ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

23.06.2022

Дело № А40-81291/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена   20.06.2022

Полный текст постановления изготовлен  23.06.2022

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Ю.Е. Холодковой,  

судей: Н.Н. Тарасова, Н.Я. Мысака 

при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего ООО «Новые торговые возможности» - представитель ФИО1 по доверенности от 10.01.2022,

от ООО «Производство компьютеров и серверов» - представитель ФИО2 по доверенности от 14.03.2022,

ФИО3 – лично по паспорту; представитель ФИО2 по доверенности от 30.04.2020,

ФИО4 – лично по паспорту; представитель ФИО2 по доверенности от 16.06.2020,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО4, ФИО3, ООО «Производство компьютеров и серверов»,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022,

по заявлению заявление конкурсного управляющего ООО «Новые торговые возможности» ФИО5 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Новые торговые возможности»,

по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Новые торговые возможности»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.05.2019г. принято к производству заявление Общества с ограниченной ответственностью «СТЭЙТЕН» о признании несостоятельным (банкротом) Общества с ограниченной ответственностью «Новые торговые возможности» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), поступившее в Арбитражный суд города Москвы 12.04.2019г. (согласно штампа канцелярии), возбуждено производство по делу № А40-81291/2019-66-86.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2019г. в отношении должника ООО «Новые торговые возможности» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 117312, г. Москва, а/я 133), являющаяся членом Ассоциацией СРО "МЦПУ" (адрес: 123557, г. Москва, Москва, Большой Тишинский переулок, 38, Помещение II, комната 35).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 117 от 06.07.2019г.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.12.2019 года должник ООО «Новые торговые возможности» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, исполнение обязанностей конкурсного управляющего было возложено на ФИО5 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 117312, г. Москва, а/я 70), являющуюся членом Ассоциации СРО "МЦПУ" (адрес: 123557, г. Москва, Москва, Большой Тишинский переулок, 38, Помещение II, комната 35).

Арбитражным судом города Москвы рассмотрено заявление конкурсного управляющего ООО «Новые торговые возможности» ФИО5 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Новые торговые возможности».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2021 суд привлек солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Общества с ограниченной ответственностью «Новые торговые возможности» ФИО3 и ФИО7, отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Новые торговые возможности» ФИО5 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части привлечения ФИО4 и Общества с ограниченной ответственностью «Производство компьютеров и Серверов».

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.04.20222 определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.11.2021 по делу № А40-81291/19 отменено в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и Общества с ограниченной ответственностью «Производство компьютеров и Серверов» по обязательствам должника ООО «НТВ». Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 и Общества с ограниченной ответственностью «Производство компьютеров и Серверов» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «НТВ». Приостановлено производство по данному заявлению до окончания расчетов с кредиторами.

В остальной части определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.11.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО4 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022, оставить в силе определение Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2021.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на несогласие с выводами суда апелляционной инстанции в части привлечения ФИО4 и ООО ПКС» к субсидиарной ответственности, что суд первой инстанции полно и всесторонне оценил представленные в материалы дела доказательства, при этом суд апелляционной инстанции необоснованно привлек к субсидиарной ответственности в связи с заключением сделок по продаже нематериальных активов, поскольку активы по признанным недействительными сделкам возвращены в конкурсную массу, существенный вред кредиторам не причинен, указывает, что заключение спорных сделок не повлияло на размер выручки должника, указывает на отсутствие причинно-следственной связи между заключением сделок по продаже нематериальных активов и наступлением полной неплатежеспособности должника.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ООО «ПКС» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022, оставить в силе определение Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2021.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на обоснованность выводов суда первой инстанции в части отказа в привлечении ООО «ПКС» к субсидиарной ответственности, указывает, что представил в материалы дела доказательства несостоятельности доводов конкурсного управляющего, указывает на подмену судом апелляционной инстанции выводов суда первой инстанции доводами конкурсного управляющего должником, ссылается на то, что не является аффилированным с должником лицом, на отсутствие причинно-следственной связи между заключением сделок по продаже нематериальных активов и наступлением полной неплатежеспособности должника, указывает на непричастность ООО «ПКС» к банкротству должника.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами в своей части, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2021 в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 отменить и направить обособленный спор в части  привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на новое рассмотрение.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на то, что являлся единственным участником Должника в период с 17.08.2015 по 28.01.2019, указывает, что своими действиями не причинил существенный вред кредиторам, передал в полном объеме документацию новому генеральному директору и учредителю, что подтверждается представленным в материалы дела Актом, указывает, что его действия не выходили за пределы обычного делового риска, указывает, что условием для заключения сделки по продаже 100% доли участия в ООО «НТВ» являлось продолжение финансово-хозяйственной деятельности ООО «НТВ», в том числе погашение требований контрагентов в полном объеме, включая уполномоченный орган указывает, что подлежит освобождению от субсидиарной ответственности учитывая масштаб деятельности организации, наличие плана по взаимодействию с налоговым органом и заказчиками услуг, а также то обстоятельство, что ФИО3 рассчитывал на выход из кризиса путем выполнения экономически обоснованного плана. Судами не дана оценка доводам ответчика о наличии разумного ожидания о выводе должника из кризиса и как следствие необоснованность выводов в части основания для привлечения к ответственности за неподачу заявления о банкротстве.

От конкурсного управляющего должником поступили отзывы на кассационные жалобы, приобщенные к материалам дела в порядке ст.279 АПК РФ, просит оставить кассационные жалобы без удовлетворения.

Представленные со стороны ООО «ПКС» пояснения к кассационной жалобе не принимаются судебной коллегией с учетом разъяснений, приведенных в абзаце четвертом пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции".

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Представитель ООО «Производство компьютеров и серверов», ФИО3 и ФИО4, а также ФИО3 и ФИО4 лично, поддержали доводы кассационных жалоб.

ФИО4 также пояснил, что не является и не являлся заинтересованным лицом по отношению к ООО «ПКС», после увольнения из организации должника находится на пенсии, также пояснил, что судами не оценены и не учтены истинные причины несостоятельности должника, приводимые в судах об одностороннем отказе от исполнения обязательств ссо стороны иностранного партнера США.

Представитель ООО «ПКС» также пояснил, что судебные акты о признании сделок недействительными исполнены ответчиком исполнены, товарные знаки возвращены в конкурсную массу должника, кроме того указал, общество является в настоящее время организацией в сфере налаживания параллельного импорта в сфере информационных технологий.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Новые торговые возможности» возражал по доводам кассационных жалоб.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Суд проверяет обоснованность и законность судебных актов в обжалуемых частях.

Изучив доводы кассационных жалоб, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В части привлечения к субсидиарной ответственности ООО «ПКС» и ФИО4

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности указанным лицам управляющим заявлялось совершение сделок по отчуждению нематериальных активов, признанных в судебном порядке недействительными ( бывшему директору должника ФИО4), как следствие извлечение из указанных сделок выгоды ООО «ПКС».

Отказывая в удовлетворении заявления, в данной части, судом первой инстанции были отклонены доводы конкурсного управляющего о привлечении ООО «ПКС» и ФИО4, как генерального директора должника, произведшего отчуждение активов должника в пользу ООО «ПКС», к субсидиарной ответственности, фактически сводящиеся к тому обстоятельству, что была произведена смена корпоративной оболочки бизнеса при наличии задолженности перед кредиторами, поскольку было установлено, что хозяйственная деятельность осуществляемая должником и ООО «ПКС» это два разных «бизнес проекта».

Суд первой инстанции пришел к выводу, что при «переводе» бизнеса выручка ООО «ПКС» и ООО «НТВ» должна быть соизмеримой, по приведенным данным выручка отличается в десятки раз, также установлено, что сотрудники должника не переводились к ответчику, а трудоустраивались после увольнения от Должника, при этом с октября 2019г. у Ответчика не работает ни одного бывшего сотрудника Должника.

Судом также учтено, что удельный вес сборки в выручке от деятельности Должника составлял 10%.

Судом первой инстанции установлено, что производственная база, запасы используемая Ответчиком в хозяйственной деятельности не приобреталась у Должника. Ответчик приобрел основные средства, материалы для осуществления деятельности за счет заемных средств полученных от учредителя, доходов полученных от осуществления финансово-хозяйственной деятельности.

Также установлено, что хозяйственная деятельность ООО «ПКС» отличается по своей структуре от хозяйственной деятельности должника. 

Суд первой инстанции пришел к выводу, что заключение между должником в лице ФИО4, являющимся генеральным директором должника с 07.04.2015 по 28.12.2018, и ООО «ПКС» сделок, впоследствии признанных недействительными, не привело к окончательной неплатежеспособности должника, поскольку на даты совершения указанных сделок у должника оставались товарные запасы на сумму более 86 млн. руб.

Апелляционный суд с указанными выводами суда первой инстанции не согласился, указав, что доводы конкурсного управляющего подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, указывает, что ФИО4 зная о неисполненных обязательствах совершил спорные сделки, причинившие вред должнику, утрачено ликвидное имущество должника, указано на неравноценное встречное исполнение, указывает, что доказательств совершения сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности не представлено.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в результате заключенных между должником в лице ФИО4 и ООО «ПКС» сделок, деятельность должника была фактически прекращена.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ООО «ПКС» фактически в день создания стало обладателем всего бизнеса ООО «НТВ» в результате совершенных сделок, указывает на безвозмездную передачу товарных знаков принадлежащих должнику.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что ООО «ПКС» является лицом фактически аффилированным к должнику, как лицо, безвозмездно получившее активы должника.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что ООО «ПКС» и ФИО4 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании ст.61.11 Закона о банкротстве за совершение сделок, а также как лицо, извлекшее выгоду из данных сделок.

Судебная коллегия суда округа полагает, что в указанной части, судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

Согласно пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: - причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 7 Постановления Пленума ВС РФ № 53,  предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Факт совершения сделки приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления.

Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции мотивированно и в соответствии с вышеуказанными нормами и разъяснениями законодательства установлен несущественный характер вменяемых сделок, приведя подробные мотивы и отклонив доводы конкурсного управляющего как в отношении существенности сделок в отношении поведения бывшего руководителя, так и в отношении приобретателя активов по сделкам, установив самостоятельный характер ведения бизнеса, включая собственные активы и источники их приобретения ответчика.

Судом округа признаны обоснованными выводы суда первой инстанции о том, что заключение между должником в лице ФИО4, и ООО «ПКС» сделок  не привело к окончательной неплатежеспособности должника, поскольку на даты совершения указанных сделок у должника оставались товарные запасы на сумму более 86 млн. руб., судом учтены данные бухгалтерской документации.

Также судом округа признаются обоснованными выводы суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим не представлены достаточные доказательства того, что полное прекращение деятельности должника произошло в связи с «переводом» бизнеса на ООО «ПКС», с учетом вывода суда о различности деятельности сторон и не доказанности заинтересованности между сторонами. Следует отметить, что ссылка суда апелляционной инстанции на фактическую аффилированность исключительно ввиду совершения между сторонами спорных сделок нельзя признать в настоящем случае основанным на нормах права.

При этом судом апелляционной инстанции, при отмене определения суда первой инстанции в указанной части, в нарушение пунктов 12, 13 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не приведены мотивы, по которым он не согласился с указанными выводами суда первой инстанции.

Обстоятельства, установленные судом первой инстанции и не опровергнутые судом апелляционной инстанции, позволяют сделать вывод о том, что у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для переоценки имеющихся в деле доказательств.

Из принципа правовой определенности следует, что судебный акт первой инстанции, основанный на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменен судом апелляции по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данных судом первой инстанции.

В силу части 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (пункт 2). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3).

В полной мере данное разъяснение применимо и к судебному акту по арбитражным делам с учетом норм арбитражного процессуального законодательства.

Суд округа соглашается с выводами суда первой инстанции, что заявителями не доказано возникновение условия привлечения ООО «ПКС» и ФИО4 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пп.2 п.1 ст. 61.11 Закона о банкротстве. 

Поскольку обстоятельства, установленные судом первой инстанции и сделанные на их основании выводы не были опровергнуты судом апелляционной инстанции, принимая во внимание, что судом первой инстанции дана надлежащая оценка всем представленным доказательствам, доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, выводы суда соответствовали правовым подходам Верховного суда РФ, у апелляционного суда отсутствовали основания для отмены определения суда первой инстанции в спорной части, соответствующего нормам материального и процессуального права.

Пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражному суду округа предоставлено право по результатам рассмотрения кассационной жалобы оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

Исходя из установленного нарушения апелляционным судом норм права, которое привело к принятию необоснованного решения, руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, постановление суда апелляционной инстанции в указанной части подлежит отмене, определение суда первой инстанции в указанной части следует оставить в силе.

По вопросу привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности суды пришли к следующим выводам.

В качестве основания для привлечения к ответственности единственного учредителя должника ФИО3 управляющим указывалось необращение в суд с заявлением о банкротстве должника, а также непередача документации конкурсному управляющему.

Суд первой инстанции согласился с доводами конкурсного управляющего о том, что передача 100% доли участия в ООО «НТВ», а также активов компании и бухгалтерской документации от ФИО3 к ФИО7 носила фиктивный характер и прикрывала сокрытие соответствующей документации и ТМЦ Должника, о чем свидетельствует и поведение ФИО7, въехавшего на территорию РФ на 10 дней исключительно для целей оформления документов.

Судом первой инстанции установлено, что разумных объяснений указанным действиям от ФИО3 не получено; ссылка ФИО3 на отсутствие возможности на продолжение участия в деятельности ООО «НТВ» не поясняет отсутствие с его стороны факта погашения существовавшей кредиторской задолженности.

Суд первой инстанции согласился с доводом конкурсного управляющего о том, что субсидиарная ответственность за необеспечение сохранности документации и активов ООО «НТВ», предусмотренная пп.2 п.1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, должна быть возложена на ФИО3, поскольку из материалов дела и представленных доказательств усматривается, что ФИО3 фактически оставил, «бросил» организацию, устранившись от организации ее деятельности в условиях существующих неисполненных обязательств, не предприняв попытки рассчитаться с кредиторами, передав фактически безвозмездно все активы организации лицу, не совершившему ни одного действия с целью продолжения хозяйственной деятельности должника.

Суд первой инстанции установил, что ФИО3 не исполнил обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, предусмотренную ст.9 Закона о банкротстве, поскольку в период с октября 2018 в отношении должника в Арбитражный суд города Москвы было подано 38 исковых заявлений о взыскании дебиторской задолженности.

Апелляционный суд в указанной части согласился с выводами суда первой инстанции, кроме того указывая, что факт недобросовестного поведения ФИО3 подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, принимая во внимание, что 100 % доля участия в ООО «НТВ» была продана Дроздом В.В. ФИО7 за 10 000 руб., на момент отчуждения доли была прекращена фактически деятельность должника, что следует из бухгалтерской и налоговой отчетности, также судом апелляционной инстанции указано, что у должника отсутствовали помещения для хранения активов должника на сумму 80 млн. руб., которые могли бы быть переданы Дроздом В.В. ФИО7, суд ставит под сомнение доводы ФИО3 о наличии каких-либо активов у должника, превосходящих кредиторскую задолженность.

Между тем, в указанной части судами обеих инстанций не учтено следующее.

В силу положений статьи 9 Закона о банкротстве, на руководителя должника возлагается обязанность обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, если имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев задолженность по причине недостаточности денежных средств.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 названной статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами 2, 5 - 8 пункта 1 названной статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве.

Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами 2, 5 - 8 пункта 1 названной статьи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты соответствующих обязательств.

В Определении N 309-ЭС15-16713 от 31.03.2016 Верховный Суд Российской Федерации сформулировал правовую позицию, согласно которой, исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств.

Так при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5, статья 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах 5, 7, пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Суд округа отмечает, что учредителем должника представлялись суду с опровержение данной презумпции пояснения и доказательства в части наличия у Общества плана выхода из кризиса, учредителем предпринимались меры по урегулированию сложившейся кризисной ситуации, возникшей по причине неисполнения своих обязательств по поставке иностранного контрагента, принимались меры по урегулированию кризиса в части уплаты обязательных платежей перед бюджетом, что учитывая масштаб деятельности организации, наличие плана по взаимодействию с налоговым органом и заказчиками услуг, а также то обстоятельство, что ФИО3 рассчитывал на выход из кризиса путем выполнения экономически обоснованного плана, им не было подано заявление о признание должника банкротом.

Согласно позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 302-ЭС20-23984 по делу N А19-4454/2017, при разрешении вопроса о наличии оснований для привлечения директора к субсидиарной ответственности правовое значение имеют иные обстоятельства:

являлся ли план разумным в момент его принятия;

когда негативные тенденции, продолжившиеся в ходе реализации плана, привели предприятие в состояние, свидетельствующее о том, что план себя исчерпал.

Эти обстоятельства, имеющие существенное значения для правильного разрешения спора, однако ошибочно не были установлены судами.

Кроме того, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Аналогичная позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 по делу N 305-ЭС20-11412, А40-170315/2015.

Судами данным обстоятельствам и приводимым аргументам учредителя должника не было дано оценки, в связи с чем, выводы судов по данному основанию нельзя признать обоснованными.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В настоящем случае, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, судами установлено, что Дроздом В.В,, не исполнена обязанность, предусмотренная ст. 126 Закона о банкротстве, по сохранности и передаче документации и активов должника.

Суд округа соглашается с доводами кассатора о том, что судебные акты содержат противоречащие выводы относительно того обстоятельства, что судами было установлено, что по акту приема-передачи ФИО7 Дроздом В.В. были переданы товарные запасы на сумму более 86 млн. руб.

В свою очередь, сделан вывод о неисполнении соответствующей обязанности.

Заявитель настаивает на полной передаче будущему руководителю по Акту приема-передачи все документации и материальных активов, а учитывая специальный предмет бизнеса, полагает, что наличие складов для хранения активов, не являлось необходимым.

Следует согласиться, что судебные акты не содержат оценки полного перечня переданных документов и имущества последующему руководителю по представленному в материалы дела Акту, и как следствие вывода о том, отсутствие каких документов затруднило соответствующие мероприятия в процедуре банкротства.

Вывод о недобросовестности покупателя 100% доли должника презюмирован как недобросовестность бывшего участника должника, без мотивов противоправного поведения и умысла самого учредителя. При этом сама сделка по продаже 100% не заявлялась в качестве основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В соответствии со статьей 71, частью 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, путем всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования и оценки имеющихся в деле доказательств.

Согласно пункту 7 статьи 71, пункту 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, приведенные в обоснование их требований и возражений.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 287 АПК РФ, по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить обжалуемый акт суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено.

В связи с чем, судебные акты в отношении ФИО3 подлежат отмене, а спор в данной части направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, установить существенные обстоятельства, дать оценку всем представленным доводам и доказательствам, учесть правовые позиции Верховного суда РФ, имеющие значение для правильного разрешения спора, верно распределить бремя доказывания, дать оценку доводам, рассмотреть заявленные сторонами ходатайства с учетом целей судопроизводства, применить правовые позиции Верховного суда РФ, дать полную и всестороннюю оценку доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, результаты оценки доказательств отразить в судебном акте.

руководствуясь статьями 176, 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 по делу № А40-81291/2019 в части привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Производство компьютеров и серверов», ФИО4, отменить, в данной части определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.11.2021 года оставить в силе.

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.11.2021, постановление Девятого Арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 по делу № А40-81291/2019 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 отменить, в отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                     Ю.Е. Холодкова

Судьи:                                                                                 Н.Н. Тарасов

Н.Я. Мысак