрической энергии, переходит бремя их опровержения путем разумного объяснения соответствующих обстоятельств, при нереализации которого суд может прийти к выводу о необходимости использования в расчетах за ресурс тарифа, применимого к иной категории потребителей.

Следует также учитывать общие рекомендации, данные Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в которых закреплен приоритет защиты добросовестных участников гражданского оборота.

В рамках настоящего дела указанная презумпция коммунально-бытового потребления электрической энергии предпринимателем в принадлежащим ему жилым домам опровергнута компанией путем проведения соответствующей проверки.

При таких обстоятельствах именно на предпринимателя перешло бремя доказывания обстоятельств, на которых основаны его возражения.

Подобных доказательств, отвечающих требованиям статей 67, 68 АПК РФ, истцом суду не передано.

Напротив, помимо прочего, судами учтено, что видами деятельности предпринимателя является деятельность по общей уборке зданий, аренда и управление собственным или арендованным жилым недвижимым имуществом.

Согласно общероссийскому классификатору видов экономической деятельности, утвержденного приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии (Росстандарт) от 31.01.2014 № 14-ст, по коду 68.20 «аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом» группировка включает: сдачу в аренду и эксплуатацию собственного или арендованного недвижимого имущества: многоквартирных зданий и других жилых домов, квартир, нежилых зданий и помещений, включая выставочные залы и складские помещения, земельных участков; предоставление в аренду домов, меблированных и немеблированных квартир или многоквартирных помещений, предназначенных для долговременного проживания, обычно на ежемесячной или ежегодной основе.

Вопреки аргументам истца, указанное косвенно подтверждает использование спорных объектов недвижимого имущества исключительно в коммерческих целях.

Истец, ссылаясь на законное право сдачи жилых домов в наем, не раскрывает суду, где проживают зарегистрированные в них лица в период заключения договоров найма.

Указание заявителя на то, что судами не дана оценка всем доводам и доказательствам ответчика, отклоняется, поскольку суды, рассматривая дело, дают оценку всем доказательствам в соответствии со статьей 71 АПК РФ. Отсутствие в мотивировочной части судебного акта выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства или заявленного довода не свидетельствует о том, что они не оценивались судом.

Предприниматель со ссылкой на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23.03.2023 № 9-П настаивал, что спорные жилые дома используется им с целью сдачи гражданам в краткосрочный наем без предоставления спектра гостиничных услуг, как это предусмотрено при сдаче недвижимости в аренду как гостевые дома, гостиницу.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 23.03.2023 № 9-П, одним из способов реализации правомочий собственника жилого помещения, прямо предусмотренным ГК РФ, является заключение договора найма жилого помещения, в силу которого собственник жилого помещения или управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется предоставить другой стороне (нанимателю) жилое помещение за плату во владение и пользование для проживания в нем (пункт 1 статьи 671 ГК РФ). Такой договор, как следует из статьи 683 ГК РФ, заключается на срок, не превышающий пяти лет, а к договору найма жилого помещения, заключенному на срок до одного года (краткосрочный наем), не применяются отдельные правила статей 677, 680 и 684 - 687 ГК РФ, если договором не предусмотрено иное. Минимальный же срок, на который может быть заключен такой договор, гражданским и жилищным законодательством не установлен.

Соответственно, поскольку по договору краткосрочного найма жилого помещения оно предоставляется для проживания в нем, предоставление его гражданам в пользование на срок от одних суток может не являться оказанием гостиничных услуг и тем самым не противоречит ни существу законодательного регулирования найма жилых помещений, ни рассматриваемому запрету. При этом очевидно, что не может соотноситься с конституционно оправданными целями такой вариант понимания совокупности приведенных нормативных положений, при котором под гостиничными следует понимать услуги исключительно гостиниц. В таком случае запрет использовать жилое помещение в многоквартирном доме для предоставления гостиничных услуг утрачивал бы всякий смысл исходя из недопустимости размещения в жилом помещении гостиниц и с учетом характеристик последних, приведенных в Положении о классификации гостиниц, утвержденном Постановлением Правительства Российской Федерации от 18.11.2010 № 1860 (в настоящее время Положении о классификации средств размещения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2024 № 1951), и не позволяющих применить их к жилым помещениям. Надо полагать, что, устанавливая рассматриваемый запрет, законодатель имел в виду ситуации, когда деятельность, связанная с предоставлением жилых помещений гражданам, по своим основным, сущностным характеристикам идентична услугам гостиниц.

Пунктом 25 Правил предоставления гостиничных услуг в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 18.11.2020 № 1853, в качестве обязательных гостиничных услуг указаны вызов скорой помощи, пользование медицинской аптечкой, доставка в номер корреспонденции, адресованной потребителю, по ее получении, побудка к определенному времени, предоставление кипятка. В Требованиях к гостиницам (приложение № 4 к Положению о классификации гостиниц) в качестве универсальных (обязательных для всех гостиниц) услуг указаны, помимо перечисленных в пункте 25 Правил, ежедневные уборка номера и заправка постелей, вызов такси, наличие туристской информации в службе приема и размещения (в холле гостиницы). Если исходить из того, что для признания краткосрочного найма жилого помещения в многоквартирном доме оказанием гостиничных услуг необходим весь их спектр, то это объективно создавало бы условия для злоупотреблений со стороны собственников сдаваемого жилья, которые использовали бы отсутствие некоторых услуг для опровержения доводов о предоставлении ими гостиничных услуг в целом, де-факто таковые предоставляя. Вместе с тем отдельными внешними атрибутами гостиничной деятельности в части оказания ряда относимых к ней услуг, в том числе дистанционно, может обладать и предоставление жилого помещения в многоквартирном доме для проживания по договору краткосрочного найма, не перерастая по своим сущностным характеристикам в гостиничные услуги.

Конституционный Суд Российской Федерации, исходя из системного толкования приведенных законоположений, констатировал, что на сегодня нормативно не установлено, наличие какого именно набора, объема и внешнего выражения услуг, аналогичных гостиничным, которые можно было бы признать бесспорными и однозначными, приводит к перерастанию допустимого найма жилого помещения в запрещенное оказание гостиничных услуг. Это, однако, само по себе не может служить препятствием для оценки соответствующих обстоятельств судами.

В данном случае, по результатам взвешенного анализа суды факта, исходя из своей компетенции, при рассмотрении настоящего дела обоснованно исходили из качественного преобладания доказательств, подтверждающих доводы компании, над доказательствами, представленными предпринимателем. Оснований для понижения стандарта доказывания для предпринимателя с учетом его профессионального статуса не имеется.

Как указано в Определении от 17.02.2015 № 274-О Конституционного Суда Российской Федерации, положения статей 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Между тем полномочия суда округа по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу (статья 286 АПК РФ, пункты 1, 28, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции также не установлено.

Таким образом, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит (пункт 1 части 1 статьи 287 АПК РФ).

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы относятся на ее заявителя.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 17.06.2025 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 22.09.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-278/2025 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий	 	Е.В. Игошина

Судьи	Л.А. ФИО6

ФИО1