ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-86103/2021

21 июля 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сделка2

Резолютивная часть постановления объявлена     13 июля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 июля 2023 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Радченко А.В.

судей  Кротов С.М., Тарасова М.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

от ФИО2 посредством веб-конференц связи – представитель ФИО3 по доверенности от 10.01.2023

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 с ходатайством о восстановлении пропущенного срока на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.03.2023 по делу № А56-86103/2021/сделка2 (судья Сайфуллина А.Г.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании недействительной сделки должника

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>),

установил:

ФИО5 (далее по тексту – Кредитор) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ФИО2 (далее – должник) несостоятельным (банкротом). 

Решением от 14 декабря 2021 года заявление ФИО5 о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным; должник признан несостоятельным (банкротом); в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. 

Финансовым управляющим в процедуре реализации имущества должника утвержден ФИО4. 

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением:

1. О признании недействительной цепочки сделок в виде последовательно совершённых сделок, а именно: 

-Договора дарения доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Березовка-1» (ИНН 

<

***>) (далее - ООО «Березовка-1») от 05.07.2019, заключённый между ФИО6 и ФИО7; 

-Сделки по передачи права доли в уставном капитале ООО «Березовка-1», заключенной между ФИО7 с одной стороны, и ФИО8 и ФИО9, с другой стороны.

2. О применении последствии недействительности сделок, об установлении право собственности на долю 100% в уставном капитале за ФИО2 (должником).

Определением суда первой инстанции от 15.03.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО4 о признании недействительной сделки должника отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО4 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы, управляющий указывает, что судом нарушены нормы материального права, поскольку принято без установления всех обстоятельств по делу.

Информация о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебное заседание явился представитель ФИО2, против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителе в судебное заседание не направили, в связи с чем, применительно к статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в из отсутствии.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Как следует из заявления финансового управляющего, 27.06.2006 Должник создал ООО «Березовка-1», которое с самого начала оформил на номинального учредителя и директора – ФИО6.

Вышеизложенные факты подтверждаются приговором Фрунзенского районного суда по делу №1-114/2021, а именно:

стр. 23 ФИО10 (супруга должника) рассказывает, что через мужа получала заработную плату в ООО «Березовка-1»

стр.78 ФИО6 рассказывает о том, что должник в 2010-2011 году оформила на него озеро (ООО «Березовка-1»), а в 2019 году попросил переписать на ФИО7. То есть указал на то, что как он, так и ФИО7, ФИО8 и ФИО9 являются номинальными собственниками. Реальным собственником является Должник и до настоящего времени продолжает им оставаться.

Впоследствии, по настоянию должника между ФИО6 и ФИО7 был заключен Договор дарения доли в размере 100% в уставном капитале ООО «Березовка-1» от 05.07.2019.

В дальнейшем права на долю в уставном капитале ООО «Березовка-1» были переданы ФИО8 и ФИО9

Согласно ответу Межрайонной ИФНС №15 по Санкт-Петербургу должник являлся участником/учредителем ООО «Березовка-1» в период 01.10.2007-22.06.2017.

По мнению финансового управляющего, указанные сделки являются недействительными, поскольку должник, как конечный бенефициар, сохранил за собой управление ООО «Березовка-1", в связи с чем просит признать взаимосвязанную цепочку сделок недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции указал, что в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что должник является конечным выгодоприобретателем оспариваемых сделок. Не представлены доказательства того, что должник имел возможность распоряжаться долей в уставном капитале общества, которая не принадлежала ему. Тот факт, что Приговором Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 29.09.2021 по уголовному делу №1-114/2021 установлено, что должник в 2018 году устно попросил ФИО6 передать ФИО7 доли в размере 100% ООО «Березовка-1», однозначно не свидетельствует о том, что должник является контролирующим деятельность общества лицом.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В обоснование заявления финансовый управляющий, ссылается на то, что оспариваемые договоры дарения, один из которых был совершен в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве, а второй уже после возбуждения дела о банкротстве должника, следует рассматривать как цепочку взаимосвязанных сделок, целью которой является причинение вреда кредиторам путем вывода ликвидных активов.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного суда РФ от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230 само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как притворных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, прикрывающих собой сделку между первым и последним контрагентом.

Для квалификации ряда оспариваемых сделок как прикрывающих фактическую сделку по отчуждению имущества должника с целью его передачи заинтересованному лицу необходимо доказать их объективную и субъективную взаимосвязь, а именно наличие единой цели и взаимную обусловленность. При этом в случае установления их притворности необходимо исследовать собственно прикрываемую сделку на предмет наличия пороков, предусмотренных положениями статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также наличия в действиях сторон злоупотребления правом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана судом или арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

С учетом разъяснений, содержащихся в абзаце четвертом пункта 9.1 Постановления N 63 при оспаривании подозрительной сделки проверяется наличие оснований, установленных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка); при этом, предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац четвертый пункта 5 Постановления N 63).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления N 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности следует исходить из содержания этого понятия, данного в абзаце тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Из положений статьи 2 Закона о банкротстве следует, что под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Суд первой инстанции указал, что должник являлся участником/учредителем ООО «Березовка-1» (ИНН 

<

***>) в период 01.10.2007-22.06.2017. 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции из ответа МИФНС №10 по Ленинградской области установил, что ФИО2 никогда не являлся участником и учредителем ООО «Березка-1» (ИНН 

<

***>), в связи с чем, ФИО2 не мог распоряжаться спорной долей.

Что явно свидетельствует об отсутствии у оспариваемого договора дарения от 05.07.2019 таких квалифицирующих признаков недействительности сделки, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  как цели причинения вреда кредиторам должника, а также самого факта причинения вреда.

С учетом отсутствия признаков недействительности договора дарения от 05.07.2019 как недействительной сделки, оснований для признания последующих сделок по признакам их недействительности суд апелляционной инстанции не усматривает.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Поскольку судом установлено, что должник не являлся владельцем долей в ООО «Березка-1» (ИНН 

<

***>), доказательств мнимости (притворности) по заключению договора дарения между ФИО6 и ФИО7 не усматривается.

В соответствии с частью 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Не установив взаимосвязи между ФИО6, ФИО7 и должника, суд пришел к выводу об отсутствии злоупотребления правом при совершении оспариваемых сделок со спорным имуществом, поскольку данные сделки не могут быть признаны недействительными в условиях их совершения в рамках обычая делового оборота при реализации гражданами их прав распоряжения данным имуществом по собственному усмотрению, применительно к тому, что должник не является в рамках указанных правоотношений конечным бенефициаром.

При этом, в связи с недоказанностью принадлежности спорного имущества к должнику, обстоятельства последующего приобретения долей у лица, не находящегося в процедуре банкротства, не подлежат оценке по правилам Закона о банкротстве, а следовательно, не могут быть приняты во внимание.

В целом, доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 15.03.2023 по делу №  А56-86103/2021/сделка 2  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

 

А.В. Радченко

Судьи

 

С.М. Кротов

 М.В. Тарасова