СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                   Дело № А27-1167/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 28 октября 2024 года

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего  

 

ФИО1, 

судей

 

Зайцевой О.О.,

ФИО2

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО3 с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 (№ 07АП-746/24(2)) на определение от 04.09.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-1167/2021 (судья Коптева А.Г.), принятое по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Камея». 

В судебном заседании приняли участие: 

от ФИО4 – ФИО6 по доверенности от 23.12.2021, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 21.10.2021 общество с ограниченной ответственностью «Камея» (далее – ООО «Камея», должник) признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением суда от 13.04.2023 конкурсным управляющим утвержден ФИО7 (далее – конкурсный управляющий). 

16.12.2021 в арбитражный суд поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – ИП ФИО5, заявитель) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица – ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик) по денежным обязательствам должника в сумме 5 720 047, 64 рублей. 

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 11.12.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2024, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21.05.2024 определение Арбитражного суда Кемеровской области от 11.12.2023 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области в части отказа в привлечении ФИО4 к гражданско-правовой ответственности за совершение им существенно убыточных сделок. 

Кроме того, в арбитражный суд 15.03.2024 поступило заявление ФИО4 о взыскании судебных расходов в размере 408 000 рублей с ФИО5. 

По определению арбитражного суда от 06.06.2024 объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявление индивидуального предпринимателя ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица и заявление ФИО4 о взыскании судебных расходов.

При новом рассмотрении дела определением от 04.09.2024 (с учетом определения от 04.09.2024 об исправлении описок) суд привлек ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Камея».

Суд взыскал с ФИО4:

- в пользу ФИО8 508 375,90 рублей текущих платежей по делу о банкротстве ООО «Камея»;

-  в пользу ФИО7 178 483 рублей текущих платежей по делу о банкротстве ООО «Камея»;

- в пользу Федеральной налоговой службы России в размере 1 465 685,88 рублей, из них 684 598,54 рублей второй очереди реестра требований кредиторов; в размере 521 943,53 рублей третьей очереди реестра требований кредиторов; 219 487,54 рублей неустойки, учитываемой отдельно в реестре требований кредиторов и подлежащей удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов, 39 656,27 рублей, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов;

- в пользу ООО «Сибкафе» 1 620 401 рублей, из них 1 498 001 рублей третьей очереди реестра требований кредиторов и 122 400 рублей неустойки, учитываемой отдельно в реестре требований кредиторов и подлежащей удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов, ООО «Камея»;

- в пользу ООО «Восток» 283 643,30 рублей третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Камея»;

- в пользу ООО «Упаковка» 646 691,07 рублей третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Камея»;

- в пользу ИП ФИО5 542 826,93 рублей, из них 530 962,45 рублей третьей очереди реестра требований кредиторов и 3 365,46 рублей неустойки, учитываемой отдельно в реестре требований кредиторов и подлежащей удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов, 8499,02 рублей пятой очереди текущих платежей;

- в пользу ООО Торговый дом «Новосибирская сырьевая компания» 363 283,72 рублей, из них 304 791 рублей третьей очереди реестра требований кредиторов и 58 492 рублей неустойки, учитываемой отдельно в реестре требований кредиторов и подлежащей удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов, ООО «Камея»;

- в пользу ООО «Квадро Плюс-Сервис» 87 630,15 рублей третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Камея»;

- в пользу АО «Альфа-Банк» 405 288,24 рублей неустойки, учитываемой отдельно в реестре требований кредиторов и подлежащей удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов, ООО «Камея». 

Суд отказал ФИО4 в удовлетворении заявления о взыскании судебных расходов.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 04.09.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ИП ФИО5 в полном объеме.

Указав, что судом округа было указано на необходимость проведения анализа сделок – договоров займа и аренды. Обжалуемый судебный акт содержит выводы о реальности указанных сделок, однако, анализ расчетов должника с ФИО4 не был произведен. Судом не дана оценка доводам ответчика о ведении должником обычной хозяйственной деятельности до весны 2020 года, что подтверждается выписками по счету организации, деятельность  должника развивалась в положительном направлении. Весной 2020 года в сезон обычного повышения спроса на кондитерские изделия, спрос упал по исключительно внешним факторам, не зависящим от ФИО4

Доказательств того, что сделки (договоры займа и аренды) являлись существенно убыточными для должника, материалы дела не содержат. Наличие причинно-следственной связи между совершением сделок и наступлением признаков объективного банкротства должника не доказано. Подробнее доводы изложены в апелляционной жалобе.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на апелляционную жалобу в материалы дела не поступил.

В судебном заседании представитель ФИО4 представил для приобщения к материалам дела письменные объяснения, в которых подробно изложены обстоятельства и условия совершения сделок, приведены доводы об отсутствии вины ФИО4 в доведении должника до банкротства. Подробнее позиция изложена в письменном виде.

Представитель ФИО4 в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в ней, с учетом письменных пояснений. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Заслушав участника процесса, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в установленном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации порядке, изучив доводы апелляционной жалобы, письменных объяснений, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для его отмены.

Суд первой инстанции, привлекая ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, исходил из доказанности наличия причинно-следственной связи между совершением должником убыточных сделок и невозможностью погашения требований кредиторов должника, наличия у ФИО4 статуса контролирующего должника лица.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)). 

Совокупность юридически значимых действий, с которым конкурсный кредитор связывает наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, совершены в течении 2020 года. 

В указанный период времени отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались положениями главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в действующей редакции. 

Таким образом, применению подлежат положения главы III.2 Закона о банкротстве.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, судом округа было указано на обоснованность выводов судов о наличии у ФИО4 статуса контролирующего должника лица, в связи с чем признал ФИО4 надлежащим ответчиком по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности.

Судом округа также сделан вывод, что объективное банкротство общество возникло 10.08.2020 (дата совершения последних платежей в пользу контрагентов), до 10.08.2020 ответчиком реализовывался план вывода общества из временных финансовых затруднений.

В подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при совершении им сделки, которой был причинён существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность и направленность на причинение вреда кредиторам путём не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) имущественной массы. 

При разрешении вопроса о реальной цели совершения тех или иных сделок должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота. 

По общему правилу реализация коммерческим предприятием принадлежащего ему актива должна быть обусловлена конкретными производственными целями либо объективной необходимостью денежных средств для текущих расходов. 

В рассматриваемом случае в качестве существенно убыточных сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов должника, предпринимателем указано на платежи на общую сумму 3 292 000 руб., совершённые в период с 24.03.2020 по 11.08.2020 обществом в пользу ответчика в качестве возврата займов, предоставленных по договорам от 06.12.2018, от 15.12.2019 и выплаты арендной платы по договорам аренды нежилого здания от 01.06.2018, от 01 .05.2019 и от 16.03.2020.

Так, согласно выписке по счетам должника за 2020 год установлено перечисление денежных средств ФИО4 в период с 24.03.2020 по 11.08.2020 в общем размере 3 292 000,00 руб. по договору № 1 от 16.03.2020 за аренду помещения.

В материалы дела представлены договоры аренды нежилого здания от 1 июня 2018 года, 1 мая 2019 года и 16 марта 2020 года, в соответствии с которыми ФИО4 передал ООО «Камея» во временное владение и пользование для размещения кондитерского цеха нежилое здание общей площадью 735,3 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>. 

Арендная плата составляет 190 000 рублей в месяц. 

Кроме того, согласно выпискам по счетам общая сумма перечисленных денежных средств ФИО4 по договору б/н от 15.12.19 составила в 2019 году – 220 000,00 руб., в 2020 году - 1 560 600,00 руб. 

При этом, в материалы дела представлены договор беспроцентного займа от 6 декабря 2018 года, в соответствии с которым ФИО4 передал ООО «Камея» 1 000 000 рублей, которые должник обязался вернуть в срок до 6 декабря 2020 года, а также договор беспроцентного займа от 15 декабря 2019 года, в соответствии с которым ФИО4 передал ООО «Камея» 1 000 000 рублей, которые должник обязался вернуть в срок до 15 декабря 2023 года.

Судом первой инстанции установлена реальность правоотношений между ответчиком и должником, оформленных договорами займа и аренды - денежные средства предоставлялись в рамках заёмных правоотношений и оприходовались обществом на свои хозяйственные нужны; в переданных ответчиком должнику помещении размещён кондитерский цех.

При этом, в апелляционной жалобе ФИО4 указывает на то обстоятельство, что совершение указанных выше сделок не являлось необходимой причиной наступления объективного банкротства должника, убыточность сделок не подтверждена надлежащими доказательствами по делу.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы подателя жалобы за необоснованностью, исходит при этом из следующего.

Фактически, приведенным подателем жалобы доводам уже была дана оценка судом округа в постановлении от 21.05.2024.

Действительно, реальность правоотношений между ответчиком и должником, оформленных договорами займа и аренды, не вызывают сомнений (денежные средства предоставлялись в рамках заёмных правоотношений и оприходовались обществом на свои хозяйственные нужны; в переданных ответчиком должнику помещении размещён кондитерский цех). 

Однако сами по себе рыночные условия сделок, реальность правоотношений не являются безусловным мотивом для констатации отсутствия оснований для привлечения бывшего руководителя коммерческого предприятия к гражданско-правовой ответственности.

Из бухгалтерских документов судом установлено, что впервые должник получил убыток от своей хозяйственной деятельности по итогам 2018 года (17 553 000 руб.), кредиторская задолженность общества также начала формироваться с 2018 года, что следует из судебных актов, принятых по настоящему делу (определения суда от 29.04.2021, от 06.07.2021, от 06.07.2021, от 18.08.2021, от 18.08.2021, от 24.08.2021, от 17.11.2021). 

Следовательно, кредитование ответчиком подконтрольного ему общества осуществлялось наряду с исполнением плана вывода предприятия из временных финансовых трудностей параллельно с наращиванием кредиторской задолженности, соответственно, обязательства по займам по своей сути являлись скрытой докапитализацией предприятия, имели компенсационный характер, соответственно их последующий возврат лицу, контролирующему должника, в значительном размере в период, когда уже возникли признаки объективного банкротства, выходит за пределы обычного делового риска. 

Размещение обществом в здании, предоставленном ему ответчиком по договорам аренды, кондитерского цеха, являющегося единственным активом общества необходимым для осуществления основного направления деятельности, с учётом того, что конечным бенефициаром всего бизнеса являлась семья Б-вых, очевидно свидетельствует о том, что такая организация коммерческой деятельности должником планировалась его собственниками изначально. 

Складывающаяся судебная практика исходит из недопустимости противопоставления требований, имеющих корпоративный характер или вытекающих из около корпоративных отношений, требованиям независимым кредиторам (например, определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15- 5734(4,5), от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208, от 11.01.2024 № 304-ЭС23-9509(4)). 

При таких условиях изъятие собственником бизнеса из оборота подконтрольного ему предприятия при наличии неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами денежных средств, размер которых (5 072 600 руб.) составляет 84% от итогового размера всего реестра требований кредиторов (6 026 038 руб.), явно свидетельствует о действиях контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска и совершённых в ущерб интересам гражданско-правового сообщества кредиторов. 

При этом, суд отмечает, что поскольку основная часть платежей в пользу ответчика совершена весной и летом 2020 года, т.е. незадолго до наступления объективного банкротства, которое возникло 10.08.2020 (дата совершения последних платежей в пользу контрагентов). 

Во исполнение указаний суда округа судом первой инстанции, вопреки позиции подателя жалобы, был проведен анализ существенности для должника совершенных сделок в совокупном размере 3 292 000 руб.

Так, судом первой инстанции установлено, что оспариваемые сделки были совершены ФИО4 в свою пользу в условиях прекращения производственной деятельности должника в июне 2020 года, размер сделок составляет 84 % от итогового размера реестра требований кредиторов должника, что, безусловно, свидетельствует о существенности и убыточности для должника совершенных сделок.

Таким образом, материалами дела подтверждается наличие причинно-следственной связи между совершением ФИО4 от имени должника убыточных сделок и наступлением у последнего признаков объективного банкротства, повлекшее невозможность погашения требований кредиторов должника, что свидетельствует о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя жалобы о наступлении у должника признаков банкротства исключительно в связи с внешними факторами ничем не подтверждены и опровергаются постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21.05.2024, в связи с чем подлежат отклонению.

На основании пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве в течение десяти рабочих дней со дня направления сообщения, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.17 Закона о банкротстве, каждый кредитор, в интересах которого лицо привлекается к субсидиарной ответственности, вправе направить арбитражному управляющему заявление о выборе одного из способов распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности:

1) взыскание задолженности по этому требованию в рамках процедуры, применяемой в деле о банкротстве;

2) продажа этого требования по правилам пункта 2 статьи 140 настоящего Федерального закона;

3) уступка кредитору части этого требования в размере требования кредитора.

Абзацем 2 пункта 3 статьи 61.17 Закона о банкротстве установлено, что кредитор, от которого к указанному сроку не будет получено заявление, считается выбравшим способ, предусмотренный подпунктом 2 пункта 2 названной статьи.

Согласно статье 61.17 Закона о банкротстве кредиторы вправе выбрать способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности, в том числе использовать механизм уступки ему соответствующей части права требования в отношении привлеченных к субсидиарной ответственности лиц.

При этом, порядок распоряжения задолженностью, основанной на праве требования о привлечении к субсидиарной ответственности, полностью регламентирован положениями статьи 61.17 Закона о банкротстве.

Из материалов дела усматривается, что кредиторами должника: ФИО8, ФИО7, ФНС России, ООО «Сибкафе», ООО «Восток», в ООО «Упаковка», ИП ФИО5, ООО Торговый дом «Новосибирская сырьевая компания», ООО «Квадро Плюс – Сервис», АО «Альфа-Банк» - избран способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 названной статьи, - уступка кредитору части требования в размере требования кредитора.

Суд первой инстанции (с учетом определения от 04.09.2024) обоснованно взыскал с ФИО4 в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в пользу перечисленных кредиторов в соответствии с размером задолженности должника перед данными кредиторами, включенной в реестр и не погашенными в ходе процедуры банкротства должника.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 04.09.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-1167/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО4 - без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».    

 

Председательствующий                                                                   Н.Н. ФИО1

 

Судьи                                                                                                 О.О. Зайцева

 

                                                                                                            ФИО2