ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-109935/2018

02 мая 2024 года

г. Санкт-Петербург

/ж.1  Резолютивная часть постановления объявлена 24 апреля 2024 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 02 мая 2024 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена, судей А.Ю. Слоневской, И.В. Сотова, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Д.С. Беляевой,  при участии:  

от конкурсного управляющего: ФИО1 по доверенности от 09.01.2024, ФИО2 лично, по паспорту, 

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 23.04.2023,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-10316/2024) ФИО3 на  определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 01.03.2024 по обособленному спору № А56-109935/2018/ж.1 (судья  Нетрусова Е.А.), принятое по результатам рассмотрения жалобы ФИО3 на действия (бездействие) конкурсного управляющего в  рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СлавСтройИнвест- Реконструкция»,  

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  обратилось АО «Петербургская сбытовая компания» с заявлением о признании  ООО «СлавСтройИнвест-Реконструкция» несостоятельным (банкротом).  

Определением арбитражного суда от 05.09.2018 заявление принято к  производству, возбуждено дело о банкротстве.  

Определением арбитражного суда от 20.12.2018 (резолютивная часть  объявлена 17.12.2021) заявление признано обоснованным, в отношении должника  введена процедура наблюдения, временным управляющим назначен ФИО5.  

Решением арбитражного суда от 21.08.2019 (резолютивная часть объявлена  19.08.2019) в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утвержден ФИО2.  

Сведения об этом опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 157(6637) от  31.08.2019.  

В арбитражный суд 25.12.2023 от ФИО3  поступила жалоба на действия (бездействие) конкурсного управляющего  ФИО2, в которой бывший руководитель должника просил признать  незаконным бездействие управляющего по непринятию мер по получению  документации, а равно непринятию мер по взысканию дебиторской задолженности,  взыскать с управляющего 117 289 000 руб. убытков в конкурсную массу должника.  

Определением арбитражного суда от 01.03.2024 в удовлетворении жалобы  отказано.  

В апелляционной жалобе ФИО3 просит определение отменить,  признать незаконным бездействие ФИО2, взыскав с него убытки в  конкурсную массу должника, ссылается на то, что его бездействие как  контролирующего должника лица по непередаче документации последнего не  освобождает суд от оценки бездействия конкурсного управляющего, который также  не предпринял достаточных мер для истребования документов и взыскания  дебиторской задолженности, притом, что бездействие ФИО3 как раз и  является основанием и необходимой причиной для совершения управляющим  действий по получению документов и информации.  

Конкурсным управляющим ФИО2 представлены возражения по  апелляционной жалобе, в которых указал на выполнение всех необходимых  мероприятий, направленных на получение документов первичного бухгалтерского  учёта, в том числе проведение правоохранительными органами оперативных  мероприятий по розыску имущества должника. Также управляющий указал на  привлечение бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника и установление в ходе рассмотрения спора того, что  именно бездействие заявителя послужило препятствием в формировании  конкурсной массы арбитражным управляющим.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы  опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».  

В судебном заседании представитель ФИО3 доводы, изложенные  в апелляционной жалобе, поддержал.  

ФИО2 и его представитель против удовлетворения апелляционной  жалобы возражали.  

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в  апелляционном порядке.  

Исследовав доводы апелляционной жалобы, возражения конкурсного  управляющего в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному  спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в  телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве,  апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного  акта.  

Обращаясь в суд с настоящим заявлением ФИО3, будучи бывшим  директором должника, в отношении которого ранее был рассмотрен спор о  привлечении к субсидиарной ответственности, по результатам которого поданное  Комитетом по строительству и управляющим заявление было удовлетворено,  указал, что, по его мнению, управляющий в ходе процедуры конкурсного  производства допустил бездействие, поскольку не принял меры по истребованию у  бывшего руководителя должника документов, сведений об имуществе и  имущественных правах должника.  

Обязанность действовать добросовестно является универсальным  гражданско-правовым принципом, получившим свое отражение в нормах  действующего права (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 6, статья 10 Гражданского  

кодекса Российской Федерации). Применительно к деятельности арбитражного  управляющего названный общий принцип ретранслирован в законодательство о  банкротстве в качестве специальной нормы (с аналогичным содержанием).  

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении  процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан  действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и  общества.  

Учитывая существование объективно обусловленной повышенной  конфликтности между заинтересованными лицами в отношениях, связанных с  институтом банкротства, возложение на арбитражного управляющего  соответствующей обязанности в числе прочего означает, что он как  профессиональный антикризисный менеджер в ситуации неопределенности  правового регулирования должен действовать исходя из баланса объективно  противопоставленных интересов вовлеченных в процесс несостоятельности лиц с  учетом заложенных в действующих нормах права ценностных ориентиров,  предопределяющих цели законодательного регулирования.  

Именно с этой позиции суд в дальнейшем должен оценивать поведение  управляющего при поступлении соответствующей жалобы на его действия  (бездействие).  

Статья 60 Закона о банкротстве предоставляет кредиторам должника и иным  заинтересованным лицам право обратиться в арбитражный суд с жалобой о  нарушении их прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного  управляющего, утвержденного арбитражным судом для проведения конкурсного  производства.  

При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся в суд, обязано доказать  факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и то, что  эти действия (бездействие) управляющего нарушили права и законные интересы  кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе  представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий  (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся  обстоятельств (статья 65 АПК РФ).  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779 (1,2), деятельность  арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить  рациональный характер, не допускающий формальных действий, влекущих  неоправданное увеличение расходов на проведение процедур.  

В рассматриваемом случае в отношении заявителя было подано и  рассмотрено заявление Комитета по строительству и управляющего о его  привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи  с невозможностью удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр,  возникшей, в том числе в связи с непередачей конкурсному управляющему  документов, касающихся финансово-хозяйственной деятельности должника, а  равно совершением операций по выводу средств со счетов ООО «ССИР».  

В ходе рассмотрения названного спора установлено следующее. 

В части отраженных активов должника в бухгалтерской отчетности на конец  2018 года ответчик заявлял, что данные активы преимущественно представлены  запасами, которые остались в результате заключенных договоров подряда с АО  НПП Краснознаменец (более 16 млн. руб.) и Электронная компания «Элкус» (более  56 млн. руб.) в виде незавершенного производства (строительства).  

Возражая против указанной позиции ответчика, управляющий неоднократно  указывал в ходе судебного разбирательства на то, что в действительности работы с  

указанными контрагентами были завершены задолго до 2018 года, в частности из  судебного акта по делу А56-22358/2017 следует, что с мая 2016 года должник  освободил объект, на котором выполнял для заказчика работы, сам объект был  сдан в эксплуатацию в октябре 2016 года, следовательно, оснований считать, что к  концу 2018 года у должника могли остаться (образоваться) какие-либо запасы в  виде сырья и материалов спустя столь длительный промежуток времени,  объективно не имеется. Что касается НПП Краснознаменец, то согласно судебным  актам по делам № А56-72766/2018 и № А56-130282/2018 срок действия договора  между должником и названной организацией по выполнению работ был продлен до  мая 2017 года, однако в апреле 2018 года НПП Краснознаменец расторгло договор  с должником со ссылкой на нарушение подрядчиком – должником сроков  выполнения таких работ, что также, по мнению управляющего, свидетельствует о  невозможности образования запасов по результатам деятельности на объекте  указанного контрагента.  

Ответчик в заседании помимо прочего пояснял, что запасы были фактически  списаны, поэтому в действительности управляющему не передавались.  Управляющий в свою очередь указывал, что документов о списании у него не  имеется, такие документы ему не передавались. Из актов сверки переданных  документов следует, что отраженная в них информация о списании товарно-материальных ценностей имеет отношение к более раннему периоду – 2016-2017  гг., что буквально противоречит отражению данного актива в бухгалтерской  отчетности, сданной бывшим руководителем должника, по итогам 2018 года.  

При изучении расшифровки дебиторской задолженности судом было также  установлено, что наименования перечисленных контрагентов (дебиторов)  отсутствуют в перечнях, представленных сторонами по результатам совместной  сверки, за исключением одного дебитора – ООО КРИС, в отношении которого были  приняты меры по взысканию задолженности и который был отражен в  инвентаризационной описи активов должника, составленной управляющим.  

При этом доводы ответчика в части сокрытия управляющим каких-либо  документов не нашли, по мнению суда, по итогам рассмотрения спора о  привлечении к субсидиарной ответственности своего подтверждения в материалах  дела, поскольку из представленного в дело акта от августа 2019 года следует, что  описание передаваемых документов приведено в общем виде, конкретный перечень  документов в акте не содержится, при составлении акта в указанном виде  (редакции) с общими формулировками в отношении передаваемой документации  ответчик лишается возможности впоследствии ссылаться на то, что какие-либо  документы сокрыты управляющим, поскольку указанное поведение при передаче  документации буквально не отвечает требованиям добросовестности, которые  предъявляются к руководителю, риск такого поведения при оформлении акта лежит  на ответчике, более того, ссылаясь на то, какие конкретно документы отсутствуют  среди тех, которые были представлены управляющим на сверку, ответчик не  ссылался на документы, касающиеся дебиторской задолженности.  

Ссылки ответчика на то, что управляющим представлены не все документы  при сверке, отклонены судом, поскольку изложенное поведение преследует  необоснованное перекладывание бремени доказывания на управляющего факта  передачи ему тех или иных документов в рамках настоящего спора, тогда как  указанное бремя в условиях составления указанного рода акта и передачи  документов фактически в неструктурированном виде, при том, что обратного  ответчиком не доказано, возлагается на ответчика в ситуации рассмотрения спора  о его привлечении к субсидиарной ответственности, более того, в расшифровке  

дебиторской задолженности не имеется реквизитов договоров, заключенных с  контрагентами.  

Таким образом, до настоящего времени, в том числе в ходе рассмотрения  настоящего обособленного спора, доказательств передачи конкурсному  управляющему документов, касающихся финансово-хозяйственной деятельности  должника в части его активов, отраженных на конец 2018 года, заявителем не  представлено.  

Как правильно указал суд первой инстанции, в данном случае подача  заявления о привлечении заявителя к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника является одним из механизмов пополнения конкурсной  массы, в ходе рассмотрения названного спора, который длился более одного года,  заявитель не был лишен возможности предоставить управляющему документы  либо документально подтвержденные пояснения относительно выбытия активов  должника, чего им сделано не было, представленным заявителем доводам была  дана надлежащая оценка при рассмотрении заявления о привлечении к  субсидиарной ответственности.  

Таким образом не нашли объективного подтверждения доводы подателя  жалобы о незаконности бездействия арбитражного управляющего. Более того, как  верно указал суд первой инстанции, поскольку контролирующее должника лицо  само в течение длительного периода не предприняло действий, направленных на  передачу конкурсному управляющему документации, касающейся финансово-хозяйственной деятельности должника в соответствующей части (документов,  подтверждающих дебиторскую задолженность), а также не раскрыло информации о  запасах должника надлежащим образом, в действиях (бездействии)  ФИО3 усматриваются признаки злоупотребления правом.  

Поскольку из бухгалтерского баланса должника на 31.12.2018 следует, что у  должника имелись активы на сумму свыше 117 млн. руб., ФИО3 просил  взыскать убытки с управляющего в размере указанной суммы, поскольку данные  активы фактически не поступили в конкурсную массу должника, что повлекло ее  уменьшение, а значит, и увеличение обязательств ФИО3 в части  размера возможного привлечения к субсидиарной ответственности.  

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4  статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки  подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ).  

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые  лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для  восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества  (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы  при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено  (упущенная выгода).  

Таким образом, при обращении с требованием о взыскании убытков,  причиненных неправомерными действиями (бездействием) арбитражного  управляющего, заявитель должен доказать факт причинения убытков и их размер,  неправомерность действий (бездействия) управляющего и наличие причинной связи  между действиями (бездействием) управляющего и наступившими последствиями.  При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима  доказанность всей совокупности указанных условий. Недоказанность заявителем  одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность  удовлетворения исковых требований.  

В пункте 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения  арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных  управляющих» разъяснено, что под убытками, причиненными должнику, а также его  кредиторам, следует понимать любое уменьшение или утрату возможности  увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных  действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и  конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении  убытков.  

Обжалуемое бывшим руководителем должника бездействие конкурсного  управляющего не является незаконным и не привело к уменьшению или утрате  возможности увеличения конкурсной массы.  

Поскольку именно на заявителе в данном случае лежит обязанность передать  указанное имущество в конкурсную массу и предоставить управляющему  документацию, управляющему не может быть вменено бездействие по его розыску и  истребованию. Вместо этого ФИО3 просит привлечь конкурсного  управляющего к ответственности в виде убытков, что свидетельствует не о  законном интересе в пополнении конкурсной массы, а о перекладывании  ответственности за невозможность погашения требований кредиторов на  управляющего при одновременном неисполнении собственных обязанностей.  

При установлении соответствия обжалуемых действий (бездействия)  конкурсного управляющего требованиям Закона о банкротстве и недоказанности  нарушения прав заявителя жалобы отсутствуют и основания для взыскания с  арбитражного управляющего убытков.  

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по  доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ  апелляционный суд не усматривает.  

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 01.03.2024 по обособленному спору № А56-109935/2018/ж.1 оставить  без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.Ю. Тойвонен  

Судьи А.Ю. Слоневская  

 И.В. Сотов