АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-2464/2021

Дело № А57-27583/2019

г. Казань

10 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 10 октября 2024 года. 

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  председательствующего судьи Егоровой М.В.,  

судей Смоленского И.Н., Гильмутдинова В.Р., 

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим  образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  ФИО1  

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 20.02.2024 и  постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.06.2024  

по делу № А57-27583/2019 

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 о включении требований в реестр требований кредиторов  должника, по делу о признании Саратовского акционерного  

производственно-коммерческого общества «Нефтемаш» (410012, 

<

...>, ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 22.03.2022  (резолютивная часть объявлена 21.03.2022) Саратовское акционерное  производственно-коммерческое общество «Нефтемаш» (далее – АО  «Нефтемаш»-САПКОН, должник) признано несостоятельным (банкротом),  в отношении него открыто конкурсное производство.  

Определением Арбитражного суда Саратовской области от  22.03.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2  

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда  от 11.05.2022 определение Арбитражного суда Саратовской области от  22.03.2022 отменено, вопрос об утверждении кандидатуры конкурсного  управляющего должника методом случайного выбора направлен в суд  первой инстанции.  

Определением Арбитражного суда Саратовской области  от 01.11.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3  

В Арбитражный суд Саратовской области обратилась ФИО1 (далее – ФИО1, кредитор) с заявлением,  уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении в реестр  требований кредиторов должника требования в размере 13 303 170 руб., в  том числе основной долг в размере 12 947 752 руб., штрафные санкции за  несвоевременный возврат заемных средств в размере 355 418 руб., для  удовлетворения в третью очередь.  

Также ФИО1 обратилась в суд с заявлением о включении в  реестр требований кредиторов должника требований в размере 5 266  844,86 руб., в том числе основной долг в размере 4 313 127,41 руб.,  

штрафные санкции за несвоевременный возврат заемных средств в размере  953 717,45 руб.  

Кроме того, ФИО1 обратилась в суд с заявлением о  включении в реестр требований кредиторов должника требований в  размере 5 074 547 руб., в том числе основной долг в размере 5 000 000 руб.,  проценты за пользование займом по договору о предоставлении займа в  размере 74 547 руб.  

Определением Арбитражного суда Саратовской области от  24.11.2022 заявления ФИО1 о включении требований в реестр  требований кредиторов АО «Нефтемаш»- САПКОН объединены в одно  производство для совместного рассмотрения.  

Определением Арбитражного суда Саратовской области от  20.02.2024 заявления ФИО1 удовлетворены частично, суд признал  требования ФИО1 в размере 12 134 232 руб., в том числе основной  долг по договорам займа, заключенным с 12.07.2019 по 18.11.2019, в  размере 12 062 752 руб., штрафные санкции за несвоевременный возврат  заемных средств по договорам займа, заключенным с 12.07.2019 по  18.11.2019, в размере 71 480 руб., обоснованными и подлежащими  удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4  статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но  приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество  должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта  8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

В остальной части производство по заявлению ФИО1  прекращено.  

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.06.2024 определение Арбитражного суда Саратовской области  от 20.02.2024 в обжалуемой части оставлено без изменения, апелляционная  жалоба - без удовлетворения.  

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1  обратилась с кассационной жалобой, в которой просит определение  Арбитражного суда Саратовской области от 20.02.2024 и постановление  Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2024 отменить,  принять по делу новый судебный акт, которым признать обоснованными и  подлежащими включению в третью очередь реестра требований  кредиторов должника требования в размере 13 303 170 руб.  

В обоснование кассационной жалобы ФИО1 ссылается на  разъяснения, приведенные в Обзоре судебной практики разрешения  споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований  контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, и  указывает, что аффилированность кредитора и должника не является  самостоятельным основанием для субординирования требований.  

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились,  надлежащим образом извещены о месте и времени судебного  разбирательства путем направления определения, выполненного в форме  электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ)  посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».  

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное  заседание лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о  времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их  отсутствие. Судебная коллегия считает возможным рассмотреть  кассационную жалобу в отсутствие представителей лиц, участвующих в  деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное  заседание.  

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ законность судебных  актов проверена в кассационном порядке исходя из доводов, приведенных  в кассационной жалобе.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, между  ФИО1 и АО «Нефтемаш»-САПКОН заключены договоры займа в  период с 2019 по 2021 года.  

В подтверждение заявленных требований кредитором представлены  копии договоров займа, квитанции о перечислении денежных средств,  чеки-ордеры.  

В связи с неоплатой АО «Нефтемаш»-САПКОН задолженности  ФИО1 обратилась в суд с заявлениями о включении требований в  реестр требований кредиторов должника для удовлетворения в третью  очередь.  

Суд первой инстанции, установив, что заявление о признании АО  «Нефтемаш»- САПКОН принято к производству 19.11.2019, в связи с чем  обязательства по договорам займа, заключенным между должником и  кредиторов после указанной даты, являются текущими, прекратил  производство по заявлению ФИО1 в части требований в размере 11  510 329,86 руб.  

Суд первой инстанции, разрешая требования ФИО1 в части  обязательств в размере 12 134 232 руб. по договорам займа, заключенным с  12.07.2019 по 18.11.2019, исходил из доказанности признаков  аффилированности кредитора и должника, нахождения АО «Нефтемаш»- САПКОН в период заключения договоров в условиях имущественного  кризиса, в связи с чем пришел к выводу о том, что предоставление  кредитором должнику займов является одной из форм компенсационного  финансирования, следовательно, требования ФИО1 подлежат  субординации.  

С указанными выводами согласился суд апелляционной инстанции. 

Доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию с понижением  очередности требования заявителя.  

Суд кассационной инстанции считает выводы судов в обжалуемой  части обоснованными в силу следующего.  

Установление размера требований кредиторов в процедуре  конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном  статьей 100 Закона о банкротстве (абзац 2 пункта 1 статьи 142 Закона о  банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статье 100 Закона о банкротстве  требования кредиторов направляются в арбитражный суд и внешнему  управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих  обоснованность указанных требований документов. Указанные требования  включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр  требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о  включении указанных требований в реестр требований кредиторов.  

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее -  Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и  пунктов 3 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и  размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от  наличия разногласий относительно этих требований между должником и  лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной  стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.  

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве  судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны  только требования, в отношении которых представлены достаточные  доказательства наличия и размера задолженности, поскольку может иметь  место злонамеренное соглашение должника и конкретного кредитора с  

целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов либо с  целью ведения контролируемого банкротства.  

Согласно пункту 2 «Обзора судебной практики разрешения споров,  связанных с установлением в процедурах банкротства требований  контролирующих должника и аффилированных с ним лиц»,  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  29.01.2020 (далее - Обзор), действующее законодательство о банкротстве  не содержит положений о безусловном понижении очередности  удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к  числу контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа  автономии воли и свободы экономической деятельности участников  гражданского оборота (статья 1 ГК РФ) следует право каждого определять  правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения  взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей  займов. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции  договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на  уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о  банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других  кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности  удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.  

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов  контролирующие его лица объективно влияют на хозяйственную  деятельность должника. Поэтому в случае последующей  неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника  исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости  (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такое лицо подлежит распределению риск  банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием  на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о  несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных  (независимых) кредиторов.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях  настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по  отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с  Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»  входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является  аффилированным лицом должника.  

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в  деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо  не только через подтверждение аффилированности юридической (в  частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через  корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода  аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в  хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и  последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным  (независимым) участникам рынка.  

Судами установлено, что на дату заключения договоров займа  ФИО1 являлась мажоритарным акционером АО «Нефтемаш»- САПКОН.  

Факт аффилированности ФИО1 и АО «Нефтемаш»-САПКОН  лицами, участвующими в обособленном споре, не оспаривается.  

Учитывая указанные обстоятельства, суды, применив повышенный  стандарт доказывания к сделкам между ФИО1 и АО «Нефтемаш»- САПКОН, признали подтвержденной задолженность в размере 12 134 232  руб. по договорам займа, заключенным с 12.07.2019 по 18.11.2019.  

При этом, принимая во внимание наличие аффилированности  должника и кредитора, а также наличие у АО «Нефтемаш»-САПКОН  признаков нахождения в условиях имущественного кризиса, что в  совокупности с заключением и исполнением ФИО1 договоров  займа обоснованно квалифицировано судами как компенсационное  

финансирование, суды признали требования ФИО1, подлежащими  субординированию.  

Как указано в пункте 3.3 Обзора судебной практики разрешения  споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований  контролирующих должника и аффилированных с ним лиц,  невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после  истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от  реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного  договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ),  или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата  займа по существу являются формами финансирования должника. Если  такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного  кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую  деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о  банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с  отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска  утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.  

Судами установлено, что в период заключения договоров займа (с  12.07.2019 по 18.11.2019) АО «Нефтемаш»- САПКОН находилось в  условиях имущественного кризиса.  

Заявление о признании АО «Нефтемаш»-САПКОН несостоятельным  (банкротом) принято Арбитражным судом Саратовской области  19.11.2019, договоры займов заключены в период с 12.07.2019 по  18.11.2019.  

Согласно бухгалтерской отчетности должника, опубликованной в  общедоступных источниках, выручка должника составляла: в 2016 г. -  468,7 млн. руб.; в 2017 г. - 392,2 млн. руб.; в 2019 г. - 239,2 млн. руб.  

Кредиторская задолженность должника составляла: в 2016 г. - 137,1  млн. руб., в 2017 г. - 177,5 млн. руб., в 2019 г. - 258,3 млн. руб., в 2020 г. -  280,1 млн. руб.  

Прибыль должника составляла: в 2016 г. - 4,2 млн. руб., в 2017 г. -  минус 10,6 млн. руб., в 2019 г. - минус 40,1 млн. руб..  

Выручка за 2019 год составила 239 169 000 руб., по итогам  финансово-хозяйственной деятельности получен убыток в размере - 40 126  000 руб. Совокупные активы общества хотя и увеличились до 491 851 000  руб., но выросла и сумма кредиторской задолженности до 258 289 000 руб.  Проанализировав бухгалтерский баланс должника на 2016, 2017, 2018,  2019 годы, сведения из общедоступной системы «Картотека арбитражных  дел», сведения с сайта ФССП судами установлено, что кредиторская  задолженность у АО «Нефтемаш-САПКОН» начала образовываться в 2019  году.  

На момент заключения договоров займа у должника АО «Нефтемаш- САПКОН» имелись неисполненные обязательства перед кредиторами,  требования по которым впоследствии были включены в реестр требований  кредиторов.  

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что  предоставив АО «Нефтемаш»-САПКОН денежные средства по договорам  займа в условиях имущественного кризиса должника, ФИО1  фактически предоставила должнику компенсационное финансирование,  что в соответствии с положениями Обзора от 29.01.2020 является  основанием для понижения очередности удовлетворения требований  аффилированного кредитора.  

Доводы кредитора об отсутствии доказательств причинения вреда  иным кредиторам должника и, следовательно, отсутствии оснований для  понижения очередности требований ФИО1 обоснованно отклонены  судами.  

Исходя из заложенной в Обзоре от 29.01.2020 презумпции,  неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно  того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным,  

толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от  29.01.2020).  

В отсутствие доказательств согласованность действий должника и  кредитора предполагается.  

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные  сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в  деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства,  правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой  выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства,  пришли к обоснованному выводу о доказанности заявителем реальности  правоотношений между должником и кредитором, которые вместе с тем,  по своей сути, представляют собой компенсационное финансирование  общества, в ситуации нарастающего имущественного кризиса и  неплатежеспособности должника, что с учетом разъяснения пункта 3  Обзора, является основанием для понижения очередности удовлетворения  требования аффилированного с должником на момент предоставления  займа кредитора.  

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов  соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на  положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для  иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.  

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной  жалобы, подлежат отклонению, как основанные на неправильном  толковании норм материального и процессуального права и направленные  на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда  кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы  приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной  инстанций и им была дана надлежащая оценка.  

Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и  установленных судами обстоятельств находится за пределами  

компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции,  определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.  

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является  безусловным основанием для отмены определения и постановления в  соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ, также не нарушены.  

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1  статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 20.02.2024  и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.06.2024 по делу № А57-27583/2019 оставить без изменения,  кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Взыскать с ФИО1 в доход федерального  бюджета 3000 рублей государственной пошлины по кассационной жалобе.  

Поручить Арбитражному суду Саратовской области выдать  исполнительный лист.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия  и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья М.В. Егорова  

Судьи И.Н. Смоленский 

 В.Р. Гильмутдинов