АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА  

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-3974/22 

Екатеринбург 26 сентября 2023 г. Дело № А50-21364/2020 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2023 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 26 сентября 2023 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Шавейниковой О.Э., судей Пирской О.Н., Савицкой К.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи  Никифоровой К.Ю. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу  ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края  от 17.04.2023 по делу № А50-21364/2020 и постановление Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 09.06.2023 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены  о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем  размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда  Уральского округа в сети Интернет.  

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие  представители:  

ФИО1 (далее – должник) – ФИО2 (доверенность  от 13.04.2021 № 59АА8678616);  

ФИО3 – ФИО4  (доверенность от 01.09.2021 № 59АА3733855).  

Решением Арбитражного суда Пермского края от 31.05.2021  ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении  ее имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим  утвержден ФИО5 (далее – финансовый управляющий).  

В Арбитражный суд Пермского края 21.12.2022 поступило заявление  ФИО6 о признании недействительной  сделкой договора займа от 07.03.2008 и дополнительных соглашений к нему  от 30.05.2008, 30.05.2012, 12.02.2015, 01.09.2017, заключенных между  должником и ФИО3  

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего  лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета  спора, привлечена Макаровская Татьяна Вячеславовна.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.04.2023,  оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 09.06.2023, в удовлетворении заявления  ФИО6 отказано.  

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1  обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой,  в которой просит определение суда первой инстанции от 17.04.2023  и постановление апелляционного суда от 09.06.2023 отменить и принять  новый судебный акт об удовлетворении требований, ссылаясь на нарушение  судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.  

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что  при вынесении постановления апелляционного суда от 19.05.2022  по настоящему делу судом не исследовался вопрос реальности договора  займа от 07.03.2008, отмечает, что нормы о преюдициальности касаются  лишь освобождения от доказывания фактических обстоятельств и не  исключают их различную правовую квалификацию. Податель жалобы также  полагает, что судами не были учтены фактические обстоятельства, ранее  установленные в рамках настоящего дела о банкротстве, в том числе об  отсутствии у ответчика финансовой возможности предоставить иные займы.  По мнению заявителя, в материалах дела имеется достаточное количество  надлежащих доказательств, свидетельствующих об отсутствии  у ответчика и его супруги дохода, позволяющего предоставить должнику  денежные средства по оспариваемому договору займа.  

ФИО3 представлен отзыв на кассационную жалобу,  в котором он против доводов жалобы возражает, просит оставить  обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу – без  удовлетворения.  

Содержащиеся в отзыве ФИО3 самостоятельные доводы и  требования судом округа во внимание не принимаются, поскольку  фактически являются самостоятельными кассационными требованиями.  Вместе с тем самостоятельные кассационные требования могли быть  предъявлены ФИО3 не иначе как путем реализации своего  процессуального права на обжалование судебных актов в порядке,  предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, с соблюдением правил, предусмотренных в статье  277 указанного Кодекса.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным  судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284,  286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  в пределах доводов кассационной жалобы.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, 07.03.2008  между Макаровским М.А. (займодавец) и Гудковой В.Ю. (заемщик)  заключен договор займа, в соответствии с условиями которого должнику  предоставлены денежные средства в сумме 3 500 000 руб. на срок  до 31.12.2018 (с учетом дополнительных соглашений от 30.05.2008, от  30.05.2012, от 12.02.2015, от 01.09.2017).  

Соглашением от 01.09.2017 внесены изменения в договоры займа  от 07.03.2008 и 09.11.2008, в том числе стороны согласовали, что общая  сумма задолженности заемщика без учета возвращенных средств  по состоянию на 01.09.2017 составляет 14 826 785 руб., при этом общая  сумма возвращенных денежных средств по состоянию на 01.09.2017  составляет 1 080 000 руб., то есть общая сумма задолженности по договорам  составила 13 746 785 руб.  

Заочным решением Ленинского районного суда г. Перми от 11.03.2020  по делу № 2-1084/2020 с ФИО1 в пользу ФИО3  взыскана задолженность по договору займа от 07.03.2008  в сумме 3 500 000 руб., проценты за пользование денежными средствами  в сумме 6 766 721 руб. 34 коп., начисленные за период с 08.04.2009  по 07.01.2020, с продолжением их начисления начиная с 08.01.2020 по день  фактического исполнения обязательства, проценты за пользование чужими  денежными средствами в сумме 257 273 руб. 97 коп., начисленные за период  с 31.12.2018 по 31.12.2019, с продолжением их начисления начиная  с 01.01.2020 по день фактического исполнения обязательства, а также  судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 60 000 руб.  

Неисполнение должником вышеуказанного решения послужило  основанием для подачи ФИО3 заявления о признании  ФИО1 несостоятельной (банкротом), которое определением суда  от 25.21.2020 было признано обоснованным, требования ФИО3  в общей сумме 11 123 435 руб. 21 коп. включены  в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника.  Решением суда от 31.05.2021 должник признан банкротом, в отношении  его имущества введена процедура реализации.  

Ссылаясь на то, что оспариваемые договор займа от 07.03.2008  и дополнительные соглашения к нему являются мнимыми, кредитор  ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их  недействительной сделкой на основании статей 10, 162, 170 Гражданского  кодекса Российской Федерации.  

ФИО3 заявлено о пропуске кредитором сроков исковой  давности для обращения с рассматриваемым заявлением.  

Суд первой инстанции в удовлетворении заявленных требований  отказал, при этом исходил из недоказанности кредитором совокупности  условий для признания оспариваемых сделок недействительными, применил  в отношении кредитора ФИО6 и должника принцип эстоппеля,  

а также пришел к выводу о пропуске заявителем сроков исковой давности  для обращения с соответствующим заявлением.  

Пересмотрев обособленный спор, суд апелляционной инстанции  итоговый вывод суда об отсутствии правовых оснований для признания  сделок недействительными поддержал, вместе с тем не согласился  с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для применения  принципа эстоппеля в отношении ФИО6 и констатации пропуска  срока исковой давности.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой  и апелляционной инстанций руководствовались следующим.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с положениями Гражданского  кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые  указаны в Законе о банкротстве.  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), к сделке,  совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению  нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена.  В частности, такая сделка может быть признана недействительной  на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168  Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе  специального основания недействительности такая сделка признается  недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170  указанного Кодекса).  

Гражданский кодекс исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть  сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать  соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Мнимость сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения  заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным  реальным намерением и в сокрытии действительного смысла сделки  заинтересованы обе ее стороны, а совершая сделку лишь для вида, стороны  верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные  правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения  волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем  анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7  Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием  судами мер противодействия незаконным финансовым операциям,  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  08.07.2020).  

Руководствуясь вышеизложенными нормами права и соответствующими  разъяснениями к ним, оценив доводы и возражения лиц, участвующих в деле,  представленные в подтверждение доводов и возражений доказательства  в их взаимосвязи и совокупности, суд первой инстанции констатировал  направленность воли сторон договора займа на возникновение  соответствующих правовых последствий.  

При этом суд первой инстанции принял во внимание противоречивое  поведение должника, который первоначально, в том числе при обжаловании  заочного решения суда общей юрисдикции, которым подтверждены  требования кредитора, определения о признании обоснованным заявления  кредитора о признании должника банкротом, решения о введении  в отношении должника процедуры реализации, на протяжении рассмотрения  заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов  должника задолженности по договору займа от 09.11.2008, а также  на протяжении всей процедуры банкротства никаких доводов и возражений  относительно ничтожности, безденежности договоров займа, в том числе  договора займа от 07.03.2008, не заявлял, факт погашения долга  не подтверждал, наличие заемных отношений не опровергал,  а в последующем, после вынесения постановления суда апелляционной  инстанции от 19.05.2022 об отказе в удовлетворении заявления  ФИО3 о включении его требований в реестр требований  кредиторов должника, совместно с ФИО6 занял  противоположную позицию.  

С учетом этого, приняв во внимание, что кредитор ФИО6  также являлся представителем ФИО1 при обжаловании заочного  решения суда общей юрисдикции, при этом возражений о ничтожности,  безденежности договора не заявлял, суд первой инстанции, руководствуясь  статьями 8, 9, 41, 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, статьями 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации,  заключил, что действия ФИО6 и ФИО1 фактически  направлены на опровержение своего собственного поведения и не могут  быть признаны соответствующими добросовестному поведению участникок  гражданского оборота, применив к данным лицам принцип эстоппеля,  предполагающий утрату лицом права ссылаться на какие-либо  обстоятельства в рамках гражданско-правового спора, если данная позиция  существенно противоречит его предшествующему поведению, а также  правилу venire contra factum proprium (никто не может противоречить  собственному предыдущему поведению).  

При таких обстоятельствах, установив, что оспариваемый договор  заключен в простой письменной форме, исходя из отсутствия в материалах  дела доказательств, безусловно подтверждающих мнимость сделки  и злоупотребление сторонами своим правом при заключении договора,  

суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания договора займа  от 07.03.2008 недействительной сделкой по заявленным основаниям.  

Суд апелляционной инстанции поддержал вывод суда первой  инстанции об отсутствии правовых оснований для признания сделок  недействительными, при этом не согласился с применением в отношении  ФИО6 принципа эстоппеля.  

Вместе с тем, учитывая, что ФИО6 будучи представителем  должника при рассмотрении спора в суде общей юрисдикции и не являясь  стороной сделки непосредственно выражал волю своего доверителя и не  имел личного отношения к делу и к оспариваемой сделке, а равным образом  и возможности оспорить такую сделку в общеисковом порядке, при этом в  рамках настоящего дела, обладая статусом кредитора, ФИО6  напрямую заинтересован в получении денежных средств за счет конкурсной  массы должника и погашении своих требований, исходя из того, что с  момента получения статуса кредитора ФИО6 не занимал какой-либо иной позиции, за исключением высказанной им в настоящем  обособленном споре, суд апелляционной инстанции заключил, что,  обращаясь с рассматриваемым заявлением, кредитор реализовывал  предоставленные ему Законом о банкротстве права, в том числе на  оспаривание сделок должника, в связи с чем признал ошибочными выводы  суда первой инстанции о совпадении интересов должника и данного  кредитора и наличии оснований для применения в сложившейся ситуации  принципа эстоппеля.  

Признавая срок исковой давности для оспаривания договора займа  от 07.03.2008 пропущенным, суд первой инстанции исходил из того,  что должник, являясь стороной оспариваемых сделок, обладал информацией  о наличии заемных отношений и имел возможность своевременно обратиться  с заявлением о признании договора ничтожной сделкой, руководствовался  тем, что по состоянию на 01.09.2013 срок исковой давности уже был  пропущен, что исключает возможность применения к спорным  правоотношениям новых положений, введенных Федеральным законом  от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I  части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской  Федерации», позволяющих оспаривать сделки в срок, не превышающий  десяти лет с момента начала исполнения сделки, принял во внимание,  что кредитор ФИО6 с рассматриваемым заявлением об  оспаривании сделки обратился лишь 21.12.2022.  

В свою очередь суд апелляционной инстанции пришел к  противоположному выводу о том, что срок исковой давности  ФИО6 не пропущен, при этом исходил из того, что в данном  конкретном случае исчисление срока исковой давности не может начаться  ранее момента возникновения у заявителя статуса кредитора (14.03.2022) в  

рамках настоящего дела о банкротстве и ранее введения первой процедуры  банкротства (25.12.2020).  

Вместе с тем суд апелляционной инстанции отметил, что ошибочность  выводов суда первой инстанции в данной части не привела к принятию  неправильного судебного решения.  

Исследовав и оценив доводы сторон о мнимости, безденежности  договора займа от 07.03.2008, заключив, что данные доводы кредитора и  должника основаны исключительно на выводах суда апелляционной  инстанции, изложенных в постановлении от 19.05.2022 о недоказанности  наличия у ФИО3 финансовой возможности предоставить  должника заем по иному договору займа, проанализировав данный судебный  акт, положенный в обоснование позиции кредитора, апелляционный суд  признал, что данные выводы суда вытекают из недоказанности материалами  дела наличия у кредитора и его бывшей супруги ФИО7  совместного дохода, которого было бы достаточно для предоставления  должнику в 2008 году одновременно двух займов в значительной сумме, то  есть как займа по договору от 07.03.2008 в сумме 3 500 000 руб., так и займа  по договору от 09.11.2018в сумме 2 179 176 руб.  

При этом суд при вынесении постановления от 19.05.2022 в своих  расчетах и выводах исходил из заключенности и действительности договора  займа от 07.03.2008.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции при рассмотрении  настоящего спора принял во внимание установленные обстоятельства  исполнения должником заемных обязательств перед ФИО3 по  договору займа от 07.03.2008 с учетом чего пришел к выводу о реальности  отношений между должником и ФИО3, вытекающих из  договора займа от 07.03.2008, поддержав вывод суда первой инстанции об  отсутствии правовых оснований для признания сделки недействительной и,  как следствие, для удовлетворения заявленных требований.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения  материалов дела, заслушав приведенные участниками процесса в судебном  заседании доводы, пояснения и возражения, суд округа считает, что суды  нижестоящих инстанций верно установили имеющие существенное значение  для правильного разрешения настоящего спора фактические обстоятельства,  дали им надлежащую правовую оценку, в полном объеме исследовали  приведенные сторонами спора доводы и возражения, указав в обжалуемых  судебных актах мотивы согласия либо несогласия с ними, а изложенные  в них выводы судов соответствуют установленным ими фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основываются  на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.  

Действительно, положения статьи 69 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации освобождают от доказывания фактических  обстоятельств дела, но не исключают их различной правовой оценки, которая  

зависит от характера конкретного спора. Если суд, разрешающий второе  дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.  Однако, вопреки позиции кассатора, возможность банкротного суда прийти к  иным мотивам и противоположным выводам не означает осуществление  неконтролируемой ревизии судебного акта суда общей юрисдикции. Данный  процессуальный способ защиты, сформированный судебной практикой, не  предполагает ревизию судебного акта лишь по причине несогласия лица,  участвующего в деле, с оценкой доказательств, данной судом при  рассмотрении дела в порядке искового производства и не может  использоваться недобросовестным должником в целях пересмотра не  устраивавшего его судебного акт непредусмотренным процессуальным  способом.  

При рассмотрении спора в суде общей юрисдикции должник не заявлял  доводов о мнимости договора займа, при рассмотрении заявления  ФИО3 о признании должника банкротом и включении  задолженности по договору займа от 07.03.2008 в реестр требований  кредиторов должника последний также против реальности требований  не возражал, указывал, что намерен погасить имеющуюся по договору  задолженность путем заключения с кредитором мирового соглашения,  что следует из мотивировочной части постановления апелляционного суда от  02.04.2021 по настоящему делу. С учетом установленных обстоятельств суды  обоснованно не усмотрели оснований для признания указанного договора  мнимым. Суд округа оснований для иных выводов не усматривает.  

Иные доводы кассационной жалобы, в том числе об отсутствии  у ФИО3 финансовой возможности предоставить заем,  фактически дублируют доводы заявления об оспаривании сделки и доводы  апелляционной жалобы, которые являлись предметом исследования судов  первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую  и исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают  и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии  обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств,  доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит  за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции,  установленных статьями 286–288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Нарушений норм материального или процессуального права,  являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом  кассационной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат  оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.  

Во исполнение определения Арбитражного суда Уральского округа  от 20.07.2023 ФИО1 в качестве доказательств уплаты  

государственной пошлины за подачу кассационной жалобы представлен  чек-ордер на сумму 3 000 руб., датированный 02.05.2023, то есть ранее  вынесения обжалуемого судебного акта суда апелляционной инстанции  (09.06.2023), а также содержащий реквизиты иного получателя платежа, а  именно указано ОКТМО Пермского края, в связи с чем указанный чек-ордер  не принят судом округа в качестве надлежащего доказательства уплаты  государственной пошлины по кассационной жалобе.  

В данном случае с учетом реквизитов получателя платежа вопрос о  возврате государственной пошлины по вышеуказанному чеку-ордеру судом  кассационной инстанции не подлежит разрешению. Вместе с тем суд округа  считает необходимым разъяснить подателю жалобы, что плательщик  государственной пошлины не лишен возможности обратиться с  соответствующим заявлением в арбитражный суд Пермского края, реквизиты  которого указаны в чеке-ордере, с заявлением о возврате государственной  пошлины либо выдаче справки на возврат госпошлины (пункт 1 части 1 и  часть 3 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, пункты  13.1, 13. 2 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах  Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций),  утвержденной постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 25.12.2013 № 100).  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 17.04.2023  по делу № А50-21364/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 09.06.2023 по тому же делу оставить без изменения,  кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий О.Э. Шавейникова  

Судьи О.Н. Пирская 

 К.А. Савицкая