СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8017/2019(34,35)-АК

Дело № А60-71615/2018

13 января 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  13 января 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей    Голубцова В.Г., Темерешевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

при участии:

от ответчика ООО «Золото Шишима» - ФИО2, доверенность от 15.04.2022, паспорт; ФИО3, доверенность от 03.02.2022, паспорт,

от третьего лица, Производственного кооператива – Артель старателей «Невьянский прииск» - ФИО2, доверенность от 15.04.2022, паспорт,

ФИО4 (лично), паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились, 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы кредитора ФИО5 и конкурсного управляющего ФИО6

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 26 октября 2022 года

об отказе в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего о признании недействительными сделками: действия ООО «Золотая Долина» по выдаче согласия недропользователя от 25.03.2016 на переоформление лицензии СВЕ № 14998 БЭ, выданной 28.08.2010, на ООО «Золото Шишима»; договоры безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1, от 14.12.2016 № 1/1 между ООО «Золотая Долина» и ООО «Золото Шишима»; договор купли-продажи драги от 01.12.2015 № 10 между ООО «Солнечная Долина» и ПК – Артель старателей «Невьянский прииск», применение последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела  № А60-71615/2018

о признании ООО «Золотая Долина» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

ответчик: ООО «Золото Шишима» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

соответчик: ООО «Солнечная Долина» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО7,

третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора: Производственный кооператив – Артель старателей «Невьянский прииск» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Департамент по недропользованию по Уральскому округу по Свердловской области, ООО «Артель старателей «Золотая Долина» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.07.2019 ООО «Золотая Долина» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО8.

От и.о. конкурсного управляющего ФИО8 поступило заявление (с учетом принятых судом ходатайств об уточнении требований) о признании недействительными сделками: действия ООО «Золотая Долина» по выдаче согласия недропользователя от 25.03.2016 на переоформление лицензии СВЕ № 14998 БЭ, выданной 28.08.2010, на ООО «ЗОЛОТО Шишима», договоров безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1, от 14.12.2016 № 1/1, заключенных между ООО «Золотая Долина» и ООО «Золото Шишима»; договора купли-продажи драги от 01.12.2015 № 10, заключенного между ООО «Солнечная Долина» и ПК – Артель старателей «Невьянский прииск», и применении последствий их недействительности в виде взыскания с ответчиков действительной стоимости имущества – 437 154 339,00 руб.

К участию в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены: Производственный кооператив – Артель старателей «Невьянский прииск», Департамент по недропользованию по Уральскому округу по Свердловской области, ООО «Артель старателей «Золотая Долина».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.10.2022 (резолютивная часть от 11.10.2022) в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ФИО5, конкурсный управляющий ФИО6 обжаловали его в апелляционном порядке.

ФИО5 в своей жалобе просит отменить определение, признать действия по выдаче согласия недропользователя от 25.03.2016 на переоформление лицензии от 26.08.2010 подозрительной и ничтожной мнимой сделкой, ссылаясь на нарушение судом норм материального права, а также на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Согласно апелляционной жалобе, судом фактически признаны преюдициальными выводы, сделанные в рамках данного дела в определении от 22.07.2019, о квалификации договора от 26.11.2015 и дальнейших действий должника и Артели старателей «Невьянский прииск» по его исполнению в качестве единого договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Золото Шишима», а также о том, что приобретенное Артелью старателей «Невьянский прииск» право требования к должнику у ПАО «Челябинвестбанк» и ООО «Компания «Уралпромсервис» было погашено путем безвозмездной передачи должником имущества в уставной капитал ООО «Золото Шишима» с последующей безвозмездной передачей доли в уставном капитале путем выхода из состава участником. С учетом указанных выводов, суд первой инстанции признал подтвержденными надлежащее исполнение Артелью старателей «Невьянский прииск» обязательств по договору от 26.11.2015 и предоставление должнику со стороны Артели встречного исполнения на сумму 14 621 609,00 руб. Предоставление встречного исполнения на указанную сумму также подтверждается определением от 22.01.2019 по делу № А60-26208/2015, решением от 11.03.2019 по делу № А60-66632/2018. Однако, апеллянт отмечает, что сделка между ООО «Золотая Долина» и ООО «Золото Шишима» по передаче права пользования участком недр (лицензия СВЕ № 14998 БЭ от 26.08.2010) в рамках определения от 22.07.2019 судом первой инстанции не рассматривалась и не оценивалась на предмет ее недействительности. По мнению апеллянта, суд не мог делать вывод о действительности (недействительности) указанной сделки, поскольку ООО «Золото Шишима» к участию в обособленном споре (по итогам которого вынесено определение от 22.07.2019) привлечено не было; обстоятельства, указанные в определении от 22.07.2019 не могут быть положены в основу обжалуемого судебного акта. Кроме того, при рассмотрении настоящего спора суд посчитал, что предметом сделки выступает не сама лицензия, а удостоверяемое ею право пользования участком недр. Апеллянт, со ссылкой на нормы права, считает, что предметом договора от 26.11.2015 и целью дальнейших действий должника и Артели является не передача удостоверенного лицензией права пользования участком недр на месторождении р. Черный Шишим путем совершения последовательных действий по исполнению условий договора от 26.11.2015; право пользования участком недр, принадлежавшее должнику, было преобразовано в 50% долю в уставном капитале ООО «Золото Шишима», которая в последующем перешла к Артели, то есть Артель опосредованно получила право пользования участком недр через свое дочернее предприятие ООО «Золото Шишима». Кредитор полагает, что судом первой инстанции в основу положены требования Административного регламента, а не требования федеральных законов – ГК РФ, ГПК РФ, Закона о банкротстве. Также обращает внимание на то, что судом не дана юридическая оценка заключению эксперта, составленному по результатам проведенного в рамках указанного спора исследования с целью установления рыночной стоимости по условиям договора от 25.11.2015; согласно данному заключению, рыночная стоимости права пользования участком недр, на момент заключения договора, составляет 15 080 000 руб., что теоретически сопоставимо с условиями договора от 25.11.2015, при этом рыночная стоимость имущественного комплекса, незаконно полученного ООО «Золото Шишима» по договору безвозмездной передачи, составляет по заключения эксперта 26 160 000 руб. Данные обстоятельства свидетельствуют, по мнению апеллянта, о совершении сделки по заведомо заниженной цене имущества должника, в обжалуемом определении данный факт не нашел своего подтверждения.

Конкурсный управляющий в своей апелляционной жалобе просит определение отменить, удовлетворить требования, признав недействительными ничтожными договоры безвозмездной передачи имущества № 1 от 04.04.2016, № 1/1 от 14.12.2016, заключенные между ООО «Золотая Долина» и ООО «Золото Шишима», взыскав в порядке последствий недействительности сделки действительную стоимость имущества в сумме 26 160 000 руб. Указывает на неправильное определение судом обстоятельств дела в части условий сделки, опровергая вывод суда о заключении сделки по передаче лицензии по справедливой цене – 14 621 609 руб. тем, что в заключении эксперта № О/21-01-05 от 16.04.2021 стоимость лицензии определена а размере 15 080 000 руб., стоимость имущественного комплекса – 26 160 000 руб., то есть должником было передано имущества на сумму 41 240 000 руб., а встречное исполнение представлено в размере 14 621 609 руб., цена имущественного комплекса была занижена более чем в три раза. Согласие ООО «Золотая Долина» на передачу лицензии в виде заявки недропользователя № 21 было выдано 25.03.2016, то есть до безвозмездной передачи имущественного комплекса по договорам от 04.04.2016 и 14.12.2016. Передача имущественного комплекса состоялась позже действий должника и не являлась частью юридического состава, необходимого для переоформления лицензии. Апеллянт полагает, что передача лицензии и передача имущественного комплекса необходимо считать отдельными сделками. Обращает внимание на квалификацию судом первой инстанции действий ООО «Золотая Долина», ПК – Артель старателей «Невьянский прииск», ООО «Золото Шишима» как единой сделки по передаче лицензии от ООО «Золотая Долина» на дочернюю компанию ПК – Артель старателей «Невьянский прииск», тогда как в отношении оспаривания договоров по безвозмездной передаче имущества от 04.04.2016 и от 14.12.2016 судом применен срок исковой давности 1 год, то есть суд счел договоры отдельными сделками. Выражает несогласие с выводами суда о доказанности оплаты в сумме 6 341 078 руб. со ссылкой на судебные акты Арбитражного суда Свердловской области (определение от 22.01.2019 по делу № А60-26208/2015, решение от 11.03.2019 по делу № А60-66632/2018, определение от 22.07.2019 по настоящему делу), отмечая, что оплата в сумме 8 280 530,92 руб. была, то есть сделка по передаче лицензии была возмездной и заключена на рыночных условиях (сумма, оговоренная сторонами – 14 621 609 руб., и стоимость лицензии, определенна экспертизой по заключению № О/21-01-05 от 16.04.2021 – 15 080 000 руб., примерно соответствуют друг другу), тогда как условия и стоимость передачи имущественного комплекса ПК – Артель старателей «Невьянский прииск» и ООО «Золотая Долина» никак не оговаривались, он был передан безвозмездно, что в том числе подразумевается из смысла и содержания договоров от 04.04.2016 и от 14.12.2016. Данные договоры, по мнению конкурсного управляющего, выходят за пределы диспозиции ст. 61.2 Закона о банкротстве, и должны оцениваться как ничтожные мнимые сделки по ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), с учетом того, что дарение между коммерческими организациями прямо запрещено подп. 4 п. 1 ст. 575 ГК РФ. Отмечает, что заключение договоров безвозмездной передачи имущества преследовало единственную цель – вывод активов из ООО «Золотая Долина» в ООО «Золото Шишима» с последующим оформлением доли в ООО «Золото Шишима» на ФИО9 лично. Относительно срока исковой давности отмечает, что трехлетний срок необходимо исчислять с момента назначения и.о. конкурсного управляющего ФИО8 05.07.2019, который на момент обращения с заявлением пропущен не был. Срок исковой давности является пресекательным только для возражений добросовестных лиц, тогда как безвозмездное получение имущественного комплекса стоимостью 26 160 000 руб. является явно недобросовестным действием ООО «Золото Шишима», следовательно, возражения общества, основанные на сроке исковой давности, не должны были быть приняты судом первой инстанции, его применение судом является незаконным. В части выводов суда по отчуждению драги апеллянт указывает на переоценку судом первой инстанции вступившего в законную силу судебного акта по делу № А60-55042/2021, которым установлен факт заключения ПК – Артель старателей «Невьянский прииск» и ООО «Солнечная долина» мнимой сделки – договора купли-продажи от 01.12.2015 № 10. Полагает, что драга № 318 и платежи за нее в сумме 15 378 000 руб. не являются предметом сделки по отчуждению лицензии от 26.08.2010.

До начала судебного заседания от ответчика ООО «Золото Шишима» поступил письменный отзыв на апелляционные жалобы, просит определение оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения.

От ООО «Солнечная долина» в лице конкурсного управляющего ФИО7 поступили письменные объяснения по апелляционным жалобам, в которых указывает на то, что сделки купли-продажи драги по договору от 01.12.2015 носит самостоятельный характер, к рассматриваемому спору никакого отношения не имеет. Доказательств вхождения драги в имущественный комплекс должника отсутствуют, при этом право собственности на драгу у ООО «Солнечная долина» возникли 28.11.2014, она передана от ФИО9, а не от ООО «Золотая Долина», в свою очередь, договор по продаже имущественного комплекса заключен 26.11.2015, то есть спустя год после возникновения права собственности у ООО «Солнечная Долина». Относительно ссылки конкурсного управляющего на признание вступившим в законную силу судебным актом мнимости договора от 01.12.2015 отмечает, что суд кассационной инстанции не согласился с данными выводами судов первой и апелляционной инстанций, указав на их преждевременность; в подтверждение позиции заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела постановления Арбитражного суда Уральского округа от 13.12.2022 по делу № А60-55042/2021.

Ходатайство ООО «Солнечная долина» о приобщении дополнительного документа судом рассмотрено, в его удовлетворении отказано, поскольку судебный акт имеется в общем доступе, необходимость его приобщения к материалам дела отсутствует.

Явившиеся в судебное заседание представители ООО «Золото Шишима» поддерживали возражения, изложенные в письменном отзыве.

Представитель ПК – Артель старателей «Невьянский прииск», ФИО4 против доводов апелляционных жалоб возражали, полагают обжалуемое определение законным, обоснованным и не подлежащим отмене.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, в силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, 03.03.2016 было создано ООО «Золото Шишима», учредителями общества являлись ООО «Золотая Долина» и Производственный кооператив – Артель старателей «Невьянский прииск» с долей участия в уставном капитале по 50% у каждого.

В счет оплаты уставного капитала ООО «Золотая Долина» было передано ООО «Золото Шишима» движимое и недвижимое имущество по акту от 04.04.2016.

С ООО «Золотая Долина» на ООО «Золото Шишима» была переоформлена лицензия на добычу золота СБЕ № 14998 БЭ, выданная 28.08.2010.

Переоформление лицензии было оформлено с согласием недропользователя ООО «Золотая Долина» от 25.03.2016.

05.07.2016 ООО «Золотая Долина» подало заявление о выходе из состава участников ООО «Золото Шишима».

04.04.2016 между ООО «Золотая Долина» и ООО «Золото Шишима» был подписан и исполнен договор № 1; 14.12.2016 между данными лицами заключен договор № 1/1 о безвозмездной передаче имущества. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.12.2018 принято к производству заявление ООО «Артель старателей «Золотая Долина» о признании ООО «Золотая Долина» несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением от 05.07.2019 ООО «Золотая Долина» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО8

По мнению конкурсного управляющего должника, действия ООО «Золотая Долина» по выдаче согласия недропользователя от 25.03.2016 на переоформление лицензии являются недействительной подозрительной и мнимой сделкой, направленной на вывод активов должника в пользу ООО «Золото Шишима», что послужило основанием для обращения с настоящим заявлением.

Так, конкурсный управляющий со ссылкой на п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, ст. ст. 10, 170 ГК РФ (с учетом принятых судом уточнений) просит признать:

- подозрительной и ничтожной мнимой сделкой действия ООО «Золотая Долина» по выдаче согласия недропользователя заявки от 25.03.2016 № 21 на переоформление лицензии СВЕ № Н998 БЭ;

- подозрительной и ничтожной мнимой сделкой договоры безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1, от 14.12.2016 № 1/1.

- притворной сделкой договор купли-продажи драги от 01.12.2015 № 10.

Суд первой инстанции, изучив представленные сторонами документы и пояснения, пришел к выводу о том, что фактически между ООО «Золотая Долина» и ПК Артель старателей «Невьянский прииск» была заключена единая сделка по приобретению бизнеса (золотодобыче) – договор от 25.11.2015 (судом допущена опечатка в дате договора - 26.11.2015).

Цель сделки заключалась в:

- исполнении ПК Артель старателей «Невьянский прииск» обязательств должника перед кредиторами в целях прекращения процедуры банкротства по делу А60-26208/2015;

- переоформлении ООО «Золотая Долина» лицензии на Новое общество – «Золото Шишима»;

- передаче имущества ООО «Золотая Долина» новому обществу:

- продаже ПК Артель старателей «Невьянский прииск» доли в новом обществе.

С учетом фактических обстоятельств, представленных документов и пояснений сторон, судом первой инстанции не усмотрены основания для удовлетворения требований конкурсного управляющего.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает основания для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, в соответствии со ст.61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст.61.8 Закона о банкротстве).

В данном случае судом верно указано, что правоотношения, возникающие в области использования и охраны недр в Российской Федерации, регламентируются Законом РФ от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» (далее – Закон о недрах) и принимаемыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Так основания и порядок возникновения права пользования участками недр перечислены в ст. 10.1 Закона о недрах. В данном споре применению подлежит п. 4 ст. 10.1 Закона о недрах, согласно которому право пользования участком недр возникает у лица, признанного победителем конкурса (аукциона), на основании решения конкурсной или аукционной комиссии о предоставлении права пользования участком недр для разведки и добычи полезных ископаемых.

Правовой механизм закрепления права пользования участком недр за лицом, у которого такое право возникло (по аналогии с государственной регистрацией права собственности и иных вещных прав на объекты недвижимости) содержится в ст. 11 Закона о недрах.

В частности, в абз. 1 ст. 11 Закона о недрах указано, что предоставление недр в пользование оформляется специальным государственным разрешением в виде лицензии, положениями абз. 3 указанной статьи прямо установлено, что лицензия является документом, удостоверяющим право её владельца на пользование участком недр.

В таком случае, при рассмотрении настоящего обособленного спора необходимо принимать во внимание, что предметом сделки выступает не сама лицензия, а удостоверяемое ей право пользования участком недр. Лицензия по смыслу ст. 142 ГК РФ не является ценной бумагой и не может выступать в гражданском обороте в качестве самостоятельного объекта гражданских прав.

Условия перехода права пользования участками недр предусмотрены ст. 17.1 Закона о недрах.

Суд определил, что к настоящему спору подлежит применению абз. 6 ст. 17.1 Закона недрах, согласно которому право пользования участками недр переходит к другому субъекту предпринимательской деятельности в случае, если юридическое лицо – пользователь недр выступает учредителем нового юридического лица, созданного для продолжения деятельности на предоставленном участке недр в соответствии с лицензией на пользование участком недр, при условии, если новое юридическое лицо образовано в соответствии с законодательством Российской Федерации и ему передано имущество, необходимое для осуществления деятельности, указанной в лицензии на пользование участком недр, в том числе из состава имущества объектов обустройства в границах лицензионного участка, а также имеются необходимые разрешения (лицензии) на осуществление видов деятельности, связанных с недропользованием, и доля прежнего юридического лица - пользователя недр в уставном капитале нового юридического лица на момент перехода права пользования участком недр составляет не менее половины уставного капитала нового юридического липа.

Согласно абз. 6 ст. 17.1 Закона о недрах право пользования участком недр переходит к новому лицу при наличии совокупности перечисленных в данной норме юридических фактов (юридический состав). Для возникновения указанного юридического состава пользователь недр и заинтересованные третьи лица обязаны совершить ряд последовательных действий по учреждению нового юридического лица и наделению его имуществом, необходимым для продолжения добычи полезных ископаемых, которые в своей совокупности являются сделкой по передаче права пользования участком недр.

Поскольку перешедшее к новому пользователю участка недр право также нуждается в закреплении за ним, аналогично тому, как ранее данное право было закреплено за предшествующим пользователем недр, то в ч. 2 ст. 17.1 Закона о недрах предусмотрено, что переход права пользования участком недр является основанием для переоформления лицензии на нового пользователя. В данной норме прямо указано, что при переоформлении лицензии условия пользования участком недр, установленные прежней лицензией, пересмотру не подлежат.

Порядок предоставления и переоформления лицензий на пользование недрами установлен Административным регламентом Федерального агентства по недропользованию, утверждённым Приказом Минприроды России от 29.09.2009 № 315 (далее – Административный регламент).

Административный регламент является подзаконным нормативным актом, определяющим порядок исполнения уполномоченным органом государственной функции по осуществлению выдачи, оформления и регистрации лицензий на пользование недрами, внесения изменений и дополнений в лицензии на пользование участками недр, переоформления лицензий. Регламент устанавливает срок предоставления государственных услуг, перечень документов, подлежащих предоставлению заявителем для получения государственных услуг, порядок представления заявителем документов и их регистрации уполномоченным органом и т.д.

Процедура переоформления лицензии на пользование недрами предусмотрена п. 61-93 Административного регламента. Так в соответствии с п. 61, подп. 3 п. 68 к заявке юридического лица, осуществляющего переоформление лицензии на основании абз. 6 ст. 17.1 Закона, должен быть приложен документ, подтверждающий согласие владельца лицензии на переоформление лицензии на претендента с указанием основания ее переоформления (если на момент подачи заявления владелец лицензии сохраняет статус юридического лица). Не предоставление данного документа согласно подп. 2 п. 65 Административного регламента является основанием для отказа в переоформлении лицензии.

Как указано выше, Административный регламент устанавливает порядок осуществления уполномоченным органом правоудостоверяющих действий, в частности, переоформления лицензии на нового пользователя недр. Административный регламент не регулирует основания и порядок самого перехода права пользования участком недр, и, следовательно, основания возникновения у нового пользователя недр права требовать переоформления лицензии. В связи с этим, отказ в переоформлении лицензии ввиду не предоставления необходимых документом не отменяет состоявшегося перехода права пользования участком недр к новому лицу. Из положений Административного регламента также не следует, что отказ в переоформлении лицензии препятствует в повторном обращении к уполномоченному органу после устранения всех замечаний.

Таким образом, согласие владельца лицензии на её переоформление является одним из документов, подлежащих представлению в уполномоченный орган для переоформления лицензии. Предоставление согласия направлено на исполнение установленной Административным регламентом процедуры оформления произошедшего перехода права пользования участком недр к новому пользователю (осуществления правоудостоверяющей деятельности).

Понятие сделки определено в ст. 153 ГК РФ, согласно которой сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Более широкое толкование сделки представлено в п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

С учетом изложенного суд пришел к обоснованному выводу о том, что действия по переоформлению лицензии в соответствии с согласием недропользвателя не является самостоятельной сделкой, а являются исполнением обязательства по договору от 26.11.2015 (единая сделка по приобретению бизнеса) и не могут быть оспорены в качестве сделки, они подлежат оценке в совокупности с исполнением иных обязательств по договору от 26.11.2015.

Свое волеизъявление на передачу права пользования недрами, и, следовательно, на будущее переоформление лицензии должник выразил в момент совершения действий, направленных на возникновение предусмотренных абз. 6 ст. 17.1 Закона о недрах юридических фактов (учреждение ООО «Золото Шишима», передача ему имущественного комплекса).

Как верно указал суд, переоформление лицензии на новую организацию – ООО «Золото Шишима», не привело к утрате должником возможности получать выгоду и распоряжаться лицензией, так как она была передана подконтрольному должнику лицу, что свидетельствует о том, что от совершения действий, направленных на передачу лицензии, не произошло уменьшение активов должника (произошло замещение активов с лицензии на долю в новом обществе).

В дальнейшем во исполнение договора от 26.11.2015 должником и Артелью «Невьянский прииск» совершены следующие последовательные действия:

29.02.2016 между должником и ПК – Артель старателей «Невьянский прииск» заключен договор об учреждении ООО «Золото Шишима», согласно п. 9.1 договора которого ООО «Золотая Долина» передает ООО «Золото Шишима» имущественный комплекс, необходимый для производства работ по добыче драгоценных металлов; ООО «Золотая Долина» обеспечивает переоформление лицензии СВЕ № 14998 БЭ на ООО «Золото Шишима». 

03.03.2016 ООО «Золото Шишима» зарегистрировано в качестве юридического лица.

25.03.2016 ООО «Золотая Долина» представлено письмо в Департамент по недропользованию по Уральскому округу, в котором просит уполномоченный орган переоформить лицензию СВЕ № 14998 БЭ на ООО «Золото Шишима» на основании абз. 6 ст. 17.1 Закона о недрах.

04.04.2016 ООО «Золотая Долина» передано ООО «Золото Шишима» по договору №1 безвозмездной передачи имущества строения и оборудование, необходимые для осуществления добычи драгоценного металла.

27.12.2016 ООО «Золотая Долина» в лице директора ФИО9 направлено ООО «Золото Шишима» нотариально удостоверенное заявление участника о выходе из состава участников общества.

27.12.2016 проведено общее собрание участником ООО «Золото Шишима», на котором приняты решения:

- об исключении ООО «Золотая Долина» из состава участников ООО «Золото Шишима»;

- о выплате ООО «Золотая Долина» стоимости перешедшей к ООО «Золото Шишима» доли в уставном капитале общества в размере 50% в сумме 5 000 руб.;

- о передаче перешедшей к ООО «Золото Шишима» доли в уставном капитале ПК – Артель старателей «Невьянский прииск», обязании Артели выплатить ООО «Золото Шишима» стоимость перешедшей к Артели доли в уставном капитале в размере 5 000 руб.

С учетом норм действующего законодательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в данном случае оспариваемые сделки были направлены на получение ПК – Артель старателей «Невьянский прииск» права пользования участком недр через своё дочернее предприятие ООО «Золото Шишима» путем совершения последовательных действий по исполнению условий договора от 26.11.2015, право пользования участком недр, принадлежавшее должнику, было преобразовано в 50% долю в уставном капитале ООО «Золото Шишима», которая затем перешла к Артели, то есть действия должника и Артели являются не передачей лицензии, а передачей удостоверенного данной лицензией права пользования участком недр на месторождении р. Черный Шишим.

Сложный характер заключенной между должником и Артелью сделки связан исключительно со спецификой правового регулирования отношений по использованию недр.

На момент заключения договора 26.11.2015 (перевод бизнеса) должник находился в процедуре наблюдения, в связи с чем, в силу ст. 64 Закона о банкротстве осуществление любых форм реорганизации юридического лица, в том числе в форме разделения либо выделения, было недопустимо. Следовательно, оформить передачу права пользования иным способом, отличным от избранного должником и Артелью, было невозможно.

В связи с этим, поскольку Артель не могла приобрести право пользования участком недр у должника напрямую, стороны договорились, что оплата перешедшего ООО «Золото Шишима» права пользования участком недр будет осуществлена путем выкупа Артелью у должника 50% процентной доли в уставном капитале ООО «Золото Шишима» по цене 1 462 1609 руб.

Далее, при осуществлении действий по принятию имущественного комплекса от должника и переоформлению лицензии ответчик ООО «Золото Шишима» действовало по указанию (волеизъявлению) своих учредителей.

Вопреки позиции апеллянта, судом первой инстанции при рассмотрении спора были учтены положения, как федеральных законов, так и подзаконных нормативных актов.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указывает, что целью совершения оспариваемой сделки является причинение вреда кредиторам, поскольку на дату совершения оспариваемой сделки ООО «Золотая Долина» отвечало признаку неплатежеспособности, а ООО «Золото Шишима» было осведомлено о неплатежеспособности должника, сделка совершена в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названного Постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз.2-5 п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

Помимо периода «подозрительности» оспариваемых по специальным основаниям сделок, как указано выше, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Материалами дела установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству 19.12.2018. 

Сделка по приобретению бизнеса оформлена договором от 26.11.2015, то есть совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, что подпадает под период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий, предъявляя рассматриваемые требования, связывает появление у должника признаков неплатежеспособности с решением суда по делу № А60-1284/2018, в рамках которого было установлено, что обязательства должника перед ООО «Артель старателей «Золотая Долина» возникли с 15.01.2015.

Судом установлено, что решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.12.2015 по делу №А60-55137/2014 ООО «Артель старателей «Золотая долина» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим назначен ФИО10

Именно конкурсный управляющий общества «Артель старателей «Золотая долина» обратился в арбитражный суд с иском к должнику о взыскании неосновательного обогащения в сумме 1 237 861,08 руб.

В обоснование требований конкурсный управляющий общества «Артель старателей «Золотая долина» ссылался на установление в ходе анализа финансового состояния и отчетности общества «Артель старателей «Золотая Долина», в том числе выписок по расчетным счетам того, что общество «Артель старателей «Золотая долина» регулярно без какого-либо документального основания осуществляло платежи за общество «Золотая Долина»; всего в период с 15.01.2015 по 23.01.2015 за ООО «Золотая Долина» в пользу ОАО «Энергосбыт Плюс», Система лизинг 24 (АО), ООО «Русская нефтяная компания», ООО «Лаки Ойл», ООО «Новоуральская энергосбытовая компания» перечислены денежные средства общей в сумме 1 237 861,08 руб.

Решением от 24.05.2018 по делу № А60-1284/2018 в удовлетворении исковых требований отказано, суд исходил из отсутствия неосновательного обогащения на стороне ответчика, поскольку совершенный сторонами зачет повлек правовые последствия в виде прекращения обязательства.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2018 решение суда изменено. Резолютивная часть изложена в следующей редакции: исковые требования удовлетворены частично, с общества «Золотая долина» в пользу общества «Артель старателей «Золотая долина» взыскано неосновательное обогащение в сумме 1 114 000 руб. Производство по делу в остальной части прекращено.

Судом апелляционной инстанции было установлено, что встречное денежное требование, о зачете которого заявлено при заключении соглашения, а также факт исполнения обязательств по оплате имущества на сумму 2 400 000 руб. отсутствуют, в то время как положения ст. 410 ГК РФ в системном толковании со ст.ст. 153, 307 ГК РФ не допускают зачет требований несуществующего (отсутствующего) обязательства. Суд апелляционной инстанции также указал, что возбуждение 21.01.2015 в отношении общества «Артель старателей «Золотая долина» дела о банкротстве исключает возможность проведения зачета встречных однородных требований путем заключения соглашения о прекращении обязательства от 23.01.2015 № 55/12.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 27.11.2018 постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2018 по делу № А60-1284/2018 оставлено без изменения.

Указанные обстоятельства подтверждают наличие спора между должником и обществом «Артель старателей «Золотая долина» в лице конкурсного управляющего, в связи с чем, доводы конкурсного управляющего должника о том, что признаки неплатежеспособности у ООО «Золотая Долина» возникли с 15.04.2015 судом первой инстанции обоснованно признаны несостоятельными.

13.12.2018 общество «Артель старателей «Золотая долина» обратилось с заявлением о признании ООО «Золотая Долина» банкротом (в рамках настоящего дела).

Доказательств наличия у должника признаков неплатежеспособности до указанной даты конкурсный управляющий не приводит.

По результатам анализа требований кредиторов, включенных в реестр, установлено, что самые ранние неисполненные должником обязательства возникли в период с июня по ноябрь 2018 г. Спорные сделки состоялись до этого периода либо до начала формирования задолженности, что не указывает на неплатежеспособность должника на момент их совершения.

Задолженность перед Артелью старателей «Невьянский прииск» возникла в 2016 г. Вместе с тем, в рамках дела № А60-26208/2015 было заключено мировое соглашение, и в период с 28.11.2016 по 01.03.2019 за исполнением мирового соглашения никто не обращался.

Таким образом, доказательств, свидетельствующих о том, что заинтересованные лица знали о фактах причинения вреда кредиторам должника при совершении спорных сделок, материалы дела не содержат.

Необходимыми условиями для признания сделки недействительной, согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, является причинение в результате сделки вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность стороны сделки о совершении сделки с целью причинения такого вреда.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В результате исполнения договора от 26.11.2015 обязательства кредиторов ООО «Золотая Долина», существовавшие на тот момент, были исполнены за счёт средств Артели, производство по делу о банкротстве № А60-26208/2015 прекращено, ООО «Золотая Долина» продолжило хозяйственную деятельность.

Пунктом 2.2 договора от 26.11.2015 предусмотрено, что оплата доли осуществляется Артелью следующим образом:

- для целей прекращения процедуры банкротства ООО «Золотая Долина» (т.е. обеспечения возможности исполнения договора) Артель «Невьянский прииск» обязуется приобрести права требования в отношении ООО «Золотая Долина» у кредиторов ПАО «Челябинвестбанк» в сумме 3 634 129,72 руб. и ООО «Компания «Уралпромсервис» в сумме 4 646 401,20 руб. Указанные расходы подлежат зачету в счет выкупной стоимости доли.

- Артель «Невьянский прииск» перечисляет ООО «Золотая Долина» денежные средства в сумме 6 341 078,93 руб. для расчетов ООО «Золотая Долина» с кредиторами Департаментом лесного хозяйства Свердловской области и ИФНС по Кировскому району г. Екатеринбурга.

Во исполнение условий данного договора 30.11.2015 Артель «Невьянский прииск» заключила с ООО «Компания «Уралпромсервис» договор № 2 уступки права требования в отношении ООО «Золотая Долина».

26.01.2015 Артель «Невьянский прииск» перечислила ООО «Компания «Уралпромсервис» денежные средства в сумме 4 646 401,20 руб. в счёт оплаты приобретённого права требования (платежное поручение № 775). Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.01.2016 по делу № А60-26208/2015 произведена замена кредитора ООО «Компания «Уралпромсервис» на Артель «Невьянский прииск» в реестре требований кредиторов ООО «Золотая Долина».

Кроме того, 26.11.2015 Артель «Невьянский прииск» заключила с ПАО «Челябинвестбанк» договор № 23/77 об уступке права требования в отношении ООО «Золотая Долина». 30.11.2015 Артель «Невьянский прииск» перечислила Банку денежные средства в сумме 3 634 129,72 руб. в счет оплаты приобретённого права требования (платежное поручение № 2178). Определением арбитражного суда от 22.01.2016 по делу № А60-26208/2015 произведена замена кредитора ПАО «Челябинвестбанк» на Артель «Невьянский прииск» в реестре требований кредиторов ООО «Золотая Долина».

22.11.2018 ООО «Золотая Долина» обратилось с исковым заявлением к Артели «Невьянский Прииск» о взыскании 6 341 078,93 руб., выплаченных Артелью кредиторам должника. Исковые требования были мотивированы неисполнением Артелью «Невьянский Прииск» обязательств по договору от 26.11.2015 перед ООО «Золотая Долина» о перечислении денежных средств в сумме 6 341 078,93 руб. для расчетов ООО «Золотая Долина» с кредиторами.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 11.03.2019 по делу № А60-66632/2018 в удовлетворении исковых требований было отказано. 

Суд указал, что «представленные документы свидетельствуют об исполнении ответчиком принятых по договору от 26.11.2015 обязательств, при этом, в части обязанности перечислить на расчётный счет продавца 6 341 078,93 руб. для погашения задолженности по уплате налогов, сборов, пеней и штрафов перед ИФНС по Кировскому району г. Екатеринбурга и Департаментом лесного хозяйства Свердловской области, то из содержания указанного условия договора не следует возложение на ответчика исполнения указанной обязанности именно в пользу истца (не продавца, не ИФНС по Кировскому району г. Екатеринбурга и не Департамента лесного хозяйства Свердловской области), каких-либо документов, подтверждающих право истца требовать взыскания с ответчика указанной суммы 6 341 078,93 руб. в свою пользу не представлено».

По результатам рассмотрения названного дела суд пришел к выводу о надлежащем исполнении Артелью «Невьянский прииск» всех обязательств по договору от 26.11.2015, чем подтвердил предоставление должнику со стороны Артели встречного исполнения обязательств на всю сумму в размере 14 621 609 руб.

12.12.2018 Артель «Невьянский прииск» подала заявление о включении требований в реестр требований кредиторов должника в рамках настоящего дела о банкротстве. Артелью «Невьянский прииск» было предъявлено требование к должнику в размере 11 166 809,82 руб., в том числе требование, основанное на вышеуказанных договорах уступки права требования с ООО «Компания «Уралпромсервис» и ПАО «Челябинвестбанк».

С учетом решения от 11.03.2019 по делу № А60-66632/2018, в удовлетворении заявления Артели «Невьянский прииск» о включении в реестр требований, приобретенных по вышеуказанным договорам цессии, арбитражным судом было отказано.

Из определения Арбитражного суда Свердловской области от 22.07.2019, вынесенного по настоящему делу № А60-71615/2018, следует, что суд квалифицировал договор от 26.11.2015 и дальнейшие действия должника и Артели по его исполнению в качестве единого договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Золото Шишима». Суд пришел к выводу о том, что приобретенное Артелью «Невьянский прииск» право требования к должнику у ПАО «Челябинвестбанк» и ООО «Компания «Уралпромсервис» было погашено путем безвозмездной передачи должником имущества в уставной капитал ООО «ЗОЛОТО ШИШИМА» с последующей безвозмездной передачей доли в уставном капитале путём выхода из состава участников.

Таким образом, указанным судебным актом повторно подтверждено надлежащее исполнение Артелью «Невьянский прииск» обязательств по договору от 26.11.2015 и предоставление должнику со стороны Артели встречного исполнения на сумму 14 621 609 руб.

Доводы апелляционной жалобы о недопустимости принятия судом как преюдициального определения от 22.07.2019 отклоняются. Суд первой инстанции не мог не принимать во внимание установленные судом при рассмотрении спора, по итогам которого принято данное определение по настоящему делу, фактические обстоятельства. Названный судебный акт вступил в законную силу, кредитор, как участвующее в настоящем деле о банкротстве лицо, вправе был обжаловать его в установленном порядке в части выводов, с которыми не согласен, однако, таких действий не совершил. Выводы суда по настоящему спору основаны на результатах исследования и оценки судом всех обстоятельствах и доказательств, в их совокупности, которые соотносятся с установленными в рамках обособленного спора по заявлению ПК - Артель старателей «Невьянский прииск» о включении в реестр требований кредиторов должника обстоятельствами, с учетом которых суд пришел к выводу о совершении оспариваемых действий как единой сделки по исполнению условий договора от 26.11.2015 по переводу бизнеса.

Суд первой инстанции установил, что предоставление встречного исполнения Артелью «Невьянский прииск» должнику на сумму 14 621 609 руб. подтверждается также судебными актами Арбитражного суда Свердловской области: определением от 22.01.2016 по делу № А60-26208/2015, решением от 11.03.2019 по делу А60-66632 2018, определением от 22.07.2019 по делу № А60-71615/2018. 

При таком положении оснований полагать, что спорные платежи совершены в отсутствие встречного предоставления, в результате их совершения уменьшились активы должника и соответственно причинен вред кредиторам последнего, отсутствуют.

Доводы о том, что судом первой инстанции не учтено экспертное заключение, несостоятельны, данное заключение было приобщено судом к материалам дела и оценено при принятии обжалуемого решения.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст.ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (п. 4).

Сделка может быть оспорена по основаниям ст. 61.2 Закона о банкротстве либо по общегражданским основаниям, как указано конкурсным управляющим (ст. ст. 10 и 168 ГК РФ, ст. 170 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует отметить, что фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских  прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (ст. 65, 168, 170 АПК РФ).

Реальных характер отношений между должником и ответчиком конкурсным управляющим и иными лицами, участвующими в деле не опровергнут.

Таким образом, учитывая, что факты заключения спорного договора материалами дела и его исполнение подтверждены, то исключается возможность квалификации спорных сделок применительно к положениям ст. 170 ГК РФ.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст. 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Иной подход, оспаривание сделки по ст. 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Конкурсным управляющим не представлены доказательства, подтверждающие, что на момент совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненное обязательство перед кредитором, впоследствии включенное в реестр требований кредиторов в рамках дела о банкротстве № А60-71516/2018, либо у должника были основания предполагать, что какое- либо из обязательств перед кредитором будет им просрочено, в связи с чем, в ближайшей перспективе возникнет риск обращения взыскания на имущество должника.

Исходя из п. 1 ст. 10 ГК РФ, для признания действий лица недобросовестными необходимо установить сознательное, целенаправленное поведение, направленное на достижение противоправной цели. То есть установить наличие воли соответствующего лица на достижение данной цели.

Исходя из обстоятельств рассматриваемого спора действия ООО «Золото Шишима» по переоформлению лицензии не могут охватываться умыслом на причинение вреда кредиторам. Судом установлено и материалами дела подтверждается, что первоначальной целью учреждения ООО «Золото Шишима» является продолжение деятельности ООО «Золотая Долина» на указанном месторождении и передача ему права пользования участком недр ответчику – одним из условий учреждения ООО «Золото Шишима». Переоформляя право пользования участком недр, ООО «Золото Шишима» действовало по указанию своих учредителей и не преследовало иных целей, нежели документально оформить состоявшийся переход права.

При совершении оспариваемых действий должник и ответчик не преследовали противоправных целей.

Оснований полагать, что оспариваемые действия являются мнимыми, судами не установлены. В данном случае действия должника и ПК – Артель старателей «Невьянский прииск» были совершены для исполнения договора от 26.11.2015 в рамках действующего законодательства. Право пользования участком недр перешло к ООО «Золото Шишима» с дальнейшим переоформлением лицензии. Должник вышел из состава участников ООО «Золото Шишима» доказательств сохранения фактического контроля над ООО «Золото Шишима», а также осуществления должником добычи драгоценных металлов на месторождении р. Черный Шишим после переоформления лицензии на ответчика, конкурсным управляющим не представлено. 

Относительно оспариваемой сделки между производственным кооперативом – Артель старателей «Невьянский прииск» и ООО «Солнечная Долина» по купле-продаже драги, суд первой инстанции отметил следующее.

Согласно пояснениям ФИО9, драга была приобретена должником, а затем реализована ему (ФИО9), с последующей передачей её обществу «Солнечная Долина» на основании акта приема-передачи документов; документов о последовательном отчуждении драги в материалы дела не представлено.

Судом принято во внимание, что участником и руководителем должника и общества «Солнечная Долина» был ФИО9, для него не имело значения, кому принадлежит имущество, так как все перекладывалось «из одного кармана в другой», то есть находилось в его обладании как конечного бенефициара.

В суде первой инстанции представитель ПК – Артель старателей «Невьянский прииск» признал, что сделка по приобретению драги у ООО «Солнечная Долина» носила мнимый характер, так как нужно было заплатить денежные средства в соответствии с достигнутыми ранее договорённостями о передаче лицензии, имущества должником, то есть необходима была цель для платежа. 

ФИО9 пояснил, что сама драга смонтирована в полном объеме так и не была.

Представитель ответчика ООО «Золото Шишима» пояснил, со ссылкой на Рабочий проект, о том, что драга использоваться не могла, так как для данных горно-геологических условий наиболее рациональным является гидравлический способ разработки.

Представитель общества «Солнечная Долина», возражая относительно мнимости договора купли-продажи драги, пояснил, что сделка имела реальный характер.

Однако, с учетом пояснений самого ФИО9, ООО «Солнечная Долина» суд первой инстанции пришел к выводу о том, что собственником драги на момент её отчуждения производственным кооперативом Артель старателей «Невьянский прииск» являлся не должник. Сделки по переходу прав на драгу от должника к ФИО9, а затем к ООО «Солнечная Долина» конкурсным управляющим не оспариваются. Соответственно считать, что спорная сделка по продаже драги совершена за счет должника, оснований не имеется. Также суд отметил, что вырученные от продажи драги денежные средства общество «Солнечная Долина» использовало по своему усмотрению.

Оснований для признания купли-продажи драги между и ООО «Солнечная Долина» мнимым судом первой инстанции не установлено.

Кроме того судом отмечено отсутствие каких-либо негативных последствий для должника оспариваемыми сделками, поскольку после их совершения должником была продолжена прибыльная хозяйственная деятельность.

Конкурсный управляющий в своей жалобы в обоснование возражений в данной части указывает на вступивший в законную силу судебный акт по делу № А60-55042/2021, которым установлен факт заключения ПК – Артель старателей «Невьянский прииск» и ООО «Солнечная долина» мнимого договора купли-продажи от 01.12.2015 № 10, полагая, что судом первой инстанции неправомерно этот вывод переоценен.

Однако довод конкурсного управляющего не соответствует действительности. Как следует из постановления Арбитражного суда Уральского округа от 13.12.2022 по делу № А60-55042/2021, суд кассационной инстанции не согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций, касающиеся констатации  недействительности (ничтожности) договора купли-продажи драги от 01.12.2015 № 10, указал на их преждевременность, на разрешение вопроса  о действительности либо недействительности вышеуказанного договора купли-продажи от 01.12.2015 № 10 в ходе самостоятельного спора, если таковой будет инициирован заинтересованными лицами, с участием в числе прочих стороны договора – общества «Солнечная долина». Следовательно, вывод суда об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи от 01.12.2015 № 10 мнимым вступившим в законную силу судебным актам по иному делу не противоречит. 

В суде первой инстанции ООО «Золото Шишима» заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на обращение с заявлением о признании договоров безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1, от 14.12.2016 № 1/1 оспоримыми, мнимыми сделками.

В соответствии с п.2 ст. 199 ГК РФ, п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с абз. 2 п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.20210 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий п. 3 ст. 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

В п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (п. 1 ст. 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

В силу п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника.

Как следует из определения Арбитражного суда Свердловской области от 03.02.2019 по настоящему делу № А60-71615/2018, при введении процедуры наблюдения в отношении должника арбитражный управляющий ФИО8 был назначен судом в качестве временного управляющего. 

При осуществлении полномочий временного управляющего ФИО8 выявил указанные сделки, о чем указал в своём заключении о наличии оснований для оспаривания сделок должника от 03.07.2019.

С позиции ответчика, поскольку ФИО8 был утвержден в качестве исполняющего обязанности конкурсного управляющего 04.07.2019 (дата оглашения резолютивной части решения Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-71615/2018 о признании ООО «Золотая Долина» банкротом), то срок исковой давности необходимо исчислять с указанной даты; соответственно, срок исковой давности о признании недействительными вышеуказанных договоров на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве с учетом ст.ст. 192, 193 ГК РФ истек 06.07.2020; требование об оспаривании договоров заявлено истцом 10.07.2020, т.е. за пределами установленного срока исковой давности.

Конкурсный управляющий ФИО8 возражал относительно указанных доводов ответчика, пояснил, что договор № 1 безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 получил от ФИО9 по акту только 05.09.2019, в связи с чем, до указанной даты информацией относительно указанной сделки не обладал.

Как установлено судом, о выявлении договора № 1 безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 ФИО8 указал в заключении от 03.07.2019 о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника ООО «Золотая Долина», которое является Приложением № 11 к Анализу финансового состояния ООО «Золотая Долина» от 03.07.2019 составленное ФИО8 по результатам процедуры наблюдения.

Основания для оспаривания договора № 1 безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 арбитражный управляющий раскрывает на страницах 19-22 указанного Заключения. Также указанный договор указан в приложении к Заключению (п. 11 приложения).

08.02.2021 ФИО8 представил объяснения оперуполномоченному по ОВД отдела УЭБ и ПК ГУ МВД России по Свердловской области ФИО11 относительно сделок ООО «Золотая Долина», выявленных в период наблюдения и подлежащих оспариванию. В указанных объяснениях ФИО8 подтвердил, что вышеуказанное заключение о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника ООО «Золотая Долина» составлено им 03.07.2019 (страница 170 объяснений).

Согласно протоколу осмотра доказательств от 19.02.2021, составленному нотариусом нотариального округа Челябинского городского округа ФИО12, 29.07.2019 ФИО8 направил указанное Заключение в формате Word представителю конкурсного кредитора ПАО «Челябинвестбанк» ФИО13 по электронной почте.

При осмотре электронного почтового ящика ФИО13 нотариусом установлено, что в нём содержится следующее электронное письмо: «От Кого: ФИО8 dmit- zaytseff2014@ya.ru»; «Кому: ФИО13 selenav@chelinvest.ru»: тема письма: «Re: Направляю Вам документы по требованию ООО Старатель НТ»; дата и время «29 Июл 19 20:37:00». Вложением в указанное электронное письмо является файл в формате Word с наименованием «Преднам и фикт, анализ сделок_000 Золотая долина_1» - Заключение ФИО8

С учетом указанных обстоятельств суд пришел к выводу о том, что ФИО8 получил копию договора № 1 безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 не позднее 03.07.2019, значит, не позднее данной даты он узнал о нарушении прав юридического лица, соответственно, срок исковой давности истек 03.07.2020, управляющий обратился с уточненным заявлением только 10.07.2020, то есть за пределами срока исковой давности.

Конкурсный управляющий, не оспаривая правильность установления судом момента осведомленности о договоре № 1 безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 и основаниях для его оспаривания - не позднее 03.07.2019, указывает на оспаривание договоров безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1, от 14.12.2016 № 1/1, в том числе по мнимости, с учетом чего годичный срок исковой давности применен судом не правильно, а трехлетний срок исковой давности, подлежащий исчислению с момента его назначения и.о. конкурсного управляющего (05.07.2019) на момент обращения с иском не пропущен.

Данный довод конкурсного управляющего представляется суду апелляционной инстанции обоснованным. 

Применительно к оспариванию сделок по специальным основаниям Законом о банкротстве предусмотрен сокращенный срок исковой давности, равный одному году, срок на обращение с заявлением о недействительности сделок по общегражданским основаниям составляет три года.

При этом, учитывая приведенные выше нормы права, при оспаривании сделок в рамках дела о банкротстве по общему правилу срок исковой давности поделит исчислению не ранее введения в отношении должника конкурсного производства, но не позднее момента, когда ему стало известно об оспариваемой сделке и обстоятельствах, свидетельствующих об ее недействительности.

Как верно установлено судом и не оспаривается конкурсным управляющим, последнему о договоре № 1 безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 и основаниях для его оспаривания было известно не позднее 03.07.2019, именно с указанной даты подлежит исчислению срок исковой давности.

Уточненное заявление, содержащее требование о признании недействительными договоров безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1, от 14.12.2016 № 1/1, представлено в суд 10.07.2019.

Согласно уточненному заявлению конкурсного управляющего, представленному в суд 10.07.2019, в качестве основания для признания договоров недействительными помимо п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, указаны ст.ст. 10, 170 ГК РФ. 

Годичный срок исковой давности исковой давности по требованию об оспаривании сделок по специальному основанию на момент подачи данного уточненного заявления действительно истек.

Однако, трехлетний срок на заявление о ничтожности сделок (их мнимости) управляющим не пропущен.

В определении содержится суждение суда о том, что поскольку оспариваемые сделки по настоящему делу являются частями сделки по приобретению бизнеса (золотодобыче), срок исковой давности подлежит исчислению с момента начала её исполнения.

Исполнение договора от 25.11.2015 началось 30.11.2015 (платежное поручение от 30.11.2015 № 2178 по договору уступки права требования с ООО «Компания «Уралпромсервис» от 30.11.2015), следовательно, срок исковой давности истёк 30.11.2018.

Исполнение заявки на переоформление – совершение оспариваемого действия (исполнение спорной сделки) началось в 25.03.2016 (дата дачи согласия).

Из материалов дела следует, что исполнение договора безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1 состоялось 04.04.2016, о чем свидетельствует акт приёма-передачи имущества.

Исполнение договора безвозмездной передачи имущества от 14.12.2016 № 1/1 состоялось 14.12.2016, о чем свидетельствует акт приёма-передачи имущества.

Однако, истечение трехлетнего срока с момента начала исполнения сделки в рассматриваемом случае значения не имеет, поскольку руководитель должника, как лицо совершившее от имени должника оспариваемую сделку, не было заинтересовано в ее оспаривании; конкурсный управляющий является первым независимым, незаинтересованным лицом, право на оспаривание сделок у которого в силу закона возникает не ранее введения конкурсного производства, следовательно, в настоящем случае, срок исковой давности подлежит исчислению исходя из даты его осведомленности о сделке. 

Однако, ошибочный вывод суда не привел к неправильному решению по существу спора и не является основанием для отмены обжалуемого определения.

Иные доводы заявителей апелляционных жалоб фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой судом доказательств.

На основании ст. 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 26 октября 2022 года по делу № А60-71615/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

В.Г. Голубцов 

 

С.В. Темерешева