Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-26753/2018

г. Владивосток

22 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 октября 2019 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего И.С. Чижикова,

судей Т.А. Аппаковой, С.Н. Горбачевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.А. Манукян,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ЗЕРНО»,

апелляционное производство № 05АП-6978/2019 

на решение от 05.08.2019 

судьи Е.Г. Клёминой

по делу № А51-26753/2018 Арбитражного суда Приморского края 

по иску общества с ограниченной ответственностью «ЗЕРНО» 

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице его законного представителя – участника общества с ограниченной ответственностью «ОРКИТМИЛ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

 к ПАО НБ «Траст» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (правопредшественник акционерное общество «АВТОВАЗБАНК») 

(ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>), ПАО «Промсвязьбанк» (ИНН7744000912, ОГРН 

<

***>) 

о признании недействительными кредитных договоров, заключенных между ООО «Зерно» и ПАО «Промсвязьбанк» № 

<

***> от 21.09.2016, № 0577- 16-3-0 от 21.09.2016, № 

<

***> от 29.11.2016, № 

<

***> от 25.01.2017; договоров, заключенных между ООО «Зерно» и АО «Автовазбанк» № 0022-17-3-А от 28.03.2017, № 0023-17-2-А от 28.03.2017,            № 0058-17-2-А от 25.04.2017, 

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «ИнвестАгроХолдинг»,

при участии:

от истца: Ямный Г.М., по доверенности от 27.02.2019 сроком действия на 3 года, паспорт;

от ПАО «Промсвязьбанк»: ФИО1, по доверенности от 17.09.2019 по 10.07.2022, представлен диплом о высшем юридическом образовании, паспорт;

от ПАО НБ «Траст»: ФИО2, по доверенности от 22.01.2019 сроком действия на 1 год, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЗЕРНО» в лице его законного представителя общества с ограниченной ответственностью «ОРКИТМИЛ» (далее - истец; ООО «ОРКИТМИЛ») обратилось с исковым заявлением к ПАО НБ «Траст» (правопредшественник акционерное общество «АВТОВАЗБАНК»), ПАО «Промсвязьбанк» о признании недействительными кредитных договоров, заключенных между ООО «Зерно» и ПАО «Промсвязьбанк» № 

<

***> от 21.09.2016,                               № 

<

***> от 21.09.2016, № 

<

***> от 29.11.2016, № 

<

***> от 25.01.2017; договоров, заключенных между ООО «Зерно» и АО «Автовазбанк» № 0022- 17-3-А от 28.03.2017, № 0023-17-2-А от 28.03.2017, № 0058-17-2-А от 25.04.2017. 

Определением Арбитражного суда Приморского края от 23.04.2019 по настоящему делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечено ООО «ИнвестАгроХолдинг» (ИНН 

<

***>, 115304, 

<

...>, э, 1, пом. 8, к. 5, оф. 09), а также произведено процессуальное правопреемство ответчика - акционерного общества «АВТОВАЗБАНК» на его правопреемника ПАО НБ «ТРАСТ» (в связи с реорганизацией в форме присоединения).

Решением Арбитражного суда Приморского края от 05.08.2019 исковые требования оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с решением суда, истец обжаловал его в порядке апелляционного производства как принятое с нарушением норм материального и процессуального права при неполном выяснении судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

В обоснование своей правовой позиции податель жалобы приводит доводы о том, что владельцем и контролирующим лицом ООО «Зерно» является ФИО3, одновременно являющийся совладельцем ПАО «Промсвязьбанк», АО «Автовазбанк», что, по мнению истца, позволило предоставить кредиты ООО «Зерно» без соблюдения обязательных процедур, в том числе получения согласия единственного участника ООО «Зерно» для одобрения крупных сделок, а также без оценки кредитоспособности ООО «Зерно», проводимой банками при согласовании выдачи кредитов и хранящейся в кредитных досье банков. Указывает, что ООО «Зерно» не могло быть получателем кредитов с учетом его низкой кредитоспособности. Настаивает на том, что в момент получения кредитов ООО «Зерно» являлось компанией по продаже продукции акционерных обществ и самостоятельной деятельности по производству продукции не вело, так как не имело ни основных средств и производственных мощностей, ни работников. По убеждению истца, кредитование ООО «Зерно» имело транзитный характер перечислений с целью создания искусственной задолженности для получения преимущества перед другими кредиторами ООО «Зерно» в случае возбуждения процедуры банкротства. Также апеллянт обращает внимание на то, что большую часть кредитных средств ООО «Зерно» направило на платежи, не связанные с осуществлением реальной деятельности. Кроме того истец выражает несогласие с выводами суда о пропуске срока исковой давности по требованиям в отношении кредитных договоров № 

<

***> от 21.09.2016, № 

<

***> от 21.09.2016,                    № 

<

***> от 29.11.2016, № 

<

***> от 25.01.2017.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме, дал аналогичные пояснения.

Представители ПАО НБ «Траст» и ПАО «Промсвязьбанк» на доводы жалобы возразили по основаниям, изложенным в письменных отзывах, поступивших через канцелярию суда и в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщенных к материалам дела. 

Исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены судебного акта в силу следующего.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ООО «Зерно» зарегистрировано в качестве юридического лица 13.10.2015; обществу присвоен основной государственный регистрационный номер 

<

***>; основным видом деятельности общества является выращивание зерновых культур, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц. 

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ на момент рассмотрения настоящего дела единственным участником ООО «Зерно» является ООО «Оркитмил», о чем в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись 13.08.2018, согласно Договору купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Зерно», ООО «Инвестагрохолдинг» продало 100 % доли в уставном капитале покупателю ООО «Оркитмил». 

На момент того, как единственным участником ООО «Зерно» являлось ООО «Инвестагрохолдинг», ООО «Зерно были заключены спорные кредитные договоры. 

Так, между ООО «Зерно» и ПАО «Промсвязьбанк» были заключены следующие кредитные договоры: № 

<

***> от 21.09.2016, № 

<

***> от 21.09.2016, № 

<

***> от 29.11.2016, № 

<

***> от 25.01.2017. 

Между ООО «Зерно» и АО «Автовазбанк» были заключены следующие кредитные договоры: № 0022-17-3-А от 28.03.2017, № 0023-17-2-А от 28.03.2017, № 0058-17-2-А от 25.04.2017.

Общая сумма предоставленных кредитов составила 1 908 212 781 рублей 29 копеек, 127 988 066 рублей 14 копеек было возвращено ООО «Зерно», сумма невозвращенных денежных средств составила 1 780 224 715 рублей 15 копеек, без учета процентов, пеней, штрафов и иных экономических санкций.

Полагая, что кредитные договоры, являющиеся крупными сделками, заключены ООО «Зерно» без получения согласия единственного участника общества, а также являются притворными сделками с целью прикрытия сделки дарения, ООО «ОРКИТМИЛ» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для признания спорных кредитных договоров недействительными.

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, основаны на верном толковании и применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. 

Абзацем 6 пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) участнику корпорации (участнику, члену, акционеру и т.п.) предоставлено право оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации. 

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 53, пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, а истцом по делу выступает корпорация. 

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом (статья 53 ГК РФ).

В силу статьи 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной. 

Согласно статье 166 ГК РФ (в редакции, действовавшей на день заключения спорных сделок) сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. 

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Согласно разъяснениям пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

В пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ № 25 разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. 

Согласно части 1 статьи 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. Кредитный договор является возмездной сделкой и не налагает на Заемщика каких-либо дополнительных обязательств, за которые он не получил бы равноценного встречного исполнения. В силу вышеизложенного, само по себе кредитное соглашение не может причинить ущерб должнику или его кредиторам. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 431.1 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации») сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 настоящего Кодекса, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

При этом как разъяснено в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» по смыслу пунктов 1, 2 статьи 2 Федерального закона от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» статья 431.1 ГК РФ в редакции данного закона, с 1 июня 2015 года подлежит применению ко всем соответствующим обязательствам независимо от даты их возникновения. 

Согласно разъяснениям абзаца 5 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ № 25, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов другой стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Из материалов дела судом первой инстанции установлено, что между ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «Зерно» заключен кредитный договор                 № 

<

***> от 21.09.2016 с установленным лимитом выдачи в размере 64 000 000 руб., процентная ставка за пользование кредитом установлена в размере 14,5% годовых. Обязательства по предоставлению кредита Банк исполнил в полном объеме, перечислив денежные средства в сумме 64 000 000 руб. на счет ООО «Зерно», указанный им в кредитном договоре. 

Между ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «Зерно» заключен кредитный договор № 

<

***> от 21.09.2016 с установленным лимитом выдачи в размере 60 000 000 руб., процентная ставка за пользование кредитом установлена в размере 14,5% годовых. Обязательства по предоставлению кредита Банк исполнил в полном объеме, перечислив денежные средства в сумме 60 000 000 руб. на счет ООО «Зерно», указанный им в кредитном договоре. 

Между ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «Зерно» заключен кредитный договор № 

<

***> от 29.11.2016 с установленным лимитом выдачи в размере 60 000 000 руб., процентная ставка за пользование кредитом установлена в размере 14% годовых. Обязательства по предоставлению кредита Банк исполнил в полном объеме, перечислив денежные средства в сумме 60 000 000 руб. на счет ООО «Зерно», указанный им в кредитном договоре. 

Между АО АВТОВАЗБАНК и ООО «Зерно» заключен кредитный договор от 28.03.2017 № 0022-17-3-А об открытии кредитной линии с установленным лимитом выдачи в размере 466 467 000 руб., процентная ставка за пользование кредитом установлена в размере 13% годовых. Обязательства по предоставлению кредита Банк исполнил в полном объеме, перечислив денежные средства в размере 466 467 000 рублей на счет ООО «Зерно», указанный им в кредитном договоре. 

Исполнение обязательств заемщика обеспечено залогом движимого имущества должника по договорам залога №№ Т-1/0022-17-3-А/0023-17-2- А/0058-17-2-А, Т-2/0022-17-3-А/0023-17-2-А/0058-17-2-А. 

Между АО АВТОВАЗБАНК и ООО «Зерно» заключен кредитный договор от 28.03.2017 № 0023-17-2-А об открытии кредитной линии с установленным лимитом задолженности в размере 32 600 000 рублей, процентная ставка за пользование кредитом установлена в размере 13% годовых (п. 2.5 кредитного договора). Обязательства по предоставлению кредита Банк исполнил в полном объеме, перечислив денежные средства в сумме 32 600 000 рублей на счет ООО «Зерно», указанный им в кредитном договоре. 

Исполнение обязательств заемщика обеспечено залогом движимого имущества должника по договорам залога №№ Т-1/0022-17-3-А/0023-17-2- А/0058-17-2-А, Т-2/0022-17-3-А/0023-17-2-А/0058-17-2-А. 

Между АО АВТОВАЗБАНК и ООО «Зерно» был заключен кредитный договор от 25.04.2017 № 0058-17-2-А об открытии кредитной линии с установленным лимитом задолженности в размере 91 317 000 рублей, процентная ставка за пользование кредитом установлена в размере 13% годовых. Обязательства по предоставлению кредита Банк исполнил в полном объеме, перечислив денежные средства в сумме 91 317 000 рублей на счет ООО «Зерно», указанный им в кредитном договоре. 

Исполнение обязательств заемщика обеспечено залогом движимого имущества должника по договорам залога №№ Т-1/0022-17-3-А/0023-17-2- А/0058-17-2-А, Т-2/0022-17-3-А/0023-17-2-А/0058-17-2-А. 

Между ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «Зерно» заключен кредитный договор от 25.01.2017 № 

<

***> с установленным лимитом задолженности в размере 538 500 000 рублей, процентная ставка за пользование кредитом установлена в размере 13% годовых. Обязательства по предоставлению кредита Банк исполнил в полном объеме, перечислив денежные средства в сумме 538 500 000 рублей на счет ООО «Зерно», указанный им в кредитном договоре. 

Исполнение обязательств заемщика обеспечено залогом движимого имущества должника по договорам залога №№ Т-1/

<

***>/0294-16-2-0/

<

***>/

<

***>/

<

***>, Т-2/

<

***>/0294-16-2-0/

<

***>/

<

***>/

<

***>. 

27.04.2017 между ПАО «Промсвязьбанк» и АО АВТОВАЗБАНК заключен договор об уступке прав (требований) № 0229-17-6У-0, по условиям которого ПАО «Промсвязьбанк» (первоначальный кредитор) передало АО Банк АВБ (новый кредитор) права требования возврата денежных средств, за исключением процентов за пользование кредитом, начисленных и неуплаченных по состоянию на дату подписания настоящего договора, по кредитному договору № 

<

***>, заключенному с ООО «Зерно». АО Банк АВБ полностью оплатило уступаемые права требования, что подтверждается платежным поручением № 20 от 27.04.2017. 

03.05.2018 между ПАО «Промсвязьбанк» и АО АВТОВАЗБАНК заключен договор об уступке прав (требований) № 0137-18-6У-0, по условиям которого ПАО «Промсвязьбанк» (первоначальный кредитор) передало АО Банк АВБ (новый кредитор) права уплаты начисленных процентов за пользование кредитом и не уплаченных ООО «Зерно» с даты предоставления кредита по 03.05.2018 в размере 11 465 349,31 руб. АО Банк АВБ полностью оплатило уступаемые права требования, что подтверждается платежным поручением № 101 от 03.05.2018.

Проанализировав конкретные обстоятельства и представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы истца в лице его участника ООО «ОРКИТМИЛ» о том, что заключая кредитные договоры с ООО «Зерно», ПАО «Промсвязьбанк» и АО «Автовазбанк» действовали в обход закона с противоправной целью, а именно, предоставляли ООО «Зерно» кредиты в нарушение требований Центрального банка РФ о кредитовании, предоставляли недостоверные сведения относительно заемщиков в Центральный банк РФ, тем самым нарушали требования Центрального банка РФ о резервах, что в итоге привело к уменьшению ликвидности и капитализации ПАО «Промсвязьбанк» и АО «Автовазбанк» в результате предоставления заведомо невозвратных кредитов.

В соответствии с позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 03.02.2015 № 32- КГ14-17 злоупотребление правом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть осуществление субъективного права в противоречии с его назначением, имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки правовой норме, предоставляющей ему соответствующее право; не соотносит свое поведение с интересами общества и государства; не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ № 25). 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу. Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

Как верно указано судом, истцом вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств, свидетельствующих относительно того, что спорные договоры были заключены с целью причинения вреда ООО «Зерно».

В соответствии с пунктом 5 статьи 166 ГК РФ, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо, действует недобросовестно, в том числе, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Данная норма направлена на укрепление действительности сделок и преследует своей целью пресечение недобросовестности в поведении стороны, намеревающейся изначально принять исполнение и, зная о наличии оснований для ее оспаривания, впоследствии такую сделку оспорить. 

Исходя из абзаца 4 части 2 статьи 166 ГК РФ, пункта 72 Постановления Пленума ВАС РФ № 25, сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки. 

Аналогичная позиция содержится в пункте 70 Постановления Пленума ВАС РФ № 25, в соответствии с которой сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ). 

Совокупный анализ представленных в материалы дела документов показывает, что факт исполнения условий кредитных договоров № 

<

***> от 29.11.2016, № 

<

***> от 25.01.2017 подтверждается выписками по счетам, из которых усматривается выдача денежных средств по кредитным договорам, а также погашение процентов за пользование кредитом, в частности: оплата процентов по кредитному договору № 

<

***> от 29.11.2016 производилась ООО «Зерно» в период с 30.12.2016 по 31.12.2017; оплата процентов по кредитному договору № 

<

***> от 25.01. производилась ООО «Зерно» в период 31.01.2017 по 04.05.2017. 

Кроме того, спорные кредитные договоры были обеспечены залогом движимого имущества должника, о чем свидетельствуют договоры залога, а также между сторонами заключались дополнительные соглашения к кредитным договорам.

Таким образом, факт подписания дополнительных соглашений, а также частичное исполнение кредитных договоров непосредственно самим ООО «Зерно», достоверно свидетельствует о наличии воли обеих сторон договоров на исполнение совершенных сделок и достижения соответствующих им правовых последствий. 

Поскольку факт реальности (денежности) кредитных договоров подтвержден необходимыми доказательствами, оснований полагать, что вышеуказанные оспариваемые сделки являются безденежными по смыслу пункта 86 Постановления №25, суд первой инстанции не усмотрел.

Не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

При применении положений указанной выше нормы права следует исходить из того, что в силу норм статьи 153 ГК РФ сделка представляет собой волевой акт. Этот акт имеет правовое значение только в случае, если воля будет выражена вовне, объективирована каким-либо способом. Таким способом является волеизъявление. Поэтому сделкой является действие, выражающее волю субъекта, направленную на достижение определенного правового результата путем волеизъявления. 

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. 

При изложенных обстоятельствах доводы истца о мнимости оспариваемых договоров носят предположительный характер, не подтверждены в данном деле допустимыми и неопровержимыми доказательствами.

Материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих, что у сторон отсутствовали реальные намерения для исполнения оспариваемых сделок, действия сторон были направлены на достижение других правовых последствий и прикрывали иную волю всех участников сделки.

Напротив, представленные документы подтверждают реальное исполнение сторонами своих обязательств, так банками в адрес ООО «Зерно», согласно представленным в материалы дела документам подтверждается факт перечисления денежных средств по оспариваемым кредитным договорам, ООО «Зерно» в счет погашения процентов по кредитным договорам перечислялись денежные средства, что подтверждается представленными в материалы дела выписками по ссудным счетам учета соответствующей задолженности, а также расчетами задолженности.

Доводы истца относительно того, что ООО «Зерно» не имело реальной возможности возвратить полученные денежные суммы, в связи с чем банки не должны были заключать кредитные договора, зная о данном факте, также являлись предметом исследования и оценки суда первой инстанции, их необоснованность отражена в обжалуемом судебном акте с изложением соответствующих мотивов.

Как верно отмечено судом, отсутствие у заемщика на момент заключения сделки имущества, достаточного для исполнения обязательств по сделке, само по себе не может служить основанием для признания сделки недействительной, поскольку это не означает, что сторона не сможет удовлетворить требования другой стороны в будущем.

Также, по справедливому суждению суда, утверждение истца о том, что банки осуществляя деятельность по выдаче кредитов, действовали в нарушение предписаний Центрального Банка Российской Федерации, не может служить основанием для признания сделок недействительными и не относится к предмету рассматриваемых требований. Более того, такие доказательства истцом не представлены. 

Не нашел своего подтверждения материалами дела и довод истца об аффилированности ФИО3, ПАО «Промсвязьбанк», ООО «Зерно».

Согласно статье 53.2. ГК РФ в случаях, если настоящий Кодекс или другой закон ставит наступление правовых последствий в зависимость от наличия между лицами отношений связанности (аффилированности), наличие или отсутствие таких отношений определяется в соответствии с законом. 

Для целей установления аффилированности подлежат применению критерии, установленные Законом РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». 

В соответствии со статьей 4 вышеуказанного закона аффилированными лицами юридического лица являются, в том числе, лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа, и лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; аффилированными лицами физического лица являются, в том числе, лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо, и юридическое лицо, в котором данное физическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица. 

В силу положений части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков, в том числе: юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо (пункт 2); физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры (пункт 7); лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 указанной статьи признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 данной статьи (пункт 8).

Так, довод истца о переводе денежных средств, полученных по кредитным договорам № 

<

***> от 29.11.2016, № 

<

***> от 25.01.2017, в адрес ООО «Белгородская зерновая компания» и ООО «Курская зерновая компания», которые по мнению истца, являются подконтрольными структурами ПАО «Промсвязьбанк», противоречат представленным в материалы дела сведениям, размещенным на сайте Службы раскрытия информации Интерфакс, по состоянию на 30.06.2016; по состоянию на 30.09.2016; по состоянию на 31.12.2016 года (даты раскрытия информации об аффилированных лицах в период заключения Кредитных договоров), согласно которым ООО «Белгородская зерновая компания» и ООО «Курская зерновая компания», не указаны в списке аффилированных лиц ПАО «Промсвязьбанк». 

Из материалов дела усматривается, что ООО «Зерно» осуществляло перевод денежных средств, предоставленных в качестве кредита по кредитному договору № 

<

***> от 25.01.2017, платежным поручением от 25536 от 26.01.2017 в сумме 290 000 000 рублей и платежным поручением № 2639 от 15.02.2017 в сумме 110 000 000 рублей в качестве оплаты по договору поставки с ООО «Белгородская зерновая компания»; платежным поручением № 2640 от 15.02.2017 в сумме 138 500 000 рублей в качестве оплаты по договору поставки с ООО «Курская зерновая компания». 

Таким образом, ООО «Зерно» осуществлялся расчет в рамках договоров поставки зерновых культур, что не свидетельствует о недобросовестности сторон кредитного договора № 

<

***> от 25.01.2017, а, напротив, подтверждает факт целевого использования ООО «Зерно» денежных средств, предоставленных в рамках кредитного договора. 

При этом судом принято во внимание, что основным видом деятельности общества ООО «Зерно» является выращивание зерновых культур.

Также правомерно судом признаны необоснованными доводы истца относительно того, что оспариваемые кредитные договоры являлись крупными для ООО «Зерно» сделками и были заключены в отсутствие одобрения крупных сделок.

В пункте 2 статьи 173.1 ГК РФ определено, что оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа. 

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» разъяснено, что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее: 1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки; 2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них. 

Вопреки убеждению истца, из представленных в материалов дела документов не следует, что оспариваемые сделки являлись крупными для общества и в результате их заключения для истца наступили неблагоприятные последствия, сам факт заключения оспариваемых кредитных договоров не может свидетельствовать о том, что у истца или ООО «Зерно» возникли убытки. 

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» на истца возлагается бремя доказывания того, что другая сторона по сделке знала (например, состояла в сговоре) или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение. Заведомая осведомленность о том, что сделка является крупной (в том числе о значении сделки для общества и последствиях, которые она для него повлечет), предполагается, пока не доказано иное, только если контрагент, контролирующее его лицо или подконтрольное ему лицо является участником (акционером) общества или контролирующего лица общества или входит в состав органов общества или контролирующего лица общества. Отсутствие таких обстоятельств не лишает истца права представить доказательства того, что другая сторона сделки знала о том, что сделка являлась крупной, например письмо другой стороны сделки, из которого следует, что она знала о том, что сделка является крупной. По общему правилу, закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка крупной для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе отсутствует обязанность по изучению бухгалтерской отчетности контрагента для целей определения балансовой стоимости его активов, видов его деятельности, влияния сделки на деятельность контрагента). Третьи лица, полагающиеся на данные единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абзац второй пункта 2 статьи 51 ГК РФ).

В целях выяснения обстоятельств осведомленности банков о том, что оспариваемые сделки являлись крупными для ООО «Зерно» и о том, что на их совершение отсутствовало надлежащее согласие, арбитражными суда установлено, что в материалах дела таких доказательств не имеется. При этом, согласно статье 4 каждого из оспариваемых договоров, подписанных между сторонами, подтвержден факт того, что заключение кредитных договоров одобрено всеми должностными лицами и органами управления, одобрение которых необходимо в соответствии с применимым правом, а также учредительными и внутренними документами Заемщика.

На основании изложенного судебная коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в отношении оспариваемых кредитных договоров.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в отношении кредитных договоров № 

<

***> от 21.09.2016, № 

<

***> от 21.09.2016, № 

<

***> от 29.11.2016, № 

<

***> от 25.01.2017 по мотиву пропуска исковой давности, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В силу статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

 В соответствии со статьей 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Как указано в пункте 1 статьи 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

На основании пункта 2 статьи 181 ГК РФ (в редакции, применимой к рассматриваемым правоотношениям) срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (далее - Постановление № 28, в редакции от 16.05.2014, так как к делам об оспаривании сделки, совершенной до 1 января 2017 года, применяется редакция данного документа до внесения в нее изменений Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27), течение исковой давности по требованиям об оспаривании сделки общества, заявленным участником (акционером), не являвшимся участником (акционером) общества на момент совершения оспариваемой сделки, применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о совершении сделки с нарушением порядка ее одобрения узнал или должен был узнать правопредшественник этого участника общества. 

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», где указано, что по смыслу статьи 201 ГК РФ переход нрав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

По справедливому убеждению суда, ООО «ОРКИТМИЛ» является правопреемником ООО «Инвестагрохолдинг», в связи с чем срок исковой давности по оспариваемым сделкам начал течь со дня, когда первоначальный обладатель права ООО «Инвестагрохолдинг» узнал или должен был узнать о нарушении своего права. 

Как следует из пункта 10.6 Устава ООО «Зерно» очередное общее собрание участников проводится один раз в год, не ранее двух и не позднее четырех месяцев после окончания финансового года

Таким образом, о заключении кредитных договоров № 

<

***> от 21.09.2016, № 

<

***> от 21.09.2016, № 

<

***> от 29.11.2016,                   № 

<

***> от 25.01.2017 ООО «Инвестагрохолдинг», являющееся на тот момент единственным участником ООО «Зерно», должно было узнать не позднее апреля 2017 года по итогам 2016 года, апреля 2018 года по итогам 2017 года. 

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, с момента заключения оспариваемых сделок и до настоящего момента, генеральным директором ООО «Зерно» является ФИО4, им же совершались оспариваемые сделки от имени ООО «Зерно», в связи с чем ООО «Зерно» и ООО «Инвестагрохолдинг», являясь участником ООО «Зерно» с августа 2016 года, не могло не знать о наличии спорных кредитных договоров.

ООО «Оркитмил» обратилось в суд с рассматриваемым требованием 24.12.2018, то есть за пределами предусмотренного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ (в редакции, применимой к рассматриваемым правоотношениям) срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что решение вынесено в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по госпошлине по апелляционной жалобе относятся на заявителя. 

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 05.08.2019  по делу №А51-26753/2018  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

И.С. Чижиков

Судьи

Т.А. Аппакова

С.Н. Горбачева