1146/2023-70814(2) 

 

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09 e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула Дело № А09-4688/2019   20АП-2147/2023  Резолютивная часть постановления объявлена 29.06.2023  

Постановление в полном объеме изготовлено 05.07.2023 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Волковой Ю.А. судей Волошиной Н.А. и Мордасова Е.В., при ведении протокола  судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в  судебном заседании от ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 21.06.2022),  ФИО3 (паспорт), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных  надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом  судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 ФИО5 на определение Арбитражного суда  Брянской области от 21.02.2023 по делу № А09-4688/2019 (судья Артемьева О.А.),  принятое по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО5 к ФИО6 (г. Брянск), и ФИО2 (г. Брянск) о признании сделок недействительными и применении  последствий недействительности сделок, по делу по заявлению Федеральной налоговой  службы в лице Управления Федеральной налоговой службы (г. Брянск) о признании  ФИО4, г. Брянск, несостоятельным (банкротом),  

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по  Брянской области (далее – УФНС по Брянской области, уполномоченный орган)  обратилась в Арбитражный суд Брянской области с заявлением о признании ФИО4 (далее – ФИО4) несостоятельным должником (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Брянской области от 18.10.2019 (резолютивная  часть определения оглашена 15.10.2019) в отношении должника – ФИО4  

Викторовича введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым  управляющим утвержден ФИО5.  

Решением Арбитражного суда Брянской области от 03.11.2020 (резолютивная часть  решения объявлена 03.11.2020) ФИО4 признан несостоятельным должником  (банкротом), введена процедура реализации имущества должника, финансовым  управляющим должника утвержден ФИО5.  

02.12.2021 в адрес арбитражного суда поступило заявление финансового  управляющего ФИО5 о признании сделок  недействительными соглашения от 05.12.2016, заключенного между ФИО4 и ФИО6 о расторжении договора  купли-продажи от 24.05.2014 по возврату транспортного средства ДАФ FX95 480 FT 4X2,  гос. номер 

<

***> 2004 г.в., VIN 

<

***>, и договора купли-продажи  транспортного средства ДАФ FX95 480 FT 4X2, гос. номер 

<

***> 2004 г.в., VIN  

<

***> от 16.05.2017, заключенного между ФИО6 и ФИО2, и применении последствий  недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу ФИО4 транспортного средства ДАФ FX95 480 FT 4X2, гос. номер 

<

***> 2004  г.в., VIN 

<

***>.  

Определением от 22.06.2022 судом в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принято уточнение  требований, в соответствии с которым заявитель просил признать недействительным  соглашение от 05.12.2016, заключенное между ФИО4 и  ФИО6 о расторжении договора купли-продажи от  24.05.2014 по возврату транспортного средства ДАФ FX95 480 FT 4X2, гос. номер  

<

***> 2004 г.в., VIN 

<

***>, договор купли-продажи транспортного  средства ДАФ FX95 480 FT 4X2, гос. номер 

<

***> 2004 г.в., VIN  

<

***> от 16.05.2017, заключенный между ФИО6 и ФИО2, и применить последствия  недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 стоимости  транспортного средства ДАФ FX95 480 FT 4X2, гос. номер 

<

***> 2004 г.в., VIN  

<

***>.  

Определением Арбитражного суда Брянской области от 21.02.2023 заявленные  требования финансового управляющего ФИО5 к  ФИО6 и ФИО2 о признании сделок  

недействительными и применении последствий недействительности сделок оставлены без  удовлетворения.  

Не согласившись с принятым судебным актом финансовый управляющий ФИО4 ФИО5 обратился с апелляционной  жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, ссылаясь на  нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права,  несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле  доказательствам, просил определение отменить.  

Указывает, что согласно ответам страховых компаний, отец должника - ФИО3 являлся и является лицом, допущенным к управлению транспортным  средством с даты приобретения транспортного средства должником с 2014 года.  

Помимо того, согласно представленному ответу УГИБДД по Брянской области,  должник - ФИО4 не имеет соответствующую категорию для  управления вышеназванным транспортным средством, т.е. должник не мог и не может  управлять вышеназванным транспортным средством.  

Обращает внимание на то, что ФИО3 является  заинтересованным лицом по отношению к должнику, так как является его отцом, а  ФИО2 условно является заинтересованным лицом по отношению к  ФИО3, так как является его гражданской женой.  

Отмечает, что ни одна из сторон не обращалась в органы ГИБДД с заявлением о  смене собственника транспортного средства, т.е. не совершила обязательные действия,  что могло бы подтвердить их добросовестность, не оплачивала транспортные налоги и  штрафы, что входит в обязанности собственника.  

Более того, согласно представленному ответу УГИБДД по Брянской области с  30.01.2017 на транспортное средство судебными приставами-исполнителями наложены  запреты на осуществление регистрационных действий и ни одна из сторон не обращалась  с соответствующими заявлениями в ФССП России о снятии запретов или об  освобождении имущества от ареста, например.  

Указывает, что с 05.12.2016 ни ФИО6, а с 16.05.2017  ни ФИО2 не совершили никаких действий по регистрации  транспортного средства на свое имя, не оплачивали транспортные налоги и штрафы.  

Указывает, что у финансового управляющего данные сделки вызывают сомнения, а  вышеуказанные обстоятельства и полученные сведения дают основания полагать, что  транспортное средство фактически не выбывало из владения должника и находилось и  находится под управлением его отца. Соглашение от 05.12.2016 о расторжении договора  

купли-продажи 24.05.2014 и договор купли-продажи от 16.05.2017 являлись фиктивными,  заключенными без намерения достижения заявленных результатов.  

В материалы дела от УФНС России по Брянской области поступил отзыв, в  котором последнее поддержало доводы апелляционной жалобы, просило ее  удовлетворить, определение отменить. Считает, что судом области не исследован вопрос  о квалификации спорных отношений и действительной цели совершения спорных сделок  по отчуждению автомобиля должника, а также добросовестности поведения сторон  сделки. Указывает на мнимость спорных сделок.  

По мнению налогового органа не подтвержден всей совокупностью имеющихся в  деле доказательств вывод суда области о том, что ФИО2 исполняла обязанности  собственника в отношении приобретенного имущества и использовала его в  предпринимательских целях.  

Полагает, что судом области не был принят во внимание тот факт, что ФИО2  не оплачивала в отношении спорного автомобиля транспортный налог за 2017-2021 годы.  Данное обстоятельство прямо указывает на уклонение ФИО2 от бремени  содержания транспортного средства, что не свидетельствует о добросовестности  поведения законопослушного приобретателя имущества (ст. 210 ГК РФ).  

Считает, что ответчиками не доказана разумная экономическая цель совершения  оспариваемых сделок, что ставит под сомнение реальность хозяйственных операций и  свидетельствует о наличии формального документооборота с целью сокрытия имущества  от обращения на него взыскания по обязательствам должника.  

В связи с чем, по мнению налогового органа, имеются все основания для полного  удовлетворения заявления финансового управляющего ФИО5 к ФИО6  и ФИО2 о признании сделок недействительными и применении последствий  недействительности сделок.  

ФИО2 в письменном отзыве на апелляционную жалобу, считая  обжалуемое определение законным и обоснованным, просила оставить его без изменения,  а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Определением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2023  судебное разбирательство откладывалось.  

Финансовый управляющий ФИО4 ФИО5 29.06.2023 в суд  апелляционной инстанции представил письменные пояснения к апелляционной жалобе.  Одновременно просил рассмотреть апелляционную жалобу в свое отсутствие.  

ФИО2 представила пояснения на апелляционную жалобу финансового  управляющего ФИО4 ФИО5  

В судебном заседании ФИО3 возражал против доводов апелляционной  жалобы, просил определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Иные заинтересованные лица, участвующие в настоящем обособленном споре, о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом,  представителей в судебное заседание не направили.  

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие иных  неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных  надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.  

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке  статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.  

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный  апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим  основаниям.  

Как следует из материалов дела, финансовый управляющий обратился в  арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок – соглашения о расторжении  договора купли-продажи транспортного средства от 05.12.2016, подписанного между  ФИО4 и ФИО6, и  договора купли-продажи транспортного средства от 16.05.2017, заключенного между  ФИО6 и ФИО2, в отношении  транспортного средства - ДАФ FX95 480 FT 4X2, гос. номер 

<

***> 2004 г.в., VIN  

<

***>.  

Так, согласно представленному финансовым управляющим соглашению от  05.12.2016 ФИО6 (продавец) и ФИО4 (покупатель) расторгли договор  купли-продажи транспортного средства от 24.05.2014 с 05.12.2016.  

Согласно пункту 2 соглашения при расторжении договора купли-продажи  транспортного средства от 24.05.2014 прекращаются все взаимные обязательства сторон,  связанные с его заключением и исполнением. Транспортное средство подлежит возврату  продавцу по акту приема-передачи транспортного средства (т. 1 л. д. 113).  

В соответствии с актом приема-передачи от 05.12.2016 транспортное средство  было передано от ФИО4 к ФИО6 (т. 1 л. д. 114).  

Позднее, 16.05.2017 между ФИО6 (продавец) и  ФИО2 (покупатель) был подписан договор купли-продажи  транспортного средства, по условиям которого продавец передает в собственность  

покупателя (продает) транспортное средство - ДАФ FX95 480 FT 4X2, гос. номер  

<

***> 2004 г.в., VIN 

<

***> (т. 1 л. д. 115).  

Стороны сделки согласовали стоимость отчуждаемого транспортного средства в  размере 800 000 руб. (пункт 4 договора).  

Ссылаясь на то, что оспариваемые сделки по отчуждению спорного транспортного  средства являются мнимыми, совершены с целью сокрытия имущества должника,  финансовый управляющий ФИО5 в порядке статей 10, 168, 170 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обратился в арбитражный суд с  настоящим заявлением.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции  правомерно руководствовался следующим.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства).  

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о  банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I -  III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1  ст. 213.1 Закона о банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником  или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с пунктом 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее по тексту - Постановление № 63), в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в  силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного  управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным  основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные  содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям,  

предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям,  предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).  

Пунктом 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 установлено, что  наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок,  предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом,  как ничтожную (ст. 10 и 168 ГК РФ).  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в  обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского  законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может  быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2  статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности  такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по  правилам статьи 170 ГК РФ).  

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено,  что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите  гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских  правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ  никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного  поведения.  

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с  противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление  гражданских прав (злоупотребление правом).  

Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении  (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в  суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно  с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной  противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым)  интересом сделок такого рода.  

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении  гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника  гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон  влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от  недобросовестного поведения другой стороны.  

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета,  установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка является ничтожной в  силу статей 10 и 168 ГК РФ.  

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договоров купли-продажи  имущества должника может свидетельствовать совершение таких сделок не в  соответствии с их обычным предназначением, а с целью избежания возможного  обращения взыскания на отчужденное имущество должника.  

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ) сделка недействительна по основаниям,  установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая  сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

Пунктом 1 статьи 167 ГК РФ установлено, что недействительная сделка не влечет  юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее  недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, нарушающая требования закона или  иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и  охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что  такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не  связанные с недействительностью сделки.  

В обоснование требований о признании недействительными сделок по отчуждению  автомобиля – ДАФ FX95 480 FT 4X2, гос. номер 

<

***> 2004 г.в., VIN  

<

***>, финансовый управляющий ссылается на мнимость данных сделок.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида,  без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка),  ничтожна.  

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении  не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду  ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее  исполнения.  

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей  требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия (формальное  исполнение), что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной  на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим  установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой,  является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально  совершить и исполнить соответствующую сделку.  

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что  стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.  Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника  заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о  передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или  учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки  для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое  имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на  основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

Правовой целью договора купли-продажи является передача имущества от  продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Финансовый управляющий, обращаясь в суд с заявлением об оспаривании сделок  по отчуждению имущества ссылался на то, что транспортного средство находится в  собственности должника ФИО4, о чем свидетельствует запись в паспорте  транспортного средства, оспариваемое соглашение о расторжении договора купли-продажи транспортного средства от 05.12.2016 было представлено лишь в ходе  рассмотрения требования ФИО6 о включении требования в реестр требований  кредиторов ФИО4  

Кроме того, в соответствии с информацией, предоставленной Российским Союзом  Автостраховщиков, ФИО4 в период с 20.06.2014 по настоящее время неоднократно –  20.06.2014, 10.08.2015, 16.09.2016, 10.02.2018, 11.01.2020, 02.06.2021 осуществлял  страхование автотранспортного средства - ДАФ FX95 480 FT 4X2, гос. номер 

<

***>  2004 г.в., VIN 

<

***>.  

Также финансовый управляющий указал, что отец должника – ФИО3, являлся и является лицом, допущенным к управлению транспортным  средством, лицом, использующим указанное транспортное средство.  

По мнению финансового управляющего, приведенные сведения свидетельствуют о  том, что транспортное средство фактически не выбыло из владения должника, а  оспариваемые соглашение от 05.12.2016 о расторжении договора купли-продажи от  24.05.2014 и договор купли-продажи транспортного средства от 16.05.2017 являются  фиктивными, заключены с целью сокрытия имущества должника.  

Статья 65 АПК РФ устанавливает, что каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

Как установлено судом первой инстанции, в рамках рассмотрения обособленного  спора по заявлению ФИО6 о включении задолженности в реестр требований  кредиторов ФИО4 (определение суда от 05.10.2020 по делу № А09-4688/2019)  24.05.2014 между ФИО6 (продавец) и ФИО4 (покупатель) был заключен договор купли-продажи  транспортного средства, по условиям которого продавец передает в собственность  покупателя (продает), а покупатель принимает (покупает) и оплачивает транспортное  средство - DAF XF95 480 FT 4X2, VIN 

<

***>, 2004 года выпуска.  

Согласно пункту 4 договора в редакции дополнительного соглашения от 24.05.2014  стороны согласовали стоимость транспортного средства в размере 1 880 000 руб. Оплата  производится частями до 31.05.2014 - 20 000 руб., последующие месяца по 20 000 руб.  последнего числа каждого месяца. Выплата производится до момента выплаты всей  стоимости транспортного средства.  

В обеспечение исполнения обязательств по договору купли-продажи от 24.05.2014,  между ФИО6 (залогодержатель) и ФИО4 24.05.2014 был подписан  договор залога № 1, по условиям которого залогодатель передает залогодержателю в залог  заложенное имущество или предмет залога транспортное средство DAF  XF95 480 FT 4X2, VIN 

<

***>, 2004 года выпуска, модификация (тип)  транспортного средства - грузовой (тягач седельный), цвет кузова - красный, мощность  двигателя 482.8 л.с., паспорт ТС или иной регистрационный документ серии 77 ТУ номер  088960, выдан Центральной акцизной таможней, регистрационный знак 

<

***>.  

Покупатель, приняв товар - транспортное средство, произвел частичную оплату на  сумму 40 000 руб. (расписки должника от 24.10.2016, 27.06.2014), обязательство по оплате  

товара в полном объеме не произвел, в связи с чем остаток задолженности составил  1 840 000 руб.  

Наличие неисполненного обязательства по оплате транспортного средства,  послужило основанием для обращения ФИО6 в арбитражный суд с  требованием о включении задолженности в реестр требований кредиторов ФИО4  

В ходе рассмотрения обособленного спора было представлено соглашение от  05.12.2016 о расторжении договора купли-продажи транспортного средства от 24.05.2014,  согласно которому стороны пришли к соглашению о расторжении договора с 05.12.2016.  

Спорное транспортное средство было возвращено ФИО6 в соответствии  с соглашением о расторжении договора купли-продажи от 05.12.2016.  

Ходатайств о фальсификации доказательств в рамках рассмотрения требования  ФИО6 в порядке статьи 161 АПК РФ лицами, участвующими в деле, не  заявлялось.  

Установив тот факт, что договор купли-продажи от 24.05.2014 между  ФИО6 и ФИО4 расторгнут, определением суда от 05.10.2020  заявленные требования ФИО6 о включении в реестр  требований кредиторов ФИО4 задолженности оставлены без  удовлетворения.  

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2020  определение Арбитражного суда Брянской области от 05.10.2020 по делу  

 № А09-4688/2019 оставлено без изменения. 

Как указано выше, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон  нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не  совпадает с их внутренней волей.  

Оспаривая заявленные требования, представитель ФИО2 - ФИО3  (отец должника) пояснил, что ФИО4 является номинальным собственником  спорного транспортного средства, фактически владеет транспортным средством  ФИО2, которая приобрела его на основании договора купли-продажи от 16.05.2017,  заключенного с ФИО6, что подтверждает представленный в материалы дела  договор купли-продажи транспортного средства от 16.05.2017 (т. 1 л. д. 115).  

Согласно пояснениям ФИО3, ФИО2, являясь гражданской женой  ФИО3, передала в его распоряжение спорное транспортное средство для  осуществления предпринимательской деятельности.  

ФИО3 указал, что с момента приобретения и до настоящего времени  указанное транспортное средство находится в его пользовании, в частности, он указан в  

страховых полисах в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством  (страховые полисы серии ХХХ № 0027005212 от 10.02.2018, серии ХХХ № 0108170747 от  10.01.2020, серии ХХХ-0175994790 от 28.05.2021 (т. 3 л. д. 35 – 46).  

Также ФИО3 в обоснование своей позиции указал, что ремонт спорного  транспортного средства и приобретение запасных частей осуществляются за счет его  денежных средств, что подтверждают представленные в материалы обособленного спора  товарные накладные № 12128 от 28.12.2017, № 7391 от 30.08.2017, счет на оплату № 108  от 15.11.2019, товарная накладная № 108 от 15.11.2019, плательщик ФИО2;  товарные накладные № 2285 от 19.02.2022, № 2085 от 15.02.2022, № 2312 от 19.02.2022, №  4421 от 13.04.2021, № 160 от 08.01.2022, № 171 от 08.01.2022, № 1580 от 07.02.2022, заказ- наряд № 781С от 13.04.2021 плательщик ФИО3).  

В материалы дела представлена справка ООО «Автотрак» от 18.01.2023, согласно  которой ФИО3 в период с 2016 по 2018 год приобретал запчасти для ремонта  спорного автомобиля, оплата производилась за наличный расчет.  

В подтверждение факта использования транспортного средства в  предпринимательских целях в материалы дела представлены диагностическая карта  сроком действия 31.07.2022; договор организации перевозок грузов автомобильным  транспортом от 18.02.2022 на транспортировку спорного транспортного средства с  Украины, подписанный с ФИО3 Информационное письмо «Тройка Улусларарасы  ФИО7 ФИО8.» о том, что ФИО3 оказывал автоуслуги по маршруту  Украина Россия фирме тройка с 2018 года, последний рейс 18.02.2022, автоперевозки  осуществлял ФИО3 на автомашине DAF XF95 480 FT 4X2, гос.номер Е258УК 32,  разовый пропуск на заезд в порт г. Одесса от 23.12.2021 № 470834; СMR,  подтверждающее движение транспортного средства из Украины в Россию от 27.01.2022;  подтверждение о прибытии транспортного средства на таможенный терминал от  07.02.2022; путевой лист грузового автомобиля индивидуального предпринимателя № 56  от 21.02.2022; бланк подтверждения деятельности, выданный на имя ФИО3;  справка от 06.02.2023 о том, что в период с 2014 по 2022 год на транспортное средство  оформлено и оплачено 61 полис «Зеленая карта» на сумму 173 600 руб.  

Представленные в материалы дела доказательства, свидетельствуют, что после  подписания соглашения о расторжении договора купли-продажи от 05.12.2016 между  ФИО4 и ФИО6, спорное транспортное средство было передано  новому покупателю – ФИО2 на основании договора купли-продажи от 16.05.2017,  которая несла обязанности собственника в отношении приобретенного имущества и  использовала его в предпринимательских целях.  

Согласно информации, представленной органами Госавтоинспекции (письмо от  21.04.2022 № 13/2063) в федеральной информационной системе Госавтоинспекции МВД  России по состоянию на 19.04.2022 содержится информация о регистрации транспортного  средства – ДАФ-ХF95.480 FT 4Х2, VIN 

<

***> с 20.06.2014 за ФИО4, прежний собственник – ФИО6 (т. 1  л. д. 135).  

Государственной регистрации в силу пункта 1 статьи 131 ГК РФ подлежат право  собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их  возникновение, переход и прекращение.  

Пунктом 2 статьи 130 ГК РФ установлено, что вещи, не относящиеся к  недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом.  Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.  

Из приведенных выше положений закона следует, что транспортные средства не  отнесены к объектам недвижимости, в связи с чем являются движимым имуществом, а,  следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило о  моменте возникновения права собственности у приобретателя - с момента передачи  транспортного средства.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 15 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ  «О безопасности дорожного движения» допуск транспортных средств, предназначенных  для участия в дорожном движении на территории Российской Федерации, за исключением  транспортных средств, участвующих в международном движении или ввозимых на  территорию Российской Федерации на срок не более шести месяцев, осуществляется в  соответствии с законодательством Российской Федерации путем регистрации  транспортных средств и выдачи соответствующих документов. Регистрация транспортных  средств без документа, удостоверяющего его соответствие установленным требованиям  безопасности дорожного движения, запрещается. В случаях, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, отдельные действия по регистрации  транспортных средств и выдача соответствующих документов осуществляются в том  числе в электронной форме.  

Согласно пункту 3 постановления Правительства Российской Федерации от  12.08.1994 № 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и  других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» собственники  транспортных средств либо лица, от имени собственников владеющие, пользующиеся или  распоряжающиеся на законных основаниях транспортными средствами, обязаны в  установленном порядке зарегистрировать их или изменить регистрационные данные в  

Государственной инспекции, или военных автомобильных инспекциях (автомобильных  службах), или органах гостехнадзора в течение срока действия регистрационного знака  «Транзит» или в течение 10 суток после приобретения, выпуска в соответствии с  регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и другими  актами, составляющими право Евразийского экономического союза, и законодательством  Российской Федерации о таможенном деле, снятия с учета транспортных средств, замены  номерных агрегатов или возникновения иных обстоятельств, потребовавших изменения  регистрационных данных.  

Приведенными выше положениями предусмотрена регистрация самих  транспортных средств, обусловливающая их допуск к участию в дорожном движении.  

При этом регистрация транспортных средств носит учетный характер и не является  обязательным условием для возникновения на них права собственности.  

Гражданский кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не  содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению  транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с  регистрационного учета.  

Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя  транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если  прежний собственник не снял его с регистрационного учета.  

Данная позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 2 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 26 апреля 2017 года.  

Суд первой инстанции правомерно указал, что в рассматриваемом случае  отсутствие в информационной системе органов Госавтоинспекции сведений о смене  собственника в связи с подписанием соглашения от 05.12.2016 о расторжении договора  купли-продажи транспортного средства, заключенного между ФИО6 и  ФИО4, при наличии подписанного между ФИО6 и ФИО4  акта приема-передачи транспортного средства от 05.12.2016 и фактической передачей  транспортного средства ФИО6 (т. 1 л. д. 114), не свидетельствует о не  возникновении права собственности у ФИО6 в отношении спорного  транспортного средства.  

Являясь владельцем транспортного средства – DAF XF95 480 FT 4X2, VIN  

<

***>, 2004 года выпуска, ФИО6 распорядился указанным  имуществом, передав его по акту приема-передачи от 16.05.2017 новому собственнику  

ФИО2 на основании договора купли-продажи транспортного средства от  16.05.2017.  

Фактическая передача имущества по оспариваемым сделкам подтверждается  материалами дела и свидетельствует об исполнении сторонами сделок своих обязательств.  

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая  действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из  поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права  и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении  необходимой информации.  

Между тем, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том,  что стороны сделки имели намерение причинить вред кредиторам должника суду не  представлено.  

Финансовым управляющим не представлены доказательства, подтверждающие  порочность воли сторон при заключении оспариваемых договоров.  

Сведения об использовании имущества – транспортного средства должником  ФИО4 в материалах дела отсутствуют.  

Из материалов дела не следует, что оспариваемые сделки совершены с целью  вывода ликвидного имущества должника и причинения вреда имущественным права  кредиторов, а, следовательно, в действиях сторон при совершении оспариваемой сделки  отсутствовали признаки злоупотребления правом - целенаправленное намерение  причинить вред другому лицу и/или действия в обход закона с противоправной целью  (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).  

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы обособленного  спора доказательств, а также учитывая в совокупности доводы заявленных требований,  пояснения представителей сторон, суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу, что заявленное финансовым управляющим ФИО5 требование о  признании сделок недействительными и применении последствий недействительности  сделок не подлежит удовлетворению.  

Доводы апелляционной жалобы рассмотрены судебной коллегией и отклонены на  основании следующего.  

Финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени  гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям,  предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок,  совершенных с нарушением данного Федерального закона (абзац второй пункта 7 статьи  213.9 Закона о банкротстве).  

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2  или 61.3 данного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей  инициативе. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по  указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты  введения реструктуризации долгов гражданина.  

В силу разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), наличие в Законе о банкротстве  специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само  по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой  допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе  при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Финансовый управляющий, обращаясь в суд с заявлением об оспаривании сделок и  применении последствий недействительности сделок, ссылался на то, что оспариваемые  сделки по отчуждению спорного транспортного средства являются мнимыми, совершены  с целью сокрытия имущества должника, и на основании статей 10, 168, 170 Гражданского  кодекса Российской Федерации просил суд признать их недействительными.  

Согласно пункту 32 Постановления № 63 заявление об оспаривании сделки на  основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение  годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что определением  Арбитражного суда Брянской области от 15.10.2019 (резолютивная часть) в рамках  настоящего дела ФИО5 утвержден финансовым управляющим  должника. Таким образом, с заявлением об оспаривании сделок финансовый  управляющий должен был обратиться не позднее 15.10.2020. Вместе с тем, ФИО5  обратился в суд с настоящим заявлением 01.12.2021, то есть с пропуском годичного срока  

на подачу заявления об оспаривании сделок по специальным основаниям, установленным  Законом о банкротстве, на 1 год и 2 месяца.  

Между тем, обстоятельства совершения сделки, на которые ссылается финансовый  управляющий (ФИО3 (отец должника) и ФИО2 (гражданская жена ФИО3) являются заинтересованными лицами; ФИО6 и ФИО2 не совершали  никаких действий по регистрации транспортного средства, не оплачивали транспортные  налоги и штрафы; причинение вреда кредиторам по соглашению о расторжения договора  купли-продажи от 24.05.2014 по возврату транспортного средства), не выходят за рамки  признкаов подозрительной сделки, определенных в п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

Исходя из того, что совершение подозрительной сделки по сути является также  злоупотреблением права, но со специальным юридическим составом признаков,  указанных в ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)», квалификация такой сделки по ст. 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации должна применяться субсидиарно к специальным нормам.  Произвольная или двойная квалификация одного и того же правонарушения как по  специальным, так и по общим нормам противоречит принципам правовой определенности  и предсказуемости (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023   № 305-ЭС19-18803(10)).  

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что квалификация  финансовым управляющим сделки по основаниям, предусмотренным ст. 10 ГК РФ,  направлена исключительно на обход сроков исковой давности для ее оспаривания по  специальным основаниям, что недопустимо.  

Одним из необходимых элементов для признания сделки недействительной по  основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является то,  что другая сторона сделки знала или должна была знать о противоправной цели должника  - причинение вреда кредиторам - к моменту совершения сделки.  

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу  абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая  сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о  банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

Бремя доказывания того, что оспариваемый договор заключен с целью причинения  вреда имущественным правам общества и его кредиторов, равно как и того, что другая  сторона сделки знала об указанной цели должника, лежит на финансовом управляющем.  

Вместе с тем, оспаривая соглашение о расторжении договора купли-продажи от  24.05.2014 финансовый управляющий не привел доказательства аффилированности  ФИО6 по отношению к должнику, в связи с чем последним не доказано, что  ФИО6 должен быть знать о неплатежеспособности должника и о наличии у  должника кредиторов.  

В ходе разбирательства по настоящему обособленному спору стороны раскрыли  разумные и экономические мотивы действий по расторжению договора купли-продажи от  24.05.2014.  

Так, из материалов дела следует, что 24.05.2014 между ФИО6  (продавец) и ФИО4 (покупатель) был заключен договор купли-продажи  транспортного средства ДАФ FX95 480 FT 4Х2, VIN 

<

***>, год выпуска  2004 (далее - автомобиль; грузовой автомобиль).  

В связи с тем, что расчет за автомобиль не был произведен должником, 05.12.2016  стороны подписали соглашение о расторжении договора купли-продажи транспортного  средства от 05.12.2016. В соответствии с указанным соглашением автомобиль был  возвращен ФИО6 по акту приема-передачи от 05.12.2016.  

Таким образом, в данном случае отсутствует цель – причинение вреда кредиторам,  поскольку первоначальный собственник транспортного средства действовал в своем  интересе, пытался вернуть свои денежные средства.  

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что соглашение о  расторжении договора купли-продажи заключено 05.12.2016, а дело о банкротстве  возбуждено 05.08.2019, т.е. почти за 3 года до возбуждения дела о банкротстве. С учетом  отсутствия аффилированности ФИО6 по отношению к должнику,  подтверждением экономической целесообразности заключения первой сделки, не  оснований полагать, что она совершена в целях причинения вреда кредиторам  должника.  

Поскольку не доказан факт причинения вреда имущетсвенным правам кредиторов  спорной сделкой, суд первой инстанции правомерно не усмотрел отсутствовали  оснований для её квалификации по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  Обстоятельств, выходивших за пределы диспозиции этой правовой нормы ответчику не  вменялось и судом не установлено. Как следствие, не было и оснований для признания  сделки ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ.  

В отношении сделки – договора купли-продажи транспортного средства ДАФ FX95  480 FT 4X2, гос. номер 

<

***> 2004 г.в., VIN 

<

***> от 16.05.2017,  заключенного между ФИО6 и ФИО2, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать на следующее.  

Вопреки положениям статьи 65 АПК РФ финансовым управляющим не раскрыты  основания для оспаривании данной сделки, поскольку данная сделка совершена не с  должником.  

Из заявления финансового управляющего об оспаривании сделок и из материалов  обособленного спора не усматривается, что обе оспариваемые финансовым управляющим  сделки являются единой сделкой, направленной исключительно на вывод имущества  должника.  

Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку  исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований,  в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут  служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о  неправильном применении арбитражным судом области норм материального или  процессуального права.  

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения  спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего  исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости,  допустимости и достаточности.  

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда  первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела,  при правильном применении норм действующего законодательства.  

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных  частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Брянской области от 21.02.2023 по делу 

 № А09-4688/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа  в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В  соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.  

Председательствующий судья Ю.А. Волкова  

Судьи Н.А. Волошина  Е.В. Мордасов