ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-9314/2023

г. Челябинск

04 августа 2023 года

Дело № А47-1078/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 августа 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 августа 2023 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бояршиновой Е.В., 

судей Арямова А.А.,  Скобелкина А.П.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Золотой лотус» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 12.05.2023 по делу № А47-1078/2023.

 

Компания Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК (New Balance Athletics, INC) (далее - истец) обратилась в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Золотой лотус» (далее - ответчик, ООО «Золотой лотус») о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки NN 92006, 356065, 92109,  1000194, 949045 в размере 200 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб., расходов на почтовые отправления в размере 324 руб., расходов на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в размере 1 350 руб. (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взысканы компенсация за нарушение исключительных прав на товарные знаки NN 92006, 356065, 92109, 1000194, 949045 в сумме 50 000 руб., расходы  на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в размере 1 350 руб.,  расходы на почтовые отправления в размере 324 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей.

ООО «Золотой лотус», не согласившись с решением суда первой инстанции, обратилось с апелляционной жалобой, просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что в материалах дела отсутствует надлежащая доверенность на представление интересов правообладателя. Считает, что решение является неисполнимым. Реализуемые товары не являются контрафактными, так как у ответчика имеются все необходимые документы на товар и сертификаты. Товарные знаки №№ 92006, 356065, 92109, 1000194, 949045 различны, отсутствуют доказательства наличия на товаре всех товарных знаков. Какая-либо экспертиза для установления тождества обозначений и товарных знаков истца не проводилась, необходимо сравнение с подлинным товаром. Фотографии и видеоматериалы не могут быть достоверными и подтверждающими нарушение ответчиком прав истца. Видеозапись велась скрыто неустановленным лицом. Размер компенсации не был снижен судом ниже пределов, установленных законодателем.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном Интернет-сайте. В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие сторон.

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, компания Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК (New Balance Athletics, INC) является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных в том числе в отношении товаров 18, 25 классов МКТУ - в т.ч. сумки спортивные, дорожные, хозяйственные, рюкзаки; одежда, в том числе спортивная и для отдыха, обувь, включая спортивную, головные уборы (далее - «товарные знаки»):

- зарегистрированный в Роспатенте под N 92006 ;

- зарегистрированный в Роспатенте под № 92109 ;

- зарегистрированный в Роспатенте под N 356065 ;

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 1000194 ;

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 949045 .

20.11.2022 в торговой точке «Хоум Лэнд», расположенной по адресу: 

<

...> истцом осуществлена проверочная закупка товара (кроссовки) у ООО «Золотой лотус» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), незаконно индивидуализированного товарными знаками истца, что подтверждается кассовым чеком от 20.11.2022, время покупки 16:58 часов, процесс осмотра торговой точки и закупки товара зафиксирован посредством ведения видеозаписи. 

Предложением к продаже и реализацией товара ответчик нарушил исключительные права истца на товарные знаки N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045, N 356065.

В рамках досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлена претензия от 07.12.2022 с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, ответчик не предоставил ответ на претензию, компенсацию за нарушение исключительных прав истца не выплатил.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности истцом факта нарушения его исключительных прав, однако определил размер компенсаций за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045, N 356065 в минимальном размере по 10 000 рублей за 5 нарушений, всего 50 000 рублей.

Исследовав и оценив повторно в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает выводы суда первой инстанции правильными, вместе с тем, в части распределения судебных расходов нарушены нормы материального и процессуального права.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее – ГК РФ) на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 ГК РФ установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Статьей 1479 ГК РФ установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Кодекса.

Пунктом 2 названной статьи 1484 ГК РФ предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Материалами дела подтверждается факт наличия у истца исключительных прав на товарные знаки N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045, № 356065.

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно статье 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление N 10), согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В соответствии с пунктом 43 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (утверждены приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482; далее - Правила) изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

1) внешняя форма;

2) наличие или отсутствие симметрии;

3) смысловое значение;

4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное);

5) сочетание цветов и тонов.

Вопреки доводам ответчика, специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется, следовательно, экспертиза по таким вопросам не проводится.

Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров.

Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров. При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака.

При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

На спорном товаре размещены товарные знаки, принадлежащие истцу, так, на задней части кроссовка вдоль подошвы имеется словесное обозначение «new balance», сходное до степени смешения с товарным знаком № 92006, при этом написание на товаре данного обозначение строчными буквами, в то время как в товарном знаке обозначение приведено прописными, не отменяет факта возникновения у рядового потребителя смешения обозначения с товарным знаком истца, учитывая, что товары являются однородными.

Обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками N 92109, N 1000194, N 949045,  размещены на «язычке» товара, а также на стельке под пяткой, обозначения N 1000194, N 949045, размещены в области «пятки» товара на черном фоне выбитым шрифтом.

Степень известности и узнаваемости товара также указывает на возникновение вероятности смешения обозначений, использованных ответчиком, и товарных знаков истца.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Иными словами, сходными признаются обозначения, производящие в целом сходное впечатление, несмотря на некоторые отличия составляющих их элементов.

Спорные обозначения, размещенные на товаре, предлагаемого ответчиком к розничной продаже, несмотря на незначительные отличия, ассоциируются у рядового потребителя с товарными знаками истца.

Доводы ответчика о необходимости сравнения товара истца с товарами, приобретенными у ответчика (вещественным доказательством) судом не принимаются, поскольку предметом сопоставления является спорный товар с нанесенными на нем обозначениями и товарные знаки истца.

Доводы ответчика о правомерности использования объектов исключительных прав истца при реализации продукции ввиду наличия сертификатов соответствия  на товар не подтверждены документально.

Согласно части 2 статьи 25 Федерального закона от 27.12.2002 N 184-ФЗ «О техническом регулировании» сертификат соответствия подтверждает соответствие продукции требованиям технических регламентов. Данный сертификат не подтверждает лицензионный характер продукции, в сертификате отсутствуют сведения о том, что продукция была произведена и ввезена в страну с согласия правообладателя.

Доказательства того, что использование спорных товарных знаков осуществлялось ответчиком при продаже товаров с разрешения истца в деле отсутствуют, как и доказательства правомерности спорного использования ответчиком товарных знаков истца по иным основаниям (исчерпание прав, свободное использование).

Доводы ответчика о приобретении спорного товара у третьих лиц как обоснование правомерности использования товарных знаков истца не принимаются.

Так, в подпункте 3 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ предписано, что требование о возмещении убытков может быть предъявлено к лицу (в том числе, изготовитель или лицо, реализующие данную продукцию), неправомерно использовавшему результаты интеллектуальной деятельности без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Действия лица по распространению контрафактных товаров образуют самостоятельное нарушение исключительных прав, при этом сам по себе факт приобретения товара у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

В соответствии со статьей 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

В материалы дела представлен кассовый чек от 20.11.2022, в соответствии с которым истцом приобретен товар «обувь» стоимостью 1350 руб., где  указано место продажи – 

<

...> ИНН ответчика 

<

***>.

Отсутствие в чеке наименования товара не может свидетельствовать об отсутствии акта реализации контрафактного товара, поскольку относится к настройкам контрольно-кассовой техника и не может быть переложено на покупателя.

Судом апелляционной инстанции при исследовании видеозаписи розничной продажи ответчиком спорного товара 20.11.2022 по адресу 

<

...> установлено следующее,  с 00.50 мин. по 20.54 мин. покупателем осуществляется выбор товара, с 20.55 мин. по 21.41 мин. покупателем взят  товар, представленный в материалы настоящего дела в качестве вещественного доказательства, с 22.30 мин. по 23.50 мин. покупателем осуществляется оплата и получение товара, с 25.00 мин по 25.37 мин. покупателем открыт пакет и продемонстрирован товар с чеком, тождественным представленному в материалы дела. 

При таких обстоятельствах, истцом доказано нарушение ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки N 92006, N 92109, N 356065, N 1000194, N 949045, в результате 20.11.2022 по адресу г. Оренбург, ул. Гагарина 13А, розничной продажи ответчиком контрафактного товара, имеющего обозначения, сходные до степени смешения с указанными товарными знаками истца.

Вопреки позиции ответчика, ведение видеозаписи (в том числе скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права.

Использование средств индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ установлено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. 

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ, размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных ГК РФ, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Компенсация была определена истцом в размере 200 000 рублей за незаконное использование каждого из 5-х спорных товарных знаках (40 000 руб. * 5 нарушений). 

Судом первой инстанции размер компенсации определён в размере 50 000 руб. (по 10 000 рублей за нарушения исключительных прав истца за каждый товарный знак).

Ответчик указывает на необходимость снижения размера компенсации ниже низшего предела с учетом поданного в суд первой инстанции ходатайства.

Суд первой инстанции, сославшись на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, принял во внимание,  что одним действием ответчика нарушены права истца на 5 результатов интеллектуальной деятельности, принял во внимание степень вины нарушителя, отсутствие доказательств причинения каких-либо крупных (реальных) убытков правообладателю, а также то, что ответчиком реализован контрафактный товар стоимостью 1 275 руб. и нарушение не носило грубый характер,  указал на  возможность снижения компенсации за нарушение исключительных прав до размера 40 000 руб., (по 10000 руб. за каждое нарушение исключительных прав на 5 товарных знаков истца).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях от 13.12.2016 N 28-П, от 13.02.2018 N 8-П, от 24.07.2020 N 40-П отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность совершенному правонарушению, а также соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

правонарушение совершено впервые;

использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер.

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Таким образом, применение судом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлениях от 13.12.2016 N 28-П, является основанием к снижению размера компенсации ниже установленного минимального размера, то есть ниже 10 000 руб. с возможностью снижения также ниже 5 000 рублей.

В настоящем случае, ответчик таких доказательств не представил, оснований для снижения размера компенсации ниже низшего предела не установлены.

В соответствии с абзацем 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, руководствуясь абзацем 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ по своей инициативе, для этого необходимо заявление стороны с представлением доказательств в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о необходимости применения судом данной меры.

В данном случае ответчиком  не представлено доказательства наличия возможности применения указанной нормы с учетом характера и последствий нарушения, учитывая, что  из видеозаписи розничной продажи спорного товара в магазине ответчика усматривается, что  представлено большое количество  товаров с изображениями, сходными до степени смешения с товарными знаками истца, разрешение на использование которых он ответчику не предоставлял.

Следовательно, основания для снижения размера компенсации за допущенные нарушения исключительных прав истца на 5 спорных товарных знаков ниже низшего предела по вышеприведенным основаниям отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь принципами разумности, справедливости и соразмерности меры ответственности допущенному ответчиком нарушению исключительных прав истца на товарные знаки N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045, N 356065, учитывая вину нарушителя (неосторожность), отсутствие доказательств наступления для истца каких-либо негативных последствий незаконного использования ответчиком спорных товарных знаков истца  и вероятных убытков (в том числе упущенной выгоды), а также доказательств негативного влияния хозяйственной деятельности ответчика на деловую репутацию истца, приходит к выводу об определении размера компенсации по 10 000 рублей за нарушение исключительных прав истца на каждый товарный знак N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045, N 356065,  всего 50 000 рублей.

Относительно довода ответчика об отсутствии у истца (его представителя) полномочий на подачу искового заявления суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В материалы дела истцом в отношении иностранной организации представлено свидетельство о регистрации иностранной компании, где указан регистрационный номер организации (3295944), дата регистрации 29/9/2000, текущий статус – надлежащий статус, перевод свидетельства выполнен переводчиком ФИО2, подлинность подписи переводчика засвидетельствована нотариусом.

В материалы дела также представлена доверенность от компании «Нью Бэлэнс Атлетикс,ИНК», составленная 21.09.2021, где «Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК» уполномочивает АО «МФК «Джамилько» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), учрежденное в соответствии с законодательством Российской Федерации, представлять доверителя в арбитражных судах Российской Федерации и осуществлять все процессуальные права, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, в частности, подписывать и подавать исковые заявления, срок действия доверенности – 2 года с даты выдачи, доверенность подписана в присутствии свидетеля ФИО3, старшим юристом компании «Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК», приложено нотариальное заверение, о том, что ФИО3 подтвердила, что, предоставив достаточные доказательства идентификации личности, она является лицом, чьим именем подписан прилагаемый документ и которое поклялось или подтвердило, что содержание документа является верным и точным насколько ей известно, доверенность апостилирована.

Согласно пункту 2 статьи 1202 ГК РФ на основе личного закона юридического лица определяются, в частности: статус организации в качестве юридического лица; организационно-правовая форма юридического лица; требования к наименованию юридического лица; вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства; содержание правоспособности юридического лица; порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей; внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками; способность юридического лица отвечать по своим обязательствам; вопросы ответственности учредителей (участников) юридического лица по его обязательствам.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 N 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее - Постановление N 23), арбитражный суд принимает меры к установлению юридического статуса участвующих в деле иностранных лиц и их права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 254 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 20 Постановления N 23, при проверке полномочий представителей иностранных лиц в арбитражном процессе судам надлежит учитывать, что лица, имеющие полномочия действовать от имени юридического лица без доверенности, а также полномочия на подписание доверенности от имени юридического лица, определяются по личному закону иностранного юридического лица (подпункт 6 пункта 2 статьи 1202 ГК РФ).

Таким образом, на основании личного закона суд устанавливает информацию о существовании конкретного юридического лица в соответствующей юрисдикции, его организационно-правовой форме, его правоспособности, в том числе вопрос о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей.

Такая информация устанавливается судом на основании официальных документов, исходящих от государственных властей государства национальности юридического лица.

С учетом того, что к полномочиям представителя иностранного лица для ведения дела в государственном суде в силу пункта 4 статьи 1217.1 ГК РФ применяется право страны, где проводится судебное разбирательство, объем полномочий представителя на ведение дела в арбитражном суде Российской Федерации, исходя из подпункта 1 пункта 5 статьи 1217.1 ГК РФ, определяется на основании статьи 62 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Форма доверенности на участие представителя иностранного лица в арбитражном суде Российской Федерации подчиняется праву страны, применимому к самой доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ), то есть праву Российской Федерации (пункт 4 статьи 1217.1 ГК РФ), доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если не нарушены требования права страны выдачи доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ) и требования статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Право подачи настоящего иска подтверждено представленными в материалы дела доказательствами: свидетельством о правовом статусе юридического лица New Balance Athletics, INC, в соответствии с которым организация имеет статус действующей, полномочия представителя подтверждены доверенностями.

Так, в соответствии с доверенностью от 12.09.2022 №  НБ-ЧЕР-220912 АО «МФК ДжамильКо» в порядке передоверия уполномочивает ФИО4 представлять интересы Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК, в том числе, в арбитражных судах Российской Федерации и осуществлять все процессуальные права, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, в частности, подписывать и подавать исковые заявления.

Суд не находит оснований для принятия доводов о различном написании АО «МФК ДжамильКо», поскольку как в доверенности, выданной правообладателем, так и в доверенности, выданной в порядке передоверия, верно указаны ИНН общества – 

<

***>.

Таким образом, вопреки доводам ответчика, юридический статус истца на момент обращения с иском в суд и полномочия представителя истца документально подтверждены в установленном законом порядке.

Доводы ответчика о наличии в действиях истца признаков злоупотребления также не принимаются.

Пунктом 3 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Доводов, очевидно свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны истца, ответчиком не приведено, в то время как само по себе обращение за защитой исключительного права не является злоупотреблением права.

Аргументы ответчика о том, что истцу надлежит отказать в защите прав на товарные знаки, поскольку он зарегистрирован и ведет свою деятельность на территории Соединенных Штатов Америки - страны, которая признана недружественной по отношению к Российской Федерации, подлежат отклонению, поскольку указанное обстоятельство не может нивелировать установленное судами нарушение прав истца действиями ответчика и являться основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав правообладателя, предусмотренной гражданским законодательством Российской Федерации.

Относительно доводов ответчика о перечислении денежных средств иностранным юридическим лицам суд отмечает следующее.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 27.05.2022 N 322 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями» в целях исполнения обязательств перед правообладателями должник, уплачивает вознаграждение, платежи, связанные с осуществлением и защитой исключительных прав, принадлежащих правообладателю, и другие платежи, путем перечисления средств на специальный рублевый счет типа «О», открытый должником в уполномоченном банке на имя правообладателя и предназначенный для проведения расчетов по обязательствам.

С учетом приведенных нормативных положений специальный счет типа «О» должен открываться не правообладателем, а должником.

Доводы ответчика об отсутствии видеозаписи не принимаются судом, поскольку видеозапись поступила в суд первой инстанции 27.02.2023 (т.1, л.д. 54), представитель ответчика был ознакомлен с материалами дела 03.04.2023 (т.1, л.д.62).

Между тем, судом первой инстанции неправильно определен размер государственной пошлины по иску и распределены судебные расходы. 

Представителем истца по доверенности за рассмотрение иска платежным поручением от 23.01.2023 № 17 а уплачена государственная пошлина в размере 2 000 руб. (л.д. 9), кроме того, истец просит отнести на ответчика расходы в сумме 1350 руб. на приобретение контрафактного товара, почтовые расходы по направлению претензии и искового заявления в сумме 324 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. 

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

 В силу статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу арбитражным судом разрешаются вопросы распределения судебных расходов.

Как указывается в постановлении Конституционного Суда РФ от 28.10.2021 № 46-П, согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года № 28-П и от 24 июля 2020 года № 40-П при принятии судом решения о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, определенной истцом (правообладателем) в минимальном размере, установленном законом, - как по основаниям его принятия, так и по вызываемым юридическим последствиям - не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований, обусловленным отсутствием (недоказанностью) надлежащих оснований для их признания судом полностью обоснованными.

В настоящем деле истец просил взыскать с ответчика компенсацию за пять нарушений в размере 200 000 рублей, то есть превышающую ее минимальный размер (больше 10 000 руб. за одно нарушение), судом  размер компенсации определен, а не снижен ниже пределов, установленных ГК РФ, в минимальном размере по 10 000 рублей за одно нарушение, всего 50 000 рублей, следовательно, судебные расходы, подлежащие отнесению на ответчика, подлежат определению пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Согласно подп. 1 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при цене иска 200 000 руб. (с учетом принятого решением суда первой инстанции уточнения) размер государственной пошлины составляет 7 000 рублей.

Соответственно, с учетом частичного удовлетворения судом первой инстанции исковых требований в размере 50 000 рублей (25%) с ответчика в пользу истца надлежит взыскать судебные расходы истца по уплате в федеральный бюджет государственной пошлины по иску в размере 1 750 рублей, издержки на приобретение спорного товара - 337,50 руб., почтовые расходы - 81 руб. 

Поскольку истец при подаче иска уплатил в федеральный бюджет государственную пошлину в размере 2 000 рублей, то с истца надлежит довзыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 5 000 рублей.

Поскольку иные доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с судебным актом, однако не влияют на его обоснованность и законность и не опровергают выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Поскольку доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с судебным актом, однако не влияют на его обоснованность и законность и не опровергают выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит изменению на основании пункта 4 части 1, части 3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 12.05.2023 по делу № А47-1078/2023 изменить, изложив абзац второй резолютивной части решения в следующей редакции,  дополнив абзацем следующего содержания:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Золотой лотус» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК (New Balance Athletics, INC) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 92006, 356065, 92109, 1000194, 949045 в размере 50 000 руб., расходы на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в размере 337,50 руб., расходы на почтовые отправления в размере 81 руб., расходы по уплате в федеральный бюджет государственной пошлины по исковому заявлению в размере 1 750 рублей.

Взыскать с Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК (New Balance Athletics, INC) в доход федерального бюджета государственную пошлину по исковому заявлению в размере 5 000 рублей.».

В остальной части решение Арбитражного суда Оренбургской области от 12.05.2023 по делу № А47-1078/2023 оставить без изменения.

Взыскать с Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК (New Balance Athletics, INC) в пользу  общества с ограниченной ответственностью «Золотой лотус» судебные расходы по уплате в федеральный бюджет государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 3 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                           Е.В. Бояршинова

 

Судьи                                                                         А.А. Арямов   

 

                                                                                   А.П. Скобелкин