ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

24.01.2024Дело № А41-86379/20

Резолютивная часть постановления оглашена 17 января 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 января 2024 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кузнецова В.В., Перуновой В.Л.,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «ЛАБ Индастриз» - ФИО1 по доверенности от 02.10.2023;

от ФИО2 – ФИО3 и ФИО4 по доверенности от 21.03.2023;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Московской области от 14.08.2023,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2023

о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 25 657 143,86 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Клебштофф»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 08.04.2021 общество с ограниченной ответственностью «Клебштофф» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Хенкель рус» (новое наименование - общество с ограниченной ответственностью «ЛАБ Индастриз») (далее – общества) о привлечении ФИО2 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которое обжалуемым определением Арбитражного суда Московской области от 14.08.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2023, было удовлетворено частично, ФИО2 был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 25 657 143,86 руб., в удовлетворении требований общества в отношении  ФИО6 судами отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника, обособленный спор в указанной части направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель общества просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив, в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в части отказа в привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лицами, участвующими в деле, судебные акты не обжалуются, как следствие, у суда округа отсутствуют правовые основания для их проверки в указанной части.

При разрешения вопроса о правомерности привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника ФИО2, судами учтено, что он с 2006 года являлся единственным участником и руководителем должника, принявшим 17.11.2020 решение о ликвидации должника, то есть, контролирующим должника лицом по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Заявление общества мотивировано, в том числе, совершением бывшим руководителем должника ФИО2 действий по наращиванию кредиторской задолженности после возникновения у должника признаков неплатежеспособности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Удовлетворяя заявленные требования в этой части, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника и его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов от общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; 4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; 5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с Федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

По общему правилу, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

В соответствии с правовой позицией высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановления от 21.12.2017 № 53), в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В настоящем случае, суды признали заслуживающими внимания доводы общества о том что действия (бездействие) ФИО2, выразившиеся в непринятии мер по расторжению договора поставки химической продукции от 14.12.2009 № 10АIC01, повлекли невозможность полного погашения требований кредитора.

Задолженность должника перед обществом основана на первичных бухгалтерских документах и отражена в подписанном акте сверки за 2020 год, о чем не могло быть не известно ФИО2, однако, единолично приняв 17.11.2020 решение о ликвидации должника, его руководитель не уведомил об этом своего контрагента, как не уведомил его о возбуждении настоящего дела о банкротстве.

Напротив, ФИО2 продолжал оформлять новые заявки на поставку товаров, принимал их у общества (поставщика) по товарным накладным в рамках исполнения последним своих обязательств из договора поставки химической продукции от 14.12.2009 № 10АIC01, а также заключил дополнительное соглашение с указанием цен на товары для работы в период с 01.01.20212 по 28.02.2021, также не уведомив поставщика о принятом17.11.2020 решении о ликвидации, при том, что должник к концу 2019 года снизил уровень продаж, а в период с 28.03.2020 по 08.05.2020 фактически прекратил хозяйственную деятельность.

Таким образом, констатировали суды, действиями ФИО2 по значительному увеличению кредиторской задолженности в преддверии банкротства существенно ухудшено финансовое положение должника.

Данные действия были направлены исключительно на нарушение прав общества.

Приведенные ФИО2 возражения о том, что объективной причиной банкротства должника стали исключительно внешние факторы (неблагоприятная рыночная конъюнктура, финансовый кризис, существенное изменение условий ведения бизнеса с кредитором), а также о наличии у него финансового плана по выходу из кризиса, судами оценены критически и отклонены,  как декларативные и документально ничем не подтвержденные.

Между тем, установили суды, в результате неразумных действий по наращиванию кредиторской задолженности для некоторых товаров истек срок их хранения, в связи с чем, в июле 2021 года осуществлено списание просроченных товаров.

К моменту публичных торгов, проводимых конкурсным управляющим должника, на торги могли быть переданы товары торговой марки «Хенкель» лишь на сумму 523 487,22 руб., фактически реализованы всего за 44 400 руб.

Доводы ФИО2 о вине общества в банкротстве должника были отклонены судом как противоречащие установленным по делу обстоятельствам, поскольку сам по себе факт наличия дилерского соглашения не свидетельствует о том, что должник выступал дочерним по отношению к обществу юридическим лицом.

Кроме того, судами установлено, что действия ФИО2 повлекли наращивание дебиторской задолженности, поскольку им осуществлены поставки товаров в адрес иных контрагентов без подписания с ними каких-либо соглашений (общества с ограниченной ответственностью «БКС Пласт» и «Быт сервис»), либо вопреки условиям соглашения о 100% предоплате товаров, отгружены без получения соответствующей предоплаты (общество с ограниченной ответственность «ПК=Мебель») .

Также ФИО2 не предпринимались меры по взысканию дебиторской задолженности (общество с ограниченной ответственностью «АВ-Стиль», индивидуальные предприниматели ФИО7 и ФИО8.)).

Право на получение дебиторской задолженности является имущественным правом организации, а сама дебиторская задолженность является частью имущества организации, в связи с чем, ее взыскание крайне важно для экономической деятельности организации.

Руководитель организации, как лицо принимающее решение, несет ответственность за то, что им не были совершены необходимые действия, направленные на взыскание дебиторской задолженности и улучшение финансового состояния должника.

Непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности в период осуществления ответчиком полномочий директора нельзя признать разумным, поскольку при обычных условиях делового оборота любой разумный и добросовестный руководитель предпринимает меры для взыскания принадлежащих должнику денежных средств, что, безусловно, отвечает интересам возглавляемого им юридического лица.

Судом также было принято во внимание, что между должником и непосредственно ФИО2 был заключен ряд договоров займа, условия которых (в том числе, в части процентной ставки и сроков возврата займов) не соответствуют рыночным.

Заключение данных сделок для должника являлось экономически необоснованным и нецелесообразным, и оказало негативное влияние на финансовое состояние должника.

ФИО2 не предпринял мер по расторжению экономически необоснованного договоров займа.

Так же, судами установлено, что 01.06.2020 ФИО2 издал приказ о проведении инвентаризации, в рамках которой в июле-августе 2020 года было осуществлено списание испорченных или бракованных товаров на сумму 5 403 615,81 руб., однако в соответствующих актах о списаниях товаров по многим позициям не указаны причины списания этих товарно-материальных ценностей.

Порядок списания товаров регламентируется положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», а также Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления», в соответствии с которыми, перед составлением акта о списании товара факт того, что товар был испорчен, каким-то образом поврежден, фиксируется в акте о порче, бое, ломе товарно-материальных ценностей (ТОРГ-15).

Данные документы отсутствуют, суду не представлены.

Из представленных актов о списании товаров невозможно достоверно установить факт наличествующих повреждений товаров.

Более того, не представлены документы, подтверждающие последующую утилизацию всех продовольственных товаров, отсутствуют документы, подтверждающие перевозку товаров к месту утилизации, при том, что поскольку количество списанных единиц превышало тысячу штук, самостоятельно и без привлечения специализированной организации должник не мог осуществить вывоз списанного имущества.

Вместе с тем, суды констатировали, что в материалах обособленного спора отсутствуют относимые и допустимые доказательства, подтверждающие привлечение специализированной организации как для вывоза списанного имущества, так и для его утилизации, критически оценив и отклонив представленные в качестве обоснования указанного обстоятельства копию договора от 25.09.2020 № 252-20-У, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «ЭП «ИНТЕР ГРИН», а также акт от 02.10.2020, которые, по мнению судов,  не подтверждают факт утилизации принадлежащих должнику товарно-материальных ценностей.

В актах о списании товаров по большинству позиций отсутствуют записи: установленный срок хранения, признаки понижения качества (причины списания), информация о взыскании материального ущерба с виновных лиц, номер и дата товарной накладной.

Отсутствуют документы, подтверждающие неисправное и непригодное к использованию состояние товаров на момент их списания.

Таким образом, в результате действий (бездействия) ФИО2 были выведены активы должника, что свидетельствует о намерении причинить вред правам кредитором должника.

С учетом изложенного, суды посчитали доказанными основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренные статьей 61.11 Закона о банкротстве.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 14.08.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2023 по делу № А41-86379/20 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:В.В. Кузнецов

В.Л. Перунова