973/2023-267617(1) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 № 09АП-43800/2023; 09АП-43802/2023

Дело № А40-232063/22

г. Москва

25 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2023 года  Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи В. В. Лапшиной, судей Вигдорчика Д.Г., Шведко О.И., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2023 по делу № А40232063/22,  

об отказе во включении требования ФИО3 в реестр требований кредиторов  должника  

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,  при участии в судебном заседании:  

от ФИО4: ФИО5 по дов. от 12.12.2022 от ФИО3: ФИО6 по дов. от 16.06.2023 от ФИО7: ФИО8 по дов. от 16.03.2022 от ФИО9: ФИО10 по дов. от 15.02.2022 Иные лица не явились, извещены. 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022 гражданин ФИО4 признан банкротом, введена процедура реализации имущества  гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7 Сообщение о  признании гражданина банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 243 от  29.12.2022.  

В Арбитражный суд города Москвы поступили требование ФИО3 в размере 180.400.000 рублей, 7.517.961,66 рублей о включении в реестр  требований кредиторов должника; требование ФИО11 в  размере 180.400.000 рублей, 7.517.961,66 рублей о включении в реестр требований  кредиторов должника; заявление ФИО11 о процессуальной  замене ФИО11 на ФИО3,  объединенные в одно производство для совместного рассмотрения.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2023 отказано во  включении требования ФИО3 в реестр требований кредиторов ФИО4  

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2,  ФИО3 обратились в Девятый арбитражный апелляционный  суд с апелляционными жалобами, указывая на незаконность и необоснованность  

судебного акта.  

От финансового управляющего, кредитора ФИО9 поступили письменные  отзывы, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, ссылаясь  на его законность и обоснованность, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Также от финансового управляющего, ФИО3, ФИО11  поступили письменные пояснения.  

В судебном заседании представители ФИО3, ФИО11  поддержали доводы апелляционных жалоб в полном объеме.  

Представители финансового управляющего, кредитора ФИО9 возражали  на апелляционные жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте  слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1  статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на  официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционные жалобы  рассматриваются в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии  со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив  имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб,  считает, что имеются основания для изменения обжалуемого судебного акта в силу  следующего.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1  статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

В силу части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для  правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании  требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими  применению нормами материального права.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в  силу пунктов 3- 5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка  обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо  от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами,  имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором, с другой стороны.  

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует  исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в  отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности. Следовательно, по смыслу указанных норм Закона о банкротстве в круг  доказывания по спорам об установлении размера требований кредиторов и их  обоснованности входят оценка сделки на предмет ее заключенности и  

действительности, а также обстоятельства возникновения долга, даже при отсутствии  на этот счет заявлений со стороны лиц, участвующих в деле о банкротстве.  

Как установил суд первой инстанции и следует из материалов дела, между  должником и ФИО3 был заключен договор займа от 07.07.2021, по  условиям которого кредитор предоставляет должнику заём в размере 150.000.000  рублей сроком на 5 лет.  

На сумму займа начисляются проценты из расчета 4,75 % годовых с момента  получения средств.  

Предоставление займа осуществлялось следующим способом: - 16.07.2021 в  размере 10 400 000 руб. (безналично, на счет должника в банке); - 20.07.2021 в размере  30 000 000 руб. (безналично, на счет должника в банке); - 15.12.2021 в размере 20 000  000 руб. (безналично, на счет должника в банке); - 120 000 000 руб. наличными (дата  расписки в требовании не указана).  

Требование ФИО11 к должнику было основано на приобретенном у  ФИО3 по договору уступки прав требования от 21.10.2022 праве требования к  должнику по договору займа от 07.07.2021.  

Также ФИО3 по платежному поручению № 70 от 01.12.2021 выдана  сумма займа в размере 500 000 руб.  

В связи с введением в отношении ФИО11 процедуры  реструктуризации долгов по делу № А45-936/2023 и на основании п. 5.6. договора  цессии 21.10.2022г., ФИО3 отказался в одностороннем порядке от исполнения  договора цессии, в связи с чем, права требования по договору займа к должнику  вернулись ФИО3  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции  указал на не подтверждение наличия финансовой возможности у кредитора  предоставить наличные денежные средства должнику, не предоставление доказательств  получения кредитором, хранения до момента передачи, снятия с расчетного счета  денежных средств; установил признаки транзитного характера движения средств по  счетам должника, и, как следствие, - мнимый характер сделки договора займа;  посчитал, что заключение между ФИО3 и ФИО11 договора  цессии на льготных условиях свидетельствует о наличии аффилированности ФИО3 и ФИО11, а как следствие ФИО3 и ФИО4; указал на  направленность требования в целях необоснованного установление контроля над  процедурой банкротства должника.  

Апелляционный суд, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам. 

Согласно ст. 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться  надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями  закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в  соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.  

В соответствии с п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса РФ по договору займа одна  сторона (заимодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне  (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а  заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или  равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же  ценных бумаг.  

Согласно п. 1 ст. 809 Гражданского кодекса РФ если иное не предусмотрено  законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика  процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором.  

Согласно п. 1 ст. 810 Гражданского кодекса РФ заемщик обязан возвратить  заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены  договором займа.  

Оспаривая финансовую возможность ФИО3 предоставить денежные  

средства должнику, кредитор и финансовый управляющий указали, что в материалы  дела не предоставлены доказательства перечисления денежных средств на счета  должника.  

Однако, из материалов дела следует, что со счета ФИО3 в безналичном  порядке банковскими платежными поручениям № 1279 от 16.07.2021 на сумму 10 400  000 руб., № 428 от 20.07.2021 на сумму 30 000 000 руб., № 70 от 01.12.2021 на сумму  500 000 руб., № 2149 от 15.12.2021 на сумму 20 000 000 руб. (том 4 л.д. 130-131) - всего  на сумму 60 900 000 рублей были перечислены денежные средства на банковский счет  должника.  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 26  Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности  факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных  средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному  кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства:  позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить  должнику соответствующие денежные средства; имеются ли в деле  удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены  должником; отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете  и отчетности и т.д.  

Указанные разъяснения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований  кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных  исключительно на расписке или квитанции к приходному кассовому ордеру, которые  могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника,  преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких  требований.  

По смыслу перечисленных норм права и указанных разъяснений заявитель,  позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только свою  возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения  на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу  денежных средств.  

В настоящем случае перечисление ФИО3 должнику денежных  средств в общем размере 60 900 000 рублей происходило в безналичном порядке.  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции без учета  представленных доказательств, необоснованно сделал вывод о не предоставлении  кредитором доказательств финансовой возможности кредитора на предоставление  займа в указанной сумме должнику при наличии первичных банковских документов.  

При этом, судом первой инстанции необоснованно указано на транзитный  характер платежей при предоставлении займа от ФИО3 должнику ФИО4  

Должник не отрицал факт получения денежных средств от ФИО3,  утверждал, что полученные средства были израсходованы им для собственных нужд, в  том числе для расчетов с третьими лицами.  

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации (Определение от 28  марта 2019 N 305-ЭС18-17629(2); Определение от 11 февраля 2019 N 305-ЭС18- 17063(3)) для оспаривания транзитных платежей следует доказать в совокупности:  

взаимозависимость между должником и кредитором (как правило, в виде  наличия единого центра принятий решений);  

совершение в преддверие банкротства действий по формированию  несуществующей задолженности для включения в реестр и последующего  распределения конкурсной массы в ущерб независимым кредиторам;  

заведомая невозможность должника исполнить принятые на себя заемные  

обязательства;  

«транзитное» движение денежных средств от кредитора к должнику, от  должника к взаимосвязанным лицам, от взаимосвязанных лиц обратно к кредитору  (деньги обратно возвращаются кредитору);  

В материалы дела не представлено каких-либо доказательств того, что денежные  средства, полученные ФИО4 путем безналичных переводов или полученные в  виде наличных денежных средств, в последующем были обратно переданы  («закольцовываны») ФИО3 для формирования кредиторской задолженности.  

Из представленных в материалы дела выписок по счетам должника сведений о  каких - либо платежей в адрес ФИО3 не имеется.  

В качестве правового обоснования «транзитности» характера правоотношений  между кредитором и должником суд первой инстанции сослался на п. 1 Обзора  судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах  банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц,  утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, согласно которому  основанием для отказа во включении требования аффилированного к должнику лица  могут являться установленные судом обстоятельства мнимости договора займа,  которые выражаются, в частности, в отсутствие доказательств реального перечисления  (передачи) денежных средств либо при наличии доказательств транзитного характера  перечисления денежных средств. Например, в ситуации, когда компания,  аффилированная с должником, под видом выдачи займа перечисляла на его счет  средства, которые последним не расходовались в собственных предпринимательских  целях, а перенаправлялись на счета других лиц, входящих в ту же группу, что и  должник с компанией.  

Таким образом, при установлении обстоятельств аффилированности заявителя  требования по отношению к должнику фактическими обстоятельствами, подлежащими  доказыванию в рамках рассмотрения спора о включении в реестр требования такого  лица, являются обстоятельства действительности предоставленного займа.  

При этом судом первой инстанции не установлена какая - либо  взаимозависимость (аффилированность) между заимодавцем и заемщиком,  соответственно, для целей применения нормы о «транзитности» характера платежей  необходимо, установить аффилированность должника и кредитора, чего в рамках  настоящего обособленного спора судом первой инстанции установлено не было.  

Осуществление должником действий по последующему перечислению  денежных средств иному лицу в отсутствие доказательств мнимости последующих  сделок (перечислений) и заинтересованности в них заявителя требования, не может  возлагать негативные последствия на кредитора.  

ФИО3 и должник не находились в корпоративных отношениях, их  личное знакомство не влияет на реальность договора займа при документальном  безналичном подтверждении перечисления денежных средств и отсутствии  доказательств возврата указанных средств от должника ФИО3 в целях  формирования транзитного характера платежей.  

Таким образом, судом первой инстанции безосновательно сделан вывод о  «транзитности» спорных платежей (передачи наличных денежных средств).  

Суд первой инстанции также безосновательно пришел к выводу о мнимом  характере правоотношений сторон по безналичному перечислению суммы займа  должнику.  

В обжалуемом судебном акте не приведено мотивированных выводов о том, что  заем был предоставлен не в соответствии с его обычным предназначением, а в других  целях (например, реализация договоренностей между должником и кредитором,  направленных создание искусственной задолженности, на причинение вреда иным  кредиторам и т.п.), при том, заинтересованность кредитора и должника (статья 19  

Закона о банкротстве) судом не установлена, что не свидетельствует о намерении  создания ситуации контролируемого банкротства или лишения кредиторов части того,  на что они справедливо рассчитывали в результате проведения процедур банкротства.  

Доказательств наличия иных отношений (обязательств) между сторонами, во  исполнение которых ФИО3 мог бы производить перечисление средств  должнику, не представлено.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия, ничтожна.  

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке,  не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки  подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий,  которые наступают при ее совершении (постановление).  

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы  необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались  создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.  

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является  порочность воли каждой из ее сторон.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от  8 февраля 2023 г. N 305-ЭС22-20515, судам необходимо определить, воля какой из  сторон сделок не была свободна по причине «фактической аффилированности», кто из  участников сделки оказал влияние на волю контрагента и каким образом. Является  ошибочным вывод о том, что фактическая аффилированность сторон порождает  неопровержимую презумпцию их недобросовестности. Сама по себе  аффилированность сторон сделки, равно как и то, что результат сделки не может быть  принят в качестве актива, увеличивающего собственные средства должника, не  свидетельствуют о мнимости сделки или недобросовестности ее сторон.  

Доказательств отсутствия у обеих сторон договора таких намерений  финансовым управляющим должника не представлено (ст. 65 АПК РФ).  

Суд первой инстанции, делая вывод об аффилированности между ФИО3 и ФИО11 в рамках их отношений по договору цессии требования по  возврату займа, безосновательно распространил данный вывод об аффилированности  цедента и цессионария на одновременно существующую аффилированность  заимодавца и заемщика, при том, что доказательств такой связанности  (аффилированности) в материалы дела не предоставлено.  

Суд первой инстанции сделал необоснованный вывод о сомнительности  действий ФИО3 и ФИО11 по заключению и последующему  отказу от договора цессии от 21.10.2022 г., и, как следствие, - о взаимосвязанности  кредитора и должника.  

Как следует из п. 2.2. Договора цессии от 21.10.2022 г., отношения цедента и  цессионария основывались на инкассо - цессии - выплаты встречного предоставления с  дисконтом при условии взыскания задолженности с должника по договору займа.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении СК ЭС ВС РФ № 305- ЭС22-20515 и № 305-ЭС21-8027 (7)) специфика договора инкассо-цессии состоит в  том, что основное обязательство цессионария заключается в оказании услуг по  получению задолженности от должника (во внесудебном или судебном порядке), а  уступка требования представляет собой исполнение заказчиком своей кредиторской  обязанности обеспечить исполнителю возможность соответствующую услугу оказать;  встречное же исполнение со стороны заказчика осуществляется в форме оплаты  оказанных услуг (с возможностью «удержания» исполнителем своего требования об  уплате вознаграждения из полученных от должника средств). Обязательство  цессионария состоит в приложении разумных усилий по получению платежа от  

должника во внесудебном или судебном порядке (в договоре может быть указано и на  исключительно внесудебный порядок). Если цессионарий не прилагает тех усилий,  которые разумное и добросовестное лицо приложило бы для взыскания долга, он будет  считаться нарушителем договора. Вознаграждение за услуги цессионария может быть  установлено за совершение таких разумных действий, но может быть привязано и к  достижению результата в виде получения платежа от должника (например, в виде  процента от полученного платежа); в таком случае при неудаче цессионария он не  вправе получить вознаграждение, даже если он приложил разумные усилия.»  

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от  8 февраля 2023 г. N 305-ЭС22-20515, уступка требования даже по номинальной  стоимости не является ни признаком аффилированности, ни тем более  обстоятельством, как-либо порочащим волю по оспариваемым сделкам.  

Из материалов дела следует, что в связи с введением в отношении  ФИО11 процедуры реструктуризации на основании Решения  Арбитражного суда Новосибирской области от 12.04.2023г. по делу № А45-936/2023 и  на основании п. 5.6. договора цессии 21.10.2022г., ФИО3 отказался в  одностороннем порядке от исполнения договора цессии, в связи с чем, права  требования по договору займа к должнику вернулись ФИО3  

Таким образом, вопреки выводам суда первой инстанции, льготных условий  договор цессии не предусматривал, и соответствовал обычным условиям гражданского  оборота.  

В связи с этим, суд безосновательно пришел к выводу, что взаимоотношения  сторон по договору цессии каким - либо образом свидетельствовали о  взаимосвязанности кредитора и должника и о мнимости изначальной сделки - договора  займа.  

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу об обоснованности  заявленных требований, возникших из договора займа, в сумме 60.900.000 руб.,  перечисленных безналичным путем:  

60 400 000 руб., как ранее предоставленные должнику; уступленные  ФИО11; возвращенные обратно ФИО3 и заявленные в реестр  требований кредиторов;  

на сумму 500 000 руб., как отдельно предоставленные должнику в рамках  самостоятельного транша по договору займа от 07.07.2021г. и заявленные в реестр  требований кредиторов.  

Доводы апеллянтов о не рассмотрении судом первой инстанции заявленных  требований с учетом уточнений – увеличения заявленных требований на 500 000 руб.  по платежному поручению - № 70 от 01.12.2021 на сумму 500 000 руб. (т. 4 л.д. 130),  отклоняются апелляционным судом, поскольку из обжалуемого определения следует,  что отказано в удовлетворении требований в полном объеме, ввиду чего, оснований для  безусловной отмены судебного акта по данному основанию не имеется.  

Кроме того, согласно п. 3.5. Договора займа на сумму займа начисляются  проценты за пользование займом из расчета 4.75% годовых.  

21.12.2022 года решением Арбитражного суда города Москвы в отношении  должника была введена процедура реализации имущества гражданина.  

В силу пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 06.12.2013 N 88 «О начислении и уплате процентов по  требованиям кредиторов при банкротстве») проценты за пользование займом  начисляются по 20.12.2022 года.  

Размер начисленных процентов на сумму займа за период с 17.07.2021 по  20.12.2022г. составляют 3 693 066,44 руб. согласно расчету, представленному  ФИО3  

Расчет апелляционным судом проверен и признан обоснованным.  

Таким образом, следует признать обоснованными и подлежащими включению в  реестр требований кредиторов должника 60.900.000 руб. основного долга, 3.693.066,44  руб. процентов за пользование займом.  

При этом, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о  необоснованности заявленных требований в части суммы займа - 120 000 000 руб.,  которые, как утверждает кредитор, была передана наличными денежными средствами,  поскольку в материалы дела не представлены доказательства фактической передачи  указанной суммы займа.  

Расписка в материалах обособленного спора отсутствует, что кредитор не  опроверг.  

Поскольку договор цессии расторгнут ФИО3 в одностороннем  порядке, оснований для проведения процессуального правопреемства кредитора  апелляционный суд не усматривает.  

Ссылка апеллянтов на не привлечение к участию в деле финансового  управляющего ФИО11, апелляционным судом отклоняется.  

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 12.04.2023 по  делу № А45-936/2023 в отношении ФИО11 введена  процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим утвержден ФИО12  

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 12 сентября 2023 по  делу № А45-936/2023 ФИО11 признан банкротом, введена процедура  реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО12  

Согласно пункту 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 13.10.2015 N 45, всем имуществом должника, признанного банкротом (за  исключением имущества, не входящего в конкурсную массу), распоряжается  финансовый управляющий (пункты 5, 6 и 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве).  

В соответствии с пунктом 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый  управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в  судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об  истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о  взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином.  

Гражданин также вправе лично участвовать в таких делах. В процедуре  реструктуризации долгов финансовый управляющий участвует в таких делах в качестве  третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета  спора (пункт 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве).  

В данном случае, не привлечение к участию в рассматриваемом споре  финансового управляющего ФИО12, не является основанием для отмены  обжалуемого судебного акта, поскольку имущество из конкурсной массы  ФИО11 не выбыло, ущерб ФИО11, а также его кредиторам не  причинен.  

В случае признания сделки по отказу от договора цессии недействительной в  деле о банкротстве ФИО11 будет произведена замена в реестре требований  кредитора ФИО4 на ФИО11  

В силу пункта 3 части 4 статьи 272 АПК РФ арбитражный суд по результатам  рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе  отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи  270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не  установлено.  

 Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 271, 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.05.2023 по делу № А40232063/22 изменить.  

Включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО4 требование ФИО3 в размере 60.900.000  руб. основного долга, 3.693.066,44 руб. процентов за пользование займом.  

В остальной части судебный акт оставить без изменения. 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: В.В. Лапшина Судьи:  Д.Г. Вигдорчик  О.И. Шведко