Дело № А43-46373/2018

29 октября 2020 года

г. Владимир

Резолютивная часть постановления объявлена 22.10.2020.

Постановление

 в полном объеме изготовлено 29.10.2020.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Рубис Е.А., 

судей Протасова Ю.В., Волгиной О.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Проект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 14.08.2020 по делу № А43-46373/2018, 

принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Проект» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя ФИО3,

при участии в судебном заседании: от ФИО3 – ФИО4 на основании доверенности серия 52 АА № 453601 от 17.12.2019 сроком действия три года.

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил следующее.

В рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Проект» (далее - должник, ООО «Проект») конкурсный управляющий ООО «Проект» ФИО2 обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Определением от 14.08.2020 Арбитражный суд Нижегородской области в удовлетворении заявления отказал. 

Конкурсный управляющий должника ФИО2 не согласился с определением суда первой инстанции от 14.08.2020 и обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить по основаниям, изложенным в жалобе, и принять по делу новый судебный акт. 

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что решением Арбитражного суда Владимирской области от 24.07.2018 г. по делу №А11- 6365/2018 установлено, что 20.02.2012 между ООО «ПРОЕКТ» и ООО «Формат СК» был заключен договор № 98/2012, согласно пункту 1.1. которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по выполнению следующего комплекса работ: обеспечение размещения рекламно-информационных материалов Клиентарекламодателя на средствах наружной рекламы (рекламоносителях); техническое обслуживание РИМ в течение всего срока размещения.

Во исполнение названного договора ООО «Формат СК» в период с мая по октябрь 2017 года оказал ООО «Проект» услуги по размещению рекламно-информационных материалов на общую сумму 680 000 руб., которые ответчик принял по актам от 31.05.2017 № 219, от 30.06.2017 № 270, от 31.07.2017 № 301, от 31.08.2017 № 344, от 30.09.2017 № 392. от 31.10.2017 № 449.

Однако ООО «Проект» не оплатил задолженность в размере 448 000 руб., в связи с чем, ООО «Формат СК» было вынуждено обратиться в суд.

Таким образом, последний акт о приемке работ (услуг) между ООО «Проект» и ООО «Формат СК» был подписан 31.10.2017 г., соответственно обязательство по оплате задолженности в размере 448 000,00 руб. возникло 31.10.2017 г.

Решением Арбитражного суда Владимирской области от 24.07.2018 г. по делу №А11- 6365/2018 вышеуказанная задолженность подтверждена, однако, это не меняет момента возникновения соответствующим обязательств, так как судом лишь подтверждена уже имевшееся обязательство ООО «ПРОЕКТ» перед ООО «Формат СК».

Таким образом, 31.01.2018 г. у ООО «ПРОЕКТ» возникли признаки неплатежеспособности.

ФИО3 обязан был обратиться в суд с заявлением Должника о признании несостоятельным (банкротом) в период с 31.01.2018 г. по 31.02.2018 г. однако соответствующего заявления подано не было.

О неплатежеспособности Должника на период января 2018 г. свидетельствует предоставленный в материалы дела анализ финансово-хозяйственной деятельности ООО «ПРОЕКТ».

По мнению заявителя апелляционной жалобы, исходя из анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «ПРОЕКТ» за 2014-2018 года на момент возникновения обязательств перед ООО «Формат СК» (31.10.2017г.) должник имел неудовлетворительные показатели коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности и находился в состоянии имущественного кризиса.

Имущество, а так же иные активы, позволяющие удовлетворять требования ООО «Формат СК», исходя из анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «Проект», у Должника отсутствовали.

О неплатежеспособности должника так же свидетельствует бухгалтерский баланс Должника.

Согласно сведениям из бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2017 г. совокупные активы должника составляли 7 623,00 тыс. руб. а размер обязательств составлял 15 687,00 тыс. руб., что показывает, что обязательства должника двукратно превышали совокупные активы должника.

Так же в период с 2016-2017г. ООО «ПРОЕКТ» вело убыточную деятельность, об этом свидетельствует показатель чистой прибыли (убытка) который на 31.12.2017 г. составлял -6 216,00 руб.

Начиная с января 2018 г. для руководителя ООО «ПРОЕКТ’ являлось очевидным, что должник не имел возможности рассчитаться в полном объеме со своими кредиторами, и удовлетворение требований одного кредитора приводило к невозможности удовлетворения требований других кредиторов. Соответственно, у руководителя должника с 31.01.2018 г. возникла предусмотренная пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом. Вместе с тем руководитель должника не только не обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и не предпринимал меры по предотвращению несостоятельности (банкротства) должника, погашению требований кредиторов.

Более того, руководитель должника продолжал убыточную деятельность общества, в результате которой возникли новые обязательства.

В дополнении к апелляционной жалобе заявитель указывает, что в соответствии с представленным в материалы дела балансом ООО «Проект» на последнюю отчетную дату 2018 год, активы предприятия составляли       6 229 000 руб., кредиторская задолженность 14 525 000 руб.

В настоящее время в реестр требований включены:

1. Задолженность перед ООО «Арт-Студия» в размере 523 710,00 руб. основанная на Решении Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-45657/18- 62-334 от 28.04.2018 года.

2. Задолженность перед ООО «Боше-Инвест» в размере 176 059,00 руб. основанная на Решении Арбитражного суда Белгородской области от 26 сентября 2018 по делу № А08-8000/2018.

3. Задолженность перед ООО «Инфо-Ю» в размере 145 816 руб. основанная на Решении Арбитражного суда Тамбовской области от 21.11.2018 по делу № А64-5604/2018.

4. Задолженность перед ООО «Формат СК» в размере 704 568,00 руб.

Таким образом, по мнению заявителя апелляционной жалобы, после возникновения задолженности перед ООО «Формат СК» Должник стал систематически наращивать кредиторскую задолженность, что свидетельствует о признаках наступления объективного банкротства.

Так же о наступлении неплатежеспособности свидетельствуют и финансовые результаты Должника, указанные в бухгалтерском балансе, в период возникновения задолженности.

Кроме того, конкурсный управляющий указал, что на момент введения процедуры банкротства у Должника отсутствует какое либо движимое/недвижимое имущество, за счет которого возможно удовлетворение требований кредиторов.

По мнению конкурсного управляющего, ответчиком не были представлены доказательства того, что несмотря на финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата,  выполняя экономически обоснованный план.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал позицию, изложенную в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При принятии судебного акта суд руководствовался статьями 2, 9, 32, 61.10, 61.11, 61.12, 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.2017 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», пунктами 18, 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», статьями 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 N 14-П, статьями 184-186, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и исходил из того, что заявителем не доказана вся совокупность обстоятельств, входящих в предмет доказывания по настоящему делу.

Первый Арбитражный апелляционный суд, изучив материалы обособленного спора в деле о банкротстве, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, дополнении к ней, отзыве на нее, заслушав участника процесса,  проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 12.09.2019 общество с ограниченной ответственностью «Проект» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В Арбитражный суд Нижегородской области в порядке ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» обратился конкурсный управляющий ООО «Проект» ФИО2 с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на непередачу руководителем должника конкурному управляющему бухгалтерской и иной документации, что повлекло невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов. Кроме того, руководителем должника не выполнена обязанность по подаче заявления должника в арбитражный суд.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.2017 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» ст. 10 Закона о банкротстве, ранее регулирующая вопросы привлечения к субсидиарной ответственности, признана утратившей силу, а Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В соответствии с вышеуказанным Законом рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст.10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего закона).

С рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий обратился 01.11.2019, учитывая период возникновения обстоятельств, послуживших основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, в данном случае производство по делу должно производиться по правилам гл. III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

В силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Согласно сведений из ЕГРЮЛ ФИО3 с момента создания ООО «Проект» осуществлял функции единоличного исполнительного органа и являлся участником общества с размером доли в уставном капитале 100%.

Из выписки из ЕГРЮЛ следует, что основным видом деятельности ООО «Проект» являлась рекламная деятельность.

В соответствии с представленным в материалы дела балансом ООО «Проект» на последнюю отчетную дату 2018 год, активы предприятия составляли 6 229 000 руб., кредиторская задолженность 14 525 000 руб.

Субсидиарная ответственность руководителя является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В главе III.2 Закона о банкротстве установлены ряд оспоримых презумпций и порядок их опровержения, исходя из которых арбитражный суд должен определить объем обстоятельств, входящих в предмет доказывания, и распределить бремя доказывания.

Согласно пп. 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно пункту 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно абз.2 п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

В силу п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает на непередачу ФИО3 бухгалтерской и иной документации.

Судом верно установлено, что ФИО3 представлены три описи документов, переданных конкурсному управляющему ФИО2 почтовым оправлением с отметкой о принятии документов согласно описи, почтовые квитанции.

ФИО3 указывает, что деятельность ООО «Проект» была связана исключительно с размещением наружной рекламы, какого-либо недвижимого имущества у организации не было, прибыль получали от исполнения договоров, активы предприятия составляла дебиторская задолженность.

Определением суда от 08.11.2019 у ФИО3 истребована документация, подлежащая передаче конкурсному управляющему.

Во исполнение указанного определения ФИО3 направлена вся документация ООО «Проект» в адрес конкурсного управляющего ФИО2, что подтверждается тремя почтовыми отправлениями от 22.11.2019 с описью вложения (вес отправлений 18 кг 260г, 19 кг 920 г, 10 кг 680 г).

Из представленной описи вложения следует, что конкурсному управляющему отправлены помимо всей бухгалтерской документации, в том числе регистры бух учета, расшифровки дебиторской/кредиторской задолженности с приложением актов сверок по ним, первичные документы (договоры, акты, счета, накладные, платежки) в оригиналах, все договоры 2015-2018 гг, банковские выписки по всем счетам 2015-2019 гг.

Согласно отчету об отслеживании почтовых оправлений указанная корреспонденция получена ФИО2 29.11.2019 и 31.12.2019.

Материалы дела не содержат сведений об обращении конкурсного управляющего к ФИО3 с требованиями о передаче дополнительной документации после 31.12.2019.

Таким образом, коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции, что из материалов дела следует, что ФИО3 исполнил обязанность и передал всю имеющуюся у него документацию ООО «Проект» конкурсному управляющему.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО3 передал конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию. Конкурсным управляющим не доказано в надлежащем порядке как не предоставление документации существенно повлияло на формирование конкурсной массы и процедуру взыскания дебиторской задолженности, составляющей основной актив должника.

Таким образом, коллегия судей соглашается с итоговым выводом суда первой инстанции, что конкурсным управляющим должника не доказана причинно-следственная связь между действиями ФИО3 по непередаче документации должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Поскольку вся бухгалтерская документация передана конкурсному управляющему в соответствии с описями, отсутствуют предусмотренные законом в этой части основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, ввиду как отсутствия объективной стороны в виде бездействия, так и субъективной в виде умышленных действий по сокрытию документов.

Доводы заявителя о неисполнении ФИО3 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, судом первой инстанции правомерно отклонены.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами: органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве устанавливает, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Судом первой инстанции установлено, что в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на решение от 24.07.2018 по делу А11-6365/2018, которым с ООО «Проект» в пользу ООО «Формат СК» взыскано 448 000 руб. задолженность за оказание услуг по размещению рекламно-информационных материалов по актам от 31.05.2017, от 30.06.2017, от 31.07.2017, от 31.08.2017, от 30.09.2017, от 31.10.2017.

Таким образом, конкурсный управляющий делает вывод, что с 31.10.2017 должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку не производил плату за оказанные услуги.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, неисполнение ответчиком обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом привело к увеличению кредиторской задолженности:

Неисполнение обязанности ФИО3 по обращению в суд с заявлением Должника о собственном банкротстве привело к увеличению кредиторской задолженности, а именно:

1. Задолженность перед ООО «Арт-Студия» в размере 523 710,00 руб. основанная на Решении Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-45657/18-62-334 от 28.04.2018 года.

2. Задолженность перед ООО «Боше-Инвест» в размере 176 059,00 руб. основанная на Решении Арбитражного суда Белгородской области от 26 сентября 2018 по делу № А08-8000/2018.

3. Задолженность перед ООО «Инфо-Ю» в размере 145 816 руб. основанная на Решении Арбитражного суда Тамбовской области от 21.11.2018 по делу № А64-5604/2018.

Также, по мнению конкурсного управляющего (изложено в апелляционной жалобе), ответчик обязан был обратиться в суд с 31.01.2018 по 31.02.2018, что подтверждается предоставленным в материалы дела анализом финансово-хозяйственной деятельности ООО «ПРОЕКТ» (неплатежеспособность должника имела место быть по состоянию на период на январь 2018 г.). 

Как следует из материалов дела, ФИО3 указывает, что вся деятельность предприятия за весь период ее существования строилась исключительно на получении прибыли от получения заказов по размещению наружной рекламы. В условиях задержки оплат со стороны заказчиков случались задержки со стороны ООО «Проект» по оплате выполненных услуг перед своими контрагентами. Вместе с тем, весь актив предприятия в виде дебиторской задолженности являлся реальным ко взысканию и он как руководитель должника рассчитывал на нормальное продолжение деятельности без негативных последствий для должника и кредиторов.

Как ранее указано, конкурсным управляющим представлен анализ финансового состояния ООО «Проект», выполненный на дату 19.08.2019.

Конкурсный управляющий указывает, что исходя из анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «ПРОЕКТ» за 2014-2018 года на момент возникновения обязательств перед ООО «Формат СК» (31.10.2017 г.) должник явно имел неудовлетворительные показатели коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности и находился в состоянии имущественного кризиса.

Имущество, а так же иные активы, позволяющие удовлетворять требования ООО «Формат СК», исходя из анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «Проект», у Должника отсутствовали.

Согласно сведениям из бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2017 г. совокупные активы должника составляли 7 623,00 тыс. руб. а размер обязательств составлял 15 687,00 тыс. руб., что показывает, что обязательства должника двукратно превышали совокупные активы должника.

Конкурсный управляющий указывает, что в период с 2016-2017г. ООО «ПРОЕКТ» вело убыточную деятельность, об этом свидетельствует показатель чистой прибыли (убытка) который на 31.12.2017 г. составлял -6 216,00 руб. 

По мнению конкурсного управляющего, начиная с января 2018 г. для руководителя ООО "ПРОЕКТ" являлось очевидным, что должник не имел возможности рассчитаться в полном объеме со своими кредиторами, и удовлетворение требований одного кредитора приводило к невозможности удовлетворения требований других кредиторов. Соответственно, у руководителя должника с 31.01.2018 г. возникла предусмотренная пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом. Вместе с тем руководитель должника не только не обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и не предпринимал меры по предотвращению несостоятельности (банкротства) должника, погашению требований кредиторов.

Коллегией судей установлено, что исходя из анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «ПРОЕКТ» за 2014-2018 года на момент возникновения обязательств перед ООО «Формат СК» (31.10.2017 г.) должник явно имел неудовлетворительные показатели коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности и находился в состоянии имущественного кризиса.

1.Коэффициент текущей ликвидности (при нормативном значении от 1.0 до 2.0) на:

- 31.12.2015г. составлял 0,4668;

- 31.12.2016 г. составлял 0,8382;

31.12.2017 г. составлял 0.4859;

31.12.2018 г. составлял 0,6354;

Таким образом, в 2018 году прослеживается положительная динамика коэффициента текущей ликвидности по отношению к 2017 году.

2.Коэффициент автономии (финансовой независимости) при нормативном значении более 0,5 на

31.12.2016 г. составлял -0.1930.

31.12.2017 г. составлял -1,0579,

31.12.2018 г. составлял-1,3318,

Таким образом, видна положительная динамика в значениях коэффициента финансовой независимости, при нормативном значении более 0,5 в 2018 году он составлял 1,3318.

В отношении довода о степени платежеспособности по текущим обязательствам (чем выше значение данного коэффициента, тем неплатежеспособнее организация), судом установлено, что по состоянию на 31.12.2016 г. Данный коэффициент составлял 2,86959, по состоянию на 31.12.2017 г. он составлял 5,93830, по состоянию на 31.12.2018 г. составлял 2420,83333;

При этом, согласно финансовому анализу, по состоянию на 31.12.2017 г. совокупные активы должника составляли 7 623,00 тыс. руб. а размер обязательств составлял 15 687,00 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2018 балансовая стоимость активов составила 6 229 тыс. руб., обязательств 14 525 тыс. руб.

Однако, как следует из электронного дела, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 08.04.2019 признано обоснованным требование  общества с ограниченной ответственностью  «Арт-Студия» и включена в третью очередь реестра  требований кредиторов должника  задолженность в размере 523 710 руб.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 14.10.2019 в реестр требований кредиторов должника включены требования ФНС России в лице ИФНС России по Советскому району г.Н. Новгорода в размере 3 889 руб. 91коп.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 21.01.2020 в реестр требований кредиторов должника включены требования общества с ограниченной ответственностью «Боше-Инвест» в размере 176 059 руб.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 27.03.2020 в реестр требований кредиторов должника включены требования общества с ограниченной ответственностью «Инфо-Ю» в  размере 145 816 руб.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 05.10.2020 в реестр требований кредиторов должника включены требования общества с ограниченной ответственностью "Формат СК" в размере 704 568 руб.

Общая сумма задолженности, включенная в реестр требований кредиторов должника, составляет 1 554 042, 91 руб.

Таким образом, данные в отношении кредиторской задолженности отраженные в балансе должника являются некорректными, исходя из фактического размера требований кредиторов включенных в реестр требований должника, и отклоняется довод конкурсного управляющего, что обязательства должника двукратно превышали совокупные активы должника.

Кроме того, как следует из текста финансового анализа (т.1 л.д.81-108), что согласно справке о состоянии расчетов по налогам, сборам, страховым взносам, пеням, штрафам, процентам по состоянию на 29.05.2019, у должника имеется переплата в бюджет в размере: 23876, 10 руб., в том числе: 17449, 74 руб. – страховые взносы на ОПС до 01.01.2017, 25,58 руб. – страховые взносы на ОПС до 01.01.2017 (пени), 2354 руб. – НДФЛ, 1,62 руб. – страховые взносы на ОСС до 01.01.2017, 4045, 16 руб. – страховые взносы на ОМС до 01.01.2017.

Также, как верно указал суд первой инстанции, представленный конкурсным управляющим анализ финансового состояния ООО «Проект» выполненный на дату 19.08.2019, показал, что финансовые и другие оборотные активы составляют существенную долю активов должника от 58,45% в 2015 году до 100% в 2018 году. При этом, конкурсный управляющий указал, что определить размер дебиторской задолженности не представилось возможным ввиду отсутствия документации.

Однако, как верно указал суд первой инстанции, на момент рассмотрения заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий располагал необходимой документацией для проведения надлежащего финансового анализа, вместе с тем анализ существенного актива ООО «Проект» конкурсным управляющим не произведен.

С учетом изложенного, как верно указал суд первой инстанции, факт наличия просроченной задолженности перед одним контрагентом сам по себе не может повлечь вывод о несостоятельности или неплатежеспособности должника, а лишь представляет собой нарушение со стороны должника денежного обязательства. Не следует отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельным кредиторам.

Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Неплатежеспособность не является тождественным понятием неоплаты конкретного долга отдельному кредитору. Неоплатность, как критерий очевидной несостоятельности для целей привлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности нельзя отнести к критериям, как основание для привлечения к субсидиарной ответственности.

Так, согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

При этом суд также отмечает, что наличие кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не может являться свидетельством невозможности организации исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц обязанности по принятию решения и подаче заявления должника о признании его банкротом.

Равно как и факт подачи исков к должнику сам по себе не свидетельствует о неплатежеспособности последнего либо о недостаточности у него имущества.

Факт наличия кредиторской задолженности не отнесен Законом о банкротстве к обстоятельствам, из которых возникает обязанность руководителя обратиться в Арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности.

В соответствии с представленным в материалы дела балансом ООО «Проект» на последнюю отчетную дату 2018 год, активы предприятия (дебиторская задолженность) составляли 6 229 000 руб. В данных обстоятельствах руководитель должника добросовестно рассчитывал на погашение задолженности. Обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не отвечало бы признаку разумности.

С учетом данных баланса должника о наличии активов, факта передачи руководителем должника конкурсному управляющему всей документации,  установленного факта непревышения кредиторской задолженности (с учетом задолженности, включенной в реестр требований) над активами, наличия в 2019 году у должника переплаты по налогам и сборам, исходя из данных коэффициентов текущей ликвидности и автономии (финансовой независимости) по состоянию на 31.12.2018, что финансовые и другие оборотные активы составляют существенную долю активов должника от 58,45% в 2015 году до 100% в 2018 году,  коллегия судей приходит к выводу об отсутствии доказательств необходимости обращения ответчика в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отражать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Кроме того, ответственность по статье 61.12 Закона о банкротстве является ответственностью перед конкретными кредиторами, которых должник ввел в заблуждение, вступив с ними в правоотношения и не раскрыв перед ними своей неспособности исполнить обязательство в полном объеме.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий не приводит доказательств, что ООО «Проект» каким-либо образом ввело ООО «Арт-Студия», ООО «Боше-Инвест», ООО «Инфо-Ю» в заблуждение, вступив с ним в правоотношения при наличии признаков банкротства.

В рассматриваемом случае, не установлено обстоятельств того, что необращение  руководителя должника с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) было вызвано целями руководителя скрыть от контрагентов неудовлетворительное финансовое состояние должника.

Ответственность, установленная статьей 61.12 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, следовательно, при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В этой связи, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения единоличным исполнительным органом обязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом)), необходимо установить вину субъекта ответственности (в данном случае - бывшего руководителя должника), исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно -следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, состав и размер имущества должника оставался неизменным на протяжении длительного времени до возбуждения процедуры банкротства, а также после ее возбуждения. Руководителем должника не предпринимались действия по выводу активов общества в ущерб интересам кредиторов. Доказательств обратного не представлено.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что в случае принятия ФИО3 решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника и подачи такого заявления, задолженность по денежным обязательствам перед кредиторами была бы погашена, доказательства наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя и наступившими последствиями в виде невозможности погашения задолженности перед кредитором ввиду недостаточности конкурсной массы отсутствуют.

В соответствии с материалами дела, конкурсным управляющим не доказан факт того, что бездействие бывшего руководителя должника, выраженное в неподаче заявления о признании должника банкротом, существенно повлияло на способность должника удовлетворить требования кредиторов.

Суд первой инстанции верно указал, что материалы дела не содержат доказательств неправомерного введения руководителем должника кредиторов в заблуждение относительно финансового состояния должника.

Материалы дела не содержат доказательств совершения бывшим руководителем должника каких-либо виновных действий, которые прямо привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Исходя из изложенного, конкурсный управляющий не представил доказательств наличия совокупности обязательных элементов заявленного основания для привлечения к субсидиарной ответственности. Более того, из материалов дела следует, что сама по себе обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом у руководителя не возникла.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам на основании ст.ст. 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, оценив указанные обстоятельства, установленные в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве) должника, в их совокупности и сопоставив их, коллегия судей пришла к выводу, что суд первой инстанции на законных основаниях отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления.

С учетом совокупности доказательств по делу, все иные доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела им уже дана надлежащая оценка при рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции.

Обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о взыскании государственной пошлины по апелляционной жалобе Первым арбитражным апелляционным судом не рассматривается, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на определения арбитражных судов, вынесенные в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), государственной пошлиной не облагаются.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 14.08.2020 по делу № А43-46373/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Проект» ФИО2 - без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области. 

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

Е.А. Рубис

Судьи

О.А. Волгина

Ю.В. Протасов