ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-8329/2018

г. Саратов

29 декабря 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «24»    декабря 2020   года.

Полный текст постановления изготовлен  «29»   декабря 2020   года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В., 

судей Батыршиной Г.М.,    Самохваловой   А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания с использованием  средств   аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1,   

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 12 октября 2020 года по делу № А06-8329/2018 (судья Подосинников Ю.В.) 

по заявлению Balfour Worldwide Limited о привлечении бывшего руководителя и учредителя общества с ограниченной ответственностью «Каспийская гидротехническая компания» ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Каспийская гидротехническая компания», и заявлению временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Каспийская гидротехническая компания» о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Каспийская гидротехническая компания»,  заявлению общества с ограниченной ответственностью «ФИО4 Сервисиз» о привлечении ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Моршельф» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Каспийская гидротехническая компания»,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Каспийская гидротехническая компания» (414000, 

<

...> литер А/А, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:  представителей ООО «Альянс» - ФИО6, действующего на основании доверенности от 14.02.2020, ФИО7, действующего на основании доверенности от 14.02.2020,  представителя ФИО3 - ФИО8, действующего на основании доверенности от 12.04.2019,   представителя ООО «Марин Оффшор Контрактор» - ФИО9, действующей на основании доверенности от 29.01.2020,  

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Астраханской области от 11 января 2019 года  в отношении общества с ограниченной ответственностью «Каспийская гидротехническая компания» (далее – ООО «КГК», должник) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО10. 

Сообщение о введении процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсант» 19 января 2019 года. 

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 09 августа 2019 года арбитражный управляющий ФИО10 освобождена от исполнения обязанностей временного управляющего ООО «КГК». 

Определением арбитражного суда Астраханской области от 26 августа 2019 года временным управляющим ООО «КГК» утверждена кандидатура ФИО11, члена Саморегулируемая организация «Ассоциация арбитражных управляющих «Паритет». 

Решением арбитражного суда Астраханской области от 21 ноября 2019 года ООО  «КГК» признано несостоятельным (банкротом). Открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО11. 

Определения Арбитражного суда Астраханской области от 12.03.2020 г. конкурсным управляющим ООО «КГК» утвержден ФИО12.

В Арбитражный  суд Астраханской  области  обратилось Balfour Worldwide Limited с заявлением о привлечении бывшего руководителя и учредителя ООО «Каспийская гидротехническая компания» ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Каспийская гидротехническая компания». 

Временный управляющий ООО "Каспийская гидротехническая компания" ФИО10 обратилась в Арбитражный суд Астраханской области с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Каспийская гидротехническая компания». 

Требования мотивированы тем, что ФИО3, являясь генеральным директором ООО "Моршельф", заключила договоры с ООО "Глобал -Нефтегазсервис", ООО "О3 Инжиниринг" по завышенной цене, а также передала в субаренду ООО "СК Морвенна" судно "Тарпан" без заключения договора.

Определением арбитражного суда от 26.08.2019г. заявления Balfour Worldwide Limited и временного управляющего ООО «Каспийская гидротехническая компания» ФИО10 объединены в одно производство.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего просил уточнить заявленные требования, удовлетворить заявление путем взыскания убытков.

Определением Арбитражного  суда Астраханской  области  от 12 октября  2020 года, с учетом определения об исправлении опечатки от 27 октября 2020 года взысканы с ФИО3 в пользу ООО "Каспийская гидротехническая компания " убытки в сумме 161 441 512,34 рублей. В остальной части в удовлетворении заявлений кредитора Balfour Worldwide Limited, временного управляющего ООО "Каспийская гидротехническая компания" ФИО10 - отказано.

Не согласившись с указанным определением  суда,   ФИО3  обратилась   в суд апелляционной инстанции с апелляционной  жалобой и дополнениями к апелляционной жалобе, в которых  просит отменить определение  суда первой инстанции  в  части удовлетворенных   требований    и  отказать   в  удовлетворении  заявленных   требований.

Апелляционная жалоба    мотивирована   тем, что:   

1) Суд не привлек к участию в деле всех заинтересованных лиц, ограничился лишь тем составом ответчиков, которые указаны в заявлениях.

2) Суд неполно выяснил обстоятельства, имеющих значение для дела, а именно обстоятельства передачи и сроки нахождения судна «Тарпан» у ООО "СК Морвенна", проигнорировал утверждения о нахождении судна «Тарпан» у компании  «Nerida Limited» (Нерида Лимитед).

Иные  лица, участвующие в деле о  банкротстве, в судебное заседание не явились. 

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 03 ноября  2020  года, 04 декабря 2020 года, что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте. 

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных  лиц.

При рассмотрении данного обособленного спора в суде апелляционной инстанции представителем ФИО3 заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела новых документов, а именно, нотариально заверенной информации с электронной почты представителя ФИО3, полученной на основании адвокатского запроса, свидетельствующей о существовании договорных отношений между ООО «КГК» и «Nerida Limited» (Нерида Лимитед) по передаче судна «Тарпан».

 Судом апелляционной инстанции отказано в приобщении данных документов ввиду следующего.

В соответствии с частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Из разъяснений, данных в пункте 29 постановления Пленума Верхового  Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года  №12  «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» следует, что суд апелляционной инстанции не вправе принимать во внимание новые доказательства в случае отсутствия оснований, предусмотренных частью 2 статьи 268 АПК РФ.

Представитель ФИО3 в обоснование невозможности приобщения данного документа пояснил, что адвокатский запрос на получение информации был отправлен им в сентябре 2020 года, то есть накануне вынесения судебного акта и ответ был получен в ноябре 2020 года, следовательно  представитель ФИО3  не мог представить данный новый документ в суд первой инстанции.

Указанные обстоятельства суд апелляционной инстанции не находит уважительными для приобщения в суде апелляционной инстанции новых документов, которые могли быть своевременно самостоятельно получены стороной по делу и представлены суду первой инстанции.

Так, на вопрос апелляционного суда о том, почему данный адвокатский запрос не был отправлен заблаговременно, с целью заблаговременного получения на него ответа и представления суду первой инстанции, представитель ФИО3 пояснил, что им заявлялось ходатайство в суде первой инстанции об истребовании документов еще  в ноябре 2019 года,  судом было отказано удовлетворении данного ходатайства. На последующий вопрос суда о том, почему же представитель с ноября 2019 года по сентябрь 2020 года не воспользовался своим правом на направление самостоятельного адвокатского запроса, представитель ФИО3 ничего пояснить не смог.

Как установлено судом апелляционной инстанции, данный обособленный спор рассматривался в суде первой инстанции более 1,5 лет. Указанного процессуального срока было достаточно для того, чтобы все стороны, включая ФИО3 предприняли исчерпывающие меры для реализации всех своих процессуальных прав в рамках одного обособленного спора.

Учитывая процессуальное бездействие ФИО3 по непредставлению ею доказательств в суде первой инстанции, активные возражения остальных лиц относительно возможности приобщения в суде апелляционной инстанции дополнительных доказательств, суд  апелляционной    инстанции  отказал   в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (документов), поскольку подателем   апелляционной жалобы   не представлено доказательств невозможности их представления в суд первой инстанции либо необоснованного отказа в их принятии судом, в связи с чем, суд апелляционной инстанции не установил наличие уважительных причин невозможности предоставления доказательств в суд первой инстанции.

Кроме того суд апелляционной инстанции отмечает, что законность и обоснованность судебного акта проверяется  судом   апелляционной    инстанции  в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражным    процессуальным   кодексом   Российской   Федерации,  то  есть  законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции  проверяется на момент его принятия судом первой инстанции.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы лиц, участвующих  в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции находит, что апелляционная жалоба   не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в ущерб юридическому лицу.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействий) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства (пункт 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В обоснование заявленных требований заявители ссылаются на то, что ФИО3, являясь генеральным директором ООО «Моршельф» (управляющей компании ООО «КГК»), заключила договоры с ООО «Глобал –Нефтегазсервис», ООО «О3 Инжиниринг» по завышенной цене, а также передала в субаренду ООО «СК Морвенна» судно "Тарпан" без заключения договора.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО3 являлась руководителем ООО «Моршельф», которое в свою очередь являлось управляющей компанией ООО «Каспийская гидротехническая компания». Должностное положение ФИО3 позволяло ей руководить текущей деятельностью ООО «КГК».

Как следует из разъяснений, данных в абзаце втором пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), если в качестве руководителя (единоличного исполнительного органа) должника выступает управляющая компания (пункт 3 статьи 65.3 Гражданского кодекса Российской Федерации), предполагается, пока не доказано иное, что контролирующими должника лицами являются как эта управляющая компания, так и ее руководитель, которые по общему правилу несут ответственность, указанную в статьях 61.11 - 61.13, 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (пункты 3 и 4 статьи 53.1, абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом первой инстанции установлено, что между ООО «Каспийская гидротехническая компания» и Balfour Worldwide Limited был заключен договор тайм-чартера от 16.03.2017г. №03/17 по которому Balfour Worldwide Limited обязалось передать судно «Тарпан». 

Судно «Тарпан» передано ООО «КГК» по акту 14.04.2017г. (акт ОN-HIRE от 14.04.2017г) и выведено из аренды 02.11.2017г. (акт OFF- HIRE от 02.11.2017г.). 

Срок аренды судна составил 203 суток, а общая сумма задолженности ООО «КГК» перед Balfour Worldwide Limited по договору тайм-чартера от 16.03.2017г. 2.639.000 долларов США или 153325900 рублей по состоянию на 02.11.2017г.

 Данное обстоятельство подтверждается решением Арбитражного суда г.Москвы от 30.08.2028г. по делу №А40-51003/18-142-366, которым в пользу Balfour Worldwide Limited с ООО «КГК» с учетом частичного погашения суммы 685000 долларов США по платежному поручению №50 от 16.07.2017г. (т.2, л.д. 137), взыскана задолженность в сумме 1.954.000 долларов США (т.2. л.д.134-136).

Как установлено судом, судно «Тарпан» привлекалось ООО «КГК» для выполнения работ в Каспийском море по выводу транспортно-монтажной баржи ФИО13 при транспортировке Верхнего строения ЛСП-2 в рамках выполнения работ по этапу №12 Приемка, транспортировка и установка ВС ЛСП-2 по договору №15V0495 между ООО «КГК» и ООО «Лукойл-Нижневолжскнефть».

Выполнение данных работ подтверждается актом о завершении этапа работ №12 от 22.05.2017г.

Фактический срок использования ООО «КГК» судна «Тарпан» составил с 14.04.2017г. по 30.04.2017г. (17 суток).

 Других работ (этапов работ) ООО «КГК» с использованием данного судна не производило, что подтверждается выпиской из журнала учета флота ООО «КГК» (т.1 л.д.141).

Факт того, что ООО «КГК»  не использовало судно «Тарпан» после 30.04.20217г. подтверждается наличием договора тайм-чартера от 23.05.2017г., заключенного между БАК и Судоходной компанией «Морвенна».

Согласно ответу БАК на претензию конкурсного управляющего ООО «КГК», БАК указывает, что БАК надлежащим образом исполнило обязательства перед Судоходной компанией «Морвенна» по договору тайм-чартера от 23.05.2017г.. Судно у БАК находилось в аренде с 24.05.2017 по 27.10.2017.

 В подтверждение указанных обстоятельств с ответом на претензию представлены договор тайм-чартера от 23.05.2017г., дополнительное соглашение к нему, акт начала аренды от 24.05.2017г, акт окончания аренды от 27.10.29017г., копии счетов и платежные поручения по оплате по договору (т2. , л.д.35-50)

Таким образом, судом первой инстанции установлено, что ООО «КГК» произвело оплату и имеет задолженность по оплате Balfour Worldwide Limited подтвержденную судебным актом за аренду судна «Тарпан», которым не пользовалось в течение 186 дней.

Суд первой инстанции установил, что размер убытков, причинённый ООО «КГК» составляет 161 441 512,34 рублей.

Общая стоимость аренды судна «Тарпан» составила 2 639 000 долларов США, из которых ООО «КГК» 16 июня 2017 года оплатило в добровольном порядке 685 000 долларов США. 

Из оплаченных 16 июня 2017 года 685 000 долларов США реальная задолженность ООО «КГК» составила 221 000 долларов США (стоимость 17 дней аренды).

Курс доллара США на 16 июня 2017 года составлял 57,4437 рубля за доллар.

В пересчете по курсу 464 000 Долларов США составляло 26 653 876,8 рублей (464 000 х 57,4437).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30 июля 2018 года по делу № А40-51003/18-142-366 с ООО «КГК» в пользу BALFOUR взыскан остаток арендной платы в размере 1 954 000 долларов США, а также неустойка 55 371,50 долларов США. Всего 2 009 371,5 долларов США.

10.01.2019 года в отношении ООО «КГК» введена процедура наблюдения. 

Курс доллара США на 10.01.2019 года составлял 67,0795 рублей за доллар. 

Указанная задолженность в размере 2 009 371,5 долларов США включена в реестр требований кредиторов ООО «КГК» определением Арбитражного суда Астраханской области от 22.03.2019 года по делу А06-8329/2018 в пересчете по курсу доллара на 10.01.2019 года (дата введения в отношении ООО «КГК» процедуры наблюдения), что составило 134 787 635,54 рубля.

 Таким образом, общий размер убытков, причиненный безвозмездной передачей судна «Тарпан» составил 161 441 512,34 рублей (26 653 876,8 + 134 787 635,54).

Контролирующим ООО «КГК» лицом, в указанный период аренды судна, являлась ФИО3

Доказательств возмездной передачи судна в субаренду иному лицу на основании какого-либо договора суду первой инстанции не представлено.

Из пояснений, данных  представителя ФИО3 в суде первой инстанции следует, что судно «Тарпан» было передано «Nerida Limited» (Нерида Лимитед) в счет погашения имеющейся задолженности. Однако доказательств наличия задолженности перед «Nerida Limited» (Нерида Лимитед) и экономической целесообразности решения о передачи судна «Тарпан» с последующей оплатой Balfour Worldwide Limited за 203 суток по договору тайм-чартера – 2 639 000 долларов США суду не представлено. Пояснения представителя ФИО3 только подтверждают, что ФИО3 действовала вопреки интересам контролируемого ею  ООО «КГК».

С учетом указанных выше обстоятельств, суд пришел к выводу, что передача в субаренду судна «Тарпан» без заключения договора и без оплаты, повлекла причинение убытков ООО «КГК» и что при совершении данной сделки ФИО3 действовала недобросовестно и неразумно, вопреки интересам контролируемого ею общества.

Поскольку в результате неправомерных действий контролирующего должника лица ФИО3 ООО «КГК» причинены убытки на сумму 161 441 512 рублей 34 копейки, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов, суд пришел к выводу об обоснованности заявленных требований.

В своей апелляционной жалобе ФИО3 ссылается на договорные отношения, в соответствии с которыми ФИО3 передала в аренду судно «Тарпан» в компанию «Nerida Limited» (Нерида Лимитед). Однако, как установлено судом апелляционной инстанции, каких-либо договорных обязательств, свидетельствующих о законности передачи данного судна от ООО «КГК» в компанию «Nerida Limited» (Нерида Лимитед) в аренду, субаренду материалы обособленного спора не содержат, данные доводы носят голословный характер и отвергнуты судами первой и апелляционной инстанций.

ФИО3 указывает, что судом неправильно исчислен срок нахождения судна «Тарпан» в субфрахте. По мнению заявителя апелляционной жалобы, судом не исследовано, кто пользовался судном с 30.04.2017 по 24.05.2017гг. и с 27.10.2017 по 02.11.2017гг., не исследованы обстоятельства передачи судна «Тарпан» в распоряжении компании Nerida Ltd., а также обстоятельства уменьшения задолженности ООО «КГК».

Данный довод апелляционной жалобы не принимается апелляционным судом, так как противоречит материалам дела. Так, вопреки доводам апелляционной жалобы, как указывалось ранее, судом первой инстанции установлено, что Судно "Тарпан" передано в ООО "КГК" по акту 14.04.2017г. (акт ОК-HIRE от 14.04.2017г) и выведено из аренды 02.11.2017г. (акт OFF- HIRE от 02.11.2017г.).

Срок аренды судна составил 203 суток, а общая сумма задолженности ООО "КГК" перед Balfour Worldwide Limited по договору тайм-чартера от 16.03.2017г. 2 639 000 долларов США или 153 325 900 рублей по состоянию на 02.11.2017г.

Как установлено судом, судно "Тарпан" привлекалось ООО "КГК" для выполнения работ в Каспийском море по выводу транспортно-монтажной баржи ФИО13 при транспортировке Верхнего строения ЛСП-2 в рамках выполнения работ по этапу №12 Приемка, транспортировка и установка ВС ЛСП-2 по договору №15V0495 между ООО "КГК" и ООО "Лукойл-Нижневолжскнефть".

Выполнение данных работ подтверждается актом о завершении этапа работ №12 от 22.05.2017г. (т.2, л.д.138).

Фактический срок использования ООО "КГК" судна "Тарпан" составил с 14.04.2017г. по 30.04.2017г. (17 суток).

Других работ (этапов работ) ООО "КГК" с использованием данного судна не производило, что подтверждается выпиской из журнала учета флота ООО "КГК" (т.1 л.д.141) .

Документы, опровергающие вышеуказанные доводы, в материалах дела не предоставлены, в связи с чем, довод заявителя апелляционной жалобы является голословным. В материалах дела отсутствуют доказательства возмездной передачи судна «Тарпан» в компанию «Nerida Limited» (Нерида Лимитед), также отсутствуют доказательства подтверждающие уменьшение задолженности ООО «КГК».

Таким образом, материалы дела содержат в себе исчерпывающую информацию о периоде безучётного использования судна «Тарпан» Судоходной компанией «Морвенна», также судом установлена неоплата за данное судно, что и послужило основанием для взыскания убытков с ФИО3

ФИО3 в своей апелляционной жалобе также указывает на то, что суд по своей инициативе не привлек в качестве соответчиков в обособленный спор  участника ООО «Моршельф» ФИО5 и ООО «Моршельф», а привлек их лишь  в качестве заинтересованных лиц.

Вместе с тем, в силу части 2 статьи 46 АПК РФ при невозможности рассмотрения дела без участия другого ответчика арбитражный суд первой инстанции по ходатайству сторон или с согласия истца привлекает к участию в деле другого ответчика.

Из материалов дела следует, что требования к ФИО3 заявлены Balfour Worldwide Limited и временным управляющим ООО "Каспийская гидротехническая компания".

Соответственно Balfour Worldwide Limited и временный управляющий ООО "Кас-пийская гидротехническая компания" являются истцами по делу и им предоставлено право определять ответчиков по заявленному им спору, в связи с чем ходатайство о привлечении участника ООО «Моршельф» ФИО5 и ООО «Моршельф»в качестве соответчиков по делу не подлежало удовлетворению.

В соответствии с действующим законодательством  суд первой и апелляционной инстанции не вправе выйти за пределы заявленных требований.

В части требований о возмещении убытков на сумму 89 643 783,44 рублей по договору заключенному между ООО «КГК» (заказчик) и ООО «ГлобалНефтегазсервис» (подрядчик) №2-ПН/2017 и 12 420 870 рублей и по договору заключенному ФИО3 с АО «О3-Инжиниринг» №УП-54/17 по высокой цене, суд первой инстанции не нашел оснований для их удовлетворения. 

Как следует, из материалов между ООО «КГК» - заказчик, и ООО «Глобал-Нефтегазсервис» - подрядчик, был заключен договор подряда №2-ПН/2017, согласно условиям которого, подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить пусконаладочные работы «вхолостую», в море объекте «Платформа жилого модуля 2». 

Стоимость работ согласно условиям договора составила 92 201 523,00 рубля без НДС (п.3.1. Договора), а также НДС 16 596 274, 14 рубля. Всего 108 797 797,14 рубля. 

Предъявляя требование о взыскании убытков в сумме 89 643 783,44 рублей, заявители мотивируют тем, что в свою очередь ООО «Глобал-Нефтегазсервис» для исполнения своих обязательств по договору №2-ПН/2017 от 01.03.2017 года привлекло субподрядную организацию ООО «Эдельвейс», силами которой был выполнен весь объем работ, предусмотренный договором №2-ПН/2017 от 01.03.2017 года. 

Согласно условиям договора подряда №4-ПН/2017, заключенного 01.03.2017 года между ООО «Глобал-Нефтегазсервис» и ООО «Эдельвейс» заключили договор подряда №4- ПН/2017. 

Согласно п.3.1. договора №4-ПН/2017 цена работ составила 16 232 215,00 рублей без НДС, а также НДС в размере 2 921 798, 70 рублей (п.31. договора). Всего 19 154 013,7 рублей. 

Между тем, в соответствии с п.1.4 условий договора подряда №2-ПН/2017 от 01.03.2017 года с ООО «Глобал-Нефтегазсервис» стороны согласовали привлечение для выполнения работ в качестве субподрядных организаций помимо ООО «Эдельвейс», ООО «Нефтегазстройналадка», ООО «Волгоградсервис», ООО «ВолгоПромвентиляция».

 Таким образом, требование о взыскании с ФИО3 убытков в сумме 89 643 783,44 рублей основанное на факте оплаты только одному субподрядчику не доказывает причинение убытков на заявленную сумму. 

07.08.2017 года между ООО «КГК» и АО «О3-Инжиниринг» был заключен договор №УП-54/17 на выполнение работ по нанесению огнезащиты на проекте Блок кондуктора на месторождении им.Корчагина.

 Согласно приложению №1 к договору №УП-54/17 от 07.08.2017 года были согласованы следующие ставки на выполнение работ:

 Наименование АО «О3-Инжиниринг»: Нанесение огнезащитного покрытия (руб. без НДС/м2). Подготовка поверхности 500,00 руб.. Нанесение огнезащитного слоя 4280,00 Окраска поверхности финишным слоем 250,00руб.. Итого 5 030,00. 

Объем согласно договору, заключенному с АО «О3-Инжиниринг», составил 7 980 м2. 

Заявители полагают, что если бы ФИО3 заключила договор с другими претендентами: ООО «АЛК-КонстракшнСервис», ООО «Судостроительная сервисная компания» ставка за м2 (руб.) 3477,00 руб., 3470,00 руб., и АО «О3-Инжиниринг» - 5030,00 руб. Соответственно при цене за 7 980 м2 (руб.) 27 746 460,00руб., 27 690 600,00 руб., 40 139 400,00 руб.. Расходы ООО «КГК» составили бы 27 718 530 руб. и соответственно выгода составила 12 420 870 рублей. 

Поскольку при заключении договоров с указанными подрядчиками, расходы ООО «КГК» составили бы 27 718 530 рублей, исходя из того, что каждый подрядчик выполнил бы половину объема по своей ставке: (7 980 м2 / 2 * 3477,00) + (7 980 м2 / 2 * 3 470,00) = 27 718 530 руб.

 Вместо заключения договоров согласно результатам тендера, ФИО3 заключила договор с АО «О3-Инжиниринг» по более высокой цене, чем причинила ООО «КГК» убытки в размере 12 420 870 рублей (40 139 400,00 - 27 718 530). Между тем, выбор в пользу АО «О3-Инжиниринг» был сделан в соответствии с техническим проектом и техническим заданием Генерального заказчика ООО «Лукойл-Нижневолжскнефть». 

Поскольку последним было установлено требование о наличие гарантии не только на состав, но и на соответствие поверхности с нанесением огнезащиты определенным регламентам пожароустойчивости, но и гарантия на обработанное изделие не менее 24 месяцев. ООО «АЛК-КонстракшнСервис» и ООО «Судостроительная сервисная компания» такой гарантии дать не могли, в связи с чем Генеральным подрядчиком ООО “Лукойл-Нижневолжскнефть” было одобрено привлечение для выполнения работ АО «О3-Инжиниринг». 

Таким образом, заявителями не доказано причинение убытков в виде упущенной выгоды в сумме 12 420 870 рублей. 

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что заявители не доказали совокупность оснований для взыскания с ФИО3 убытков от заключения договоров с ООО «Глобал-Нефтегазсервис» и АО «О3-Инжиниринг».

Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда первой инстанции и не находит оснований для их переоценки.

Иные доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, объективно установившего все существенные обстоятельства дела, поэтому не принимаются апелляционным судом.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба  не содержит.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что по рассматриваемому вопросу судом первой инстанции вынесено законное и обоснованное определение, оснований для отмены либо изменения которого не имеется. Выводы суда по данному вопросу основаны на установленных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционную  жалобу  ФИО3 следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба по данной категории дел не облагается государственной пошлиной.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 12 октября 2020 года по делу № А06-8329/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу   -  без удовлетворения.

  Возвратить ФИО8 из  федерального   бюджета   ошибочно   оплаченную  государственную    пошлину  за подачу апелляционной   жалобы  Чеком по операции Сбербанк онлайн от   21 октября 2020 года  в размере  3 000 рублей.

  Постановление арбитражного  суда  апелляционной   инстанции  вступает   в законную   силу со дня   его  принятия и может  быть обжаловано  в Арбитражный  суд  Поволжского  округа  в течение   одного месяца   со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                         О.В.  Грабко

 

 

 Судьи                                                                                                        Г.М. Батыршина

 

 

А.Ю.  Самохвалова