АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 марта 2022 года

Дело №

А21-12380/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Казарян К.Г., ФИО1, 

при участии до перерыва от ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 01.12.2021), 

рассмотрев 10.03.2022 и 17.03.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО4 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 по делу № А21-12380/2020,

установил:

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 02.02.2021 ФИО5 (ИНН 

<

***>; Калининградская обл.) признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6. 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 13.02.2021 № 26. 

         ФИО4 16.07.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее - Реестр) требования в размере 4 000 000 руб., заявил ходатайство о восстановлении срока на подачу заявления о включении требования в Реестр.

Определением суда первой инстанции от 15.09.2021 требование ФИО2 в размере 4 000 000 руб. признано обоснованным и включено в третью очередь Реестра как обеспеченное залогом недвижимого имущества должника - земельного участка с кадастровым номером 39:05:060703:508, площадью 27 419 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 определение от 15.09.2021 изменено в части определения очередности удовлетворения требования кредитора. Требование ФИО2 признано подлежащим удовлетворению из выручки от продажи заложенного имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в Реестр. В остальной части определение от 15.09.2021 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит отменить указанное постановление, удовлетворить ходатайство о восстановлении срока, включить требование в Реестр.

         По мнению подателя жалобы, его требование основано на вступившем в законную силу судебном акте суда общей юрисдикции, в связи с чем исчисление сроков следует производить с учетом разъяснений, изложенных в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «Об исполнительном производстве» (далее - Постановление № 59).

         Кредитор ФИО7 направил 10.03.2022 в суд отзыв, в котором просил жалобу ФИО2 оставить без удовлетворения; отложить судебное заседание на более позднюю дату ввиду болезни его представителя.                

         В судебном заседании 10.03.2022 представитель ФИО2 поддержал доводы жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

         Определением от 15.03.2022 (резолютивная часть оглашена 10.03.2022) в судебном заседании объявлен перерыв до 17.03.2022.

         После перерыва заседание возобновлено 17.03.2022.

 Кредитором Постоем С.В. 15.03.2022 в суд направлено ходатайство об отложении судебного заседания ввиду нахождения его представителя на больничном.

 Суд кассационной инстанции отклонил указанное ходатайство, не усмотрев предусмотренных арбитражным процессуальным законом оснований для отложения судебного заседания (статья 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее - АПК РФ), поскольку личное участие стороны в судебном заседании не является обязательным. Кроме этого, отказывая в удовлетворении данного ходатайства, суд исходит из непредставления заявителем доказательств болезни представителя (лист временной нетрудоспособности и пр.). 

 Явка представителя ФИО2 в заседание после перерыва не обеспечена. 

         Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не стало препятствием для рассмотрения жалобы.

 Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемого судебного акта, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

 Как следует из материалов дела, решением Зеленоградского районного суда Калининградской области от 23.09.2020 по гражданскому делу № 2-361/2020, вступившим в законную силу 26.01.2021, с ФИО5  взыскана задолженность в пользу ФИО2 в размере 4 000 000 руб. 

Решением от 02.02.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство; 13.02.2021 открыт Реестр (публикация в газете «Коммерсантъ»).

16.07.2021 подано заявление ФИО2 о включении требования в Реестр с ходатайством о восстановлении пропущенного срока.

Определением от 15.09.2021 суд признал требование ФИО2 в размере 4 000 000 руб. обоснованным и включил его в состав третьей очереди Реестра гражданина ФИО5 как обеспеченное залогом недвижимого имущества должника - земельного участка с кадастровым номером 39:05:060703:508, площадью 27 419 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>. 

        Признавая требование ФИО2 обоснованным, суд первой инстанции руководствовался разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «Об исполнительном производстве» в случае возбуждения дела о банкротстве» (далее - Постановление № 59); отклонил ссылку на пункт 3 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), на положения пункта 27 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» (далее - Постановление № 63) в части  применения последствий недействительности сделки ввиду признания договора купли-продажи нежилого помещения от 11.07.2019 (далее - Договор от 11.07.2019) судом общей юрисдикции недействительным по общим основаниям, установленным гражданским законодательством; отсутствием в материалах дела доказательств уклонения ФИО2 от исполнения решения Зеленоградского районного суда Калининградской области от 23.09.2020 по гражданскому делу № 2-361/2020; исходил из наличия оснований для восстановлении срока обращения в суд с заявлением о включении в Реестр.

        Изменяя определение арбитражного суда, суд апелляционной инстанции исходил из того, что требование ФИО2 подлежит удовлетворению из выручки от продажи заложенного имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в Реестр, поскольку кредитор обратился с требованием лишь 16.07.2021, после закрытия реестра (13.04.2021). Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о несоблюдении кредитором срока на подачу требования о включении в Реестр, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 29.5 Постановления № 63.

В силу абзаца третьего пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

В настоящем случае кредитор действительно обратился с заявлением в арбитражный суд после истечения двух календарных месяцев со дня событий, перечисленных в пункте 1 статьи 142 Закона о банкротстве.

Между тем апелляционный суд не учел следующее.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 указанного Федерального закона. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45), по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

По смыслу абзаца второго пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом.

Данное положение обусловлено общеобязательным характером вступивших в законную силу судебных актов (статья 16 АПК РФ, статья 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ)).

Согласно правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.06.2019 № 307-ЭС19-1984, подтвержденное вступившим в законную силу судебным актом требование кредитора, по общему правилу, предоставляет ему возможность в упрощенном порядке (с точки зрения процесса доказывания) добиться включения в реестр требований кредиторов.

В случае банкротства ответчика такой судебный акт по своей природе объективно противопоставляется интересам иных кредиторов, не участвовавших в рассмотрении дела, поскольку включение подтвержденного судебным актом долга в реестр уменьшает долю удовлетворения требований иных кредиторов.

По этой причине пунктом 24 Постановления № 35 закреплен механизм защиты прав кредиторов должника, в силу которого конкурсные кредиторы и арбитражный управляющий имеют право оспаривать в установленном порядке судебные акты, подтверждающие наличие и обоснованность требований других кредиторов.

Как установлено судами и следует из материалов дела, решением Зеленоградского районного суда Калининградской области от 23.09.2020 по гражданскому делу № 2-361/2020 Договор от 11.07.2019, заключенный между ФИО5 и ФИО2, признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о государственной регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером 39:05:060703:508, площадью 27 419 кв.м, расположенный по адресу: 

<

...>, и взыскания с ФИО5 в пользу ФИО2 4 000 000 руб.

То есть, в настоящем обособленном споре решение суда о взыскании с должника задолженности в пользу кредитора (принятое в порядке искового производства судом общей юрисдикции и не основанное на признании ответчиком иска) обязало должника вернуть ФИО2 4 000 000 руб., уплаченные им по Договору от 11.07.2019.

Далее на основании решения от 23.09.2021, вступившего в законную силу 26.01.2021, ФИО2 был выдан исполнительный лист от 09.02.2021, судебным приставом-исполнителем ОСП Ленинградского района г. Калининграда ФИО8 17.02.2021 возбуждено исполнительное производство № 19703/2139001-ИП.

Постановлением от 11.03.2021 исполнительное производство № 19703/2139001-ИП окончено ввиду признания должника банкротом.

        Сообщение о признании ФИО5 банкротом опубликовано 13.02.2021; требование ФИО2 поступило в арбитражный суд 16.07.2021.

Общий срок предъявления требований, по истечении которого реестр требований кредиторов подлежит закрытию, составляет два месяца. Последствием предъявления требований с нарушением данного срока согласно пункту 4 статьи 142 Закона о банкротстве является удовлетворение их за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, то есть понижение очередности удовлетворения.

По смыслу положений Закона о банкротстве в общем случае понижение очередности удовлетворения требований кредиторов применяется, если возможность предъявления требований в двухмесячный срок объективно существовала, но не была своевременно реализована кредитором.

Право на обращение с реституционным требованием в рамках дела о банкротстве контрагента может быть реализовано кредитором только после вступления в законную силу судебного акта, которым были признаны недействительными сделки и применены последствия их недействительности, что говорит об объективной невозможности предъявления требования в двухмесячный срок, когда судебный акт еще не вступил в законную силу.

Следовательно, двухмесячный срок предъявления требования для данного кредитора подлежит исчислению со дня вступления в законную силу судебного акта, которым были признаны недействительными сделки и применены последствия их недействительности.

Вместе с тем необходимо учитывать, что на уровне высшей судебной инстанции выработан ряд правовых позиций, согласно которым в исключительных случаях лицо может претендовать на включение задолженности в реестр требований кредиторов юридического лица, даже несмотря на то, что требование заявлено с опозданием, то есть после закрытия указанного реестра (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.04.2019 № 304-ЭС17-1382(8)).

В силу пункта 7 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве) исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем в случае признания должника-организации банкротом, за исключением исполнительных документов, указанных в части 4 статьи 69.1 и в части 4 статьи 96 данного Федерального закона (о признании права собственности, компенсации морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о применении последствий недействительности сделок, а также о взыскании задолженности по текущим платежам).

Согласно пункту 5 статьи 96 Закона об исполнительном производстве исполнительные документы, производство по которым окончено, вместе с копией постановления об окончании исполнительного производства в течение трех дней со дня окончания исполнительного производства направляются конкурсному управляющему или в ликвидационную комиссию (ликвидатору).

В пункте 15 Постановления № 59 разъяснено, что судам необходимо иметь в виду, что передача исполнительных документов конкурсному управляющему в соответствии с частью 5 статьи 96 Закона об исполнительном производстве не освобождает конкурсных кредиторов и уполномоченные органы, чьи требования подтверждаются исполнительными документами, от предъявления названных требований в суд, рассматривающий дело о банкротстве, на основании пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве. Поскольку конкурсный управляющий обязан действовать и в интересах кредиторов (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), он обязан незамедлительно уведомить лиц, являющихся взыскателями, о получении им соответствующих исполнительных документов и о необходимости заявления кредиторами требований в рамках дела о банкротстве. Срок на предъявление требований такими лицами в деле о банкротстве начинает исчисляться не ранее даты направления им указанного уведомления конкурсным управляющим.

Несмотря на то, что процедура банкротства должника является публичной, сведения о введении любой процедуры банкротства публикуются в электронной и бумажной версиях издания «Коммерсантъ», размещаются в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, а судебные акты арбитражного суда по делам о банкротстве публикуются на общедоступном официальном федеральном информационно-справочном ресурсе «Картотека арбитражных дел», законодатель и судебная практика исходят из того, что взыскатель, поручивший исполнение судебного решения государственной службе, специально созданной для этих целей, имеет разумные ожидания того, что он будет проинформирован путем индивидуального извещения об объективной невозможности продолжения процедуры взыскания, начатой по его заявлению, в связи с банкротством должника. Возложение на подобного взыскателя обязанности по самостоятельному отслеживанию публикаций о судьбе должника является чрезмерным (части 4 и 5 статьи 69.1 Закона об исполнительном производстве, пункт 15 Постановления № 59).

При прекращении исполнения требования взыскателя в исполнительном производстве, о котором кредитор узнает после открытия процедуры конкурсного производства (реализации имущества), для правильного определения начала течения срока закрытия реестра требований кредиторов правовое значение имеет не момент опубликования информационного сообщения о введении процедуры, а обстоятельства, связанные с направлением арбитражным управляющим извещения взыскателю, его индивидуальная осведомленность о банкротстве должника и необходимости обращения с требованием в реестр требований кредиторов. Суды должны выяснить и оценить отсутствие или наличие доказательств возврата исполнительного документа взыскателю или поступления исполнительного документа в адрес должника от службы судебных приставов; уведомления взыскателя о передаче исполнительных документов арбитражному управляющему и информирования последним взыскателя о порядке обращения с соответствующим требованием к должнику.

О введении в отношении должника процедуры банкротства ФИО2  узнал 29.06.2021 на приеме у судебного пристава-исполнителя ФИО8

После получения 29.06.2021 постановления об окончании исполнительного производства от 11.03.2021 ФИО2 16.07.2021 подал заявление о включении его требования в сумме 4 000 000 руб. в Реестр.

В настоящем обособленном споре судами установлено, что уведомление об окончании исполнительного производства не направлялось судебным приставом ни финансовому управляющему, ни взыскателю.

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО9 подтвердил, что ФИО2 им не извещался о введении процедуры в отношении должника. 

До указанной даты (29.06.2021) каких-либо уведомлений от судебного пристава и конкурсного управляющего в адрес кредитора не поступало.

Суд кассационной инстанции отмечает, что при разрешении ходатайства о восстановлении пропущенного срока суд первой инстанции правильно исходил из недопустимости возложения на ФИО2 дополнительных рисков утраты возможности удовлетворения своих требований за счет имущества должника с учетом реализации последним права на предъявление исполнительного листа в службу судебных приставов, неисполнения приставом-исполнителем обязанности по информированию взыскателя об окончании исполнительного производства (11.03.2021) в виде направления в его адрес соответствующего документа, которое фактически произошло после закрытия реестра требований кредиторов должника (29.06.2021).

        Договор от 11.07.2019 был признан недействительным на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Статья 10 ГК РФ была указана в контексте того, что именно ФИО5 действовал в нарушение требований статей 334, 346 и 352 ГК РФ, 35 и 29.20 Земельного кодекса Российской Федерации, не поставив ФИО10 в известность, отчуждал предмет залога, что повлекло причинение вреда интересам ФИО10 Действия ФИО2 по заключению Договора от 11.07.2019 были оценены судом как неосмотрительные.

Аффилированность Войцеховского и ФИО2 не установлена, в решении от 23.09.2020 не была установлена недобросовестность ФИО2 либо его сговор с должником с целью причинения вреда интересам кредиторов.

С учетом вышеизложенного, признав, что обстоятельства настоящего спора не позволяют прийти к заключению о наличии у ФИО2 и должника при вступлении в спорные правоотношения злонамеренной цели причинения вреда правам и законным интересам третьих лиц, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление ФИО2

При указанных обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствовали основания для иных выводов и отмены определения суда первой инстанции.

Нарушение норм материального права и правовых позиций вышестоящих судебных инстанций о правильном применении данных норм является основанием для отмены постановления апелляционного суда на основании частей 1 и 2 статьи 288 АПК РФ.

Поскольку суд первой инстанции установил значимые для данного обособленного спора обстоятельства, правильно применил закон, подлежащий применению, определение подлежит оставлению в силе в соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 АПК РФ.

          Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 по делу № А21-12380/2020 отменить.

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 15.09.2021 по делу № А21-12380/2020 оставить в силе.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

 

К.Г. Казарян

ФИО1