Четвертый арбитражный апелляционный суд 

улица Ленина, 100б, Чита,  672000, http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Чита Дело №А19-8618/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 26 января 2018 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Е.В. Желтоухова, судей В.А. Сидоренко, Д.В. Басаева, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области и Областного государственного бюджетного учреждения «Иркутская районная станция по борьбе с болезнями животных» на решение Арбитражного суда Иркутской области от 3 ноября 2017 года по делу № А19-8618/2017 по заявлению Областного государственного бюджетного учреждения «Иркутская районная станция по борьбе с болезнями животных» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) к Управлению Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании незаконными постановлений №38-17-02/10, 38-17-02/11, 38-17-02/12 от 11.05.2017, предписания №38/02/01 от 02.05.2017, суд первой инстанции, судья  Ананьина Г.В.,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: не было;

от заинтересованного лица: не было;

установил:

Заявитель, областное государственное бюджетное учреждение "Иркутская районная станция по борьбе с болезнями животных" (ОГБУ «Иркутская РСББЖ»),  обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Управлению Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области и Республике Бурятия (Россельхознадзор) о признании незаконными постановлений о назначении административного наказания №38-17- 02/10, 38-17-02/11, 38-17-02/12 от 11.05.2017; недействительным предписания об устранений нарушений № 38/02/01 от 02.05.2017.

Решением суда первой инстанции 03.11.2017 требования заявителя удовлетворены частично.

Суд признал незаконными и отменил постановления Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области и Республике Бурятия № 38-17-02/10, 38-17-02/11, 38-17-02/12 от 11.05.2017.

Суд признал недействительным предписание Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области и Республике Бурятия № 38/02/01 от 02.05.2017г. в части пунктов 12, 14, а также п. 15 в части выдачи ветеринарных свидетельств на молоко, выработанное на МТФ 

<

...>.

В удовлетворении в остальной части требований отказал.

Принимая указанное решение, суд первой инстанции исходил из следующего.

Протоколы об административных правонарушениях составлены 03.05.2017 №№ 38-17- 02/01, 38-17-02/02, 38-17-02/03, однако явившийся на составление протоколов представитель Учреждения ФИО2, действующий на основании доверенности от 02.05.2017 № 142, не был допущен при их составлении, в связи с тем, что, по мнению Россельхознадзора, представитель ОГБУ «Иркутская РСББЖ» указанной доверенность уполномочен только подписывать протокол об административном правонарушении.

Согласно отметке представителя Учреждения на оспариваемых постановлениях от 11.05.2017 №№ 38-17-02/10, 38-17-02/11, 38-17-02/12 заявленные учреждением ходатайства административным органом не рассматривались, объяснениями и возражениями административный орган не интересовался, лишив Учреждение возможности защищаться, возможность ознакомиться не предоставлена.

Россельхознадзором нарушен порядок привлечения ОГБУ «Иркутская РСББЖ» к административной ответственности, выразившийся в недопущении представителя учреждения по доверенности ФИО2 к участию в деле при составлении протоколов об административном правонарушении, что привело к нарушению гарантий прав юридического лица, установленных КоАП РФ. 

Формальное соблюдение административным органом требований КоАП РФ в части предоставления представителю Учреждения право подписания протоколов об административных правонарушениях, оспариваемых постановлений, не свидетельствует об обеспечении возможности реализации лицом, привлекаемым к административной ответственности, гарантированных законом прав.

В части требований в отношении пунктов 12, 14, а также п. 15 в части выдачи ветеринарных свидетельств на молоко, выработанное на МТФ 

<

...> доводы заявителя нашли свое подтверждение материалами дела в связи с чем признаны незаконными, несоответствующими Закону РФ от 14.05.1993 N 4979-1 "О ветеринарии".

Управление, не согласившись с выводами суда первой инстанции, заявило апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить в той части, в которой были удовлетворены требования Учреждения и в указанной части требований отказать.

Представитель Управления в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представленным ходатайством Управление просит рассмотреть дело в отсутствие его представителя.

Из апелляционной жалобы Управления следует, что суд первой инстанции сделал ошибочные выводы относительно полномочий представителя ФИО2, поскольку представленная им доверенность наделяла его полномочиями на участие в рамках внеплановой выездной проверки с правом подписания протоколов об административном правонарушении и участия в рассмотрении дел об административном правонарушении.

Материалами дела не подтверждается факт ограничения прав представителя Учреждения при составлении протоколов об административном правонарушении и рассмотрении дел об административном правонарушении.

Суд первой инстанции сделал неправильные выводы относительно незаконности п. 12, 14, 15 в части предписания.

Представленным отзывом на апелляционную жалобу Учреждения, Управление просит отказать в ее удовлетворении.

Учреждение, не согласившись с выводами суда первой инстанции, заявило апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить в той части, в которой было отказано в  удовлетворении требовании и в указанной части требования удовлетворить.

Представитель Учреждения в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом.

Из апелляционной жалобы Учреждения следует, что выводы суда в обжалованной части являются необоснованными не основанными на нормах действующего законодательства и фактических обстоятельствах дела.

Представленным ходатайством Учреждение просит рассмотреть дело в отсутствие его представителя.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена судом апелляционной инстанции на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет 19.12.2017, 22.12.2017.

Согласно пункту 2 статьи 200 АПК РФ и пункту 2 статьи 210 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела по существу.

О месте и времени судебного заседания стороны извещены надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, статей 122, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях на нее, изучив материалы дела, включая документы, представленные участниками в электронном виде, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Оценивая требования апелляционной жалобы в части выводов суда первой инстанции о признании незаконными постановления от 11.05.2017 № 38-17-02/10 о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении по части 2 статьи 10.6 КоАП РФ, постановления от 11.05.2017 № 38-17-02/11 о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении по части 1 статьи 10.6 КоАП РФ, постановления от 11.05.2017 № 38-17-02/12 о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении по части 1 статьи 10.7 КоАП РФ, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Из материалов дела следует и правильно установлено судом первой инстанции, ОГБУ «Иркутская РСББЖ» было извещено 02.05.2017 о составлении 03.05.2017, по результатам внеплановой проверки, протоколов об административном правонарушении, о чем имеется отметка Учреждения на извещении, при этом как на составление протоколов об административном правонарушении, так и на рассмотрение дел об административном правонарушении явился представитель Учреждения ФИО2 по доверенности от 02.05.2017 №142 (т. 2, л. 371 (нижняя часть листа)).

Статьёй 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе знакомиться со всеми материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника, а также иными процессуальными правами в соответствии с настоящим Кодексом (ч.1).

Дело об административном правонарушении рассматривается с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. В отсутствие указанного лица дело может быть рассмотрено лишь в случаях, предусмотренных частью 3 статьи 28.6 настоящего Кодекса, либо если имеются данные о надлежащем извещении лица о месте и времени рассмотрения дела и если от лица не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения (ч.2).

Статьей 25.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что защиту прав и законных интересов юридического лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, или юридического лица, являющегося потерпевшим, осуществляют его законные представители (ч.1).

Законными представителями юридического лица в соответствии с настоящим Кодексом являются его руководитель, а также иное лицо, признанное в соответствии с законом или учредительными документами органом юридического лица. Полномочия законного представителя юридического лица подтверждаются документами, удостоверяющими его служебное положение (ч.2).

Дело об административном правонарушении, совершенном юридическим лицом, рассматривается с участием его законного представителя или защитника. В отсутствие указанных лиц дело может быть рассмотрено лишь в случаях, предусмотренных частью 3 статьи 28.6 настоящего Кодекса, или если имеются данные о надлежащем извещении лиц о месте и времени рассмотрения дела и если от них не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения (ч.3).

Статьей 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что для оказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в производстве по делу об административном правонарушении может участвовать защитник, а для оказания юридической помощи потерпевшему – представитель (ч.1).

В качестве защитника или представителя к участию в производстве по делу об административном правонарушении допускается адвокат или иное лицо (ч.2).

Защитник и представитель допускаются к участию в производстве по делу об административном правонарушении с момента возбуждения дела об административном правонарушении (ч.4).

Защитник и представитель, допущенные к участию в производстве по делу об административном правонарушении, вправе знакомиться со всеми материалами дела, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, участвовать в рассмотрении дела, обжаловать применение мер обеспечения производства по делу, постановление по делу, пользоваться иными процессуальными правами в соответствии с настоящим Кодексом (ч.5).

Между тем суд апелляционной инстанции усматривает, что явившийся на составление протоколов об административном правонарушении представитель Учреждения ФИО2, действующий на основании доверенности от 02.05.2017 № 142, фактически был ограничен Управлением в реализации предоставленных ему Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях правах. 

Так, на протоколах об административном правонарушении от 03.05.2017 (т. 2, л. 370) представителем Учреждения указано, что ему отказано в заявлении ходатайств, отказано в выдачи копии протокола со ссылкой на то, что доверенность представителя предусматривает одно полномочие представителя - как подписание протокола.

Данные доводы Учреждения подтверждаются объективными доказательствами.

Так, указанное обстоятельство, установленное судом первой инстанции, подтверждается в частности определением Управления от 11.05.2017 об отказе в удовлетворении ходатайства (т. 2, л. 390, 430 ) где указано, что представитель ФИО2 действующий по доверенности от 2.05.2017 №142 не уполномочен данной доверенностью на подачу ходатайств в рамках административных дел, т.к. текст доверенности не предусматривает такое полномочие. 

Данные обстоятельства объективно подтверждают доводы Учреждения, что как при составлении протоколов об административном правонарушении, так и при рассмотрении дела, представитель Учреждения ФИО2 действующий по указанной доверенности был ограничен в реализации полномочий представителя лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, предусмотренных как ст. 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, так и иными нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

При этом суд апелляционной инстанции считает, что доводы апелляционной жалобы Управления о том, что фактически представитель ФИО2 присутствовал при составлении протоколов об административном правонарушении и рассмотрении дела об административном правонарушении, что доказательств о том, что им заявлялись какие-либо ходатайства не могут быть приняты во внимание, как основание для ее удовлетворения, поскольку из определения от 11 мая 2017 года, а также отметок представителя на копиях протоколов об административном правонарушении от 03.05.2017 представленных административным органом следует, что позиция Управления при оценке полномочий представителя ФИО2 действовавшего по доверенности от 02.05.2017   №142, сводится исключительно к тому, что данное лицо не наделено полномочиями, предусмотренными в частности ч. 5 ст. 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

Факт того, что представителю Учреждения были оглашены его права, является недостаточным условием соблюдением административным органом возложенных на него обязанностей, поскольку лицу привлекаемому к административной ответственности, должна быть дана возможность реализовать указанные права, что не было сделано административным органом. 

Статьей 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (ч.4).

Таким образом, у суда первой инстанции не было законных оснований не согласиться с доводами Учреждения о том, что его представитель был незаконным образом лишён полномочий, предоставленных ему Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях при составлении протоколов об административном правонарушении и рассмотрении дел об административном правонарушении. 

Оценивая обстоятельства дела и усматривая, что  лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении было уведомлено, как о месте и времени составления протоколов, так и о месте и времени рассмотрения дел о привлечении к административной ответственности, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции  о том, что данный представитель, действующий по указанной доверенности,  являлся надлежащим лицом и в полной мере имел полномочия представлять Учреждение, как при составлении протоколов, так и при рассмотрении дел. При этом данная доверенность в полной мере соответствует требованиям 185, 186 Гражданского кодекса РФ, как того требует ч. 3 ст. 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Более того, ни Гражданский кодекс РФ, ни Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не требует указания в доверенности выдаваемой представителю лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении указывать какие-либо специальные полномочия это лица, поскольку они все вытекают из самого Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Следовательно, в отсутствие иного в данной доверенности, уполномоченное ею лицо обладает всеми правами представителя, предусмотренными Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях.

Как правильно указал суд первой инстанции, без предоставления лицу реальной возможности воспользоваться своими процессуальными правами дело об административном правонарушении не может быть рассмотрено всесторонне, полно и объективно. В данном случае административный орган должен был предоставить возможность реализовать представителю ОГБУ «Иркутская РСББЖ» право на участие в составлении протокола, на представление объяснений по поводу вменяемого правонарушения, на ознакомление и представление объяснений и замечаний по содержанию протокола об административном правонарушении, а также иные процессуальные права в соответствии с КоАП РФ, не ограничивая такое право разъяснением прав и обязанностей и подписанием протокола.

Учитывая, что факт ограничения прав представителя Учреждения при составлении протоколов и рассмотрении дел об административном правонарушении подтверждается материалами дела, суд апелляционной инстанции считает правильным выводы суда первой инстанции о том, что такие нарушения порядка привлечения лица к административной ответственности носят существенный характер. 

В соответствии с разъяснениями п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 нарушение административным органом при производстве по делу об административном правонарушении процессуальных требований, установленных КоАП РФ, является основанием для признания незаконным и отмены оспариваемого постановления административного органа (часть 2 статьи 211 АПК РФ) при условии, если указанные нарушения носят существенный характер и не позволяют или не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит в указанной части оснований для удовлетворения апелляционной жалобы Управления.

Оценивая выводы суда первой инстанции и доводы апелляционных жалоб относительно законности предписания №38/02/01 от 02.05.2017 суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) органов местного самоуправления необходимо наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Статьей 66 АПК РФ установлено общее правило, что доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как правильно установил суд первой инстанции, заявитель по делу с 01.08.2011 не является органом государственного ветеринарного надзора (в связи с внесением Федеральным законом от 18.07.2011 № 242-ФЗ изменений в статью 8 Закона о ветеринарии), однако при этом является учреждением, подведомственным Службе ветеринарии Иркутской области и входит в систему государственной ветеринарной службы Российской Федерации и не обладает властно-распорядительными полномочиями.

Служба (Управление) от имени Иркутской области выступает учредителем областных государственных учреждений, утверждает их уставы, заслушивает отчеты об их деятельности (п. 8 Положения о Службе ветеринарии Иркутской области). В соответствии с Уставом ОГБУ «Иркутская РСББЖ» учредителем Учреждения является Иркутская область. Функции и полномочия учредителя осуществляются Службой ветеринарии Иркутской области.

В соответствии с п. 11 Устава, утвержденного распоряжением руководителя Службы ветеринарии Иркутской области от 11.10.2011 № 147-спр, Учреждение создано для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации, предусмотренных законодательством РФ полномочий, направленных на профилактику болезней и лечения животных, обеспечение безопасности в ветеринарно-санитарном отношении продуктов животноводства, защиты населения от болезней, общих для человека и животных. 

Учреждение осуществляет в соответствии с государственными заданиями деятельность, связанную с выполнением работ, оказанием услуг, относящихся к его основным видам деятельности, в сфере, в том числе: проводит предохранительные прививки в качестве противоэпизоотических мероприятий; профилактические обработки в качестве противоэпизоотических мероприятий; ветеринарно-санитарные мероприятия в качестве противоэпизоотических мероприятий (п. 12 Устава).

На основании изложенного суд первой инстанции сделал обоснованный вывод, что Учреждение обязано соблюдать требования ветеринарного законодательства Российской Федерации.

В соответствии со ст. 2 Закона РФ от 14.05.1993 N 4979-1 "О ветеринарии" (далее – Закон о ветеринарии) ветеринарное законодательство Российской Федерации состоит из настоящего Закона и принимаемых в соответствии с ним иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации. 

Ветеринарное законодательство Российской Федерации регулирует отношения в области ветеринарии в целях защиты животных от болезней, выпуска безопасных в ветеринарном отношении продуктов животноводства и защиты населения от болезней, общих для человека и животных.

Ветеринарные правила осуществления профилактических, диагностических, лечебных, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов заразных и иных болезней животных, устанавливают обязательные для исполнения требования к осуществлению профилактических, диагностических, лечебных, ограничительных и иных мероприятий, установлению и отмене на территории Российской Федерации карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов заразных и иных болезней животных, организации и проведению мероприятий по ликвидации болезней животных, предотвращению их возникновения и распространения на территории Российской Федерации, определению границ территории, на которую должен распространяться режим ограничительных мероприятий и (или) карантина, в том числе в части определения очага болезни животных, осуществления эпизоотического зонирования, включая определение видов зон в целях дифференциации ограничений, установленных решением о введении режима ограничительных мероприятий и (или) карантина, ограничений производства, перемещения, хранения и реализации товаров, подлежащих ветеринарному контролю (надзору) (далее - подконтрольные товары), и требования к особенностям применения таких ограничений в зависимости от болезни животных, в связи с которой введен режим ограничительных мероприятий и (или) карантин, в том числе проведению мероприятий в отношении производственных объектов, находящихся в карантинной зоне. 

Ветеринарные правила осуществления профилактических, диагностических, лечебных, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены на территории Российской Федерации карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов заразных и иных болезней животных, утверждаются по отдельным болезням животных (ст. 2.2. Закона о ветеринарии).

Так, приказом Минсельхоза России от 31.05.2016 № 213 утверждены ветеринарные правила осуществления профилактических, диагностических, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов африканской чумы свиней.

Из материалов дела следует, что ФГБУ «Иркутская межобластная ветеринарная лаборатория», в соответствии с результатами исследований по экспертизе от 24.03.2017 № 03-22-28 выявлен случай заболевания свиней африканской чумой (далее – АЧС) на территории ЛПХ ФИО3, расположенного по адресу: 

<

...>.

Территория деревни Куда является зоной обслуживаемой Учреждением. Данный факт заявителем не оспаривается.

При проверке по установлению фактов обращения ФИО3 за ветеринарными услугами в Учреждение, Россельхознадзором в ходе проверки выявлено несоблюдение заявителем п. 1.3 Инструкции по ветеринарному учету и ветеринарной отчетности, утв. Минсельхозом СССР 03.09.1975 (п. 1 предписания) – состоящее в ведении «Журнала противоэпизоотических мероприятий» с нарушением установленного порядка.

В соответствии с п. 1.1 Инструкции по ветеринарному учету и ветеринарной отчетности, утв. Минсельхозом СССР 03.09.1975 учет и отчетность в ветеринарном деле основаны на первичной регистрации и обобщении данных о движении заболеваний и падеже животных (включая птиц, пушных зверей, разводимых в хозяйствах, рыб и пчел), диагностических исследованиях, профилактических, лечебных и ветеринарно-санитарных мероприятиях, проводимых учреждениями государственной ветеринарной сети и работниками ветеринарной службы в колхозах, совхозах, комплексах, других хозяйствах, на предприятиях и в организациях, а также на транспорте и государственной границе.

Согласно пункту 1.3. Инструкции по ветеринарному учету и ветеринарной отчетности, утв. Минсельхозом СССР 03.09.1975 первичную регистрацию заболеваний и падежа животных, а также диагностических исследований, профилактических, лечебных, ветеринарно-санитарных мероприятий и ветеринарно-санитарной экспертизы, осуществляемых должностными лицами ветеринарной службы, ведут в журналах, книгах, карточках единой формы, установленной Главным управлением ветеринарии Министерства сельского хозяйства СССР. Записи полагается вести в процессе выполнения соответствующей работы или непосредственно по ее окончании. В соответствии с пунктом 1.4. Инструкции все журналы (книги) учета должны быть переплетены и пронумерованы.

Журнал для записи противоэпизоотических мероприятий ведется по форме форма N 2- вет. Этот журнал ведут по хозяйству (главный или старший ветеринарный врач колхоза, совхоза, комплекса и т.д.), зоне, непосредственно обслуживаемой ветеринарным участком, пунктом, участковой ветеринарной лечебницей по населенным пунктам и хозяйствам, закрепленным за районной ветеринарной станцией, а также по городу (главный ветеринарный врач города) или по городскому району (главный ветеринарный врач района). В журнале регистрируют все мероприятия, проводимые против заразных болезней: диагностические исследования (в том числе исследования крови животных по РА, РСК, РДСК и т.д.), профилактические и вынужденные прививки, противопаразитарные обработки животных, включая рыб, пчел и ветеринарно-санитарные работы. Сведения в данный журнал заносят в день проведения работы или на следующий день. Записи прививок и диагностических (аллергических) исследований должны соответствовать данным актов о проведенных мероприятиях. Запись ведут раздельно по каждому виду животных (включая птиц). (п. 2.2., 2.2.1, 2.2.2, 2.2.4 Инструкции).

Как установил суд и следует из материалов дела, гражданин ФИО3 обращался в ОГБУ «Иркутская РСББЖ» для проведения вакцинации свиней в 2016 году, в 2017 году до случая вспышки АЧС не обращался (акт от 25.09.2016 вакцинация свиней против классической чумы свиней 44 головы в деревне Куда Иркутского р-на, о проведенной вакцинации свиней ЛПХ ФИО3, акт от 27.10.2016 вакцинация свиней против рожи свиней 44 головы в деревне Куда Иркутского р-на).

В нарушение пункта 1.3. Инструкции по ветеринарному учету и ветеринарной отчетности, утв. Минсельхозом СССР 03.09.1975 в журнал противоэпизоотических мероприятий запись о проведенной вакцинации свиней ЛПХ ФИО4 Учреждением не внесена, что подтверждается представленным журналом для записи противоэпизоотических мероприятий (начат 26.01.2015, последняя запись март 2017г.)

Доводы Учреждения о том, что запись была внесена в общем по хозяйству 25.09.2016 с. Хомутово, собака, чума, всего 59 голов; 27.10.2016 с. Хомутово, свиньи, рожа, 90 голов, правомерно не приняты судом первой инстанции, поскольку такие записи не соответствуют данным актов о проведенных мероприятиях.

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  предписание является  законным, не нарушающим права заявителя, а апелляционная жалоба Учреждения  не подлежащей удовлетворению. 

В ходе проверки Управлением установлено нарушение Учреждением п. 1.9 Правил проведения дезинфекции и дезинвазии объектов государственного ветеринарного надзора, утв. Минсельхозом РФ 15.07.2002 № 13-5-2/0525, а именно акты на проведение дезинфекции составлены не по единому образцу (п. 2 предписания). Учреждению предписано акты составлять по единому образцу.

Порядок и условия проведения дезинфекции, дезинвазии помещений животноводческих ферм, комплексов, хозяйств и других предприятий и объектов, связанных с содержанием животных (птиц), хранением и транспортированием сырья и продуктов животного происхождения, независимо от ведомственной подчиненности и форм собственности определены правилами проведения дезинфекции и дезинвазии объектов государственного ветеринарного надзора, утв. Минсельхозом РФ 15.07.2002 № 13-5-2/0525.

В соответствии с п. 1.9. указанных Правил о проведенной работе по дезинфекции, дезинвазии составляют акт по единому образцу.

Между тем, как правильно указал суд первой инстанции, выявленные Россельхознадзором в ходе проверки акты на проведение дезинфекции от 20.02.2017, 23.01.2017, 25.01.2017, 21.02.2017, 19.10.2016, 20.01.2017 составлены Учреждением не по единому образцу. 

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  предписание является  законным, не нарушающим права заявителя, а апелляционная жалоба Учреждения  не подлежащей удовлетворению. 

Пунктом 3 оспариваемого предписания Учреждению вменено нарушение п. 1.4 Инструкции по ветеринарному клеймению мяса, а именно списки ветеринарных специалистов ОГБУ «Иркутская РСББЖ» имеющих право клеймения мяса не утверждены Государственным ветеринарным инспектором Иркутской области. Заявителю предписано утвердить списки ветеринарных специалистов Учреждения, имеющих право клеймения мяса.

В соответствии с Инструкцией по ветеринарному клеймению мяса, утв. Минсельхозпродом России 28.04.1994) мясо и мясопродукты (субпродукты) всех видов сельскохозяйственных и диких животных, в том числе птицы, подлежат обязательному клеймению ветеринарными клеймами и штампами в соответствии с требованиями настоящей Инструкции (п. 1.1.). 

Клеймение мяса и мясопродуктов овальным клеймом проводят ветеринарные врачи и ветеринарные фельдшера, находящиеся в штатах организаций и учреждений государственной ветеринарной сети, в обязательном порядке прошедшие комиссионную, с участием представителя госветинспекции республики в составе России, края, области аттестацию по практическим и теоретическим вопросам ветеринарно-санитарной экспертизы, получившие официальное разрешение госветинспектора района (города) (п. 1.2.). 

Списки ветеринарных врачей и ветеринарных фельдшеров, которым предоставлено право клеймения мяса и выдано разрешение на изготовление ветеринарных клейм и штампов, утверждают главные государственные ветеринарные инспектора республик в составе Российской Федерации, автономных образований, краев, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга (п. 1.4.).

Как правильно установил суд первой инстанции, материалами дела достоверно подтверждается, что представленный Учреждением список ветеринарных специалистов, имеющих право клеймения мяса овальным и прямоугольным клеймом на 2017 год в установленном порядке не утвержден.

Довод апелляционной жалобы заявителя о неисполнимости данного пункта предписания, поскольку Учреждение не является субъектом полномочий, предусмотренных пунктом 1.4. Инструкции по ветеринарному клеймению мяса, суд находит основанным на неправильном толковании норм права, предусматривающих наличие у Учреждения утвержденных списков ветеринарных врачей и ветеринарных фельдшеров, которым предоставлено право клеймения мяса и выдано разрешение на изготовление ветеринарных клейм и штампов.

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  предписание является  законным, не нарушающим права заявителя, а апелляционная жалоба Учреждения  не подлежащей удовлетворению. 

Пунктом 4 оспариваемого предписания заявителю вменяется нарушение п. 15, п. 16 Правил хранения лекарственных средств для ветеринарного применения, утв. приказом Минсельхоза России от 15.04.2015 № 145, ст. 59 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств», выразившееся в использовании вакцины с истекшим сроком годности.

Вакцина против рожи свиней из штамма ВР-2 живая сухая является лекарственным препаратом для ветеринарного применения, зарегистрирована и внесена в Единый реестр лекарственных средств и лекарственных препаратов для ветеринарного применения. 

В соответствии с п.п. з п. 5 Постановления Правительства РФ от 22.12.2011 № 1081 «О лицензировании фармацевтической деятельности» - Учреждение, осуществляющее хранение лекарственных средств для ветеринарного применения должно соблюдать правила хранения лекарственных средств для ветеринарного применения. 

В соответствии с п. 15 Правил хранения лекарственных средств для ветеринарного применения, утв. Приказом Минсельхоза России от 15.04.2015 № 145, организации и индивидуальные предпринимателя должны вести учет лекарственных средств с ограниченным сроком годности на бумажном носителе или в электронном виде с архивацией. 

Контроль за своевременной реализацией лекарственных средств с ограниченным сроком годности должен осуществляться с использованием компьютерных технологий и/или стеллажных карт с указанием наименования лекарственного средства, серии, срока годности либо журналов учета сроков годности. 

В соответствии с п. 16 Правил хранения лекарственных средств для ветеринарного применения, утв. Приказом Минсельхоза России от 15.04.2015 № 145 при выявлении лекарственных средств с истекшим сроком годности, они должны храниться отдельно от других групп лекарственных средств в специально выделенной и обозначенной (карантинной) зоне или в специальном контейнере не более 3 месяцев с целью уничтожения таких лекарственных средств.

Согласно материалам дела Учреждение имеет лицензию на осуществление фармацевтической деятельности в сфере обращения с лекарственных средств для ветеринарного применения № 38-15-3-000233 от 26.10.2016, выданную Управлением Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области и Республике Бурятия.

При проведении вакцинации против рожи свиней 44 голов свиней, принадлежащих ЛПХ ФИО3 в деревне Куда Иркутского р-на, согласно акта на вакцинацию от 27.10.2016 Учреждением была использована вакцина с истекшим сроком годности (срок годности вакцины против рожи свиней из штамма ВР-2 живая сухая, серия 21 до 10.2016, вакцинация проведена 27.10.2016). 

При проведении вакцинации против рожи свиней 46 голов свиней, принадлежащих ЛПХ с. Хомутово Иркутского р-на, согласно акта на вакцинацию от 27.10.2016 Учреждением была использована вакцина с истекшим сроком годности (срок годности вакцины против рожи свиней из штамма ВР-2 живая сухая, серия 21 до 10.2016, вакцинация проведена 27.10.2016). 

При вакцинации 29.01.2017 37 голов свиней акт от 29.01.2017 Учреждением была использована вакцина с истекшим сроком годности (срок годности вакцины против рожи свиней из штамма ВР-2 живая сухая, серия 21 до 10.2016, вакцинация проведена 29.01.2017).

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  предписание является  законным, не нарушающим права заявителя, а апелляционная жалоба Учреждения  не подлежащей удовлетворению. 

Пунктом 5 оспариваемого предписания заявителю вменяется нарушение п. 4.3. Ветеринарных правил ВП 13.3.1320-96. Сибирская язва. Профилактика и борьба с заразными болезнями, общими для человека и животных. Сибирская язва», утв. Департаментом ветеринарии Министерства сельского хозяйства и продовольствия Российской Федерации 18 июня 1996 г. № 23.

Так, в нарушение указанных требований Учреждением утилизация остатков вакцины против сибирской язвы животных из штамма 55-ВНИИВВиМ живая (сухая) и (жидкая) производилось путём сжигания (акт на вакцинацию от 26.10.2016, 11.11.2013, 29.10.2016, 29.10.2016).

Между тем, в соответствии с пунктом 5 ГОСТ Р 52616-2006 утилизацию вакцины, не прошедшей контроль, оставшейся после использования, а также с истекшим сроком годности проводят путем автоклавирования в течение 2 ч при температуре 134 °C и давлением 2 атм. с соблюдением требований ГОСТ 17.0.0.01.

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  предписание является  законным, не нарушающим права заявителя, а апелляционная жалоба Учреждения  не подлежащей удовлетворению. 

Пунктами 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13 оспариваемого предписания ОГБУ «Иркутская РСББЖ» указано на нарушение п.п. 11, 16, 16.1, 17, 11.2, 12, 12.1, 13, 29.5 Ветеринарных правил осуществления профилактических, диагностических, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов африканской чумы свиней, утвержденных Приказом Минсельхоза России от 31.05.2016 N 213.

Настоящие Ветеринарные правила устанавливают обязательные для исполнения требования к осуществлению профилактических, диагностических, ограничительных и иных мероприятий, установлению и отмене на территории Российской Федерации карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов африканской чумы свиней, организации и проведению мероприятий по ликвидации африканской чумы свиней, предотвращению ее возникновения и распространения на территории Российской Федерации, определению границ территории, на которую должен распространяться режим ограничительных мероприятий и (или) карантина, в том числе в части определения очага болезни животных, осуществления эпизоотологического зонирования, включая определение видов зон в целях дифференциации ограничений, установленных решением о введении режима ограничительных мероприятий и (или) карантина, ограничений производства, перемещения, хранения и реализации товаров, подлежащих ветеринарному контролю (надзору), из перечня, утвержденного актом, составляющим право Евразийского экономического союза, и требования к особенностям применения таких ограничений, в том числе проведению мероприятий в отношении производственных объектов, находящихся в карантинной зоне.

При возникновении подозрения на заболевание свиней АЧС физические и юридические лица, являющиеся собственниками (владельцами) свиней, обязаны: - в течение 24 часов сообщить (в устной или письменной форме) о подозрении на заболевание свиней АЧС должностному лицу органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (на 22 территории которого расположен соответствующий объект), осуществляющего переданные полномочия в сфере ветеринарии, или подведомственного ему учреждения (п. 9 Правил).

В силу п. 11 Правил должностное лицо органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, осуществляющего переданные полномочия в сфере ветеринарии, или подведомственного ему учреждения (подразделения) в течение 24 часов после получения указанной в пунктах 9 и 10 настоящих Правил информации о подозрении на заболевание свиней (диких кабанов) АЧС: 

- определяет границы предполагаемого эпизоотического очага с учетом эпизоотической ситуации и ландшафтно-географических особенностей местности; 

- определяет наличие возможных инфицированных объектов; 

- определяет вероятные источники и пути заноса возбудителя АЧС, а также возможные пути распространения возбудителя АЧС; 

- осуществляет отбор проб биологического материала от свиней подозреваемых в заболевании, и патологического материала от павших свиней и направление указанных проб в лабораторию (испытательный центр), входящую в систему органов и учреждений государственной ветеринарной службы Российской Федерации, или иную лабораторию (испытательный центр), аккредитованную в национальной системе аккредитации, для исследования на АЧС.

Согласно п. 11.2. Правил, должностное лицо учреждения (подразделения), подведомственного органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации, осуществляющему переданные полномочия в сфере ветеринарии, в течение 24 часов после получения информации, указанной в пунктах 9 и 10 настоящих Правил, информирует о подозрении на заболевание свиней и (или) диких кабанов АЧС руководителя органа местного самоуправления, на территории которого располагается предполагаемый эпизоотический очаг.

Как установлено судом первой инстанции, ОГБУ «Иркутская РСББЖ» является учреждением, подведомственным Службе ветеринарии Иркутской области (органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации, осуществляющему переданные полномочия в сфере ветеринарии проверки). 

ЛПХ ФИО3, расположено по адресу: 

<

...>, которая входит в Хомутовское муниципальное образование, является зоной, обслуживаемой Учреждением (Хомутовская в/л является структурным подразделением ОГБУ «Иркутская РСББЖ»).

Согласно акту первичного обнаружения заболевания свиней АЧС от 21.03.2017 б/н, составленного СББЖ Хомутовского МО (д. Куда) после поступления обращения гр. ФИО3 о заболевании свиней и падеже 1 головы, был сделан выезд ветеринарного врача 21.03.2017 на место предполагаемого эпизоотического очага, произведён осмотр поголовья свиней, установлено у одних свиней повышенная температура, угнетенное состояние, отказ от корма, синюшные уши и пятачки. 21.03.2017 произведено патологоанатомическое вскрытие трупа свиньи в присутствии разнорабочих с отбором биологического материала (селезенки целиком) для направления в ФГБУ «Иркутская MBЛ» с целью мониторинга АЧС и рожи свиней. 

При вскрытии обнаружены слабовыраженные признаки АЧС и КЧС. 

Результаты вскрытия и отбора патологического материала доложены эпизоотологу ОГБУ ИрСББЖ и начальнику ОГБУ ИрСББЖ.

При обнаружении 21.03.2017 признаков и подозрений на заболевание свиней АЧС, в течение 24 часов ОГБУ «Иркутская РСББЖ» обязано было в соответствии с п. 11 Правил № 213: определить границы предполагаемого эпизоотического очага с учетом эпизоотической ситуации и ландшафтно-географических особенностей местности; определить наличие возможных инфицированных объектов; определить вероятные источники и пути заноса возбудителя АЧС, а также возможные пути распространения возбудителя АЧС. 

В соответствии с п. 11.2. Правил в течение 24 часов после получения указанной информации информировать о подозрении на заболевание свиней АЧС руководителя органа местного самоуправления – главу Хомутовского муниципального образования.

Между тем, указанные требования п. 11 и 11.2 Правил № 213 ОГБУ «Иркутская РСББЖ» не были выполнены, в связи с чем Россельхознадзором правомерно указано Учреждению на их нарушение (п. 6 и 10 предписания).

Материалами дела и в частности  письмом Учреждения исх. № 81, глава Хомутовского МО, о выявлении заболевания АЧС в количестве 40 голов, принадлежащих владельцу ФИО3, проживающему по адресу: 

<

...>, был уведомлен 24.03.2017, т.е. по истечении 24 часов после получения соответствующей информации. 

Как правильно указал суд первой инстанции, иных доказательств извещения главы Хомутовского МО, Россельхознадзора, и выполнения Учреждением требований п. 11 Правил, материалы дела не содержат.

Проверкой также установлено, что при проведении отбора биологического материала (селезенки целиком) для направления в ФГБУ «Иркутская МВЛ» Учреждением был составлен акт отбор проб от 21.03.2017 и сопроводительная от 21.03.2017, в которой указано, что проба направляется для АЧС мониторинг с предположительным диагнозом отравление и при этом не указаны клиническая картина больных свиней, не указаны данные патологоанатомического вскрытия. 

Специалистам ФГБУ «Иркутская МВЛ» не сообщено о подозрении на АЧС, что привело к тому, что проба запущена по мониторингу на АЧС в штатном режиме, без соблюдения специальных мер предосторожности установленных для работы данными видами заболеваний

23.01.2017 должностным лицом, проводившим вскрытие, написан еще один акт отбора проб, в котором указывается, что 21.03.2017 произведен отбор пробы (селезенка) от павшего поросенка и патматериал направлен в ФГБУ «Иркутская MBЛ» для исключения АЧС.

Между тем, при оценке данных вскрытия и оценке первичных признаков состояния полученного специалистами Учреждения паталогического материала у него имелись все основания полагать характер падежа животных, о чем следовало уведомить ФГБУ «Иркутская МВЛ», которое осуществляло бы исследовательские работы не в штатном режиме, а с учетом выявленных признаком инфекционных заболеваний с соблюдением установленных специальных мер предосторожности. 

Таким образом, ненадлежащее уведомление Учреждением лабораторий о наличии очевидных признаков инфекционного заболевания указывает на нарушение заявителем указанных пунктов названных правил №213.

Суд первой инстанции правильно отклонил довод заявителя о том, что являлось достаточным указанием в сопроводительной о направлении для АЧС мониторинг, поскольку данный подход не основан на положениях указанных Правил, предусматривающих направление проб на мониторинг АЧС в определенных случаях (п. 16.2 Правил). 

Письмом ФГБУ «Иркутская МВЛ» от 28.09.2017 № 937 подтверждено получение 22.03.2017 для исследования на АЧС свиней пробы (селезенки) от павшего поросенка в рамках Плана государственного эпизоотического мониторинга территории Иркутской области на 2017 год.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил довод Учреждения о том, что результаты исследования направленной пробы ОГБУ «Иркутская РСББЖ» не поступили, в связи с чем не было оснований для выполнения требований Правил об уведомлении органов местного самоуправления в течение 24 часов, поскольку не было достоверно известно о заболевании свиней АЧС, поскольку указанное не основано на положениях Правил № 213, предусматривающих принятие Учреждением определенных мер, уже при наличии только одних подозрений на заболевание свиней АЧС.

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  п. 5, 6, 7, 10 предписания являются  законными, не нарушающими права заявителя, а апелляционная жалоба Учреждения  не подлежащей удовлетворению. 

Согласно пункту 8, 9 оспариваемого предписания заявителю вменяется нарушение требований пунктов 16, 16.1 Ветеринарных правил № 213. 21.03.2017.

В соответствии с требованиями п. 16 и 16.1 Ветеринарных правил при возникновении подозрения на АЧС, проводится отбор проб для проведения лабораторных исследований на заболевание АЧС в следующем порядке, если в группе животных, насчитывающей от 16 до 50 голов свиней, пробы крови отбираются от 15 голов свиней. Во всех случаях пробы крови для диагностических исследований на АЧС отбираются от всех животных с гипертермией (лихорадкой), а пробы патологического материала - от всех павших свиней. 

Между тем, Учреждением произведен отбор 1 пробы селезенки от павшего поросенка, отбор проб крови от свиней не производился. Аналогично 24.03.2017 в ЛПХ ФИО3 павших животных было 4 головы и 7 больных было отобрано 1 проба биологического материала от 8-ми мес. свиньи, 1 проба труп поросенка 6-ти мес. и 3 пробы сыворотки крови свиней 8-ми мес. Согласно акту эпизоотологического обследования от 24.03.2017 на момент начала заболевания в ЛПХ ФИО3 содержалось 40 свиней.

Указанное подтверждается актами от 21.03.2017 и 24.03.2017 и свидетельствует о нарушении Учреждением п. п. 16 и 16.1 Правил № 213.

Пунктом 9 оспариваемого предписания заявителю вменяется нарушение п. 17 Правил № 213, согласно которому для лабораторных исследований отбираются: кусочки селезенки массой 5 - 10 г, подчелюстные, портальные, или мезентериальные лимфоузлы (целиком). 

В случае разложения трупа отбирается грудинная или трубчатая кость. Трупы поросят направляются целыми (по возможности, в зависимости от их размеров) в водонепроницаемой таре. 

Для прижизненной диагностики отбираются пробы крови (3 - 5 мл) с добавлением антикоагулянтов. 

Между тем, согласно акту отбора проб от 21.03.2017 Учреждением отобрана одна селезенка от павшего поросенка. Подчелюстные, портальные, мезентериальные лимфоузлы (целиком), пробы крови с добавлением антикоагулянтов Учреждением не отобраны.

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  п. 8, 9 предписания являются  законными, не нарушающими права заявителя, а апелляционная жалоба Учреждения  не подлежащей удовлетворению. 

В соответствии с п. 11 оспариваемого предписания заявитель, в нарушение п. 12, 12.1 Ветеринарных правил № 213, предусматривающих, что должностное лицо органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, осуществляющего переданные полномочия в сфере ветеринарии, или подведомственного ему учреждения (подразделения): любым доступным способом информирует население муниципального образования, на территории которого возник предполагаемый очаг АЧС, о возникновении предполагаемого очага АЧС, физических и юридических лиц, являющихся собственниками (владельцами) свиней, о требованиях настоящих Правил по предотвращению распространения АЧС, до установления карантина не информировал население муниципального образования, на территории которого возник предполагаемый очаг АЧС, о возникновении предполагаемого очага АЧС, физических и юридических лиц, являющихся собственниками (владельцами) свиней, о требованиях настоящих Правил по предотвращению распространения АЧС.

Как следует из материалов дела, только после установления 25.03.2017 карантина, Учреждением, как подведомственным учреждением должностному лицу органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации,  были распространены 700 листовок, 4000 плакатов, 6 репортажей на уровне районов.

Между тем требования п. 12.1 Правил указывают на информирование населения о возникновении предполагаемого очага АЧС, т.е. при наличии только оснований полагать о наличии такого очага, до получения лабораторных исследований. 

Из протокола совещания по вопросу падежа свиньи в д. Куда Иркутского района от 22.03.2017, на котором присутствовали должностные лица Службы ветеринарии ИО и ОГБУ «Иркутская РСББЖ» следует об отсутствии информирования населения о возникновении предполагаемого очага АЧС.

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  предписание является  законным, не нарушающим права заявителя, а апелляционная жалоба Учреждения  не подлежащей удовлетворению. 

Пунктом 12 оспариваемого предписания заявителю вменено нарушение п. 13 Ветеринарных правил № 213, согласно которому руководитель органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, осуществляющего переданные полномочия в сфере ветеринарии, при получении им информации (уведомления) о возникновении подозрения на АЧС, появлении угрозы возникновения и (или) распространения на территории субъекта Российской Федерации АЧС в течение 24 часов обеспечивает направление в населенный пункт (местность), где расположен предполагаемый очаг АЧС, специалистов госветслужбы для: 

- клинического осмотра животных и проведения эпизоотологического обследования предполагаемого эпизоотического очага; 

- уточнения вероятных источников, путей и предположительного времени заноса возбудителя болезни; 

- уточнения границ предполагаемого эпизоотического очага и возможных путей распространения болезни, в том числе, с реализованными (вывезенными) свиньями и (или) продукцией свиноводства в период не менее 30 дней до даты возникновения заболевания; 

- незамедлительной организации проведения комплекса мероприятий по предупреждению распространения и ликвидации болезни в случае подтверждения подозрения на АЧС (установления диагноза на АЧС).

Исходя из анализа п. 13 Правил и буквального его содержания, суд приходит к выводу, что ОГБУ «Иркутская РСББЖ» не является субъектом ответственным за соблюдение данных положений, поскольку такая обязанность лежит на руководителе органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, осуществляющего переданные полномочия в сфере ветеринарии.

Как правильно указал суд первой инстанции, исполнительным органом государственной власти Иркутской области, осуществляющим функции по управлению в области ветеринарии, является Служба ветеринарии Иркутской области (Положение о Службе ветеринарии Иркутской области, утв. постановлением Правительства Иркутской области от 29.12.2009 № 395/174-пп).

Между тем, заявитель является учреждением, подведомственным Службе ветеринарии Иркутской области, и входит в систему государственной ветеринарной службы Российской Федерации.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о неправомерности вывода Россельхознадзора о нарушении Учреждением п. 13 Ветеринарных правил № 213.

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  предписание является  незаконным, нарушающим права заявителя, а апелляционная жалоба Управления не подлежащей удовлетворению.

Доводы апелляционной жалобы об ошибочности выводов суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не принимает, поскольку они основаны на неправильном толковании п. 13 Ветеринарных правил № 213.

Пунктом 13 оспариваемого предписания заявителю вменяется нарушение п. 29.5 Ветеринарных правил № 213, выразившееся в непроведении контроля эффективности дезинфекции с объектов государственного ветеринарного надзора на наличие жизнеспособных клеток золотистого стафилококка (Staphylococcus aureus) после первой текущей дезинфекции. 

В соответствии с п. 25 Правил № 213, физические и юридические лица - собственники (владельцы) свиней при установлении на территории их хозяйств эпизоотического очага: - обеспечивают проведение мероприятий по обеззараживанию в соответствии с пунктом 29 настоящих Правил.

Согласно п. 29.1 Правил обеззараживание помещений, загонов и других мест, где содержались животные, проводится в три этапа: первый - сразу после уничтожения животных, второй - после снятия деревянных полов, перегородок, кормушек и проведения тщательной механической очистки, третий - перед отменой карантина. 

В соответствии с п. 29.5 Ветеринарных правил № 213 контроль эффективности дезинфекции проводится по наличию/отсутствию в санитарных смывах с объектов государственного ветеринарного надзора жизнеспособных клеток золотистого стафилококка (Staphylococcus aureus). 

Исходя из буквального содержания указанных пунктов Правил контроль эффективности дезинфекции проводится в санитарных смывах, которые осуществляются на всех этапах обеззараживания, с объектов государственного ветеринарного надзора.

Из представленных в материалы дела актов на проведение дезинфекции (дезинвазии), обеззараживание помещений, загонов и других мест, где содержались животные, следует, что они проведены в три этапа: первый 25.03.2017 после уничтожения животных, второй 28.03.2017 после снятия деревянных полов, перегородок, третий 29.03.2017 – перед отменой карантина. 

Между тем, согласно результатов исследований от 30.03.2017 № 209, от 03.04.2017 № 268 контроль качества дезинфекции проведен Учреждением после второй и третьей дезинфекции. 

Доказательств проведения контроля эффективности дезинфекции на наличие жизнеспособных клеток золотистого стафилококка (Staphylococcus aureus) после первой текущей дезинфекции в материалах дела не имеется, заявителем не представлены. 

Принимая во внимание вышеизложенное, суд считает предписание в указанной части (пункт 13) законным и не нарушающим права заявителя.

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  предписание является законным, не нарушающим прав заявителя, а апелляционная жалоба Учреждения  не подлежащей удовлетворению. 

Пунктом 14 оспариваемого предписания заявителю вменяется нарушение п. 3.3.1. и п. 3.3.25 Ветеринарно-санитарных правил по организации и проведению дератизационных мероприятий, утв. Минсельхозом РФ 14.03.2001 N 13-5-02/0043. Предписано проводить контроль качества дератизации и первичную документацию (акты) оформлять по единой форме.

В соответствии с пунктом 3.3.1. Ветеринарно-санитарных правил по организации и проведению дератизационных мероприятий, утв. Минсельхозом РФ 14.03.2001 N 13-5- 02/0043 (далее – Ветеринарно-санитарные правила) мероприятия по борьбе с грызунами следует проводить в соответствии с действующими нормативно-методическими документами. Допускается использовать только разрешенные в официально установленном порядке для ветеринарных целей средства и оборудование.

В соответствии с пунктом 3.3.25. Ветеринарно-санитарных правил контроль качества дератизации осуществляется в соответствии с действующими методическими документами с помощью контрольных приманок, следовых площадок или иных средств контроля на обслуживаемых по дератизации объектах параллельно с проведением комплекса дератизационных работ.

Контроль качества дератизации может проводиться на 3-х уровнях: а) самоконтроль (силами исполнителей дератизации); б) внутренний (силами контрольной бригады или специалистов); в) экспертный (силами сторонней организации). Правильная организация дератизационных работ требует ведения первичной документации по единой форме, в которой находят свое отражение: состояние объекта, применение средства, их количество, объем отдельных видов работ, дата обработки, результаты контроля и т.д. 

Вместе с тем, согласно п. 1.6. Ветеринарно-санитарных правил ответственность за качество дератизационных мероприятий несут выполняющие их организации, имеющие разрешение (лицензию) на занятие данным видом деятельности, выданное в установленном порядке.

При этом, в разделе IV утвержденном Приказом Россельхознадзора от 17.10.2016 N 744, в перечне правовых актов и их отдельных частей (положений), содержащих обязательные требования, соблюдение которых оценивается при проведении Россельхознадзором мероприятий по государственному контролю (надзору) и Порядка его ведения (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) при описании круга лиц и (или) перечня объектов, в отношении которых устанавливаются обязательные требования указано, что действие Ветеринарно-санитарных правил распространяется на индивидуальных предпринимателей, юридических лиц, осуществляющих подконтрольную деятельность.

Исходя из вышеизложенных правоположений, суд первой инстанции пришел к неправильному выводу, что обязанность осуществления контроля качества дератизации и оформления актов по установленной форме, возложена на лиц, осуществляющих эксплуатацию таких объектов, поскольку как было указано в п. 1.6. Ветеринарно-санитарных правил ответственность за качество дератизационных мероприятий несут выполняющие их организации, имеющие разрешение (лицензию) на занятие данным видом деятельности, выданное в установленном порядке.

Поскольку из материалов дела следует, что в ходе проверки оценивались документы, составленные Учреждением по результатам мероприятий дератизации проводимой именно ей, то Учреждение обязано соблюдать требования п. 3.3.1. и п. 3.3.25 Ветеринарно-санитарных правил по организации и проведению дератизационных мероприятий, утв. Минсельхозом РФ 14.03.2001 N 13-5-02/0043, в том числе путем надлежащего оформления первичной документации по единой форме.  

Так представленная Учреждением документация о проведенной дератизации не соответствует требованиям установленных в приложении № 2 к Ветеринарно-санитарным правилам по организации и проведению дератизационных мероприятий, поскольку в них отсутствуют предусмотренные в названном приложении № 2 сведения.

Суд апелляционной инстанции при этом усматривает, что ст. 40 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" не предусматривала лицензирования деятельности по организации и проведению дератизационных мероприятий. 

В то же время Федеральный закон от 08.11.2007 N 258-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации по вопросам лицензирования отдельных видов деятельности" отменил такой вид лицензируемой деятельности, как производство дезинфекционных, дезинсекционных и дератизационных средств, которое Учреждение не осуществляло.

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  предписание является законным, не нарушающим права заявителя, а выводы суда первой инстанции ошибочными, основанными на неправильном применении норм материального права (ст. 270 АПК), в связи с чем апелляционная жалоба Управления в  данной части подлежит удовлетворению. В удовлетворении требований Учреждению в данной части надлежит отказать, решение суда первой инстанции изменить.

Пунктом 15 оспариваемого предписания заявителю вменено нарушение п. 1, 2, 7 Правил организации работы по оформлению ветеринарных сопроводительных документов, порядка оформления ветеринарных сопроводительных документов в электронной форме и порядка оформления ветеринарных сопроводительных документов на бумажных носителях, утвержденных приказом Минсельхоза России от 27.12.2016 N 589.

Так, Управлением выявлена выдача ветеринарных свидетельств ф. 2 ОАО «Барки» на сырое молоко, выработанное на МТФ 

<

...> (адрес и молоко принадлежат ООО «Сельхозтонар») и на мясо говядины 2 туши, выработанное на МТФ д. Черемушки «Сибирская Нива» от 08.04.2017, с указанием, что местность благополучна по особо опасным инфекционным и карантинным заболеваниям. По факту данная местность не благополучна по лейкозу крупного рогатого скота. Предписано при выдаче ветеринарных сопроводительных документов указывать верные сведения о благополучии местности и владельце продукции.

В целях обеспечения ветеринарно-санитарной безопасности подконтрольной продукции и животных, подлежащих ветеринарному контролю (надзору) (далее - подконтрольные товары), подтверждения эпизоотического благополучия территорий, мест производства подконтрольных товаров по заразным болезням животных, в том числе болезням, общим для человека и животных, и обеспечения прослеживаемости подконтрольных товаров при их производстве, перемещении и переходе права собственности на них приказом Минсельхоза России от 27.12.2016 N 589 утверждены ветеринарные правила организации работы по оформлению ветеринарных сопроводительных документов, порядка оформления ветеринарных сопроводительных документов в электронной форме и порядка оформления ветеринарных сопроводительных документов на бумажных носителях.

Данные правила устанавливают формы и порядок оформления ветеринарных сопроводительных документов (далее - ВСД), за исключением форм и порядков оформления, установленных в соответствии с международными договорами Российской Федерации.

ВСД (ветеринарные сертификаты, ветеринарные свидетельства, ветеринарные справки), характеризующие территориальное и видовое происхождение, ветеринарно-санитарное состояние сопровождаемого подконтрольного товара, эпизоотическое благополучие территорий его происхождения и позволяющие идентифицировать подконтрольный товар, оформляются на подконтрольные товары, включенные в Перечень подконтрольных товаров, подлежащих сопровождению ветеринарными сопроводительными документами, утвержденный приказом Минсельхоза России от 18 декабря 2015 г. N 648 (зарегистрирован Минюстом России 18 февраля 2016 г., регистрационный N 41118) (далее - Перечень, утвержденный приказом Минсельхоза России N 648), из числа товаров, содержащихся в перечне подконтрольных товаров, установленном актом, составляющим право Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС).

Согласно п. 7 Правил № 589 при производстве подконтрольных товаров на территории Российской Федерации, их перемещении по территории Российской Федерации и переходе права собственности на них на территории Российской Федерации ВСД оформляются на основании, в том числе, сведений об эпизоотической ситуации места происхождения/отгрузки подконтрольных товаров.

Статьей 17 Закона РФ от 14.05.1993 N 4979-1 "О ветеринарии" предусмотрено, что в случае появления угрозы возникновения и распространения заразных болезней животных на территории одного субъекта Российской Федерации высшее должностное лицо субъекта РФ на основании представления руководителя органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, осуществляющего переданные полномочия, принимает решение об установлении ограничительных мероприятий (карантина) на территории субъекта Российской Федерации. 

Перечень заразных, в том числе особо опасных, болезней животных, по которым могут устанавливаться ограничительные мероприятия (карантин), утверждается федеральным органом исполнительной власти в области нормативно-правового регулирования в ветеринарии.

Согласно пункту 40 Перечня заразных, в том числе особо опасных, болезней животных, по которым могут устанавливаться ограничительные мероприятия (карантин), утвержденных приказом Минсельхоза России от 19.12.2011 N 476, лейкоз крупного рогатого скота входит в Перечень заразных, в том числе особо опасных, болезней животных, по которым могут устанавливаться ограничительные мероприятия (карантин). 

В соответствии с п. 3.1. Приказа Минсельхозпрода РФ от 11.05.1999 N 359 "Об утверждении Правил по профилактике и борьбе с лейкозом крупного рогатого скота" благополучными по лейкозу считают фермы, населенные пункты и административные территории (районы, области, края, республики), в которых при проведении плановых диагностических исследований, а также при убое животных на мясокомбинате не выявляются больные лейкозом животные.

Согласно п. 4.1 Приказа № 359 хозяйства, в том числе хозяйства граждан, в которых установлено заболевание животных лейкозом в соответствии с пунктом 3.3, по представлению главного государственного ветеринарного инспектора района (города) решением местной администрации объявляют неблагополучными и вводят в них комплекс ограничений, препятствующих распространению инфекции. Одновременно утверждается комплексный план оздоровления неблагополучного хозяйства, фермы, стада и др. 

По условиям ограничений не допускается: - перегруппировка крупного рогатого скота внутри хозяйства без разрешения ветеринарного специалиста, обслуживающего хозяйство (населенный пункт); - использование быков - производителей для вольной случки коров и телок; - использование нестерильных инструментов и аппаратов при ветеринарных и зоотехнических обработках животных; - вывод (вывоз) животных из стада, фермерского и индивидуального хозяйства для племенных и репродуктивных целей без разрешения ветеринарного специалиста, обслуживающего данное хозяйство или населенный пункт. 

Молоко от инфицированных и остальных коров оздоравливаемого стада (фермы, индивидуального подсобного хозяйства, фермерского хозяйства) сдают на молокоперерабатывающий завод или используют внутри хозяйства после пастеризации в обычном технологическом режиме. После обеззараживания молоко используется без ограничений (п. 4.3, 4.4 Приказа № 359).

Как следует из материалов дела, постановлением мэра Иркутского районного муниципального образования от 28.08.2008 № 3644 в связи с установлением заболевания лейкоза крупного рогатого скота в ОАО «Сибирская нива» введены ограничительные мероприятия. 

Согласно отчету по форме № 1-вет за 1 квартал 2017 года и пояснениям к отчету по форме 1-вет Иркутского района за 1 квартал 2017 года, представленным ОГБУ «Иркутская РСББЖ» неблагополучными пунктами по лейкозу крупного рогатого скота являются, в том числе: с. Черемушки ОАО «Сибирская Нива» постановление мэра Иркутского района МО № 3644 от 28.08.2008; с. Хомутово ООО «Сельхозтонар» Приказ руководителя службы ветеринарии Иркутской области № 008-спр от 13.03.2015.

Между тем, как установил суд первой инстанции, Россельхознадзором выявлена выдача Учреждением ветеринарных свидетельств ф. № 2 на мясо говядина 2 туши, выработанное на МТФ д. Черемушки «Сибирская Нива» от 08.04.2017 с указанием, что местность благополучна по особо опасным инфекционным и карантинным заболеванием животных.

Принимая во внимание, что ограничительные мероприятия по данной местности (с. Черемушки), введенные постановлением мэра Иркутского районного муниципального образования от 28.08.2008 № 3644, не сняты, что также подтверждается пояснением к отчету по форме 1-вет Иркутского района за 1 квартал 2017 года, представленным ОГБУ «Иркутская РСББЖ», и данная местность (с. Черемушки ОАО «Сибирская Нива») неблагополучна по лейкозу крупного рогатого скота, суд считает обоснованным и правомерным вывод Россельхознадзора о необходимости оформления ОГБУ «Иркутская РСББЖ» ветеринарных сопроводительных документов с указанием сведений об эпизоотической ситуации места происхождения/отгрузки подконтрольных товаров, как это предусмотрено п. 7 Правил № 589, а именно с указанием, что данная местность неблагополучна по лейкозу крупного рогатого скота. 

При этом суд отмечает, что ОГБУ «Иркутская РСББЖ» не опровергнуто снятие ограничительных мероприятий по данной местности (с. Черемушки ОАО «Сибирская Нива») по состоянию на 08.04.2017.

В связи с указанным, суд апелляционной инстанции считает, что в данной части  предписания п. 15, оно является законным, не нарушающим прав заявителя, в связи с чем апелляционная жалоба Учреждения  не подлежащей удовлетворению. 

В части вывода Россельхознадзора о нарушении Учреждением п. 1, 2, 7 Правил № 589, в связи с выявлением выдачи ветеринарных свидетельств ф. № 2 ОАО Барки на сырое молоко, выработанное на МТФ 

<

...> от 02.04.2017, 29.03.2017, 31.03.2017, 30.03.2017, 24.03.2017 с указанием, что местность благополучна по особо опасным инфекционным и карантинным заболеванием животных, судом установлено следующее.

Приказом Службы ветеринарии Иркутской области от 13.03.2005 № 008-спр-п установлены ограничительные мероприятия (карантин) по лейкозу крупного рогатого скота, принадлежащего ООО «Сельхозтонар», на территории земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> на срок до 1 февраля 2017 года. 

Пунктом 2 приказа указано на соблюдение ограничительных мероприятий по адресу указанному в п. 1: 

<

...> ООО «Сельхозтонар».

Между тем, как установил суд первой инстанции, из представленных ветеринарных свидетельств от 02.04.2017, 29.03.2017, 31.03.2017, 30.03.2017, 24.03.2017, выданных Учреждением ОАО «Барки» на молоко коровье, следует, что данная продукция выработана на МТФ 

<

...>. 

Сведений о том, что данная продукция выработана ООО «Сельхозтонар», 

<

...> представленные ветеринарные свидетельства от 02.04.2017, 29.03.2017, 31.03.2017, 30.03.2017, 24.03.2017 не содержат.

Правилами по профилактике и борьбе с лейкозом крупного рогатого скота утверждённых Приказом Минсельхозпрода РФ от 11.05.1999 N 359 "Об утверждении установлено, что хозяйства, в том числе хозяйства граждан, в которых установлено заболевание животных лейкозом в соответствии с пунктом 3.3, по представлению главного государственного ветеринарного инспектора района (города) решением местной администрации объявляют неблагополучными и вводят в них комплекс ограничений, препятствующих распространению инфекции. Одновременно утверждается комплексный план оздоровления неблагополучного хозяйства, фермы, стада и др. (п.1).

Из указанного следует, что ограничения препятствующие распространению инфекции устанавливаются как для хозяйства в целом, так для отдельных ферм, стад и др.

Между тем, должностное лицо органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, при установлении ограничений и определений мероприятий (карантина) по лейкозу крупного рогатого скота, определяет, в том числе границы предполагаемого эпизоотического очага с учетом эпизоотической ситуации и ландшафтно-географических особенностей местности.

Учитывая, что им определены в данном случае границы территории определенные 

<

...>., суд первой инстанции правильно указал, что Управление не представило доказательств, что указанная местность идентична местности 

<

...>. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции  считает правильным вывод суда первой инстанции о недоказанности Россельхознадзором нарушения Учреждением п. 1, 2, 7 Правил № 589 в части выдачи заявителем ветеринарных свидетельств ОАО «Барки» на молоко, выработанное на МТФ 

<

...>.

Доказательств, что по указанному местоположению МТФ 

<

...> были введены ограничения и определены мероприятия (карантин) по лейкозу крупного рогатого скота, принадлежащего ООО «Сельхозтонар» Управление в суд не представило.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, подлежат отклонению, поскольку не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, либо влияли на обоснованность и законность оспариваемого решения суда, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Суд, руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

П О С Т А Н О В И Л:

В удовлетворении апелляционной жалобы областному государственному бюджетному учреждению "Иркутская районная станция по борьбе с болезнями животных" отказать.

Апелляционную жалобу Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области и Республике Бурятия (Россельхознадзор) удовлетворить частично.

Решение Арбитражного суда Иркутской области от «03» ноября 2017 года по делу №А19-8618/2017 изменить, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции:

«Признать незаконными и отменить постановления Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области и Республике Бурятия № 38-17-02/10, 38-17-02/11, 38-17-02/12 от 11.05.2017.

Признать недействительным предписание Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области и Республике Бурятия № 38/02/01 от 02.05.2017 в части пунктов 12, а также п. 15 в части выдачи ветеринарных свидетельств на молоко, выработанное на МТФ 

<

...>. 

Обязать Управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области и Республике Бурятия устранить нарушения прав и законных интересов заявителя.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать».

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции, в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы в арбитражный суд кассационной инстанции, полномочный ее рассматривать, через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий судья Е.В. Желтоухов

Судьи Д.В. Басаев 

В.А. Сидоренко