Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-19732/2021

г. Владивосток

12 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 сентября 2023 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.Н. Шалагановой,

судей Е.А. Грызыхиной, С.Б. Култышева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-3976/2023

на решение от 31.05.2023 

судьи Е.Г. Клеминой

по делу № А51-19732/2021 Арбитражного суда Приморского края

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Гравелон» в лице участника ФИО3 

к ФИО2 

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «ТрансПромТорг», Боярова Екатерина Дмитриевна

о взыскании 17 671 351, 24 рублей убытков, 

в судебное заседание явились:

представители ООО «Гравелон» ФИО5 на основании решения ООО «Гравелон» № 1 от 07.12.2018 (посредством веб-конференции), ФИО6 на основании доверенности от 12.01.2023, 

представитель апеллянта ФИО7 на основании доверенности от 01.04.2023 (посредством веб-конференции), 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Гравелон» (далее – ООО «Гравелон», общество) в лице единственного участника ФИО3 обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2 о взыскании 17 671 351, 24 рублей убытков, причиненных обществу, в том числе пени по НДС - 1 166 573,40 рублей, штрафа по НДС – 861 110 рублей, пени по налогу на прибыль - 670 801, 26 рублей, штрафа по налогу на прибыль – 723 280, 20 рублей, убытков от незаконных действий по недействительным сделкам – 14 249 586, 38 рублей (с учетом уточнений от 30.05.2022, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Решением Арбитражного суда Приморского края от 09.06.2022, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2022, исковые требования были удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 27.10.2022 названные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Приморского края. 

Решением Арбитражного суда Приморского края от 31.05.2023 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с вынесенным решением, ответчик обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. 

На основании определения председателя второго судебного состава от 05.09.2023 произведена замена судьи Д.А. Глебова на судью Е.А. Грызыхину, в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала применительно к пункту 2 части 2 статьи 18 АПК РФ.

К судебному заседанию от апеллянта через канцелярию суда поступили письменные дополнения к апелляционной жалобе, от общества - письменные дополнения к отзыву на апелляционную жалобу, которые в порядке статей 81, 262 АПК РФ приобщены к материалам дела

Согласно апелляционной жалобе и дополнениям к ней ФИО2 считает, что судом не дана полная оценка информации, полученной в ходе допроса свидетеля ФИО8, неверно оценена переписка посредством мессенджера «WhatsApp» между ФИО2 и ФИО4 Дмитриевоной, не учтены сведения расчетного счета ООО «ТрансПромТорг», не дана оценка содержания решения от 05.07.2019 № 12-24/17 о привлечении общества к налоговой ответственности с учетом доводов ответчика о подконтрольности ООО «СтройПоставка-Дальний Восток» ФИО5 

Общество в отзыве на апелляционную жалобу и дополнительных пояснениях оспорило доводы подателя жалобы, настаивая на законности обжалуемого решения.

В заседании апелляционного суда ФИО2 и общество лей поддержали свои позиции в полном объеме.

Неявка в судебное заседание третьих лиц - ООО ТрансПромТорг» и ФИО4 с учетом их надлежащего извещения о времени и месте проведения заседания не препятствовала коллегии в рассмотрении жалобы по существу применительно к статье 156 АПК РФ.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что ООО «Гравелон» зарегистрировано в качестве юридического лица 31.01.2006 с присвоением ОГРН 

<

***>. 

В период с 18.11.2011 по 18.11.2018 генеральным директором ООО «Гравелон» являлся ФИО2 

ФИО3 с 07.12.2018 принадлежит доля в размере 100% уставного капитала общества, , он же согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц является лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени общества (управляющим).

Как следует из текста искового заявления, между ООО «ТрансПромТорг» как исполнителем (продавцом) и ООО «Гравелон» как заказчиком (покупателем) были заключены договор №03/16//41/16 перевозки груза автомобильным транспортом от 01.08.2016 (далее – Договор перевозки), договор возмездного оказания услуг по работе спецтехники №07/40/16 от 06.09.2016 (далее – Договор оказания услуг), сделки купли-продажи (УПД №1 от 10.08.2016, УПД№1/2 от 10.08.2016, УПД №2/3 от 27.08.2016, УПД №8/1 от 23.09.2016, УПД №16 от 30.09.2016) (далее – Договоры купли-продажи). 

Решением Арбитражного суда Амурской области от 16.02.2018 по делу №А04-16/2018 с ООО «Гравелон» в пользу ООО «ТрансПромТорг» по иску последнего взыскано 9 732 650 рублей задолженности и 1 195 422, 24 рубля процентов по Договору перевозки, 149 850 рублей задолженности и 54 423, 07 рублей процентов по Договору оказания услуг, 5 500 983, 22 рубля задолженности и 327 406, 64 рубля процентов по Договорам купли-продажи.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 30.05.2018 по делу №А04-16/2018 названное решение Арбитражного суда Амурской области было отменено в связи с утверждением между ООО «ТрансПромТорг» и ООО «Гравелон» мирового соглашения от 25.05.2018.

ИФНС России № 1 по Амурской области на основании решения от 24.04.2018          № 12-21/10 «О проведении выездной налоговой проверки» и в соответствии со статьей 89 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) была проведена выездная налоговая проверка ООО «Гравелон» по вопросу правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов, в том числе налога на прибыль и НДС за период с 01.01.2015 по 31.12.2017, в ходе которой выявлены факты нарушения обществом налогового законодательства, отражённые в акте выездной налоговой проверки от 20.02.2019 № 12-23/5.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки и документов, полученных в ходе проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, инспекцией вынесено решение от 05.07.2019 № 12-24/17 о привлечении общества к налоговой ответственности, предусмотренной статьёй 122 НК РФ, в виде взыскания штрафов соответственно в суммах 723 280,2 рублей и 861 110 рублей за неуплату налога на прибыль и НДС. В результате применения на основании статей 112 и 114 НК РФ смягчающих ответственность обстоятельств размер штрафа снижен на 50 %. Этим же решением обществу доначислены налог на прибыль в сумме 3 846 411 рублей и НДС в сумме 4 554 957 рублей, исчислены пени в суммах 670 801,26 рублей и 1 166 573,4 рублей за несвоевременную уплату указанных налогов (далее также – Решение о привлечении общества к налоговой ответственности).

Всего по результатам проверки обществу доначислено 11 902 359,28 рублей. 

В последующем ООО «Гравелон» в рамках дела № А04-2806/2020 обратилось в Арбитражный суд Амурской области с заявлением о признании недействительным Решения о привлечении общества к налоговой ответственности, в удовлетворении которого вступившим в законную силу решением суда от 29.07.2021 по делу № А04- 2806/2020 отказано.

Ссылаясь на обстоятельства, выявленные в ходе налоговой проверки, ООО «Гравелон» в лице ФИО3 обратилось в арбитражный суд с иском о признании Договора перевозки, Договора оказания услуг и Договоров купли-продажи недействительными (ничтожными в силу мнимости) сделками.

Решением Арбитражного суда Амурской области от 01.06.2021 по делу №А04-4327/2020, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционной суда от 13.09.2021, исковые требования общества удовлетворены.

В этой связи постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2022 по делу №А04-16/2018 решение Арбитражного суда Амурской области от 16.02.2018 по названному делу было отменено, в удовлетворении иска ООО «ТрансПромТорг» о взыскании с ООО «Гравелон» задолженности и процентов по вышеуказанным договорам отказано.

При этом общая сумма, на которую обществом произведено исполнение по признанным ничтожными (мнимыми) сделкам, составила 14 249 586,38 рублей. 

Участник общества ФИО3 считая, что меры ответственности в сумме 3 421 764, 86 рублей (пени по НДС в сумме 1 166 573,40 рублей, штраф по НДС в сумме 861 110 рублей, пени по налогу на прибыль в сумме 670 801, 26 рублей, штраф по налогу на прибыль в сумме 723 280, 20 рублей), к которым общество привлечено на основании решения МИФНС России № 1 по Амурской области от 05.07.2019 № 12-24/17, а также выплаты, произведенные обществом по мнимым Договору перевозки, Договору оказания услуг и Договорам купли-продажи, в общей сумме 14 249 586, 38 рублей, составляют убытки общества, причиненные ему в результате незаконных действий ФИО2, 17.11.2021 обратился в интересах ООО «Гравелон» с настоящим иском, сообщив, что о предъявленных к взысканию убытках узнал лишь из акта налоговой проверки от 02.03.2019 № 12-3/5. 

Ответчик заявил о пропуске обществом срока исковой давности для подачи рассматриваемого иска, полагая, что таковой подлежит исчислению с дат платежей по ничтожным сделкам, поскольку с 2011 года фактическое руководство, контроль и владение имуществом и денежными средствами общества осуществляли члены семьи ФИО3 Так, с 04.07.2011 участником общества со 100% долей являлась ФИО9 (мать ФИО3), с 06.04.2012 - ФИО10 (мать ФИО9), с 19.12.2013– ФИО5 (брат ФИО3), а с 07.12.2018 – сам ФИО3 При этом в период распоряжения обществом денежными средствами по ничтожным сделкам - с 01.01.2016 по 31.12.2019 ФИО5 являлся юрисконсультом и управляющим общества, ФИО9 после выхода из состава участников общества продолжала работать главным бухгалтером общества.

Помимо этого ФИО2 отметил, что в рамках дела № А40-97705/17-47- 966 (решение Арбитражного суда города Москвы от 09.10.2017) ООО «Гравелон», интересы которого как юрисконсульт представлял ФИО5, обращалось с иском к ФГУП «ГУ СДА при Спецстрое России» о взыскании задолженности и неустойки по договорам поставки №30/16-п от 05.09.2016, №31/16-п от 05.09.2016, №32/16-п от 05.09.2016, №32/16-п от 05.09.2016 и представляло документы, подтверждающие фактическое оказание услуг по поставке товара согласно Спецификации, а именно документы, подтверждающие оплату и осуществление транспортных услуг по вывозу товара из карьера до места локации передачи товара, в том числе документы, подтверждающие законность и обоснованность перечислений спорных платежей.

При первоначальном рассмотрении исковых требований общества суды первой и апелляционной инстанций отклонили доводы ответчика о пропуске срока исковой давности, посчитав, что установление ФИО3 формальности документов и сделок стало возможным только после получения акта налоговой проверки от 02.03.2019 № 12-3/5.

Суд округа в постановлении от 27.10.2022 указал, что выводы судов первой и апелляционной инстанции относительно срока исковой давности сделаны без установления всех обстоятельств, необходимых для правильного разрешения дела.

В частности, кассационный суд отметил оставление судами без внимания выводов налогового органа, отраженных в Решении о привлечении общества к налоговой ответственности, о том, что ФИО2 совместно с ФИО5 создана разветвленная структура бизнеса с привлечением взаимозависимых и подконтрольных организаций, в которых ФИО5 в проверяемый период являлся одновременно учредителем ООО «Гравелон» (100% доли) и ООО «СтройИнвестПроект» (49% доли); учредитель ООО «СтройИнвестПроект» ФИО11 (51% доли) была одновременно учредителем в ООО «Стройпоставка – ДВ» (30% доли); учредитель ООО «СтройПоставка – ДВ» (70% доли) ФИО12 является отцом ФИО5, с целью уменьшения налогооблагаемой базы путем наращивания расходов за счет «технических» организаций. Налоговым органом также установлено, что ООО «ТрансПромТорг» реальную хозяйственную деятельность не осуществляло, вместе с тем являлось участником сделок с подконтрольными семье Б-вых юридическими лицами, что ставит под сомнение довод участника общества о его неосведомленности о ничтожности сделок, совершенных с участием неосуществлюящим реальную хозяйственную деятельность юридическим лицом. Суд кассационной инстанции также указал, что судами нижестоящих инстанций не дана оценка доводам ответчика о конечном выгодоприобретателе от использования схемы взаимодействия подконтрольных семье Б-вых юридических лиц с привлечением счета ООО «ТрансПромТорг», и об извещенности об этом истца, о чем, вопреки доводам отзыва на кассационную жалобу, ответчик заявлял в своем ходатайстве о вызове свидетеля в суде первой инстанции, в удовлетворении которого было судом отказано.

В связи с изложенным суд округа направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Приморского края с указанием на необходимость исследования фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора, а именно: 

1. при рассмотрении вопроса о пропуске срока исковой давности принять во внимание выводы налогового органа, отраженные в решении МИФНС №1 по Амурской области от 05.07.2019 № 12-24/17; 

2. проверить довод участника общества о его неосведомленности о ничтожности сделок, совершенных с участием не осуществляющим реальную хозяйственную деятельность юридическим лицом; 

3. дать оценку доводам ответчика о конечном выгодоприобретателе от использования схемы взаимодействия подконтрольных семье Б-вых юридических лиц с привлечением счета ООО «ТрансПромТорг» и об извещенности об этом истца.

В этой связи суду первой инстанции предписано проанализировать доводы и аргументы всех участников дела по обстоятельствам течения срока исковой давности, исследовать вопрос о потенциальной возможности участника общества узнать об обстоятельствах, послуживших основанием для привлечения общества к налоговой ответственности, а также о добросовестности его действий с учетом положений статьи 10 ГК РФ, проверить доводы о совместном создании ФИО2 с ФИО5 схемы по уменьшению налогооблагаемой базы за счет привлечения «технических» организаций, установить, была ли у участника общества возможность проверить, не используется ли данная схема во вред его же обществу.

Повторно рассматривая настоящий спор, суд первой инстанции верно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1).

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с указанными правовыми нормами для наступления гражданско-правовой ответственности в форме убытков необходимо наличие пяти обязательных условий: наличие убытков, противоправное поведение лица, действие (бездействие) которого повлекло причинение убытков, причинная связь между противоправностью и убытками; вина должника (в необходимых случаях); доказанность существования всех этих условий.

Отсутствие или недоказанность одного из них является основанием для отказа в удовлетворении иска о возмещении убытков.

Убытки должны быть прямыми и реальными.

Согласно статье 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномоченного выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах) единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об обществах единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В силу разъяснений пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор) обязан действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 12 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В соответствии с вышеназванными общими и специальными нормами об ответственности в предмет доказывания по настоящему делу входит, в частности, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекшие неблагоприятные последствия для юридического лица.

Факт причинения обществу предъявленных к взысканию убытков в виде реального ущерба, их прямая взаимосвязь с неразумными и недобросовестными действиями ФИО2 материалами дела подтверждается, вывод об этом не поставлен под сомнение кассационным судом. При этом довод ФИО2 о том, что при совершении ничтожных сделок он действовал по указанию учредителя, не нашел своего подтверждения и, кроме того, не имеет значения для целей привлечении ФИО2 к ответственности с учетом разъяснений пункта 7 Постановения № 62, согласно которым не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Как указано выше, постановлением кассационного суда от 27.10.2022 при новом рассмотрении дела предписано повторно исследовать доводы и обстоятельства, касающиеся срока исковой давности.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Согласно пункту 10 Постановления № 62 арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ). В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица. В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Выполняя указания Арбитражного суда Дальневосточного округа, суд первой инстанции в судебном заседании 25.01.2023 допросил в качестве свидетеля ФИО8, занимавшую в период с 04.05.2016 по 13.04.2018 в ООО «Гравелон» должность главного бухгалтера, из пояснений которой суд пришел к выводу о том, что никто из сотрудников общества не знал о наличии в действиях ответчика противоправного поведения, и не установил в действиях ФИО5 и ФИО3 недобросовестного поведения.

Приведенные ФИО2 в апелляционной жалобе отдельные высказывания ФИО8 в ходе судебного допроса, не опровергают вышеуказанный вывод суда первой инстанции, который оценил пояснения свидетеля в целом, с учетом ею же сделанных заявлений о том, что она не сомневалась в реальности сделок, в период совершения спорных сделок (с августа по сентябрь 2016 года) самостоятельно осуществляла весь бухгалтерский учет в обществе, так как ФИО4 (супруга ФИО5) находилась в декретном отпуске, при анализе документов невозможно было установить мнимость сделок, свидетель не видела, чтобы ФИО2 сообщал ФИО5 о мнимости сделок.

Помимо этого необходимо учитывать, что ранее, в рамках уголовного дела №11902100002000107, материалы которого были предоставлены Арбитражным судом Амурской области из дела №А04-7007/2019, ФИО8 сообщала, что в своей деятельности она подчинялась непосредственно генеральному директору ООО «Гравелон» ФИО2 (стр. 255-256).

Таким образом, апелляционный суд считает, что показания свидетеля ФИО8 оценены судом первой инстанции верно и в полном объеме, в связи с чем довод апелляционной жалобы об обратном подлежит отклонению.

Проверив во исполнение указаний постановления суда кассационной инстанции доводы о совместном создании ФИО13 и ФИО5 схемы по уменьшению налогооблагаемой базы за счет привлечения «технических» организаций с учетом выводов налогового органа, отраженных на страницах 8 и 9 Решения о привлечении общества к налоговой ответственности, и влияние данных обстоятельств на исчисление сроков исковой давности, суд первой инстанции установил, что названные выводы относятся к взаимоотношениям ООО «Гравелон» не с ООО «ТрансПромТорг», а с ООО «СтройИнвестПроект», ООО «СтройПоставка-ДВ», которые между тем являлись долгосрочными, реальными, каких-либо вопросов по сделкам между указанными лицами не возникало, недействительными сделки не признавались.

При этом на странице 10 Решения о привлечении общества к налоговой ответственности применительно к взаимоотношениям ООО «Гравелон» и ООО «ТрансПромТорг» указано, что ООО «Гравелон» самостоятельно организовало схему ведения бизнеса таким образом, что в целях получения экономии им используются лица, предоставляющие формальный вычет по НДС и расходы для целей исчисления налога на прибыль, от имени которых оформляются документы в подтверждение произведенных расходов и вычетов по НДС, которые не осуществляют реальную хозяйственную деятельность (ООО «ТрансПромТорг»). О действиях ООО «Гравелон» по созданию условий, направленных исключительно на получение налоговой экономии по НДС и налогу на прибыль, посредством привлечения ООО «ТрансПромТорг», указывают следующие факты. Согласно справкам 2НДФЛ руководитель ООО «Гравелон» ФИО2 в проверяемом периоде получал доходы от следующих организаций: ООО «Гравелон», ООО «СтройПоставка - ДВ», ООО «НОТЕХ-2000» (с кодом дохода 2000 и 2010), также ФИО2 являлся учредителем ООО «НОТЕХ-2000». Руководителем ООО «НОТЕХ-2000» являлась ФИО14 - родная сестра ФИО15, который в период осуществления сделок с ООО «Гравелон» являлся руководителем и учредителем ООО «ТрансПромТорг». 

Согласно выводам налогового органа, содержащимся на странице 18, вышеизложенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют об осведомленности должностного лица ООО «Гравелон» - ФИО2 о том, что контрагент (ООО «ТрансПромТорг») является площадкой для формирования фиктивного документооборота, наделяющего контрагентов — покупателей правом на искусственное завышение вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль, что приводит к умышленному уменьшению суммы налога к уплате в бюджет.

Руководителем ООО «Гравелон» - ФИО2 преднамеренно (умышленно) совершены действия исключительно с целью получения налоговой экономии. Являясь руководителем и осведомленным о фактических исполнителях, а так же подписывая первичные документы, в том числе от имени ООО «ТрансПромТорг» (УПД№ 113/01 от 14.12.2016), заключая договоры со спорным контрагентом ООО «ТрансПромТорг», ФИО2 осознавал противоправный характер своих действий (бездействия), желал либо сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий (бездействия) в виде заключения мнимых сделок с ООО «ТрансПромТорг».

Решением о привлечении общества к налоговой ответственности, судебными актами по делам №А04-2806/2020 и №А04-4327/2020 установлено, что в обществе имелись все надлежащим образом оформленные документы, в том числе первичные, подтверждающие реальность сделок с ООО «ТрансПромТорг».

При этом, как следует из представленных пояснений и материалов дела, между ООО «Гравелон» и ООО «ТрансПромТорг» было заключено и совершено 647 сделок, из которых только 7 были признаны недействительными.

Суд первой инстанции также пришел к выводу о том, что у участника общества ФИО5 на момент заключения ничтожных сделок отсутствовала информация о том, что ООО «ТрансПромТорг» являлось «технической» организацией, подконтрольной ФИО2, поскольку тот факт, что ООО «Гравелон» через ООО «Нотех-2000» является взаимозависимым лицом по отношению к ООО «ТрансПромТорг», был установлен в рамках налоговой проверки и подтвержден Арбитражным судом Амурской области по делу А04-4327/2020. 

При этом ФИО16, который, как указано выше, являлся руководителем и учредителем ООО «ТрансПромТорг», согласно обвинительному заключению Следственного отдела по г.Благовещенску следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области от 17.03.2020 показал, что с деятельностью ООО «Транспромторг» он не знаком, но со слов ФИО2 ему известно, что названное общество занимается перевозкой щебня, гравия. ФИО16 сообщил, что ООО «Транспромторг» было номинально открыто на его данные и им возглавлено по инициативе ФИО2, который его заверил, что управлять данной организацией ему не придется, он только будет числиться руководителем и подписывать документы. Фактически все управление ООО «Транспромторг» велось там же, где был офис ООО «Гравелон», руководителем которого является ФИО2, всей деятельностью ООО «Транспромторг» со слов ФИО16 занимался ФИО2.

В отношении довода ФИО2 о том, что конечным выгодоприобретателем денежных средств ООО «Гравелон» являлось общество, где ФИО5 являлся учредителем, также подлежащий проверке согласно указаниям кассационного суда, апелляционная коллегия отмечает следующее.

Движение денежных средств по расчетному счету ООО «ТрансПромТорг» было исследовано в рамках дела №А04-4327/2020 при установлении мнимости сделок. Указанным судом установлено, что большинство средств было обналичено (страница 32 решения Арбитражного суда Амурской области от 01.06.2021 по делу №А04-4327/2020).

Также движение денежных средств проанализировано в Решении о привлечении общества к налоговой ответственности на стр. 12, 37, 39, 46-47, 64, 73-74. Денежные средства перечислялись на расчетные счета ООО «Даль Спец Строй», ООО «Лайн», ООО «СКС», ООО «Протон», ООО «Радуга», ООО «ТраснДальВосток», ООО «АДСК ДВ-Строй», ИП Лемеха М. В.

Согласно анализу расчетного счета ООО «ТрансПромТорг» за период с 08.11.2018 по 03.07.2019, представленному на странице 12 Решения о привлечении общества к налоговой ответственности, лишь 100 тыс. из 1 282 тыс. рублей было перечислено в адрес ООО «СтройПоставка - ДВ» (участником которого с долей 70 % уставного капитала, как указано выше, являлся ФИО12 - отец ФИО5 и ФИО3).

Между тем учитывая, что сумма убытков по недействительным сделкам, без учета штрафов и пеней по Решению о привлечении общества к налоговой ответственности составляет более 14 млн. рублей, перечисление на счет ООО «СтройПоставка - ДВ» 100 тыс. рублей не может свидетельствовать о том, что выгодоприобретателем денежных средств ООО «Гравелон» являлись члены семьи Б-вых.

Кроме того, необходимо отметить, что исполнительным директором ООО «СтройПоставка - ДВ» являлся ФИО2

Довод ФИО2 о том, что судом не учтены данные выписки ООО «ТрансПромТорг», которая, по мнению апеллянта, подтверждает устоявшиеся финансовые отношения между  указанным лицом и аффилированными компаниями ФИО5 опровергается содержанием обжалуемого решения, в абзаце третьем на странице 11 которого указано, что «сами по себе операции между третьими по отношению к ООО «Гравелон» лицами не могут служить прямыми или относимыми доказательствами, что ФИО5 знал или должен был знать о мнимости сделок, сумма которых взыскивается с ответчика по настоящему делу».

Апелляционный суд поддерживает приведенную позицию суда первой инстанции, поскольку предметом настоящего спора являются убытки по сделкам, признанным в судебном порядке мнимыми, но не взаимоотношения по сделкам ООО «ТрансПромТорг» с иными лицами, в том числе аффилированными с ФИО5, в отношении которых мнимость не доказана.

Довод ответчика о том, что ФИО5 было известно о ничтожных сделках с ООО «ТрансПромТорг» в силу того, что он представлял интересы ООО «Гравелон» при взыскании задолженности за поставленную продукцию с ФГУП «ГУ СДЛ при Спецстрое России» по делу №Л40-97705/2017, также получил оценку суда первой инстанции и был отклонен с указанием на отсутствие доказательств того, что в рамках данного дела исследовались обстоятельства заключения сделок с ООО «ТрансПромторг» (абзац седьмой страницы 8 обжалуемого решения). Апелляционный суд отмечает, что в рамках указанного дела ответчик признал задолженность, и спор велся исключительно в отношение неустойки (абзацы 1, 2 страницы 4 решения Арбитражного суда города Москвы от 09.10.2017 по делу А40-97705/17-47-966). Кроме того, документы, подтверждающие доставку товарно-материальных ценностей силами ООО «ТрансПромТорг», в материалы названного дела не представлялись.

Ответчик заявляет, что об осведомленности ФИО5 о спорных сделках свидетельствует тот факт, что в период их совершения он и члены его семьи являлись работниками ООО «Гравелон».

Между тем согласно сведениям из ПФР ФИО5 работал в ООО «Гравелон» с 26.10.2011 по 23.03.2015 (в должности юрисконсульта), ФИО9 - с 10.01.2012 по 10.02.2014, то есть до совершения ничтожных сделок.

ФИО3 работал в ООО «Гравелон» с 08.08.2016 по 30.09.2016 по договору подряда в должности дробильщика (оператор дробильной установки по производству щебня), и с 01.10.2017 по 30.09.2020 в должности заместителя генерального директора по производству. Указанные должности не предполагают доступ к бухгалтерской отчетности и банковским счетам предприятия.

Таким образом, из анализа трудовой деятельности перечисленных выше лиц можно установить, что никто из них в не мог знать о совершаемых единоличным исполнительным органом общества незаконных действиях в силу их трудовых обязанностей.

Проанализировав переписку посредством мессенджера «Wats App» между ФИО2 и ФИО4 в 2017 - 2018 году, суд первой инстанции пришел к выводу, что она свидетельствует о том, что в 2017 году ФИО4, являясь подчиненной ФИО2, представляла последнему информацию, связанную с планированием расходов общества, из переписки не прослеживается никаких обязательных для исполнения указаний, обсуждаются вопросы, связанные деятельностью общества, начиная с конца 2017 года. В августе 2018 года, осуществляя подготовку документов по запросу ФНС, сверяясь с реестром перевозок, ФИО4 установила, что в ряде товарных накладных не заполнены некоторые графы, а часть товарных накладных у общества отсутствует, о чем сообщила ФИО2 и запросила исправленные и недостающие товарные накладные.

Сама ФИО4 в представленных суду письменных пояснениях сообщила, что в момент проведения налоговой проверки от налогового органа приходили запросы с требованием предоставить копии или оригиналы документов, в связи с чем она проверяла правильность оформления товарно-транспортных накладных по сделке с ООО «ТрансПромТорг» по перевозке щебня на ФГУП «ГУСДА при Спецстрое России», она прикладывала фото правильно оформленных товарно-транспортных накладных из рекомендаций, чтобы минимизировать замечания налогового органа, обсуждала с генеральным директором, какие разделы необходимо дозаполнить, было много товарных накладных (более 840 штук), каких-то не имелось в наличии и их надо было восстановить, при этом сомнений в реальности сделок не было

Апелляционный суд соглашается с оценкой, данной судом первой инстанции переписке между ФИО2 и ФИО4, и приходит к выводу, что участие ФИО4 в конце 2018 года в проверке документов общества, выявление в них ряда недостатков, принятие мер по их устранению для целей предоставления налоговому органу не свидетельствует о том, что ФИО4 и, следовательно, ФИО5 или ФИО3, было известно о мнимости сделок. Таким образом, соответствующие доводы апелляционной жалобы апелляционным судом отклоняются. 

При этом следует отметить, что согласно Решению о привлечении общества к налоговой проверку помимо товарно-транспортных накладных взаимоотношения по ничтожным сделкам оформлялись иными первичными документами, что также свидетельствует в пользу вывода о том, что само по себе отсутствие и (или) недостатки оформления ряда товарно-транспортных накладных не могли определенно указать ФИО4 на ничтожность сделок с ООО «ТрансПромТорг».

Так, согласно установленным налоговым органам обстоятельствам, которые подтверждены материалами дела №А04-2806/2020, в ООО «Гравелон» имелись все документы, оформляющие отношения с ООО «ТрансПромТорг» (транспортные накладные, акты работы техники, УПД), которые были приняты к бухгалтерскому учету общества и не вызвали подозрений у главного бухгалтера.

Участник общества не имеет доступа к инструментам проверки сделки, которыми располагают налоговые органы (ознакомление с расчетным счетом контрагентов, получение сведений об имеющихся у контрагентов трудовых ресурсах и материально-технической базе, опрос работников контрагентов).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что  установление ФИО3 ничтожности указанных формальных документов и сделок по ним стало возможным только после получения акта налоговой проверки от 02.03.2019 года №12-3/5.

При этом материалами дела подтверждается, что ФИО2 в рамках дела №А04-4327/2020 настаивал на реальности заключенных сделок, заявлял о том, что предъявление искового требования является направленными действиями ФИО3 на уклонение от оплаты работ с ООО «ТрансПромТорг». 

Таким образом, ответчик до рассмотрения настоящего дела заявлял о реальности сделок и необходимости производить оплату ООО «ТрансПромТорг», что свидетельствует о том, что участники общества с учетом презумпции добросовестности в отсутствие сомнений в добросовестности генерального директора не знали о незаконности действий последнего. Помимо этого названное обстоятельство дополнительно свидетельствует в пользу вывода о наличии оснований для привлечения ФИО2 к ответственности в виде предъявленных к взысканию убытков.

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения, не опровергают выводы суда первой инстанции, ввиду чего признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 31.05.2023 по делу №А51-19732/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Е.Н. Шалаганова

Судьи

Е.А. Грызыхина

С.Б. Култышев