ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-22703/2016

город Ростов-на-Дону

25 ноября 2020 года

15АП-3863/2020

15АП-3866/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 24 ноября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 25 ноября 2020 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмалян Г.А.

судей Деминой Я.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии:

от ФИО2: представитель по доверенности от 17.11.2020, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2020 по делу № А32-22703/2016 по заявлению финансового управляющего ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО4,

ответчик: ФИО2,

третье лицо: ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – должник) в Арбитражный суда Краснодарского края обратился финансовый управляющий должника Запорожец А.М. (далее – финансовый управляющий) с заявлением о признании недействительным заключенного между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015 по отчуждению магазина, литер Г, этажность 1, площадь 54,9 кв.м., инвентарный номер 9895, назначение: нежилое здание, кадастровый номер: 23:14:0501002:3092, расположенного по адресу: Краснодарский край, Крыловский район,                      ст. Октябрьская, ул. Красногвардейская, д. 52, а также о применении последствий недействительности данной сделки в виде возврата в конкурсную массу должника магазина, литер Г, этажность 1, площадь 54,9 кв.м., инвентарный номер 9895, назначение: нежилое здание, кадастровый номер: 23:14:0501002:3092, расположенного по адресу: Краснодарский край, Крыловский район, ст.Октябрьская, ул. Красногвардейская, д. 52.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2020 заявление финансового управляющего удовлетворено, договор купли-продажи недвижимого имущества, заключенный между должником и ФИО2, признан недействительным, применены последствия недействительности.

Не согласившись с принятым судебным актом, должник и ФИО2 обжаловали определение суда первой инстанции от 06.02.2020 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просили обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт.

Апелляционная жалоба должника мотивирована тем, что суд первой инстанции допустил нарушение норм материального и процессуального права, не оценены доводы подателей жалобы. Должник полагает, что в ходе рассмотрения дела не доказаны факты злоупотребления правом сторонами сделки и мнимость оспариваемого договора. Должник настаивает на том, что данная сделка имела целесообразность по причине проблем со здоровьем. Кроме того, переданное по договору имущество использовалось ФИО2, что, по мнению должника, доказывает отсутствие мнимости сделки. Суд не обосновал, что кадастровая стоимость спорного помещения соответствует его рыночной стоимости. Суд, применяя последствия в виде возврата помещения в конкурсную массу, не учел, что оно было продано иному лицу, о чем суду было известно из представленных в материалы дела документов.

Апелляционная жалоба ответчика мотивирована тем, что оспариваемая сделка не являлась мнимой. Здание находилось в аварийном состоянии, ответчиком был произведен ремонт за собственные денежные средства. В дальнейшем имущество было продано ФИО6 за 350 000 руб. Договор купли-продажи был зарегистрирован в Росреестре. Более того, управляющим пропущен срок исковой давности для оспаривания сделки.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. При этом финансовый управляющий не указал свою позицию по доводам жалоб о неверном применении судом последствий признании сделки недействительной.

Определением председателя судебного состава Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2020, в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с болезнью судьи Стрекачева А.Н., произведена замена в составе суда на судью Демину Я.А., в связи с чем, рассмотрение дела производится с самого начала.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал правовую позицию по спору по доводам, отраженным в апелляционной жалобе. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя ответчика, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что определение суда первой инстанции надлежит изменить по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в Арбитражный суд Краснодарского края обратилось ПАО "Сбербанк России" с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ИП ФИО4 (далее - должник).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.02.2017 по делу № А32-22703/2016 требования ПАО "Сбербанк России" признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. 

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.11.2017 по делу №А32-22703/2016 ИП ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.02.2019 по делу № А32-22703/2016 финансовым управляющим должника утвержден ФИО5, член СРО ААУ "Евросиб".

Финансовый управляющий должника Запорожец А.М. обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительной сделкой заключенного между ФИО4 и ФИО2 договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015.

При принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции руководствовался следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения связанные с банкротством граждан, урегулированы главой X "Банкротство граждан", а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пунктов 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенным с 01.10.2015.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве. 

Согласно открытым данным Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО4 с 01.09.2004 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, в связи с чем, сделки должника могут оспорены как по специальным нормам Закона о банкротстве, так и по общим нормам гражданского законодательства, запрещающим осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63) следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1.) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2. и 61.3. и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Пунктом 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в ред. от 30.07.2013) разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или ст. 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. 

Из материалов данного дела следует, что первая процедура банкротства в отношении ИП Кургиняна А.М. - процедура реструктуризации долгов гражданина - введена 13.02.2017, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7, член НП "Саморегулируемая организация арбитражных управляющих "Евросиб".

Должник признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества решением от 10.11.2017 (резолютивная часть объявлена 07.11.2017), финансовым управляющим должника утверждена ФИО8, член НП "Саморегулируемая организация арбитражных управляющих "Евросиб".

Как указано выше, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.02.2019 по делу № А32-22703/2016 финансовым управляющим должника утвержден ФИО5, член член НП "Саморегулируемая организация арбитражных управляющих "Евросиб".

Заявление о признании спорной сделки недействительной поступило в арбитражный суд 29.03.2019, то есть по истечении годичного срока с даты введения в отношении должника первой процедуры банкротства. 

В силу части 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих. Следовательно, смена арбитражного управляющего в деле о банкротстве не имеет правового значения, в том числе, и для определения момента начала исчисления срока исковой давности.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что годичный срок исковой давности на оспаривание договора купли-продажи от 17.04.2015 по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявителем пропущен.

Вместе с тем, в соответствии со статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 21.07.2005 № 109-ФЗ "О внесении изменений в статью 181 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации") срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение оспариваемой сделки.

Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Федеральный закон № 100-ФЗ) была введена новая редакция пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Кодекса) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. 

Переходными положениями (пункт 9 статьи 3 Федерального закона № 100-ФЗ) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013. 

Спорная сделка совершена 17.04.2015. Трехлетний срок исковой давности, исчисляемый по правилам, предусмотренным ранее действовавшим законодательством на момент вступления в силу Федерального закона № 100-ФЗ (01.09.2013) не истек, соответственно, в настоящем случае следует применять порядок исчисления срока исковой давности, установленный в новой редакции статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 "О внесении дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление № 60) пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" дополнен новым предложением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства. 

Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 издано после официального опубликования Федерального закона № 100-ФЗ и разъясняет правила исчисления сроков исковой давности с учетом новой редакции пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, измененной Федеральным законом № 100-ФЗ. 

Как указано выше, резолютивная часть решения о признании ИП Кургиняна А.М. банкротом и введении процедуры реализации имущества должника гражданина объявлена 07.11.2017. Следовательно, по состоянию на 29.03.2019 (дата обращения финансового управляющего в суд с заявлением об оспаривании сделки посредством системы "Мой Арбитр") трехлетний срок исковой давности не истек. 

На основании изложенного, судом первой инстанции отклонен как необоснованный довод должника о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности на оспаривание договора купли-продажи от 17.04.2015 по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.07.2019 № 307-ЭС19-10086, в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 24.04.2019 по делу                         № А05-11973/2016, в постановлении Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2019 по делу № А05-11973/2016, в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.07.2019 по делу                     № А61-5305/2018, в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 17.01.2018 по делу № А39-5679/2015, в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 08.08.2019 по делу № А10-78/2017, в постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 09.10.2019            № Ф03-4317/2019, в постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 27.08.2019 № Ф03-3514/2019, в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 12.08.2019 по делу № А70-9913/2016, в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 25.04.2019 по делу № А40-107914/2017, в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 31.07.2019 № Ф09-3024/19. 

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" также содержатся разъяснения о том, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). 

По смыслу приведенных положений законодательства и разъяснений, квалификация сделки как совершенной со злоупотреблением правом возможна в случае представления лицом, заявившим соответствующие требования, доказательств направленности недобросовестных действий участников гражданских правоотношений с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, причинить вред другому лицу. 

Согласно пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью следует понимать прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Как следует из материалов дела, а также из заявления финансового управляющего, 17.04.2015 между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с условиями которого   ФИО4 произвел отчуждение в пользу Кургиняна М.А. ранее принадлежавшего должнику объекта недвижимости - магазина, литер Г, этажность 1, площадь 54,9 кв.м., инвентарный номер 9895, назначение: нежилое здание, кадастровый номер: 23:14:0501002:3092, расположенного по адресу: Краснодарский край, Крыловский район, ст. Октябрьская, ул. Красногвардейская, д. 52. 

В соответствии с пунктом 3 договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015, по соглашению сторон цена продажи вышеуказанного недвижимого имущества составила 100 000 руб. Расчет между сторонами произведен до подписания договора. 

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" (в ред. от 28.11.2018) под кадастровой стоимостью понимается стоимость, установленная в результате проведения государственной кадастровой оценки или в результате рассмотрения споров о результатах определения кадастровой стоимости либо определенная в случаях, предусмотренных статьей 24.19 названного Федерального закона.

В материалы дела финансовым управляющим представлена выписка из Единого государственного реестра недвижимости от 11.03.2019 №99/2019/249637227 из содержания которой следует, что по состоянию на март 2019 года кадастровая стоимость магазина, литер Г, этажность 1, площадь 54,9 кв.м., инвентарный номер 9895, назначение: нежилое здание, кадастровый номер: 23:14:0501002:3092, расположенного по адресу: Краснодарский край, Крыловский район, ст. Октябрьская, ул. Красногвардейская, д. 52 составила 1 852 069,62 руб., что более чем в 18 раз превышает стоимость отчуждения спорного недвижимого имущества по договору купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при заключении между Кургиняном А.М. и Кургиняном М.А. (сын должника) спорного договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015 стоимость магазина была очевидно занижена сторонами по сравнению с кадастровой стоимостью соответствующего объекта недвижимости более чем в 18 раз, о чем не могли не знать обе стороны сделки, учитывая открытый характер сведений о кадастровой стоимости спорного объекта недвижимости.

Каких-либо доказательств необъективности представленных финансовым управляющим должника сведений о кадастровой стоимости спорного объекта недвижимости, доказательств несоответствия кадастровой стоимости спорного объекта его реальной рыночной стоимости, а равно доказательств наличия в действиях должника по отчуждению спорного недвижимого имущества по заведомо заниженной стоимости разумного экономического мотива, суду ни должником, ни стороной оспариваемой сделки не представлено. 

В обоснование довода о наличии признаков злоупотребления правом со стороны Кургиняна А.М. и Кургиняна М.А. по отношению к основному конкурсному кредитору должника ПАО "Сбербанк России" при совершении оспариваемой сделки - договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015 финансовый управляющий также указал на то, что данная сделка являлась лишь одной из ряда сделок, направленных на отчуждение должником ранее принадлежавших ему ликвидных активов и совершенных должником при наличии у него признаков неплатежеспособности в пользу заинтересованного по отношению к нему лица ФИО2 (сына должника), в преддверии возбуждения в отношении должника дела о банкротстве. Данные сделки также являлись предметом оспаривания со стороны финансового управляющего в рамках дела о банкротстве Кургиняна А.М. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, должником был совершен ряд сделок, направленных на отчуждение ранее принадлежавшего ему имущества своему сыну в условиях наличия у должника признаков неплатежеспособности. 

17 апреля 2015 года между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи в соответствии с условиями которого ФИО4 произвел отчуждение Кургиняну М.А. магазина, литер Г, этажность 1, площадь 54,9 кв.м., инвентарный номер 9895, назначение: нежилое здание, кадастровый номер: 23:14:0501002:3092, расположенный по адресу: Краснодарский край, Крыловский район, ст. Октябрьская, ул. Красногвардейская, д. 52 по цене 100 000 руб. (кадастровая стоимость магазина по данным ЕГРН 1 852 069,62 руб.). Сделка, оспариваемая в рамках настоящего обособленного спора.

17 апреля 2015 года между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) также был заключен договор купли-продажи, в соответствии с условиями которого ФИО4 произвел отчуждение Кургиняну М.А. ¾ доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, площадью 2 196 кв.м., кадастровый номер 23:14:0501003:2411, категория земель: земли населённых пунктов, вид разрешенного использования: для ведения личного подсобного хозяйства, расположенный по адресу: Краснодарский край, р-н Крыловский, ст. Октябрьская, ул. Садовая, 107 и ¾ доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, площадью 357,1 кв.м., кадастровый номер 23:14:0501003:3985, расположенный по адресу: Краснодарский край, р-н Крыловский, ст. Октябрьская, ул. Садовая, 107 по цене 400 000 рублей (кадастровая стоимость дома по данным ЕГРН 4 182 284,46 руб., земельного участка 477 168,84 руб.).

14 мая 2015 года ПАО "Сбербанк России" обратилось в Крыловский районный суд с исковыми заявлениями по делам № 2-283/2015, № 2-281/2015,      № 2-282/2015 о солидарном взыскании с Кургиняна А.М. просроченной задолженности в общей сумме 10 968 680,38 руб., возникшей по ранее заключенным между банком и должником договорам кредита. 

Из содержания вышеперечисленных решений суда следует, что просрочка исполнения кредитных обязательств возникла у Кургиняна А.М. в первом квартале 2015 года, то есть у должника уже имелись признаки неплатежеспособности по состоянию на дату совершения первых в цепочке сделок по отчуждению имущества в пользу своего сына Кургиняна М.А. 

26 февраля 2016 года в ПАО "Сбербанк России" обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ИП ФИО4 несостоятельным банкротом на основании решений Крыловского районного суда Краснодарского края от 25.09.2015 по делам № 2-283/2015,            № 2-281/2015, № 2-282/2015. 

04 марта 2016 года определением Арбитражного суда Краснодарского края возбуждено производство по делу № А32-6223/2016 по заявлению ПАО "Сбербанк России" о признании ИП ФИО4 несостоятельным банкротом. 

31 марта 2016 года между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи, в соответствии с условиями которого ФИО4 произвел отчуждение Кургиняну М.А. автотранспортного средства OPEL VECTRA, 2007 года выпуска, VIN: 

<

***>, государственный регистрационный знак С033ЕХ 123 по цене 70 000 рублей. 

31 марта 2016 года между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи в соответствии с условиями которого ФИО4 произвел отчуждение Кургиняну М.А. автотранспортного средства AUDI Q7, 2007 года выпуска, VIN: 

<

***>, государственный регистрационный знак 

<

***> по цене 90 000 рублей. 

06 апреля 2016 года между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи в соответствии с условиями которого ФИО4 произвел отчуждение Кургиняну М.А. магазина, назначение: нежилое здание, площадью 77,6 кв.м., количество этажей: 1, кадастровый номер: 23:14:0501003:5115, расположенный по адресу: Краснодарский край, Крыловский район, ст. Октябрьская, пер. Зеленый, д. 4 по цене 120 000 руб. (кадастровая стоимость здания по данным ЕГРН 1 020 386.46 руб.). 

06 апреля 2016 года между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель)  заключен договор купли-продажи в соответствии с условиями которого ФИО4 произвел отчуждение Кургиняну М.А. здания, назначение: нежилое здание, площадью 104,8 кв.м., количество этажей: 1, кадастровый номер: 23:14:0501003:3758, расположенного по адресу: Краснодарский край, Крыловский район, ст. Октябрьская, пер. Зеленый, д. 2 по цене 150 000 руб. (кадастровая стоимость здания по данным ЕГРН 1 669 427,84 руб.). 

27 апреля 2016 года между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи в соответствии с условиями которого ФИО4 произвел отчуждение Кургиняну М.А. земельного участка площадью 2040 кв.м. кадастровый номер 23:14:0501002:3496, категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: размещение и эксплуатация здания колбасного цеха, расположенного по адресу: Краснодарский край, р-н Крыловский, с/о Крыловский, ст-ца Крыловская, ул. Западная, 15а, и здания нежилого (колбасный цех), литер В,В1, этажность 1, инвентарный номер 6722, площадью 420,2 кв.м., кадастровый номер: 23:14:0501002:8065, назначение: нежилое здание, расположенного по адресу: Краснодарский край, Крыловский район, ст-ца Крыловская, ул. Западная, дом №15а по цене 950 000 руб. (кадастровая стоимость здания по данным ЕГРН 7 687 979,20 руб., земельного участка 1 087 422 руб.). 

17 мая 2016 года определением Арбитражного суда Краснодарского края от по делу № А32-6223/2016 заявление ПАО "Сбербанк России" в лице Краснодарского отделения № 8619 о признании несостоятельным (банкротом) ИП ФИО4 оставлено без рассмотрения, при этом в данном судебном акте указано, что на стадии рассмотрения обоснованности требований банка определениями Крыловского районного суда от 21.12.2015 (отметка суда о вступлении в законную силу 12.01.2016) по делам № 2-282/2015, № 2-283/2015 ИП Кургиняну А.М. предоставлены отсрочки исполнения решений Крыловского районного суда по делам № 2-282/2015, № 2- 283/2015 от 25.09.2015, сроком до 21.06.2016. 

01 июля 2016 года ПАО "Сбербанк России" повторно обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ИП ФИО4 несостоятельным (банкротом) в связи с неисполнением должником своих обязательств перед данным конкурсным кредитором в срок до 21.06.2016 в соответствии с определениями Крыловского районного суда Краснодарского края по делам № 2-281/2015, № 2-282/2015, № 2-283/2015. 

04 июля 2016 года определением Арбитражного суда Краснодарского края возбуждено производство по делу № А32-22703/2016. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

Как следует из материалов дела, оспариваемый финансовым управляющим договор купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015 заключен должником со своим сыном - ФИО4, то есть с заинтересованным по отношению к нему лицом. 

Вышеописанная последовательность действий должника, как правомерно указано судом первой инстанции, позволяет сделать вывод о том, что, заявляя ходатайства об отсрочке исполнения решений Крыловского районного суда Краснодарского края по делам № 2-283/2015, № 2-281/2015, № 2-282/2015 о солидарном взыскании с Кургиняна А.М. и иных лиц в пользу ПАО "Сбербанк России" просроченной задолженности в общей сумме 10 968 680,38 руб., должник изначально не имел реального намерения и экономически обоснованного плана по погашению возникшей перед ПАО "Сбербанк России" задолженности в общей сумме 10 968 680,38 руб., а также финансовой возможности погасить указанную задолженность в срок до 21.06.2016 (срок предоставленной судом отсрочки). Все имущество отчуждалось должником со значительным занижением его стоимости в пользу заинтересованного по отношению к нему лица - сына Кургиняна М.А., размер обязательств Кургиняна А.М. перед ПАО "Сбербанк России" заведомо превышал размер прогнозируемой выручки должника от реализации имущества своему сыну. 

Более того, в материалы дела не представлены доказательства, безусловно свидетельствующие о том, что ответчиком реально была произведена оплата по договору купли-продажи. В пункте оспариваемого договора указано, что расчет между сторонами в размере 100 000 рублей произведен до подписания настоящего договора. Между тем, учитывая вышеуказанные обстоятельства заключения сделки, а также близкие родственные отношения сторон по договору факт оплаты суд оценивает критически. Кроме того, ответчик не обосновал платежеспособность, не раскрыл источники дохода, не обосновал необходимость заключения данной сделки, если в последующем ответчик в течение года (20.07.2016) перепродал данный объект недвижимости третьему лицу, при этом, как он сам утверждает, произвел капитальный ремонт здания, поскольку в момент приобретения здание находилось в непригодном для эксплуатации состоянии.

Также отсутствуют достоверные доказательства расходования этих средств должником.

Довод жалобы должника о том, что полученные в результате оспариваемой сделки денежные средства были направлены на частичное погашение задолженности перед Сбербанком отклоняется судом апелляционной инстанции по следующим основаниям. В обоснование своих доводов должник ссылается на представленные в материалы дела копии квитанции от 03.12.2015 на сумму 420290,65 рублей и чека-ордера от 18.03.2015 на сумму 40 000 рублей.

Между тем, оплата в сумме 40 000 рублей произведена 18.03.2015, то есть ранее заключенного договора (17.04.2015), в свою очередь оплата в сумме 420290,65 рублей произведена 03.12.2015, то есть значительно позже заключенного договора. Кроме того, исходя из договора была получена сумма всего 100000 рублей, то есть в несколько раз меньше произведенного платежа. Также суд обращает внимание на то, что по квитанции и чеку-ордеру банки-получатели разные.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии доказательств оплаты со стороны ответчика по спорному договору.

Изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что отсрочка исполнения решений Крыловского районного суда Краснодарского края по делам № 2-283/2015, № 2-281/2015, № 2-282/2015 была использована должником для совершения цепочки сделок по выводу принадлежавшего ему движимого и недвижимого имущества из конкурсной массы, с целью невозможности обращения взыскания по требованиям его основного кредитора ПАО "Сбербанк России". 

Оценив вышеизложенные обстоятельства в совокупности и взаимной связи, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что по состоянию на дату заключения оспариваемой сделки у должника уже имелись установленные Законом о банкротстве признаки неплатежеспособности, так как к этому моменту у должника возникли просроченные денежные обязательства перед основным кредитором ПАО "Сбербанк России". При этом должник продолжал осуществлять сделки, направленные на отчуждение принадлежащего ему движимого и недвижимого имущества в пользу заинтересованного по отношению к нему лица - сына Кургиняна М.А. по заведомо заниженной стоимости. 

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заключение между Кургиняном А.М. и Кургиняном М.А. договора купли-продажи от 17.04.2015 преследовало цель злоупотребления правом по отношению к основному кредитору должника        ПАО "Сбербанк России", так как в результате совершения данной сделки и отчуждения принадлежавшего должнику недвижимого имущества в пользу сына должника по заведомо заниженной стоимости ПАО "Сбербанк России" как конкурсный кредитор фактически лишилось возможности удовлетворения своих требований за счет денежных средств, вырученных от реализации спорного имущества в ходе процедуры банкротства должника. 

В свою очередь, ФИО2, как сторона оспариваемой сделки, в силу наличия родственных связей с должником, а также ввиду очевидно заниженной стоимости отчуждения недвижимого имущества не мог не знать о наличии у должника соответствующей цели злоупотребления правом по отношению к своим кредиторам. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении АС Волго-Вятского округа от 17.01.2018 по делу № А39-5679/2015. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. 

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. 

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов). 

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). 

Проанализировав представленные доказательства, суд первой инстанции с учетом недобросовестного поведения сторон оспариваемой сделки, пришел к обоснованному выводу о том, что договор купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015 является мнимой сделкой, заключенной лишь с целью незаконного вывода имущества должника (недопущения обращения взыскания на данное имущество). При этом, ФИО4 опосредованно через своего сына Кургиняна М.А. обеспечил сохранение спорного имущества. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 17.01.2018 по делу № А39-5679/2015.

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно пунктам 1-3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. 

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что финансовым управляющим в рамках данного обособленного спора доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что заключенный между должником и Кургиняном М.А. договор купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015 является недействительной (мнимой) сделкой, совершенной со злоупотреблением правом по отношению к основному кредитору должника ПАО "Сбербанк России" и направленной на вывод ликвидного имущества из конкурсной массы должника в преддверии возбуждения в отношении него дела о банкротстве. 

При таких обстоятельствах требования финансового управляющего должника о признании недействительной данной сделки обоснованно удовлетворены, договор купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015 признан недействительным. 

В части применения последствий недействительности оспариваемой сделки суд первой инстанции указал, что с учетом мнимости договора займа от 17.04.2015 и недоказанности факта передачи денежных средств необходимость применения последствий недействительности данной сделки отсутствует. 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции указывает следующее.

Статьей 61.8 Закона о банкротстве установлено, что по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Обжалуемым определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2020 суд обязал ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника здание магазина, литер Г, этажность 1, площадь 54,9 кв.м., инвентарный номер 9895, назначение: нежилое здание, кадастровый номер: 23:14:0501002:3092, расположенного по адресу: Краснодарский край, Крыловской район, ст. Октябрьская, ул. Красногвардейская, д. 52.

Однако судом не было учтено, что спорное имущество выбыло из владения ответчика, продано третьему лицу - ФИО6, о чем соответствующие сведения арбитражным управляющим были предоставлены суду первой инстанции (т. 1, л.д. 12-13).

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2020 указанное лицо привлечено к рассмотрению дела.

Исходя из разъяснений, изложенных в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются предусмотренные статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.). 

Иное истолкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  означало бы, что собственник может прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только по одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и по последующим (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделкам, когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем. 

Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции Российской Федерации установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

Таким образом, признание недействительной сделки, не означает, что недействительной становится и последующая сделка (возможное последующее отчуждение имущества ответчиком третьему лицу), не влияет на материальные права последующего приобретателя. Требования к последующему покупателю, согласно названным разъяснениям Конституционного Суда, могут быть предъявлены только в порядке статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, гарантирующей, в отличие от статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, защиту прав добросовестного приобретателя.

В рамках настоящего обособленного спора финансовый управляющий не предъявлял требования к ФИО6, не оспаривает сделку между      Кургиняном М.А. и ФИО6, что было подтверждено представителем финансового управляющего в судебном заседании суда апелляционной инстанции. Финансовый управляющий не оспаривает спорную сделку между должником и ответчиком и последующую сделку между ответчиком и ФИО6 как цепочку последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом, как прикрывающие собой единую сделку, направленную на прямое отчуждение имущества от первого продавца последнему покупателю.

Таким образом, в результате оспаривания сделки между должником и ФИО9 возврат в конкурсную массу спорного имущества из владения добросовестного приобретателя невозможно. С целью определения рыночной стоимости выбывшего имущества, равноценности полученного по сделке должником, а также ввиду невозможности установления рыночной стоимости имущества иным образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости назначения экспертизы. 

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2020 по настоящему обособленному спору назначена судебная экспертиза, на разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: "Определить достоверную величину рыночной стоимости здания магазина, литер Г, этажность 1, площадь 54,9 кв.м., инвентарный номер 9895, назначение: нежилое здание, кадастровый номер: 23:14:0501002:3092, расположенного по адресу: Краснодарский край, Крыловской район, ст. Октябрьская, ул.Красногвардейская, д. 52 по состоянию на 17.04.2015?".

02 сентября 2020 года во исполнение определения суда апелляционной инстанции от 29.07.2020 в материалы дела поступило заключение судебной экспертизы №420/20 от 01.09.2020. 

В соответствии с поступившим в суд заключением, достоверная величина рыночной стоимости здания магазина, литер Г, этажность 1, площадь 54,9 кв.м., инвентарный номер 9895, назначение: нежилое здание, кадастровый номер: 23:14:0501002:3092, расположенного по адресу: Краснодарский край, Крыловской район, ст. Октябрьская, ул. Красногвардейская, д. 52 по состоянию на 17.04.2015, составляет 340 000 руб. 

Согласно части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном названным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта является одним из доказательств, исследуемых наряду с другими доказательствами по делу. Заключение судебной экспертизы определено законом в качестве доказательства, не имеющего заранее установленной силы и не обладающего преимуществом перед иными доказательствами и, как все иные доказательства, подлежит оценке по общим правилам в совокупности с другими доказательствами.

Судебная экспертиза - процессуальное действие, состоящее из проведения исследований и дачи заключения экспертом по вопросам, разрешение которых требует специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла и которые поставлены перед экспертом судом, судьей, органом дознания, лицом, производящим дознание, следователем, в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (статья 9 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

В соответствии со статьей 3 Закона об оценочной деятельности, под оценочной деятельностью понимается профессиональная деятельность субъектов оценочной деятельности, направленная на установление в отношении объектов оценки рыночной, кадастровой, ликвидационной, инвестиционной или иной предусмотренной федеральными стандартами оценки стоимости.

Под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства, то есть когда: одна из сторон сделки не обязана отчуждать объект оценки, а другая сторона не обязана принимать исполнение; стороны сделки хорошо осведомлены о предмете сделки и действуют в своих интересах; объект оценки представлен на открытом рынке посредством публичной оферты, типичной для аналогичных объектов оценки; цена сделки представляет собой разумное вознаграждение за объект оценки и принуждения к совершению сделки в отношении сторон сделки с чьей-либо стороны не было; платеж за объект оценки выражен в денежной форме.

Согласно статье 14 названного Федерального закона, оценщик имеет право применять самостоятельно методы проведения оценки объекта оценки в соответствии со стандартами оценки.

Из содержания экспертного заключения следует, что определение рыночной стоимости транспортного средства осуществлено в рамках сравнительного и затратного подходов.

Экспертом были выявлены три объекта-аналога для расчета стоимости земельного участка и три объекта-аналога для расчета стоимости магазина, учтено физическое состояние объекта оценки на дату оспариваемой сделки, а также физическое состояние объектов-аналогов. В рамках затратного подхода, в связи с  отсутствием информации о фактических затратах на строительство объектов оценки, расчет произведен с использованием Сборника укрупненных показателей восстановительной стоимости (Сборник 33: Здания и сооружение торговых предприятий, утвержденный Министерством торговли СССР по согласованию с Госстроем СССР 20 мая 1970 г. Таблица 1. Магазины универсальные одноэтажные).

Как следует из положений Федерального закона "Об оценочной деятельности", эксперт определяет рыночную стоимость объекта оценки, то есть наиболее вероятную цену, по которой данный объект может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, а также при наличии иных условий.

Доказательств необъективности проведенного исследования и пристрастности эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения заявителем апелляционной жалобы представлено не было.

Также в материалах дела отсутствуют и ответчиком не представлены доказательства, свидетельствующие о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, и о том, что заключение эксперта содержит недостоверные выводы, а также о том, что выбранные экспертом способы и методы оценки привели к неправильным выводам.

Надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертом методике исследования или о неправильном проведении исследования, ответчиком не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценив заключение эксперта №420/20 от 01.09.2020 по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что экспертиза проведена           Центром судебных экспертиз по Южному округу с соблюдением требований процессуального законодательства; экспертное заключение соответствуют требованиям, предъявляемым законом; в заключении даны полные, конкретные и достаточно ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования, не содержит противоречий в выводах, могущих служить основанием для непринятия заключения и назначения повторной либо дополнительной экспертизы, ходатайства о назначении которых от сторон не поступали.

На основании изложенного экспертное заключение принимается апелляционным судом в качестве надлежащего доказательства по делу.

Таким образом, в порядке применения последствий недействительности договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2015 арбитражный суд апелляционной инстанции считает необходимым взыскать с ФИО2 340 000 рублей.

При этом, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств оплаты ответчиком по спорной сделке, о чем подробно указано выше, суд апелляционной инстанции также приходит к выводу об отсутствии оснований для восстановления права требования ответчика к должнику.

Таким образом, суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, и пришел к ошибочным выводам в части применения последствий, что в силу положений пункта 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для изменения обжалуемого определения в указанной части. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2020 по делу № А32-22703/2016 в части применения последствий признания сделки недействительной изменить, изложив абзац V его резолютивной части в следующей редакции:

"Взыскать с ФИО2 в конкурсную массу должника - ФИО4, ИНН 

<

***>, 340 000 рублей".

В остальной части определение оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Краснодарского края.

Председательствующий   Г.А. Сурмалян

Судьи  Я.А. Демина

                   Н.В. Шимбарева