﻿ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-78748/2015

02 июля 2020 года

г. Санкт-Петербург

/тр27

Резолютивная часть постановления объявлена     25 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 июля 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Тойвонена И.Ю.

судей  Барминой И.Н., Герасимовой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания:  Шамилиной А.Н.

при неявке лиц, участвующих в деле

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-10288/2020)  ООО «Сальвор Хардин»

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.02.2020 по делу № А56-78748/2015/тр27(судья  Ильенко Ю.В.), принятое по заявлению ООО «Сальвор Хардин» о включении требования в размере 205 064909,48 руб. в реестр требований кредиторов должника  Парамоновой Ольги Григорьевны

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 26.09.2016 в отношении Парамоновой Ольги Григорьевны (далее – должник) введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Кувшинов Игорь Константинович. Публикация сведений о введении процедуры реструктуризации долгов в отношении должника размещена в газете «Коммерсантъ» от 24.09.2016 № 177. 

Определением арбитражного суда от 04.06.2018 финансовым управляющим утверждена Лотошко Полина Юрьевна. Решением арбитражного суда от 24.07.2019 Парамонова Ольга Григорьевна признана несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена Лотошко Полина Юрьевна. Публикация указанных сведений осуществлена в газете «Коммерсантъ» №137 от 03.08.2019. 

В арбитражный суд от общества с ограниченной ответственностью «Сальвор Хардин» (далее – кредитор, ООО «Сальвор Хардин») поступило заявление о включении требования в размере 205 064 909,48 руб. в реестр требований кредиторов должника. 

Определением арбитражного суда от 14.02.2020 заявление ООО «Сальвор Хардин» о включении требования в размере 205 064 909,48 руб. в реестр требований кредиторов Парамоновой Ольги Григорьевны оставлено без удовлетворения. 

В апелляционной жалобе ООО «Сальвор Хардин» просит определение суда первой инстанции от 14.02.2020 отменить, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам по делу. 

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий Лотошко П.Ю. просит определение суда первой инстанции от 14.02.2020 оставить без изменения, считая судебный акт законным и обоснованным.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства  иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке ст.156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно пункту 2 статьи 213.8 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

 В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, подтверждаемого договором подряда, суд, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по оказанию услуг, должен осуществить проверку. Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр требований кредиторов должника необоснованных требований, поскольку это приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника. 

В п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» указано, что неподтвержденное судебным решением требование кредитора может быть признано обоснованным лишь при условии представления достаточных доказательств наличия и размера задолженности, не опровергнутых процессуальными оппонентами.

Из материалов дела следует, что требования ООО «Сальвор Хардин» к Парамоновой О.Г. основаны на договоре поручительства от 16.09.2009, согласно которому Парамонова О.Г. приняла на себя солидарную ответственность с ООО «Веста СПб» перед подрядчиком за исполнение обязательств по договору подряда № 24 от 16.03.2009 , заключенного между ООО «Лотос» и ООО «Веста СПб» (п. 1.1 договора поручительства). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

 В соответствии с п. 1 ст. 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательств полностью или в части. 

Согласно статье 362 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (пункт 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с п. 4 ст. 367 ГК РФ, в редакции, действовавшей на момент заключения договора поручительства, поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иска к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства. 

Согласно п. 34 Пленума ВАС РФ № 42 от 12.07.2012 г. «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» условие договора о действии поручительства до фактического исполнения обеспечиваемого обязательства не может рассматриваться как устанавливающее срок действия поручительства, поскольку не соответствует требованиям статьи 190 ГК РФ.

 Согласно пункту 3.3 договора поручительства от 16.09.2009, поручительство прекращается в момент полного исполнения основного обязательства.

 Таким образом, поскольку в данном случае срок договора поручительства с Парамоновой О.Г. не установлен, требование к поручителю может быть предъявлено в течение года с момента наступления срока исполнения договора, в обеспечение которого поручительство дано. 

В соответствии с пунктом 2.4 договора подряда № 24 от 16.03.2009, окончательная оплата выполненных работ по договору производится в течение десяти банковских дней с момента подписания акта сдачи-приемки выполненных работ. 

В материалы дела представлена копия акта о приемке выполненных работ № 39 от 30.06.2009, подписанный сторонами, соответственно срок оплаты должен был наступить не позднее 14.07.2009. 

В соответствии с пунктом 52 Постановления Пленума ВАС РФ № 42 от 12.07.2012 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» имея в виду право поручителя покрыть свои имущественные потери за счет требования кредитора к основному должнику, которое переходит к поручителю на основании пункта 1 статьи 365 ГК РФ, а также принимая во внимание необходимость добросовестного поведения в имущественном обороте, суды должны исходить из того, что кредитору до закрытия реестра требований кредиторов следует обратиться с заявлением об установлении его требований в деле о банкротстве основного должника. 

Если будет установлено, что кредитор не совершал названных действий и это повлекло либо может повлечь негативные последствия для поручителя в будущем, например, в виде пропуска срока, установленного пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве, на что поручитель ссылается в порядке статьи 364 ГК РФ, в иске к поручителю (либо во включении требования кредитора в реестр требований кредиторов поручителя) может быть отказано (статья 10 ГК РФ). 

Судом первой инстанции принято во внимание и дана оценка тому обстоятельству, что зная о банкротстве основного должника, не заявило свои требования в деле о банкротстве ООО «Веста СПб» по договору уступки права требований № 12/1 от 09.09.2012 до закрытия реестра требований кредиторов, а обратилось с указанным требованием 17.09.2019.

 Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. 

В силу пункта 2 статьи 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. 

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. 

В силу п. 2 ст. 71 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд в течение пятнадцати календарных дней со дня истечения срока для предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим, кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия. Лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов. 

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 г. № 29 возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (п. 2 ст. 199 ГК РФ). 

По условиям договора подряда № 24 от 16.03.2009 окончательная оплата выполненных работ по договору производится в течение десяти банковских дней с момента подписания акта сдачи-приемки выполненных работ (п. 2.4 вышеуказанного договора).

 В материалы дела представлена копия акта о приемке выполненных работ № 39 от 30.06.2009, подписанный сторонами, соответственно срок оплаты должен был наступить не позднее 14.07.2009. 

Заявление о включении в реестр требований кредиторов ООО «Сальвор Хардин» направлено в арбитражный суд посредством почтового отправления с датой отправки 02.09.2019, то есть за пределами трехлетнего срока исковой давности, который истек 14.07.2012.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. Учитывая изложенное, к моменту заявления требования о включении в реестр требований срок исковой давности по требованию оплаты по вышеуказанному договору истек. 

Как разъяснено в пунктах 7 и 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. 

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции  обоснованно отказал в удовлетворении требования кредитора ООО «Сальвор Хардин».

В обоснование заявленных требований ООО «Сальвор Хардин» ссылалось на то, что 22.04.2010 между ООО «Лотос» и ООО «Комплектация.Материалы.Инжиниринг.» заключен договор уступки права требования, согласно которому ООО «Лотос» уступило ООО «Комплектация.Материалы.Инжиниринг.» право требования к ООО «Веста СПб» задолженности, возникшей на основании договора подряда № 24 от 16.03.2009, заключенного между ООО «Веста СПб» и ООО «Лотос», в размере 343 072 959,28 руб. 

Как следует из материалов дела, 09.09.2012 между ООО «Комплектация.Материалы.Инжиниринг.» и ООО «Сальвор Хардин» был заключен договор уступки права требования № 12/1, согласно которому ООО «Комплектация.Материалы.Инжиниринг.» уступило ООО «Сальвор Хардин» право требования к ООО «Веста СПб» задолженности, возникшей на основании договора подряда № 24 от 16.03.2009 г., заключенного между ООО «Веста СПб» и ООО «Лотос», в размере 343 072 959,28 руб. 

Как следует из заявления ООО «Сальвор Хардин» о включении требования в реестр требований кредиторов, ООО «Веста СПб» произвело частичную оплату работ по договору подряда № 24 от 16.03.2009 г. на сумму 138 008 049,52 руб. Таким образом, остаток задолженности ООО «Веста СПб» составил 205 064 909,48 руб. Вместе с тем, в договорах уступки права требования от 22.04.2010 и 09.09.2012, заключенных уже после частичной оплаты работ по договору подряда № 24, сумма уступаемого права требования составляет 343 072 959,28 руб. 

Кроме того, ни по одному из договоров уступки права требования не представлено доказательств оплаты кредиторами уступленного права, что ставит под сомнение факт реальности совершенных сделок. 

В соответствии со статьей 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими Федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования или возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио - видеозаписи, иные документы и материалы. Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств. Вместе с тем, доказательств оплаты уступленного права в установленные договорами сроки заявителем не представлено, что ставит под сомнение факт реальности совершенных сделок. 

Согласно позиции ВАС РФ, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 19.07.2011 № 1930/11 по делу № А40-37092/10-133-290 и постановлении Президиума ВАС РФ от 22.02.2011 № 14501/10 по делу № А45-9663/2009, не может быть признано надлежащим доказательством светокопия документа, заверенная заинтересованным лицом, в отсутствие оригинала, если другая сторона сомневается в подлинности документа. Вместе с тем, заинтересованному кредитору (т.е. кредитору, подавшему заявление о включении требований в реестр требований кредиторов) не должно составлять затруднений опровергнуть подобные сомнения в обоснованности его требований, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. 

Как следует из пункта 3.2 договора уступки права требования от 22.04.2010, ООО «Лотос» уступило ООО «Комплектация.Материалы.Инжиниринг.» право требования к ООО «Веста СПб» задолженности на сумму 343 072 959,28 руб. за 90% от фактически полученной от должника суммы.

 Согласно пункту 3.4 договора цессионарий обязан произвести оплату уступаемых прав требования путем перечисления денежных средств на расчетный счет цедента в срок не позднее одной недели с момента поступления фактически взыскания денежных средств на свой расчетный счет. 

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. 

Пунктом 1 статьи 382 ГК РФ определено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. 

Согласно статье 390 ГК РФ при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования. 

Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке (п. В абзаце 7 пункта 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при выяснении эквивалентности размеров переданного права (требования) и встречного предоставления, необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела. В частности, должны учитываться: степень платежеспособности должника, степень спорности передаваемого права (требования), характер ответственности цедента перед цессионарием за переданное право (требование) (ответственность лишь за действительность права (требования) или также и за его исполнимость должником), а также иные обстоятельства, влияющие на действительную стоимость права (требования), являющегося предметом уступки.

 В пункте 10 Информационного письма № 120 судам рекомендовано оценивать сделку на предмет ее ничтожности в силу притворности (статья 170 Кодекса), выяснять, не прикрывает ли соглашение об уступке права (требования) сделку дарения. Решая данный вопрос, суду надлежит при оценке несоответствия размера встречного предоставления за переданное право объему последнего исходить из конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о действительной стоимости спорного права (требования). 

Таким образом, уступка права требования на сумму 343 072 959,28 руб. за 90% от фактически полученной от должника суммы нельзя признать равноценным встречным исполнением обязательств. 

Кроме того, условие договора цессии об уплате уступленного права по факту получения суммы долга от должника противоречит ст. 575 ГК РФ и гл. 24 ГК РФ, поскольку в данном случае возмездность цессии носит небезусловный характер, а поставлена в зависимость от исполнения обязательства должником, которые так и не были исполнены стороной сделки, что прямо свидетельствует о наличии у сделки по уступке права признаков дарения.

Заключение договоров цессии с отлагательным условием свидетельствует об отсутствии экономической обоснованности и целесообразности заключения указанных сделок, поскольку действия как первоначального, так и последующего кредиторов не направлены на реальное получение денежных средств за уступаемые права, что в силу ст. 10 ГК РФ является злоупотреблением правом. 

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

 Согласно пунктам 1, 2 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

При этом из разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), следует, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). 

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Применяя статью 10 ГК РФ при рассмотрении требований кредиторов суд исходит из наличия следующих обстоятельств заключения сделок: экономическая нецелесообразность сделки для поручителя, то есть устанавливается, было ли заключение такого договора направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника, имелся ли общий экономический интерес для поручителя и заемщика; принятие поручителем обязательств, превышающих стоимость чистых активов; отсутствие у основного должника потенциальной возможности выплаты долга после погашения его долга поручителем; искусственное увеличение кредиторской задолженности в результате совершенной сделки в ущерб интересам иных кредиторов, которые лишаются части того, на что рассчитывают при справедливом распределении конкурсной массы; нарушение баланса интересов кредиторов и т.д. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015 наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника. 

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения. 

Судом первой инстанции установлено, что кредитор ООО «Сальвор Хардин», основной должник ООО «Веста СПб», поручитель Парамонова О.Г. являются взаимозависимыми лицами. Парамонова О.Г., на момент заключения сделок и в настоящий момент, является единственным участником ООО «Веста СПб», Парамонов Евгений Викторович, ее сын, являлся генеральным директором ООО «Веста СПб». 

Согласно решению ООО «Сальвор Хардин» № 3 от 15.04.2013, генеральным директором ООО «Сальвор Хардин» избран Драйгал Александр Владимирович. Вместе с тем, Драйгал А.В. являлся сотрудником ООО «Веста СПб» и получал там заработную плату, что подтверждается заявлением Драйгал А.В. о выдаче банковской карты, перечнем операций по счету, из которого прослеживается получение заработной платы, зарплатными ведомостями ООО «Веста СПб». 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ учредителем ООО «Сальвор Хардин» является Акимов Анвар Орозобекович, который, как указывается в письме ГСУ ГУ МВД по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области № 8/17537 от 18.09.2015, являлся подконтрольным генеральному директору ООО «Веста СПб» Парамонову Е.В. и получал там доход

Судом принято во внимание, что из письма ГСУ ГУ МВД по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области № 8/17537 от 18.09.2015 также следует, что деятельность ООО «Сальвор Хардин» носила фиктивный, бестоварный характер и была направлена на незаконное возмещение НДС из бюджета РФ, что ставит под сомнение и реальность совершения сделок по выдаче займа и поручительства. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. 

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ). При названных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что кредитор и должник злоупотребили правом путем оформления экономически нецелесообразных сделок с целью создания искусственной кредиторской задолженности. 

Как указал Верховный суд РФ в определении от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), подобные факты могут свидетельствовать о подаче обществом заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 ГК РФ). 

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абз. 4 п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с  выводом суда первой инстанции о том, что основания для включения требования ООО «Сальвор Хардин» в размере 205 064 909,48 руб. в реестр требований кредиторов отсутствуют, в связи с чем, обоснованно отказал во включении требования в реестр. 

С учетом изложенного, оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены (изменения) судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

 

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 14.02.2020 по делу №  А56-78748/2015/тр27 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Ю. Тойвонен

 

Судьи

 

И.Н. Бармина

 

 Е.А. Герасимова