АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А03-4882/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 мая 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Забоева К.И.,

судей                                                                  Мальцева С.Д.,

ФИО1

при протоколировании судебного заседания с использованием систем видеоконференц-связи помощником судьи Кимом А.О. рассмотрел кассационную жалобу акционерного общества страховой компании «Чулпан» на решение Арбитражного суда Алтайского края от 07.11.2022 (судья Прохоров В.Н.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2023 (судьи Фертиков М.А., Афанасьева Е.В., ФИО2), принятые по делу № А03-4882/2019 по иску акционерного общества страховой компании «Чулпан» (423452, Республика Татарстан, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 305220816000014) о возмещении ущерба в порядке суброгации.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Техно Транс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение «Тетра Химикл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Партнер-Авто» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью торговый дом «Полимерпром» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); общество с ограниченной ответственностью «Полимерпром» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); общество с ограниченной ответственностью «Таграс-Транссервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); общество с ограниченной ответственностью «Национальная страховая группа – «Росэнерго» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); акционерное общество «Челябинский трубопрокатный завод» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

С использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Омской области (судья Смотрова Е.Д.) и Октябрьского городского суда Республики Башкортостан (судья Алексеева О.В.) в судебном заседании приняли участие представители: индивидуального предпринимателя ФИО3 - ФИО4, действующая на основании доверенности от 20.05.2022; акционерного общества страховой компании «Чулпан» - ФИО5, действующий на основании доверенности от 05.12.2022 № 11-12/22.

Суд установил:

акционерное общество страховая компания «Чулпан» (далее – общество СК «Чулпан», страховая компания) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – предприниматель) о взыскании 2 125 822 руб. 20 коп. ущерба в порядке суброгации.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены общество с ограниченной ответственностью «Техно Транс» (далее – общество «Техно Транс»), общество с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение «Тетра Химикл» (далее – общество НПО «Тетра Химикл»), общество с ограниченной ответственностью «Партнер-Авто» (далее – общество «Партнер Авто»), общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Полимерпром» (далее – общество ТД «Полимерпром»).

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 28.08.2020, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2020, в иске отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 15.02.2021 судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При повторном рассмотрении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом первой инстанции привлечены общество с ограниченной ответственностью «Полимерпром», общество с ограниченной ответственностью «Таграс-Транссервис», общество с ограниченной ответственностью «Национальная страховая группа – «Росэнерго» (далее – страховая группа), акционерное общество «Челябинский трубопрокатный завод».

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 07.11.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2023, иск удовлетворен частично. С предпринимателя в пользу страховой компании взыскано 170 141 руб. 35 коп. в качестве возмещения ущерба, а также 3 170 руб. 32 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части иска отказано. Со страховой компании в пользу предпринимателя взыскано 58 880 руб. расходов на проведение судебной экспертизы. В результате произведенного в порядке части 5 статьи 170 АПК РФ судебного зачета суд взыскал с предпринимателя в пользу страховой компании 111 261 руб. 35 коп. в качестве возмещения ущерба, а также 3 170 руб. 32 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Страховая компания обратилась с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, иск удовлетворить.

В кассационной жалобе приведены следующие доводы: вывод судов о повреждении груза лишь на 10 % противоречит материалам дела, согласно которым используемый для перевозки транспорт поврежден полностью, что свидетельствует и о повреждении перевозимого груза; суды пришли к ошибочному заключению о том, что часть груза оказалась поврежденной в результате ее выгрузки из первоначально используемого транспортного средства (седельный тягач MAN), попавшего в дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП), в автомобиль КамАЗ, тогда как из фотографий места происшествия отчетливо видно, что ящики с грузом были повреждены и вылетели из полуприцепа в результате ДТП, а сами муфты оказались рассыпанными по земле без упаковки, что и привело к их повреждению; вопреки выводам судов, нарушение упаковки и повреждение груза обусловлено ДТП, виновником которого признан работник предпринимателя, управлявший его транспортным средством, при этом факт ненадлежащей упаковки спорного груза при первоначальной погрузке муфт в полуприцеп материалами дела не подтвержден.

Участвующие в деле лица отзывы на кассационную жалобу не представили.

В судебном заседании представитель страховой компании изложенные в кассационной жалобе доводы поддержал.

Представитель предпринимателя в отсутствие представленного в письменном виде отзыва доложил позицию устно, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, находя их законными и обоснованными.

Иные участники арбитражного процесса явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что с учетом их надлежащего извещения о времени и месте судебного заседания не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы (часть 3 статьи 284 АПК РФ).

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Судами установлено, что общество ТД «Полимерпром» приняло на себя обязанность поставить публичному акционерному обществу «ЧТПЗ» (далее – общество «ЧТПЗ») товар: муфта НКТ ГОСТ Р 53366-2009 с микролегированием хромом, класс прочности К72 Ф60,32 (диаметр трубы), с требованиями ТТ от 02.03.2018, на сумму 249 039 руб. с учетом налога на добавленную стоимость (далее – НДС); муфта НКТ ГОСТ Р 53366-2009 с микролегированием хромом, класс прочности Ст К72 Ф60,32, на сумму 2 462 719 руб. с НДС, всего на 2 711 758 руб., включая НДС в размере 413 658 руб.

Поставщиком были оформлены товарные накладные от 26.08.2018 № 717 на сумму 249 039 руб. и № 718 на сумму 2 462 719 руб.

В рамках договора на транспортно-экспедиционное обслуживание от 17.04.2018 № 07/18-К, заключенного между обществом ТД «Полимерпром» (заказчик) и обществом «Партнер-Авто» (экспедитор), указанный товар был передан заказчиком экспедитору к перевозке с адреса грузоотправителя (

<

...>) до адреса грузополучателя (

<

...>), что подтверждается договором-заявкой на перевозку груза от 17.08.2018, доверенностью на получение материальных ценностей от 23.08.2018 № 29, выданной обществом «Партнер-Авто» водителю ФИО6 (далее – ФИО6), отметкой на товарных накладных от 26.08.2018 № 717 и № 718 о получении груза водителем ФИО6 с оттиском печати общества «Партнер-Авто».

В дальнейшем, на основании договора-заявки от 23.08.2018 перевозка груза по маршруту: 

<

...> – 

<

...>, обществом «Партнер-Авто» поручена обществу НПО «Тетра Химикл».

Затем в рамках договора на транспортно-экспедиционное обслуживание автомобильным транспортом в междугородном и международном сообщении от 01.08.2015 № 13/00215 (далее – договор транспортной экспедиции от 01.08.2015) общество НПО «Тетра Химикл» (экспедитор) поручило осуществление перевозки обществу «Техно Транс» (перевозчик).

Таким образом, фактическим перевозчиком, принявшим на себя обязанность по транспортировке груза от общества ТД «Полимерпром» обществу «ЧТПЗ», выступило общество «Техно Транс».

Между обществом «Техно Транс» (страхователь) и страховой компанией (страховщик) заключен договор добровольного страхования грузов от 25.09.2017 № 1310/24-0000003 (далее – договор страхования), в соответствии с которым страховщик принял на себя обязательство за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного договором события (страхового случая) возместить лицу, имеющему основанный на законе или договоре интерес в сохранении груза, убытки в пределах соответствующих лимитов ответственности страховщика и страховых сумм, установленных договором (пункт 1.1).

В соответствии с полисом добровольного страхования грузов от 02.12.2017 № 1310/24-000003 (далее – полис) принятый к перевозке груз застрахован на условиях «с ответственностью за все риски», в соответствии с которыми под страховым случаем понимается совершившееся событие, предусмотренное договором страхования и выразившееся в утрате (в том числе гибели, хищении) или повреждении застрахованного груза, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести выплату страхового возмещения страхователю (выгодоприобретателю).

Срок действия полиса со 02.12.2017 по 01.12.2018, страховая сумма и страховая стоимость равны 15 000 000 руб., что также указано в пункте 2.7 договора страхования, содержащего ограничение лимита ответственности страховщика по одному страховому случаю в размере 5 000 000 руб. Франшиза безусловная и равна 50 000 руб.

Пунктом 2.8 договора предусмотрены случаи, когда страховщик не возмещает понесенные убытки. В частности, к таким случаям отнесены убытки, возникшие вследствие умысла или грубой неосторожности страхователя, выгодоприобретателя, их представителей и лиц, связанных с ними трудовыми отношениями, или нарушения кем-либо из них действующих правил перевозки, а также упаковка грузов с нарушением требований ГОСТов и ОСТов и отправление грузов в поврежденном состоянии (подпункты «д» и «е» пункта 2.8 договора страхования).

Право страховщика отказать в выплате страхового возмещения в случае нарушения правил перевозки груза также установлено пунктом 6.8 договора страхования.

Под номером 35 в приложении № 3 к договору страхования, в котором содержится перечень транспортных средств, повреждение грузов при перевозках на которых является предметом страхования, значится седельный тягач MAN 19.400 (государственный регистрационный знак 

<

***>).

Как следует из справки о ДТП от 30.08.2018, при осуществлении перевозки груза 30.08.2018 в 11 ч 40 мин на 1 644 километре автодороги Москва-Челябинск произошло ДТП, с участием трех автомобилей: грузового автомобиля Freightliner (государственный регистрационный знак 

<

***>) с полуприцепом (государственный регистрационный знак 

<

***>), принадлежащих ФИО7 (далее – ФИО7), под управлением ФИО8 (далее – ФИО8); грузового автомобиля MAN 19.400 (государственный регистрационный знак 

<

***>) с полуприцепом (государственный регистрационный знак 

<

***>), принадлежащих обществу с ограниченной ответственностью «УК Татнефть-Транссервис», под управлением водителя ФИО6; легкового автомобиля Porsche Cayenne Turbo (государственный регистрационный знак 

<

***>), принадлежащего ФИО9, под управлением ФИО10.

Согласно справке о ДТП от 30.08.2018 авария произошла по вине водителя ФИО8, нарушившего пункт 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090.

В результате ДТП транспортные средства получили значительные повреждения, а груз, перевозимый обществом «Транс-Авто», частично поврежден, рассыпан по поверхности земли, впоследствии перегружен на другой автомобиль и доставлен в адрес грузополучателя.

Как видно из договора аренды автотранспортного средства от 01.01.2009 (договор аренды), заключенного между ФИО7 (арендодатель) и предпринимателем (арендатор), автомобиль Freightliner (государственный регистрационный знак 

<

***>) с полуприцепом (государственный регистрационный знак 

<

***>) принят предпринимателем в аренду 01.01.2009 на неопределенный срок.

Обязанности арендодателя по оказанию услуг по управлению транспортным средством и его технической эксплуатации договором аренды не предусмотрены (статьи 642, 648 ГК РФ).

Водитель ФИО8 являлся работником предпринимателя (трудовой договор от 21.05.2018).

В период с 03.09.2018 по 05.09.2018 грузополучателем составлен акт об установлении расхождений по количеству и качеству при приемке товарно-материальных ценностей от 05.09.2018 № 261 (далее – акт от 05.09.2018), в котором указано, что муфты НКТ ГОСТ Р 53366-2009 с микролегированием хромом, класс прочности Ст К72 ф60,32 в количестве 8 900 штук и муфты НКТ ГОСТ Р 53366-2009 с микролегированием хромом, класс прочности Ст К72 ф60,32 в количестве 900 штук (далее – муфты НКТ) повреждены в результате ДТП при транспортировке, не соответствуют требованиям ГОСТ Р 53366-2009 и не могут быть использованы по назначению обществом «ЧТПЗ».

На основании этого общество «ЧТПЗ» отказалось от принятия товара.

По факту повреждения груза общество «Техно Транс» обратилось к обществу СК «Чулпан» с требованием о выплате страхового возмещения.

Признав повреждение перевозимого груза в результате ДТП 30.08.2018 страховым случаем, общество СК «Чулпан» произвело в пользу общества «Техно Транс» страховую выплату в размере 2 557 738 руб. (платежное поручение от 28.12.2018 № 11230) за вычетом стоимости годных остатков груза и франшизы, предусмотренной договором страхования.

Впоследствии, полагая, что к нему в пределах выплаченной суммы в порядке суброгации перешло право требования к лицу, ответственному за убытки, общество СК «Чулпан» направило предпринимателю претензию от 18.02.2019 № 1-22/160 с требованием возместить причиненный в результате ДТП ущерб, размер которого уменьшен на сумму произведенной в пользу истца страховой выплаты по договору обязательного страхования автогражданской ответственности виновника ДТП, осуществленной страховщиком такой ответственности – страховой группой.

Неисполнение предпринимателем требований претензии обусловило обращение общества СК «Чулпан» в Арбитражный суд Алтайского края с настоящим иском.

При первоначальном рассмотрении дела суды двух инстанций исходили из неподтвержденности условий, при которых у предпринимателя возникает обязанность отвечать за вред, причиненный в результате ДТП.

Основываясь на результатах судебной экспертизы (заключение эксперта от 30.06.2020 № 189 автономной некоммерческой организации Алтайский экспертно-правовой центр, далее – экспертный центр), назначенной для получения ответов на вопросы, как именно был упакован груз и могли ли повреждения муфт НКТ образоваться в результате их транспортировки до момента ДТП, суды пришли к выводу о том, что перевозка товара, являющегося высокоточным и высокотехнологичным изделием, осуществлялась обществом «Техно Транс» с нарушением предусмотренных ГОСТом 10692-2015 требований к его упаковке, выразившихся в загрузке товара насыпью, сочли повреждения груза возникшими до ДТП, и в этой связи указали на отсутствие страхового случая, то есть безосновательную выплату истцом страхового возмещения перевозчику.

При повторном рассмотрении дела судом первой инстанции вновь назначена экспертиза с постановкой вопросов, аналогичных поставленным при назначении экспертизы в ходе первоначального рассмотрения. Проведение экспертизы поручено федеральному бюджетному учреждению Алтайской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (далее – лаборатория).

По результатам проведенного исследования эксперт в заключении от 18.04.2022 № 545/6-3 пришел к следующим выводам: спорный груз был упакован в дощатые ящики в количестве 8 штук, в ящиках между рядами и вдоль стенок проложена парафинированная бумага, каждый ящик стянут по периметру в нижней и верней части упаковочной лентой белого цвета, установлен на ровную поверхность закрытого кузова и зафиксирован для предотвращения перемещения в транспортном средстве при помощи стропа розового цвета, упаковка груза соответствует требованиям ГОСТ 10692-2015 и ГОСТ 31446-2017; повреждение перевозимого по товарным накладным от 26.08.2018 № 717 и 718 груза (муфт НКТ) не могло произойти в результате транспортирования до произошедшего 30.08.2018 ДТП при соблюдении условий погрузки и транспортировки по ГОСТ 10692-215.

Повторно рассматривая дело, суд первой инстанции руководствовался статьями 307.1, 387, 404, 420, 421, 431, 796, 929, 930, 965, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – Постановление № 54), пунктом 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», пунктом 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, пунктом 18 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2003 № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования» (далее – информационное письмо № 75).

Указав, что при подготовке заключения эксперт лаборатории воспользовался содержащимися в материалах дела фотографиями без предварительного на то судебного согласия, суд отнесся к данному заключению критически, не приняв во внимание изложенные в нем выводы.

Учитывая состоявшееся возмещение со стороны страховой группы (400 000 руб.), отсутствие оснований для предъявления в составе убытков НДС (413 658 руб.), а также осуществив вычитание согласованной сторонами суммы франшизы (50 000 руб.) и стоимости годных остатков продукции (146 586 руб. 44 коп. согласно заключению экспертного центра от 30.06.2020 № 189), суд установил размер ущерба, на возмещение которого вправе претендовать истец в порядке суброгации, в сумме 1 701 413 руб. 56 коп.

Затем, сделав вывод о том, что имело место несущественное повреждение грузового автомобиля MAN в результате ДТП, который «просто съехал в кювет», суд счел, что груз при этом не мог быть сильно поврежден, следовательно, его повреждение состоялось в связи с ненадлежащей упаковкой муфт при изначальной погрузке и затем усугубилось в ходе дальнейшей транспортировки. В итоге суд применил статью 404 ГК РФ, посчитав, что приходящаяся на предпринимателя доля вины в повреждении груза составляет лишь 10 %, и удовлетворил иск в размере 170 141 руб. 35 коп.

Седьмой арбитражный апелляционный суд с выводами суда первой инстанции согласился.

Оценив кассационные доводы страховой компании и возражения предпринимателя, сопоставив их с установленными судами обстоятельствами, изучив материалы дела, принимая во внимание длительность разрешения спора (от даты обращения страховой компании с иском до вынесения апелляционным судом постановления при повторном рассмотрении дела прошло более 3 лет и 9 месяцев) и необходимость осуществления судопроизводства в разумный срок (часть 1 статьи 6.1 АПК РФ), суд кассационной инстанции находит судебные акты подлежащими изменению с изложением резолютивной части в новой редакции.

Арбитражные суды первой и апелляционной инстанции, являясь судами факта, рассматривающими спор по существу, обязаны правильно квалифицировать спорные правоотношения, определить предмет доказывания по делу, сформулировать круг юридически значимых обстоятельств и распределить бремя их доказывания (часть 2 статьи 65, часть 1 статьи 133 АПК РФ, пункт 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).

В пункте 2 части 4 статьи 170, пункте 13 части 2 статьи 271 АПК РФ отражена важнейшая составляющая принимаемых судами решений и постановлений, а именно, обязательное изложение мотивов, на основании которых суд пришел к тому или иному выводу по результатам рассмотрения спора. Приведенные мотивы должны находиться в неразрывной связи и в строгом соответствии с резолютивной частью завершающего судебного акта (часть 5 статьи 170, пункт 14 части 2 статьи 271 АПК РФ).

Сказанное согласуется с правовой позицией, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 4877/14, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2017 № 305-ЭС17-13612, от 22.05.2018 № 305-ЭС17-23746, от 18.06.2021 № 305-ЭС20-23225.

Вопреки изложенному, содержащиеся в обжалуемых судебных актах выводы не согласуются с установленными по делу обстоятельствами и прямо противоречат материалам дела.

Так, в протоколе осмотра места происшествия от 30.08.2018, составленном следователем СО ОМВД России дел по Катав-Ивановскому району Челябинской области в связи со спорным ДТП, указано на наличие у кабины автомобиля MAN значительной деформации, повлекшей невозможность осмотра самой кабины и приборов, а также на то, что в ходе осмотра производилась фотосъемка.

В справке о ДТП от 30.08.2018 отражен факт полной деформации кузова транспортного средства MAN и полной деформации буксируемого им полуприцепа SCHMITZ, в котором перевозился груз.

Аналогичные сведения содержатся в справке-беседе от 30.08.2018, составленной следователем СО ОМВД России по Катав-Ивановскому району Челябинской области по результатам получения объяснений от свидетеля ДТП ФИО11

Из фотографий, изготовленных по результатам следственной фотосъемки, ясно видны существенные повреждения полуприцепа, в котором перевозился груз, а также рассыпанные по земле муфты и их разрушенная упаковка.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.09.2018, принятого следователем СО ОМВД России дел по Катав-Ивановскому району Челябинской области, следует, что в результате сильного столкновения грузовых автомобилей Freightliner под управлением ФИО8 и MAN 19.400 под управлением ФИО6 последний потерял сознание, получив множественные телесные повреждения, и очнулся только тогда, когда его доставали из поврежденной кабины автотягача, а водитель ФИО8 погиб.

Экспертом лаборатории в заключении от 18.04.2022 № 545/6-3 установлено, что перевозимый автомобилем MAN груз был упакован в дощатые ящики в количестве 8 штук, в ящиках между рядами и вдоль стенок проложена парафинированная бумага, каждый ящик стянут по периметру в нижней и верней части упаковочной лентой белого цвета, установлен на ровную поверхность закрытого кузова и зафиксирован для предотвращения перемещения в транспортном средстве при помощи стропа розового цвета, упаковка груза соответствует требованиям ГОСТ 10692-2015 и ГОСТ 31446-2017.

Кроме того, в названном экспертном заключении отмечено, что повреждение перевозимого по товарным накладным от 26.08.2018 № 717 и 718 груза (муфт НКТ) не могло произойти в результате транспортирования до произошедшего 30.08.2018 ДТП.

Судами проведенное при повторном рассмотрении дела экспертное исследование отклонено лишь на том основании, что эксперт лаборатории основывал свои выводы среди прочего на имеющейся в материалах дела фотографии, приложенной к отзыву обществом ТД «Полимерпром», без предварительного на то согласия суда первой инстанции.

Суд округа находит выводы судов ошибочными.

Во-первых, суд кассационной инстанции полагает необходимым отметить, что материалы дела, по которому осуществляется экспертное исследование, по общему правилу являются объектами такого исследования целиком и полностью без исключений, на что указано в абзаце первом статьи 10 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ).

Во-вторых, эксперт лаборатории, будучи лицом, оказывающим содействие правосудию (статьи 54, 55 АПК РФ, статья 2 Закона № 73-ФЗ), разумно исходил из того, что приобщенные к материалам дела фотографии, в том числе к отзыву ТД «Полимерпром» отвечали критерию относимости, которому должно соответствовать каждое приобщаемое к материалам дела судом доказательство (статья 67 АПК РФ), а потому обоснованно руководствовался содержащимся на фотоснимке изображением для цели ответов на поставленные судом вопросы.

В таком случае указание судов на то, что на данной фотографии изображены не относящийся к спорному правоотношению обстоятельства, кассационным судом не принимается.

Сделанные экспертом лаборатории выводы в полной мере согласуются с представленными доказательствами, в частности, протоколом осмотра места происшествия, справкой о ДТП, справкой-беседой от 30.08.2018 (поступили в информационную систему «Картотека арбитражных дел» 03.04.2019 в качестве приложений к исковому заявлению), а также представленными в материалы дела фотографиями данного транспортного происшествия (компакт-диск, том 2 лист 33).

И, напротив, выводы, содержащиеся в заключении экспертного центра, сочтенные судом подтверждающими факт ненадлежащей упаковки муфт при их первоначальной погрузке, являются вероятностными, а не категоричными. Так, эксперт указал, что муфты транспортировались в дощатых ящиках согласно фотоматериалам, что не противоречит установленным требованиям стандартов, затем эксперт отметил, что при транспортировке муфт должна применяться упаковка, которая предотвращает их повреждения от контракта друг с другом, но вывод о том, что такой упаковки не имелось при перевозке муфт в транспортном средстве, поврежденном в ДТП, в заключении экспертного центра отсутствует.

Таким образом, совокупность представленных в материалы дела доказательств не позволяет сделать однозначный вывод о нарушении правил к упаковке груза при их перевозке, а вывод судов о незначительном повреждении автомобиля MAN с полуприцепом, который «просто съехал в кювет», прямо этим материалам противоречит.

Из этого с учетом презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности их действий, установленной пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и материалов дела следует, что на момент ДТП груз имел надлежащую упаковку и крепеж, а его повреждение состоялось в результате серьезного ДТП, при котором были почти полностью разрушены два автотягача с полуприцепами, при этом один из них перевернулся, а водитель погиб, водитель же второго автомобиля получил множественные телесные повреждения.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 965 ГК РФ если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Статья 387 ГК РФ устанавливает случаи перехода прав кредитора по обязательству к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств.

Так, согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 387 ГК РФ одним из установленных законом обстоятельств, при которых права кредитора переходят страховой организации (на место кредитора встает страховая организация) является суброгация (переход) страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

В силу указанных положений при суброгации на основании закона (подпункт 4 пункта 1 статья 387 ГК РФ) происходит замена лица – страхователя (потерпевшего) на страховщика (страховую организацию) в том обязательстве, вследствие которого страхователю (потерпевшему) был причинен вред.

Таким образом, при суброгации не возникает нового обязательства, а происходит замена кредитора (потерпевшего) в уже существующем обязательстве.

В связи с этим и реализация страховщиком перешедших к нему прав страхователя осуществляется с соблюдением тех правил, которыми регулируются отношения именно между потерпевшим (страхователем) и тем лицом, который отвечает перед ним за причиненные убытки.

Как указано в пункте 2 Постановления № 54, по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 ГК РФ, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют.

Недобросовестное использование подобных ссылок, выходящих за пределы сферы материальных интересов заявляющего лица, последовательно пресекается судебной практикой высших судебных инстанций путем их игнорирования (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 13898/11, пункт 18 информационного письма № 75, пункт 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды», пункт 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление № 25).

В частности, по смыслу пункта 18 информационного письма № 75 ответчик (причинитель вреда) не вправе ссылаться на ненадлежащее исполнение договора страхования его сторонами и, в частности, оспаривать обоснованность выплаты страхового возмещения со ссылкой на условия договора страхования. Причинитель вреда может выдвигать против страховщика лишь те возражения, которые он имеет к потерпевшему лицу.

Таким образом, по общему правилу отказ в суброгационном иске страховщику не может быть обоснован условиями договора страхования, поскольку ответчик по подобному иску вправе защищаться только теми доводами, которые относятся непосредственно к обстоятельствам причинения вреда, следовательно, и суд не вправе входить в обсуждение правомерности страховой выплаты при отсутствии заведомой недобросовестности страховщика.

Предметом настоящего иска является возмещение убытков, причиненных в связи с повреждением имущества в результате ДТП, лицом, ответственным за такие убытки (статьи 1068, 1082 ГК РФ).

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 Постановления № 25 и пункте 5 Постановления № 7.

Из указанных разъяснений следует, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Другими словами, при предсказуемости негативных последствий в виде возникновения убытков, которые нарушитель обязательства как профессиональный участник оборота мог и должен был предвидеть, причинная связь не подлежит доказыванию лицом, потерпевшим от нарушения, а презюмируется. Однако в иных ситуациях причинная связь доказывается кредитором на общих основаниях (статьи 9, 65 АПК РФ).

Повреждение груза в результате ДТП, в котором происходит полная деформация перевозившего груз транспортного средства, является обычным последствием ДТП. Равным образом, в случае, если груз представляет собой высокоточные изделия, и в результате ДТП разрушена специальная упаковка груза, а сам груз вылетел из транспортного средства и оказался рассыпан по земле, то обычным последствием является утрата грузом свойства высокоточных изделий, что само по себе нивелирует его ценность, сводя ее до металлолома (годных остатков), следовательно, последующая транспортировка уже не может оказать принципиальное влияние на стоимость изделий.

Тяжущиеся лица должны подтвердить фактические обстоятельства, положенные в основание требований или возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ), в противном случае они несут негативные последствия в виде возможного разрешения судом спора не в их пользу (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Согласно обычному общеисковому стандарту доказывания (с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств и при отсутствии сговора сторон об утаивании какой-либо информации от суда) суд принимает решение в пользу того лица, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника. Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным противником, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

Поскольку ответчиком не доказано обстоятельств, являющихся основаниями для применения статьи 404 ГК РФ, а выводы судов об обратном противоречат материалам дела, оснований для снижения подлежащей взысканию суммы до 170 141 руб. 35 коп. не имелось.

Вместе с тем суд округа учитывает, что судами установлен размер правомерно предъявленных истцом требований в сумме 1 701 413 руб. 56 коп. (за вычетом стоимости годных остатков груза и НДС).

Доводов против обоснованности указанного вывода в кассационной жалобе страховая компания не приводит, а оснований вмешиваться в установление этого фактического обстоятельства суд округа не находит (часть 1 статьи 286 АПК РФ).

При этом суд округа полагает верным вывод судов о необходимости исключения суммы НДС из размера убытков, поскольку он соответствует пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2014 № 33 «О некоторых вопросах, возникающих у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием налога на добавленную стоимость», в соответствии с которым в случае выбытия (списания) имущества в результате наступления событий, не зависящих от воли налогоплательщика (утрата имущества по причине порчи, боя, хищения, стихийного бедствия и тому подобных событий), исходя из пункта 1 статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), такое выбытие не является операцией, учитываемой при формировании объекта налогообложения по НДС.

Наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Вместе с тем по общему правилу исключается как неполное возмещение понесенных убытков, так и обогащение потерпевшего за счет причинителя вреда. В частности, не могут быть включены в состав убытков расходы, хотя и понесенные потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объеме за счет иных источников. В противном случае создавались бы основания для неоднократного получения потерпевшим одних и тех же сумм возмещения и, соответственно, извлечения им имущественной выгоды, что противоречит целям института возмещения вреда.

Судебная практика последовательно исходит из того, что наличие иных источников компенсации части убытков, приходящихся на сумму НДС (право на вычет), равно отсутствие оснований для начисления налога, исключает уменьшение имущественной сферы лица в части данных сумм и, соответственно, их взыскание в качестве убытков (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2013 № 2852/13, определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2018 № 305-ЭС18-10125, от 31.01.2022 № 305-ЭС21-19887, от 31.03.2022 № 305-ЭС21-24306, от 14.04.2022 № 305-ЭС21-28531, от 14.11.2022 № 310-ЭС22-12978).

Бремя доказывания наличия убытков и их состава возлагается на потерпевшего, обращающегося за защитой своего права. Доказательств, подтверждающих, что суммы НДС, указанные в товаросопроводительных документах, представляют собой реально понесенные и некомпенсируемые потери (убытки) страхователя, страховой компанией не предоставлено. Условия договора страхования об исчислении суммы страхового возмещения с учетом НДС не могут противопоставляться ответчику в соответствии с пунктом 3 статьи 308 ГК РФ и пунктом 2 Постановления № 54.

Таким образом, находя неверным уменьшение определенной судами суммы убытков в 10 раз в порядке применения статьи 404 ГК РФ, суд кассационной инстанции полагает возможным принять собственный судебный акт о ее полном взыскании с ответчика.

Судебные расходы подлежат распределению следующим образом.

Как следует из положений статей 101, 106, части 1 статьи 110 АПК РФ, пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в основу распределения судебных расходов между сторонами в арбитражном процессе положен принцип их возмещения правой стороне за счет неправой.

При обращении с настоящим иском в Арбитражный суд Алтайского края страховая компания уплатила 33 789 руб. по платежному поручению от 02.04.2019 № 2798.

С учетом окончательной редакции исковых требований в сумме 2 125 822 руб. 20 коп. уплате подлежала государственная пошлина в размере 33 629 руб., следовательно, страховой компании из федерального бюджета надлежит возвратить 160 руб. (подпункт 1 пункта 1 статьи 333.21, подпункт 1 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ).

Принимая во внимание частичное удовлетворение иска, с предпринимателя в пользу страховой компании подлежит взысканию 26 915 руб. 16 коп. (33 629 * 1 701 413,56 : 2 125 822,2) судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска, а также, учитывая дважды состоявшееся в рамках настоящего дела апелляционное и кассационное обжалование, 9 604 руб. 27 коп. (12 000 * 1 701 413,56 : 2 125 822,2) за рассмотрение апелляционных и кассационных жалоб.

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение Арбитражного суда Алтайского края от 07.11.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2023 по делу № А03-4882/2019 изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции:

«Иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу акционерного общества страховой компании «Чулпан» 1 701 413 руб. 56 коп. в качестве возмещения вреда, а также 26 915 руб. 16 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Возвратить акционерному обществу страховой компании «Чулпан» из федерального бюджета 160 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 02.04.2019 № 2798».

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу акционерного общества страховой компании «Чулпан» 9 604 руб. 27 коп. за рассмотрение апелляционных и кассационных жалоб.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                  К.И. Забоев

 

Судьи                                                                                                                 С.Д. Мальцев

 

ФИО1