67/2023-45714(2) 

 АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-24708/2022

Дело № А65-4/2021

г. Казань

28 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2023 года.  

Полный текст постановления изготовлен 28 сентября 2023 года. 

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,  

судей Богдановой Е.В.., Минеевой А.А., 

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим  образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  ФИО1  

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.03.2023 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 16.06.2023  

по делу № А65-4/2021 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной  ответственностью «Рэм Строй» о признании недействительными сделок  должника по выплате ФИО2 и ФИО1  

Владиславу Викторовичу, г. Набережные Челны, дивидендов в размере  230 000 руб. каждому в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  общества с ограниченной ответственностью «Рэм Строй»,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью Нижегородская  многопрофильная компания «Маст» обратилось в Арбитражный суд  Республики Татарстан с заявлением о признании несостоятельным  (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Рэм Строй»  (далее – ООО «Рэм Строй», должник).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от  15.01.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности  (банкротстве) должника.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.08.2021  ООО «Рэм Строй» признано несостоятельным (банкротом), открыто  конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО3.  

Конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в Арбитражный  суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительными  сделок должника по выплате ФИО2 и  ФИО1 дивидендов в размере 230 000 руб.  каждому.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от  23.03.2023 заявление удовлетворено. Признаны недействительными сделки  от 24.09.2020 ООО «Рэм Строй» по выплате ФИО2 и ФИО1 дивидендов в размере 230 000 руб. каждому. Применены последствия  недействительности сделки. Взыскано с ФИО2 в пользу ООО «Рэм  Строй» 230 000 руб., с ФИО1 в пользу ООО «Рэм Строй» по  230 000 руб. Распределены судебные расходы.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 16.06.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от  23.03.2023 оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.03.2023 и постановление  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2023 в части  признания недействительной сделки ООО «Рэм Строй» по выплате  ФИО1 24.09.2020 дивидендов в размере 230 000 руб. и взыскания с  ФИО1 в пользу ООО «Рэм Строй» денежных средств в размере  230 000 руб. отменить, в удовлетворении заявления конкурсного  управляющего ООО «РЭМ Строй» о признании недействительной сделки  и взыскании с ФИО1 денежных средств в размере 230 000,00 руб.  отказать.  

Заявитель кассационной жалобы приводит доводы о том, что на  период выплаты дивидендов за должником числились активы,  неплатежеспособность должника возникла с 2020 года, что установлено в  рамках спора о привлечении к субсидиарной ответственности;  отсутствовала задолженность по заработной плате, имелись денежные  средства для выплаты дивидендов; производство по делам № А6519066/2020, № А65-9439/2020 о признании должника банкротом  прекращено в связи с оплатой задолженности, что подтверждает  осуществление должником хозяйственной деятельности; доля в обществе  получена по наследству, занимая должность технического директора не  имел возможности управлять предприятием, занимался  производственными вопросами без принятия стратегических решений.  

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий  ФИО3 возражала против удовлетворения кассационной жалобы.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе  публично путем размещения информации о времени и месте судебного  

заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа  и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в  судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, жалоба рассматривается  в их отсутствие в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Поскольку заявителем кассационной жалобы принятые по делу  судебные акты обжалуются только в части, суд кассационной инстанции  рассматривает дело в пределах доводов кассационной жалобы (часть 1  статьи 286 АПК РФ).  

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, доводы  кассационной жалобы и отзыв на нее, проверив в соответствии со статьей  286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, не находит  оснований для отмены принятых судебных актов в обжалуемой части.  

Как следует из материалов спора и установлено судом первой  инстанции, с момента государственной регистрации организации в  качестве юридического лица и одновременно на момент возникновения  спорных отношений, ФИО2 и ФИО1 являлись учредителями  должника; при этом ФИО2 являлся руководителем должника, а  ФИО1 занимал должность технического директора.  

Согласно выписке по расчетному счету должника, ответчиками  24.09.2020 получены дивиденды за первое полугодие 2020 года в размере  230 000 руб.  

Полагая, что указанные сделки совершены с целью причинения  вреда имущественным правам кредиторов, данные решения приняты и  выплаты произведены в период наличия у должника финансовых  затруднений, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с  настоящим заявлением.  

Разрешая данный обособленный спор, оценив представленные в  материалы спора доказательства с позиции статьи 71 АПКРФ, с учетом  

положений пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о  банкротстве), суд первой инстанции и согласившийся с его выводами  апелляционный суд, установив, что выплата ответчикам, как одним из  собственников бизнеса, дивидендов в условиях, когда требования внешних  кредиторов остаются неудовлетворенными, что свидетельствует о  причинении вреда имущественным правам кредиторов, так как в  результате такой выплаты происходит уменьшение ликвидных активов  должника; учитывая, что доказательства платежеспособности должника за  спорный период ответчиками не представлены, спорные сделки заключены  между заинтересованными лицами (ответчики являлись учредителями  должника и занимали руководящие должности), пришли к выводу, что  конкурсным управляющим доказана совокупность условий, необходимых  для признания сделок недействительными.  

Судебная коллегия выводы судов находит не противоречащими  примененным нормам права и установленным по обособленному спору  обстоятельствам.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут  быть признаны недействительными в соответствии с гражданским  законодательством и по специальным основаниям, предусмотренные  названным законом.  

Конкурсный управляющий оспаривает сделки по специальным  основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве.  

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований  оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе  не препятствует арбитражному суду квалифицировать сделку, при  совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную  (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками,  выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или  подозрительных сделок.  

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или  увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным  правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации,  когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника  к моменту совершения сделки, является основанием для признания  соответствующей сделки недействительной по специальным правилам.  

В условиях конкуренции норм о недействительности сделки как по  общим, так и по специальным основаниям, следует устанавливать, как  выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции части 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве.  

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2  указанного закона теряет смысл, так как полностью поглощается  содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не  оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности  заявления возражений только на основании вступившего в законную силу  судебного акта, что недопустимо.  

В данном случае указанные в заявлении обстоятельства не выходят  за пределы состава подозрительных сделок, содержащихся в статье 61.2  Закона о банкротстве.  

Для признания недействительной сделки как совершенной при  неравноценном встречном исполнении по смыслу пункта 1 статьи 61.2  названного закона не требуется установления недобросовестности  контрагента.  

Закон не выдвигает соответствующее требование не по причине  отсутствия значимости названного признака, а, в первую очередь, в целях  упрощения процесса опровержения юридических фактов (сделок и иных  операций).  

Заключение сделки на невыгодных условиях в пределах года до  возбуждения дела о банкротстве, а тем более, после - фактически  предполагает наличие неопровержимой презумпции недобросовестности с  обеих сторон.  

Между тем, выплата дивидендов не предполагает встречное  исполнение, что, в свою очередь, исключает судебную проверку сделки в  порядке пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Кроме этого, согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  недействительной является подозрительная сделка (операция),  совершенная должником в трехлетний период, предшествующий  возбуждению дела о банкротстве, в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов.  

Для признания сделки (операции) недействительной по  приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо  доказало совокупность обстоятельств: сделка (операция) совершена с  целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате ее  совершения такой вред был причинен; контрагент знал или должен был  знать об указанной противоправной цели в момент совершения сделки  (операции).  

При этом в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве закреплены презумпции совершения сделки (операции) с  целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а в абзаце  первом пункта 2 статьи 61.2 данного закона - презумпции  осведомленности контрагента о противоправной цели совершения сделки  (операции).  

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются,  если иное не доказано ответчиком по обособленному спору.  

Таким образом, с учетом положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, нормы и выражения, следующие за первым предложением  данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть  

использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для  признания сделки недействительной и описание которых содержится в  первом предложении пункта.  

В данном случае судами было установлено, что дело о банкротстве  должника возбуждено 15.01.2021, а спорные сделки совершены 24.09.2020,  при этом в период совершения сделок должник испытывал финансовые  затруднения, о чем свидетельствовало, в частности, нарушение  договорных обязательств должника перед кредиторами, чьи требования в  последующем включены в реестр требований кредиторов; ситуация  банкротства не возникает сразу, а наступает постепенно, накапливаясь,  приводя должника в кризисное положение.  

Отклоняя доводы ФИО1 о том, что ему не было известно о  неплатежеспособности должника на момент получения дивидендов, в  принятии управленческих решений в отношении организации полагался на  бывшего руководителя должника и полномочиями по управлению  деятельностью юридического лица не обладал, суды исходили из того, что  в ЕФРСБ были опубликованы сообщения о намерении кредиторов  обратиться в арбитражный суд с заявлениями о признании ООО «Рэм  Строй» банкротом (сообщение АО «ДИАС» (ИНН 

<

***>) от  20.02.2020, сообщение ООО «Электрокомплект» от 07.05.2020); в  заявлении конкурсного управляющего указано о наличии судебных  разбирательств по взысканию с ООО «РЭМ Строй» кредиторской  задолженности в период с 2019 по 2020 годы включительно;  формировалась задолженность по заработной плате перед работниками  ООО «РЭМ Строй» (л. 3, 4 реестра требований кредиторов ООО «РЭМ  Строй»).  

По мнению судов, поскольку ФИО1 является участником  ООО «РЭМ Строй» с момента регистрации 18.10.2013, с долей вклада по  5000 руб. (50%), а также с 01.08.2014 ФИО1 работал техническим  

директором в органах управления должника, он является  заинтересованным лицом в силу статьи 19 Закона о банкротстве.  

Непринятие ответчиком как учредителем должника мер по проверке  и контролю финансового состояния должника, в том числе, в момент  принятия решения о выплате дивидендов и получении их, не освобождает  его от рисков будущего оспаривания сделок должника и возврата  имущества в конкурсную массу в случае судебного удовлетворения  заявления конкурсного управляющего.  

На основании положений пункта 1 статьи 29 Федерального закона от  08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»  (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью), общество  не вправе выплачивать участникам общества прибыль, решение о  распределении которой между участниками общества принято, если на  момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности  (банкротства) в соответствии с Законом о банкротстве или если указанные  признаки появятся у общества в результате такой выплаты.  

Отклоняя доводы ФИО1 о том, что долю в ООО «Рэм  Строй» он получил в наследство от отца, в принятии управленческих  решений в отношении должника полагался на мнение руководителя и не  имел возможности управлять обществом, суды указали, что, будучи  участниками должника, и, являясь руководителем и техническим  директором общества, ответчики обладали доступом к финансовой  документации должника на основании пункта 3 статьи 50 Закона об  обществах с ограниченной ответственностью и на момент совершения  платежа по выплате дивидендов не могли не знать о сложившейся в  обществе ситуации.  

Выплата ответчикам, как одним из собственников бизнеса,  дивидендов в условиях, когда требования внешних кредиторов остаются  неудовлетворенными, свидетельствует о причинении вреда  

имущественным правам кредиторов, так как в результате такой выплаты  происходит уменьшение ликвидных активов должника.  

Доказательства возврата денежных средств ответчиками должнику  либо не поступления денежных средств ответчикам, последними лицами  не были представлены.  

Согласно анализу финансово-хозяйственной деятельности  должника, на момент выплаты дивидендов стоимость чистых активов  должника была меньше его уставного капитала на 3 641 тыс. руб.  

При этом суды признали, что ФИО1, как участник общества,  должен был осознавать, что поступившие от контрагентов на расчетный  счет ООО «РЭМ Строй» денежные средства должны быть перечислены  кредиторам для погашения задолженности, а не распределены и  выплачены в качестве дивидендов участникам общества.  

Таким образом, устанавливается цель причинения вреда  имущественным правам кредиторов, поскольку выплата дивидендов  участникам общества еще более усугубило и без того критическою  финансовую ситуацию должника.  

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения  вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для  признания сделки недействительной по данному основанию необходимо,  чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был  причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки  знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту  совершения сделки.  

С учетом вышеизложенного, суды пришли к выводу, что в  результате сделки ответчики получили предпочтительное удовлетворение  

своего внутреннего требования к должнику перед требованиями внешних  независимых кредиторов, в связи с чем, сделка по выплате дивидендов  является недействительной.  

Последствия недействительности сделки применены правильно, в  соответствии с положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве, статьи 167  ГК РФ.  

В силу статей 67, 68, 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает  доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на  всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании  имеющихся в деле доказательств, исходя из их относимости и  допустимости.  

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках  предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по  внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК  РФ.  

Доводы ФИО1 о том, что в рамках спора о привлечении к  субсидиарной ответственности установлена иная дата наступления у  должника признаков неплатежеспособности – первый квартал 2020 года,  подлежат отклонению, поскольку в данном случае оспариваемые сделки  совершены 24.09.2020.  

Доводы о том, что дважды обществом погашались требования  кредиторов и прекращены производства по делу о банкротстве в связи с  полным погашением долга, что, по мнению заявителя подтверждает на тот  момент отсутствие у должника признаков неплатежеспособности,  подлежат отклонению, поскольку неизвестно, за счет каких (чьих)  денежных средств требования кредиторов были погашены.  

Опровержения установленных судами первой и апелляционной  инстанций обстоятельств заявителем в материалы дела не представлены, в  связи с чем, суд кассационной инстанции считает, что выводы судов  основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и  

соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на  положениях действующего законодательства, в связи с чем, основания для  отмены судебных актов в обжалуемой части отсутствуют.  

Несогласие заявителя жалобы с выводами судов, иная оценка им  фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений  закона, не свидетельствует о неправильном применении судами норм  материального и процессуального права.  

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе  влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288  АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных  актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289,  290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от  23.03.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного  суда от 16.06.2023 по делу № А65-4/2021 оставить без изменения,  кассационную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и  может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья Е.П. Герасимова  

Судьи Е.В. Богданова 

 А.А. Минеева