ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-4736/2022

г. Челябинск

25 мая 2022 года

Дело № А07-31063/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 мая 2022 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н., 

судей  Матвеевой С.В., Румянцева А.А.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО2  на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.03.2022 по делу № А07-31063/2018.

В судебном заседании приняли участие:  представитель ФИО2 - ФИО3 (паспорт, диплом, доверенность 18.05.2022).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.01.2019 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим имущества должника утвержден ФИО4 (член Некоммерческого партнерства – союза Межрегиональная саморегулируема организация профессиональных арбитражных управляющих «Альянс управляющих», ИНН: 

<

***>, номер в реестре арбитражных управляющих: 29, адрес направления корреспонденции: 450047, РБ, 

<

...>). 

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реструктуризации долгов гражданина, опубликовано в ЕФРСБ 17.01.2019, № сообщения 33946426, в газете «Коммерсантъ» 26.01.19. 

Решением от 05.02.2020 процедура реструктуризации долгов гражданина ФИО2 (дата рождения: 12.02.1978 , место рождения: гор.Нефтекамск Башкирской АССР, адрес регистрации: 

<

...>, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) завершена, введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. 

Определением суда от 03.03.2020 требования финансового управляющего удовлетворены, ФИО4 освобожден от возложенных на него обязанностей финансового управляющего должника. Финансовым управляющим имущества должника утверждена ФИО5 - член Некоммерческое партнерство «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие», (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в реестре арбитражных управляющих – 11938, адрес для направления корреспонденции: 450106, 

<

...>). 

Финансовый управляющий ФИО5 обратилась в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением:

о признании недействительным договора купли-продажи от 13.06.2017г., заключенного ФИО2 с ФИО6, по продаже нежилого помещения 197,1 кв.м. кадастровый номер 02:66:010210:1030, расположенного по адресу 

<

...>; 

о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 06.09.2017г., заключенного ФИО6 с ФИО7, по продаже нежилого помещения 197,1 кв.м. кадастровый номер 02:66:010210:1030, расположенного по адресу 

<

...>; 

о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 02.10.2019г., заключенного ФИО7 с ФИО8, по продаже нежилого помещения 197,1 кв.м. кадастровый номер 02:66:010210:1030, расположенного по адресу 

<

...>; 

о возврате в конкурсную массу нежилого помещения 197,1 кв.м. кадастровый номер 02:66:010210:1030, расположенного по адресу 

<

...>; 

о применении последствий недействительности сделки в виде исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи от 19.06.2017г. 02:66:010210:1030- 02/113/2017-4 о прекращении права собственности ФИО2, на нежилое помещение 197,1 кв.м. кадастровый номер 02:66:010210:1030, расположенного по адресу 

<

...>; 

о применении последствий недействительности сделки в виде исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи от 19.06.2017г. 02:66:010210:1030- 02/113/2017-5 о приобретении права собственности ФИО6 на нежилое помещение 197,1 кв.м. кадастровый номер 02:66:010210:1030, расположенного по адресу 

<

...>; 

о применении последствий недействительности сделки в виде исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи от 20.09.2017г. 02:66:010210:1030- 02/113/2017-7 о приобретении права собственности ФИО7 на нежилое помещение 197,1 кв.м. кадастровый номер 02:66:010210:1030, расположенного по адресу 

<

...>; 

о применении последствий недействительности сделки в виде исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи от 05.12.2019г. 02:66:010210:1030- 02/113/2019-11 о приобретении права собственности ФИО8 на нежилое помещение 197,1 кв.м. кадастровый номер 02:66:010210:1030, расположенного по адресу 

<

...>.

Определением от 18.03.2022 заявление удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что вывод суда о причинении оспариваемыми сделками вреда кредиторам основан на наличии задолженности перед кредиторами, однако судом необоснованно проигнорирован довод о том, что вся включенная в реестр требований кредиторов задолженность погашена. Отклоняя довод об отсутствии обязанности по погашению мораторных процентов в процедуре банкротства как основания для признания сделки недействительно, суд не учел, что мораторные проценты не являются реестровыми требованиями, а являются неустойкой и подлежат погашению после погашения всех включенных в реестр требований кредиторов требований. В частности для прекращения производства по делу о банкротстве в связи с удовлетворением всех требований кредиторов необходимо, чтобы требования были погашены только в части, включенной в реестр, не требуется погашения процентов, предусмотренных пунктом 2 статьи 81, пунктом 2 статьи 95, и пунктом 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве, и текущих платежей.  Права кредиторов на получение мораторных процентов, а также штрафов и неустоек после погашения всех требований кредиторов, включенных в реестр, не нарушаются, поскольку кредитор вправе предъявить должнику в общеисковом порядке требования о взыскании оставшихся неуплаченными мораторных процентов, которые начислялись за время процедур банкротства по правилам Закона о банкротстве.

Определением от 26.04.2022 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание на 20.05.2022.

В судебном  заседании  представитель  ФИО2 поддержал  доводы  и требования  апелляционной  жалобы.

ПАО «МТС-Банк»  не согласился  с доводами  апелляционной жалобы, о чем представлен  отзыв.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует  из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 13.06.2017 должником отчуждено нежилое помещение — столярный цех 197,1 в.м.. кадастровый номер 02:66:010210:1030, расположенное по адресу 

<

...> ФИО6 по цене 5 000 000 руб. 

06.09.2017 вышеуказанное помещение ФИО6 продано ФИО7 по цене 5 000 000 руб. 

02.10.2019 объект недвижимости приобретен ФИО8 по цене 2 000 000 руб. 

В настоящее время право собственности зарегистрировано за ФИО8 

Финансовый управляющий, обращаясь с настоящим заявлением, указал, что цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом прикрывается единая сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю ФИО8; оспариваемые договора являются недействительными сделками, совершенными в отношении заинтересованного лица и повлекшими уменьшение конкурсной массы должника.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования, исходил из того, что является доказанным факт причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, сделка является мнимой, поскольку переход владения столярной мастерской приобретателям не доказан, так как ФИО6, ФИО7 и ФИО8 не представлены доказательства финансовой состоятельности на день совершения сделок и произведенной оплаты по договорам купли-продажи столярного цеха и реального исполнения обязательств, а также экономической целесообразности приобретения ими столярной мастерской. Кроме того, как следует из ответа МУП «Нефтекамскводоканал» договор холодного водоснабжения и водоотведения по адресу: РБ , 

<

...> был заключен с ФИО2 и расторгнут 09.11.2021. Согласно платежным поручениям с июня по август 2021 вносителем денежных средств по договору с пометкой (за ФИО2), являлся индивидуальной предприниматель ФИО8 Должником не представлены доказательства того, как им были истрачены денежные средства, полученные за реализованный объект недвижимости. Суд отклонил  довод  об  отсутствии  цели  причинения вреда, поскольку  не все  требования  кредиторов, включенные в реестр,   были погашены,  также  не исполнена обязанность   по  погашению  мораторных процентов.

Заслушав представителя  подателя  апелляционной  жалобы, исследовав  представленные в материалы  дела  доказательства с учетом  доводов  апелляционной  жалобы, суд  апелляционной  инстанции  не  находит оснований для  отмены  судебного акта  в силу  следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Поскольку сделки совершены 13.06.2017, 06.09.2017, 02.10.2019, они могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абз. 3 - 5 данного пункта.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии разъяснениями, содержащимися в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», судам, в случае оспаривания подозрительной сделки надлежит проверять наличие обоих оснований, установленных как п. 1, так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно части 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок.

Таким образом, по смыслу приведенных разъяснений цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

При этом само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора. Однако существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, якобы передаваемым по последовательным притворным сделкам.

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем финансовый управляющий. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009).

Как разъяснено в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017) (утв. постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2017), при рассмотрении спора о признании недействительной сделки на основании положений пункта 3 статьи 61.2 Закона о банкротстве для определения того, причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки совершены 13.06.2017, 06.09.2017, 02.10.2019, то есть в течение трех лет до возбуждения производства дела о банкротстве (31.10.2018), в связи с чем, могут быть оспорены по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлена аффилированность между должником и последним владельцем - ФИО8. 

Так, согласно ответу ГК Республики Башкортостан по делам юстиции от 17.11.2020 следует, что ФИО2 25.07.2003 заключил брак с ФИО9, которая является родной сестрой ФИО8.

Кроме того, аффилированность должника и ФИО8 подтверждает то обстоятельство, что при рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО8 подавал в суд документы от имени ФИО2 (например, заявление от 09.11.2021, которое отклонено канцелярией суда от 25.11.2021), а ФИО2 04.02.2022посредством подачи документов в информационной системе подал ходатайство об отложении судебного заседания, прикрепив свое заявление, а также заявления ФИО8, ФИО7 и ФИО6, а 18.01.2022 ФИО2 за ФИО8 представил документы: выписку по счету дебетовой карты по операциям с 01.01.2018 по 31.12.2018.

На дату совершения сделки у должника имелась задолженность перед кредиторами на общую сумму 13 312 735, 52 руб., в том числе:

ПАО «МТС-Банк» в сумме 10 580 761, 56 руб., включенная в реестр требований кредиторов должника определением от 10.06.2019,

АО «СМП Банк» в сумме 88 037,26 руб., включенная в реестр требований кредиторов должника определением от 20.03.2019,

ФНС России в сумме 43 936, 70 руб., включенная в реестр требований кредиторов должника определением от 29.04.2019,

ФИО10 в размере 2 600 000 руб., включенная в реестр требований кредиторов должника определением от 12.12.2019.

Переход владения столярной мастерской приобретателям не доказан, поскольку ФИО6, ФИО7 и ФИО8 не представлены доказательства финансовой состоятельности на день совершения сделок и произведенной оплаты по договорам купли-продажи столярного цеха и реального исполнения обязательств, а также экономической целесообразности приобретения ими столярной мастерской.

Кроме того, как следует из ответа МУП «Нефтекамскводоканал» договор холодного водоснабжения и водоотведения по адресу: РБ , 

<

...> был заключен с ФИО2 и расторгнут 09.11.2021. Согласно платежным поручениям с июня по август 2021 вносителем денежных средств по договору с пометкой (за ФИО2), являлся индивидуальный предприниматель ФИО8

Должником не представлены доказательства того, как им были истрачены денежные средства, полученные за реализованный объект недвижимости.

Принимая во внимание наличие указанных доказательств, суд  первой  инстанции  пришел к  правомерному выводу о том, что оспариваемые сделки совершены заинтересованными лицами, с целью вывода имущества должника из конкурсной массы в целях причинения вреда кредиторам.

В рассматриваемом случае права кредиторов на истребование имущества из владения ФИО8, являющегося стороной прикрываемой сделки, по которой помещение выбыло из владения должника, подлежат защите с использованием правового механизма, установленного частями 1 и 2 статьи 167  ГК РФ, а не путем удовлетворения виндикационного иска.

В материалы настоящего  обособленного спора представлено заявление  должника о прекращении процедуры банкротства в  связи с погашением всех требований  кредиторов (л.д. 104, т. 2).

В соответствии с абзацем 7 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве арбитражный суд прекращает производство по делу о банкротстве в случае удовлетворения всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Как следует из разъяснений, содержащихся  в пункте  11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - постановление Пленума ВАС РФ N 35) в силу абзаца шестого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве суд прекращает производство по делу о банкротстве в случае погашения  всех требований кредиторов, включенных в реестр.   Кроме того, для прекращения производства по делу по данному основанию необходимо, чтобы требования кредиторов были погашены только в части, включенной в реестр; не требуется погашения процентов, предусмотренных пунктом 2 статьи 81, пунктом 2 статьи 95 и пунктом 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве, и текущих платежей. Однако,  если будет установлено, что должник с учетом его текущего финансового состояния и разумных прогнозов его развития заведомо неспособен будет расплатиться по всем своим, в том числе непросроченным обязательствам, то суд  не прекращает производство по делу.

Согласно представленным финансовым управляющим сведениям требования кредиторов части 1 раздела 3 реестра требований кредиторов удовлетворены в полном объеме, требования кредиторов части 2 раздела 3 реестра требований кредиторов удовлетворены в размере 99,99% в соответствии с положениями статьи 213.27 Закона о банкротстве за счет выручки от реализации залога, что подтверждается реестром требований кредиторов, выпиской по счету и квитанциями о погашении (л.д. 138, т. 2).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.12.2021 по делу №А07-31063/18 установлены мораторные проценты, исчисленные исходя из ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату введения реструктуризации долгов гражданина (15.01.2019), равной 7,75 % в размере 1 754 594,64 руб., которые не погашены.

Определением от 01.02.2022  суд  первой  инстанции предложил финансовому  управляющему представить сведения  об  имеющейся  задолженности на  день рассмотрения  обособленного спора.

  Определением от 08.02.2022 суд  первой  инстанции предложил финансовому  управляющему представить  информацию о том, имеется  ли в конкурсной массе  имущество в размере,  позволяющем погасить мораторные проценты.  

 Конкурсный  управляющий представил  распечатку, согласно  которой в конкурсную массу должника включено имущество и права требования на общую сумму рыночной стоимостью 14 323 210, 75 руб., реализовано имущество должника на сумму 12 956 000 руб. (л.д. 127, т. 2). 

   Не реализовано право  требования  к  ФИО11  И- 131 000 руб.  ФИО12,- 278 940 руб. (торги  заканчиваются  12.06.2022),  имеются денежные  средства  957 270 руб.(л.д.127).

   Доказательства вероятности взыскания  дебиторской  задолженности в материалы  дела не  представлены.     Сведения  о  размере текущих расходов и  непросроченных обязательств не  представлены.

   Таким образом,   оснований для вывода  о том, что    вся включенная в реестр требований кредиторов задолженность, в  том числе по мораторным процентам,  погашена или  будет погашена  в  будущем в случае прекращения производства по делу, не  имеется. 

   Также неверным  является   довод подателя  жалобы  о том, что мораторные проценты не являются реестровыми требованиями, а являются неустойкой и подлежат погашению после погашения всех включенных в реестр требований кредиторов требований.

Общим последствием введения процедуры банкротства является установление моратория, то есть запрета на начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по обязательствам должника (за пользование займом, по кредиту, коммерческому кредиту). Вместо этого по смыслу законодательства о банкротстве кредиторы получают право на специальные (мораторные) проценты.

Как следует из положений пункта 4 статьи 63, пункта 2 статьи 81, абзаца четвертого пункта 2 статьи 95 и пункта 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве на сумму требования кредиторов начисляются проценты в размере ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату введения соответствующей процедуры.

В силу пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве мораторные проценты, начисляемые в ходе процедур банкротства, уплачиваются в ходе расчетов с кредиторами одновременно с погашением основного требования до расчетов по санкциям (пункт 7 постановления N 88).

Мораторные проценты входят в состав процентов по требованию залогового кредитора, погашаемых в силу абзаца первого пункта 1 и абзаца первого пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве преимущественно перед требованиями остальных кредиторов (пункт 8 постановления N 88).

По смыслу приведенных норм и разъяснений мораторные проценты по требованию залогового кредитора подлежат удовлетворению после погашения требований всех кредиторов третьей очереди (включая незалоговых) преимущественно перед удовлетворением необеспеченных требований кредиторов по мораторным процентам.

Аналогичный порядок установлен для процедуры реструктуризации долгов гражданина, в соответствии с которым начисление мораторных процентов осуществляется финансовым управляющим после удовлетворения в полном объеме требований кредиторов в соответствии с реестром требований кредиторов и при условии достаточности у гражданина денежных средств для уплаты процентов (абзац второй пункта 2 статьи 213.19 Закона о банкротстве).

В  рассматриваемом случае признание  сделки  недействительной  и применение  последствий  ее  недействительности  направлено на полное погашение  требований залогового  кредитора по мораторным  процентам  и   текущих расходов.

В  этой  связи  доводы   подателя  апелляционной  жалобы  отклоняются.

Соразмерность требований заявителя нарушенному субъективному праву является одним из критериев юридически значимого поведения участников гражданского оборота в сфере защиты гражданских прав.

Суд считает, что  имеется  соразмерность  требования   о признании  сделки  недействительной и применение последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу нежилого помещения  нарушенному субъективному  праву, при  этом отсутствуют основания  для признания   сделки недействительной в части.

Сделка  совершена  в период, когда у  должника  была  значительная    задолженность перед кредиторами  и  направлена  на вывод  ликвидного актива.

В  этой  связи  оснований  для отмены  судебного  акта и удовлетворения  апелляционной  жалобы  не  имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.03.2022 по делу № А07-31063/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу  ФИО2 – без  удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяМ.Н. Хоронеко 

Судьи:          С.В. Матвеева

                                                                                           А.А. Румянцев