Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-30938/2017

г. Владивосток

23 августа 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 августа 2021 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей А.В. Ветошкевич, М.Н. Гарбуза,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Мегасах»,

апелляционное производство № 05АП-4393/2021 

на определение от 08.06.2021  

судьи Р.Ш. Ярмухаметова

по делу № А51-30938/2017 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мегасах»

об оспаривании договора купли-продажи помещения, заключенного между должником и ФИО2,

в рамках дела по заявлению ФИО3 (ИНН 

<

***>) 

о признании себя несостоятельным (банкротом),

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Мегасах» (при участии онлайн): ФИО4 (представленные в электронном виде: доверенность от 10.08.2020 сроком действия 3 года, паспорт); 

от ФИО3: ФИО5 (доверенность от 24.02.2021 сроком действия 3 года, паспорт); 

от ФИО2: ФИО6 (доверенность от 15.04.2021 сроком действия 5 лет, паспорт); 

от общества с ограниченной ответственностью «ЭкоСфера»: ФИО7 (доверенность от 03.02.2021 сроком действия 1 год, удостоверение адвоката);

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Приморского края от 04.06.2019 ФИО3 (далее – ФИО3, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина сроком на 6 месяцев, финансовым управляющим должника утверждена ФИО8 (далее – ФИО8).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 29.12.2020 ФИО8 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО3; новым финансовым управляющим должника утверждена ФИО9 (далее – ФИО9).

В рамках дела о банкротстве должника общество с ограниченной ответственностью «Мегасах» (далее – ООО «Мегасах», конкурсный кредитор, заявитель) обратилось 15.12.2020 в Арбитражный суд Приморского края с заявлением, уточенным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительной сделкой заключённого между должником и ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) договора купли-продажи помещения с кадастровым номером 25:34:017401:5739, расположенного по адресу: 

<

...>, а также сделки по дальнейшему отчуждению названного имущества – договора купли-продажи, заключенного между ФИО2 и обществом с ограниченной ответсвтенностью «ЭкоСфера» (далее - ООО «ЭкоСфера»), и применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 08.06.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Мегасах» обратилось в суд с апелляционной жалобой (с учетом уточнений от 19.07.2021), в которой просило определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование своей позиции заявитель, ссылаясь на положения пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», привел доводы о необоснованном отказе суда в удовлетворении ходатайства о проведении судебной экспертизы срока давности составления документа – расписки от 14.06.2017, представленной в подтверждение фактической передачи ФИО2 должнику денежных средств в счет оплаты имущества по договору купли-продажи от 10.06.2017, в отсутствие доказательств наличия у ответчика на дату совершения сделки соответствующей финансовой возможности. Как полагал апеллянт, основной целью совершения сделки являлось недопущение обращения взыскания на имущество в ходе проведения процедур банкротства. По мнению апеллянта, непредставление доказательств, достоверно подтверждающих как факт внесения оплаты по договору, так и наличие у ответчика финансовой возможности исполнить договор в части расчетов с должником, является основанием для признания оспариваемого договора недействительным. 

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2021 апелляционная жалоба ООО «Мегасах» оставлена без движения на срок до 23.07.2021. Определением от 22.07.2021 в связи с устранением заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 16.08.2021. 

В материалы дела от ФИО2, финансового управляющего ФИО9, ООО «Экосфера», АО «Банк Интеза» (далее - Банк) поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу ООО «Мегасах».

ФИО2, финансового управляющего ФИО9, ООО «Экосфера» в представленных отзывах просили определение суда первой инстанции оставить без изменения ввиду недоказанности заявителем совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а жалобу – без удовлетворения. 

АО «Банк Интеза», напротив, считал жалобу апеллянта обоснованной и подлежащей удовлетворению. По мнению Банка, суд первой инстанции, не проверив заявление ООО «Мегасах» о фальсификации доказательств, представленных в подтверждения фактического исполнения сделки, путем проведения экспертизы, констатировал, что оспариваемая сделка соразмерна, ее совершение не повлекло причинение имущественного вреда кредиторам. 

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции 16.08.2021 коллегией заслушаны пояснения участников процесса.

Представитель ООО «Мегасах» поддержала доводы апелляционной жалобы, с учетом уточнений. Обжалуемое определение суда первой инстанции считала незаконным и необоснованным, подлежащим отмене. 

Представители ООО «ЭкоСфера», ФИО2, ФИО3 на доводы апелляционной жалобы возражали. Определение суда первой инстанции считали правомерным, не подлежащим отмене. 

Представитель ФИО2 представил на обозрение суда оригиналы расписок от 14.06.2017 и от 24.06.2017, предварительного договора. Указанные документы после их обозрения возвращены представителю в судебном заседании.

Представитель ООО «Мегасах» заявила ходатайство о назначении по делу технической экспертизы по вопросу давности изготовления расписки от 14.06.2017. 

Представители ООО «ЭкоСфера», ФИО2, ФИО3 на заявленное ходатайство возражали. 

Судебная коллегия, руководствуясь статьями 82, 108, 266, 268 АПК РФ, определила в удовлетворении заявленного ходатайства о назначении судебной экспертизы отказать в связи с неисполнением требований статей 82, 108 АПК РФ (в депозит суда не внесены денежные средства, подлежащие выплате эксперту, а также отсутствует необходимость в назначении экспертизы, принимая во внимание наличие в деле достаточных доказательств для разрешения спора). 

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие указанных лиц.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав пояснения участников процесса, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Порядок оспаривания сделок должника установлен в Главе III.1 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке (пункт 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, рассматриваемого заявления, в период, предшествовавший возбуждению дела о банкротстве, между ФИО3, и ФИО2 совершена сделка купли-продажи нежилого помещения № 143 в здании, назначение: нежилое, общая площадь 55 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>, заключенная 24.06.2017, по цене 3 250 000 рублей. 

Указанная сделка оспорена ООО «Мегасах», как совершенная сторонами с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Требования кредитора заявлены со ссылками на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Апелляционным судом из материалов дела установлено, что действия по регистрации перехода права собственности на объект недвижимого имущества – помещение № 143, расположенное по адресу: 

<

...>, являющегося предметом договора купли-продажи от 24.06.2017, совершены  30.06.2017.

Пунктом 2 статьи 8.1 ГК РФ установлено, что права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных названным Кодексом и иными законами.

Согласно пункту 1 статьи 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

При этом, в силу пункта 2 статьи 552 ГК РФ исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами.

Конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Соответствующая правовая позиция изложена в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4), от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843.

Таким образом, исходя из даты регистрации перехода права собственности на объект недвижимого имущества по договору купли-продажи от 24.06.2017 – 30.06.2017, указанная дата и подлежит учету при определении периода подозрительности оспариваемой сделки.

В рассматриваемом случае, оспариваемая сделка, с учетом даты принятия заявления о признании должника банкротом (27.02.2019), совершена 30.06.2017 в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств:

гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил;

более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены;

размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования;

наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Если имеются достаточные основания полагать, что с учетом планируемых поступлений денежных средств, в том числе доходов от деятельности гражданина и погашения задолженности перед ним, гражданин в течение непродолжительного времени сможет исполнить в полном объеме денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил, гражданин не может быть признан неплатежеспособным.

Под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (статья 2 Закона о банкротстве).

В рамках проверки наличия (отсутствия) совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, установлено следующее.

Заключению оспариваемого заявителем договора купли-продажи от 24.06.2017 предшествовало заключение ряда сделок.

Так, между ООО «Водострой» (продавец) и ФИО3 (покупатель) 26.03.2014 заключен договор купли-продажи помещения № 143 в здании, назначение: нежилое, общая площадь 55 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...> (далее – спорное помещение), согласно которому стороны согласовали условие о том, что помещение находится в залоге у продавца до полного исполнения покупателем своих обязательств. Стоимость имущества сторонами согласована в размере 2 915 000 рублей.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра недвижимости  от 07.06.2017 обременение спорного помещения залогом (ипотекой) в пользу ООО «Водострой» на основании договора купли-продажи от 26.03.2014 № 143 зарегистрировано 31.03.2014.

ФИО3 частично исполнены обязательства по оплате помещения в размере 453 000 рублей.

ООО «Водострой» в адрес ФИО3 20.04.2017 направлено заявление об одностороннем отказе от исполнения договора и выставлено требование об оплате суммы задолженности, а позднее подано исковое заявление в Уссурийский районный суд, на основании которого возбуждено гражданское дело № 2-2803/2017. 

ФИО3 24.04.2017 в счет оплаты долга по договору оплачено 50 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 24.04.2017 № 119, а 05.06.2017 в адрес ООО «Водострой» направлено гарантийное письмо, на основании которого должник обязался возвратить продавцу долг в случае снятия обременения с помещения. 

10.06.2017 между ФИО3 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен предварительный договор купли-продажи, по условиям которого стороны договорились о  подготовке и заключении в последующем основного договора купли-продажи нежилого помещения № 143 в здании, назначение: нежилое, общая площадь 55 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>, по цене 3 250 000 руб. (пункты 1.1, 2.1).

 В подпункте 2.1.2 стороны установили следующий порядок оплаты стоимости вышеназванного объекта недвижимости:

- часть стоимости в размере 2 500 000 руб. будет оплачена собственнику (должнику) в день оплаты остатка долга по договору купли-продажи от 26.03.2014 № 413 для снятия обременения нежилого помещения в виде залога, из собственных средств покупателя, в качестве задатка путем передачи наличных денежных средств,

- оставшаяся часть стоимости в размере 750 000 руб. будет оплачена собственнику помещения в день подписания основного договора купли-продажи и до подачи документов на регистрацию перехода права собственности от продавца  к покупателю,  из собственных средств покупателя, в качестве задатка путем передачи наличных денежных средств.

Согласно расписки от 14.06.2017 ФИО3 от ФИО2 получены денежные средства в размере 2 500 000 руб. с указанием на оплату за продаваемую недвижимость, расположенную по адресу: 

<

...>, по предварительному договору купли-продажи от 10.06.2017 в качестве задатка.

В  тот же день, то есть 14.06.2017, должником в счет исполнения расчетов по договору купли-продажи от 26.03.2014 № 413 внесено в кассу ООО «Водострой» 2 412 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 162 от 14.06.2017. 

Впоследствии между должником (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен оспоренный договор купли-продажи от 24.06.2017, по условиям которого  продавец передает в собственность покупателя, а покупатель обязуется оплатить за проданное имущество цену в размере 3 250 000 руб. и принять в собственность спорное помещение. 

В пункте 4 данного договора указано, что за проданное имущество покупатель передал продавцу деньги в сумме 3 250 000 руб. за счет собственных средств до подписания данного договора.

При этом между сторонами договора от 24.06.2017 составлена расписка от 24.06.2017 о получении ФИО3 от ответчика оставшейся суммы по договору в размере 750 000 рублей.

Впоследствии, ФИО2 продал спорное помещение в пользу ООО «ЭкоСфера» по цене 3 100 000 рублей по договору купли-продажи недвижимого имущества от 17.07.2020.

Проанализировав обстоятельства совершения сделки, произведенную ФИО2 оплату на основании расписок от 14.06.2017 на сумму 2 500 000 рублей и от 24.06.2017 на сумму 750 000 рублей (всего ответчиком передано, а должником получено по сделке 3 250 000 рублей), апелляционный суд пришел к выводу о возмездном характере возникших между сторонами правоотношений по купле-продаже спорного помещения, а также о соразмерности представленного по сделке денежного исполнения, в том числе, с учетом сопоставления определенной сторонами в договоре от 24.06.2017 цены передаваемого имущества, его покупной цены (2 915 000 рублей) и цены в последующей сделке (3 100 000 рублей). 

При этом доказательств того, что установленная в договоре от 24.06.2017 цена спорного имущества не соответствовала рыночной стоимости данного имущества на момент совершения этой сделки, в частности: была существенно занижена, ни заявителем, ни Банком, ни иными участвующими в деле лицами в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.

В рассматриваемом случае, реализация должником имущества по адекватной рыночной стоимости не повлекла ухудшение финансового положения должника либо увеличение размера обязательств, следовательно, не причинила вреда должнику и его кредиторам.

Кроме того, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве ФИО2 не является заинтересованным (аффилированным) лицом по отношению к должнику, что исключает осведомленность контрагента по сделке о неудовлетворительном финансовом положении должника. Иными способами такая осведомленность кредитором не подтверждена. 

Наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки либо возникновение таких признаков после ее совершения также не усматривается. В то же время, как разъяснено в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, недопустимо отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним. Однако, это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами.

В ходе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции ООО «Мегасах» заявило о фальсификации расписки от 14.06.2017, в целях проверки заявления о фальсификации ходатайствовало о назначении судебной экспертизы по определению давности изготовления данного документа.

Статьей 161 АПК РФ предусмотрена возможность обращения лица, участвующего в деле, в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле.

В соответствии с частью 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

По мнению заявителя, расписка от 14.06.2017, представленная ФИО2 в подтверждение фактической передачи должнику денежных средств на сумму 2 500 000 рублей, изготовлена в иную дату, но не ранее 2020 года. Выражая сомнения относительно достоверности расписки, кредитор сослался на отсутствие у ответчика на дату передачи оплаты по договору соответствующей финансовой возможности. 

Из материалов дела следует, что при проверке заявления кредитора о фальсификации расписки от 14.06.2017 суд первой инстанции предупредил ФИО3 об уголовной ответственности за фальсификацию доказательств, предусмотренную статьей 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем отобрана соответствующая расписка от 03.06.2021, также должник отказался исключать расписку от 14.06.2017 из состава доказательств по делу. 

Кроме того, в судебном заседании представитель ФИО2 представил на обозрение суда оригинал расписки от 14.06.2021, подпись в которой ФИО3 удостоверена в судебном заседании. Как указывалось ранее, в суде апелляционной инстанции коллегией также обозревались представленные представителем ФИО2 оригиналы расписок от 14.06.2017 и от 24.06.2017, предварительного договора. 

Суд первой инстанции, проверив заявление кредитора о фальсификации расписки от 14.06.2017, отказал в его удовлетворении, сославшись на подтверждение факта проставления подписи в оригинале расписки должником. Также судом первой инстанции отказано в удовлетворении ходатайства кредитора о назначении судебной экспертизы по определению давности изготовления расписки в связи с отсутствием у суда сомнений в подлинности оригинала расписки.

При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции коллегия также не усмотрела оснований для удовлетворения заявления кредитора о фальсификации расписки от 14.06.2017, а также ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы в целях проверки заявления о фальсификации, в связи со следующим.

Понятие «фальсификация» подразумевает сознательное искажение представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений, документов, специально изготовленных и заведомо не соответствующих действительным фактам и обстоятельствам. То есть определяющим ожидаемым последствием фальсификации какого-либо документа является искажение действительных фактов и обстоятельств различными способами для использования в своих неправомерных целях. 

По смыслу положений абзаца 2 пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ наличие заявления о фальсификации доказательства не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными доказательствами в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ. 

В рассматриваемом деле заявление кредитора о фальсификации расписки от 14.06.2017 направлено на исключение из числа доказательств данного документа, представленного ответчиком в подтверждение осуществления частичной оплаты стоимости спорного помещения.

Между тем, как установлено выше, согласно расписке от 14.06.2017 ответчиком осуществлена частичная оплата стоимости спорного помещения (в сумме 2 500 000 руб.), при этом оставшаяся часть оплачена ответчиком позже по расписке от 24.06.2017 на сумму 750 000 руб., достоверность которой на предмет ее изготовления в иную дату участвующими в деле лицами, в том числе заявителем, не оспорена; соответствующих доказательств приведенному обстоятельству в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.

Кроме того, в подтверждение фактический передачи ответчиком должнику денежных средств в сумме 2 500 000 руб. по расписке от 14.06.2017 в день ее составления, а не в иную дату, на чем настаивает заявитель, в дело представлена квитанция к приходному кассовому ордеру от 14.06.2017 № 162, выданная обществом «Водострой» в подтверждение внесения должником в кассу названного общества денежных средств в сумме 2 412 000 руб.  в счет оплаты по договору купли-продажи от 26.03.2014 № 143. 

Совершение должником 14.06.2017 действий по внесению денежных средств в кассу ООО «Водострой» согласуется с условиями заключенного между должником и ответчиком 10.06.2017 предварительного договора купли-продажи.

Достоверность данных доказательств (квитанции к приходному кассовому ордеру от 14.06.2017, предварительного договора от 10.06.2017) заявителем и иными участвующими в деле лицами также не оспорено, в том числе со ссылкой на их изготовление в иную дату, и документально не опровергнуто. Также не приведены доводы и не представлены в дело доказательства того, что после внесения должником оплаты по договору купли-продажи от 26.03.2014 № 143 (14.06.2017) не было снято обременение спорного помещения в пользу ООО «Водострой».

Также апелляционным судом принято во внимание следующее.

При оценке наличия у сторон сделок, выступающих как продавцами, так и покупателями, финансовой возможности, позволяющей приобрести дорогостоящее имущество, апелляционный суд руководствуется правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, приведенной в абзаце 3 пункта 26 Постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которой при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Изложенная правовая позиция по аналогии может быть применена и при оценке обоснованности заявления о признании сделки недействительной.

В подтверждение фактического наличия соответствующей финансовой возможности для осуществления оплаты по предварительному и основному договору купли-продажи спорного помещения ФИО2 в материалы дела представлены: справки о доходах по форме 2-НДФЛ за 2015 год, 2016 год, 2017 год, согласно которым общая сумма налогооблагаемого по ставке 13% дохода ответчика за 2015 год составила 2 861 500 рублей 77 копеек (удержанный налог – 371 995 рублей); за 2016 год – 1 307 746 рублей 55 копеек (удержанный налог – 170 007 рублей), а также за 2016 год – 2 428 053 рубля 97 копеек (удержанный налог – 315 127 рублей); за пять месяцев 2017 год – 1 835 675,55 рублей (до налогообложения).

Апелляционным судом также принято во внимание то обстоятельство, что ФИО2 является физическим лицом, из чего следует, что он должен обладать не только средствами на оплату полученного по сделке имущества, но и средствами для несения расходов на удовлетворение личных потребностей (нужд) на момент подписания договора купли-продажи от 24.06.2017. Следовательно, доходы, полученные ФИО2 в период, предшествовавший подписанию оспариваемого договора, в определенной части подлежали направлению на несение текущих расходов, связанных с обеспечением жизнедеятельности самого покупателя.

Исходя из уровня полученного ФИО2 в 2015-2017 годах дохода, апелляционным судом сделан вывод о наличии у ответчика на момент совершения сделки финансовой возможности по оплате стоимости имущества.

Указанные выше обстоятельства в своей совокупности, в том числе наличие у ответчика на момент осуществления оплаты по спорному договору финансовой возможности для передачи должнику денежных средств, соответствующей цене данного договора, и расходование должником большей части полученных от ответчика денежных средств, с учетом отсутствия в деле доказательств какой-либо заинтересованности между сторонами сделки, устраняет сомнения в части фактической передачи денежных средств в сумме 2 500 000 рублей непосредственно в пользу должника на основании расписки от 14.06.2017. 

В этой связи коллегия сочла заявление кредитора о фальсификации и ходатайство  о назначении экспертизы не подлежащими удовлетворению. 

Поскольку обстоятельства, положенные в основу заявления о фальсификации доказательства, кредитором не доказаны, то у суда первой инстанции не имелось предусмотренных законом оснований как для назначения судебной экспертизы срока давности изготовления расписки от 14.06.2017. В удовлетворении заявления о фальсификации указанной расписки отказано правомерно.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд не установил наличие всей совокупности установленных законом условий, необходимых для квалификации оспариваемой сделки в качестве недействительной применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы о ничтожности оспоренной сделки на основании статьи 10 ГК РФ и пункта 1 статьи 170 ГК РФ подлежат отклонению в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в названной статье пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, исходя из пункта 5 статьи 10 ГК РФ о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Однако, в материалах настоящего спора отсутствуют доказательства совершения оспариваемой сделки с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

В рассматриваемом случае, кредитор, квалифицируя сделку купли-продажи имущества должника, как совершенную в условиях неплатежеспособности должника с целью причинения имущественного вреда кредиторам, не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные им (кредитором) нарушения выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для применения же статей 10 и 168 ГК РФ, в условиях конкуренции норм о действительности сделки, необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Ввиду изложенного, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для признания сделки должника – договора купли-продажи от 24.06.2017 недействительной (ничтожной) по правилам статьи 10 ГК РФ, как совершенной с злоупотреблением правом. 

Исходя из пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон; мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. 

Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

Применительно к договору купли-продажи мнимость исключает намерение продавца продать товар, а покупатель, со своей стороны, не намерен осуществлять какие-либо действия по получению товара.

В рассматриваемом случае заявитель не оспаривает фактическую передачу в собственность ответчика спорного помещения. Более того, представленные ответчиком в дело письменные доказательства, а именно: договор передачи помещения ФИО10 (супруге ответчика) в безвозмездное пользование от 01.11.2017  для осуществления деятельности по уходу за детьми  с относящимися к нему документами, патент, выданный ФИО10  патент на осуществление услуг по уходу за детьми, выписка из ЕГРИП в отношении ФИО10, соглашения с относящимися к ним документами, заключенные ответчиком с ресурсоснабжающими организациями на поставку ресурсов в спорное помещение, подтверждают фактическое использование ответчиком данного помещения. Также судом выше установлено внесение ответчиком оплаты по договору купли-продажи.

Указанное выше свидетельствует о том, что при совершении данного договора должник имел намерение продать ответчику спорное помещение, а ответчик – получить спорное помещение в собственность.

На основании изложенного арбитражный суд пришел к выводу о недоказанности кредитором мнимости оспоренной сделки.

Поскольку в признании сделки должника недействительной отказано по указанным выше оснований, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для признания недействительной сделки по дальнейшему отчуждению спорного помещения, заключенной ФИО2 с ООО «Экосфера», и применения последствий недействительности сделок в порядке пунктов 1, 2 статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве. Следует отметить, что надлежащего обоснования с документальным подтверждением доводам о мнимости договора по дальнейшему отчуждению спорного помещения заявителем в дело не представлено.

Таким образом, в удовлетворении заявления ООО «Мегасах» судом первой инстанции отказано правомерно.

Как следует из материалов дела, ООО «Мегасах», обратившись в суд первой инстанции с требованием о признании сделки – договора купли-продажи от 24.06.2017 недействительным по специальному основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротства, впоследствии, дополнительно оспорил сделку по общим основаниям ГК РФ, приведенным в статьях 10 и 168.

В ходе рассмотрения обособленного спора ФИО2 заявлено о пропуске кредитором срока исковой давности по требованию о признании сделки должника недействительной. 

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По правилам статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 ГК РФ).

Такие сроки, в частности, установлены по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, который согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ составляет один год.

В пункте 32 Постановления № 63 разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац 3 пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требуемую от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В рассматриваемом случае, решением Арбитражного суда Приморского края от 04.06.2019 должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него первой процедуры банкротства - конкурсного производства, в связи с чем с указанной даты у конкурсного кредитора возникла возможность оспаривания сделок должника. 

Заявление кредитора об оспаривании сделки должника поступило в суд первой инстанции 15.12.2020 (дата поступления в электронном виде через систему «Мой Арбитр» - 10.12.2020), то есть с пропуском срока исковой давности для оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В отношении заявленного кредитором основания оспаривания сделки как заключенной при злоупотреблении правом (статья 10 ГК РФ) судом выше установлено, что в рассматриваемом случае, кредитор не обосновал надлежащим образом, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные им нарушения выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В этой связи, учитывая установленные законодательством о банкротстве специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в отношении которых установлен годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления № 63), оснований для применения трехгодичного срока исковой давности к требованию заявителя о признании сделки недействительной как заключенной со злоупотреблением правом не имеется.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

На основании изложенного, установив, что заявление кредитора по оспариванию сделки должника (по специальным оснвоаниям) подано по истечении годичного срока исковой давности, доказательства и обоснование иной даты начала течения срока исковой давности не представлены, коллегия пришла к выводу об отказе в удовлетворении заявления ООО «Мегасах» в данной части применительно к пункту 2 статьи 199 ГК РФ.

Вместе с тем, как отмечено выше, кредитором также заявлено о признании сделок ничтожными как мнимых сделок. К требованию в данной части подлежит применению трехлетний срок исковой давности, который на момент обращения кредитора в суд с настоящим заявлением не был пропущен.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на заявителей в соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ, с учетом положений подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации и пункта 19 Постановления № 63.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 08.06.2021 по делу № А51-30938/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Т.В. Рева

Судьи

А.В. Ветошкевич

ФИО11